Без шуток, Ань Ян находил, что Бэймин Шисы в роли властного владыки бизнеса выглядит невероятно убедительно — куда эффектнее, чем актёры из телевизионных драм.
Председателя Сье бросило в холодный пот. Он-то полагал, что ударив первым и лишив Сье Дунлиня глаз, заставит остальных бессильно развести руками, но никак не ожидал, что Бэймин Шисы сыграет так подло, просто выкупив контрольный пакет акций компании.
В зале собрались все члены совета директоров, и они вполне могли бы проголосовать за отставку председателя — решение зависело не только от одного Бэймина Шисы. Вот только львиная доля акций теперь принадлежала ему, давя авторитетом остальные голоса. Новое руководство всегда начинает с жестких мер, так что никто не рисковал лезть на рожон: присутствующие хранили молчание, выражая молчаливую покорность.
Председатель Сье беспокойно перевёл взгляд на коллег:
— Господин Чжан! Мы же старые друзья! Неужели вы позволите какому-то молокососу устраивать здесь этот беспредел?!
— Чушь! — тут же отрезал упомянутый господин Чжан, сдвинув брови. — Какому ещё молокососу?!
Ань Ян ухмыльнулся про себя. * «И то верно. Бэймину Шисы перевалило за три тысячи лет, он древний оборотень, какой из него молокосос?»*
— Господин Бэймин — человек с непререкаемым авторитетом, — с угодливым почтением продолжил Чжан. — Уверен, его решение единственно верное.
Бэймин Шисы едва заметно улыбнулся:
— Благодарю за столь высокую оценку, господин Чжан.
— Что вы, что вы, это лишь дань уважения! Надеюсь, в будущем вы снизойдёте до руководства нами.
Председатель Сье обомлел. Как так вышло, что старый приятель столь бессовестно виляет хвостом перед Бэймином Шисы? Остальные акционеры молчали, выражая молчаливое согласие.
Тук-тук-тук.
Бэймин Шисы постучал пальцами по полированной столешнице:
— Господин Сье, время совета директоров стоит дорого. Кем вы хотите остаться — нищим или богачом? Выбор за вами. Верните то, что вам не принадлежит, и сохраните кресло председателя. На этом я закончу, решайте быстрее.
Лицо председателя Сье то бледнело, то наливалось багровым румянцем. Выбор казался невыносимым: стать нищим, но зрячим, или остаться богатеем, но ослепнуть?
Эмоции на его лице сменяли друг друга с калейдоскопической быстротой. Наконец, стиснув зубы, он выдавил:
— Прошу... не отстраняйте меня от должности.
— Выходит, вы предпочитаете отдать нефритовый диск и остаться богатым слепцом? — хмыкнул Бэймин Шисы и неторопливо похлопал в ладони. — Замечательно. Весьма разумный выбор.
Он повернулся к присутствующим:
— Что ж, господа, нам с господином Сье нужно переговорить наедине. Прошу вас покинуть кабинет.
Заседание, длившееся от силы минут десять, завершилось. Акционеры спешно поднялись с мест и один за другим покинули зал.
Дверь с глухим стуком захлопнулась. В помещении остались лишь трое: Бэймин Шисы, Ань Ян и председатель Сье.
Старик дрожащими руками извлёк из-за пазухи старинный нефрит Цзюэ:
— Я... я отдам его! Только не выгоняйте меня из совета! Корпорация Сье — дело всей моей жизни, единственная отрада!
Бэймин Шисы принял из его рук артефакт и качнул головой:
— Не корпорация ваша отрада, а деньги.
Убрав нефритовый диск, он щёлкнул пальцами:
— А теперь, господин Сье, попрошу вас проехать с нами по делу о временной аномалии.
— Что?! — запятнал от ужаса старик. — С какой стати я должен с вами идти?! Я же отдал артефакт! Зачем меня забирать?! Нет, я никуда не пойду!
— Какая странная логика, — невозмутимо отозвался Бэймин Шисы. — Передача артефакта гарантировала вам сохранение поста председателя. При чём здесь освобождение от уголовной ответственности?
Он перевёл взгляд на Ань Яна. Тот лишь беззаботно пожал плечами:
— Я тоже не вижу никакой связи.
— Идёмте, господин Сье.
Бэймин Шисы первым распахнул дверь. За порогом уже дожидался Жэнь Шицзю с оперативниками Специального отдела, готовыми конвоировать арестованного в Здание штаб-квартиры.
Завидев толпу вооружённых людей, председатель Сье впал в истерику:
— Нет! Я никуда не пойду! Вы не имеете права! Я всё отдал! Отпустите!
Жэнь Шицзю без лишних слов скрутил старейшину и поволок к выходу. Шум поднялся такой, что из кабинетов начали высыпать любопытные сотрудники.
Врач-офтальмолог, поджидавший председателя в его кабинете, выскочил на шум и остолбенел: крепкие мужчины, похожие на оперативников спецслужб, тащили упирающегося Сье к лифтам.
