— Алло?
Из динамика раздался молодой мужской голос. Фан Сьебай на мгновение растерялся: слышать собственный голос со стороны было до жути странно.
И не удивительно — ведь сейчас он звонил «самому себе».
По требованию Бэймина Шисы он сжимал в руке телефон и слушал речь «Фан Сьебая». В голове от нервного напряжения царил абсолютный хаос.
— Алло... Э-э...
Голос в трубке отозвался со сдержанным раздражением:
— Кто это? Реклама? Если молчишь, я отключаюсь.
— Постой! — впал в панику Фан Сьебай.
Ань Ян, сидевший рядом, сгорал от нетерпения не меньше его. Крошечная лапка мгновенно пробежалась по экрану смартфона, набирая текст. Набрав нужную фразу, он подтолкнул телефон к Фан Сьебаю.
Тот мельком взглянул на экран и от страха, не успев даже осмыслить прочитанное, выпалил во весь голос:
— Цзянь Вэй любит меня, так что не строй иллюзий!
Фан Сьебай обомлел: «Кто я? Где я? Что я ляпнул?!»
Щеки его вспыхнули пунцовым. На том конце провода наступила короткая тишина, сменившаяся визгливым выкриком:
— Ты кто вообще такой?!
Ань Ян почесал ухо и снова принялся строчить подсказку:
«Будто сам не понимаешь? Или притворяешься?»
Фан Сьебай скороговоркой зачитал фразу. Голос его звучал деревянно, но в нем прорезалась непередаваемая, запредельная дерзость.
Бэймин Шисы одобрительно поднял большой палец.
Ань Ян с гордым видом похлопал себя лапкой по груди.
На том конце снова возникла пауза.
— Ду Синь? — осторожно выдохнул собеседник.
Ань Ян тут же подсунул новую реплику.
— Нет, это ты — Ду Синь, — отчеканил Фан Сьебай.
Собеседник окончательно сорвался на крик:
— Ты что, с ума сошел?! Что за чушь ты несешь?! Я понятия не имею, о чем речь!
Поняв, что тот вот-вот бросит трубку, Фан Сьебай не стал ждать новых подсказок от Ань Яна и ляпнул отсебятину:
— Занервничал? Я уже всё про тебя знаю. Выходи, поговорим.
Ань Ян удивился: надо же, а у парня отличная реакция! Впрочем, чему удивляться: хоть Фан Сьебай и богатый мажорик, он всё же управляет инвестиционной компанией. Без умения крутиться на лету в таком бизнесе не выжить.
— Мое время слишком дорого стоит, — с презрением отрезал голос. — С чего вдруг мне с тобой встречаться?
Фан Сьебай прищурился:
— Тогда не обессудь, если я снова начну крутиться перед Цзянь Вэем.
— Ты мне угрожать вздумал? — со смешком выплюнул собеседник. — У тебя-то какие козыри?
— Чтобы угрожать, козыри действительно нужны, — хмыкнул Фан Сьебай. — Но ты не забывай: сейчас я — скандальная пассия Цзянь Вэя. Видел наши снимки с обнаженным торсом? Красиво получилось, правда? Мне, чтобы увидеть Цзянь Вэя, достаточно сделать один звонок.
Ань Ян затаил дыхание. Ну и жук! В искусстве язвить Бэймин Шисы держит первое место, но Фан Сьебай явно метит во второе!
На том конце провода наступила тишина. Звонок не прервался, но собеседник словно лишился дара речи.
Фан Сьебай прикусил губу. Несмотря на дерзкие слова, он не был уверен, что тот клюнет.
Бэймин Шисы решил подлить масла в огонь. Достав свой телефон, он быстро напечатал жесткую провокацию и показал её Фан Сьебаю.
Опыт Бэймина Шисы дал о себе знать мгновенно.
Фан Сьебай зачитал:
— Ну как тебе? Каково это? Ты так сохнешь по Цзянь Вэю, и что в итоге? Голова одна и та же, но пока ты оставался собой, он на тебя даже не смотрел. А когда твоей физиономией пользуюсь я — между нами столько всего происходит! Завидуешь, да?
