— Мисс Ань-Ань, я…
Богатый наследник Тан Яо порывался сказать что-то ещё, но не успел вымолвить и фразы. Бэймин Шисы едва заметно изогнул губы в улыбке. На его щеках показались те самые милые ямочки, которые так нравились Ань Яну, однако для окружающих в этом жесте не было ни капли сладости — лишь едкая насмешка и холодный сарказм.
Скрестив руки на груди, Бэймин Шисы прислонился к дверному косяку. Он свысока смерил Тан Яо прищуренным взглядом и небрежно бросил:
— Господин Тан, если вы вознамерились увести у меня девушку, то явно ошиблись адресом. Как-никак… наша Ань-Ань от меня без ума.
— Без…
Ань Ян опешил. Лицо мгновенно вспыхнуло, а уши запылали так, словно голова вот-вот задымится. Позор-то какой!
Тан Яо же скривился так, будто проглотил дохлую муху, и позеленел от злости.
Бум!
Бэймин Шисы не стал слушать возражений и сходу захлопнул дверь, едва не перебив гостю нос.
Едва створка закрылась, нежное и заботливое выражение на его лице испарилось без следа.
— Спать, — сухо роздал он.
Ань Ян лишь лишился дара речи.
* * *
А-Янь отправился собирать сведения о девушке Тан Яо, Яо Лицзы, и ранним утром уже принёс готовый отчёт.
Впрочем, информации оказалось с гулькин нос. Никакой постоянной работы, скромное происхождение: родители развелись, когда она была совсем маленькой, из школы её отчислили, до университета дело так и не дошло. Обычная уличная девчонка, подрабатывавшая официанткой в баре.
Однако ныне Яо Лицзы выглядела совсем иначе. Став пассией богатого наследника, она обрядилась в наряды от Гуччи, обвешалась сумочками от Эрмес, на запястье сверкал усыпанный бриллиантами Браслет от Картье, а на шее покачивался массивный клевер от Ван Клиф. Типичная нуворишка из соцсетей — и уж точно не похоже, что всё это заработано подноской подносов.
— Что странно, — заметил А-Янь, — эта Яо Лицзы крутила роман с Тан Яо ещё в старшей школе. Потом их пути разошлись, а теперь они неожиданно сошлись вновь.
Ань Ян почесал затылок:
— А при чём тут Шицзю?
А-Янь качнул головой:
— Пока не удалось выяснить. Досье Шицзю…
Он бросил короткий взгляд на Бэймина Шисы, словно подбирая слова.
— А что с досье Шицзю? — удивился Ань Ян.
— Личные дела Шицзю подлежат прямому контролю министра Ли, — спокойно ответил Бэймин Шисы. — Без его личного разрешения доступ закрыт.
— Министра Ли? — ещё больше изумился Ань Ян. — Почему именно его?
А-Янь помедлил, но всё же пояснил:
— Когда Четвёртая группа только формировалась, министр лично отбирал сотрудников. В других отделах нас до сих пор недолюбливают… Считают, будто Четвёртый отдел состоит из одних лишь свирепых отродий и кровожадных демонов.
Ань Ян невольно вспомнил о Бэймине Шисы. Поговаривали, будто «Бэймин» означает Великий ад Бэймин, а сам Бэймин Шисы — вырвавшийся оттуда злой дух.
Многие считали его чудовищем или полагали, будто он пробился благодаря связям. Но Ань Ян так не думал. Он понимал, через какое количество предрассудков и чужой ненависти тому пришлось пройти, чтобы дослужиться до начальника группы. Это далось далеко не просто так.
Кто бы мог подумать, что и у остальных членов Четвёртого отдела за плечами кроются тайны, о которых не принято говорить вслух.
— Значит… а что Шицзю? — запнулся Ань Ян.
А-Янь промолчал, и за него ответил Бэймин Шисы:
— В Дифу ходят слухи, будто Жэнь Шицзю при жизни был убийцей.
— Уби…
Убийцей?!
А-Янь заметно нервничал, утратив привычную холодность и выдержку:
— Но его посмертное досье абсолютно чисто! Ни единого пятна! А ведь записи о перерождении не могут лгать.
Ань Ян совсем запутался.
Шицзю — убийца, но его документы чисты. Значит, он не мог никого убить. Так лишил он кого-то жизни или нет?
