— Подлетаем к точке десантирования. Учителя, готовьтесь, — раздался в гарнитуре голос пилота.
Цзян Чэн и Цзянь Синцэ коротко откликнулись. На сей раз оба отправлялись на задание налегке.
Организаторы турнира установили жесткие требования к экипировке: ни лишней майки, ни второй пары носков. Все участники были облачены в одинаковые комплекты снаряжения от организаторов. Провернуть тот же трюк с лазейками в правилах, как в Долине дикарей, у них с Цзян Чэном бы уже не вышло.
Вертолёт завис в широком просвете среди ветвей на высоте около десяти метров.
[Ну всё, сейчас пойдёт красивый спуск по канатам!]
[Высота вроде поменьше, чем в тот раз. Секундное дело!]
[Каждый раз от этих кадров ощущение, будто боевик смотрю, ха-ха-ха!]
Зрители в эфире с нетерпением ждали эффектного десантирования по тросам, но с борта даже не сбросили канаты. Цзян Чэн и Цзянь Синцэ просто вышагнули в пустоту.
Едва касаясь земли, оба синхронно ушли в идеальный страховочный кувырок через плечо — предельно собрано, без единого лишнего движения, точь-в-точь по армейскому учебнику. Вся высадка заняла от силы пару секунд.
Оказавшись на сухой кочке, они присели и подняли головы, показывая пилоту знак «всё в порядке». Вертолёт тут же накренился и, набрав скорость, ушёл в сторону.
С этой секунды они официально вступили в зону Анлокаса.
[Едрить-колотить! Они просто спрыгнули?! Я даже моргнуть не успел!]
[Там же этажа три минимум! Вот это лютый кайф!]
[Каждый раз в этом стриме мои представления о грани человеческих возможностей летят к чертям...]
[Вопрос знатокам: что сложнее — спуск по канату или такой кувырок?]
[Да какая разница, оба выглядят чертовски круто-о-о!]
— По условиям турнира, первое сужение зоны произойдёт на десятый день, — Цзян Чэн развернул карту и сверился с ориентирами. — Эти болота занимают под шестьдесят процентов территории Анлокаса. Если разбить весь район на три концентрических кольца, то сейчас мы ровно на границе внешнего и среднего.
— С локацией повезло, — отозвался Цзянь Синцэ. — К десятому дню нам не придётся ломать ноги на дальних переходах.
Цзян Чэн кивнул. На этот раз им требовалось надёжное, капитальное укрытие, способное простоять не один день. А значит, место для лагеря следовало выбирать с умом, чтобы не кочевать с места на место каждые сутки.
— Пошли, — Цзян Чэн убрал карту.
Перед ними простиралась заболоченная низина площадью свыше десяти тысяч квадратных километров.
Болота Анлокаса не были однородными. Они делились на несколько экосистем, и сейчас группа высадилась в мангровых топях неподалёку от побережья Южного океана.
Мангровые заросли тянулись вдоль большинства тропических и субтропических берегов, уходя вглубь материка. Пробираться сквозь такую хлябь — задача не из лёгких.
Не успели они пройти и пятидесяти метров, как твёрдая почва под ногами сменилась зыбкой жижей. Вода моментально дошла им до пояса.
Куда ни глянь — повсюду стояла одна и та же мутная, непроглядная гладь, затянутая густой тенью вековых мангров. Изуродованные стволы сплетались на высоте, перекрывая солнечный свет.
По сути, мангровые топи представляли собой гигантское, невероятно широкое русло с едва заметным, медленным течением. Из воды торчали изогнутые ходульные корни и выпирающие кверху дыхательные отростки — издали эта корявая вязья казалась рядами затонувших птичьих клеток.
Из инструментов у них оставалось лишь по небольшому охотничьему ножу. Преодолеть в таких условиях даже пару сотен метров по воде было суровым испытанием.
О болотах Анлокаса ходило множество мрачных слухов. Туземцы звали эти края Болотом смерти и Призрачным болотом, и мрачный пейзаж полностью оправдывал эти названия. Голые, высушенные ветви мангров тянулись во все стороны, точно костлявые пальцы сказочных ведьм.
Один лишь нож здесь не спасал. Первым делом Цзян Чэн и Цзянь Синцэ срубили по длинной прочной ветке, соорудив себе шесты-зонды. Конец, за который держались руками, Цзян Чэн тщательно зачистил ножом — иначе после целого дня ходьбы ладони превратились бы в сплошные кровавые мозоли.
— В такой глубокой воде любит затаиваться мутная тварь. У болот Анлокаса есть и третье имя — Родина крокодилов. Их тут больше миллиона, так что внезапная встреча никого удивлять не должна, — Цзян Чэн продвигался вперёд, ритмично обрушивая шест в воду с громким булькотом.
Занятие изматывающее, но куда приятнее, чем случайно наступить на спину кайману.
Из-за нападений рептилий на местных жителей власти страны даже разрешили ежегодный отстрел десятков тысяч особей, но популяция всё равно оставалась огромной.
— Искусственный шум отпугивает хищников, — пояснил Цзян Чэн на ходу. — К тому же так мы не провалимся в какую-нибудь подводную яму.
Однако даже грубый деревянный шест не давал полной гарантии от сюрпризов.
Не прошло и пары минут, как Цзян Чэн на что-то наступил, пока зрители в чате восторгались внимательностью Учителя Цзяна и конспектировали его советы. Потеряв равновесие, он резко клюнул носом вперёд. Всё произошло так быстро, что даже Цзянь Синцэ не успел его перехватить.
Цзян Чэна спасла реакция: он вовремя упёрся шестом в дно и удерживал тело над водой.