— Это не я! Я ничего не знал! Честно, я ни в чём не виноват! — визжал председатель.
Вдруг его взгляд упал на человека в белом халате. Сье вытянул шею и истерично заорал:
— Это он! Он сказал, что нефрит — волшебный артефакт! Он научил меня им управлять! Он главный кукловод, не я!
Врач от неожиданности посерел, но быстро взял себя в руки:
— Господин председатель, о чём вы? Я вас совершенно не понимаю. Я всего лишь ваш офтальмолог, пришёл на осмотр. Что за напраслина?
— Всему виной ты! — брызгая слюной, не унимался старик. — Ты убедил меня, что с помощью нефрита я верну зрение! Твоих рук дело!
Офтальмолог наотрез отказывался от обвинений, всем видом изображая крайнее изумление. Оперативники уволокли председателя дальше по коридору. Врач даже дружелюбно помахал ему вслед, отчего Сье едва не задохнулся от ярости, но сделать ничего не мог.
Бэймин Шисы и Ань Ян подошли к офтальмологу. Тот поспешно улыбнулся и протянул Бэймину Шисы руку:
— Здравствуйте! Вы, должно быть, новый член совета директоров? Весьма рад знакомству, меня зовут...
Бэймин Шисы даже не подумал подать руку в ответ. Его холодное игнорирование заставило врача замереть с протянутой ладонью в нелепой позе.
— Думаешь, у нас нет доказательств? — с усмешкой уронил Бэймин Шисы.
Мнимый медик сглотнул:
— Сударь, о чём вы? Я не совсем понимаю...
— Свободен. Но смотри в оба, — сухо бросил Бэймин Шисы и повернулся к спутнику: — Пойдём.
В этот момент подбежал Жэнь Шицзю:
— Нашли Сье Дунлиня, он в своём кабинете.
— Живо к нему, — отозвался Ань Ян.
Они поспешили к кабинету председателя, оставив офтальмолога с протянутой рукой, пылающим лицом и растущим липким страхом в груди.
Ворвавшись в кабинет, они обнаружили, что медицинский персонал давно разбежался. На операционном столе оставался лишь Сье Дунлинь.
Оперативники помогли парню подняться. Ему едва не успели ввести наркоз; слепой парфюмер весь дрожал от пережитого испуга.
— Всё позади, не бойся, — ласково произнёс Ань Ян.
Из-за замыкания времени цикл замкнулся: для обычного человека этот день начался заново, словно ничего не происходило. Сье Дунлинь не помнил недавних событий и не узнавал своих спасителей.
— Вы... кто? — растерянно спросил он.
— Я Ань Ян!
— Ань Ян? — изумился Сье Дунлинь. — Тот самый Ань Ян из параллельного класса в средней школе?
— Именно! — с улыбкой подтвердил тот.
Бэймин Шисы снова почувствовал укол ревности. Прошло лет восемь, а этот слепец при одном упоминании имени мгновенно вспоминал, кто такой Ань Ян. Что за феноменальная память?!
— Ты как? Идти сможешь? — бережно поддерживая Сье Дунлиня, поинтересовался Ань Ян.
Парфюмер кивнул. Ноги у него подкашивались от перенесённого стресса, поэтому он позволял вести себя под руки.
Ань Ян усадил Сье Дунлиня в карету скорой помощи, отправив его на полное медицинское обследование, и только после этого облегчённо вздохнул.
Шу-ух!
Прямо перед ними из воздуха соткалась тёмная тень.
Ань Ян вздрогнул, но тут же узнал злого духа — Цзюэ Ли.
— Живой всё-таки! — прижав руку к груди, выдохнул дракон.
Дух не рассеялся без следа, а вновь обрёл форму.
Цзюэ Ли замер с непроницаемым лицом, лишённым каких-либо эмоций. Уставившись на них мрачным взором, он ровно произнёс:
— Спасибо.
— Не нас благодари, а Дунлиня, — махнул рукой Ань Ян. — Это он тебя спас.
Если бы парфюмер в самом деле не вознамерился вырезать собственные глаза, старый Сье не испугался бы и не замкнул бы временное кольцо. Ань Ян и помыслить не мог, что Сье Дунлинь готов зайти так далеко ради этого призрака.
— Я благодарю вас не за своё спасение, — качнул головой Цзюэ Ли. — А за то, что вы уберегли Сье Дунлиня.
Ань Яна сжигал пламень любопытства. Что за неведомая уза заставляла злого духа снова и снова восставать из небытия ради спасения смертного?
— Тебе тоже придётся проехать с нами, — вмешался Бэймин Шисы.
Как-никак Цзюэ Ли оставался сбежавшим из Треножника переплавки душ злым духом, и Специальный отдел обязан был провести расследование.
Призрак не стал сопротивляться:
— Моё желание исполнилось. Я пойду с вами.