На самом деле даже Бэймин Шисы, будучи командиром, и А-Янь, будучи его напарником, не знали всей правды. Это оставалось запретной темой. Хоть Жэнь Шицзю и казался на первый взгляд простоватым, добродушным малым, который постоянно улыбался, на деле всё было куда сложнее.
Из-за слухов об убийстве и чистых документов многие шептались, будто он пролез по блату. Из-за этого Шицзю рос замкнутым и мрачным, ни с кем не разговаривал и порой проявлял вспышки жестокости.
До того как попасть в Специальный отдел, у него не было ни единого друга. В целом Подземном царстве с ним никто и словом не перемолвился.
Он и сам не стремился оправдываться. Лишь оказавшись в Четвёртой группе, парень постепенно оттаял и стал тем Жэнь Шицзю, которого Ань Ян знал теперь.
— Я слышал эти сплетни, — тихо проговорил А-Янь, — но никогда не расспрашивал. У каждого есть шрамы, которые не хочется бередить.
Бэймин Шисы немного помолчал, после чего произнёс:
— Документы Шицзю всё равно придётся поднять. Свяжись с министром Ли и скажи, что нам нужен доступ.
— Понял, сейчас сделаю, — кивнул А-Янь и поспешно вышел.
Бэймин Шисы вместе с Ань Яном отправился на повторный допрос Демона похоти.
Пойманный дух не мог сбежать и теперь ползал на коленях, умоляя о пощаде:
— Я правда никого не убивал! Я всего лишь невинный демон похоти, откуда у меня смелость на такое?!
— Выкладывай всё, что видел, до последнего слова, — строго произнёс Ань Ян. — Иначе наш господин Бэймин с тобой церемониться не станет!
С этими словами он пару раз хлопнул Бэймина Шисы тыльной стороной ладони по груди. Раздался глухой стук.
Руке даже больно стало — до чего же плотные, литые мускулы!
Похоже, нечистый до смерти боялся Бэймина Шисы. Он забился головой о пол:
— Я… я не знал, что за моё дело взялся сам господин Бэймин из Четвёртой группы! Знай я заранее, сам бы смиренно вернулся в Дифу отбывать наказание! Правда! Я не смею ничего скрывать!
По словам Демона похоти, его жертвой должна была стать Хэ Сыжун.
Вчера, заигравшись с Тан Яо у входа в кафе на втором этаже, девушка неожиданно развернулась и ушла в одиночестве.
Нечистый решил, что это отличный шанс, и тихонько увязался за ней.
Хэ Сыжун поднялась наверх и, озираясь по сторонам, постучала в номер Жэнь Шицзю.
Тот находился внутри. Услышав стук, он сразу отворил дверь.
— Красотка вошла в чужой номер, и я не рискнул лезть следом, — оправдывался демон. — Остался поджидать снаружи. Думал, обожду немного, но тут изнутри донеслись ругань и крики.
— Крики? — нахмурился Ань Ян. — О чём они спорили? Они что, знакомы?
— Не смею лгать! — тараторил дух. — Они точно ругались! Судя по всему, они знали друг друга.
Он даже попытался изобразить визгливый голос Хэ Сыжун. Поскольку дверь осталась приоткрытой, слова слышались довольно чётко:
«Ты всё ещё жив?!»
«Смотрю, ты неплохо устроился! Если не покажешь ко мне должного уважения, я в любой момент выболтаю всё, что вы прокрутили в прошлом!»
Ань Ян сдвинул брови:
— В прошлом… «вы»?
Демон отчаянно закивал:
— Я сам ничего не понял, но передаю всё слово в слово!
Затем ему надоело ждать, а перепалка за дверью лишь нарастала. Нечистый решил заглянуть внутрь, но едва переступил порог, как случилась чертовщина: Хэ Сыжун, у которой не было способностей видеть призраков, неожиданно уставилась прямо на него и дико закричала.
— Я к ней даже не прикоснулся! — вопил Демон похоти. — Даже края её платья не задел! Она взглянула на меня, заверещала и тут же испустила дух! Упала замертво! Это точно тот парень, с которым она ругалась, её прикончил! Я тут ни при чём!
Выслушав показания, Бэймин Шисы снова заточил духа в жёлтый талисман, чтобы позже доставить в Подземное царство.
— Хэ Сыжун увидела демона? — задумчиво проговорил Ань Ян.
Бэймин Шисы нахмурился:
— Хоть у неё и не было врождённого духовного зрения, простой человек может узреть нечисть в двух случаях.
