Завидев Бэймина Шисы, Маленький лисенок даже не подумал испугаться. Он словно не замечал грозного, точно у лютого демона, вида мужчины и лишь горделиво воскликнул:
— Смотри! Кольца «Три жизни» и впрямь работают! Стоит только надеть, как...
Закончить он не успел: Ань Ян одним быстрым движением сорвал украшение со своего пальца.
Сун Цзинмин, только что смотревший на него с глубокой нежностью, вдруг замер. Рука, гладившая Ань Яна по щеке, бессильно опустилась.
— Что... что это со мной было? — растерянно пробормотал Сун Цзинмин.
Ань Ян спешно бросил кольцо лисенку, и тот моментально надел его обратно:
— Ничего-ничего, пустяки!
Ань Ян молча воздел очи к небу. Пустяки-то пустяки, да только у него самого сейчас будут огромные неприятности!
Едва лисенок надел кольцо «Три жизни», Сун Цзинмин вернулся в «нормальное» состояние. В голове у него царил хаос — происходящее казалось странным сном. Он и сам не понимал, почему секунду назад принял Ань Яна за Фу Ли.
Они же ни ростом, ни внешностью ни капли не похожи! И всё же в то краткое мгновение сердце пронзила острая боль.
Сун Цзинмин прижал ладонь к груди. К счастью, боль уже отступила.
Маленький лисенок подбежал к нему, радостно подпрыгивая, и потянул за руку:
— Дядя, пойдём туда! Я только что видел там маленькую мышку!
Хотя Фу Ли был благородным девятихвостым птице-лисом — священным созданием, являющимся миру лишь в эпоху процветания праведных государей, — в душе он оставался лисой. А лисы больше всего на свете любят ловить мышей.
Настоящих, живых мышей...
Услышав о мышах, Сун Цзинмин лишь с бесконечной снисходительностью улыбнулся и погладил его по мягким волосам:
— И где же она?
И лисенок, сжимая его руку, увлек Сун Цзинмина за собой — охотиться на мышей.
Ань Ян проводил взглядом эту парочку. Поняв, что Маленький лисенок сбросил на него ядрёную бомбу и спокойно удрал, он издал парадный нервный смешок и повернулся к Бэймину Шисы:
— Ха-ха... Братуха, ты только послушай, я всё объясню!
Бэймин Шисы неропотливо подошел ближе, поднял руку и нежно коснулся щеки Ань Яна. В его серо-зелёных глазах плескалась ласковая, точно шелковистая вода, нежность, а голос звучал бархатисто и мягко:
— Янян, м-м?
Ань Ян сглотнул. Такая улыбка не предвещала ничего хорошего! И кому-то сейчас явно несдобровать...
И кому именно — можно было не уточнять.
— Это лисенок хотел показать мне, как работают кольца! — быстро заговорил Ань Ян. — И эффект действительно поразительный! Я как раз хотел сказать...
Договорить он не успел: Бэймин Шисы подхватил его на руки.
— А! — вырвалось у Ань Яна. Он судорожно обнял мужчину за шею. — Ты что делаешь?!
Улыбка Бэймина Шисы оставалась всё такой же пленительно-нежной. Он пристально посмотрел на Ань Яна своими необыкновенными глазами и тихо спросил:
— Янян, а ты как думаешь?
Ань Ян про себя взмолился: «Вот же злопамятный тип!»
— Мне сейчас нельзя! — тут же выпалил он.
Бэймин Шисы чуть заметно улыбнулся:
— Янян, неужели я похож на человека, не знающего меры?
У Ань Яна мурашки побежали по коже.
Мисс Чжан, накануне в гневе покинувшая виллу, на следующий день вернулась — причем вместе с господином и госпожой Сун.
Старики расположились в гостиной, а мисс Чжан услужливо порхала вокруг, подливая им чай и изо всех сил изображая послушную, идеальную невестку.
— Цзинмин, — заговорила госпожа Сун. — Мисс Чжан приехала на твой день рождения и пока поживет у нас. Уедет только после праздника.
Лицо Сун Цзинмина оставалось ледяным:
— Насколько я помню, я не отправлял ей приглашения.
Мисс Чжан от обиды мгновенно вспыхнула:
— Ты!..
