Сяомао устроил у ворот настоящий разгром: он раз за разом камнем падал вниз, хватал клювом какую-то дрянь и швырял её как можно дальше. Этот воинственный вид напрочь ошеломил всю дворовую братию.
Между делом пернатый успевал ещё и подбадривать остальных:
— Не ссать! Это всё из пруда выползло, их тут понты! С этой стороны трое, да ещё трое…
Ми Юэ вовремя вспомнил, что считать этот пернатый воитель так и не научился. В своё время Ми Юэ потратил кучу сил на обучение, но Сяомао усвоил лишь одно: он сам, Ми Юэ и Дамао — это «трое».
Вот только если сложить эти «трое» да ещё раз «трое», получалась уже внушительная орава. Пруд за оградой жилого комплекса был совсем небольшим, да и находился вплотную к домам — неужели там могло водиться столько змей?
Едва эта мысль промелькнула в голове, как издалека донёсся свист. Пронзительный, тончайший звук, вплетающийся в порывы ветра, словно мелкий вихрь, пролетающий по верхушкам деревьев.
Тем временем Чжичжуся уже увлёк всё своё семейство за ворота — выручать Сяомао. Увидев, как вслед за взрослыми ковыляют крошечные ежата, Ми Юэ спохватился и крикнул, пытаясь загнать малышей обратно в дом, но ежовая чета в один голос ответила категорическим отказом.
Из-за спешки они протараторили что-то неразборчивое, но Ми Юэ уловил суть: мол, случай упускать нельзя. Поразмыслив, он удивлённо хмыкнул — это что, местный вариант «суровой школы жизни»? Преподать детворе урок выживания с пелёнок, дав вкусить опасности дикой природы?
Ми Юэ где-то читал, что ежи охотятся на змей. Наверное, с малых лет научиться одолевать собственную добычу — ключевой навык для любого зверька. Настоящее боевое крещение.
Фантазия Ми Юэ уже готова была разыграться вовсю, но мысль о том, что по территории комплекса ползают гады, мигом вернула его к реальности. Схватив телефон, он набрал номер управляющей компании и дежурки охраны.
Он надеялся, что подобное уже случалось и у местной службы есть отработанный алгоритм действий…
Но надежды рухнули в мгновение ока. Дежурный диспетчер едва не рыдал в трубку, лепеча, что звонки от жильцов поступают один за другим. Пожарную службу и полицию уже вызвали, а пока всё, что они могут сделать, — это просить людей плотно закрыть окна и не выходить на улицу.
Повесив трубку, Ми Юэ бросился в комнату Линь Циньшаня. Захлопнув окна, он строго-настрого наказал старику носа не высовывать, после чего стремительно пробежался по всему дому, проверяя остальные запоры.
Как бороться с нашествием рептилий в подобных условиях, он понятия не имел. Не найдя ничего лучше, Ми Юэ выгреб из ванной несколько баллончиков с ядохимикатами и густо опрыскал отпугивающим аэрозолем периметр дома, надеясь, что резкий едкий запах остановит непрошеных гостей.
В этот момент во дворе поднялся гвалт. Сяомао во весь голос зазывал остальных к оружию, предупреждая, что с тротуара за воротами ползёт целая орда.
Ми Юэ почувствовал, как к горлу подбирается липкий холодок. Что-то здесь было не так. Если бы животных охватила паника из-за надвигающегося катаклизма или скачка атмосферного давления, они бы метались во все стороны без разбору. С какой стати гадам выстраиваться в колонну и целенаправленно двигаться в одну точку?
К тому же ни Сяомао, ни остальные звери не проявляли ни малейших признаков беспокойства, характерных для приближения стихийного бедствия.
Неподалёку раздался отчаянный писк Сяо Чжэньчжу:
— Помогите-е-е!..
Ми Юэ рванулся на крик и замёрз от ужаса: туловище крошечного зверька пестрело яркими кольцами — пестро раскрашенная тварь мёртвой хваткой обвила пушистый комочек.