— Каких?
Об этом часто писали в жёлтой прессе, и это не было пустой выдумкой. Когда человеческое сознание подвергается сильнейшему потрясению, на короткое мгновение грань истончается, позволяя увидеть духов. Но этот эффект длится лишь доли секунды.
Именно поэтому во время дела об автомобиле-призраке пассажиры на мгновение успевали разглядеть истекающего кровью водителя.
— А второй случай? — уточнил Ань Ян.
— Когда жизненный срок подходит к концу, — прохладно отозвался Бэймин Шисы.
Проще говоря — предсмертный всплеск сил.
Ань Ян взъерошил волосы:
— Всё равно концы с концами не сходятся. Откуда Хэ Сыжун знала Жэнь Шицзю? Похоже, между ними давняя вражда, тянущаяся ещё с его земной жизни.
С Демоном похоти было всё кончено, а вот нападавшего на Шицзю злобного духа допросить не удавалось. Тот не обладал никакой духовной культивацией и погиб около месяца назад.
— За такое время его душа не упокоилась в Дифу и не обрела сил, — пояснил Бэймин Шисы. — В подобных обстоятельствах то, что она вообще не развеялась, — уже чудо. В мире живых его разум постепенно угас, оставив лишь слепую одержимость. Из него всё равно ничего не вытянуть.
Призрак твердил, будто Жэнь Шицзю — убийца. Это перекликалось со слухами, но послужной список Шицзю оставался безупречно чистым. От подобных неувязок только голова раскалывалась.
Ань Ян взлохматил шевелюру так, что она стала похожа на сорочье гнездо, и вдруг ойкнул:
— Кстати о душах! Когда Хэ Сыжун погибла, мы мгновенно подоспели наверх, но почему не увидели её духа? Если бы дух остался, мы могли бы расспросить её саму!
Бэймин Шисы качнул головой:
— Души не было.
Они прибыли на место происшествия слишком быстро. Хэ Сыжун не была заклинателем, и даже если бы её дух попытался сбежать, он не успел бы уйти далеко.
Оставалось лишь одно объяснение: заметание следов. В момент смерти её душа была окончательно уничтожена.
Ань Ян тяжко вздохнул, а Бэймин Шисы произнёс:
— Идем. Нам нужно навестить Жэнь Шицзю.
Ань Ян кивнул. Ничего другого не оставалось.
Они покинули номер. Шицзю удерживали на другом этаже. Пожимая плечами в лифте, Ань Ян хмурился — казалось, они забрели в глухой тупик, и где-то кроется крошечная, но фатальная ошибка.
Дзинь.
Двери лифта плавно раздвинулись. Едва они сделали пару шагов, как Ань Ян неожиданно опомнился:
— Это ещё кто?
Возле двери номера, где содержался Шицзю, притаилась какая-то фигура. Она воровато оглядывалась по сторонам. Судя по силуэту со спины, это была женщина.
Ань Ян присмотрелся. Приметная осанка — такую не спутаешь. Разве это не та самая подружка-нуворишка?
Яо Лицзы!
Девушка крутилась у двери, высматривая что-то. Обернувшись и заметив Ань Яна с Бэймином Шисы, она побледнела от ужаса, бросилась наутёк и даже не стала ждать лифта, ринувшись прямо на лестничную клетку.
— Надо же, — фыркнул Ань Ян. — Что Яо Лицзы тут забыла? Да ещё и удрала с таким видом?
— Командир.
В этот момент кто-то окликнул Бэймина Шисы. Из противоположного крыла к ним навстречу вышел А-Янь.
— Я связался с министром, — доложил он. — Он сказал, что сам прибудет разобраться с этим делом.
Бэймин Шисы кивнул:
— Понял. — Он сделал жест рукой: — Сначала зайдём к Шицзю.
Хотя номер и заперли, для них это не представляло преграды. Троица вошла внутрь. Жэнь Шицзю сидел на диване, откинув голову на спинку. Лицо его оставалось мрачным, губы были сжаты в тонкую линию. Похоже, он пытался отдыхать с закрытыми глазами.
Услышав шаги, он мгновенно распахнул глаза. Взгляд его вспыхнул опасной остротой, но, узнав пришедших, парень тут же поднялся:
— Босс.
Бэймин Шисы кивнул:
— Как рана?