Старик Сун поспешил сгладить неловкость:
— Ну полно вам! Цзинмин, ты уже взрослый человек, пора проявлять благоразумие и не таить обид за прошлое. К тому же... мисс Чжан теперь невеста твоего младшего брата. И по закону, и по совести ей следует присутствовать на празднике старшего брата.
Сун Цзинмань, сидевший неподалеку в инвалидном кресле, при этих словах отца лишь мельком взглянул на мисс Чжан, но ничего не сказал.
Видя, что отец непреклонен, а брат молчит, Сун Цзинмин не стал спорить. Он просто развернулся и вышел из главного дома, направившись на виллу.
Ань Ян, узнав о возвращении мисс Чжан, искренне изумился:
— Скажи, и как у этой мисс Чжан хватает наглости?
Едва узнав, что у Сун Цзинмина рак лёгких, она не просто расторгла помолвку, но ещё и пыталась подкупить лечащего врача, чтобы подстроить неприятности с лекарствами. А теперь, когда Сун Цзинмин выздоровел, она снова крутится рядом. О чём только думает Сун Цзинмань, с которым она теперь обручена?
Ань Ян сочувственно покачал головой:
— Как по мне, этот Сун Цзинмань — просто бедняга.
Бэймин Шисы прищурился и смерил Ань Яна долгим взглядом:
— М-м? С каких это пор ты стал так близок с Сун Цзинманем?
— Вовсе нет! — моментально открестился Ань Ян. — Ни капли! Мне просто чисто человечески его жаль. С ним никто не разговаривает, он целыми днями сидит один... К тому же наш Нуаньбаобао любит с ним играть...
Тут Ань Ян спохватился и огляделся по сторонам:
— Эй, а где сегодня Нуаньбаобао и Сяо Пидань? Почему не слышно, как они разнос устраивают?
Бэймин Шисы тихо хмыкнул:
— Не отвлекайся. Я заметил, ты в последнее время совсем от рук отбился. Решил флиртовать направо и налево?
С этими словами Бэймин Шисы прижал Ань Яна к спинке дивана и медленно наклонился к нему. Ань Ян тут же упёрся ладонями в его грудь:
— А я тут при чём?! Это всё моё неотразимое обаяние!
Бэймин Шисы усмехнулся:
— О как? Неужели? Ну давай посмотрим, насколько привлекательно обаяние нашего Небесного владыки...
Он подался ближе. Лицо Бэймина Шисы приближалось — безупречное, идеальное со всех ракурсов, точно крупный план в кино. У Ань Яна от этой близости перехватило дыхание.
Он судорожно затаил дыхание, веки его дрогнули, и он невольно зажмурился.
Едва он закрыл глаза, как раздался тихий, насмешливый смешок.
Голос Бэймина Шисы прозвучал у самого его уха:
— Что, хочешь, чтобы я тебя поцеловал?
Ань Ян мгновенно вспыхнул до корней волос и распахнул глаза. Встретившись с лукавым взглядом Бэймина Шисы, он едва не зарычал от досады.
Бэймин Шисы с довольной улыбкой провел пальцем по его губам и прошептал:
— Янян, правда хочешь поцелуя?
Злость в груди Ань Яна закипела с такой силой, что он едва не взорвался. Обхватив Бэймина Шисы за шею, он сквозь зубы выцедил:
— Да пошел ты, Бэймин Шисы!
С этими словами он резко перевернулся, опрокинул мужчину на диван и, перехватив инициативу, властно впился в его губы.
Бэймин Шисы же выглядел абсолютно покорным и безропотно принимал эту бурю страсти.
В этот самый момент дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался Лянь Му.
— Ой!
От неожиданности Ань Ян прикусил Бэймину Шисы губу. Тот сдавленно шикнул от боли, а Ань Ян подскочил с дивана как ужаленный.
Забежавший Лянь Му застал весьма двусмысленную сцену, но обращать внимание на неловкость у него не было времени. Он выпалил:
— Беда! Братья пропали!
— А? — переспросил Ань Ян. — Который из них?
— Оба... — выдохнул Лянь Му.
Ань Ян обомлел.
То-то сегодня стояла такая тишина! Чтобы малыши не устроили погром — да такого просто быть не могло. Они, оказывается, просто сбежали!