Бэймин Шисы вернул нефритовый диск, поймал главного виновника — председателя Сье, да ещё и вернул беглеца из Треножника переплавки душ. Настоящий богатый улов!
Теперь встал вопрос: как поступить с Цзюэ Ли? Первоначально они считали, что временную аномалию создал именно он. Однако выяснилось, что, несмотря на своё мрачное прошлое, дух вовсе не был злодеем. Он действовал под влиянием чувств и выбрал неверный путь, но сердце его оставалось чистым. Настоящим монстром в этой истории являлся старик Сье.
Министр Ли согласился смягчить приговор, но конкретная мера наказания вызвала споры.
Когда Бэймин Шисы вышел из кабинета Министра Ли, Ань Ян тут же бросился к нему:
— Ну что? Что решил министр? Как накажут Цзюэ Ли?
Бэймин Шисы суховато ответил:
— Казни избежал, но от карающей руки закона не уйти.
— А? — Ань Ян изумлённо уставился на него. Звучало... сурово.
Цзюэ Ли ждал решения в допросной.
— Идём, навестим нашего арестанта, — предложил Бэймин Шисы.
Ань Ян с некоторой тревогой последовал за ним.
Призрак безучастно сидел на стуле, опустив взгляд на сковавшие запястья наручники.
Бэймин Шисы опустился на стул напротив:
— Приговор вынесен.
Цзюэ Ли лишь равнодушно кивнул, даже не спросив о подробностях:
— Когда меня отправят обратно в Треножник переплавки душ?
— Никогда, — улыбнулся Бэймин Шисы.
Дух вскинул голову и потрясённо уставился на собеседника.
— Министр Ли сделал исключение, — пояснил Бэймин Шисы. — Тебе позволено искупить вину общественными работами.
— Общественными... работами?! — одновременно переспросили Цзюэ Ли и Ань Ян.
— Серьёзно?! — не поверил своим ушам Ань Ян.
— Абсолютно, — подтвердил Бэймин Шисы. — Подземное царство — не обитель слепого произвола.
— Да нет, я не об этом! — маша руками, пробормотал Ань Ян, а затем взглянул на сложенного духа и ухмыльнулся: — Просто Цзюэ Ли такой крепкий, из него выйдет отличный работяга!
Бэймин Шисы мысленно покрутил пальцем у виска. * «Крепкий?..»*
По условиям наказания Цзюэ Ли должен был отработать определённый срок в Здании штаб-квартиры, после чего обретал полную свободу: он мог остаться в ведомстве в качестве призрачного слуги или отправиться на перерождение.
— Рано радуешься, — охладил пыл духа Бэймин Шисы. — Будешь отлынивать — сразу отправишься в пекло.
— Не сомневайся, я исполню всё честно, — ответил Цзюэ Ли.
— К слову, у меня уже есть для тебя первое поручение, — добавил Бэймин Шисы и положил на стол фотографию. — Твой старый знакомый. Установи за ним слежку.
Ань Ян наклонился: со снимка на него смотрел тот самый врач-офтальмолог.
Медик был замешан в афере председателя Сье, но действовал предельно осторожно, не оставив ни единой улики. Специальный отдел строил обвинения исключительно на фактах, а арестовать человека без доказательств не мог. Цзюэ Ли не мог выступать свидетелем из-за судимости, а Сье Дунлинь, слышавший их сговор, забыл всё из-за временного замыкания.
Признаний старика Сье было недостаточно. Поэтому Бэймин Шисы решил приставить к подозрительному эскулапу призрачного стража.
Вглядевшись в лицо человека, пытавшегося покалечить Сье Дунлиня, Цзюэ Ли опасно прищурился:
— Положись на меня.
Хоть председатель Сье и отдал нефритовый диск, его жизненная сила истощилась из-за смыкания временной петли. Не прошло и двух дней, как его земной срок истёк, и дух покойного отправился прямиком в Подземное царство.
Смерть главы повергла корпорацию Сье в хаос.
Компания являлась семейным предприятием, однако её акции разошлись по множеству рук, поэтому судьбу кресла председателя решал совет директоров. Главными претендентами выступали Сье Дунлинь и сын госпожи Сье.
Ирония судьбы заключалась в том, что покойный, желая усыпить бдительность Сье Дунлиня, при жизни публично расточал ему похвалы и твердил, будто передаст власть именно ему. Более того, он успел переписать на парфюмера часть акций и оформил официальное завещание.
Завещание, конечно, можно было издать новое, но старик не успел этого сделать до скоропостижной кончины. В итоге законным наследником корпорации Сье оказался Сье Дунлинь.
Бэймин Шисы, как крупнейший акционер, обязан был присутствовать на решающем заседании.
Вместе с Ань Яном они вошли в зал совещаний. Все члены совета уже собрались. Прибыл и Сье Дунлинь.
Невзирая на слепоту, парфюмер держался с безупречным достоинством. Элегантный костюм сидел на нём идеально. Будучи владельцем пусть небольшой, но весьма успешной парфюмерной мастерской, Сье Дунлинь привык к деловой обстановке и ничуть не робел.
