Все присутствующие уставились на Ань Яна так, словно у него только что выросла вторая голова. Глаза у людей едва не вылезли из орбит, а взгляды скакали с головы до ног, пытаясь разглядеть хоть какой-то подвох.
От такого пристального внимания по коже Ань Яна побежали лихорадочные мурашки. Очистив горло затяжным кашлем, он попытался включить режим спасения собственной репутации:
— Э-э... ну... в общем, я... это...
Он заикался и путался в словах довольно долго, но так и не выдавил ничего вразумительного.
В этот момент школьный врач, госпожа Янь, с глубочайшей разочарованностью пробормотала:
— Так вы... вы девушка? Простите великодушно! У вас просто такая короткая стрижка, вот я и... оступилась...
Ань Ян действительно обладал привлекательными, утончёнными чертами лица, но до женственности ему было как до Луны. К тому же при росте под метр восемьдесят ни один человек на улице отродясь не принимал его за женщину.
«Нет... — мысленно вопил Ань Ян. — Ты ни черта не ошибалась!»
Госпожа Янь, очевидно, испытывала к нему симпатию. Когда они входили в кабинетик, Ань Ян тактично придержал её за локоть. И вот теперь, после известия о «девушке», едва вспыхнувший в её душе огонёк симпатии с тоскливым шипением был залит ледяной водой...
Осознав всю неловкость ситуации, врачиха залилась краской и, опустив голову, бросилась прочь:
— Простите, у меня ещё дела! Мне пора!
Она буквально влетела в медкабинет и с грохотом захлопнула дверь.
Учитель Чэнь Ли посмотрел им вслед с нескрываемым изумлением. Зрение у него было отменным: как ни крути, Ань Ян не тянул на женщину — хотя бы по той простой причине, что на его шее чётко прослеживался кадык.
Поразмыслив, Чэнь Ли решил, что Ань Ян просто изящно отшил назойливую сотрудницу, а потому не стал принимать происходящее всерьёз. Слегка откашлявшись, он произнёс:
— Прошу сюда.
Пока они провожали маленького племянника до класса, Ань Ян наклонился к нему и негромко отругал:
— Зачем ты опять говоришь такие странные вещи? Чтобы больше я ничего подобного от тебя не слышал, понял?
Малыш поднял глаза. В них мелькнуло лёгкое замешательство, но, слыша строгий тон Ань Яна, он послушно кивнул.
Бэймин Шисы, судя по всему, зацепился за самую суть:
— Ты снова это увидел?
Племянничек подтвердил догадку кивком.
Минутой ранее на улице проревел гром и блеснула молния, сопровождаемая проливным дождём. В то же мгновение глаза мальчика на долю секунды вспыхнули алым светом. Вспышка была мимолётной, однако Ань Ян и Бэймин Шисы успели разглядеть её во всех деталях.
В тот краткий миг духовно-магический всплеск вокруг ребёнка достиг пика: своими глазами он «увидел» то, что скрыто от остальных.
Такое не дано разглядеть даже Ань Яну, ибо это явление зовётся... будущим.
Мальчик узрел картины грядущего — то, чему лишь предстояло случиться. Правда, оставалось загадкой, насколько правдивы эти видения.
Бэймин Шисы крутился в оккультных кругах много веков и видал самые искушённые проявления духовной силы, но с даром предвидения не сталкивался ни разу.
Те, кто пророчит будущее, — либо шарлатаны, либо великие обманщики. Если бы кто-то воистину мог взирать сквозь ткань времени, он обрел бы власть переписывать саму судьбу.
Подземное царство держится на строгом порядке. Подобные аномалии не должны существовать ни в одном из миров.
Впрочем, всплеск силы у ребёнка уже угас. Бэймин Шисы потрепал его по макушке:
— Иди на занятия.
— Мы заберём тебя после уроков, — добавил Ань Ян.
Малыш кивнул и повернулся к учителю, но неожиданно замер. Обернувшись, он уставился на Ань Яна своим невозмутимым, почти каменным личиком и совершенно серьёзно спросил:
— Но... почему яйцо?
