Зимнее солнце дарило мягкое, необъяснимо умиротворяющее тепло.
Ань Ян из будущего — двадцатилетие спустя — сидел в инвалидном кресле и ошеломлённо разглядывал собственного двойника. Тот выглядел совершенно так же, разве что лик его не поддёрнулся смертельной бледностью, губы не белели, а в глазах не читалось тоскливое замешательство…
Собственный двойник, сжимающий его щеки и говоривший с непреклонной решимостью… Что питало эту уверенность? Ань Ян из будущего уже не помнил — воспоминания изгладились, превратившись в зыбкое марево прошлой жизни.
И всё же теперь эта решимость воплотилась наяву и стояла прямо перед ним.
Ань Ян из будущего смотрел на нежданного гостя, не в силах вымолвить ни слова. В этот момент к ним подбежал Бэймин Шисы. Он только что сделал круг по парку вместе с Богом смерти, торопясь уложиться в отведённые секунды, и теперь тяжело дышал, сгоняя со лба капли пота.
Застыв подле кресла, Бэймин Шисы окинул Ань Яна из будущего долгим взглядом:
— Ань Ян… Поверь в себя.
— Нет… — раздался подле них хриплый, скрипучий голос. — Он же вот-вот загадает желание! Нет! Вы не смеете ему помешать!
Ань Ян повернул голову на звук и с изумлением обнаружил, что говорит исполинское дерево, возвышавшееся в самом центре парка.
Зима уже вступила в свои права, листва с него давно облетела, и оно выглядело обнажённым и корявым. Дерево непрерывно дрожало голыми ветвями, будто от порывов морозного ветра.
Голос его звучит сухо и дребезжаще, подобно трению старой коры:
— Загадай желание! Быстрей! Стоит тебе пожелать, и ты перестанешь быть обузой! Никто больше не станет из-за тебя страдать! Я исполню всё, что ты попросишь!
Ань Ян презрительно усмехнулся:
— А я-то гадал, что за чертовщина… Оказывается, обычный демон-дерево.
Сперва они подозревали Чангэна лишь потому, что все трое пострадавших пересекались с ним и получали от него слова утешения. Из-за этого казалось, будто именно Чангэн исполнял их мечты, поглощая взамен душевные силы.
Однако его встречи с жертвами были лишь случайным совпадением — Чангэн просто любил проводить время в парке, поджидая маленького Бога смерти.
Настоящим же виновником оказалось старое дерево.
И двадцать лет назад, и двадцать лет спустя оно неизменно росло здесь. Все трое пострадавших проходили мимо, роняли вслух сокровенные желания, а древесный дух впитывал их слова.
Зимой демону-дереву требовалась подпитка, и он пожирал чужое сознание, расплачиваясь за это воплощением сказанного. Люди роняли слова на ветер, просто жалуясь на жизнь, а тварь воспринимала всё буквально и претворяла в реальность.
Демон судорожно затряс ветвями, изрыгая проклятия:
— Какое же у него сладкое сознание! Какое хрупкое и полное отчаяния! Загадай желание! Не смейте ему мешать! Не мешайте им видеть сладкие сны! Я сделаю так, что мечты каждого станут явью!
Ань Ян холодным тоном оборвал его:
— Потешь себя иллюзиями! Ты хоть понимаешь, в чём люди нуждаются на самом деле? Сидишь в своём колодце и воображаешь, будто вправе решать за других!
— Сижу в колодце?! — Демон загрохотал сухим, трескучим смехом. — Да знаешь ли ты, сколько веков я живу на этом месте?! Я насмотрелся сполна! Алчные людишки, их бесконечные вожделения… Я досконально знаю их нужды, а мне требуется подкормка. Разве это не взаимная выгода?!
Бэймин Шисы прищурился, и в его глазах блеснула опасная искра:
— Похоже, с этим ископаемым бесполезно вести беседы. Не стоит тратить время.
Он бросил короткий взгляд на Ань Яна:
— Береги себя.
А затем помедлил и добавил:
— Вы оба.
Ань Ян едва сдержал улыбку. И правда, ведь сейчас перед ними находились сразу два Ань Яна — один из прошлого, другой из будущего, но оба оставались собой.
Демон зарычал, размахивая кроной:
— Замыслили уничтожить меня?! Не выйдет!
С резким свистом его сучья хлынули во все стороны. В то же мгновение Ань Ян и Бэймин Шисы услышали глухой стон, за которым последовал шорох.
Бог смерти испуганно вскрикнул:
— Чангэн!
Ань Ян из будущего мог видеть гостей из прошлого только потому, что рядом находились песочные часы. Сам по себе этот артефакт являлся средоточием пространственных пластов, способным искривлять и направлять материю.
Из-за искажения пространства два времени соприкоснулись, позволив Ань Яну из настоящего и Ань Яну из будущего встретиться лицом к лицу.
