Ань Ян подхватил британца на руки и с улыбкой спросил:
— Ну что, малыш, проголодался?
Кот лишь пренебрежительно фыркнул, всем своим видом демонстрируя глубокое презрение к столь сюсюкающей нежности.
Ань Ян достал пакетик сухого корма, баночку консервов и пачку чипсов, выстроив всё это добро в ряд на столе.
— Давай, милашка, покажи брату, чего ты хочешь?
Британец снова закатил свои серо-зелёные глаза, но всё же грациозно взгромоздился на стол. Вытянув мягкую пухлую лапку, он пару раз шлёпнул по пакету с чипсами.
Ань Ян чуть не умер от умиления.
— Ого! Чипсы? А тебе точно можно? Животик не заболит?
Кот требовательно постучал по упаковке еще раз, намекая, что пакет пора бы и открыть.
— А ну-ка встань на задние лапки и попроси вежливо, тогда открою.
Британец смерил парня тяжелым, до краев наполненным мраком взглядом. Затем неспешно поднял одну лапу, с тихим «вжух» выпустил острые, как бритва, когти, прижал пакет второй лапой и аккуратно располосовал пластик.
Шорох—
Ань Ян лишился дара речи. Упаковка распахнулась идеально ровно.
Да этот кот — самый настоящий оборотень!
Вскрыв пачку, британец покачал пухлыми бедрами, уселся поудобнее и принялся загребать ломтики чипсов одной лапкой, с вальяжным видом отправляя их в рот. И каждая съеденная чипсина сопровождалась взглядом, полным искреннего презрения к стоящему рядом человеку.
«Эх ты, глупое двуногое...»
Ань Ян, впрочем, мыслил в правильном направлении, вот только кот презирал его не за то, что он «глупый человек», а за то, что он — «глупый живой человек».
Пока британец с аппетитным хрустом уплетал снеки, Ань Ян с улыбкой пододвинулся ближе и открыл рот:
— А-а-ам... Дай брату тоже одну!
Кот коротко скосил на него глаз и, проигнорировав просьбу, продолжил увлеченно грызть чипсы. Выглядел он при этом до невозможности мило — точь-точь хомяк, держащий еду обеими лапками и работающий челюстями с невероятной скоростью.
Когда Ань Ян ткнулся носом совсем близко, британец с глубоким вздохом одолжения подтолкнул к нему один ломтик.
Ань Ян расхохотался от души. Уж больно забавно и сюрреалистично смотрелась эта кошачья снисходительность. Насмеявшись вдоволь, он подхватил пушистый ком на руки:
— Надобно тебя попоить. Наелся солёного, небось пить хочешь?
Он вынес кота в гостиную, усадил на диван и налил в миску свежей воды.
— Дуаньдуань, на, попей водички.
— Мяу!
Ань Ян кошачьего языка не знал и не понял, что кот протестует против дурацкой клички, решив, что тот просто вредничает.
— Не хочешь воду? Может, молока налить?
Кот снова выдал обреченное «мяу» и едва заметно покрутил головой.
— А-а-а, понял! — ухмыльнулся Ань Ян. — Ни воды не хочешь, ни молока! Ты просто напрашиваешься на поцелуйчик!
Он рванулся вперед, словно разбойник, вознамерившийся поцеловать красную девицу. Но британец, несмотря на свою упитанность, обладал фантастической реакцией: «пружина» сработала мгновенно, и кот одним взмахом взлетел на спинку дивана.
Ань Ян схватил воздух, но не сдался:
— Хе-хе, думаешь, уйдёшь?
Кот смерил его взглядом, в котором читалось: «Ты что, дурак?»
Однако со второй попытки Ань Яну всё же удалось сгрести пухлый тугой комок в объятия:
— Попался! А ну дай поцелую!
Не успел он наклониться, как британец мгновенно подался вперед и прихватил его зубами за кончик носа. Не сильно, без крови и царапин, но ощутимо.
Ань Ян застыл от неожиданности, а затем возмутился:
— Ах ты! Сам меня домогаешься? Ну уж нет, я должен вернуть должок!
— Мяу!