— А?! — Ань Ян от неожиданности окончательно потерял дар речи.
Племянничек со всей детской непосредственностью продолжал задавать каверзные вопросы:
— Почему яйцо? Разве там не должен быть эмбрион?
Ань Ян про себя взмолился. «Он что, и это может видеть?!»
В итоге учителю Чэнь Ли всё же удалось увести ребёнка. Ань Ян закрыл лицо руками, готовый сквозь землю провалиться прямо посреди коридора. С такими темпами раскрытия тайн буквально через пару дней о его беременности узнает абсолютно весь свет!
Глядя, как Ань Ян корчится от стыда, Бэймин Шисы сдавленно усмехнулся и подхватил его под локоть:
— Вставай давай, а то ноги затекли.
Ань Ян поднялся, глядя на мир глазами полого отчаяния:
— Пошли отсюда. Домой.
Они попрощались с племянником и только-только шагнули из корпуса во двор, как из тенистой аллеи прямо к ним выскочил тёмный силуэт.
Это был тот самый странный мальчуган!
Тот самый малыш, что неотступно следовал за учителем Чэнь Ли!
Племянник упоминал, что часто встречает его в саду и что тот, вероятно, тоже здешний воспитанник, хотя из какой он группы — никто не знал.
Мальчик двигался поразительно шустро: в одно мгновение он пересек сад и очутился перед учебным корпусом.
Однако внутрь входить не стал. Прижавшись к стеклу, он начал с жадностью вглядываться внутрь помещения, будто выслеживая добычу.
Часы показывали десять утра. Осеннее солнце сияло вовсю, заливая двор ясным светом и вытягивая длинные, сочные тени от каждого предмета...
За исключением одного.
У этого хрупкого, прехорошенького ребёнка совершенно не было тени.
Ань Ян слегка толкнул Бэймин Шисы локтем и прошептал:
— У него нет тени.
Бэймин Шисы прищурился, вглядываясь в окно, и глухо ответил:
— Нет. Я вижу только тень.
— Что?..
Затылок Ань Яна мгновенно обдало ледяным холодом. Страх был едва ли не осязаемым: сам он чётко видел симпатичного малыша лет трёх на вид, в то время как Бэймин Шисы...
Видел лишь бесформенный мрак.
Для Бэймин Шисы никакого милого мальчика не существовало. Было лишь размытое темное пятно, припавшее к окну. Но возле окна росло одинокое дерево, чья тень отбрасывалась ровно на стену, а значит, второе тёмное пятно на стекле являлось абсолютно лишним...
Внезапно силуэт пришёл в движение. Мальчик вспрыгнул на подоконник с поразительной ловкой гибкостью, подтянулся на руках и без труда юркнул в приоткрытое окно, растворившись в глубине коридора.
— Он прошёл внутрь! — выдохнул Ань Ян. — Проверим?
Бэймин Шисы кивнул:
— Идём.
Они спешно вернулись в здание. Из глубины прохода донёсся ритмичный цокот каблуков. На противоположном конце длинного коридора виднелся женский силуэт.
Хотя расстояние было внушительным, Ань Ян безошибочно узнал идущего: это была госпожа Янь. В этом заведении никто, кроме неё, не носил белоснежный медицинский халат.
Мальчик молча следовал за врачихой. Госпожа Янь повернула к своему кабинету и зашла внутрь, не став закрывать за собой дверь, так как руки её были заняты коробками. Силуэт замёрз на пороге.
Несмотря на разделявшие их метры, Ань Ян словно физически ощутил на себе его взгляд — тёмный, бездонный и холодный, как застывшая гладь стоячей воды. Такой взгляд никак не мог принадлежать трёхлетнему ребёнку. Даже их вечно невозмутимый племянничек не смотрел на мир с подобной жутью.
Малыш простоял мгновение и юркнул вслед за ней.
Ань Ян и Бэймин Шисы прибавили шаг, намереваясь перехватить визитёра, но не успели они преодолеть и половины пути, как воздух сотряс оглушительный...