Однако стоит демону напасть на Чангэна, удерживавшего эту связь из тени, как равновесие пошатнётся. Чангэн побледнел и прижал ладонь к груди.
Хоть Песочные часы и были сотворены из пятицветной почвы, наделённой сакральной духовной силой, по своей природе они относились к стихии Земли. Демон же принадлежал к стихии Дерева.
Несмотря на то что у твари за плечами имелось от силы двухсотлетнее развитие, Дерево неизменно одерживало верх над Землёй. Чангэна прозила тупая боль в груди, и в ту же секунду Ань Ян из будущего исчез из поля зрения своего младшего двойника.
Сидя в кресле, тот беспокойно закрутил колёса:
— Ань Ян?! Где ты?
Ань Ян ещё видел своего старшего двойника, но тот его уже потерял.
А демон-дерево продолжал визжать:
— Загадай желание! Торопись! Только так ты освободишься! Или ты намерен до конца дней оставаться обузой для Бэймина Шисы?! Смотреть, как он страдает из-за тебя, как теряет покой и радость?! Ты ведь просто балласт! Тёмная тень в его жизни!!
От этих воплей у Ань Яна едва крышу не сорвало от ярости. Ему непреодолимо захотелось немедленно выкорчевать проклятую деревяшку с корнем.
Чангэн, тонкий и хрупкий, казался сейчас совсем беспомощным. Бог смерти заботливо подхватил его под локоть:
— Как ты?
Чангэн качнул головой и, чуть прищурившись, прошептал:
— Я отправлю вас на двадцать лет назад. Выкорчуйте его корень в прошлом — и покончите с этим раз и навсегда.
Услышав это, демон взревел от ужаса:
— Нет! Я отомщу тебе! Ты лишь прах земной, а я — взраставшее на нём древо! Тебе меня не одолеть!
Чангэн тихо закашлялся и невозмутимо произнёс:
— Ах да… Обязательно уничтожьте его корень полностью, чтобы он не смог причинить мне вреда.
Ань Ян кивнул:
— Договорились.
Чангэн, переживший переплавку в Треножнике, был слаб, а теперь ещё и получил ранение. Искривление пространства давалось ему с трудом, но он собрал остатки сил и с грохотом распахнул временную брешь.
Перед глазами Ань Яна и Бэймина Шисы всё поплыло. Парк мгновенно рассеялся, и они обнаружили себя на городской улице под темнеющим ночным небом.
— Мы вернулись?
Ань Ян оглядел себя, затем посмотрел на Бэймина Шисы.
— Похоже на то, — отозвался тот. — Вперёд.
Они бегом бросились к парку, располагавшемуся неподалёку. В этот поздний час там стояла глухая тишина, ни единой душой вокруг и не пахло.
Ворвавшись на аллею, они увидели маленького мальчика, сидевшего под исполинским деревом. Тот всхлипывал, утирая слёзы:
— Ы-ы-ы… Почему я опять второй в классе? Мне не хватило всего полбалла… Мама снова будет ругать и бить… А я просто хочу поиграть с ребятами! Не хочу по выходным ходить на шахматы и учиться играть на инструментах…
Это была самая первая жертва!
Чангэн перенёс их аккурат в момент, предшествовавший трагедии…
Пока ребёнок рыдал, ветви старого дерева бесшумно пришли в движение и стали медленно опускаться к его плечам.
Ань Ян и Бэймин Шисы обменялись короткими взглядами. Ань Ян рванулся вперёд, сгреб мальчика в охапку и отлетел в сторону, кубарем покатившись по земле.
Бэймин Шисы подскочил следом и с сухим треском переломил опутанный духовной силой побег.
— А-а-а-а!!
Демон-дерево огласил воздух исполненным боли воплем, непрерывно сотрясая кроной.
Обычный ребёнок не мог слышать этого потустороннего рёва; мальчик лишь увидел, как отросшие ветви вдруг заходили ходуном без малейшего порыва ветра.
Ань Ян прижал ребёнка к себе, заслоняя от твари, опустился на одно колено и аккуратно отер его слёзы:
— Эй, малыш, ты чего расстроился?
Отвлекая внимание мальчика и заставляя его сидеть спиной к дереву, Ань Ян краем глаза наблюдал, как Бэймин Шисы вступил в схватку с монстром.
Ребёнок продолжал жаловаться через всхлипы:
— Дяденька… Я не хочу на шахматы! И на музыку не хочу! Я хочу нормальные выходные… Ы-ы-ы… Даже в день рождения меня заставляют решать тесты по английскому… Я так устал…
Ань Ян ласково погладил его по спине:
— Ну-ну, тихо. Тебе нужно просто поговорить с мамой и честно рассказать, что ты чувствуешь, хорошо?
Пока он успокаивал ребёнка, из-за ствола вышел Бэймин Шисы. В руке он держал обугленный кусок древесного корня. Направив взгляд на Ань Яна, он выразительно вскинул бровь: дело сделано.
