Для Ми Юэ день выдался редкостно спокойным и приятным. Повозиться с сыном с утра до вечера, а потом выбраться к друзьям — пропустить по бокалу да поболтать по душам. Если бы не бесконечная вереница проблем, свалившихся на их головы, жизнь можно было бы назвать идеальной.
Разговор неизбежно свелся к прошедшей встрече антикваров.
Хозяин заведения, Си Шо, тоже получил в свое время приглашение от Янь Фу. Впрочем, сам себя он считал обычным дельцом, в тонкостях коллекционирования разбирался слабо, а потому ввязываться в сомнительные авантюры не захотел.
И лишь потом узнал, какие страсти там бушевали.
Представители Ассоциации антикваров явились устроить скандал и разгромить чужое мероприятие, а в итоге с треском разоблачили самих себя. Председателя Чжао Мо прямо из зала увезла «скорая», а Лю Чжуньхэ окончательно погубил свою репутацию. Поняв, куда дует ветер, именитые члены ассоциации один за другим ринулись публично заявлять о выходе из организации.
Си Шо слушал это, округлив глаза:
— Сколько лет Ассоциация антикваров стояла непоколебимо... В кино такого не снимут. Народец поговаривает, что ей теперь окончательная крышка.
Ми Юэ горько усмехнулся:
— Председатель Чжао до сих пор в больнице пластом лежит.
Как-никак, этот старик много лет стоял во главе организации. Возможно, у него еще оставались рычаги, чтобы переломить ситуацию и спасти ассоциацию от краха. Ми Юэ вовсе не жаждал, чтобы рынок экспертизы очистился от профессионалов, оставив поле боя дельцам вроде Ду Юя с его грязными трюками или рвачам вроде Янь Фу. Наступи подобный день — и у экспертного дела в их городе совсем не останется будущего.
Утром, прежде чем отправиться по делам, профессор Линь Циньшань попросил Ми Юэ крюком завезти его в больницу. Однако супруга Чжао Мо обрушила свой гнев и на него, и на Цинь Ханя.
По ее логике, если члены ассоциации отправились на встречу вместе, то почему со всеми все в порядке, а слег с приступом один лишь ее муж? Это же ни в какие ворота не лезет!
«Что бы ни стряслось, почему мой Лао Чжао должен отдуваться один? — стенала госпожа Чжао. — А остальные что, так, зеваками пришли?»
Линь Циньшань не мог объяснить далекой от их дел женщине всю подоплеку конфликта, а потому ограничился скупыми словами сочувствия и позорно бежал под ее испепеляющим взглядом.
Сам Ми Юэ с Чжао Мо практически не пересекался и особых чувств к нему не питал. В глубине души его откровенно раздражало многолетнее попустительство председателя: именно из-за его слепой уверенности в собственной правоте пронырливые дельцы развалили отлаженную систему. Старик сам выкормил неблагодарных волков, которые его и загрызли, — при чем тут Линь Циньшань?
И все же, как бы Ми Юэ ни сочувствовал наставнику, вступать в перепалку со старухой он не стал — тем более та его даже не заметила, увлеченная метанием молний в старых знакомых.
Визит в больницу оставил неприятный осадок, но, к счастью, позже общение с Сяосяо вернуло Ми Юэ душевное равновесие.
Си Шо задумчиво прищурился:
— Может, конечно, я фантазирую... Но вам не кажется, что Янь Фу ведет себя так, словно мстит за какую-то давнюю обиду?
— Кто его знает, — отозвался Ми Юэ.
Раньше он списывал неуемные амбиции Янь Фу на неудачный жизненный старт: мол, не сложилась у человека судьба в молодости, вот характер и испортился, потянуло на всякие пакости. Но замечание Си Шо навело его на новую мысль: а что, если тут и впрямь кроются личные счеты? Иначе с чего бы ему первым делом топить именно старика Чжао?
Ми Юэ решил при первой же возможности расспросить об этом профессора Линя.
В этот момент у Си Шо зазвонил телефон. Тот взглянул на экран, на мгновение замер от удивления, но после короткой паузы принял вызов.
Он уже поднялся, намереваясь выйти из кабинета, но вдруг передумал и с недоумением протянул трубку Ми Юэ.
— Это мне? Кто там? — удивился Ми Юэ.
На экране высветился незнакомый номер без подписи. Си Шо сделал жест, побуждая его ответить.
Из динамика донесся приглушенный, почти шепотный женский голос:
— Ми Юэ?
— Да, я, — Ми Юэ показалось, что голос ему знаком. — Это... Нань Тан?
