Осколок фарфора действительно можно считать зацепкой, но выведать что-то сверх этого оказалось куда сложнее.
Ми Юэ не хотел, чтобы Янь Цин из-за него действовал наобум и накликал на себя беду, поэтому строго-настрого велел ему больше не вмешиваться. Скандал вокруг Председателя Чжао вспыхнул совсем недавно, и в антикварных кругах до сих пор царила тревога. Наверняка многие навострили уши, ловя любые слухи и сплетни. Стоило кому-то заметить подозрительное поведение, и кто знает, какими неприятностями это могло обернуться.
В такие моменты Ми Юэ с особенной силой скучал по Цзин Жуну. Будь капитан Цзин рядом, юноша мог бы, как и прежде, сгрузить на него все свои подозрения и со спокойной душой ждать готового ответа. Надо же... сам того не замечая, Цзин Жун успел оказать ему столько помощи.
Ми Юэ стало немного неловко, и к щекам прилил лёгкий румянец.
Янь Цин, забавляясь этой картиной, с улыбкой потянулся к нему и слегка похлопал по лбу:
— О чём задулся?
Смутившись ещё сильнее, Ми Юэ поспешно перевёл тему:
— Ах да! Перед отъездом учитель просил передать: он хотел пригласить вас в гости, но сейчас слишком много дел, да и настроение у всех паршивое. Так что лучше отложить встречу.
Янь Цин отнёсся к этому с пониманием.
Ещё до знакомства с Ми Юэ он успел неплохо изучить Ассоциацию антикваров. Торговцы из их круга прекрасно знали, у кого из членов Ассоциации есть реальные знания и опыт, кто пробился туда по знакомству ради громкого имени, кто с кем дружит, а кто друг друга духа не переносит.
Он знал, что Старик Линь и Председатель Чжао — давние приятели. Потеря друга явно далась Линь Циньшаню нелегко.
С точки зрения Янь Цина, Профессор Линь безусловно относился к категории настоящих экспертов. И эти мастера своего дела втайне презирали любителей ловли рыбы в мутной воде, крутившихся возле верхушки Ассоциации. Никаких особых дел между двумя лагерями не велось.
Возможно, Старик Линь сознательно держался от Чжао Мо на некотором расстоянии, чтобы не увязать в чужих финансовых махинациях. И никто не вправе был его за это осуждать.
Однако Чжао Мо угодил в беду аккурат после того, как они отдалились... Это действительно создавало неловкую ситуацию.
Янь Цин сочувствовал Линь Циньшаню, но если говорить откровенно, развал Ассоциации его ничуть не огорчил бы. Слишком уж скверное впечатление оставила у него эта организация — вспомнить хотя бы, как один из местных старейшин подменил его табакерку дешёвой фальшивкой. Да и другие торговцы не раз сталкивались с подобным произволом.
Впрочем, вслух сказать Ми Юэ: «Распадутся — и скатертью дорога», Янь Цин не мог.
Ми Юэ из-за своего учителя был связан с Ассоциацией куда сильнее, чем обычный мелкий лавочник. Янь Цин нисколько не сомневался: не развались Ассоциация сейчас, через пару лет Ми Юэ пошёл бы по стопам Линь Циньшаня и тоже вступил бы в её ряды.
Опомнившись, Янь Цин заметил, что они оба погрузились в свои мысли:
— Так о чём ты размышляешь?
Глаза Ми Юэ загорелись азартом:
— Как думаешь, а что если мне попробовать пробраться в ту усадьбу ещё разок?
Раздумывая минуту назад, Ми Юэ задавался вопросом: если бы расследованием занимался Цзин Жун, стал бы тот копать через местных жителей?
Пожалуй, да.
Но тут кроется подвох. Незнакомцы, арендовавшие землю в деревне, наверняка договаривались с деревенским старостой или верхушкой. А учитывая тёмный характер их делишек, они наверняка щедро приплачивали за молчание. Стоит чужакам проявить нездоровый интерес, как деревенские тут же доложат обитателям усадьбы. И тогда прощай скрытность — добыча просто сорвётся с крючка.