[А-ха-ха-ха, простите, я ржу в голос! Вот это сглазил так сглазил!]
[Я понял! Все беды у «Дикой природы» были исключительно из-за языка Цзян Чэна!]
[Цзян Чэн в прошлый раз: «Хорошо, что сейчас не сезон дождей». Итог: гребут под ливнем к водопаду, ха-ха!]
[Сука, до слёз просто!!]
Выпрямившись, Цзян Чэн пошарил ногой в воде и слегка нахмурился.
— Что там? — Цзянь Синцэ подошёл ближе.
Цзян Чэн скривился и тихо цыкнул:
— Нога застряла. Зажала какая-то дрянь.
[Чёрт, застряла?! Только не в таком месте, это же жуть!]
[Не в нору ли попал? У нас на болотах некоторая рыба любит норы рыть, да только она злобная и зубастая...]
Цзянь Синцэ насупился и протянул руку:
— Оперись на меня. Посмотрю.
— Не надо, сейчас... — пробормотал Цзян Чэн, прищурившись и поджав губы.
Спустя секунду он запустил обе руки по локоть в воду и с усилием вытащил на поверхность нечто массивное, от чего отвратительно разило тухлым илом.
Цзянь Синцэ едва заметно качнулся назад и ткнул находку шестом. Сгустки грязи осыпались, Цзян Чэн ободрал пук водных растений и обмыл предмет в воде.
Перед ними предстал костный остаток.
[Мать твоя... Это череп?!]
[Я один сначала подумал, что человеческий?! Но там вроде клыки... Звериный, точно!]
[Ну и удача у Учителя Цзяна — с размаху пробить ногой чей-то череп. Амитабха...]
Оба замерли, разглядывая находку.
— Похоже на молодого медведя, — медленно произнёс Цзян Чэн. — Как думаешь?
— Угу. Совсем ещё детёныш, — подтвердил Цзянь Синцэ, повернув кость концом шеста.
Клыки были короткими и практически не стёртыми.
В эти края доходила морская приливная волна, а уровень воды колебался в зависимости от сезона. Сейчас заканчивался период дождей, когда затопленной оказывалась почти вся суша, а в засуху болото превращалось в месиво из грязи. Потери среди фауны здесь были частым явлением.
Цзянь Синцэ сбросил череп обратно в воду:
— Раз тут бродили медведи, стоит держать ухо востро.
Цзян Чэн кивнул.
[Охренеть, медведи...]
[Наступить на такое в самом начале... Не к добру это.]
Цзян Чэн мельком взглянул на экраны стрима и усмехнулся:
— Бросьте суеверия. Наступить на кости — к удаче. Это предупреждение. Куда лучше знать об опасности заранее, чем столкнуться с медведем нос к носу без подготовки.
Он сверился с часами:
— Если успеем пройти мангры до темноты, ночевать будем в относительном комфорте. Если нет — придётся куковать на деревьях.
[Да-да, ты красивый, тебе всё можно!]
[Учитель Цзян, молчи! Теперь вы точно будете ночевать на ветках!]
[Ха-ха-ха, Цзян Чэн такой: «А повежливее?!»]
Маршрут лежал на север. Рельеф Анлокаса постепенно повышался в том направлении, а значит, шансы выбраться из воды росли с каждым шагом.
Климат здесь был мягче, чем в Долине дикарей. И хотя стояло лето, термометр показывал вполне терпимые тридцать два градуса.
Тем не менее, им требовалась питьевая вода. И хотя вокруг простирались океаны жидкости, пресной среди неё практически не было.
Цзян Чэн указал шестом на пышный зелёный кустарник неподалёку. Растение напоминало гигантскую ботву с зазубренными, покрытыми мелкими ворсинками листьями.
Они подобрались ближе. Цзян Чэн срубил ножом охапку стеблей и быстро очистил их от шипов.
— Этот чертополох — как дикий сахарный тростник, — Цзян Чэн надкусил сочный стебель.
Рот моментально наполнился сладковатым соком, снявшим сушь в горле.
— В корнях и стеблях куча чистой влаги. Отличный вариант для пополнения запасов, — прожевав, он взялся за следующий.
Тут эти заросли тянулись сплошной полосой. Нарезав ещё несколько пучков, они уложили их в самодельные петли на поясе.
[Запасы питьевой воды: +1]
[Смотрю на него, и самому тростника захотелось... Пошёл заказывать!]
[У Цзян Чэна всё съедобно, ха-ха!]
Они двинулись дальше. К исходу дня глубина всё так же гуляла, не позволяя выйти на сушу.
Вдруг Цзянь Синцэ тронул Цзян Чэна за плечо:
— На два часа. Берёзы.
Цзян Чэн вскинул голову. Метрах в ста действительно проглядывал светлый ствол берёзовой рощи.
— Вперёд! — повеселел он.
Движения стали быстрей.
— Берёза растёт только на твёрдом грунте! — на ходу бросил Цзян Чэн в камеру. — Значит, там суша! После целого дня в воде готов душу отдать за твёрдую землю под ногами.
Спустя час тяжёлого кросса по пояс в грязи они наконец выбрались к роще.
Цзян Чэн с облегчением выдохнул и с усилием протопал по сухой траве. С мокрой одежды ручьями стекала вода.
Они отжали штанины и принялись осматривать друг друга на предмет налипших пиявок.
— Глянь-ка, — Цзян Чэн прервал занятие и указал вниз.
Цзянь Синцэ присел. На мягкой почве чётко отпечатались две цепочки свежих следов, уходящие в глубину леса.
— Похоже, не мы одни приметили этот сухой островок, — прищурился Цзянь Синцэ.