Подводные течения, бурлившие между двумя людьми, прошли мимо внимания Дамао и Сяомао. Обезьяна и совёнок знали лишь одно: негодяй, который до этого пугал Ми Юэ, наконец-то отстал и больше не тащился следом.
Забравшись на заднее сиденье, мохнатые спутники вовсю толкались и оживлённо тараторили, словно ревнивые ребятишки на весенней экскурсии с родителями. Напрочь проигнорировав тот факт, что с завтрака не прошло и получаса, они дружно принялись вытряхивать сумки: вытащили лакомства, собранные тётушкой Чжан, угощения от Си Шо — и давай дотошно сравнивать, чьи вкусняшки лучше.
Ми Юэ лишь с улыбкой качнул головой, дав питомцам полную свободу действий.
Он включил новый диск, купленный в уютном книжном магазине на Улице Древней Культуры. На обложке стиль исполнителя именовался «неоклассицизмом».
Для Ми Юэ, давно не бывавшего в городе, само это понятие звучало непривычно и интригующе.
Прослушав пару композиций, юноша уловил суть: европейские инструменты смягчали тяжеловесность традиционных мотивов, придавая древним мелодиям лёгкость и ритмическое разнообразие.
— Так вот оно что... — тихо рассмеялся Ми Юэ. — А жизнь в городе меняется быстро.
Дамао высунул мордашку из пакета с лакомствами и со знанием дела кивнул.
Сяомао, ни разу в жизни не бывавший в мегаполисе, в городском укладе не смыслил ровным счётом ничего. Однако, сжимая в клюве полусъеденную жареную рыбку, совёнок делал столь же важный вид и вовсю кивал в такт обезьяне, будто прекрасно понимал, о чём речь.
Ми Юэ вновь улыбнулся — на душе у него давно не было так легко.
* * *
После отъезда Ми Юэ Цзин Жун опустился на скамью у обочины и закурил.
Ему казалось, будто в воздухе всё ещё витает едва уловимый след присутствия юноши — невидимый флёр, удерживавший капитана на месте и не дававший просто так уйти.
Вглядываясь вдаль, туда, где скрылась машина, Цзин Жун чувствовал, как в голове окончательно оформляется замысел, подталкивающий к решению.
Достав телефон, Цзин Жун набрал номер непосредственного начальника. Сжато доложил о ходе расследования, не забыв упомянуть и свежие детали, скрытые ранее судмедэкспертом Чэнь:
— На теле девочки нет следов звериных укусов. Экспертиза склоняется к тому, что разбушевавшаяся стая переключила всё внимание на отчаянно отбивавшихся грабителей гробниц, проигнорировав тело, не подававшее признаков жизни. Что же до свиста, о котором перед смертью твердил преступник Ли... На данный момент никаких доказательств присутствия в Овраге Обезьян сторонних лиц нет.
Собеседник в трубке коротко гукнул, давая понять, что слушает.
— Моё мнение... — Цзин Жун прищурился, следя за тем, как от сигареты вьётся синеватый дымок, и медленно продолжил: — Если новых улик не появится, версию о намеренном натравливании диких зверей на людей можно снимать. Дело о нападении в Овраге Обезьян следует закрыть, а вот недавние эпизоды разграбления гробниц — объединить в одно производство и расследовать отдельно.
В голосе начальника проскользнула отчётливая усталость:
— А что за новые улики ты намереваешься искать?
— Хочу вернуться на гору Линси, — ответил Цзин Жун. — Провести повторный осмотр.
Капитан размышлял: если оставить в стороне туманные зацепки, ведущие на чёрный рынок, как ещё подтвердить маршрут Ми Юэ за те два злополучных дня?
Свист, запавший в память умирающему грабителю Ли, давал лишь призрачную зацепку. А вот то, что Ми Юэ не мог внятно объяснить своё местонахождение — оставалось его главным уязвимым местом.
Начальник замолчал, взвешивая решение.
— Даю три дня. Ни часом больше. Дело и так слишком затянулось.
Цзин Жун уже собрался было поканючить и вытребовать ещё немного времени, но шеф опередил его:
— Что по Биньхаю?
— Нить вывела на чёрный рынок и там оборвалась.
Начальник досадно вздохнул:
— Облава в Юньтае спугнула дичь.
На самом деле возвращение Цзин Жуна в Биньхай имело двойную цель: присмотр за Ми Юэ оставался лишь прикрытием, главным же заданием был поиск каналов сбыта и вычисление верхушки банды грабителей.
— Разгром подпольного рынка в Юньтае заставил дельцов затаиться, — с досадой признал капитан. — Все притихли, и в ближайшее время носа наружу не высунут.
В сложившихся обстоятельствах руководству тоже не оставалось ничего другого — далеко не всё находилось под их прямым контролем. Вмешиваться напрямую в работу местных органов они не могли, а привлечение местных подразделений всегда было чревато утечкой информации.
— В отчёте упоминался связной между юньтайским чёрным рынком и бандой, верно? — спросил начальник.
— Да, Ван Сяоху. Один из первых застройщиков городка Циншуй, — ответил Цзин Жун. — Похоже, пронюхав про налёт на рынок, он рванул в Биньхай — разузнать обстановку. Что до его местных контактов...
Капитан ненадолго задумался:
— Пока ничего подозрительного. Обычные деловые знакомства, никаких чересчур близких связей.