«БА-А-АМ!»
Следом за взрывом на них обрушилась мощная ударная волна.
— Осторожно! — гаркнул Бэймин Шисы.
Он рывком привлек Ань Яна к себе, повалил на пол и накрыл своим телом, подложив руку под его голову, чтобы тот не ударился о кафель.
«ХРУСЬ-ЗВЕНЬ!»
От грохота и скачка давления оконные стёкла в коридоре разлетелись вдребезги. Стеклянный водопад рухнул вниз, осыпав спину Бэймин Шисы дождем из острых осколков.
Бэймин Шисы сгруппировался, полностью укрыв Ань Яна под своей широкой спиной, не оставив незащищенным ни единого сантиметра.
— Бэймин!
Как только гул затих, Ань Ян торопливо выпростался из-под него. Бэймин Шисы поднялся, стряхивая с себя куски стекла. На его шее и ушах рваными полосами краснели глубокие порезы.
Впрочем, кровь из ран не текла — лишь тёмные следы повреждений пестрели на бледной коже.
Ань Ян с тревогой вгляделся в его раны, но Бэймин Шисы лишь качнул головой:
— Цел. За мной!
Эпицентром взрыва стал именно медицинский кабинет. Из разрушенного проёма вырывались клубы дыма, отзывавшиеся знакомой духовной пульсацией — точь-в-точь такой же, какую оставляли после себя диверсии организации Хэту.
Они подскочили к дверям: внутри царил абсолютный хаос. Мебель превратилась в щепу, оконную раму выбило наружу, мальчик исчез, а самой госпожи Янь нигде не было видно.
— Госпожа Янь!
— Учитель Янь!
— Вы живы?!
С улицы донеслись взволнованные крики.
Ань Ян и Бэймин Шисы высунулись в развороченный оконный проём. Ударной волной врачиху выбросило в окно первого этажа прямо на газон. Она отделалась испугом и парой ссадин. Подбежавшие охранники уже помогали ей подняться.
Грохот взрыва переполошил весь детский сад. Из дверей высыпали перепуганные воспитатели и дети. Взрослые спешно эвакуировали малышей на спортивную площадку. По двору покатился многоголосый детский плач.
Среди прочих на улице появились учитель Чэнь Ли и их племянник. Чэнь Ли метался между воспитанниками, пытаясь успокоить рыдающую детвору.
Ань Ян подбежал к племянничку и опустился перед ним на корточки:
— Ты не ранен?
Малыш качнул головой. На его лице не отражалось ни тени испуга. В отличие от остальных детей, он сохранял абсолютное хладнокровие:
— Всё в порядке.
Ань Ян облегчённо выдохнул. В этот момент стоящая неподалёку девчушка зашлась в истерике:
— Я хочу к ма-а-аме! Хочу домо-о-ой! У-у-у, Тяньтянь страшно! Тяньтянь очень страшно!
Девчушка орала так оглушительно, что у Ань Яна зазвенело в ушах. Опыта общения с малышней у него не водилось вовсе — единственным исключением был их собственный племянник.
Но тот не капризничал, умел готовить, прибираться и в целом мог дать фору иным взрослым. Так что это ещё вопрос, кто кого опекал!
Короче говоря, перед плачущими детьми Ань Ян оказывался абсолютно беспомощен.
Племянничек недовольно нахмурился, явно устав от визга соседки. Из кармана он достал сочный оранжевый мандарин — подарок за утренним перекусом, который он ещё не успел съесть.
Сунув фрукт в ручонку девчушке, он ровным голосом произнес:
— Перестань реветь. Когда ты плачешь, ты становишься страшненькой.
Малышка замерла:
— Ы-ы-ы... Правда страшненькой?..
Мальчик с глубочайшей искренностью кивнул.
И о чудо — сработало! Девчушка мгновенно закрыла рот, хотя всё ещё продолжала судорожно всхлипывать.
— Ы-ы... Но Тяньтянь всё равно страшно!
Поскольку Чэнь Ли разрывался между десятком детей, Ань Ян решил взять инициативу на себя:
— Всё уже закончилось, видишь? Всё хорошо, не бойся.