Ань Ян облегчённо перевёл дух. Духовные силы у этого дерева изначально были невелики. Чангэн опасался его лишь из-за стихийной уязвимости, для Бэймина же Шисы эта деревяшка не представляла ни малейшей угрозы.
Они лично довели испуганного мальчика до самых дверей дома. Его мать, обнаружив пропажу сына, уже готова была сойти с ума от страха: она подняла на ноги всех знакомых, а сама металась по квартире, не зная, куда себя деть.
Увидев беглеца на пороге, женщина сначала всплеснула руками от радости, а в следующее мгновение занесла руку для нагоняя.
Но мальчик вдруг завел такое отчаянное «У-а-а-а!», что мать от страха забыла обо всём на свете. Она упала перед ним на колени, крепко сжала в объятиях и прижала к себе:
— Сыночек! Не плачь, не плачь! Испугался, маленький? Всё хорошо, всё позади!
Ань Ян и Бэймин Шисы тихо отступили в тень и вышли на улицу.
— Ну всё, пора в штаб-квартиру — сдать эту корягу куда следует, — произнёс Ань Ян.
— Идём, — кивнул Бэймин Шисы.
Прибыв в Главное управление, они отправили остатки демона-дерева в подземелья Дифу для оформления по всем правилам.
— Если бы не Чангэн, повозиться бы нам пришлось, — с улыбкой заметил Ань Ян.
Благодаря тому что Чангэн забросил их в прошлое, до совершения преступления, дело удалось закрыть одним ударом. Демон уничтожен, а значит, и двое остальных пострадавших, равно как и Ань Ян из будущего, останутся в полной безопасности.
Министр Ли всё ещё находился в кабинете. Увидев оперативников, он окликнул их:
— Кстати, хорошо, что вы здесь. Дела касательно Треножника переплавки душ…
Ань Ян и Бэймин Шисы переглянулись. Министр Ли заведет речь о Песочных часах. Поскольку они только что вернулись из будущего, слова министра не представляли для них никакой тайны.
Ань Ян поспешил перебить его:
— Министр Ли, даю слово: эти песочные часы не причинят вреда.
Ли Вэнь изумленно моргнул:
— Я ведь ещё ничего не успел сказать.
Ань Ян усмехнулся:
— Должно быть, у нас с вами просто мыслесвязь.
— Кхм!
Бэймин Шисы демонстративно покашлял и одарил Ань Яна недвусмысленным, холодным взглядом.
Ань Ян тут же вторично кашлянул, мысленно обозвав напарника ревнивым ревнивцем.
Министр Ли уточнил:
— Вы знакомы с сущностью из Треножника?
— Старые знакомые, — подтвердил Ань Ян.
Раз уж Ань Ян ручался за Песочные часы, Ли Вэнь не стал развивать тему. К тому же после длительной переплавки в Треножнике артефакт утратил прежнюю мощь. Чангэн всё ещё мог слегка искажать пространство, но делал это спонтанно и с ошибками, так что серьезной угрозы не представлял.
Министр продолжил:
— Есть ещё кое-что. Из Треножника переплавки душ пропала кость лютого зверя.
— Кость лютого зверя?
Ли Вэнь кивнул:
— Она выплавлена из останков древнего чудовища и обладает крайне скверной природой — вскрывает наиболее тёмные стороны человеческой души. Нам поступили сведения о её местонахождении. Кто-то видел похожее проявление. Отправляйтесь и изымите её.
Ань Ян не ожидал, что едва они покончат с деревом, как на них свалится история с костью.
Так как события с демоном-деревом в этом времени даже не успели развернуться, отчёт писать не потребовалось — они могли сразу браться за новый заказ.
Сначала напарники отправились домой, намереваясь выехать на поиски ранним утром.
Едва они переступили порог квартиры, как увидели Ли Бэя. Тот сидел на диване с малышом-цилинем на руках. Ребёнок увлечённо смотрел «Телепузиков», а Ли Бэй заботливо чистил для него мандарин.
При виде этой картины в голове Ань Яна невольно всплыли образы двадцатилетней давности, и он не сдержал сдавленного кашля.
Ли Бэй поднял голову:
— На кухне есть свежий отвар из белой груши с засахаренным сахаром. Горло скребёт? Попейте.
Ань Ян мысленно постонал. Вот уж воистину: знание будущего — сомнительное удовольствие!
Теперь в душе бушевал полный сумбур: кем ему считать Ли Бэя — младшим братом или будущей «невесткой»? Задачка не из лёгких.
Проголодавшись, Ань Ян заглянул на кухню в поисках чего-нибудь съедобного.
Едва он переступил порог, как обнаружил Нуаньбаобао: тот замер перед открытым холодильником и с ожесточённым видом грыз сырую белокочанную капусту.
