Сяо Пидань сбежал из дома… Да ещё и прихватив с собой драконье яйцо.
Ань Ян сдавленно вздохнул и схватился за голову, чувствуя, как к вискам подступает тупая боль.
Пока этот сорванец сидел в скорлупе, от него и так не было покоя — недаром же ему дали такое прозвище. А уж теперь, превратившись в маленького дракончика, он и вовсе потерял всякую меру.
— Возвращайся скорее, — беспомощно произнёс Ань Ян в трубку Бэймину Шисы. — Твой сын сбежал.
Бэймин Шисы на том конце провода на мгновение замер, решив, что ослышался.
Из-за внезапного побега малыша план менялся на ходу: Ань Ян и Бэймин Шисы не стали подвозить Жэнь Шицзю до общежития. Тот высадился на полпути и быстро скрылся из виду, а пара во весь опор помчалась домой.
Встревоженный Лянь Му ждал их у порога и мгновенно распахнул дверь. Как и следовало ожидать, ни Сяо Пиданя, ни драконьего яйца в детской не было.
Ань Ян потер гудящие виски, нахмурился и вдруг замер, уставившись в угол гостиной:
— Это ещё что такое?
Там, прямо возле большого секционного дивана, приютилось небольшое одиночное кресло.
Лянь Му недоумённо моргнул:
— Кресло… Папа, разве вы его не недавно купили?
— У нас уже есть диван, — всё больше удивляясь, ответил Ань Ян. — Зачем нам ещё и кресло?
Конструкция выглядела чужеродной. Лянь Му так переживал из-за пропажи брата, что даже не обратил внимания на обстановку. К тому же всем интерьером всегда занимались отцы. Но стоило Ань Яну указать на мебель, как мальчик вспомнил: раньше здесь ничего подобного не стояло.
Бэймин Шисы пристально посмотрел на кресло, хмыкнул, подошёл ближе и без лишних слов поднял диванную подушку.
Едва подушка взлетела в воздух, сдержанный и обычно невозмутимый Лянь Му потрясённо вытаращил глаза.
Под подушкой, свернувшись калачиком, лежало гладкое тёмно-фиолетовое драконье яйцо!
— Как оно здесь оказалось?! — ахнул Лянь Му. — Его же унёс Сяо Пидань?
Бэймин Шисы со вздохом потёр лоб:
— Твой брат никуда не сбегал. Он всё это время находился у тебя прямо под носом.
Лянь Му окончательно запутался, переводя взгляд с отца на мебель.
— Похоже, у нашего второго сына отличная духовная жилка, — усмехнулся Бэймин Шисы, повернувшись к Ань Яну. — Только родился, а уже освоил технику превращения.
Лянь Му уставился на кресло, пытаясь переварить услышанное.
То есть… вот эта мягкая штука… на самом деле…
Его младший брат?!
Поняв, что маскировка раскрыта, «кресло» покачнулось. Подушка на сиденье заходила ходуном, а затем прямо на обивке «пуф!» — и распахнулась пара огромных блестящих глаз.
Лянь Му от неожиданности едва не шлёпнулся на пол — не каждый день увидишь, как мебель хлопает ресницами!
Одиночное кресло навело свои миндалевидные глазки на присутствующих, лукаво подмигнуло, после чего из недр обивки раздался звонкий детский хохот.
Услышав этот характерный смех, Лянь Му сразу понял: точно брат. Больше так сорить весельем не умел никто на свете. Мальчик молча поднял голову и провел ладонью по лицу, восстанавливая душевное равновесие.
Довольный тем, что сумел провести старшего брата, Сяо Пидань скинул личину. Раздался лёгкий хлопόк, белое облачко пара рассеялось, и вместо кресла на полу остался крошечный дракончик размером с человеческий палец. Он принялся азартно прыгать по паркету, наворачивая круги вокруг Лянь Му.