Малышка закрутила головой:
— Нет... Дело не во взрыве! Там... там был очень страшный мальчик...
Бэймин Шисы, державшийся до этого в стороне, подошёл ближе и нахмурился:
— Какой мальчик?
Девчушка подняла на него заплаканные глазенки и обомлела. Её взгляд застыл, а в расширившихся зрачках читался чистейший детский восторг.
Ань Ян мысленно прижал руку к лицу. «Серьёзно?! Этот бабник привлекает даже трехлетних детей?!»
Девчушка протянула к нему ручонки:
— Дядя... Ты такой краси-и-вый! Когда Тяньтянь вырастет, ты возьмёшь меня замуж? Если пообещаешь, я расскажу про того страшного мальчика!
Бэймин Шисы не удержался от лёгкой ухмылки, чем окончательно ввёл малышку в состояние транса. Опустившись на корточки, он сокрушённо вздохнул:
— Какая досада... Но у меня уже есть любимый человек.
Племянничек сбоку невозмутимо добавил:
— И ребёнок тоже есть.
Девчушка снова набрала воздуха для ультразвукового крика. Ань Ян в панике метнул свирепый взгляд на двух провокаторов.
Оба — и взрослый, и маленький — синхронно пожали плечами с самым невинным видом.
У Ань Яна нервно задергался глаз. Какая потрясающая сработанность! Скажи кто-нибудь, что они родные отец и сын — поверил бы не задумываясь.
Кое-как успокоив малышку, Ань Ян спросил:
— Так что за страшный мальчик?
Девчушка шмыгнула носом:
— Очень страшный! Он... он только что выбежал вон оттуда!
Она указала пальчиком аккурат в сторону разрушенного медкабинета.
«Значит, тот самый странный паренёк?»
— Тяньтянь и раньше его видела, — продолжала всхлипывать девочка. — Однажды в тихий час... Тяньтянь не могла заснуть и увидела, что он сидит на моей кровати и улыбается. Я думала, он хочет поиграть, а он... а он... у-у-у!
Она снова закрыла лицо руками и задрожала от ужаса:
— А у него глаза вывалились! Прямо мне на подушку! Все в крови! И продолжали улыбаться!
Ань Ян нахмурился. Существо явно не имело отношения к людям. Но как его смогла разглядеть обычная девочка? Ведь даже Бэймин Шисы видел лишь тень. Неужели этот дух способен материализоваться?
Многие сущности оставались невидимыми для Бэймин Шисы вовсе не из-за своей великой мощи, а совсем наоборот — из-за крайнего истощения. Не имея подпитки, они балансировали на грани бытия и небытия, рискуя в любой момент развеяться прахом.
Но если девчушка смогла его увидеть, значит, сущность обладает достаточной силой для воплощения.
Тем временем педагоги обзванивали родителей с просьбой забрать детей домой из-за происшествия.
Ань Ян и Бэймин Шисы уже направились к выходу вместе с племянником, как вдруг Ань Ян приметил кое-что на игровой площадке. На качелях восседал мальчик.
Тот самый странный мальчик!
Он словно соткался из воздуха. Сидя на качелях, он не качался, а просто неподвижно замер, уставившись куда-то своим мертвенно-холодным взглядом.
Проследив за его взором, Ань Ян понял, что тот пристально смотрит на суетящегося учителя Чэнь Ли.
Будто почувствовав чужое внимание, мальчуган повернул голову. Его глаза встретились с взглядом Ань Яна. В этом бездонном, мрачном омуте не отражалось ни единой эмоции — лишь ледяная бездна, способная затянуть на самое дно.
«ФУХ!»
В следующее мгновение качели опустели.
— Исчез! — ахнул Ань Ян.
Качели располагались в густой тени деревьев, так что Бэймин Шисы, разумеется, ничего не увидел.
Во дворе царил хаос из приезжающих родителей и извиняющихся воспитателей. Чэнь Ли кланялся каждому родителю, передавая детей из рук в руки.