Имея на руках завещание и заручившись поддержкой главного акционера в лице Бэймина Шисы, он беспрепятственно вступил в права наследования.
— Я ПРОТИВ! — раздался истеричный визг, и двери зала совещаний с треском распахнулись.
Ань Ян недоумённо обернулся. * «Чай, не у алтаря стоим, чего так орать?»*
В помещение ворвались госпожа Сье и её сын. Охрана пыталась задержать визитёров, но вздорная баба устраивала дикий скандал: стоило телохранителям лишь коснуться её, как она принималась корчиться от якобы нанесённых увечий или кричать про домогательства. Бедные стражи порядка попросту боялись к ней подступиться.
— Я не позволю! — орала вдова. — Сье Дунлинь — ублюдок и безродный выродок! Мой муж никогда бы не оставил компанию этой твари! Завещание поддельное! Подделка!
С этими криками она ринулась к Сье Дунлиню, намереваясь вцепиться в него. Члены совета директоров в ужасе бросились врассыпную: о бешеных выпадках госпожи Сье ходили легенды, и никто не желал связываться с безумной бабой.
Госпожа Сье налетела на парфюмера и изо всех сил толкнула его в грудь.
Невидящий Сье Дунлинь потерял равновесие, больно ударился о край стола и пошатнулся, готовый рухнуть на пол. В возникшей суматохе мечущиеся акционеры запросто могли наступить на упавшего слепца.
Ань Ян ахнул и порывался метнуться на помощь, но Бэймин Шисы железной хваткой удержал его за локоть:
— Куда? Стой на месте.
* * *
В то же мгновение, когда Сье Дунлинь уже летел навзничь, рядом стремительной тенью возник высокий силуэт и подхватил его.
Сье Дунлинь уткнулся в крепкую, нерушимую грудь. Прикосновение отозвалось в нём странным дежавю: объятия были прохладными, даже жестковатыми, но дарили непередаваемое чувство покоя и абсолютной защищённости.
В воздухе едва уловимо разлился тонкий аромат сандалового дерева.
Это был истинный запах древнего нефрита Цзюэ: вернувшись в свой природный облик, призрак источал этот благородный фимиам. Будучи парфюмером, Сье Дунлинь обладал исключительным чутьём и моментально запечатлел редкую ноту в памяти.
Справясь с замешательством, парфюмер восстановил равновесие:
— Благодарю вас.
Однако спаситель не проронил ни слова. С ледяным равнодушием разжав руки, Цзюэ Ли круто повернулся и растаял в воздухе.
Ань Ян ошеломлённо хлопал глазами:
— Я-то думал, между ними искры летают! Отчего Цзюэ Ли такой бука? Неужели у Дунлиня безответная любовь?
Разумеется, о безответности не было и речи. Причина крылась в ином: Цзюэ Ли обладал чудовищной концентрацией тёмной энергии инь. Глаза Сье Дунлиня являлись частью сути духовного нефрита и без того несли на себе отпечаток загробного мира; долгое пребывание подле призрака губительно сказывалось на здоровье смертного. Посему Цзюэ Ли и держал дистанцию.
Сье Дунлинь возглавил корпорацию, старый председатель отправился на колесо перерождений, и дело казалось закрытым — оставалось лишь уличить офтальмолога.
Но главное — «сегодня» наконец уступило место «вчера».
Ань Ян лениво потянулся в постели. Солнечные лучи ласкали веки. Хотя с момента разрушения временной петли прошло уже несколько дней, у дракона сохранялся своеобразный фантомный страх: он до смерти боялся разлепить глаза и снова оказаться в бесконечно повторяющемся дне.
Щёлк!
Дверь ванной отворилась, и на пороге появился Бэймин Шисы. Он только что вылез из-под душа: накинутый наскоро халат едва прикрывал влажное, мускулистое тело, с которого стекали капли воды.
Ань Ян сглотнул. Зимой воздух в помещении сухой, так и до кровотечения из носа недалеко! Нос немедленно зачесался от столь соблазнительного зрелища.
— Чего это ты с утра пораньше в душ попёрся? — буркнул Ань Ян.
Бэймин Шисы изогнул губы в искусительной улыбке:
— Прошлой ночью я был слишком занят, ублажая тебя, милый.
Щёки Ань Яна мгновенно вспыхнули:
— Ты... если бы ты не измывался надо мной до утра, ничего бы не было!
— Но ты ведь сам умолял меня не останавливаться, Ань-Ань, — невинно возразил Бэймин Шисы. — А ты знаешь, насколько я податлив на твои просьбы.
Сгорающий от стыда дракон зарылся головой под одеяло и провизжал:
— Проваливай!
— Ладно-ладно, не кипятись, — хохотнул Бэймин Шисы. — Вставай, нам нужно съездить в офисный центр корпорации Сье.