Лянь Му со вздохом посмотрел на этот кружащийся вихрь. С одной стороны, у него болела голова от выходки малыша, с другой — на сердце отлегло: слава богу, не потерялся.
А вот Ань Ян испытывал самую настоящую изнуряющую головную боль. За что ему всё это? Почему Лянь Му такой послушный, умный, и приготовит, и уберет, а второй сын — сплошное наказание? Если он уже сейчас колдует вовсю, то что будет дальше? Взлетит на крышу и разберёт дом по кирпичику?!
Сяо Пидань продолжал увлечённо нарезать круги вокруг старшего брата. Ань Ян, чувствуя себя совершенно раздавленным, махнул рукой и поплёлся наверх:
— Всё, я ушёл в душ и спать. Силы на исходе.
Войдя в спальню, он сразу направился в ванную комнату. Чтобы снять накопившийся стресс, Ань Ян решил принять горячую ванну и повернул кран.
Пока купель наполнялась, он начал расстегивать пуговицы на рубашке. Едва он скинул верхнюю одежду, как дверь ванной с тихим щелчком отворилась.
На пороге появился Бэймин Шисы.
Ань Ян оглянулся:
— Ты чего пришёл?
Бэймин Шисы ничего не ответил. Неспешным, хищным шагом он приблизился к Ань Яну, вынуждая того отступать, пока спина лавочника не упёрлась в кафельную стену.
У Ань Яна нервно задергалось веко. Сны давно закончились, а этот человек всё никак не выйдет из образа рокового соблазнителя!
Бум!
Бэймин Шисы властно прижал ладонь к стене над плечом Ань Яна, запечатывая его в углу. Его серо-зелёные глаза вспыхнули откровенным, демоническим азартом. Второй рукой он мягко подхватил Ань Яна за подбородок, заставляя заглянуть себе в лицо, и на его губах расцвела загадочная, жутковатая ухмылка.
У Ань Яна вдоль позвоночника пробежал холодок. Ощущение было такое, будто в Бэймина Шисы вселился нечистый дух.
И не только это…
Ань Ян нахмурился и ткнул пальцем в щеку мужчины:
— Погоди. Почему у тебя ямочки с обеих сторон? Раньше ведь была только слева!
Бэймин Шисы невинно похлопал ресницами, и его взгляд вдруг вспыхнул таким детским, наивным светом, что у Ань Яна запекло в глазах.
В то же мгновение дверь ванной снова скрипнула. Кто-то вошёл снаружи и непринуждённо позвал:
— Ань Ян…
Голос мгновенно оборвался. Вошедший замер, уставившись на открывшуюся перед ним картину.
Ань Ян тоже вытаращил глаза, переводя взгляд с одного Бэймина Шисы на другого…
Один Бэймин Шисы держал его за подбородок, а второй — настоящий — стоял у дверей ванной!
«Бэймин Шисы», стоящий вплотную к Ань Яну, вдруг звонко, заливисто расхохотался. Обман раскрылся мгновенно.
— Сяо Пидань! — рябью пронеслось в воздухе возмущение Ань Яна.
Пшик!
Очередной клуб белого пара — и высокий, мускулистый силуэт Бэймина Шисы стремительно сжался до размеров Дюймовочки. После чего с громким плюх! крошечный проказник сиганул прямо в наполненную горячей водой ванну.
Ань Ян онемел.
Оказавшись в воде, Сяо Пидань мгновенно сменил ножки на серебристый драконий хвост и с удовольствием отдал дань водной стихии, подняв целую тучу брызг.
«Совсем страх потерял! — закипел про себя Ань Ян. — Уж от собственного сына я подобного флирта точно не ожидал!»
Он уже вознамерился преподать мелкому хулигану суровый урок, чтобы тот впредь ведал край, как вдруг из ванны донеслось странное глухое бульканье.
Бэймин Шисы подошёл ближе и с сомнением произнёс:
— Наш сын… он что, пьёт воду из ванны?