Куда разумнее действовать своими силами — скрытно, как это сделал Янь Цин.
Янь Цин давно вышел из возраста наивных юнцов и прекрасно понимал: там, где пахнет крупной выгодой, всегда ходит опасность. Чем выше ставки, тем смертоноснее риск. Вспомнив, за какую астрономическую сумму ушла бы на рынке та маленькая пиала из фарфора с кровавыми жилами, что красуется в музее Янь Фу, легко представить, на что готовы эти люди.
Янь Цин помешкал, а затем, подставившись под умоляющий и полный надежды взгляд Ми Юэ, не удержался от смешка:
— Вообще-то... думаю, попытаться можно.
В глазах Ми Юэ мгновенно вспыхнули искорки.
— Эти дельцы ведут себя чересчур осторожно, чем и выдают себя с головой, — стал разбирать ситуацию Янь Цин. — Но, по сути, деревенька глухая, посторонние там почти не появляются. Появись там чужак — его раскусят в мгновение ока.
Ми Юэ подхватил:
— Мы сами не пойдём. Пускай Сяомао всё разведает!
Янь Цин снова улыбнулся:
— И я о том же. Сяомао летает бесшумно, сверху его никто не заметит.
Маленький сыч — идеальный разведчик. Вокруг деревни шумит густой лес, птиц в горах немерено, так что на обычную сову никто и внимания не обратит.
Ми Юэ плохо знал эти места, поэтому перед любым шагом предпочитал посоветоваться:
— Прямо сейчас?..
Янь Цин качнул головой:
— Сейчас нельзя. Хоть наша деревня и в отдалении, не исключено, что они уже прослышали о появлении незнакомцев.
— Ну ладно, — разочарованно протянул Ми Юэ. — Всё равно мне пора забирать учителя.
Янь Цин вспомнил, что Линь Циньшань уехал на встречу с другом в район Восточного озера — как раз по дороге в город:
— Тогда нам по пути. Подброшу тебя и заодно засвидетельствую уважение профессору Линю.
Ми Юэ обрадовался:
— Отлично! Он как раз в том ресторанчике баранины на улице Дунхулу.
Янь Цин отлично знал тот район и на мгновение задумался:
— Это там, где хозяин по фамилии Шэн?
Ми Юэ изумился:
— Ты про Шэн Анси? Высокий такой, статный красивый дядька, с глубокими глазницами, похож на метиса?
Янь Цин усмехнулся:
— Почему «похож»? Он и есть метис. Слыхал, у него мать иностранка.
— Так заведение и впрямь его? — Ми Юэ искренне удивился. Господин Шэн производил впечатление слишком представительного человека, чтобы возиться с мелким общепитом.
Заметив его недоумение, Янь Цин расхохотался:
— Ты о чём вообще? Хозяин-то Шэн, да заведение не его лично. Эту лавочку открыл кто-то из его младшей родни, а он просто заглянул поддержать начинание. Человек он гордый, с большим размахом.
— И в чём же его размах? — полюбопытствовал Ми Юэ.
— Да кто его знает, я ж с ним лично не знаком, — развёл руками Янь Цин. — Сам понимаешь, я всего лишь мелкий торговец...
Ми Юэ шутливо занёс пальцы, собираясь его пощекотать. От Линь Дунчжи он знал, что Янь Цин любит напускать на себя солидный вид, хотя на самом деле панически боится щекотки. Не верилось, что такой хваткий и пронырливый малый не знает главных фигур Биньхая.
— Ладно, ладно, скажу! — Янь Цин со смехом отскочил в сторону.
Не успев зацепить его, Ми Юэ с комичным сожалением погрозил ему растопыренными пальцами:
— Смотри у меня! Щекотать я умею знатно.
— Так ты слушать будешь или нет? — рассмеялся Янь Цин.
— Буду.
Подурачившись, братья вернулись к теме.
— Пару лет назад я мельком видел Шэн Анси на банкете у клана Чжуан, — начал Янь Цин.