Ань Яну даже спрашивать не требовалось — сразу стало ясно, что тот опять поссорился с Жун Сы. И причиной ссоры, вернее всего, снова стал кумир Цяо Е.
Ань Ян подошёл ближе, тяжело положил ладонь на плечо Нуаньбаобао и с глубокомысленным видом произнёс:
— Сынок, прекращай цепляться к моему кумиру. И дело тут вовсе не в том, что Цяо Е мне нравится. Просто твой будущий сын… эх, твой сын потом будет бегать за его сыном. Не рой яму собственному ребёнку, а то он тебе это еще припомнит.
Нуаньбаобао замер с капустным листом во рту:
—…Ау-у?
Он уставился на отца абсолютно непонимающим взглядом. Какой ещё сын?!
Ань Ян сочувственно похлопал его по спине:
— Всё, что мог, я тебе сказал.
С этими словами он подхватил пиалу с отваром и чинно удалился из кухни…
* * *
На следующее утро Ань Ян и Бэймин Шисы отметились в Главном управлении и отправились на вызов.
По словам очевидцев, артефакт видели в глухом переулке. Изначально его приняли за анатомический муляж, поскольку рядом находилась школа, и прохожие решили, что кто-то выкинул наглядное пособие по биологии.
Однако на деле это оказалась настоящая кость лютого зверя.
Подъезжая к нужному кварталу, Ань Ян бросил взгляд на школьное здание за окном:
— Надо же, моя старая школа.
Бэймин Шисы хмыкнул:
— Вот как? Место, где мой Янянь коротал несовершеннолетние годы?
Ань Ян улыбнулся:
— Ага. Я тогда в общежитии жил. Хотя школа была дневная, дядя вечно пропадал на работе, вот и устроил меня в корпус.
Он помолчал и добавил:
— Надо же, вообще не изменилась. Столько лет прошло, а всё как прежде.
Пока они разговаривали, машина подкатила к узкому переулку. Проехать дальше не представлялось возможным, пришлось идти пешком.
Выбравшись из салона, они углубились в подворотню. Внезапно Ань Ян застыл и вытаращил глаза: прямо возле груды мусора лежала огромная берцовая кость, по размерам сопоставимая с бычьей.
— Это и есть кость зверя?
Бэймин Шисы подошёл ближе, осмотрел её и кивнул:
— Она самая.
Достав плотную ткань, они аккуратно запаковали находку. Хотя оба обладали духовными силами, брать подобный артефакт голыми руками не рисковали — тёмная энергия могла легко впиться в плоть.
Ань Ян подхватил сверток:
— Тяжёлая, зараза.
Он повеселел:
— Что-то даже слишком просто всё прошло. Я-то настраивался на долгие поиски.
Бэймин Шисы отрезал:
— Сначала отвезём её в управление.
Но не успели они сделать и пары шагов, как в воздухе раздался знакомый тихий шорох: «Ш-ша… ш-ша…»
Раньше они не придали бы этому значения, но теперь отлично знали данный звук.
Чангэн.
Ань Яну даже показалось, будто этот шорох служил персональным сопровождением Чангэна — эдаким фоновым треком, появляющимся вместе с ним…
И точно: пространство перед ними легло волнами, и из воздуха возник соткавшийся из света силуэт.
Чангэн принял человеческое обличие и встал перед ними.
Ань Ян радостно произнёс:
— Благодаря тебе демона-дерево успешно скрутили!
Чангэн мягко и беззащитно улыбнулся:
— Вот и отлично.
Он сделал небольшую паузу и добавил:
— Вообще-то я пришёл попрощаться.
Ань Ян удивился:
— Попрощаться?
— Мне нужно вернуться на двадцать лет вперёд, к Богу смерти, — пояснил Чангэн.
Ань Ян мысленно кивнул: логично. В этом времени Бог смерти представляет собой трёхлетнего карапуза. Если Чангэн останется здесь, ему придётся ждать целых двадцать лет. Для сущностей вроде них два десятка лет — тьфу, мелочь, но само томительное ожидание… Ань Ян отлично знал, как оно изматывает.
Чангэн искренне произнёс:
— Спасибо вам. Вы вернули мне свободу.
— Не за что, ты тоже нам помог, — отозвался Ань Ян. — Торопись, Бог смерти наверняка уже заждался.
Чангэн улыбнулся и на прощание слегка вскинул ладонь.
«Ш-ша…»
В следующую секунду его фигура растворилась в воздухе.
Проводив его взглядом, Ань Ян потянул ручку пассажирской двери:
— Ну и нам пора.
Бэймин Шисы кивнул. Ань Ян прижал к груди свёрток с костью и опустился на сиденье.
Ш-ш-шух!
Хрысь!
Едва он сел, как его охватило дикое чувство невесомости. Вроде бы он опустился на кресло автомобиля, но внутреннее пространство машины неожиданно расширилось до невероятных пределов.