— Опять?! — недовольно высунулся из-под подушки Ань Ян.
— Сье Дунлинь собирает экстренный совет директоров.
Ань Ян тяжело вздохнул. Войдя в состав акционеров, Бэймин Шисы обзавёлся кучей хлопот. Сам Ань Ян ничего не смыслил в бизнесе, и необходимость таскаться за любимым по деловым встречам выматывала. Суббота же! В такой день полагалось валяться в постели и нежиться под зимним солнцем...
Однако Бэймин Шисы бесцеремонно стащил его с кровати, вынуждая отправиться в ванную.
Приведя себя в порядок, Ань Ян спустился на первый этаж, где Бэймин Шисы уже накрывал на стол.
Проходя мимо лестницы, Ань Ян уловил странное жужжание. Звук доносился из кладовки под ступенями — некрасивый, монотонный, будто непрерывно вибрировал телефон.
В этом чулане никто не жил, да и вещей там почти не было — помещение пустовало.
Ань Ян подошёл ближе и приложил ухо к замочной скважине. Ж-ж-ж... ж-ж-ж... Не показалось.
Помимо странного гула, из-за двери доносились тихие, жалобные всхлипы. Прислушавшись, Ань Ян поражённо замер. Жун Сы?!
Вслед за плачем раздался голос Нуаньбаобао. На сей раз это были не зверушкины попискивания и не рычание, а чистейшая, бархатистая речь с чёткой артикуляцией. Из-за того что малыш только недавно освоил человеческий язык, говорил он медленно, смакуя каждое слово:
— Хм? Жун Сы занемог? Значит, ты должен быть послушным мальчиком и позволить доктору сделать укольчик?
Ань Ян обомлел.
Гром и молния!
Это же дословная цитата из «Инструкции по ролевым играм в врача и пациента»!
Так значит, мерзостное жужжание за дверью — это та самая капсула?!
— Ты чего тут вынюхиваешь? — неожиданно раздалось над самым ухом.
Ань Ян от неожиданности подпрыгнул и мгновенно зажал Бэймину Шисы рот ладонью:
— Тсс!
Обладая феноменальным слухом, Бэймин Шисы моментально оценил обстановку за дверью и тихо хмыкнул:
— А сынок-то у нас затейник, а?
Ань Ян вытаращил глаза:
— Что значит «затейник»?! Твоих рук дело, признавайся?!
— Вовсе нет, — покровительственно пожал плечами оборотень. — Наш мальчик умён от природы, сам до всего допёр.
Ань Ян лишился дара речи.
Покончив с завтраком, они уже собирались выходить, когда дверь под лестницей наконец скрипнула. Из чулана вышел Нуаньбаобао, бережно держа на руках изнурённого, заплаканного и давно уснувшего Жун Сы.
Ань Ян лишь покачал головой. * «Настоящий зверюга. Выкапанный папаша!»*
— А капсулы-то вещь хорошая, — прищурился Бэймин Шисы. — Интересно, у Мэнпо осталась ещё парочка?
— Даже не мечтай! — отрезал дракон.
Они доехали до офисного комплекса корпорации Сье. Члены совета директоров уже сидели за столом. Во главе восседал Сье Дунлинь в отутюженном костюме.
Не тратя времени на экивоки, парфюмер сразу перешёл к делу:
— Я собрал вас всех, чтобы объявить о крайне важном решении... Я складываю с себя полномочия председателя совета директоров.
Зал ахнул.
Сье Дунлинь едва успел занять кресло главы, оно ещё даже не остыло! Несмотря на все козни госпожи Сье и её сынка, его позиции благодаря завещанию и поддержке ключевых акционеров оставались незыблемыми. И тут он добровольно подаёт в отставку?!
Бэймин Шисы ничуть не удивился, а вот остальные присутствующие подняли невообразимый гвалт.
— Корпорация Сье никогда не была моей мечтой, и я здесь чужой, — спокойно перекрывая шум, произнёс Сье Дунлинь. — Многие готовы глотки друг другу перерезать ради этой должности, но мне она безразлична. Поэтому я объявляю о своей отставке. Благодарю за внимание.
С этими словами он поднялся и покинул зал.
Его заявление прогремело подобно взрыву. Разумеется, нашлись и те, кто едва не сошёл с ума от счастья: госпожа Сье и её отпрыск чуть не попали в больницу от нахлынувшего восторга. С уходом парфюмера сынок автоматически становился новым главой компании.
Как и следовало ожидать, изнеженный барчук принял бразды правления, однако управление бизнесом оказалось ему не по зубам. В считанные дни он превратил налаженную работу в хаос, вызвав волну всеобщего недовольства.
Бэймин Шисы, предугадав неизбежное падение, успел сбыть весь свой пакет акций сыну госпожи Сье. Недалёкий маменькин сынок радовался как ребёнок, полагая, что выкупил абсолютную власть над корпорацией, но не учёл одного: Бэймин Шисы являлся главным ориентиром для рынка.