«ПАМ!»
Кто-то из торопящихся родителей больно задел Чэнь Ли плечом. Его телефон выскочил из рук и покатился по асфальту под ноги прохожим.
Оказавшись рядом, Бэймин Шисы подхватил гаджет с земли.
В момент касания глаза Бэймин Шисы мгновенно сузились, но он тут же вернул лицу бесстрастное выражение и протянул телефон владельцу.
— Спасибо огромнейшее! — растерянно пробормотал Чэнь Ли. — Простите за этот беспорядок. Забирайте скорее ребёнка, извините за доставленные неудобства.
— И вам спасибо за работу, учитель, — вежливо отозвался Ань Ян.
Они усадили племянника в авто. Бэймин Шисы занял водительское кресло, но заводить двигатель не спешил.
— Ты что-то заметил? — спросил Ань Ян.
Бэймин Шисы бросил на него короткий взгляд:
— На телефоне учителя Чэнь висит заклятие.
— Заклятие?!
Чэнь Ли производил впечатление самого обыкновенного, тихого воспитателя, который отлично ладит с малышней.
Даже их племянник относился к нему сочувственно — иначе не стал бы вступаться, когда на Чэнь Ли набросились неадекватные родители.
— Именно, — подтвердил Бэймин Шисы. — На его телефоне висит следящая печать. Аппарат работает как ретранслятор.
В наш век никто не расстаётся со смартфонами. Повесить на него слезилку — всё равно что установить круглосуточную слежку.
— Но... зачем кому-то из мира знающих следить за рядовым воспитателем? — удивился Ань Ян.
Бэймин Шисы задумчиво прищурился:
— Странный мальчик, взрыв, магическая слежка... Этот детский сад оказывается куда интереснее, чем казалось.
Учитывая, что взрыв поразительно напоминал почерк Хэту, Бэймин Шисы не сомневался: организация замешана и здесь.
Оставалось понять, чем их привлекло именно это учреждение.
Вытащив смартфон, Бэймин Шисы набрал Жэнь Шицзю и велел поднять абсолютно все материалы по этому детскому саду.
Пока он отдавал распоряжения, Ань Ян повернулся к племянничку:
— Лянь Му, а учитель Чэнь никогда не казался тебе странным?
Мальчик на мгновение задумался:
— Ничего особенного. Он просто более терпеливый, чем остальные. Хотя я слышал, что коллеги его не любят и считают отстранённым.
Это Ань Ян приметил и сам: во время недавнего скандала ни один учитель не заступился за Чэнь Ли. Более того, в толпе шептались, будто он жуткий и себе на уме.
Впрочем, нелюдимость — не преступление.
— Ах да, — вдруг вспомнил племянничек. — Говорили, будто его видели за разговорами с собственной тенью.
— С тенью?!
— Угу. Многие воспитатели об этом болтали, да и дети замечали. Мол, учитель Чэнь иногда садится на корточки и разговаривает со своей тенью. Но сам я этого не видел.
— Выходит, — ровно произнёс Бэймин Шисы.
Ань Ян взглянул в окно: из ворот детского сада с сумкой через плечо выходил Чэнь Ли.
Полиция уже оцепила место взрыва, воспитанников разобрали, и персонал расходился по домам. Чэнь Ли шел абсолютно один.
Он не замечал припаркованой машины. Ань Ян присмотрелся к его фигуре на тротуаре и поражённо выдохнул:
— У него... нет тени.
День клонился к полудню, солнце стояло высоко, но силуэт Чэнь Ли казался «голым». Он выглядел невероятно одиноким, бредя вдоль проезжей части.
В памяти Ань Яна всплыли слова племянничка, сказанные в бреду во время лихорадки:
«Тень... потерялась...»
Бэймин Шисы завел мотор и плавно поехал следом. Чэнь Ли направился к остановке, по пути заглянув в магазинчик за бутылкой воды и булкой.
Из-за толпы на остановке и рекламных щитов отсутствие тени никто не замечал.
Чэнь Ли поежился, будто от холода, и поплотнее застегнул куртку.
