На следующее утро, едва завершив завтрак, Линь Циньшань поднялся к себе переодеться. Спустившись, он бросил на ходу Ми Юэ:
— Ты ведь собирался в город? Вот и отлично, подбросишь меня по пути.
Ми Юэ еще накануне договорился с Янь Цином съездить к нему в мастерскую. Из-за известий о Председателе Чжао он порывался отменить встречу, но профессор Линь сам настоял на обратном.
— Поезжай, развейся, чего дома сидеть? — со вздохом сказал старик, погладив ученика по макушке. — Ушедших не вернешь, а живым нужно жить дальше.
Видя, с какой тяжестью на сердце говорит наставник, Ми Юэ не посмел перечить и споро согласился.
Мастерская располагалась за городом. По словам Янь Цина, кругом там шумел густой лес, так что Ми Юэ решил прихватить с собой всю домашнюю ораву — устроить зверью небольшой пикник на природе. Сяомао-то еще ничего, ему проще — крылья есть. По ночам пернатый вылетал на охоту и нарезал круги в небе, а вот Дамао и Сяо Чжэньчжу приходилось несладко: дикие по своей природе создания целыми днями томились в тесном дворце.
Услышав о поездке, мохнатые питомцы пришли в неописуемый восторг. Пока Линь Циньшань говорил по телефону на крыльце, зверье поочередно заскочило в салон и чинно уселось на заднем сиденье.
Ми Юэ забрался на водительское место и строго шепнул через плечо:
— Сидеть тихо! У дедушки настроение скверное, так что без шума. И главное — рюкзаки раньше времени не потрошить!
Выбираясь на прогулку, он всегда запасался съестным, но у зверья уже выработалась пагубная привычка: едва оказавшись в машине, они принимались шмонать сумки в поисках лакомств. Пожурив питомцев для порядка, Ми Юэ махнул рукой. В конце концов, они ведь как дети: зажмешь в рамки — лишишь радости, да и сам вымотаешься.
Линь Циньшань всё еще стоял в тени под навесом крыльца, прижав к уху телефон. Если присмотреться издалека, становилось заметно, как сильно он сдал за последние дни. Прежде ладно сидевшая рубашка теперь висела мешком, лицо осунулось, а линия челюсти обозначилась острее прежнего.
Ми Юэ лишь лишний раз убедился: решение не пускать учителя за руль было единственно верным. Отрешенный, погруженный в свои мысли старик запросто мог отвлечься на дороге.
"Ну уж нет, — Ми Юэ мысленно рассек воздух кулаком. — Настала моя очередь защищать наставника!"
Спустившись по ступеням, Профессор Линь застал своего младшего ученика в образе рвущегося в бой полководца.
Он на миг замер, озадаченно взглянув на юношу через лобовое стекло. Затем открыл дверцу, опустился на переднее сиденье и откашлялся:
— Высадишь меня на улице Дунхулу, у ресторана баранины семьи Шэн.
Ми Юэ от удивления чуть не выронил ключи:
— Баранина в такую жару?!
Линь Циньшань ухмыльнулся, глядя на его вытянувшуюся физиономию:
— А кондиционеры на что? К тому же там подают не только баранину... Ты чего раскудахтался?
Заводя двигатель, Ми Юэ обиженно подумал: "Я же о вашем здоровье пекусь, старик!.."
Оглянувшись на задний ряд, где смирно сидела пушистая компания, Линь Циньшань потеплел взглядом. Похоже, его мрачный вид в последние дни не на шутку напугал малышню. Подумав, профессор мягко произнес:
— Погуляйте там хорошенько, далеко не убегайте. Вернусь — привезу вам чего-нибудь вкусного.
Зверушки принялись выражать радость кто во что горазд: Сяомао замахал крыльями, Дамао оскалился в жизнерадостной ухмылке, а Сяо Чжэньчжу с гордостью качнула пушистым хвостом.
Профессор Линь улыбнулся и повернулся к ученику:
— Дорогу-то знаешь?
— Знаю, — кивнул Ми Юэ. — Я когда к Янь Цину ездил, как раз мимо Парка Восточного озера проезжал.
Улица Дунхулу пролегала прямо перед парком. Юноша помнил, что Янь Цин тогда заказывал еду из местного ресторанчика, а по соседству с ним как раз располагалось заведение с бараниной.
— Ты там сам не шастай, — наставлял его Ми Юэ. — Как наешься, сразу звони, я приеду и заберу тебя.
— Посмотрим по обстоятельствам, — неопределенно буркнул профессор. Не хватало еще по каждому поводу дергать ученика, будто сам доехать на такси не в состоянии.