Шицзю усмехнулся, и на его лицо вернулось привычное добродушное выражение:
— Спасибо за заботу, босс. Пустяки, почти зажило.
Бэймин Шисы снова кивнул, не спеша с допросом. Он уселся на диван и молча оглядел подчинённого.
Ань Ян понимал, что командир выжидает, дав сопернику перевести дух, и, несмотря на собственное сжигающее любопытство, послушно хранил молчание.
А вот А-Янь, всегда отличавшийся выдержкой, сегодня потерял самообладание. Он первым выделил суть:
— Ты знал Хэ Сыжун? Знал её ещё при жизни?
Жэнь Шицзю чуть опустил голову и промолчал, будто вовсе не собирался отвечать.
— Сейчас все убеждены, что её убил ты! — повысил голос А-Янь. — Ты правда хочешь взять на себя вину?! Ты хоть представляешь, чем это грозит?!
Шицзю стоял, уставившись в пол, сцепив руки перед собой, точно провинившийся ребёнок, выслушивающий нагоняй. На все обвинения он лишь тихо вымолвил:
— Прости.
— Прости?! — А-Янь сделал шаг вперёд. — Если тебе жаль, так открой рот и объясни, кем тебе приходилась Хэ Сыжун и как она погибла!
Шицзю чуть приподнял веки, взглянул на А-Яня и приоткрыл губы. Его взгляд казался бездонным. Спустя долгое мгновение он произнёс сиплым голосом:
— Сяо Янь… Прости меня.
Ань Ян досадно взъерошил волосы. Этот Шицзю был упрям как осел. Кроме своего «прости», ничего из него вытянуть не удавалось.
А-Янь, похоже, разозлился не на шутку. Он рванулся вперёд и вцепился Шицзю в воротник.
Ань Ян подскочил с дивана, намереваясь разнять их:
— Эй, полегче, не надо…
Драться…
Он не успел договорить, как Бэймин Шисы остановил его взмахом руки, заставив опуститься обратно.
А-Янь с яростью потянул Шицзю на себя. Несмотря на то что тот был на полголовы выше и куда крупнее, А-Янь ничуть не уступал ему в напоре. И вдруг с маху впился губами в губы Шицзю.
— Кхм… — вырвался у того глухой стон.
Шицзю явно опешил, но тут же крепко обнял А-Яня. Оба они в этот миг походили на диких зверей, почувствовавших вкус крови.
Ань Ян спешно прикрыл глаза рукой, а сердце забилось как бешеное. В голове пронеслась мысль: «Ну всё, пропали… Дядя с министром Ли ведут себя странно, А-Янь с Шицзю тоже… Да и наш кумир И Е Би Му с Цинь Минлэем не лучше. Что за чертовщина вокруг происходит?!»
Почему он не замечал этого раньше?
В отличие от смущённого Ань Яна, Бэймин Шисы сохранял абсолютное спокойствие. Он восседал на диване с абсолютно невозмутимым видом.
А-Янь тяжело дышал, всё ещё сжимая воротник Шицзю. В глазах Шицзю мелькнула глубокая горечь, а голос прозвучал совсем глухо:
— Прости… Я правда не могу ничего рассказать.
Услышав это, А-Янь, казалось, окончательно вышел из себя. Вся его фигура дрожала от гнева. Он резко оттолкнул Шицзю, развернулся и выскочил из номера, с размаху грохнув дверью.
Ань Ян подумал, что Шицзю ещё легко отделался — мог бы и зубов досчитаться…
Он беспомощно перевёл взгляд на Бэймина Шисы. Тот поднялся с места и сухо бросил:
— Подумай хорошенько.
Шицзю наклонил голову:
— Извините за беспокойство, командир.
Бэймин Шисы сделал знак Ань Яну, и они покинули помещение. Спустившись на лифте, оба направились к своим комнатам.
— Слушай, — с досадой проговорил Ань Ян, — если Шицзю не убивал, почему он упорствует? Зачем покрывает преступника?
— Покрывает? — переспросил Бэймин Шисы. — Едва ли он кого-то покрывает.
— Если не покрывает, тогда почему молчит?
— Ты обратил внимание на его взгляд? — прищурился Бэймин Шисы.
Ань Ян вспомнил, как Шицзю смотрел на А-Яня. В этом глубоком, бездонном взгляде читалась неизбывная горечь.