— Угу, — девушка едва дышала в трубку. — Ты ведь сейчас у Си Шо в заведении? Минут через пять... да хоть через пару минут набери меня. Скажи, что зовешь к себе в ресторанный кабинетик перекусить.
* * *
Это еще что за фокусы?
Не успел Ми Юэ уточнить детали, как Нань Тан бросила трубку.
Ми Юэ вернул телефон хозяину:
— Семья Нань уже здесь?
— Только что приехали, — Си Шо и сам находил этот звонок странным. — Я выходил проверить: табличка на двери их кабинета уже перевернута.
В его заведении это означало, что гости в сборе и можно подавать блюда. Кроме того, это служило сигналом для персонала не беспокоить компанию без вызова.
Ми Юэ пересказал просьбу девушки. Он никак не мог понять, к чему такая конспирация, если обед организует ее родной дядя, Нань Цзяньчжан.
— Разве не говорят, что Нань Тан с дядей в прекрасных отношениях? — Ми Юэ перевел взгляд с Цзин Жуна на Си Шо. — Если уж я об этом слышал, то вы и подавно должны знать.
Оба мужчины синхронно кивнули.
— Поговаривают, Нань Цзяньчжан в их клане всегда был пешкой, — заметил Си Шо. — И только благодаря заступничеству Нань Тан смог постепенно выбиться в люди при Нань Чаншэне.
Трое мужчин переглянулись. Похоже, слухи, как это часто бывает, слегка расходились с реальностью.
Спустя несколько минут Ми Юэ, как и договаривались, набрал ее номер. Нань Тан на том конце провода напустила на себя неприступный вид, с показной неохотой отнекивалась, но в итоге соизволила согласиться: «Ладно уж, сейчас подойду».
Желая проявить элементарную вежливость к даме, Ми Юэ вышел встречать ее у дверей кабинета. В конце концов, Нань Тан была девушкой толковой, с характером, да и нужными сведениями могла обладать — проявить уважение стоило.
За стеклянной перегородкой холла, среди декоративных зелёных насаждений, открылась дверь соседнего зала. Оттуда с капризным видом выплыла Нань Тан с сумочкой наперевес. Вслед за ней из дверей высунулся мужчина средних лет. Его взгляд, устремленный на девушку, выражал явное недовольство.
Ми Юэ помнил этого человека: он видел его рядом с Нань Чаншэнем, и тогда тот производил впечатление исключительно обходительного и мягкого господина. Однако без присутствия глашатая клана выражение лица Нань Цзяньчжана изменилось — от былого добродушия не осталось и следа. Ему явно не нравилось, что племянница покидает их компанию.
Ми Юэ вежливо кивнул Нань Цзяньчжану и перевел взгляд на гостью:
— Нань Тан, давненько не виделись.
Девушка шагнула в кабинет и, встретив его доброжелательную улыбку, недовольно закатила глаза:
— Да ладно тебе, зрителей нет, брось паясничать.
Ми Юэ опешил.
Столько времени прошло, а ядовитый характер этой девицы нисколько не изменился. Общаться с женщинами ему и без того не хватало опыта — с величественной и сдержанной Тётушкой Линь разговаривать было легко, а вот как вести себя с эдакими бойкими фуриями, он понятия не имел.
— Присаживайся, — уступил Ми Юэ и попросил Си Шо принести новый комплект приборов. — Мы тут обедаем, так что просто так сидеть не дело. Если не брезгуешь, перекуси с нами. Или закажи у А-Си что-нибудь на свой вкус.
Нань Тан опустилась на стул и скривилась, окинув тарелки брезгливым взглядом:
— Налейте мне просто бокал вина.
Заговорив о напитках, она случайно бросила взгляд в угол помещения, где возвышалась стопка из четырех или пяти ящиков с фруктовой наливкой. Ее бровки тут же взлетели вверх:
— Си Шо! Ты же божился, что выдаешь настойку строго по норме в одни руки! Это ещё что такое?!
В прошлый раз, когда она хотела купить пару лишних коробок для друзей, Си Шо встал по стойке смирно: мол, только по предзаказу и не больше полуящика на человека.
Заметив недоумение на лице Ми Юэ, не понимающего сути претензий, Си Шо усмехнулся:
— А, ты об этом. Так Ми Юэ — не клиент, он мой друг.
Нань Тан изогнула бровь:
— И это все объяснение?
Не слишком ли нагло?
— Именно, — пожал плечами Си Шо. — Если я буду обделять собственных друзей, какой вообще смысл вести бизнес?
Нань Тан застыла. Возразить на это было решительно нечего.
Ми Юэ поставил перед ней приборы и деликатно поинтересовался:
— Тот звонок... твои домашние связывают тебе руки?