Ань Ян и Бэймин Шисы поспешили на улицу. Возможно, Сяо Пидань и Нуаньбаобао просто убежали играть в сад.
Но территория усадьбы семьи Сун была огромной, с множеством садов и парковых зон — поди угадай, куда именно рванули эти сорванцы.
Пока они искали дракончиков, издалека донеслись звуки перепалки. Ругались мужчина и женщина.
Женский голос — визгливый и вредный — ни с чем нельзя было спутать. Мисс Чжан, кто же ещё.
И верно: мисс Чжан стояла рядом с Сун Цзинманем. Женщина багровела от злости, а Сун Цзинмань сидел с темнее тучи лицом.
Сун Цзинмань обычно никогда не проявлял гнева, оставаясь подчеркнуто спокойным и не отвечая на брань. Но сейчас его холодный взгляд казался острым и опасным.
Стоило Ань Яну и остальным подойти ближе, как спорящие тут же умолкли и поспешно разошлись в разные стороны.
Ань Ян лишь удивленно нахмурился. Они явно ругались, но, судя по всему, отчаянно не хотели, чтобы кто-то стал свидетелем их ссоры.
Не успели Сун Цзинмань и мисс Чжан скрыться, как из главного дома вышел Сун Цзинмин и направился им навстречу.
Ань Ян хотел было спросить, не видел ли тот его маленького «хаски», но Сун Цзинмин опередил его:
— Господин Бэймин, господин Ань, вы не видели Фу Ли?
Лисенок тоже пропал?
— Мисс Чжан сейчас остановилась у нас, — пояснил Сун Цзинмин. — Я боюсь, как бы она не обидела А-Ли, если они столкнутся.
Ань Ян качнул головой:
— Мы тоже его не...
Закончить он не успел. Из кустов поблизости раздался шорох, и мимо мелькнуло нечто белое и пушистое.
Ань Ян мгновенно умолк и уставился на кусты.
Снова шуршание! Белый пушистый комок промелькнул между ветками — похоже на какого-то зверька.
Кусты непрерывно шевелились. Ань Ян присмотрелся и обомлел: да это же Маленький лисенок!
Он обратился в лису и сноровисто пробирался сквозь заросли. Сун Цзинмин был обычным человеком и ни за что не поверил бы, что этот зверек — Фу Ли.
В кустах, помимо лисы, находился кто-то еще. Заросли ходили ходуном, и вдруг — плюх! — из зелени, точно карп из воды, грациозно выпрыгнул лисенок. Движения его были настолько стремительными, что Ань Яну на мгновение показалось, будто перед ним не лиса, а гепард.
В зубах Маленький лисенок сжимал свою добычу — здоровенную серую мышь!
— Ой! — вырвалось у Ань Яна. От неожиданности он отшатнулся и врезался в Бэймина Шисы.
Бэймин Шисы подхватил его за талию и с улыбкой прошептал:
— Неужели наш Небесный владыка боится мышей?
Ань Ян прокашлялся и тихо буркнул:
— Никого я не боюсь! Просто они грязные!
А лисенок держал эту гадость прямо в пасти!
Сун Цзинмин, услышав шумы, опустил взгляд и увидал «померанского шпица» с пышным белым хвостом и полуживой мышью в зубах.
— У нас что, есть шпиц? — удивленно спросил он.
Но одной «собачкой» дело не ограничилось. Из кустов с задорным рыком выскочил очередной «гепард» — пухлый, с короткими лапками и маленьким виляющим хвостиком.
Это был Нуаньбаобао!
Малыш выскочил из зарослей, держа на спине Сяо Пиданя. Старший брат восседал на нем, как на коне, и задорно дёргал за уши.
А в пасти у Нуаньбаобао... тоже болталась полуживая мышь!
У Ань Яна от этой картины закружилась голова. Так вот почему дракончики затихли — они отправились учиться охоте у лисы! И, похоже, ученики попались крайне способные...
Нуаньбаобао с видом триумфатора подбежал к Ань Яну, заглядывая ему в глаза и ожидая похвалы.
Ань Ян не знал, то ли плакать, то ли смеяться.