— Это ощущение, когда правду сказать попросту невозможно… — протянул Бэймин Шисы. Голос его ожесточился, обретя мрачные нотки: — Что ж, мне ужасно любопытно узнать, кто сумел заткнуть рот моему подчинённому.
Из-за гибели Хэ Сыжун съёмки приостановили. Все ждали окончания ливня, но шторм лишь набирал силу. Вода в море прибывала, затопив побережье. Судя по всему, непогода затянулась ненадолго.
* * *
Полночь.
Ань Ян ворочался с боку на бок, не в силах уснуть — на душе было неспокойно. И вдруг раздался громкий, дробный стук в дверь.
Ань Ян мгновенно слетел с кровати. Когда он выскочил в прихожую, Бэймин Шисы уже отворил дверь. На пороге стоял А-Янь.
Лицо его выражало крайнюю степень тревоги:
— Беда! Жэнь Шицзю исчез!
— Исчез?! — ахнул Ань Ян. — Куда он мог деться?
— Не знаю! Я проверял его прежний номер — там пусто…
Не успел он закончить, как здание потряс пронзительный женский визг:
— А-а-а-а-а!
Крик доносился не с их этажа, а сверху или снизу, но благодаря близости к лестничной клетке эхо пронеслось по коридору с ужасающей чёткостью.
Все трое выскочили из номера и устремились по лестнице.
Источником шума оказался верхний этаж. Выскочив в коридор, они увидели горничную. Женщина сидела на полу, смертельно бледная, и дрожала всем телом:
— Та-там… там труп!..
Прямо на ковре простёрлось тело. Мужчина лежал навзничь, его застывшие глаза смотрели в потолок. На нём была форма коридорного. Прежде Ань Ян никогда его не видел.
Бэймин Шисы мгновенно опустился рядом и приложил пальцы к его шее, после чего качнул головой:
— Мёртв.
Вопли уборщицы переполошили весь отель. В коридор высыпали постояльцы. Увидев страшную картину, люди подняли гвалт:
— Ещё один труп!
— Боже мой, какая дичь!
— Неужели это опять тот же убийца?!
— Смотрите! — вдруг выкрикнул кто-то, указывая в угол.
Ань Ян проследил за его пальцем. В тени у стены лежал какой-то предмет.
Бейджик.
И на нём алели пятна свежей крови.
Имя: Жэнь Шицзю.
Это был рабочий бейджик Шицзю!
Поскольку Шицзю и А-Янь числились личной охраной господина Бэймина, обоим выдали соответствующие пропуска.
И теперь этот бейджик лежал на месте преступления, выпачканный в крови.
Что это значило?
— Господи! Это опять тот охранник!
— Точно он! Вот же улика!
— Опять он! Какая жестокость! А вдруг следующим буду я?!
Народ охватила паника. Из-за шторма остров оказался отрезан от суши, а на территории имелся лишь один этот отель. Два трупа подряд — тут у кого угодно сдадут нервы.
Вскоре прибыла охрана. Они оцепили место происшествия и бросились искать Шицзю, но того и след простыл.
Исчезновение подозреваемого вместе с окровавленной уликой выглядело как неопровержимое доказательство.
Пока вокруг стоял шум и гвалт, Бэймин Шисы прищурился и тихо скомандовал:
— А-Янь, пробей этого убитого охранника.
— Понял, — кивнул тот и быстро удалился.
Бэймин Шисы увёл Ань Яна от толпы.
— Души снова нет, — прошептал он.
— Да что за чертовщина?! — удивился Ань Ян. — Всё это выглядит слишком дико. Ещё и бейджик этот…
— Как думаешь, убийца — Шицзю? — спросил Бэймин Шисы.
Ань Ян махнул рукой:
— Да брось! Прочие не знают, но уж мы-то в курсе! Шицзю — дух-жнец, причём отвечающий за тяжкие преступления! Если бы он захотел кого-то убрать, всё шито-крыто было бы, без шума и пыли. Стал бы он ломать камеры и картинно ронять собственный бейджик? Налицо чистой воды подстава!
Пока они разговаривали, навстречу им выплыла внушительная процессия.
Впереди шествовал Тан Яо в сопровождении целой свиты телохранителей.
Заметив Ань Яна, он расплылся в слащавой улыбке:
— Мисс Ань-Ань!
Ань Ян невольно дернул бровью. Какое заклятие отвода глаз на него наложил Бэймин Шисы, раз этот индюк прилип к нему как банный лист? Неужели иллюзия вышла настолько неотразимой?
