Е-гэ больше не мог вымолвить ни слова, из его груди вырывался лишь тяжелый, клокочущий хрип.
Шэн Анси окончательно отказался от мысли выбить из него хоть какие-то ответы.
Он поднялся и с холодным презрением оглядел сверху вниз лицо подчиненного, уже подернутое мертвенной серостью. Сжав челюсти, он тихо процедил:
— Уходим.
Сяо У молча поднялся. Лао Цзе на мгновение замешкался и неуверенно спросил:
— Босс, может, вытащим Е-гэ наружу, к выходу из грота? Тут всё пропиталось кровью, не дай бог на этот запах припрется какая-нибудь тварь...
Шэн Анси колебался.
Подкрепление еще не поднялось, снаружи оставался только Лао Вэй. Если запах крови действительно привлечет кого-то из местных хищников, один Лао Вэй просто не справится.
Сяо У выжидающе смотрел на него, ожидая решения.
И в этот момент со стороны туннеля, откуда они пришли, донесся резкий, неприятный скрежет — словно по шершавому камню с силой провели чем-то твердым и массивным.
Узкий каменный коридор многократно усилил звук, заставив эхо гулко отдаваться от стен.
Лица людей мгновенно потемнели. Лао Цзе нервно прикоснулся к гарнитуре и, понизив голос до шепота, позвал:
— Лао Вэй?
Ответа не последовало.
Лао Цзе изменился в лице.
Тут же раздался второй скрежет — на этот раз значительно ближе. Что-то неумолимо шло по их следам, спускаясь вслед за ними по каменным ступеням.
Шэн Анси стиснул зубы:
— Вперед! Быстро!
На этот раз ни Лао Цзе, ни Сяо У колебаться не стали. Сжав оружие, они устремились прочь. Сяо У вскинул автомат обеими руками, в спешке даже забыв забрать у Ми Юэ светящуюся трубку.
Ми Юэ, ощущая, как сердце уходит в пятки, бросился вслед за ними. У него при себе не было даже шариковой ручки — выскочи в этот момент свирепый хищник, договориться удалось бы разве что с А-Цзяо. Любая другая тварь просто сделала бы из него сытный обед.
Плясали тени от светодиодных трубок, отряд стремительно продвигался вглубь каменного лабиринта. А то, что преследовало их, двигалось следом — неторопливо, но неумолимо.
Истекающий кровью Е-гэ, судя по всему, его ничуть не заинтересовал. Преследователь явно предпочитал живую, передвигающуюся добычу.
Звуки, доносившиеся из темноты, выдавали огромное существо: шуршание чешуи о каменные стены, тяжелые удары по полу и время от времени — грубое, прерывистое дыхание.
С каждым его шагом в воздухе всё сильнее ощущался тошнотворный, едкий запах свежей крови.
Изначально Шэн Анси рассчитывал вырваться из открытого круглого зала, найти удобный изгиб коридора и устроить там засаду. Однако затяжной отход показал, что туннель тянется прямо, не предоставляя ни единого укрытия. Они оставались как на ладони.
Приходилось отступать дальше.
Стоило им попытаться перевести дух, как из темноты снова доносилось приближающееся шуршание. У Ми Юэ даже сложилось жуткое ощущение, будто неизвестная тварь сознательно гонит их вперед, точно стадо на убой.
Шэн Анси со своими спутниками тоже уловили эту странность. Тяжело дышащий Лао Цзе остановился, развернулся в сторону темноты и со злостью сплюнул на камни:
— Мать твою! Хватит бегать, примем бой!
Если бежать дальше, сил на драку просто не останется.
Не успело эхо его голоса утихнуть, как сверху раздался шорох, и с высоты прямо перед Лао Цзе с глухим стуком что-то рухнуло, заставив всех вздрогнуть.
Это было птичье гнездо размером с хороший таз, сплетенное из веток и сухой травы. От удара о землю оно мгновенно развалилось, и из вороха сучьев выскользнули две пестрые змеи.
Шэн Анси едва успел крикнуть:
— Не смей...
Вспыльчивый Лао Цзе уже рванулся вперед, сжимая в одной руке оружие, а другой выхватывая из бокового кармана рюкзака баллончик с репеллентом:
— Оставьте свет и уходите!
Увидев, что Шэн Анси и Сяо У бросились наутёк, Ми Юэ мгновенно швырнул светящуюся трубку на пол и прибавил ходу.
Даже не разбираясь в огнестрельном оружии, базовым здравым смыслом он обладал. Пространство в каменном туннеле было узким, стены — гладкими. Пожелай Лао Цзе открыть огонь...
Ми Юэ совсем не улыбалось словить рикошет и остаться лежать в этой тьме.
Пробежав приличное расстояние, они услышали за спиной короткую автоматную очередь. Эхо прокатилось по коридору, заставив, казалось, задребезжать сами стены.