В этот момент к ним грациозной походкой приблизилась мисс Чжан. Заметив Сун Цзинмина, она с елейной улыбкой защебетала:
— Цзинмин, я...
Договорить она не успела. Маленький лисенок, увидав, что эта женщина снова пытается заигрывать с его «возлюбленным», мгновенно сориентировался. Хитро прищурившись, он изо всех сил мотнул головой и швырнул мышь прямо в неё!
— Цзинмин, я хотела съездить за покупками, подвезешь меня, а? Ну пожалуйста... А-А-А-А-А!!!
Мисс Чжан ещё не закончила свой капризный тон, как что-то с мягким стуком врезалось ей в ногу.
Она опустила взгляд — и увидела огромную серую мышь!
Та вовсе не была мертва, а просто оглушена. Оказавшись на земле, мышь мгновенно пришла в себя и запрыгала:
— Пи-пи-пи!
— А-а-а! Мышь!
— Пи-пи-пи!
— Спасите-помогите!!
Визг мисс Чжан и писк мыши слились в дуэт.
Ань Ян заткнул уши. На крики мисс Чжан сбежалась вся охрана усадьбы. Завязалась суматоха, охранники пытались поймать мышь, а мисс Чжан металась из стороны в сторону и в панике со всей дури врезалась в Сун Цзинмина.
От сильного удара кольцо «Три жизни» соскользнуло с пальца Сун Цзинмина и кануло в густую траву.
Сун Цзинмин почувствовал лишь лёгкий зуд в пальце и неожиданную острую боль в груди. Он прижал руку к сердцу, а из-за воплей мисс Чжан даже не заметил потери кольца.
Маленький лисенок, довольный наказанием соперницы, прошмыгнул за фонтан, в мгновение ока принял человеческий облик и быстро натянул припасенную одежду.
Едва он закончил, как его заметил Сун Цзинмин. Обойдя фонтан, он произнес:
— Так вот ты где. Я давно тебя ищу.
Опустив взгляд, он увидел, что лисенок одет наспех, испачкан в грязи и стоит босиком, словно извалялся в луже. Впрочем, так оно и было.
Сун Цзинмин усмехнулся, коснулся пальцем его носа и мягко сказал:
— Где ты так вымазался? Пошли, я помогу тебе умыться.
Заметив на себе взгляд мисс Чжан, лисенок сладко улыбнулся и протянул руки:
— Дядя, на ручки!
Сун Цзинмин без колебаний подхватил его на руки:
— Пойдём.
Мисс Чжан, тяжело дыша после истерики, увидела, с какой нежностью Сун Цзинмин несет лисенка, и едва не лишилась чувств от злости.
Лисенок же победоносно улыбнулся: «Я всё-таки лиса-демон!»
Проследив за тем, как Сун Цзинмин уводит лисенка, Ань Ян повернулся к сыновьям и обомлел:
— А где Нуаньбаобао?
Лянь Му держал за шиворот юркого Сяо Пиданя, но Нуаньбаобао снова куда-то испарился вместе со своей мышью.
Кусты опять зашуршали. Маленький Нуаньбаобао, несмотря на короткие лапки, передвигался очень быстро — сказывалась порода дракона-яцзы.
Он пытался поймать ту мышь, которую выронил лисенок, но перепуганный зверек быстро прошмыгнул в заросли и исчез.
Вынырнув из кустов, Нуаньбаобао увидел человека, сидящего у воды. На дворе стояла глубокая осень, деревья у озера облетели, и пейзаж казался печальным и сиротливым.
Человек в инвалидном кресле неподвижно смотрел на воду.
Это был Сун Цзинмань.
Нуаньбаобао склонил голову набок. Сун Цзинмань выглядел застывшим, точно изваяние.
Дракончик тихо тявкнул, подбежал ближе, встал на задние лапки, опираясь о колесо кресла, и протянул Сун Цзинманю свою мышь, словно драгоценный подарок.
Сун Цзинмань вздрогнул. Его застывшее лицо ожило, на нем появилась слабая улыбка:
— Ты ведь из семьи господина Аня? Тебя зовут... Нуаньбаобао?
— Гав! — задорно тявкнул Нуаньбаобао и интенсивно кивнул, отчего мышь в его зубах заболталась.