Ми Юэ продолжал давать наставления, но Линь Циньшань, занятый своими мыслями, слушал вполоборота. Лишь у самого ресторана он не выдержал:
— И откудова в тебе столько ворчливости? Мне до старости еще далеко, а ты уже бубнишь, как дед!
Ми Юэ прикусил язык. Сейчас спорить не стоило — пусть лучше учитель выместит раздражение на нем, чем носит тяжесть в себе.
Юноша опасался, что придется плутать в поисках нужного места, но броская вывеска «Лаошэнцзя» бросилась в глаза издалека. Сам ресторан выглядел внушительно и со вкусом — не признать его было невозможно.
Едва машина затормозила у тротуара, из дверей заведения навстречу высыпала небольшая компания.
Во главе шел высокий мужчина средних лет. Ми Юэ считал себя и Цзин Жуна весьма высокими, но этот незнакомец превосходил их ростом на добрых полвершка. По возрасту он выглядел ровесником Профессора Линя, однако держился с исключительным достоинством. В каждом его движении сквозила житейская умудренность, а в глубоких, точно у иноземца, темных глазах светился зрелый ум.
Ми Юэ невольно признал: этот импозантный господин выглядел даже привлекательнее его наставника.
За спиной статного мужчины, помимо пары молодых ассистентов, плелся коренастый пожилой человек. В отличие от своего спутника, он буквально лучился замашками успешного дельца из лихих времен: из-под седеющих густых бровей высматривали щелочки проницательных, хитрых и одновременно заискивающих глаз.
Угловатый старик держался с покровительственной вальяжностью богача, однако рядом с владельцем ресторана выглядел скорее просителем, пытающимся через нужные связи выслужить благосклонность Линь Циньшаня.
Ми Юэ озадаченно нахмурился. Он и понятия не имел, когда его учитель успел обзавестись подобными знакомствами.
Впрочем, раз уж люди вышли навстречу — а по возрасту они годились профессору в ровню, — высадить учителя и уехать было бы верхом невежества. Ми Юэ выбрался из машины, чтобы поздороваться и не ударить в грязь лицом перед гостями.
Заметив ученика, Линь Циньшань одобрительно улыбнулся и предстал перед спутниками:
— Познакомься, это твой дядюшка Шэн, Шэн Анси. Мой давний однокашник. Помнишь, ты просил помочь с поисками человека? Это его заслуга.
Ми Юэ не смел проявлять неучтительность. Шагнув вперед, он склонил голову:
— Здравствуйте, дядюшка Шэн! Спасибо вам большое за помощь, простите, что пришлось беспокоить из-за такой мелочи.
Шэн Анси скупо кивнул, окинул юношу внимательным взглядом с головы до ног и повернулся к Линь Циньшаню:
— А ученик-то твой, похоже, перерос учителя. В последнее время только и слышу, как его нахваливают.
Профессор Линь расплылся в горделивой улыбке:
— Вот, воспользовался случаем, решил вас познакомить. Если что случится — присмотри за парнем.
В глазах Шэн Анси мелькнула теплая искринка:
— К чему эти церемонии между нами? Ладно, что на дороге стоять, идемте внутрь.
Линь Циньшань усмехнулся:
— Щедрое предложение, да только мы старыми друзьями собрались, нечего молодежи с нами уши греть. Познакомились — и хватит. Ступай по своим делам, Ми Юэ.
Шэн Анси попытался было возразить, но профессор дружески хлопнул его по плечу. Владелец заведения понимающе кивнул:
— Что ж, логично. Сегодня посидим чисто своей компанией, а в следующий раз я обязательно угощу твоего орла лучшей бараниной в городе.
Ми Юэ вежливо поблагодарил его, про себя удивляясь: надо же, этот ресторан — его личная собственность... Но чем вообще занимается этот человек? Если он учился вместе с профессором, значит, тоже археолог. Только как исследователь древности превратился в ресторатора?
Едва юноша собрался откланяться, как коренастый старик из сюиты Шэн Анси сделал шаг вперед и елейно улыбнулся:
— Какая приятная встреча! Не ожидал увидеть здесь самого профессора Линя. Много слышал о вас, много!
Линь Циньшань на секунду запнулся, всматриваясь в его лицо:
— Вы... босс Цзян?
Старик раскатисто расхохотался:
— Виделись-то много лет назад, а ведь помните!
Профессор сдержанно кивнул:
— Сестра Юань сказывала, вы свой бизнес в Шаньси ведете. Какими судьбами в Биньхае? Неужто решили местный рынок освоить?