Ань Ян мысленно ахнул: старый лис знает, куда бить!
— Я не понимаю, о чем ты, — процедил собеседник.
Он по-прежнему отрицал, что является Ду Синь. Доказательств у них не было — они лишь блефовали, поэтому прижать его к стене прямо сейчас не удавалось.
Однако секундой позже в трубке прозвучало:
— Где встречаемся?
Фан Сьебай с облегчением выдохнул и сбросил вызов.
— Вы ведь пошлете со мной кого-нибудь? Мне кажется, он сейчас готов меня на куски порвать!
— Я отправлю с тобой Жэнь Шицзю, — кивнул Бэймин Шисы. — Не волнуйся. Тяни время. Если заподозришь неладное — сразу зови на помощь.
* * *
На улице уже стемнело. Едва Фан Сьебай уехал на встречу, Бэймин Шисы вместе с Ань Яном устремились к его частной вилле.
Вскоре от Фан Сьебая пришло сообщение:
[Он пришел. Можете заходить]
Бэймин Шисы, держа Ань Яна на руках, ухмыльнулся:
— А этот мажорик оказался неплохим актером.
Ань Ян лишь вздохнул.
Проникнуть на виллу не составило труда. Внутри царил полумрак и дикий хаос: прихожая была завалена коробками от посылок, повсюду валялись оберточная бумага, пенопласт и пакеты.
Ань Ян брезгливо поджал лапки, отказываясь спускаться на пол, поэтому Бэймину Шисы пришлось нести его дальше.
Внимательно глядя под ноги, Бэймин Шисы разглядывал коробки. Все они принадлежали элитным брендам: Bulgari, Van Cleef & Arpels, Dior, Chanel, Hermès, Gucci, Louis Vuitton...
— Восемьдесят процентов — женские вещи, — заметил Бэймин Шисы.
Ань Ян и сам это понял. Зачем взрослому мужику куча женских предметов роскоши? Девушки у Фан Сьебая сейчас не было.
К тому же эти бренды показались Ань Яну знакомыми — точно такие же рекламные буклеты они видели в квартире Ду Синь! Сумка-змея от Bulgari, клевер от Van Cleef, вечернее платье от Dior...
Они поднялись на второй этаж и отыскали спальню. Бэймин Шисы выдвинул ящик письменного стола.
Ань Ян тут же спрыгнул и принялся раскапывать содержимое. Весь ящик был забит фотографиями.
Перебирая снимки короткими лапками, кролик сразу наткнулся на их с Бэймином Шисы совместный кадр — точно такой же, как у Ду Синь. На снимке Ань Ян в ресторане с удивлением смотрел прямо в объектив.
Следующая карточка изображала бродягу.
Ань Ян постучал по ней лапкой. Это был тот самый бездомный, у которого бывший парень Ду Синь якобы украл тело!
Снимок был сделан под углом: на переднем плане на ступенях свернулся нищий, а мимо него с портфелем в руке спешил мужчина — бывший возлюбленный Ду Синь.
Следовательно, экс-бойфренд Ду Синь, как и Ань Ян, сам того не зная, оказался на одном снимке со своим «двойником»!
Ань Ян копал дальше. На следующем снимке Ду Синь с сияющим видом фанатки позировала рядом с Фан Ниньбай — сестрой-близнецом Фан Сьебая.
Но сколько кролик ни листал стопку, ни одной совместной фотографии Ду Синь и самого Фан Сьебая так и не нашлось.
Ань Ян в замешательстве озадаченно почесал ухо.
— Кажется, я понял... — тихо произнес Бэймин Шисы, разглядывая снимки.
Ань Ян вопросительно склонил голову.
— Ду Синь хотела поменяться телами вовсе не с Фан Сьебаем, — пояснил Бэймин Шисы. — А с его сестрой-близнецом, Фан Ниньбай.
Ань Яна осенило!
Фан Сьебай и Фан Ниньбай — близнецы. Их даты рождения и астрологические карты Ба-цзы практически идентичны.