Судя по перекошенному лицу Нань Цзяньчжана, на родственную любовь это мало походило.
— До этого пока не дошло, — Нань Тан приняла из рук Ми Юэ бокал и со скупой ухмылкой пригубила вино. — Они просто не хотят, чтобы я встречалась с кем-то на стороне.
Ми Юэ переглянулся с Цзин Жуном. Оба прочитали в глазах друг друга изумление.
И это, по ее мнению, не ограничение свободы?!
— Не думайте лишнего, — Нань Тан всегда предпочитала яркий, агрессивный макияж, придающий ей стервозный вид, но сейчас, когда она опустила глаза, на ее лице промелькнула редкая усталость. — Им просто нужно, чтобы я благополучно вышла замуж за человека из семьи Линь. Без лишних сюрпризов.
— Из семьи Линь? За кого? — Ми Юэ внезапно вспомнил слова Си Шо о том, кого именно пригласил Нань Цзяньчжан. Хозяев аукционных домов: Цяо Жана и Линь Боиня.
Нань Тан взглянула на него с иронией:
— Неужели сам не догадался?
Ми Юэ аж запнулся:
— Не... Неужели за Линь Боиня?!
На отборочных соревнованиях он видел этого человека. Хоть тот и выглядел как преуспевающий бизнесмен, по возрасту он превосходил даже Нань Цзяньчжана и вполне годился Нань Тан в отцы!
— А почему нет? — равнодушно отозвалась девушка, отпивая наливку. — Это же не романтическое свидание...
Цзин Жун с самого ее прихода сидел с непроницаемым лицом, пристально изучая гостью. Слыша, с каким хладнокровием она рассуждает о собственной помолвке, он не удержался от вопроса:
— А когда ты бегала за Цинь Чжао — это было всерьез? Или просто искала предлог вырваться?
Нань Тан одарила его колким взглядом:
— Не думала, что такой суровый мужчина может быть столь падок на сплетни.
— Ми Юэ — мой парень, а его племянник, получается, и мне не чужой, — без тени смущения парировал Капитан Цзин. — Мне, как старшему, вполне естественно интересоваться личной жизнью младшего поколения.
Нань Тан от такой наглости едва не поперхнулась вином. Глаза ее округлились от изумления.
Бокал еще допить не успели, а они уже успели распределить роли старших и младших?!
Впрочем, с момента их знакомства Цзин Жун ни на шаг не отходил от Ми Юэ, так что их романтический союз не стал для нее откровением.
Си Шо не выдержал и повторил любимый жест Нань Тан — закатил глаза. Ми Юэ еще и рта открыть не успел, а Цзин Жун уже вовсю выбивает себе официальный статус. Ну и козырная же у парня выдержка...
Нань Тан рассудила, что раз расспросы касаются Цинь Чжао, то отпираться нет смысла.
— Кабы он мне не нравился, стала бы я за ним мотаться? — кивнула она. — Чай, напарников для инсценировок у меня и без того хватает.
Очевидно, продолжать разговор о сватовстве и Линь Боине ей не хотелось. Поставив бокал на стол, она нахмурилась:
— Я пробиралась сюда втихаря вовсе не для того, чтобы делиться любовными переживаниями. Скандал вокруг Ассоциации антикваров сейчас гремит на всю округу. Вчера вечером Янь Фу снова заявился к моему деду.
Для Ми Юэ в этом не было ничего удивительного: Янь Фу успел забросить удочки даже к Линь Циньшаню. Но визит к Нань Чаншэну имел иной подтекст. Нань Чаншэн, будучи главой собственной организации, мог стать ему равным союзником, но никак не подчиненным.
— Неужели пришли к соглашению, как делить наследие развалившейся ассоциации? — предположил Ми Юэ.
Цзин Жун подумал о том, не ищет ли Янь Фу подельника, чтобы вместе добить лежачего врага. Амбиций у Нань Чаншэна хватало — это не было секретом.
А Си Шо задался вопросом: неужто аппетиты Янь Фу настолько велики, что он замахнулся подмять под себя еще и Ассоциацию коллекционеров?!
Нань Тан окинула эту троицу оценивающим взглядом и состроила свою фирменную сокрушенную мину — мол, с кем приходится иметь дело, умом же обделены!
— Он заявил, что Ассоциации антикваров пришел конец, — чеканя слова, произнесла она. — И предложил под шумок прибрать к рукам все их связи и ресурсы, а затем объединить наши структуры в единую, куда более могущественную организацию. Моему деду он прочит кресло председателя, а себе скромно забирает место заместителя.