В голове у Ми Юэ мгновенно помутилось. Забыв обо всём на свете, он уже готов был голыми руками вцепиться в змею, как вдруг гадина шевельнулась и выпростала из-за спины Сяо Чжэньчжу уродливую треугольную голову.
В руке у Ми Юэ всё ещё зажат был баллончик с химией. Не раздумывая ни секунды, он зажал клапан и направил струю прямо в уродливую морду. Трудно сказать, что сработало лучше — токсичные ядохимикаты или неожиданный удар ледяной шипящей струи, — но пёстрая лента ослабила хватку и стремительно соскользнула в траву.
Носком кроссовка Ми Юэ поддел гадину, отбросив её подальше, подхватил дрожащую Сяо Чжэньчжу и прижал к груди, на пределе скорости устремляясь к крыльцу. На бегу он судорожно спросил:
— Укусила?! Скажи, укусила?!
— Н-нет… — Едва слышно пропищала малышка, дрожа всем тельцем.
Она выросла на горе Линси, где хоть и хватало водоёмов, но прохладный горный климат не жаловал чешуйчатую тварь. Такую здоровенную змею Сяо Чжэньчжу видела впервые в жизни. Что уж говорить о пережитом кошмаре, когда тебя сжимают в смертельных объятиях.
Вбежав на крыльцо, Ми Юэ увидал, что в гостиной горит свет. Линь Циньшань стоял у распашных дверей с бейсбольной битой наперевес, настороженно всматриваясь в темноту двора.
На подоконнике с той стороны стекла сгрудились кошки; их глаза в полумраке светились от напряжения круглыми плошками. Завидев Ми Юэ, Сяо Бинтан уже намеревался сигануть вниз, но парень отчаянно замахал руками, заставляя зверьё оставаться в доме.
— Её змея сжала! Посмотрите, профессор, не пробиты ли покровы! — Ми Юэ сунул малышку в руки Линь Циньшаню и сразу же прихлопнул дверь.
— Да заходи ты внутрь! — крикнул через стекло Линь Циньшань.
Но Ми Юэ качнул головой. Оказаться в защищённом теплом доме было заманчиво, однако снаружи оставались Сяомао, Дамао и питомцы Янь Цина с Линь Дунчжи. Во дворе царил настоящий хаос, и собрать всех до единого сейчас не было никакой возможности.
Звери вышли охранять его дом, превратившись из дозорных в передовой отряд. Разве мог он бросить их одних на линии огня?!
Фонари на газоне и освещение под навесом заливали ярким светом пространство около дома, однако из-за густых теней на периферии человеческому глазу было трудно разглядеть детали.
После того как Ми Юэ расправился со змеёй, напавшей на Сяо Чжэньчжу, во дворе установилась зыбкая тишина. Хэйтан перестал лаять и, насторожив уши, вслушивался в ночные звуки.
Следом за псом, сжимая в лапках веник на манер копья, осторожно двигался Дамао. Глядя на отвагу соратников, кот тоже заразился боевым духом, но судя по тому, как часто он оглядывался на хозяина, ему куда больше хотелось очутиться на ручках.
Дамао никогда не отличался бойцовским нравом, и сам факт того, что он осмелился выйти во двор, приводил Ми Юэ в восторг. Но взять беднягу на руки сейчас было некогда. Выдавив ободряющую улыбку, Ми Юэ послал коту тёплый взгляд.
Тем временем Сяомао описывал небольшие круги в небе над двором, тихонько курлыкая и передавая сводки с полей:
— Из двора они отступили! У ворот ещё двое гадов носы суют… Не ссать! Они секут, что у нас тут целая орава дозорных, не сунутся!
Наступила временная передышка. Возможно, вот-вот подоспеет подмога от управляющей компании или пожарных, а может, твари снаружи лишь переводили дух перед новым штурмом.
Не имея иных средств защиты, Ми Юэ снова взялся за ядохимикаты, методично заливая ядовитым аэрозолем дверные щели и подоконники.
Проверив кухонные двери и окна, Ми Юэ убедился, что они наглухо заперты, и густо запенил щели химикатами.