Ду Синь сфотографировалась с Ниньбай, но ритуал дал сбой, и обмен произошел с её братом.
Именно поэтому в теле Фан Сьебая сейчас живет женщина, которая спустила целое состояние на дорогие женские сумочки и украшения, о которых давно мечтала.
Теперь сомнений в виновности Ду Синь не оставалось. Нужна была лишь улика — сам артефакт.
Осмотрев спальню, они перешли в соседнюю комнату, а затем в кладовую, где на столе обнаружился фотоаппарат.
Это была самая обычная, недорогая камера без всякой защиты.
Ань Ян подбежал к ней и потрогал лапкой.
Бэймин Шисы достал смартфон, запустил специальное приложение и направил сканер на фотоаппарат.
— Новая разработка Мэнпо, — пояснил он.
Спустя пять секунд сканирование завершилось.
В памяти устройства не было ни одного снимка — всё удалено. Но главное...
Сканер показал, что перед ними самый обычный предмет. Никакой духовной энергии, никаких следов магии.
С помощью этой камеры невозможно было совершить мистический обмен.
Неужели совпадение?
Бэймин Шисы нахмурился, вернулся в спальню и снова стал перебирать фотографии.
Ань Ян взобрался к нему на плечо. Вдруг кролик похлопал его по руке и ткнул лапкой в угол одного из снимков.
На нем была запечатлена витрина с роскошной сумкой. Из-за отблеска стекла в углу отпечаталось отражение самой Ду Синь. Она держала в руках этот самый фотоаппарат... но к корпусу был прикреплен небольшой кулон!
При первой встрече с Ду Синь Ань Ян тоже видел этот брелок на камере! А сейчас его не было.
— Значит, дело не в камере, а в подвеске, — резюмировал Бэймин Шисы.
В этот момент его телефон разразился непрерывным писком. Сообщения сыпались одно за другим, будто аппарат подхватил вирус.
[СПАСИТЕ!!]
[В КАФЕ!]
[Какого черта сюда пришел Цзянь Вэй?!]
[Что делать?!]
[Он меня утащил! Спасите!]
* * *
За полчаса до этого Фан Сьебай сидел в кафе напротив «самого себя» — то есть Ду Синь в белом костюме.
Напустив на себя вальяжный вид, Фан Сьебай расплылся в улыбке:
— Присаживайся.
Ду Синь подозрительно прищурилась:
— Зачем ты меня позвал?
— Зачем? Неужели сам не догадываешься? — небрежно отозвался Фан Сьебай, а про себя отчаянно молился: «Только бы затянуть время!»
Его туманная фраза заставила Ду Синь занервничать. Она холодно спросила:
— И что же тебе известно?
— Это зависит от того... что ты успел натворить, — парировал Фан Сьебай.
Ду Синь заколебалась, пытаясь понять, блефует ли собеседник.
Фан Сьебай вальяжно закинул ногу на ногу:
— Надо же, не думал, что ты сохнешь по Цзянь Вэю. Вы ведь учились в одном университете и состояли в одном кружке? Неужели ты записался в фотоклуб только ради него?
Лицо Ду Синь исказилось. Фан Сьебай ляпнул это наугад, но неожиданно попал в самую точку!
— Надо же, угадал! — ухмыльнулся он. — Странно только, что Цзянь Вэй ни разу не упоминал о такой младшей сестренке.
— Заткнись! — неожиданно взвизгнула Ду Синь, с яростью уставившись на него. — Ты кто вообще такой?! Ты сейчас нищий и уродливый! Какое право ты имеешь судить обо мне?!
Фан Сьебай поцокал языком:
— Ну ты и сопляк. Называть самого себя нищим и уродом... Как можно быть таким неблагодарным?
— Я не понимаю, о чем ты! Я — Фан Сьебай! А ты — паршивая, уродливая дрянь! — сорвалась на крик Ду Синь.
Посетители кафе стали оглядываться. В этот момент раздался знакомый голос.
Оба одновременно повернули головы. Ду Синь остолбенела от неожиданности, а Фан Сьебай судорожно вздохнул.