Стоило ему сбросить ценные бумаги, как остальные акционеры панически начали избавляться от своих долей. Акции корпорации Сье камнем пошли вниз, а заголовки деловых изданий запестрели пророчествами о скором банкротстве.
Пару дней спустя Ань Ян и Бэймин Шисы встретились с Цзюэ Ли в уютной кофейне, чтобы узнать результаты наблюдения.
Устроившись за столиком, призрак доложил о ходе работы: он неотступно следовал за офтальмологом, однако тот вёл подчёркнуто размеренную жизнь — курсировал исключительно между домом и клиникой, не совершая ничего подозрительного.
— Он предельно осторожен, — заметил Бэймин Шисы. — Продолжай наблюдение. Рано или поздно лиса покажет свой хвост.
— Понял, — качнул головой Цзюэ Ли.
Пока они беседовали, колокольчик над дверью звякнул, и в кафе вошёл Сье Дунлинь. Слепой парфюмер по-прежнему хранил верность этому заведению и направился к своему любимому столику.
Проходя мимо их диванчика, он остановился, потянул носом воздух и удивлённо произнёс:
— Ань Ян? Господин Бэймин?
— Чудеса! — рассмеялся Ань Ян. — Ты нас по запаху распознаёшь?!
Сье Дунлинь мягко улыбнулся и повернул невидящее лицо в сторону Цзюэ Ли:
— А вы тот самый господин, что поддержал меня в зале совещаний. Здравствуйте.
Призрак опешил: он никак не ожидал, что смертный запомнит то мимолётное касание.
Увы, помня касание, он совершенно запамятовал их глубокое прошлое... Для Цзюэ Ли они были связаны вечностью, а для Сье Дунлиня являлись лишь случайными знакомыми.
Дух промолчал, сохраняя ледяную неприступность.
Однако парфюмер будто бы вознамерился завязать разговор и вежливо поинтересовался:
— Я могу присесть к вам?
Ань Ян перевёл заговорщический взгляд с Цзюэ Ли на Сье Дунлиня. Запахло жареным!
— Конечно-конечно, садись! — с готовностью воскликнул дракон.
Бэймин Шисы лишь вздохнул. Сжатый азартом любопытства лик Ань Яна читался без труда. Ладно Сье Дунлинь слеп, но Цзюэ Ли-то не лишён зрения!
Поскольку Ань Ян и Бэймин Шисы занимали одну сторону диванчика, Сье Дунлинь опустился рядом с Цзюэ Ли. Дух обладал внушительным телосложением, и парфюмер, садясь, случайно задел его плечом.
Цзюэ Ли моментально убрал руку со стола и отодвинулся к самому краю, демонстрируя стремление держать дистанцию.
— Меня зовут Сье Дунлинь, — дружелюбно проговорил слепец. — А как ваше имя?
Призрак лишь взглянул на него и вновь промолчал.
— Его зовут Цзюэ Ли! — тут же вставил свои пять копеек Ань Ян.
— Цзюэ Ли... Какое красивое имя, — улыбнулся парфюмер.
Попытка завязать знакомство была более чем очевидной, но дух продолжал хранить гробовое молчание.
Сье Дунлинь не отступал:
— От вас так приятно пахнет сандалом. Это какие-то редкие духи?
Сандал являлся природным ароматом самого духа, и ни в каких духах тот не нуждался. Парфюмер подался немного вперёд, пытаясь получше уловить благоухание.
Хлоп!
Цзюэ Ли неожиданно ударил ладонью по столешнице и резко поднялся:
— Прошу прощения. Мне пора работать.
Сье Дунлинь от неожиданности вздрогнул. Решив, что его расспросы показались собеседнику развязными, он поспешно смутился:
— Ой, простите, пожалуйста...
Он встал, освобождая проход.
Ань Ян с недоумением провожал взглядом смурную фигуру призрака. Что за муха его укусила?! Цзюэ Ли пожертвовал собой и уничтожил собственную материальную оболочку ради спасения Сье Дунлиня, а сам Сье Дунлинь был готов лишить себя глаз ради его воскрешения! И после всего этого — такая холодность?
Ситуация выглядела крайне странно.
Сье Дунлинь казался удручённым. В этот момент в его кармане запел телефон.
— Извините, мне нужно ответить, — тихо проговорил парфюмер и нащупал тростью дорогу к уборной.
— Что это с ними? — шепнул Ань Ян, склонившись к Бэймину Шисы. — Вроде бы спасали друг друга, а тут на тебе!
Бэймин Шисы улыбнулся:
— Обыкновенные капризы.
— Ка... капризы?!
Ань Ян уставился на него с глубочайшим недоумением.
— Не видишь очевидного? — усмехнулся Бэймин Шисы. — Когда ты влюбился в меня с первого взгляда и прохода не давал, ты не казался таким бестолковым. Что с тобой произошло?
— Погоди-погоди! — вспыхнул дракон. — Кто это кому прохода не давал?!