В самый разгар этой шуточной потасовки дверь расположенной рядом с гостиной ванной комнаты с щелчком открылась. На пороге появился их новый сожитель — дух слова Цинь Минлэй.
Едва выйдя, он застал картину: Ань Ян истово целует британского кота. На обычно невозмутимом лице духа появилось редкое выражение крайнего изумления.
Цинь Минлэй перевел взгляд с парня на кота и неуверенно произнес:
— Господин Бэймин?..
Окончить фразу он не успел. Британец выскользнул из рук Ань Яна и предостерегающе грозно мяукнул.
Ань Ян, не заметив странностей, отозвался:
— А, Бэймин на работе ещё, не вернулся. Ты что-то хотел ему передать?
Цинь Минлэй ещё раз недоверчиво посмотрел на кота и качнул головой:
—... Нет, ничего.
Ань Ян с гордостью выпятил грудь:
— Смотри, какого кота себе Бэймин завел! Сверхмилый британский короткошерстный. Круглый весь, ну чистый толстячок!
Цинь Минлэй снова нахмурился:
— Кот... господина Бэймина?
— Мяу...
— Бэймин не сказал, как этого милаху зовут, поэтому я сам придумал ему шикарное имя!
— МЯУ! — реакция кота была бурной. Он прыгнул Ань Яну на плечо и попытался заткнуть ему рот мягкой лапой.
Вот только разница в габаритах была слишком велика, так что попытка кота напоминала прикладывание комариного крыла к разверзшейся пещере.
Ань Ян со смехом пробормотал сквозь кошачью подушечку:
— Раз он короткошерстный да ещё и на коротких лапках, я назвал его Дуаньдуань!
— Мяу... — репутация Великого бессмертного пала навсегда.
— Дуань... — эхом откликнулся Цинь Минлэй.
* * *
Освобожденному под залог Цинь Минлэю идти было некуда, поэтому он временно обосновался у Ань Яна. Поскольку обе спальни были заняты, духу слова пришлось спать на диване в гостиной.
По натуре Цинь Минлэй был молчалив и казался абсолютно равнодушным ко всему на свете. Однако его холодность разительно отличалась от отстраненности Бэймина Шисы. Ань Ян успел изучить своего начальника вдоль и поперек: за ледяной маской Бэймина скрывался невиданный, глубоко запрятанный пижонский покрой. Чего стоила одна история с дуриановыми конфетами, от воспоминаний о которой у Ань Яна до сих пор невольно поламывало поясницу...
Цинь Минлэй же был скорее простодушным и деревянным. Подобно тому, как объяснял Бэймин Шисы, существование духа слова полностью зависит от воли и посыла создателя. В романе «И Е Би Му» Цинь Минлэй был наделен лишь одной доминирующей эмоцией — слепой ненавистью. И теперь, когда эта ненависть выветрилась, дух слова оказался похож на новорожденного младенца, не знающего элементарных вещей о реальном мире.
Он целыми днями сидел дома, не проявляя ни малейшего желания выходить на улицу, и большую часть времени просто завороженно смотрел в потолок.
Но когда Ань Ян научил его пользоваться телевизором, у духа появилось увлечение. И, к величайшему изумлению Ань Яна, любимой передачей Цинь Минлэя стали... «Телепузики».
Как-то раз, вернувшись вечером домой после торговли, Ань Ян переступил порог и обомлел: на диване в гостиной бок о бок сидели двое рослых, представительных мужчин.
Бэймин Шисы вернулся неизвестно когда и теперь составлял компанию Цинь Минлэю. Оба плечистые, ростом далеко за метр восемьдесят, они занимали почти весь диван.
А на экране телевизора в этот момент шло шоу:
«О-о-о! Телепузики пришли!»
«Тинки-Винки! Дипси! Ля-Ля! По! Телепузики! Обнимемся!»
«Время Телепузиков! Время Телепузиков~»
Ань Ян: «...»
С тех пор совместный просмотр «Телепузиков» стал их главным ритуалом. Иногда Бэймин Шисы даже откупоривал бутылку дорогого красного вина, доставал выдержанный сыр и с аристократической грацией потягивал напиток из хрустального бокала, не сводя глаз с экрана, где резвился По.