Какого черта?! Цзянь Вэй?! Что он делает в кафе посреди ночи?!
Цзянь Вэй, вошедший в заведение, увидел сидящих вместе «Ду Синь» и «Фан Сьебая».
В его глазах Ду Синь была шантажисткой. Она вымогала у него деньги за тайком сделанные снимки, на которых Цзянь Вэй целует спящего Фан Сьебая. Цзянь Вэй, человек строгий и сдержанный, страшно испугался, что Фан Сьебай узнает о его чувствах и возненавидит его, поэтому заплатил. Но «Ду Синь» не успокоилась и слила снимки самому Фан Сьебаю.
Цзянь Вэй решительным шагом направился к их столику.
Ду Синь испуганно вскочила:
— Брат Цзянь, я...
Но Цзянь Вэй даже не дослушал. Он сгреб Фан Сьебая за запястье и рывком поднял с места.
— Ты чего?! Больно же! Отпусти! — поморщился Фан Сьебай.
— За мной, — хмуро отрезал Цзянь Вэй и поволок его за собой.
Ду Синь осталась стоять, сжимая кулаки от бессильной ярости.
Жэнь Шицзю, присутствовавший в кафе в облике духа, не мог вмешиваться в дела смертных. Фан Сьебаю оставалось лишь панически строчить эсэмэски Бэймину Шисы.
Цзянь Вэй не стал выводить его на улицу, а затащил... в мужской туалет!
Затолкнув Фан Сьебая в кабинку, он захлопнул дверь и повернул задвижку.
Фан Сьебай сжался в углу, со страхом глядя на мужчину.
Цзянь Вэй возвышался над ним, тяжело дыша:
— Зачем ты позвал Фан Сьебая? Я ведь дал тебе денег! Если нужно еще — обращайся ко мне!
— Нет-нет, ты всё неправильно понял...
— Да, я люблю Фан Сьебая! — перебил его Цзянь Вэй. — Считаешь меня извращенцем? Да мне плевать!
Фан Сьебай опешил. Признание в любви... в туалетной кабинке?!
Его лицо мгновенно налилось краской. Неужели этот суровый тип, который вечно придирался к нему и сдавал отцу за гулянки, на самом деле просто ревновал?!
— Не смей больше появляться перед Фан Сьебаем, — жестко добавил Цзянь Вэй. — Если хочешь выложить фото — выкладывай. Мне всё равно.
Он отпер дверь и вышел.
Фан Сьебай посмотрел ему вослед. Пожилая спина Цзянь Вэя выглядела такой одинокой и беззащитной, что у Фан Сьебая защемило в груди.
Выйдя из кабинки, он вскрикнул от неожиданности: у раковины стоял Бэймин Шисы с зайцем на руках и лукаво улыбался.
— Похоже, помощь не потребовалась, — хмыкнул Бэймин. — Он тебя не съел, а всего лишь признался в любви.
— Ни в чем он не признавался! — заикаясь, выкрикнул Фан Сьебай.
* * *
Вернувшись в здание штаб-квартиры, Бэймин Шисы передал снимки Мэнпо.
Спустя пять минут поиска по базе данных она сообщила:
— Самого кулона в реестре нет, но мы идентифицировали сущность внутри. Это дух, сбежавший из Треножника переплавки душ.
Опять Треножник!
Ань Ян устало потер ухо.
— Этот дух сам по себе не опасен, — пояснила Мэнпо. — Но он обожает стеклянные и нефритовые изделия. Попадая в медиум, он создает оптические преломления, позволяющие менять местами души двух объектов, попавших в кадр.
— И как его изловить? — спросил Бэймин Шисы.
— Дух крайне пуглив, — улыбнулась Мэнпо. — От любого резкого встряхивания он впадает в панику и ищет новое укрытие. Если в этот момент рядом окажется артефакт с высокой концентрацией иньской энергии — например, запечатанный нефрит, — дух сам перескочит в него.
Бэймин Шисы перевел взгляд на Фан Сьебая и коварно улыбнулся.