Ань Ян ухнул вниз, стремительно проваливаясь в бездонную пустоту.
Вспыхнула единственная мысль: «Неужели пространственные чары Чангэна снова дали сбой?!»
В следующее мгновение мир захлестнула непроглядная тьма…
* * *
Тук! Тук! Тук!
Острый, сухощавый звук соударения дерева о дерево ворвался в сознание.
Ань Ян резко очнулся, подскочил на месте как ужаленный и возопил на всю Ивановскую:
— Кость! Где кость?!
Он суматошно оглядел свои руки. Никакого свёртка! Добытый без труда артефакт испарился, будто его и не было!
Вот тебе и «простое задание»… Не стоило радоваться раньше времени!
— АНЬ! ЯН!
Едва он уставился на свои пустые ладони, как над самым ухом раздался исполненный ярости вопль, от которого Ань Ян неосознанно вздрогнул.
Подняв глаза, он вытаращился на стоящую перед ним женщину. Слова сорвались с языка прежде, чем он успел подумать:
— Мамочки… Я что, сплю? Наставница Медзюэ?!
Класс мгновенно вззорвался дружным хохотом. Лицо учительницы математики на глазах потемнело, сделавшись чернее чугунной сковороды. Вытаращив глаза на Ань Яна, она чеканила каждое слово:
— Ань Ян! Дрыхнуть на уроке, да ещё и оскорблять преподавателя?! Вон из класса! И чтобы завтра родители были в школе!
Ань Ян: «…»
Что… что за чертовщина?!
Он в полном онемении оглядел себя. В руках — ни кости, ни свёртка. Вокруг — класс, набитый подростками. А на нем самом… сине-белая спортивная школьная форма!
Мозги Ань Яна отказывались работать. Он перевёл дикий взгляд с разъярённой учительницы на учебник, лежащий на парте.
«Математика. 10 класс»…
«Если эллипс имеет общие фокусы F1 и F2, а P — точка на кривой, то произведение |PF1| · |PF2| равно…»
Ань Ян: «…»
На него ливнем обрушился забытый кошмар школьных лет.
Голова отозвалась тупой болью.
Бам!!
Дверь класса с грохотом захлопнулась за его спиной под несмолкаемый хохот одноклассников.
И вдобавок — вызов родителей…
Ань Ян окончательно растерялся. Он вернулся в десятый класс, в свои семнадцать лет! Прямо посреди урока!
Он ведь давно окончил университет! И вдруг снова оказался несовершеннолетним подростком!
Это точно проделки Чангэна с его нестабильными пространственными сдвигами…
Дело дрянь. Он же напрочь забыл всю школьную программу!
Хотя нет…
Ань Ян судорожно сжал виски:
«Главное — пропала кость лютого зверя… И как мне теперь вернуться обратно?!»
Он осел на корточки у стены в коридоре и отчаянно застонал:
«А самое паршивое — вызов родителей… Дядя же из меня всю душу вытрясет!»
Дззз-дззз!
В этот момент в кармане звякнул мобильный. Приносить телефоны в школу строго запрещалось, но ими пользовались абсолютно все.
Ань Ян осторожно выудил аппарат и взглянул на экран. Сообщение от дяди!
«Янянь, меня срочно отправляют в командировку на две недели. Я уже в аэропорту, сейчас выключаю телефон. Учись прилежно, понял?»
Ань Ян выдохнул с таким облегчением, будто с плеч упала гора. Дядя улетает! И телефон отключает! Какое счастье!
Избежав родительского гнева, он на мгновение почувствовал себя на седьмом небе.
И лишь спустя секунду до него дошло: чему, дурак, радуешься?!
Ань Ян метнулся в туалет и уставился в зеркало. На нем действительно была школьная форма.
И сам он словно усох в размерах! Откуда на щеках столько детской припухлости?! И главное… рост! Рост явно не дотягивал до метра восьмидесяти!
Ань Ян вытянулся только в университете, превратившись в высокого, статного парня.
А в десятом классе, как он отлично помнил, в нем было от силы метр семьдесят…
Разглядывая своё уменьшившееся отражение, Ань Ян сокрушённо заскрипел зубами:
— Чангэн… Ну спасибо! Я за тебя ручался, а ты меня так подставил!
Едва прозвенел звонок с последнего урока, Ань Ян выскочил из туалета и рванул к выходу из школы.
Вслед ему донёсся крик одноклассника из общежития:
— Ань Ян!! Ты портфель забыл?!
Закатив глаза, Ань Ян метнулся обратно и сграбастал портфель.
В комнате их жило четверо. Один — повернутый на боевых искусствах и манге парнишка, самый младший. Второй — отличник и гордость школы. Третий — спортсмен, любимец девушек. А сам Ань Ян, третий по старшинству…
Был серым середнячком.