Сун Цзинмань удивился:
— Это мне? Ты отдаешь мне свое сокровище?
Дракончик снова кивнул с самым искренним видом.
Сун Цзинмань тихо засмеялся:
— Спасибо.
От радости Нуаньбаобао тявкнул слишком громко — и выронил добычу. Мышь не упустила шанс и мгновенно дала дёру.
Нуаньбаобао расстроено тявкнул, но догнать её уже не успевал. Он шлёпнулся на попу, свесил лапки и уши, совсем сникнув.
Сун Цзинмань не удержался и тихо фыркнул от смеха. Наклонившись, он поднял малыша, усадил к себе на колени и погладил по лобастой голове:
— Какой же ты милый и смышленый.
С этими словами он наклонился и поцеловал дракончика в лоб.
Нуаньбаобао мгновенно залился краской от ушей до хвоста. Глаза его расширились, и он — бух! — от смущения свалился с колен Сун Цзинманя прямо в кусты.
— Ой! — Сун Цзинмань попытался его подхватить, но круглый дракончик уже скатился на землю.
Ань Ян и Бэймин Шисы, искавшие малыша, как раз подбежали на шум. Из кустов показалась серая мордочка.
Ань Ян подскочил и подхватил сына.
Сун Цзинмань подкатил кресло ближе и обеспокоенно спросил:
— Он не ушибся?
— Нет... — Ань Ян осекся.
В зубах у Нуаньбаобао была не мышь, а скромное, сквозь года потемневшее серебряное кольцо.
Ань Ян застыл от шока:
— «Три жизни»!
Это же кольцо Сун Цзинмина!
Нуаньбаобао лапкой ткнул в сторону кустов, показывая, где нашел его.
Ань Яна точно громом поразило. Без кольца Сун Цзинмин освободился от чар! А ведь он только что ушел вместе с лисенком...
Без магии кольца Сун Цзинмин вовсе не испытывал чувств к лисенку! Прошлые ссоры покажутся ерундой по сравнению с тем, что может произойти сейчас!
Ань Ян спихнул Нуаньбаобао на руки Сун Цзинманю:
— Подержи его немного, мне нужно срочно спасать жизнь!
Не слушая изумленного Сун Цзинманя, Ань Ян схватил Бэймина Шисы за руку и помчался на виллу Сун Цзинмина. Если они опоздают, от лисенка останутся лишь клочки по закоулочкам!
Они взлетели на второй этаж. Дверь в спальню была слегка приоткрыта.
Едва Ань Ян поднял руку, чтобы постучать, из комнаты донеслись странные звуки.
Лисенок со всхлипом молил:
— У-у-у... Дядя...
А голос Сун Цзинмина хрипло и страстно произнес:
— Ты и впрямь лисица-демон...
Лисенок сквозь слезы спросил:
— Дядя, а как ты узнал?
Ань Ян опешил.
Бэймин Шисы усмехнулся и изогнул бровь:
— Похоже, у них всё в полном порядке.
Они долго стояли под дверью, слушая происходящее, пока Сун Цзинмин наконец не отправился в душ.
Тогда Ань Ян прошмыгнул в спальню. Лисенок лениво лежал на кровати. Заметив гостей, он удивленно моргнул:
— Ань Ян? Вы чего тут?
Ань Ян возмущенно прошептал:
— Кольцо! Кольцо Сун Цзинмина!
И он всучил ему украшение.
Лисенок подскочил как ужаленный. Несмотря на боль во всем теле, он рванул в ванную.
Оттуда тут же донесся голос Сун Цзинмина:
— А-Ли? Ты чего вбежал? Неужели еще хочешь?
— Дядя, кольцо! — выпалил лисенок.
К счастью, кольцо удалось вернуть на место до того, как обман раскрылся. Поняв, что парочка быстро из ванной не выйдет, Ань Ян и Бэймин Шисы ушли.
Сгустились сумерки. Бэймин Шисы в гостиной смотрел «Телепузиков», а Ань Ян задумчиво ходил из угла в угол:
— Кольцо ведь слетело, но Сун Цзинмин ничего не заметил. Как думаешь, может, он и вправду полюбил лисенка?