Ми Юэ слышал о семье Чжуан. В отличие от разбогатевших бизнесменов вроде семьи Нань, Чжуаны обладали реальным весом, влиянием и древними корнями — настоящие аристократы.
Увидев задумчивый взгляд Ми Юэ, Янь Цин догадался, что тот знает лишь верхушку:
— У Дунчжи парня зовут Чжуан Чжоу, он как раз из этой семьи. Позже Дунчжи познакомил меня с его младшим братом, и мы вместе открыли «Люцицзя».
Ми Юэ кивнул — мол, я понял.
— Точно понял? — с сомнением переспросил Янь Цин. Ему казалось, что младший братец, выросший в академической среде, в житейских вопросах слегка наивен.
Ми Юэ фыркнул:
— Да что тут непонятного? Дунчжи побоялся, что тебя, приезжего, в бизнесе загнобят местные, вот и решил прикрыться авторитетом семьи Чжуан.
Янь Цин погладил его по голове:
— Умница.
Ми Юэ решительно скинул его руку:
— Давай дальше!
— Хорошо-хорошо. В общем, раз уж мы партнёры, на публике приходится держать фасон. Когда у третьего молодого господина Чжуана был день рождения, меня пригласили в числе прочих. Вот там-то я и насмотрелся на таких птиц, которых в обычной жизни не увидишь.
— И что дальше?
— А дальше появился этот самый Шэн Анси, сопровождавший какого-то почтенного старика. Как потом шепнул Чжуан Чжоу, то был дед Шэн Анси. По старшинству он стоял даже выше патриарха семьи Чжуан.
Ми Юэ прикинул: значит, семья Шэн либо искала расположения Чжуанов, либо их связывала давняя крепкая дружба. Иначе господин такого уровня не стал бы лично приходить на день рождения к младшему поколению.
— Всех деталей я не знаю, — продолжил Янь Цин. — Говорили, будто основные активы семьи Шэн находятся за границей, но у старика пошатнулось здоровье, и он очень хотел вернуться на родину, чтобы дожить свой век в родных краях. Вот внук и сопровождал его... В прошлом году дедушка, правда, скончался.
— А почему тогда Шэн Анси до сих пор не уехал? — не понял Ми Юэ.
Янь Цин пожал плечами:
— А хрен его знает. Может, живёт на два дома. Семья у них скрытная, со стороны ничего не прознаешь. Известно только, что господин Шэн обожает антиквариат и постоянный гость на крупных аукционах.
Ми Юэ немного разочаровался:
— И это всё? Больше ничего?
— Дай подумать... — Янь Цин на секунду склонил голову. — Кажется, он живёт на Горе Лотосов, неподалёку от главного поместья Чжуанов. Сам я там не бывал. Ах да, он вроде не женат, про госпожу Шэн никто никогда не слышал, да и в скандалах он не замечен. Даже такой прожжённый делец, как Чжуан Чжоу, отзывается о нём как об истинном джентльмене. Вот и суди о его репутации.
Ми Юэ задумчиво кивнул. Если судить чисто по внешности, Шэн Анси действительно выглядел безупречным джентльменом.
— Учитель говорил, что он только недавно вернулся из-за границы.
— Вот уж не ведаю, — отмахнулся Янь Цин. — В любом случае, он из тех сказочно богатых и влиятельных господ, которых я обожаю видеть среди своих клиентов.
Ми Юэ хмыкнул:
— И он тоже твой клиент?
— А ты как думал? Я всё-таки компаньон Чжуанов, — Янь Цин шутливо щелкнул его по лбу. — Шэн Анси дружит с Чжуанами, вот и заглядывает ко мне поддержать престиж. Все эти его роскошные покупки — просто жест уважения к Чжуанам.
Пожалуй, подумал Ми Юэ, куши там и впрямь солидные.
— Собственно, это всё, что мне известно, — сокрушённо развёл руками Янь Цин. — До союза с таким человеком мне пока далеко. Он из той породы капризных богачей, что живут в совершенно ином мире... Ты чего вообще к нему привязался?
— Сам не знаю, — растерянно признался Ми Юэ. — Просто... он кажется каким-то чересчур загадочным.