— Эй, ты чего так на меня смотришь? — сжался Фан Сьебай.
— Сыграешь еще одну роль? — предложил Бэймин. — На этот раз — вздорную бабу.
* * *
В тот же день в ресторане Ду Синь пыталась выслужить расположение Цзянь Вэя. На столе лежал новенький фотоаппарат с тем самым старинным кулоном.
Цзянь Вэй сидел отстраненный, мучимый сомнениями: «Фан Сьебай» в последнее время казался ему чужим человеком.
Вдруг к их столику подошел Фан Сьебай (в теле Ду Синь), на груди которого висел нефритовый кулон для захоронения заживо, ранее подаренный Цзянь Вэем.
Вскинув подбородок, Фан Сьебай с наигранной наглостью схватил Цзянь Вэя за руку:
— Извини, я одолжу Цзянь Вэя на пару слов.
Ду Синь взвизгнула:
— Ты что себе позволяешь?!
— Мы с ним — скандальная парочка, а вот ты тут лишний, — отчеканил Фан Сьебай.
Ду Синь окончательно потеряла контроль и бросилась на него с кулаками.
Фан Сьебай только этого и ждал! Завязалась потасовка, в ходе которой Фан Сьебай как бы случайно задел стол.
Фотоаппарат с грохотом рухнул на пол, объектив разлетелся вдребезги!
— Ой, ой! — визгливо запричитал Фан Сьебай. — Камера разбилась! Я не специально!
Он присел на корточки и коснулся кулона на камере.
Наблюдавшие со стороны Бэймин Шисы и Ань Ян увидели, как сгусток белого света мгновенно перескочил с камеры на нефритовый кулон Фан Сьебая!
Есть! Дух пойман!
Разъяренная Ду Синь ударила Фан Сьебая по руке и толкнула его. Фан Сьебай упал, задев головой угол стола — на лбу выступила кровь.
Цзянь Вэй тут же заслонил его собой:
— Ты с ума сошла?!
Увидев кровь на лице «Ду Синь», Цзянь Вэй подхватил его на руки:
— Едем в больницу!
* * *
В машине Фан Сьебай пытался сопротивляться:
— Да не надо в больницу, просто царапина!
Но Цзянь Вэй заблокировал двери и поехал вперед.
Фан Сьебай панически отправлял Бэймину сообщения:
[СПАСИТЕ! Он снова меня утащил!]
— Почему ты меня избегаешь? — внезапно спросил Цзянь Вэй. — Думаешь, я не замечаю, что я тебе нравлюсь?
— Ты мне?! — опешил Фан Сьебай.
— Так легко признаешься? — хмыкнул Цзянь Вэй.
— Дядя, это был шок, а не признание!
Цзянь Вэй усмехнулся:
— А зачем тогда залезал ко мне в комнату? Не подглядывать же в душе?
Фан Сьебай онемел. Он всегда считал Цзянь Вэя ханжой, но не подозревал, насколько тот бесстыден!
Вдруг во время резкого поворота из-под рубашки Цзянь Вэя выскочил кулон.
Фан Сьебай замер: на шее Цзянь Вэя висел точно такой же нефритовый кулон, как у него самого! Парный артефакт!
Цзянь Вэй смущенно заправил его обратно.
В этот момент в стекло автомобиля постучали: «Тук-тук-тук».
Цзянь Вэй опустил стекло. Снаружи стоял Бэймин Шисы, держащий на руках упитанного белого кролика.
— Господин Бэймин? — удивился Цзянь Вэй.
Бэймин Шисы очаровательно улыбнулся:
— Прошу прощения за беспокойство. Я пришел... забрать Ду Синь.
— Вы так близки с мисс Ду? — подозрительно прищурился Цзянь Вэй.
Бэймин Шисы состряпал загадочную мину и небрежно проронил:
— Наши отношения... скажем так, весьма интимные. Не для чужих ушей.
Цзянь Вэй: «...»
Фан Сьебай: «...»
Ань Ян: «...»
В искусстве быть невыносимым мерзавцем Бэймин Шисы уверенно удерживал пальму первенства.