Сяо У активировал свежую светящуюся трубку и опустился на корточки рядом с Шэн Анси, с нетерпением и тревогой ожидая возвращения товарища. Вскоре в гарнитуре раздалось тяжелое дыхание Лао Цзе:
— Я в норме.
Все облегченно выдохнули. Ми Юэ мысленно поразился невероятному везению этого человека.
Сяо У покосился на Ми Юэ и с некоторой надменностью буркнул:
— Лао Цзе — снайпер, каких поискать.
Ми Юэ оставалось лишь молча проглотить вертевшийся на языке вопрос: «Если он такой умелец, чего же ты сам дёру дал?».
Статус заложника диктовал свои правила — язвить сейчас было слишком опасно.
Вскоре прибежал и сам Лао Цзе.
Светодиодная трубка была прикреплена к ремню на его груди. Кроме растрепанных волос, никаких повреждений на нем не виднелось.
Не успели они сделать и пары глубоких вдохов, как из непроглядного мрака неподалеку снова раздался глухой стук упавшего предмета. У Шэн Анси от этого звука волоски на коже встали дыбом.
Сяо У тут же удержал Лао Цзе, достал из рюкзака емкость с отпугивающим составом и щедро окропил землю вокруг них.
О передышке пришлось забыть. Отряд снова устремился вперед, судорожно вслушиваясь в шорохи за спиной.
Лао Цзе предпринял еще одну попытку связаться с Лао Вэем, но, не получив ответа, окончательно омрачился:
— Босс, а здесь точно больше никого нет?
Уж больно методично и осознанно их загнали. Поверить в то, что этим процессом никто не управляет, было невозможно. Не стали бы змеиные гнезда сыпаться с потолка одно за другим без чьей-то указки!
Но каменный коридор был как на ладони — ни укрытий, ни тайных ниш. Да и откуда в месте, где сотни лет не ступала нога человека, взяться слежке?
Лао Цзе выругался:
— Чертовщина какая-то, а не место!
В этот момент свет трубки на груди Лао Цзе несколько раз мигнул.
Ресурс работы таких миниатюрных источников света составлял от одного до двух часов. Выходит, сами того не замечая, они плутали по этим подземельям уже довольно долго.
Сзади снова послышался отчетливый скрежет. На этот раз звук доносился совсем близко — сомнений не оставалось: чешуя с шелестом терлась о гладкий камень пола.
Этот звук отзывался в жилах леденящим ужасом.
Лао Цзе взглянул на Шэн Анси:
— Бежим дальше?
Шэн Анси понимал, что бесконечный бег их погубит. Впереди как раз намечался плавный изгиб коридора — не то чтобы надежная защита, но все же лучше, чем прямая как стрела галерея.
Шуршание становилось все громче.
В скудном мерцающем свете из тьмы вырисовывался огромный силуэт.
Первым, что они увидели, были сверкающие в полумраке глаза размером с сочные абрикосы. Затем показалась массивная голова величиной с добротный таз — точная копия их А-Цзяо, только увеличенная в десятки раз.
А-Цзяо всегда казался милым и немного недотепистым, но эта же морда, обретя гигантские размеры, внушала лишь первобытный трепет. В холодных глазах твари явственно читалась нескрываемая лютая жажда убийства.
Следом за ней ползла бесчисленная орда змей — они ковром затапливали проход, некоторые взбирались прямо по каменным стенам. Вереница гадов колыхалась подобно штормовому морю, отчего к горлу подступала тошнота.
Змеиный поток вынужденно остановился у полосы, залитой репеллентом Лао Цзе.
Гады копошились, сбиваясь в кучу и проявляя крайнее беспокойство, но переступить невидимый рубеж не решались — химикат явно действовал на них разрушительно.
Возглавлявшая их гигантская змея тоже замерла, словно приглядываясь к преграде.
Лао Цзе, не теряя времени, выцелил её глаз и спустил курок.
Тварь с невероятной прытью уклонилась от пули, однако выстрел разъярил ее. Вскинув массивную голову, она широко распахнула пасть и вывернула из себя оглушительный, похожий на рев шипящий звук, после чего круто рванулась вперед и выплеснула струю ядовитой слизи.
Воздух мгновенно отравился едкой, тошнотворной вонью. Земля, куда попали брызги яда, зашипела, покрываясь глубокими язвами прожженного камня.
Самым страшным оказалось то, что вместе с этим плевком действие состава, нанесенного на стены и пол, сошло на нет. Змеиная орда, точно услышав невидимый сигнал к атаке, наперегонки хлынула вперед.
Люди рванули прочь, не разбирая дороги.
Сяо У вовремя зажег новый источник света, так что путь просматривался лучше прежнего. На бегу оглянувшись, он внезапно обнаружил, что Ми Юэ не просто отстал — он исчез!
Сяо У выкрикнул:
— Заложник пропал!
Шэн Анси и Лао Цзе разом обернулись. Лао Цзе хлопнул себя по лбу:
— Я вроде слышал, как он грохнулся...