Представьте картину: Бэймин Шисы в безупречно скроенном строгом костюме и черных кожаных перчатках с видом светского льва смакует вино под детские песенки. Для полного образа безумца не хватало только темных очков.
В конце концов Ань Ян не выдержал. Он подошел к дивану, забрал пульт и выключил это безумие:
— Вам на двоих уже сотня лет накапала, вы чего «Телепузиков» смотрите?!
Цинь Минлэй поднял на него совершенно искренний, невинный взгляд:
— А взрослым мужчинам... нельзя смотреть «Телепузиков»?
Ань Ян поперхнулся: «Нельзя! Поверь мне на слово!»
Бэймин Шисы же элегантно закинул ногу на ногу, качнул бокал и сухо поправил:
— Сотня? Мне лично больше трех тысяч лет.
Ань Ян молча зажмурился. Какая невероятная гордость.
Протиснувшись между двумя гигантами, Ань Ян буквально втиснул себя в диван и переключил канал.
— Сегодня же премьера фильма «Сожительство»! И интервью с И Е Би Му показывают!
Глаза Цинь Минлэя мгновенно вспыхнули. Он тут же переключил всё свое внимание на экран.
Сам Цяо Е давно выкинул историю с духом слова из головы. Его кошмар закончился: предатель Ли Чжихуа был мёртв, Сестра Чжан за решеткой, а фильм «Сожительство» вышел в прокат с оглушительным успехом. Кассовые сборы за первый же день превысили двести миллионов, отзывы были восторженными, и эксперты прочили ленте до пяти миллиардов итоговой выручки.
На экране Цяо Е, хоть и выглядел немного уставшим, тепло улыбался в окружении плотной толпы журналистов.
Глядя на него, Цинь Минлэй внезапно слегка улыбнулся — его холодное выражение лица оттаяло.
Ань Ян аж подпрыгнул:
— Ого! Ты улыбнулся! Тебе так идет, ты реально выглядишь невероятно круто, не даром ты мой кумир...
Не успел он закончить фразу, как раздался громкий «бип». Экран погас. Бэймин Шисы отложил пульт в сторону.
— Зачем выключил?! Там же еще не закончилось! — возмутился Ань Ян.
— Полночь скоро. Спать пора, — ровным тоном чеканил Бэймин.
* * *
После того как Цинь Минлэй увидел автора по телевизору, он буквально поселился перед экраном. Едва заканчивался очередной повтор новостей, он включал запись трансляции премьеры.
Так продолжалось около двух недель. Будучи духом слова, Цинь Минлэй не нуждался в еде и сне. Иногда Ань Ян, вставая ночью в туалет, видел в темной гостиной жутковатый зеленый свет экрана и сидевшего перед ним духа, который задумчивым, почти гипнотическим взглядом смотрел на Цяо Е.
В субботу Бэймин Шисы вернулся из здания штаб-квартиры раньше обычного — около шести вечера. Едва ступив за порог, он услышал взволнованный голос Ань Яна.
Войдя в гостиную, Бэймин расслышал слова: «И Е Би Му! Мой кумир! Божество!»
Ань Ян и Цинь Минлэй были настолько увлечены обсуждением, что даже не повернули голов на звук шагов.
Бэймин Шисы бросил свои солнцезащитные очки на стол. Раздался громкий клац!
Этот звук наконец заставил Ань Яна подняться. Парень мимолетно посмотрел на начальника и тут же вернулся к беседе с духом слова, даже не поздоровавшись.
Бэймин Шисы: «...»
— Мой кумир завтра приедет на выставку картин! — возбужденно тараторил Ань Ян, демонстрируя буклет. — У меня даже брошюра есть! Давай пойдём и как бы случайно там переткнёмся?
— Откуда ты знаешь, что автор там будет? — нахмурился Цинь Минлэй.
Ань Ян победоносно усмехнулся:
— Фан-клуб! В нашем фанатском сообществе есть человек, который работает в этой галерее. Инфа стопроцентная!