Спустившись по ступеням на узкую дорожку, с обеих сторон обрамлённую аккуратным газоном и старыми османтусами у ограды, он вдруг замёрз на месте.
С чего бы гадам нападать исключительно с переднего двора? Что это за организованное шествие? Экскурсионная группа? Или…
Кто-то направляет их извне?!
Лёгкий ветерок шевельнулся в листве старых османтусов.
Ми Юэ уже собрался повернуться к переднему двору, как край глаза уловил странное движение в кроне дерева.
Возможно, качнулась ветка или вспугнутая ночная птица задела листья, но в ту же секунду сердце Ми Юэ сжалось в ледяной комок. Каждая клетка его тела отозвалась первобытным ужасом.
Чисто на инстинктах он отшатнулся в сторону. Баллончик выскользнул из ослабевших пальцев и с гулким звоном ударился о камень.
В то же мгновение его вторая рука, словно обладая собственным разумом, взмыла по дуге — и бейсбольная бита с сочным, хлёстким треском встретила метнувшуюся из листвы тень!
Он даже не успел разглядеть нападавшего — просто ощутил, как деревянный снаряд встретил упругое поддающееся тело, отозвавшееся странной пружинящей отдачей.
Тень отлетела прочь и с глухим шлепком грохнулась прямо на каменные ступени перед кухней.
Это была метровка-змея, толщиной с хорошую скалку. Под светом фонарей её темно-серая чешуя отсвечивала тошнотворным розоватым глянцем.
Чудовищный по силе удар оглушил тварь, а падение на острый край камня, похоже, сломало ей хребет. Гадина судорожно дёрнулась пару раз, сползла на землю и замерла без движения.
Ми Юэ отступил на два шага назад.
Лишь теперь сквозь каждую пору на его коже пробился липкий холодный пот.
Осознание того, насколько близко он прошёл от смертельной опасности, отозвалось в теле накатывающей слабостью и дикой, опустошающей тревогой.
Что делать дальше? Рискнуть и добить её повторным ударом? Или не искушать судьбу?
От пережитого стресса мозг накрыла острая, пульсирующая боль — будто после недели беспрерывной работы на износ. В висках стучало молотом, глазные яблоки ломило от напряжения.
Пока он стоял в оцепенении, из кухни раздался громовой глас Линь Циньшаня:
— Прочь оттуда!
Многолетняя привычка слушаться наставника сработала мгновенно — Ми Юэ подался в сторону. За спиной со всплеском что-то грохнуло, и, оглянувшись, он увидел, как Линь Циньшань метнул из дверей горящую ветошь.
Змеиное туловище мгновенно вспыхнуло ярким факелом.
Тварь действительно оказалась не совсем мертва: подхваченная огнём, она отчаянно заизвивалась на каменной дорожке.
Ми Юэ застыл в смеси ужаса и дикого азарта. С одной стороны, хотелось проверить, сработает ли пламя, с другой — одолевал страх: а ну как она в последнем отчаянном рывке прыгнет и вцепится в ногу?!
Впрочем, опасения были излишни. Живучесть рептилии имела свои пределы: перебитый хребет не оставил ей шансов, а конвульсии были лишь предсмертными рефлексами.
Охваченный пламенем клубок ещё немного подёргался на камнях и окончательно затих, обугливаясь в темноте.
Со стороны палисадника метнулся яркий луч фонаря, и незнакомый голос выкликнул из тьмы:
— Эй! Есть кто живой?!
Окончательно обессилев, Ми Юэ поплёлся к воротам. Спереди раздавался громкий, отчаянный лай Хэйтана и отрывистое курлыканье Сяомао, а из глубины района уже доносился нарастающий вопль пожарных сирен.
Колени у Ми Юэ подогнулись, и он едва не рухнул прямо на траву. В ту же секунду Хэйтан, виляя всем задом, подскочил к нему, встал лапами на грудь и с размаху лизнул прямо в подбородок, восторженно зашипев-залаяв:
— Ми Юэ! Ты обязательно должен рассказать моему папе! Слышишь, обязательно! Я сегодня был просто красавчиком… Ну скажи, я ведь реально красавчик?!