Ань Ян выдавил сухую улыбку. Тан Яо перегородил им дорогу.
Бэймин Шисы взглянул на него и ровно произнёс:
— Хорошая собака не снует перед носом.
— Ты!..
Тан Яо едва не подпрыгнул от возмущения, но быстро взял себя в руки. Обращаясь к Ань Яну, он придал голосу елейные интонации:
— Мисс Ань-Ань, я пришёл исключительно из заботы о вашей безопасности… Посудите сами: телохранитель господина Бэймина запятнан убийствами, улики нерушимы. Пролилась кровь двух человек! Он всего лишь наёмник, выполнявший чужую волю… Кто знает, кто стоит за его спиной?
С этими словами Тан Яо бросил вызывающий взгляд на Бэймина Шисы.
Ань Ян намотал на ус: даже если бы он был глупцом, и то понял бы намек. Тан Яо вглухую метил в Бэймина Шисы.
Ань Ян не верил в виновность Шицзю, а уж в то, что за этим стоит Бэймин, — и подавно.
Он досадно закатил глаза. А Тан Яо, не замечая чужого настроения, продолжал сорить обещаниями:
— Всё, что вам даёт господин Бэймин, могу дать и я! Вы столь прелестны, мисс Ань-Ань, вам открыты любые двери! Зачем вам связываться с убийцей…
Не успел он договорить, как терпению Ань Яна пришёл конец.
— Убийцей?! — выкрикнул он с ледяным смешком. — Господин Тан, следствие ещё не окончено, а вы уже разбрасываетесь обвинениями! Это кануло в клевету. Бэймин с легкостью может привлечь вас к суду!
Тан Яо остолбенел от такой вспышки, да ещё и направленной на защиту Бэймина Шисы.
Ань Ян развернулся и пошёл прочь.
Бэймин Шисы изогнул бровь и с лёгким смешком бросил Тан Яо:
— Прошу прощения. Ань-Ань сегодня поздно лёг и просто не выспался, оттого и не в духе. Моя вина.
С этими словами он прошествовал следом, оставив дурака-наследника в гордом одиночестве.
Нагнав Ань Яна буквально в два шага, Бэймин Шисы понизил голос:
— Так рассердился, а?
Ань Ян подошёл к двери номера и взялся за ручку:
— А ты бы не рассердился?! Слышать подобную ересь в твой адрес — нормальный человек мимо не пройдёт!
Бэймин Шисы усмехнулся:
— Забыл? Я не человек.
Ань Ян поперхнулся — звучит так, будто он сам себя обругал.
Он попытался толкнуть дверь, но в следующее мгновение оказался прижат к косяку. Бэймин Шисы блокировал его, и бархатный, низкий голос, пропитанный опасным магнетизмом, прозвучал над самым ухом:
— Ты так сильно печёшься обо мне?
Ань Ян невольно вздрогнул. По телу пробежал странный озноб — непонятное, необъяснимое чувство, от которого сердце заколотилось как бешеное.
Он поспешно развернулся и упёрся ладонями в грудь Бэймина Шисы, слегка отталкивая его:
— Ну… конечно! Мы же хорошие друзья!
Он несколько раз хлопнул Бэймина по плечу с наигранной развязностью.
Бэймин Шисы посмотрел на него сверху вниз. На его губах заиграла та самая неотразимая улыбка с ямочками:
— О как? И с каких это пор мы «хорошие друзья»?
Он сделал паузу и, насладившись замешательством Ань Яна, с тихим смешком добавил:
— Разве Ань-Ань — не моя… девушка?
— Де…
Ань Ян чуть не взвился на воздух. Он уже набрал воздуха в грудь, чтобы покрыть этого шутника трёхэтажным матом, как вдруг замок щёлкнул, и дверь распахнулась изнутри.
Ань Ян, опиравшийся на створку, потерял опору и едва не вывалился в прихожую. Обернувшись, он застыл от неожиданности…
В буквальном смысле слова — точно призрака увидел!
— Дядя?!
За дверью стоял его родной дядя, Лю Бэй!
Оказывается, пока они тут предавались флирту, Лю Бэй находился по ту сторону двери и всё прекрасно слышал. На фразе про «девушку» его терпение окончательно лопнуло.
Глядя на почерневшее от гнева лицо дяди, Ань Ян заикнулся:
— Д-дядя… Ты как тут оказался?