Цинь Минлэй, сохраняя непроницаемое лицо, проявил чистое любопытство:
— Фан-клуб? Что это такое?
Ань Ян тут же схватил его за руку и потащил в спальню:
— Пошли, я тебе всё покажу! Это форум поклонников автора, я тебя сейчас зарегистрирую...
Бам! — дверь спальни захлопнулась прямо перед носом Бэймина.
Бэймин Шисы: «...»
Он стоял посреди пустого коридора, глядя на запертую дверь. Изо рта вырвался раздраженный щелчок языком. Бэймин нервно дернул галстук, развернулся, шагнул в свою комнату и с грохотом закрыл дверь.
БАМ!!!
Ань Ян, помогавший Цинь Минлэю ввести логин, от неожиданности подпрыгнул. Ему показалось, что где-то в доме взорвался газ.
* * *
Выставка должна была состояться на следующий день в полдень.
Субботним утром Ань Ян и Цинь Минлэй принарядились. Картинная галерея — место солидное, так что требовался строгий стиль. Ань Ян выудил из шкафа свои лучшие вещи и подобрал костюм для духа слова.
Цинь Минлэй был немного выше и шире в плечах, поэтому пиджак Ань Яна сидел на нем в обтяжку, но выглядел дух в нем чрезвычайно эффектно.
Около 11 утра они собрались выходить. Ань Ян постучал в дверь Бэймина, но ответа не последовало. Решив, что тот ушел по делам, парень поманил духа за собой.
У самого выхода висело ростовое зеркало. Проходя мимо, Ань Ян случайно взглянул на него и замер.
На стекле ярко-розовой помадой было выведено:
«Ушел. Обед не оставлять. Бэймин Шисы».
Зеркало превратили в доску объявлений! Но самым ужасным было то, что оттенок помады Ань Ян узнал мгновенно — тот самый просроченный «розовый образ», который он подарил Бэймину!
Схватив тряпку, Ань Ян в ужасе оттёр стекло и потащил Цинь Минлэя к метро.
Возле картинной галереи стояли толпы журналистов, вспышки камер щелкали без перерыва. Попав внутрь, Ань Ян чувствовал себя слегка не в своей тарелке. Стены были увешаны картинами, вокруг прохаживались дамы в вечерних платьях и мужчины в дорогих смокингах, вполголоса обсуждавшие искусство.
Ань Ян в этом ничего не смыслил, а Цинь Минлэю картины были не интересны вовсе.
Они бродили по залам уже больше часа, но Цяо Е так и не появился.
— Неужели инфа оказалась фейком? — вздохнул Ань Ян, понурив голову.
И в этот момент он на что-то наткнулся.
Бум!
Из рук прохожего вылетела стопка буклетов, рассыпавшись по полу.
— Ой, простите, простите пожалуйста! — засуетился Ань Ян и, подняв глаза, обомлел.
Перед ним стоял Цяо Е!
Собственной персоной! На нем был белоснежный костюм, ростом он был не выше метра семидесяти пяти, выглядел невероятно мягким и интеллигентным.
— Ничего страшного, Ань Ян. Рад вас видеть, спасибо вам за прошлый раз, — мягко улыбнулся.
Он нагнулся за бумагами.
Ань Ян с трудом вернулся в реальность. Он вспомнил, что Бэймин стер воспоминания Цяо Е о духе слова, переписав историю так, будто именно Ань Ян спас его из рук Ли Чжихуа.
Цинь Минлэй же стоял рядом, словно окаменев. Он смотрится холодным не потому, что пытается изображать крутого парня, а просто от полной растерянности.
Ань Ян активно замигал духу. Цинь Минлэй наконец очнулся и опустился на корточки, помогая собирать буклеты.
На полу остался последний лист. Внезапно пальцы Цинь Минлэя и Цяо Е столкнулись.
Оба замерли. Цяо Е поднял взгляд.
Его темные глаза расширились от изумления. В них промелькнуло нечто неописуемое — смесь узнавания и глубокого замешательства. Он пытался что-то вспомнить, но воспоминания ускользали, оставляя лишь туманное ощущение близости.