Бэймин Шисы отстраненно ответил:
— Не факт. Во-первых, магия кольца спадает не сразу. Во-вторых, Фу Ли — девятихвостый лис, у него врожденные чары. И лишь в-третьих — возможно, он и впрямь ему дорог.
Ань Ян вздохнул. Тут еще и история с проклятием — под подозрением все жильцы усадьбы, но следов темной магии нигде не видно.
Бэймин Шисы мельком взглянул на него:
— Значит, преступник — наш знающий сородич.
Ань Ян почесал подбородок:
— Тогда всё еще сложнее. У него есть духовная сила, и он умеет скрывать ауру.
— Гав!
Нуаньбаобао внезапно тявкнул и на своих коротких лапках вспрыгнул на подоконник. Ань Ян испугался, что тот выпадет из открытого окна, и подскочил ближе:
— Ты чего?
Дракончик снова тявкнул. Ань Ян посмотрел вниз.
На улице стояла непроглядная тьма. Часы показывали одиннадцатый час. В этом элитном районе после одиннадцати обычно никто не гулял.
Смутная тень медленно двигалась от гостевой виллы в сторону виллы Сун Цзинмина.
Ань Ян прищурился:
— Сун Цзинмань?
Бэймин Шисы тоже подошел к окну. Это действительно был Сун Цзинмань — в темноте его инвалидное кресло выделялось слишком четко.
В глубокой ночи он в одиночку отправился к дому брата. Покружив у входа минут десять, он так и не вошел внутрь.
Ань Ян нахмурился: что он там высматривает?
Внезапно в окне спальни Сун Цзинмина вспыхнул свет. Сун Цзинмань, точно испугавшись, резко развернул кресло и спешно покатил прочь.
— И что это было? — пробормотал Ань Ян.
Бэймин Шисы лишь качнул головой.
Едва Сун Цзинмань скрылся, как тишину ночи прорезал оглушительный, пронзительный женский визг.
А затем кто-то закричал во всё горло:
— Человек умер!! Человек умер!!
Ань Ян мгновенно собранно произнес:
— Пошли за мной!
Оставив Лянь Му с малышами, Ань Ян и Бэймин Шисы выбежали на улицу.
На крик сбежалась вся усадьба: слуги, хозяева. Из дома вышел и заспанный Сун Цзинмин, ведя за руку протёршего глаза лисенка.
Трагедия произошла возле главного корпуса. К ним наперерез выбежала перепуганная служанка:
— Умерла!.. Мисс... мисс Чжан выбросилась из окна!!
— Что?! — Госпожа Сун едва не лишилась чувств. Муж еле успел подхватить её.
Все бросились к месту падения. Мисс Чжан лежала на земле перед главным корпусом. Высота была небольшой, тело не изувечилось, но женщина была мертва.
Ань Яну хватило одного взгляда, чтобы понять: спасти её было невозможно. Но дело было не в падении.
— Проклятие, — сухо резюмировал Бэймин Шисы.
Ань Ян кивнул. Мисс Чжан стала жертвой проклятия и выбросилась из окна не по своей воле. Её тело выполнило чужую команду.
Более того, её душа бесследно исчезла — убийца действовал наверняка, уничтожая все улики.
Ань Ян нахмурился:
— Похоже, история с проклятием куда глубже. Помимо Сун Цзинмина, в это замешан кто-то еще.
Убийце не удалось погубить Сун Цзинмина, и он переключился на мисс Чжан. Не исключено, что следующей жертвой снова станет Сун Цзинмин.
Пока напуганные до смерти хозяева приводили в чувство госпожу Сун, Сун Цзинмин вызвал скорую и полицию.
Ань Ян и Бэймин Шисы решили вернуться в гостевой дом. На обратном пути они услышали шепоток слуг:
— Мисс Чжан ведь собиралась замуж за нашего второго молодого господина? С чего вдруг ей кончать с собой?
— Вы не знаете! Я сегодня видела, как они ругались!
— Опять она на него кричала?
— Нет, в этот раз кричал второй молодой господин!
— Да ну?
— Точно вам говорю, своими глазами видела! Дважды за день!
Ань Ян притормозил, прислушиваясь.
Первую ссору они и сами видели, когда искали дракончиков. Вторую же служанки наблюдали в коридоре четвертого этажа.