Присмотревшись, он заметил, что в номере дядя был не один. На диване вальяжно расположился гость с бокалом красного вина в руке. Рядом покоилась трость с изящным набалдашником. Мужчина выглядел воплощением мягкости и элегантности.
— Вернулись? — с улыбкой спросил он.
Министр Ли…
Если здесь и дядя, и министр, получается, их перепалку про «девушку» слышали все?!
Ань Ян готов был провалиться сквозь землю от стыда.
Бэймин Шисы же с абсолютно невозмутимым видом прошёл в комнату и опустился на диван напротив министра Ли:
— Министр.
Ли Вэнь кивнул:
— Я в курсе ситуации с Жэнь Шицзю. Собственно, ради этого я и прибыл.
Когда все собрались, министр Ли озвучил неожиданный факт:
— Хэ Сыжун умерла не от испуга и не от рук Шицзю. Её отравили.
— Отравили?! — изумился Ань Ян. — Как это?
— Я лично осмотрел тело, — пояснил Ли Вэнь. — Причина смерти — яд.
— Вы ещё и в медицине разбираетесь? — удивился Ань Ян.
Министр Ли мягко улыбнулся:
— Я — нет. Но кое-кто разбирается.
Он мельком глянул на Лю Бэя. Тот сидел с мрачным видом и молчал.
Ань Ян поразился еще больше. Неужели дядя? Прежде он о таком не слыхивал — думал, дядя обычный торговец.
Впрочем, Ань Ян рассудил, что сейчас лучше не задавать лишних вопросов — лицо дяди напоминало тучевую тучу.
Яд в организм Хэ Сыжун попал заранее. Но отравитель не мог предусмотреть, что девушка отправится выяснять отношения с Шицзю. Из-за скандала её пульс участился, кровь побежала быстрее, а неожиданное появление Демона похоти спровоцировало предсмертный шок. Это и ускорило действие яда.
Её гибель не была случайностью, но вот то, что она испустила дух прямо в номере Шицзю, — чистая совпадение.
— Отсутствие души обусловлено оружием убийцы, — продолжить министр Ли. — Оно обладает свойством изничтожать духовную сущность. И хотя Шицзю не виновен, сам факт уничтожения душ попадает под юрисдикцию Четвёртой группы.
— Понял, — кивнул Бэймин Шисы.
В этот момент в номер вошёл А-Янь:
— Министр, вы вызывали?
Ли Вэнь жестом пригласил его присесть:
— Полагаю, вы хотите знать правду о Жэнь Шицзю. О том, кем он был при жизни.
А-Янь подался вперёд:
— Министр, так Шицзю на самом деле…
Ли Вэнь остановил его жестом:
— Послушайте историю.
* * *
При жизни Жэнь Шицзю… был инвалидом.
«Жэнь Шицзю» — лишь порядковый номер в Дифу, означающий «девятнадцатый». Настоящее его имя было иным.
Он рос сиротой. В детстве попал в аварию, остался калекой, и родители попросту бросили его.
Мальчик воспитывался в приюте. Он рос замкнутым, молчаливым, а дети не стремились дружить с хромым. Однако в десять лет ему улыбнулась удача — его усыновила состоятельная семья. В один миг он превратился в богатого наследника.
— Семья, взявшая Шицзю, владела крупным ювелирным бизнесом, — рассказывал министр Ли. — Их фамилия была Тан.
— Тан?! — осенило Ань Яна. — Неужели…
— Именно, — кивнул министр. — Шицзю связан с Тан Яо.
Если точнее, Шицзю приходился Тан Яо старшим братом — разумеется, не по крови.
Когда приемные родители привели Шицзю в дом, у них уже рос родной сын. Появление брата-калеки вызвало у Тан Яо лишь глухую ненависть.
Впрочем, взрослые относились к Шицзю хорошо: отправили учиться в ту же школу, что и Тан Яо. Если не считать издевательств со стороны младшего брата и его дружков, жизнь в семье казалась вполне сносной.
Пока Шицзю не открылась жуткая правда.
Его усыновили с одной-единственной целью.
У Тан Яо была редчайшая группа крови — так называемая панда-кровь. И у Шицзю оказалась точно такая же. С момента прихода в дом его ежемесячно возили в больницу на «обследования» и забор крови. Лишь со временем мальчик понял: он был не сыном, а живым контейнером с кровью для Тан Яо.