Сяо У, до этого сосредоточенный на мысли, сдержит ли химзащита змей, тоже припомнил звук падающего тела.
Шэн Анси смерил взглядом непроглядную тьму за спиной и замер на мгновение.
Понимая, насколько ценен Ми Юэ, оба спутника застыли в нерешительности.
Наконец Шэн Анси глухо произнес:
— Возвращаться не будем. Если сдох... значит, судьба у него такая.
* * *
Ми Юэ кубарем полетел вниз — пол под ногами неожиданно ушел под крутым уклоном. Не успев зацепиться, он соскользнул по наклонной поверхности.
А затем до его уха донесся едва слышный гул, словно рядом мягко захлопнулась раздвижная дверь на роликах.
Ми Юэ мгновенно почувствовал, как изменился воздух. Мерзкая змеиная вонь рассеялась без следа. Он словно провалился в совершенно иное пространство, где температура была градуса на два-три выше, чем в холодном коридоре.
Вокруг царила абсолютная тишина. Ни человеческих шагов, ни шороха зверей, ни даже жужжания насекомых. Лишь собственное учащенное дыхание и глухие удары сердца нарушали это безмолвие.
Ми Юэ пошарил вокруг себя: под руками по-прежнему ощущались ровные каменные плиты — прохладные, со следами грубой древней обработки. В стыки между блоками, похоже, была влита особая смола, которая за долгие века в условиях постоянного микроклимата ничуть не потеряла своей прочности.
Мастерство древних строителей действительно внушало почтение.
Выпрямившись, Ми Юэ осторожно вытянул руки и стал обследовать пространство. Совсем рядом пальцы наткнулись на массивную каменную створку. В нее было вмонтировано металлическое дверное кольцо, покрытое шершавым налетом ржавчины — вещь явно невероятно древняя.
Судя по всему, именно сквозь эту дверь он только что сюда и вывалился.
Ми Юэ потянул за кольцо, но створка даже не шелохнулась. Тогда, держась ладонью за каменную стену, он медленно пошагал вперед, пытаясь понять размеры помещения. Вскоре он ощутил, что подъем под ногами плавно уходит вверх — создавалось ощущение, будто он поднимается по серпантину на вершину горы.
Стена под рукой описывала ровную дугу, закручиваясь внутрь. Ми Юэ шел словно по широкой спиральной лестнице.
Вокруг сгустилась тьма непроницаемая, точно тушь, поглощавшая даже звук его шагов.
И вдруг в ушах Ми Юэ раздался гулкий резонанс. Лишь секунду спустя он осознал: звук рождался не снаружи.
Кто-то огромный — сопоставимый размерами с той гигантской змеей — осторожно пытался настроиться на частоту его сознания, вступая в ментальный контакт.
Ми Юэ огляделся, но вокруг простиралась все та же бездонная тьма. Лишь холод камня под ногами и шершавая стена давали ощущение реальности.
Ми Юэ помедлил и тихим голосом спросил:
— Это... А-Цзяо?
В его разуме словно разошлись тяжелые волны. Это не походило на мягкие, ласковые прикосновения А-Цзяо — от этого присутствия веяло сокрушительной мощью, подобно приливному валу, накатывающему на берег. Волна за волной они испытывали его на прочность, и Ми Юэ почувствовал себя хрупкой плотиной, готовой рухнуть под следующим ударом стихии.
Остановившись, он стиснул зубы и приложил все силы, чтобы выдержать этот мысленный нажим.
Кем бы ни было это неведомое существо, в этом таинственном замкнутом пространстве оно обладало абсолютной властью.
Спустя неопределенное время в его сознании воссиял густой, бархатистый голос:
"Ты... потомок господина Ли?"
Ми Юэ смутился. О каком именно господине Ли идет речь? О Ли Фэйлине? Ли Чанцине? Или о ком-то из далеких предков рода Ли?
Он честно ответил:
"У меня нет родового имени. Но я родился в этих горах и обладаю... этим даром. Должно быть, я действительно из рода Ли."
"Родился в горах?" — задумчиво переспросил голос. — "Тогда откуда тебе известно о своем происхождении?"
Ми Юэ вкратце рассказал о Линь Циньшане и Баошане, о том, как попал в семью профессора Линь:
"Сейчас я работаю в Научно-исследовательском институте горы Линси. Моя специальность — история и культура племени Сишань."
"Так теперь нас называют люди? Племя Сишань... Что ж, звучит вполне точно."
Ми Юэ нерешительно спросил:
"Предки рода Ли... они действительно жили в этих местах?"
"Нет, нет," — возразило существо. — "Здесь они не жили. Их селения находились снаружи. Когда-то там стояли ряды домов, тянулись улицы, журчали каналы... Но затем с севера обрушилась гора, и подземные воды затопили всю долину. Людям пришлось уйти на возвышенности и построить новые жилища. А это место уцелело и стало Священной Обителью — ведь именно здесь жил Великий Жрец."