За ночь Ми Юэ сумел более-менее прийти в себя.
Он понимал: где-то в этом мире могут жить такие же сородичи — люди из племени Горного божества, точно так же мучимые неизвестностью своего происхождения. Возможно, когда-нибудь судьба сведёт их вместе, и они узнают друг друга.
Ми Юэ хотелось верить в подобную возможность. Однако предаваться несбыточным грёзам и забывать о собственных обязанностях он не намеревался. Чьим бы сыном и сородичем он ни оказался, в первую очередь он оставался самим собой — Ми Юэ, научным сотрудником Исследовательского института горы Линси.
Воспользовавшись тем, что Линь Циньшань ушёл во двор побеседовать с дядюшкой Ма, Ми Юэ созвал всю троицу пушистых подопечных на небольшое совещание, чтобы предупредить о предосторожности в предстоящем пути. Раз уж наставник предупредил, что их цель — отвлекать внимание, в дороге с высокой вероятностью стоит ждать неприятностей.
— Сяомао на разведке, — Ми Юэ мягко погладил птицу по головке. — Только не улетай слишком далеко. Дамао, присматривай за Сяо Чжэньчжу. И самое главное: чужую еду от незнакомцев не брать!
Он всерьёз опасался, что, привыкнув к нему, зверята потеряют бдительность и по отношению к остальным людям.
— Ни за что! — первым подал голос Сяомао, активно замахав крыльями. — Я ем только то, что сам поймаю на улице, или то, что ты мне даёшь, Ми Юэ! Никаким злодеям меня не провести!
Дамао утвердительно кивнул и ткнул лапой Сяо Чжэньчжу.
За Дамао Ми Юэ почти не волновался. Бедолага из-за прежних побоев вырос пугливым и крайне недоверчивым к людям. Даже сейчас, когда Линь Циньшань угощал его чем-то, пёс оглядывался на Ми Юэ и принимался за еду лишь после его одобряющего кивка.
Больше всего опасений внушала Сяо Чжэньчжу. Малышка отличалась смышлёностью, но была ещё совсем юна и общалась с людьми меньше всех. До этого она жила в глухих горах, где человека и в глаза не видела. Ей элементарно не хватало опыта и понимания того, насколько опасными могут быть двуногие.
Ми Юэ вздохнул. Теперь уже бессмысленно гадать, стоит ли жалеть о спонтанном решении забрать её с горы. Главное — подумать, как обезопасить малышку.
Сяо Чжэньчжу, хоть и была крохой, благодаря звериному чутью мгновенно уловила суть человеческих слов. Встав на задние лапки и опершись передними о колено Ми Юэ, она мягко похлопала его крошечными подушечками:
— Я буду осторожной... Буду ходить за Дамао, не стану никуда убегать и чужое есть не буду.
Её влажные чёрные бусинки-глаза смотрели со смешанным чувством вины и тревоги — зверёк явно боялся стать обузой.
— Мы все должны быть внимательны. Не только ты, — Ми Юэ ласково погладил её по головке.
Шерсть у малышки, пока не наступили холода, оставалась короткой и тонкой, но на ощупь казалась невероятно мягкой. Проведя ладонью от затылка вдоль спины, Ми Юэ явственно ощутил под тонкой шкуркой хрупкий, ещё не сформировавшийся скелет. Удивительное, ни с чем не сравнимое чувство — прикосновение к детской хрупкости, когда кажется, что приложишь чуть больше силы — и покалечишь.
Сяо Чжэньчжу от удовольствия зажмурилась.
— В общем, на новом месте не разбегайтесь, — улыбнулся Ми Юэ. — Если захотите отлучиться — обязательно предупредите меня.
Троица послушно закивала.
Заметив, что Ми Юэ закончил свой инструктаж, Линь Циньшань, беседовавший во дворе с дядюшкой Ма, поманил ученика рукой. Вдвоём они разгрузили багажник, перетащив в кухню дядюшки Ма мешки с рисом, мукой и несколько канистр растительного масла.
Дядюшка Ма стоял с хмурым видом. Было видно, что его до глубокого раздражения доводит эта привычка гостя постоянно привозить припасы. По его мнению, Старик Линь был для него не просто давним знакомым, а верным другом и названым братом. Приезжать в гости с такими подношениями — значит проявлять излишнюю чопорность и чуждаться!
Понимая его мысли, Линь Циньшань похлопал друга по плечу:
— Сам ты зерно не выращиваешь, всё равно покупаешь. Тяжести такие таскать в одиночку — одна мука. А у меня машина, да и парень рядом. Захватили по пути, тебе же проще.
Дядюшка Ма только махнул рукой и недовольно буркнул:
— Чтобы в следующий раз без этого!
Старик Линь, разумеется, охотно кивнул. Понимая, что друзья направляются по делам в Биньхай, дядюшка Ма не стал навязывать сушёные грибы и сушь, а вместо этого собрал в дорогу ящик свежих фруктов.
На этот раз Линь Циньшань оставил дядюшке Ма номер телефона Ми Юэ: если тот прослышит о каких-то странных происшествиях в окрестных деревнях, то сможет позвонить из местного правления.