Поскольку в десятом классе он ещё не вытянулся, большинство девушек смотрели на него сверху вниз. Лишь в выпускном классе, когда он резко пошёл в рост, девчонки начали проявлять к нему интерес.
Впрочем, имелось у Ань Яна одно неоспоримое преимущество — его дядя был весьма состоятельным человеком.
Младший комнатушку задорно окликнул его:
— Вечерки сегодня нет! Погнали за маралом в лапшичную?
Ань Ян махнул рукой, натягивая лямку портфеля:
— У меня дела, ешьте без меня!
Сейчас перед ним стояла задача жизни и смерти: найти Бэймина Шисы!
А затем вернуться в своё время. Заново проходить школьный ад и сдавать выпускные экзамены? Да лучше сразу пристрелите!
Сжав портфель, Ань Ян выскочил за ворота школы.
Напротив маячила автобусная остановка. К счастью, город за эти годы практически не изменился. Он быстро нащупал в кармане проездной и заскочил в подъехавший автобус.
Его путь лежал к Главному управлению.
Усевшись на сиденье, Ань Ян вытащил телефон и набрал номер Бэймина Шисы, мысленно молясь: «Хоть бы тот же номер! Только бы он его не менял!»
Гудок… Гудок… Гудок…
Телефон звонил долго. Когда Ань Ян уже решил, что в прошлые годы у Бэймина был другой номер, на том конце вызова щелкнуло.
— Слушаю.
Бархатный, прохладный голос с лёгкой хрипотцой — классический тон идеального мужчины, от которого у любого уши свернутся в трубочку.
Ань Ян едва не разрыдался от счастья:
— Бэймин Шисы!
На том конце возникла пауза, после чего голос произнёс:
— Алло. Это Бэймин. Вы кто?
Ань Ян застыл:
— Да я это, Ань Ян! Бэймин, это же я!
Собеседник молчал. Сердце Ань Яна заколотилось как бешеное. Неужели ошибся?!
Но ведь голос принадлежит Бэймину Шисы, да и сам он представился этим именем!
В трубке на заднем плане послышался голос Жэнь Шицзю:
— Босс, что там?
Услышав Жэнь Шицзю, Ань Ян окончательно удостоверился: точно Бэймин! Накладки быть не может!
Затем донёсся голос А-Яня:
— Глава, пора выходить. Это министр звонил?
Бэймин Шисы равнодушно отозвался:
— Нет. Спам.
Спам?!
Ань Ян закричал в динамик:
— Стой! Я Ань Ян, никакой я не спам! Бэймин, выслушай меня…
Но не успел он договорить, как раздался короткий писк — вызов сбросили.
Ань Ян в ярости уставился на экран. Он тут же набрал номер снова. И снова.
Но Бэймин просто сбрасывал звонки, а затем, по-видимому, занёс номер в чёрный список — последующие попытки достучаться не увенчались успехом.
Ань Ян готов был взлететь от злости. Ну берегись, Бэймин Шисы! Ты мне за это ещё ответишь!
Сжав телефон, он попытался сообразить: что-то здесь не сходилось. Неужели Бэймин Шисы не провалился вместе с ним сквозь пространство?
Неужто он переместился в прошлое один-одинёшенек?
Судя по ледяному тону, Бэймин Шисы знать его не знал. Точь-точь как в день их первой встречи, когда этот индюк высокомерно заявил, что Ань Ян надел штаны задом наперёд.
Ань Ян прижал ладонь ко лбу. Если он действительно остался в прошлом один, дело дрянь. Как возвращаться?
Сейчас у него открыты лишь Пять очей, духовная сила не пробудилась, формы Истинного дракона нет… Он не способен повернуть время вспять!
На мгновение его накрыла глухая безысходность. Но всё же нужно добраться до Главного управления. Вдруг Бэймин Шисы увидит его и всё вспомнит?
Автобус плелся медленно; путь до штаб-квартиры занимал минут сорок. Ань Ян прикрыл глаза, решив немного прийти в себя.
Вдруг шею обдало прохладой, будто кто-то совсем рядом тихо дышал ему в затылок.
Ань Ян распахнул глаза и едва не вскрикнул: прямо перед его лицом, на расстоянии не больше ладони, висела налитая кровью пара вытаращенных глаз.
Перед ним стояла окровавленная тварь. Изгибаясь в жуткой ухмылке, призрак прошипел:
— Парнишка-а-а… А ты ведь видишь меня-а-а…
Призрак.
Ань Ян с рождения обладал Пятью очами и видел духов с малых лет. В детстве он безумно их пугался, окружающие считали его лгуном, а взрослея, он научился просто игнорировать нечисть.
И хотя сейчас ему на вид было семнадцать лет, а личико выглядело свежим и нежным…
Душа-то принадлежала взрослому человеку!
Ань Ян вскрикнул лишь от неожиданности — привидение возникло слишком резко.