— То есть факт любви с первого взгляда ты не отрицаешь? — с превосходством парировал оборотень.
Ань Ян потерял дар речи. Бессовестный тип!
Бэймин Шисы вернулся к теме:
— Цзюэ Ли — древний нефритовый диск, несущий смертоносную энергию инь. Сье Дунлинь — хрупкий смертный. Длительное воздействие инь сожрёт его жизненный век. Цзюэ Ли знает это и пытается уберечь парня.
— Значит, им не судьба быть вместе? — опечалился Ань Ян.
Бэймин Шисы хмыкнул:
— А ты уверен, что между ними вообще есть судьба?
Ань Ян обиженно надулся. И обязательно надо было подколоть?!
— Впрочем, соединить их судьбы вполне возможно, — мягко добавил Бэймин Шисы.
— И как же? Что для этого нужно сделать? — оживился дракон.
Бэймин Шисы понимающе кивнул:
— Именно. Потребуется сделать.
— Чего сделать?.. — не понял Ань Ян.
Глядя на его хлопающие глаза, Бэймин Шисы тихо рассмеялся:
— Ты точно дракон? По-моему, ты милый глуповатый кролик. — Он ласково щёлкнул Ань Яна по кончику носа.
— Руки прочь от моего носа! — фыркнул Ань Ян. — Я истинный дракон-небожитель, исполненный величия!
— Я повторяю: всё сводится к банальному «переспать», — чеканя слова, пояснил Бэймин Шисы. — Ты всё верно понял. Им нужно просто лечь в постель.
Ань Ян вспыхнул до корней волос. Заявлять о подобном в людном кафе — какая несусветная бесстыдщина!
Бэймин Шисы с самым серьёзным видом продолжил:
— Сье Дунлинь — смертный, его тело не способно самостоятельно усваивать избыток энергии инь. Но если Цзюэ Ли проведёт парную циркуляцию через постель, это пойдёт парфюмеру только на пользу. Глядишь, после пары-тройки бурлящих ночей к нему даже зрение вернётся.
Ань Ян онемел. * «Секс, секс, у него в голове один сплошной секс! Скоро сам мозг расплавится!»*
Тем временем Сье Дунлинь вошёл в туалетную комнату и ответил на звонок ассистента. Тот сообщал о важном контракте, требующем личного присутствия мастера в студии сегодня днём.
Парфюмер вздохнул, не чувствуя особых сил, но всё же согласился:
— Хорошо, я приеду... М-мгх?!
Не успел он договорить, как чьи-то руки накинули ему на лицо тряпку, пропитанную приторно-сладким веществом. Вдохнув ядовитые пары, Сье Дунлинь почувствовал, как голова наливается тяжестью, а помещение пускается в пляс.
Превозмогая слабость, парфюмер изо всех сил заехал нападавшему локтем в живот.
Злоумышленник охнул, ослабив хватку. Воспользовавшись секундной передышкой, Сье Дунлинь метнулся в глубину туалета, заскочил в кабинку и со звонким щелчком задвинул засов.
Сознание уплывало, двери снаружи сотрясались от мощных ударов. В предчувствии обморока Сье Дунлинь наослеп сбросил вызов ассистента и нажал клавишу быстрого вызова Ань Яна.
— Алло? Дунлинь?
Ань Ян удивлённо нахмурился. Парфюмер находился в двух шагах, зачем звонить? Дракон уже собрался пошутить про закончившуюся бумагу, как из динамика раздался оглушительный грохот, хриплое дыхание и звук отчаянной борьбы. Через секунду связь оборвалась.
— Дунлинь?!
Ань Ян и Бэймин Шисы одновременно сорвались с мест и ринулись к уборной.
Ворвавшись внутрь, они застали лишь разгром: створки окна нараспашку, а следы присутствия парфюмера испарились.
Выпрыгнув в окно, они обследовали прилегающий переулок, но следы похитителя затерялись.
Покинув заведение, Цзюэ Ли замер на противоположной стороне улицы. Затаившись в тени, он печально наблюдал сквозь панорамное стекло за опущенными плечами Сье Дунлиня.
Он не смел приблизиться — ради блага самого смертного.
Простояв несколько минут, призрак увидел, как парфюмер направился в туалет, и собрался было вернуться к выполнению задания.
В этот миг у входа в кофейню припарковался неприметный автомобиль. Из салона выбрался мужчина, замотанный в плотный шарф, в надвинутой по самые брови кепке и защитной маске.
Но Цзюэ Ли мгновенно узнал эту фигуру. Это был тот самый врач-офтальмолог!
Призрак прищурился. Он своими глазами увидел, что похититель вовсе не совершал побега через окно уборной: врач тащил бессознательное тело Сье Дунлиня прямиком в подвальные помещения кофейни...
Доза хлороформа оказалась недостаточной, поэтому Сье Дунлинь не отключился полностью. Оглушённый, испытывая дикую слабость, он почувствовал, как его с размаху швырнули на холодный цементный пол.