Этот человек... он был точной копией Цинь Минлэя из его книги!
Дух слова протянул ему листок:
— Держите.
— С-спасибо... — пробормотал Цяо Е.
Получив возможность заговорить, Цинь Минлэй лишь качнул головой:
— Не за что.
И собрался уходить!
Ань Ян едва не взвыл от досады. Схватив духа за рукав, он наигранно засмеялся:
— Господин Цяо, это мой друг!
Цяо Е улыбнулся и с интересом оглядел высокого незнакомца.
— А вы угадайте, как его зовут? — не отступал Ань Ян.
— Э-э... Понятия не имею.
— Его зовут Цинь Минлэй.
— Цинь Минлэй?!
Цяо Е шокировано уставился на мужчину. Внешность, манеры, имя — всё сходилось! Надень на него черную толстовку с капюшоном — и перед ним предстанет персонаж его собственной книги.
— Надо же, какое совпадение... — прошептал писатель.
— Вот и я о том же! — улыбнулся Ань Ян, незаметно пихая духа локтём в бок.
Но Цинь Минлэй стоял как истукан, опустив голову. Из-за чувства вины за то, что когда-то причинил Цяо Е боль, он не смел даже встретиться с ним взглядом.
Ань Ян готов был разрыдаться. Ну что за дубовый характер!
К счастью, Цяо Е проявил инициативу сам:
— Ань Ян, господин Цинь, давайте я угощу вас кофе? Вы тогда так меня выручили, а я даже не отблагодарил толком.
Глаза Ань Яна мгновенно вспыхнули:
— С удовольствием!
В галерее имелась роскошная кофейня. Едва они сели за столик, Ань Ян, даже не взглянув на меню, достал телефон и с разыгранным удивлением воскликнул:
— Ой! Мне срочно нужно бежать по делам! Вы пока посидите, пообщайтесь!
Он буквально испарился, перед уходом сделав Цинь Минлэю фатальное выражение лица: «Не подведи!»
Но понял ли этот деревянный дух хоть намек?
Стоило Ань Яну уйти, как за столиком воцарилась звенящая тишина.
Самое ужасное — когда воздух мгновенно замирает...
Цяо Е отпил кофе и посмотрел на спутника. Цинь Минлэй же гипнотизировал свою чашку. В воспоминаниях персонажа он пил кофе, но сам дух делал это впервые в жизни.
Сделав осторожный глоток, Цинь Минлэй нахмурился:
— Горько.
Цяо Е удивленно улыбнулся и пододвинул к нему сироп:
— Если вы не любите горчинку, вам стоило взять капучино. Чёрный кофе всегда горчит.
Цинь Минлэй взглянул на чашку Цяо Е — тот пил именно чёрный кофе. Дух просто хотел заказать то же самое, что и он.
Это было по-детски глупо, но ему казалось, что так они станут хоть немного ближе.
— Я просто хотел пить то же, что и ты, — тихо пробормотал Цинь Минлэй.
Цяо Е замер, не веря своим ушам.
* * *
Ань Ян, давший друзьям шанс побыть наедине, на самом деле никаких срочных дел не имел.
Довольный собой, он вышагивал из галереи и случайно наткнулся на кого-то грудью.
— Ой! — Ань Ян схватился за зашибленный нос и поднял глаза. — Бэймин?!
Перед ним стоял Бэймин Шисы.
На нем был идеальный черный костюм, но вместо привычного галстука шею украшала элегантная бабочка. Этот штрих придавал ему невероятно пижонский и безупречный вид.
Невероятно красив.
Как бы Ань Ян ни отрицал это, Бэймин Шисы был дьявольски хорош собой.
— Что? — ухмыльнулся Бэймин. — Засмотрелся?
Ань Ян прочистил горло и отвёл взгляд:
— Нос чуть не сломал! Ты как тут оказался? Тоже на Цяо Е пришел посмотреть?
— Хм... — Бэймин сдержанно усмехнулся. — Вообще-то эта галерея принадлежит мне. Узнал, что тут выставка, решил заехать, присмотреть пару картин.