Вдруг его взгляд за что-то зацепился, и он поспешил к обратной стороне остановки.
В тени за рекламным щитом на корточках сидел маленький мальчик. У него было прехорошенькое личико и абсолютно мёртвые глаза.
Тот самый странный мальчик!
Страшный ребёнок из рассказов Тяньтянь...
Чэнь Ли опустился на корточки напротив него, равняясь с ним взглядом.
— Вон там! — Ань Ян ткнул пальцем в окно. — Бэймин, ты видишь его?!
Бэймин Шисы качнул головой. Мальчика он не видел. Зато видел...
— Тень.
В глазах Бэймин Шисы на освещенном асфальте вытянулось нелепое темное пятно. Чэнь Ли подошел к нему, присел, и их силуэты слились воедино.
Зато племянничек вдруг произнёс:
— Я вижу. Это наш мальчик из садика.
Ань Ян в изумлении воззрился на ребёнка. Его глаза воистину обладали уникальным даром.
Тем временем Чэнь Ли мягко заговорил с малышом:
— Малыш, ты почему здесь? Занятия закончились, где твои родители? За тобой не пришли?
Мальчик медленно поднял взгляд, после чего протянул крошечную ручонку и несмело коснулся ладони учителя.
Его пальчики были совсем крохотными. Чэнь Ли улыбнулся и ласково сжал его ручонку:
— Всё в порядке, просто царапина.
В суматохе после взрыва Чэнь Ли слегка задело осколком. Рана была пустяковой, кровь уже запеклась.
Мальчик неотрывно смотрел на поврежденную кожу. В его застывших зрачках словно пробежала лёгкая рябь...
На остановке хватало прохожих. Многие с недоумением косились на Чэнь Ли, который с улыбкой общался с пустой тенью на асфальте. Прохожие принимали его за сумасшедшего, но сам Чэнь Ли ничего этого не замечал.
— Учитель Чэнь тоже видит этого мальчика? — пораженно прошептал Ань Ян. — Неужели этот ребёнок... и есть его тень?!
Сопоставив то, что видел он сам, и то, что видел Бэймин Шисы, вырисовывался единственный логичный вывод.
Ань Ян чувствовал, как у него закипает мозг. В этом детском саду буквально каждый — и взрослые, и дети — таил в себе нечто чертовски странное!
— Учитель Чэнь!
Пока прохожие брезгливо обходили Чэнь Ли стороной, к нему кто-то подбежал, громко окликая по имени.
Чэнь Ли обернулся: это была госпожа Янь.
Она уже сменила халат на обычную одежду — довольно простую и скромную.
Стоило ей приблизиться, как мальчуган мгновенно испарился.
Вместе с ним исчезла и тень Чэнь Ли.
Врачиха, не заметив ничего подозрительного, весело спросила:
— Учитель Чэнь, вы тоже на совместный обед? Пойдёмте вместе!
— На обед?.. — переспросил Чэнь Ли с явным замешательством.
— Ну да! Коллективный обед сотрудников! Планировали вечер, но из-за отмены занятий перенесли на день. Тольно что в чат рассылку прислали.
При этих словах на лице Чэнь Ли отразилась неловкость.
Коллеги регулярно устраивали совместные посиделки, вот только Чэнь Ли туда отродясь не звали из-за его чудаковатости.
Госпожа Янь устроилась совсем недавно и про подобные расклады была не в курсе.
— Учитель Чэнь, пойдёмте вместе!
— Я... пожалуй...
Чэнь Ли хотел было отказаться, но врачиха продолжила упрашивать:
— Я ведь всего три месяца работаю, толком никого не знаю. Мне одной неловко идти, честно! Пойдёмте со мной, а?
Чэнь Ли не выдержал её напора, и в итоге они вместе сели в подъехавший автобус.
Ань Ян велел Бэймин Шисы ехать следом:
— Похоже, этого учителя Чэня жестко изолируют от коллектива.
Ань Ян прекрасно понимал его чувства. В детстве из-за своего особого зрения он тоже был изгоем — ровесники звали его лгуном и врунишкой. Он страшно страдал, но в глубине души до последнего надеялся найти настоящих друзей.