В деревне Мацзяюй обстановка была здоровой: и староста, и жители отличались здравомыслием. Будь это деревня Цзиньхуацунь, Старик Линь ни за что не стал бы рисковать и просить дядюшку Ма о подобных вестях.
Покинув горный район, они повели машину по очереди и добрались до Биньхая ещё до ужина.
Маршрут был уже знакомым, поэтому Сяомао и Дамао чувствовали себя бывалыми путешественниками. Особенный восторг испытывал болтливый Сяомао, восторженно наперебой знакомивший нового члена компании с видами за окном. Дамао поддакивал рядом. И пусть его пояснения порой выходили невпопад, вся троица пребывала в полном восторге.
Посмеиваясь над этой картиной, Ми Юэ снял короткое видео на телефон, а затем открыл WeChat и написал Цзин Жуну: «Ты сейчас где?»
Цзин Жун то ли не заметил сообщения, то ли был занят — ответа не последовало и через несколько минут. Решив не отвлекать его, Ми Юэ лишь попросил перезвонить при первой возможности. Сведения, добытые ими с наставником в горах, всё же лучше было обсудить при личной встрече.
Отложив телефон, Ми Юэ бросил взгляд в окно и с удивлением обнаружил, что Старик Линь сворачивает не туда.
— Эй, наставник, нам же не сюда! — спохватился Ми Юэ. — Если свернуть дальше, у улицы Таньцзелу, выйдет куда быстрее.
Линь Циньшань на мгновение растерялся:
— У какой ещё Таньцзелу?
Ми Юэ ехидно хихикнул:
— Наставник, вы что, тоже в навигаторе путаетесь?
Линь Циньшань с выражением сочувственной досады посмотрел на него через зеркало заднего вида:
— Ты думаешь, вокруг одни недоумки вроде тебя? Что там вообще можно не понять?!
Ми Юэ поджал губы. Получив очередной укол, он оскорблённо возразил:
— Но ведь жилой комплекс, где живёт дядя Цинь...
Поняв наконец, куда клонит ученик, Линь Циньшань перебил его:
— А кто тебе сказал, что мы остановимся у Цинь Ханя?
Ми Юэ растерялся:
— А разве нет?
— Нет, — с лёгкой ухмылкой ответил Старик Линь.
— А где же тогда? Если в отеле, туда пустят наш зоопарк?
В конце концов, за ним тянулась целая цепь питомцев.
Воспользовавшись паузой на красном светофоре, Линь Циньшань обернулся к заднему сиденью. Троица мохнатых пассажиров прилипла к стеклу, словно сгорающие от любопытства ребятишки. Сяо Чжэньчжу и вовсе вцепилась лапками в плечо Ми Юэ и так увлечённо вертела головой, что её хвостик извивался сам по себе.
Старик Линь не удержался от смешка.
Не понимая, чему тот улыбается, Ми Юэ вернулся к насущному:
— Может, тогда временно отвезём их к Си Шо?
— Не нужно, — возразил Линь Циньшань. — Я уже обо всём договорился.
— И где мы остановимся?
— У моего приятеля есть свободная квартира, одолжил на пару дней, — Линь Циньшань снова бросил взгляд в зеркало. — В прошлый раз твоей поездкой был озабочен старший соученик, вот и попросил Цинь Ханя тебя приютить. Я и сам переживал за твою безопасность, потому не стал вмешиваться.
— Ни к чему, всё в порядке, — поспешно замахал руками Ми Юэ.
Остановиться у друга наставника казалось вполне естественным, но заставлять постороннего человека принимать ещё и ученика виделось неловким. Каким бы близким ни был приятель Линь Циньшаня, для Ми Юэ он оставался чужим человеком, а к чужакам тот всегда относился настороженно.
Внешне Ми Юэ казался сговорчивым и общительным, но в глубине души не спешил открываться первым встречным. И Линь Циньшань отлично об этом знал.
— На самом деле ты с ним знаком, — добавил наставник. — Увидишь — сам поймёшь.
Ми Юэ неплохо знал Биньхай, поэтому вскоре догадался по окрестным пейзажам: они приближались к Новому кампусу Университета Биньхай.
Этот район ещё только застраивался: широкие магистрали, свежепосаженные аллеи и уходящие в небо высотки веяли духом молодости и устремлённости в будущее. Местность напоминала только что проснувшегося юношу, полного неукротимой энергии.
Ми Юэ всегда нравилась эта особая атмосфера. Ещё когда он приезжал сюда вести занятия, район покорил его чистотой и тишиной. И хотя прибрежная набережная ещё не была обустроена и выглядела довольно дико, отсутствие толп туристов и простор идеально подходили для прогулок с его питомцами.
Поскольку они ехали не прибрежным шоссе, Ми Юэ лишь махнул рукой в сторону горизонта:
— Море там. На берегу почти никого нет, так что я обязательно приведу вас туда погулять... Дамао и Сяомао там уже были.
Сяо Чжэньчжу тут же с любопытством перевела взгляд на старших товарищей. А неутомимый Сяомао, точно заводная игрушка, моментально включился и с энтузиазмом начал новый рассказ.