Парфюмер попытался отползти, но чья-то хватка железными клещами сжала его подбородок.
— Замечательные глазки, — раздался над ним ядовитый смешок. — Какая непростительная роскошь для обычного слепца.
Услышав этот голос, Сье Дунлинь обомлел:
— Доктор?!
Это действительно был его лечащий врач.
Офтальмолог пошёл на сделку с председателем Сье исключительно ради того, чтобы заполучить старинный нефрит Цзюэ. Однако старого Сье разоблачили, артефакт изъяли, и единственная сохранившаяся часть легендарного нефрита таилась в глазницах Сье Дунлиня.
Врач выжидал всё это время, притворяясь кротким, чтобы усыпить бдительность спецслужб, и выгадал момент для нанесения удара.
— Не бойся, — ласково проворковал изверг. — Я сделаю всё аккуратно. Я ведь отличный хирург. Правда, анестезию ввести не успею — время поджимает. Придётся потерпеть.
— Ч-что вы затеяли... — тяжело дыша, пробормотал обессиленный парфюмер.
— Как что? Вырежу твои глазки! — хихикнул доктор. — Неужели ты не знал, какое сокровище носишь в себе? Я лишь извлеку нефрит, продам его на чёрном рынке за безумные деньги и обеспечу себе безбедную старость!
Сье Дунлинь отчаянно пытался отползти, но холодная сталь скальпеля уже коснулась его щеки, сдвигаясь к глазнице.
Парфюмер зажмурился. И в этот миг до его носа донёсся тонкий, едва уловимый аромат сандала...
Офтальмолог уже занёс лезвие, но в ту же секунду его запястье сжалось в стальной невидимой титановой хватке.
— А-а-а! — взвыл медик от боли.
Вскинув голову, он обомлел: перед ним возвышался мужчина в чёрном одеянии. Длинные смоляные волосы были стянуты на затылке, а его глаза... в них полностью отсутствовали белки — лишь беспросветная, бездонная тьма, излучающая запредельную лютость.
Это был Цзюэ Ли!
Призрак безжалостно свернул врачебную кисть — раздался оглушительный хруст ломающихся костей.
Не разжимая пальцев, Цзюэ Ли направлял руку мучителя, сжимающую скальпель, и с маху всадил лезвие прямо в тыльную сторону его левой ладони, пригвоздив её к бетонному полу!
— А-а-а-а-а! — изверг забился в диком визге.
Для хирурга руки были всем. С таким увечьем о скальпеле можно было забыть навсегда — его карьера закончилась прямо здесь.
Офтальмолог заходился в истерических воплях. Сье Дунлинь содрогался от ужаса: он никогда не сталкивался с подобной жестокостью, а брызнувшие на лицо горячие капли крови довели его до состояния паники.
Завидев, как бьётся в лихорадке смертный, Цзюэ Ли мгновенно сбросил жестокий оскал, опустился на колени и бережно прижал Сье Дунлиня к себе.
— Всё кончено, не бойся... Я с тобой... — тихим, баюкающим шёпотом проговорил дух.
Сье Дунлинь потонул в обволакивающем сандаловом мареве. Голос призрака обладал поистине волшебным действием: дыхание парфюмера постепенно выравнивалось, паника отступала.
Тем временем у двери в подвал, затаившись, наблюдали Ань Ян и Бэймин Шисы.
У дракона аж глаз поддрагивал:
— Мы что, так и будем подглядывать?
Бэймин Шисы лишь покачал головой:
— Не мешай. Цзюэ Ли сам всё уладит.
На самом деле ещё в туалете Бэймин Шисы почувствовал подвох: окно зазывно раскачивалось, а следы похитителя исчезли слишком быстро. Сье Дунлинь хоть и был утончённым юношей, но оставался взрослым мужчиной. Вытащить его через раму за считанные секунды было попросту нереально. Следовательно, окном воспользовались лишь для отвода глаз.
Бэймин Шисы прекрасно знал, что Цзюэ Ли не ушёл далеко и неотступно следит за возлюбленным. Стоило возникнуть угрозе, как призрак сразу примчался на помощь. Так почему бы не проявить благородство и не дать парню шанс почувствовать себя спасителем?
Бэймин Шисы похлопал дракона по плечу:
— Пойдём уже, хватит подсматривать.
Ань Ян отмахнулся, упрямо цепляясь за косяк:
— Погоди ещё секундочку! Кажется, они сейчас поцелуются...
Не успел он договорить, как Бэймин Шисы подался вперёд и мимолётно коснулся его губ своими. Поцелуй вышел лёгким, словно взмах крыла мотылька, но в столь интимный момент заставил Ань Яна густо покраснеть.
— Ну что, идём? — с усмешкой шепнул оборотень. — Или мне повторить?
Ань Ян моментально сдулся. * «Всё-всё, ухожу! С этим монстром лучше не связываться!»*