Ему до безумия хотелось, чтобы появился хоть кто-то, кто поверит ему...
Автобус проехал всего три остановки и затормозил у довольно приличного ресторанчика. В будний день в зале было свободно. Чэнь Ли и госпожа Янь прошли внутрь.
Их столик находился в глубине помещения, с улицы его видно не было.
Поскольку племянничек уже начал подавать сигналы голода (а часы перевалили за половину первого), Бэймин Шисы скомандовал:
— Выходим. Поедим внутри.
Троица вошла в заведение. Чэнь Ли со спутницей сидели в дальнем углу.
Ань Ян быстро окинул взглядом зал, выбирая незаметное местечко для наблюдения, но подходящий столик на четверых уже был занят одиноким посетителем.
Парень сжался в комок, глубоко надвинув кепку, из-за чего со входа его трудно было заметить.
— Ань... — Ань Ян чуть не выкрикнул имя от изумления.
За столиком сидел Ань Шу!
Тот самый Образец Номер Один из Хэту!
— Тсс! — Ань Шу приложил палец к губам и быстро замахал руками, призывая их сесть рядом.
Ань Ян опешил. Что он тут забыл? Неужели Чэнь Ли действительно связан с Хэту?
Ань Шу ведь раньше работал на них, но после отказа вредить Ань Яну порвал с организацией.
Пока Ань Ян ломал голову над заговорами, из глубины зала донёсся кокетливый женский смех:
— Герцог Ванпайэр, вы такой шутник! Столько времени прошло, а вы всё тот же соболь!
«Ванпайэр?!»
Ань Ян обернулся и действительно увидел за дальним столиком вампира-дипломата. Место Ань Шу идеальным образом перекрывало обзор со стороны Ванпайэра, зато сам Ань Шу мог беспрепятственно наблюдать за ним.
Идеальная позиция для слежки...
Ань Ян мысленно вздохнул. Похоже, Хэту тут вообще ни при чём, и он снова накрутил лишнего...
Ань Шу тем временем откровенно закипал, не сводя мрачного взгляда с Ванпайэра.
Они с Бэймин Шисы были похожи как две капли воды, и в гневе Ань Шу выглядел столь же внушительно и холодно. Глядя, как дипломат милуется с красоткой, Ань Шу до белых костяшек сжал стеклянный стакан.
Ань Ян с тревогой взглянул на несчастную посуду:
— Потише, потише! Стекляшка же сейчас лопнет!
Ань Шу спохватился и смущённо поставил стакан обратно.
Бэймин Шисы мгновенно всё понял и ядовито усмехнулся:
— А ты-то что тут забыл?
Ань Шу поджал губы:
— Дома скучно стало. Вышел прогуляться, перекусить.
— Ну-ну, — протянул Бэймин Шисы с откровенной издевкой.
Ань Шу метнул в него свирепый взгляд, на что Бэймин Шисы ответил наглой ухмылкой. Две пары абсолютно одинаковых серо-зелёных глаз скрестились, точно шпаги.
Ань Ян лишь вздохнул. Племянничек, впервые видевший «двойника» Бэймин Шисы, отнёсся к этому с абсолютным спокойствием и просто открыл меню:
— Здесь сычуаньская кухня.
При этих словах лица Бэймин Шисы и Ань Шу одновременно приобрели благородный зеленый оттенок.
Оба органически не переваривали острое.
Причина была проста: Бэймин Шисы родился три тысячи лет назад во времена императора Концзя. Тогда о существовании острого перца в Китае даже не догадывались! А после его на тысячи лет упекли в ад Бэймин. Словом, к «острым ощущениям» его желудок приучен не был.
Что касается Ань Шу, то, будучи клоном Бэймин Шисы, он унаследовал все его вкусовые пристрастия до малейшей детали.
Ань Шу попытался сохранить лицо:
— Что, струсил перед перчиком?
Бэймин Шисы смерил его холодным взглядом:
— Кто струсил?