Шицзю и без того не отличался здоровьем, а постоянные кровопускания окончательно подорвали его организм. Он рос слабым, болезненным и всё больше замыкался в себе.
— И что потом? — тихо спросил А-Янь. — Он… правда кого-то убил?
Ли Вэнь с тихим стуком поставил бокал на стол:
— Тот призрак, что напал на Шицзю, при жизни был школьным приятелем Тан Яо.
Этот приятель часто зависал в доме Тан и постоянно глумился над Шицзю.
А Яо Лицзы училась с ними в одном классе. Хоть её семья и не бедствовала, она считалась первой красавицей школы. Тан Яо часто приводил её домой — исключительно ради похвальбы.
Там с ней и познакомился Шицзю. Несмотря на хромоту и болезненность, парень отличался рассудительностью и приятной наружностью — именно такой тип нравился Яо Лицзы.
Девушка несколько месяцев добивалась его расположения. И когда Шицзю наконец оттаял и ответил взаимностью, всплыла страшная правда.
Вся эта «любовь» оказалась жестоким спором. Тан Яо заплатил девушке, чтобы та посмеялась над калекой. На деле же Яо Лицзы крутила роман и с самим Тан Яо, и с его приятелем.
Узнав об этом, Шицзю пришёл в неистовство. А приятель Тан Яо лишь подлил масла в огонь, высказав ему в лицо, что тот — всего лишь тварь бесправная, живой заборник крови, бесполезный калека, от которого скоро избавятся.
А-Янь замер:
— И что было дальше?
Ли Вэнь вздохнул:
— Шицзю напал на него.
— Убил?.. — ахнул Ань Ян.
— Попытка убийства, — поправил министр. — Тот парень впал в кому, но выжил. А около месяца назад очнулся.
— Погодите! — нахмурился Ань Ян. — Очнулся месяц назад, а потом его кто-то прикончил, и он превратился в злого духа, пришедшего мстить Шицзю?!
— Исключено, — вмешался А-Янь. — Шицзю всё время был со мной, мы даже жили в одной комнате. У него не было возможности совершить убийство.
— В том деле было трое свидетелей, — продолжал Ли Вэнь. — Хэ Сыжун, Ван Син — тот самый убитый охранник, работавший тогда в доме Тан… И Яо Лицзы.
Бэймин Шисы нахмурился.
— Месяц назад погиб приятель Тан Яо, — подытожил Ань Ян. — Теперь мертвы Хэ Сыжун и охранник… Значит, следующая цель…
— Это не Шицзю, — качнул головой А-Янь.
Бэймин Шисы постучал пальцами по столешнице:
— Кто бы ни стоял за этим, нити тянутся к прошлому Шицзю.
— В живых остались только Тан Яо и его девица, — заметил Ань Ян. — Если присмотреть за ними, мы выйдем на убийцу.
Министр Ли улыбнулся:
— Именно. — Он перевёл взгляд на Ань Яна: — Я слышал, Тан Яо проявляет к тебе недвусмысленный интерес?
— Исключено! — отрезал Лю Бэй.
— Нет, — одновременно с ним произнёс Бэймин Шисы.
Оба мужские голоса прозвучали в унисон. Лю Бэй и Бэймин Шисы переглянулись. Ань Ян лишь рта открыл от изумления — дядя всегда недолюбливал Бэймина Шисы без всякой причины, а тут они впервые сошлись во мнениях!
Бэймин Шисы прохладно добавил:
— Я против того, чтобы Ань Ян приближался к Тан Яо.
Министр Ли сохранял всё то же мягкое выражение лица:
— Я лишь предложил. Решать вам. Но если Ань Ян подоберётся к Тан Яо, дело Шицзю удастся раскрыть куда быстрее.
Это звучит логично. Ань Ян и сам понимал: Тан Яо — хлипкий индюк, ростом ниже его самого. Случись что, Ань Ян скрутит его одной левой.
Он хлопнул ладонью по столу:
— Решено! Я прямо сейчас напишу Тан Яо и приглашу его на ужин!
С этими словами он потянулся за телефоном.
Бэймин Шисы с мрачной миной поднялся:
— Я иду с тобой.
Ань Ян удивлённо уставился на него:
— С тобой?! И как я, по-твоему, буду вытягивать из него сведения? Не мешайся под ногами, иди отсюда!
И он сделал отмахивающее движение рукой, будто выгонял муху.
Бэймин Шисы лишь лишился слов.