— Ван Сяоху — всего лишь пешка, верхушка держит его на дистанции, — заметил шеф. — Вряд ли он в курсе серьёзных вещей.
— И всё же я бы хотел прижать Ван Сяоху ещё раз, — помедлив, произнёс Цзин Жун. — Парнишка начинал с самого дна, пройдя суровую школу в криминальных кругах, прежде чем стать хозяином Циншуя. Он жесток, но при этом дьявольски хитёр. Неужели такой хваткий делец позволит использовать себя вслепую? Убеждён, у него припрятан козырь в рукаве.
Начальник сразу раскусил манёвр подчинённого:
— Так ты выбиваешь дополнительные дни?
Цзин Жун с усмешкой ответил:
— Всё равно ведь кручусь возле Линси, как раз по пути!
Шеф лишился слов. Не желая выслушивать сказки про «по пути», он коротко бросил:
— Жду рапорт, — и дал отбой.
Цзин Жун щелчком отправил бычок на траву, сладко потянулся и победно хмыкнул. Но, сообразив, что окурку не место на газоне, быстренько поднялся, подобрал его, подскочил к ближайшей урне и тщательно затушил.
Снова взглянув вдоль дороги, вслед уехавшему Ми Юэ, капитан довольный расплылся в улыбке.
Кто бы мог подумать, что судьба сводит их вновь так быстро?
Ми Юэ наверняка даже не догадывается.
* * *
Ми Юэ рвался домой всем сердцем. Путь, занявший по дороге в город добрых четыре-пять дней, он умудрился преодолеть всего за двое суток.
Грунтовка в горах оставляла желать лучшего: сплошные серпантины да выбоины. Помня о предостережениях Цзин Жуна, Ми Юэ опасался останавливаться в придорожных гостиницах — мало ли кто мог подстерегать. Поэтому всю ночь он провёл за рулём, а когда усталость сбивала с ног, припарковался у обочины и немного подремал, доверив охрану двум пушистым спутникам.
Засыпая на заднем сиденье, Ми Юэ смутно вспомнил, что именно невдалеке от этих мест он впервые встретил Сяомао. Тогда совёнок был совсем малышом, любопытным и прожорливым, и выманить его не составило никакого труда.
Проснувшись, юноша снова вспомнил тот случай и со смехом потормошил пальцем пухлое брюшко птенца:
— Вернулись в родные края! Не хочешь проведать родню?
Сяомао увернулся от назойливых пальцев и, сжимая в клюве жареную рыбешку, отвернулся с видом полного безразличия, дескать, понятия не имею, о чём ты.
Ми Юэ не унимался:
— Эй, я с кем разговариваю? Родители, братья, сёстры у тебя тут остались?
Совёнок снова отскочил подальше и буркнул:
— Не водится у нас такого.
Какое ещё семейное родство? Даже если вылупились в одном гнезде, подросли — и каждый сам по себе! У кого найдётся время таскаться по родственникам? Не прилетать же на праздники с мышами в подарок!
— А как же друзья? — поинтересовался Ми Юэ, живо заинтересовавшись укладом совиной жизни. — Совсем никого?
Сяомао гордо вскинул голову:
— Никого!
Друзей у него и правда не водилось, зато врагов хватало с лихвой — любой, кто посягал на его мышей, немедленно заносился в чёрный список.
Ми Юэ опять ткнул его в пухлый животик:
— Выходит, съездил в путешествие за мой счёт, а покидать команду не собираешься?
Сяомао подпрыгнул, уклоняясь от пальца, и выразительно повращал круглыми глазами:
— Я ещё на горе Линси не бывал!
Раньше его владения ограничивались этой рощей. Дальше тянулись земли других сов, и вторжение на чужую территорию грозило настоящей войной. Но, съездив с Ми Юэ в город, совёнок расширил кругозор и теперь на родной лесок смотрел свысока — упитанные мыши водятся не только тут!
Огромный мир заждался его.
Заметив хитрое выражение лица Ми Юэ, Сяомао смутился. Потоптался на сиденье и предпочёл свалить всё на друга:
— К тому же... как я брошу Дамао? Без меня его же любые обезьяны обидят!
— А-а, значит, дело только в Дамао... — ехидно протянул Ми Юэ.
Совёнок косо посмотрел на юношу и с неохотой прибавил:
— Ну и за тебя душа не на месте. Взрослый парень, а ни кола, ни двора, да ещё и машина разваливается...
Побывав в городе, Сяомао усвоил, что там ценятся жильё и солидный транспорт. А среди тысяч блестящих авто машина Ми Юэ выглядела откровенно убого.
От тётушки Чжан птенец даже услышал новое слово — «бедолага». Именно так она охарактеризовала Ми Юэ.
Ми Юэ едва удерживал смех:
— Прости, что заставляю тебя переживать.
Сяомао похлопал его крылом по плечу:
— Да ладно, вы без меня пропадёте, так что я вас не брошу. Честно. Обещаю и дальше сторожить ваш сон по ночам.
Не будь люди столь равнодушны к сочным мышам, совёнок даже согласился бы делиться с ними своей добычей.
Ми Юэ трясся от беззвучного смеха. Зарывшись лицом в согнутый локоть, он изо всех сил старался не ранить трепетное самолюбие пернатого защитника.
— Спасибо... Огромное спасибо, я прямо... тронут до слёз.