— Ну так заказывай!
Свинина в остром бульоне — максимальная острота!
Маосюэван — адски острая порция!
Курица по-лазцы — спали свои потроха!
Оба наперебой требовали от официанта сделать блюда в сто раз острее стандартного.
Ань Ян сокрушённо закрыл лицо ладонями. Племянничек посмотрел на этих двоих и абсолютно серьезно спросил у Ань Яна:
— Им точно больше трех лет?
Ань Ян тяжело вздохнул. Назвать их трехлетками означало бы нанести жестокое оскорбление их разумному племяннику.
В итоге Ань Ян не выдержал:
— Вы оба! Посмотрите на Лянь Му! Ему реально три года, а ведет себя взрослее вас двоих, вместе взятых! Вам вообще не стыдно?!
Бэймин Шисы остался абсолютно невозмутим.
Ань Шу лишь недовольно буркнул что-то себе под нос.
Из-за громкого голоса Ань Яна их едва не засек Ванпайэр.
Вампир вообще-то пришел на деловую встречу — он как-никак состоял на дипломатической службе. Эту сделку он мурыжил целый месяц: клиентка попалась капризная, но упускать контракт было нельзя.
Его партнершей выступала эффектная красотка. Ань Шу прекрасно знал про контракт, но за последний месяц Ванпайэр виделся с ней по четыре раза в неделю!
«Чистой воды свидания...» — мысленно язвил Ань Шу, заглатывая огненно-острый маосюэван, который казался ему кислым от зависти.
Бэймин Шисы хмыкнул:
— Так ты, оказывается, ревнуешь?
— Кто ревнует?! — тут же огрызнулся Ань Шу. — С какой стати мне ревновать? Смешно!
Не успел он договорить, как красотка за соседним столиком грудно расхохоталась:
— Герцог Ванпайэр, вы само очарование! Ладно, видя вашу настойчивость, я готова подмахнуть контракт. Но с одним условием...
Она грациозно накрыла ладонь вампира своей ручкой и стала медленно поглаживать её:
— У вас ведь нет девушки? Полагаю, если место свободно...
«ХРЯСЬ!»
Ань Шу не выдержал. Сорвав кепку, он швырнул её на стол, в три шага преодолел расстояние до их столика и без церемоний смахнул руку девицы с ладони вампира.
— Извините, но этот экземпляр уже занят.
Красотка опешила, а затем виновато опустила глаза. Выходит, у герцога есть пара, да ещё и мужского пола?
А ведь про Ванпайэра ходили слухи как о заядлом холостяке!
Смущённая девица перевела взгляд и случайно столкнулась взором с Бэймин Шисы.
Бэймин Шисы и Ань Шу были практически клонами, но если Ань Шу казался юным и отстраненным, то Бэймин Шисы излучал ауру зрелой, опасной силы.
Его распахнутое тёмное пальто, чуть сдвинутые брови и атмосфера дикой, подавленной страсти производили неизгладимое впечатление.
Красотка, разумеется, не догадывалась, что этот «роковой» взгляд Бэймин Шисы был адресован тарелке с дьявольски острой курицей, к которой он боялся притронуться...
Девица тут же сменила цель и с кокетливой улыбкой направилась к его столику:
— Сударь, вы не против компании?
Ань Ян про себя хмыкнул: у Бэймин Шисы снова отбоя нет от поклонниц.
Бэймин Шисы даже не удостоил её взглядом. Он лишь неторопливо перелистнул страницу меню и ровным голосом произнес:
— Наш сын такой послушный. Раз уж мы заказали всё острое, давай возьмем ему десерт.
Увидев взрослого ребёнка и услышав про «сына», девица мгновенно изменилась в лице. Не произнеся ни слова, она круто развернулась и на каблуках выскочила из ресторана.
Бэймин Шисы воровато усмехнулся. Раз уж у них одинаковая ДНК, почему бы не использовать это на полную катушку?
Племянничек лишь вздохнул — его снова использовали как живой щит.
Ань Ян же мог лишь поражаться такой фантастической наглости.