Однако оправившись от шока, он абсолютно равнодушно произнёс:
— Тётя, тут полно свободных мест. Не могла бы ты не маячить перед носом? Тесно же.
Окровавленный дух замер в изумлении:
— Ты меня не боишься?! Что?! Тётя?! Да я тебя сожру-у-у!!!
У Ань Яна и без того трещала голова. Видя, что нечисть готовится к броску, он с привычной ловкостью сдёрнул с плеча портфель и с размаху крутанул им.
Бам!!
Портфель с маху влетел призраку прямо в нос.
Ань Ян — школьник старших классов, а его портфель никогда не весил меньше пяти килограммов. После такого импровизированного удара дух рухнул на пол автобуса, держась за разбитый нос и испуская жалобные вопли.
Ань Ян цыкнул:
— И без тебя тошно. Не нарывайся.
Призрак перепугался до полусмерти. Он-то рассчитывал на нежного юношу, а натолкнулся на настоящего буяна…
Разрядив растревоженные нервы на нечисти, Ань Ян немного успокоился. Вскоре автобус подъехал к нужной остановке, и он вышел на улицу.
Пройдя пару кварталов, он увидел высотку Главного управления.
Поправив лямку портфеля, Ань Ян с облегчением вздохнул:
«Слава богу, я попал в прошлое, где хотя бы всё помню. Если бы меня выбросило в будущее — вот тогда был бы полный конец…»
Он глубоко вдохнул и направился к парадным дверям.
У входа дежурили стражи-призраки. Но Ань Ян шел с таким уверенным видом, что стражники даже не заподозрили неладное и беспрепятственно пропустили его во дворец.
Оказавшись в просторном холле первого этажа, Ань Ян огляделся, намереваясь подняться на лифте в отдел к Бэймину Шисы.
— Мальчик!
Услышав оклик, Ань Ян повернулся. К нему спешили Мэнпо и Сяо Сяньнюй!
Похоже, они только что вернулись с задания. Девушки подошли вплотную и наклонились к нему.
Да-да, именно наклонились.
Ведь рост Ань Яна сейчас составлял всего метр семьдесят, а обе сотрудницы были выше его, да ещё и на высоких каблуках.
Мэнпо одарила его взглядом хищной тетушки:
— Малыш, тебя как зовут? Сюда нельзя просто так заходить.
Сяо Сяньнюй поддакнула:
— Вот-вот! Сюда нельзя посторонним, особенно таким аппетитным мальчикам. Тебя же тут сожрут!
Ань Ян: «…»
Мэнпо даже не узнаёт его! Да и Сяо Сяньнюй оказалась той ещё штучкой.
Мэнпо всплеснула руками:
— Ой, какой милашка! Ва-а-ай, какие щёчки мягкие!
Не успел Ань Ян опомниться, как его щеки оказались в крепких объятиях Мэнпо.
Сяо Сяньнюй тут же примкнула к процессу:
— Божечки, кожа просто чудо! Мальчик, чем ты умываешься, признавайся сестрёнкам!
Мэнпо:
— Малыш, тебе сколько? Пятнадцать?
Сяо Сяньнюй:
— Я даю четырнадцать!
Мэнпо:
— Школьник?
Сяо Сяньнюй:
— Максимум восьмой класс!
Мэнпо:
— До чего хорошенький! Смотри, у него ещё детские щёчки!
Сяо Сяньнюй:
— Мой любимый тип! Так и хочется затискать!
Ань Ян: «…»
Он уже успел пожалеть, что переступил порог Управления. Кто бы мог подумать, что скромница Сяо Сяньнюй на самом деле обладает таким хищным характером?!
Ань Ян отчаянно пытался вырваться, но девушки были и выше, и сильнее.
В этот момент в холле раздались цокающие шаги. Девушки мгновенно отстранились, выпрямились и склонились в поклоне:
— Министр.
Ань Ян повернулся: Министр Ли! Ли Вэнь!
Ли Вэнь стремительно спускался по лестнице, на ходу поправляя галстук:
— Скоро начнётся благотворительный прием, Бэймин должен присутствовать. Где он?
Сяо Сяньнюй профессионально отчеканила:
— Не волнуйтесь, министр. Глава Бэймин уже подезжает. Он только что звонил — дело закрыто, они возвращаются.
Ли Вэнь кивнул и лишь после этого заметил Ань Яна. На его лице отразилось крайнее изумление:
— Ты…
Министр Ли узнал его!
Пусть Ань Ян и переродился, его внешность не изменилась. А с министром Ли они много лет были «соперниками» — Ли Вэнь вечно ревновал к нему Лю Бэя.
Так или иначе, министр просто не мог его не знать!
Ли Вэнь нахмурился:
— Это ещё кто? Как он попал в штаб-квартиру? Выведите его.
— Слушаемся!
Девушки подхватили Ань Яна под локти.