— Мисс Чжан обзывала господина последними словами, кричала, что он импотент и ничтожество!
— Ужас какой...
— А он ответил, что ни за что на ней не женится!
Ань Ян задумчиво прищурился. Сун Цзинмань вовсе не так бесхитростен и слаб, каким хочет казаться.
— Пошли к лисенку, — решил Ань Ян.
Они направились на виллу Сун Цзинмина. Тот был занят с полицией, так что дома оставался лишь Фу Ли.
— Ну как? — спросил лисенок. — Есть зацепки?
— Нам нужно посмотреть записи с камер наблюдения в главном корпусе, — сказал Ань Ян. — Поможешь?
Лисенок гордо хлопнул себя по груди и повел их на пост охраны. Охранники, знавшие о его особом положении, без лишних вопросов предоставили доступ к архиву.
Ань Ян отмотал запись на время ссоры. На экране появился коридор четвертого этажа. По видео без звука было видно, как мисс Чжан активно размахивает руками, осыпая Сун Цзинманя бранью.
Тот сидел в кресле с темнее тучи лицом.
Внезапно Бэймин Шисы указал на экран:
— Смотри на его руку.
Сун Цзинмань достал из кармана какой-то предмет...
— Талисман! — выдохнул Ань Ян. — Это же талисман проклятия!
Тот самый, что вызывает тяжелую болезнь.
Мисс Чжан, увидав талисман, ринулась было его выхватить, но в этот момент в коридоре показался слуга, и оба мгновенно сделали вид, что ничего не происходит.
Затем Сун Цзинмань открыл дверь своей комнаты, и мисс Чжан вошла вслед за ним.
Внутри номеров камер не было. Спустя двадцать минут Сун Цзинмань выехал из комнаты, спустился на лифте и ушел. А мисс Чжан больше не выходила — вплоть до момента падения.
Ань Ян прищурился:
— Теперь Сун Цзинмань — главный подозреваемый.
* * *
Наутро новость о гибели мисс Чжан попала в заголовки прессы. Поскольку девушка умерла от проклятия, а её душа исчезла, дело перешло в ведение Бэймина Шисы.
Ему требовалось съездить в штаб-квартиру Специального отдела, чтобы оформить бумаги. Ань Ян поехал с ним, заодно решив захватить сменную одежду.
Девушка на ресепшене, увидав их, тут же сообщила:
— Глава Бэймин, маленький босс, министр просил вас сразу подняться к нему. У него что-то срочное.
Поднявшись на верхний этаж, они вышли из лифта и услышали торопливый топот маленьких ножек.
К ним навстречу бежал карапуз.
На вид ему было года три. Пухленький, ростом едва до колена Ань Яну, он был одет в белый плюшевый комбинезончик с медвежьими ушками, которые смешно забавно покачивались при беге.
Малыш не рассчитал скорость и — бух! — врезался прямо в голень Ань Яна, отлетая на попу.
Капюшон сполз, открывая круглое личико. Несмотря на нежный возраст, карапуз смотрел на Ань Яна с абсолютно невозмутимым, суровым выражением лица. В его узких глазенках читалась непостижимая солидность.
И это лицо казалось Ань Яну странно знакомым...
Ань Ян присел на корточки, протягивая руки:
— Малыш, ты как? Не ушибся?
Карапуз проигнорировал помощь, сам поднялся на ноги, отряхнул штанишки и с видом генерального директора смерил Ань Яна взглядом.
В этот момент из коридора выскочила запыхавшаяся Мэнпо:
— Ах ты мой маленький! Куда опять сбежал?!
Ань Ян округлил глаза:
— Это что, твой?!
Мэнпо всплеснула руками:
— Мне бы сначала мужа найти! Я же не растение, чтобы почкованием размножаться!
В этот момент дверь кабинета министра открылась, и оттуда вышел Лю Бэй с термосом в руках.
Малыш, увидав его, моментально подбежал, обнял его за ногу и с абсолютно серьезным видом произнес:
— Папа.
Ань Ян потерял дар речи. Он деревянно повернулся к Бэймину Шисы:
— Это... неужели...
Бэймин Шисы усмехнулся:
— Похоже, это твой троюродный брат.