Ань Ян: «...»
Парень нервно сглотнул и прошептал:
— Скажи... у вас в Подземном царстве все госслужащие такие богатые?
Вместо ответа Бэймин лишь коротко ухмыльнулся, пока к нему во весь опор бежал управляющий галереей, чуть ли не кланяясь в пол:
— Господин Бэймин! Какая честь! Проходите, пожалуйста! Всё, что понравится — сразу скажите, всё оформим!
Ань Ян: «...»
Ничего себе подземные структуры в нашем мире устроились!
Парень остался один. Выйдя из здания, он зашел в соседнюю недорогую кофейню, взял сэндвич с чашкой американо за тридцать юаней и приготовился ждать Цинь Минлэя.
Но прошел час, другой, а духа всё не было.
Наконец Ань Ян отправил ему сообщение.
Ответ пришел мгновенно:
«Созидатель пригласил нас на ужин».
Ань Ян чуть не подпрыгнул! Ужин с кумиром!
К шести вечера они встретились в ресторане. Цяо Е и Цинь Минлэй уже сидели за столиком и о чем-то увлеченно беседовали.
Сесть с ними рядом для Ань Яна оказалось испытанием. Вокруг этой парочки буквально витали розовые пузыри романтики!
«Стоп, — подумал Ань Ян. — Цинь Минлэй хоть и дух, но мужик же! Откуда тут романтика?»
Хотя... Цяо Е ведь парнями интересовался.
Ань Ян: «Вот это поворот...»
После ужина они вышли из ресторана. Было уже одиннадцать вечера.
— Минлэй, поздно уже, давай такси вызовем...
— Ты ешь один, — виновато перебил дух. — Меня созидатель пригласил в кино.
Ань Ян округлил глаза:
— В кино?! Сейчас?! Это же ночной сеанс!
Цинь Минлэй недоуменно нахмурился:
— Ночной сеанс?
Ань Ян закрыл лицо рукой. Этот дух выглядит как хладнокровный убийца, а в душе — невинный ребенок. Обучать его жизни казалось грехом.
Попрощавшись с парочкой, Ань Ян остался у дороги. Машин почти не было. Лишь через пятнадцать минут возле него затормозило желтое такси.
За рулем сидел усатый дядечка лет пятидесяти:
— Эй, парень, едем?
— На улицу за Финансовой улицей, — сказал Ань Ян, садясь на заднее сиденье.
— О, мне как раз по пути! — обрадовался водитель.
По дороге шофер оказался болтливым:
— Чего так поздно один гуляешь?
— Да с друзьями сидели. Я же не девчонка, чего мне бояться?
— Э-э, парень, нынче и парням опасно! — вздохнул водитель. — У меня у коллеги дочка так же с вечеринки возвращалась... и убили ее прямо в подворотне. Ужас просто...
Таксист всю дорогу проболтал без остановки. На улицах было пусто, так что доехали они мгновенно.
Машина остановилась у въезда в микрорайон. Ань Ян пошарил по карманам — мелочи не было. Он достал телефон:
— Дядь, а через WeChat оплатить мож...
Оплатить...
Слова застряли в горле. Дззинь! — двери такси мгновенно заблокировались, и машина, не взяв денег, резко рванула вперед!
— Эй! Постойте! — крикнул Ань Ян.
Он пробежал пару шагов, но такси лишь набирало скорость. Перекресток впереди горел красным светфором, но машина даже не думала тормозить, разгоняясь до сотки.
РЁВ!
С поперечной улицы вылетел огромный тяжелый грузовик. Для него горел зеленый, и разгонялся он вовсю.
Ань Ян замер от ужаса.
БАМ-М-М-М!!!!
Грузовик на полной скорости протаранил такси. Легковушку смяло в гармошку и отбросило на тридцать метров, разнеся в пыль разделительное ограждение!
ХРУСТ! СКРЕЖЕТ!
Ань Ян, очнувшись, рванулся вперед, на ходу набирая скорую:
— Алло! Тут авария! Грузовик сбил такси на Финансовой улице...
Он бежал к дымящимся обломкам, но стоит ему приблизиться...