Босс Цзян развел руками с наигранной досадой:
— Да какое там! Я уж пару лет как на покое, все дела молодежи передал. Просто услышал, будто в тамошний аукционный дом редкие вещицы завезли, вот и приехал полюбоваться.
— И как поживает сестра Юань? — как бы между прочим спросил Линь Циньшань.
Лицо старика на мгновение исказила тень смущения:
— Э-э... да мы ведь расстались несколько лет назад. Она в родных краях живет... Впрочем, все благополучно, у всех все хорошо.
Услышав это имя, Ми Юэ словно током ударило. Цзян Ваньчжун! Тот самый Цзян Ваньчжун, про которого профессор перед спуском с горы велел передать Цзин Жуну для тайной проверки!
Цзин Жун упоминал, что тот объявился в Биньхае, но Ми Юэ и помыслить не мог, что учитель столкнется с ним прямо на пороге ресторана. Судя по поведению Цзян Ваньчжуна, он искал этой встречи намеренно.
Вот только Шэн Анси явно не горел желанием с ним брататься. Ми Юэ задумался: неужели Цзян Ваньчжун пытается выгадать что-то через Профессора Линя? Но что может дать ему скромный ученый, не имеющий ни связей в бизнесе, ни огромных денег?
Поразмыслив еще немного, юноша попрощался с Шэн Анси и Цзян Ваньчжуном и вернулся в машину. Едва заведя мотор, он помахал присутствующим рукой.
Шэн Анси тем временем перевел взгляд на заднее сиденье, где из окон с любопытством высунулись три мохнатые морды.
— Твое хозяйство? — с невольным интересом спросил он у Линь Циньшаня.
Машина тронулась, и ответ учителя потонул в шуме мотора.
Впрочем, Ми Юэ не особо переживал, что питомцев кто-то увидит. Хотя держать диких зверей в черте города не совсем легально, у него имелись официальные бумаги. К тому же троица отлично адаптировалась к цивилизации: выросла упитанной, довольной и болезнями не страдала. Да и проживание здесь — временная мера, рано или поздно их придется вернуть в родные леса. Кто знает, может, к следующей их встрече мохнатые уже будут резвиться на просторах горы Линси.
На повороте Ми Юэ бросил взгляд в зеркало заднего вида. Шэн Анси с профессором уже скрылись за дверями заведения, а Цзян Ваньчжун так и остался стоять на тротуаре, о чем-то споря с двумя ассистентами ресторатора.
Расстояние не позволяло расслышать разговор, но картина вырисовывалась четкая: Шэн Анси просто-напросто не пустил Цзян Ваньчжуна за общий стол.
Значит, старый делец и впрямь имеет к учителю какой-то шкурный интерес... Но какой?
Когда машина миновала Парк Восточного озера, она взяла курс к подножию гор.
Прилегающая к парку возвышенность звалась горой Лотосов. Высотой она не отличалась, зато виды открывались сказочные: сквозь густую зелень на склонах то и дело мелькали крыши роскошных вилл. В этих местах селилась исключительно городская знать.
Янь Цин рассказывал, что его прежняя мастерская находилась неподалеку от парка, но после реконструкции района ему пришлось перебраться на противоположный склон — в деревню Лишуцунь.
От Парка Восточного озера Лишуцунь отделяла лишь гора Лотосов, а от самого города — пара десятков километров. Место идеальное: и город рядом, и земля дешевая, оттого здесь и осело целое созвездие художников и ремесленников.
Едва они въехали в лес, Сяомао радостно выскочил в окно. Изумрудное море деревьев было его любимым зрелищем, и в такие минуты никакие лакомства не могли удержать птицу в салоне.
Дамао с Сяо Чжэньчжу тоже заерзали на сиденьях. Лишь клятвенное обещание Ми Юэ выпустить их на волю сразу по прибытии заставило пушистых непосед утихомириться.
Участок Янь Цина расположился прямо у подножия горы, под сенью густых деревьев, метрах в трехстах от ближайших соседей. Почти все жители деревни промышляли керамикой, а по соседству, как сказывал Янь Цин, ютилась еще и Деревня Масляной Живописи — там заправляли живописцы.
У ворот Янь Цина красовалась скромная вывеска «Люцицзя». Выглядела она не так претенциозно, как деревянный щит его антикварной лавки в городе, но цветовая гамма точно повторяла оригинал — сразу видно, чье заведение.
Когда Ми Юэ припарковался у входа, к воротам одновременно подошел грузовик. Янь Цин вместе с помощниками как раз разгружал кузов, заваленный коробками и узлами.
Заметив вылезающего из машины гостя, гончар весело помахал рукой:
— Будто чувствовал, когда приехать! Давай, подключайся к разгрузке!