Ань Ян закричал:
— Погодите! Министр Ли! Мы же знакомы! Мы знаем друг друга! Не выгоняйте меня, я…
Ему не дали вымолвить и слова, силой выталкивая к выходу.
Ань Ян решил использовать козырь:
— Министр Ли! Мой дядя в вас влюблён! Мой дядя по вам сохнет!
Но Ли Вэнь слишком спешил. Он уже выскочил на улицу и сел в автомобиль.
Ань Ян вопил во всё горло:
— Моего дядю зовут Лю…
Бам!
…Бэй…
Дверь машины захлопнулась.
Ли Вэнь так и не услышал имя Лю Бэя — автомобиль тронулся с места и умчался прочь.
Ань Ян: «…»
Ты пожалеешь, что не выслушал этот спойлер…
Ань Ян ошеломлённо смотрел вслед уехавшей машине.
— Это ещё что за явление?
Раздавшийся прохладный, бархатный голос отозвался в сознании Ань Яна оглушительным взрывом.
Голос Бэймина Шисы.
Ань Ян резко повернулся. У входа в Главное управление замерла чёрная иномарка. Дверь распахнулась, и из салона вышел мужчина в безупречном чёрном костюме.
Высокий, с модельными пропорциями, в строгих брюках, подчёркивавших длинные ноги, и в тёмных солнцезащитных очках. Одного этого пафосного вида было достаточно, чтобы безошибочно узнать Бэймина Шисы!
Мужчина снял очки, открывая серо-зелёные глаза — элегантные, манящие, излучающие животный магнетизм.
Да что там излучающие — они буквально фонтанировали этой аурой!
— Бэймин Шисы… — тихо позвал Ань Ян.
Бэймин Шисы окинул его взглядом и нахмурился:
— Это кто ещё?
Ань Ян: «…»
Значит, он действительно провалился во времени в одиночку?!
Мэнпо поспешно объяснила:
— Ах… Школьник случайно забрёл в Управление. Мы как раз выставляем его за дверь.
Бэймин Шисы кивнул с выражением абсолютного превосходства.
Ань Ян не мог уйти! Но сейчас он был слишком мал ростом — мало того что ниже Бэймина на целых восемнадцать сантиметров, так ещё и уступал обеим девушкам. Мэнпо и Сяо Сяньнюй подхватили его с двух сторон и просто оторвали от пола!
— Эй!
Ань Ян отчаянно заболтал ногами в воздухе:
— От… отпустите! Это же позор!
Девушки не обращали внимания на его протесты, намереваясь выставить нарушителя на улицу.
Ань Ян закричал:
— Бэймин! Бэймин! Это же я! Ты что, не узнаёшь меня?!
Бэймин Шисы нахмурился, разглядывая подростка. «Надо же, какой-то школьник устраивает розыгрыш и откуда-то знает моё имя. И звонил мне наверняка он — даже номер мой достал».
Вот только…
Хотя Бэймин Шисы видит этого парня впервые в жизни, в глубине его груди почему-то возник странный, необъяснимый трепет.
Трепет, заставивший забиться сердце древнего демона.
Видя, что Бэймин молчит, Ань Ян выпалил последнее, что пришло в голову:
— Стой! Стой, Бэймин… Тебе… тебе случайно не нужна комната в аренду?!
В памяти всплыла их первая встреча, когда Бэймин пришёл снимать у него жильё, и они стали жить вместе.
Но едва выкрикнув это, Ань Ян понял, какую глупость ляпнул. Сейчас у него нет никакой квартиры! Он ещё даже в университет не поступил, живет в общежитии, а по выходным — у дяди…
Ань Ян пожалел о сказанном в ту же секунду.
Бэймин Шисы посмотрел на него как на законченного идиота. У него есть собственный роскошный дом рядом с Главным управлением, с какой стати ему снимать комнату с кем-то ещё?
Понимая, что его сейчас выкинут на улицу, Ань Ян закричал:
— Постой! Последний вопрос! Один вопрос, и я уйду!
Он говорил абсолютно искренне. Девушки переглянулись и посмотрели на Бэймина.
Бэймин Шисы едва заметно кивнул и холодно спросил:
— Какой ещё вопрос?
Ань Ян набрал в грудь воздуха, собираясь с духом. В прошлый раз Бэймин согласился на совместную аренду только потому, что Ань Ян обладал пленительным ароматом, который сводил демона с ума.
Сжав кулаки, Ань Ян с видом готовящегося к смерти воина выпалил:
— Последний… вопрос… Неужели… неужели ты не чувствуешь, как от меня вкусно пахнет?!
До чего же стыдно! Но чтобы растормошить Бэймина, пришлось переступить через остатки гордости.
Едва эти слова сорвались с его губ, Бэймин Шисы смерил его взглядом, в котором читалось откровенное сомнение в его психическом здоровье, после чего издал короткий, надменный смешок:
— Понятно. Очередной сумасшедший фанат.
Ань Ян: «…»