Грузовик, измятое такси, море крови, обломки стекла — всё...
Испарилось.
Словно густой туман рассеялся от порыва ветра.
Ань Ян зажмурился, потёр глаза, но дорога была абсолютно пустой. Ни крови, ни машин, ни разговорчивого водителя.
— Алло? Вы меня слышите? Где произошла авария?! Уточните адрес!
Клик.
Ань Ян отключил вызов. Тяжело дыша, он уперся руками в колени.
В голове крутилась одна-единственная мысль: «Опять чертовщина...»
Это было призрачное такси. Автомобиль-фантом.
Ань Ян тяжело вздохнул: «Серьёзно? Я только что ехал на автомобиле-призраке?!»
Кое-как переведя дух, он сжал кулон на шее и поспешил к дому.
* * *
В квартире было темно и тихо.
Цинь Минлэй на «свидании», Бэймина тоже нет — видать, опять на ночной охоте.
Ань Ян не стал включать свет. Он сбросил одежду в спальне, принял душ и без сил рухнул в кровать, зарывшись в одеяло.
Но едва он улегся, его рука наткнулась на что-то мягкое и пушистое...
Ань Ян подскочил от страха и резко включил ночник.
Щелк!
Тусклый свет озарил пару серо-зеленых глаз.
— Дуаньдуань?! — выдохнул Ань Ян.
Перед ним вальяжно лежал всё тот же британец.
Ань Ян подхватил кота и уткнулся носом в его шерсть:
— Милаха ты моя!
— Мяу-мяу... — «Точно дурак».
Ань Ян забрался под одеяло, укрыл кота и снова потянулся к выключателю, но передумал.
— Ладно, спим со светом. Ты же не против, малыш?
Кот тихо мяукнул.
— Знаешь, я ведь сегодня опять призрака видел... Я вообще жуть как призраков боюсь, — тихо признался Ань Ян, поглаживая кота под подбородком. — Я с детства их вижу. Когда маленький был, родственники, у которых я жил, меня не любили. Когда они уезжали отдыхать, закрывали меня одного в темном доме. Вокруг тьма, призраки ходят... а я сбежать не могу...
Голос Ань Яна становился всё тише, пока парень окончательно не погрузился в сон.
Британец лежал рядом. Его серо-зеленые глаза в свете лампы сузились в тонкие щелочки. Кот придвинулся чуть ближе.
И впервые в его взгляде не было презрения. Британец поднял пухлую лапку и мягко положил её на тыльную сторону ладони Ань Яна, слегка сжав подушечками.
Словно утешая.
Ань Ян улыбнулся сквозь сон:
— Утешаешь? Ну ты и ангелочек...
— Мяу... — «Не ангел. Я дух-посланник. А когда-то был демоном из Великого ада Бэймин».
— Спи давай. И не рассказывай хозяину, какой я трус, ладно? Это наш секрет...
— Мяу... — «Уже знаю. И ты сам мне всё рассказал».
Вскоре Ань Ян крепко заснул. Рядом с котом ему впервые за долгое время было спокойно.
* * *
Четыре тридцать утра.
Первые лучи солнца коснулись лица Ань Яна. Из-за разгара лета рассвело рано.
Парень пошевелился и почувствовал, что его кто-то крепко обнимает. Ощущение было невероятно уютным и безопасным.
— Дуаньдуань... — пробормотал он, потянувшись рукой.
Но под пальцами оказалась не шерсть.
И не мягкие лапки.
Сонный паралич с призраком?!
Ань Ян мгновенно распахнул глаза и столкнулся взглядом с серо-зелеными глазами.
Вот только это был не кот.
Ань Ян шокировано уставился на мужчину, лежавшего с ним в одной постели:
— Бэй... Бэй...
Бэймин Шисы?!
Бэймин тоже открыл глаза, посмотрел на часы и нахмурился:
— Проспал...
Затем абсолютно спокойным тоном добавил:
— Вчера на встрече перебрал, похоже, дверью ошибся. Тебе стоит запирать спальню.
Ань Ян: «...»
Да я запирал!