Вода в купели бурлила и пенилась, а уровень стремительно падал на глазах!
— А-а-а! — взвизгнул Ань Ян и поспешно запустил руки в воду, пытаясь выудить мелкого затейника.
Но Сяо Пидань оказался быстрее. Прежде чем отец успел его сцапать, ванна облепила сухими боками днище — вода исчезла без остатка.
Ань Ян наконец выловил сына и уложил его на ладонь. Сяо Пидань распластался на его руке, дважды вяло вильнул хвостиком и выдел громкий, протяжный:
— Бе-е-ерп!
Его пузико раздулось, став похожим на маленький спелый арбузик.
Внизу, слыша отчаянные крики отца, Лянь Му лишь невозмутимо продолжал раскладывать вещи. С таким братом, подумал он, отцовские вопли можно считать вершиной сдержанности.
* * *
День выжал из Ань Яна все соки. Стоило ему добраться до кровати, как он мгновенно провалился в сон, так и не дав Бэймину Шисы завершить его великие ночные замыслы.
На следующее утро около шести часов за окном стояла непроглядная зимняя тьма.
Лянь Му мирно спал, как вдруг почувствовал, что его кто-то откровенно лупит по щеке.
Именно лупит.
Хлоп, хлоп, хлоп, хлоп!
Удары были не сильными, но частыми и назойливыми. Лянь Му разомкнул веки и, конечно же, увидел перед собой младшего брата.
Сяо Пидань зацепился ручонками за воротник его пижамы и, усердно работая своим рыбим хвостом, исполнял роль весьма настойчивого будильника.
Лянь Му со вздохом сел. Сяо Пидань едва не скатился с его груди, но мальчик вовремя подставил ладонь.
Малыш радостно встал на кровати, сменил хвост на пухлые ножки и принялся азартно прыгать, тыча пальчиком в свой набитый животик и издавая требовательное «а-а!». Хотя говорить он ещё не умел, Лянь Му без слов понял: мелкий проголодался.
Как бы братишка ни проказничал, старший души в нём не чаял. Лянь Му тут же выбрался из постели, умылся и направился на кухню.
Сяо Пидань устремился следом. С трудом вскарабкавшись на кухонный гарнитур, он уселся прямо на разделочную доску.
Лянь Му молча вздохнул, бережно пересадил его в сторону. Вокруг огонь и кипяток, мало ли что — вдруг обжжётся.
Затем Лянь Му замер, и на его губах мелькнула едва заметная ухмылка, удивительно похожая на хитрое выражение лица Бэймина Шисы. От этого взгляда у любого бы мурашки побежали по спине…
Сяо Пидань любопытно наклонил головку.
Лянь Му вышел из кухни, направился в кладовую и вскоре вернулся с небольшой коробочкой. Впрочем, для крошечного дракончика она выглядела настоящей башней.
Поставив коробку вверх дном на стол, Лянь Му подхватил Сяо Пиданя и водрузил его на самую верхушку.
Стенки коробки были слишком крутыми и гладкими. Для малыша это превратилось в классическую ловушку: мышка на масляном светильнике — и не спустишься, и не спрыгнешь!
Поняв, что попался, Сяо Пидань засуетился, забегал по пятачку коробки, не зная, куда деваться.
Лянь Му наконец почувствовал себя отмщённым и с улыбкой произнёс:
— Сиди тихо и жди, пока я приготовлю завтрак. Теперь-то ты никуда не сбежишь. Я читал в книгах: хоть водяные драконы и умеют летать, ты ещё слишком мал для этого.
Чтобы противостоять брату с ангельским личиком и замашками маленького беса, Лянь Му пришлось изучить немало фолиантов, принесённых мисс Мэнпо.
Когда Ань Ян заглянул на кухню, он застал именно эту картину: крошечный «мышонок» крутится на «светильнике», бессильно топает ножкой и надувает губы от злости.
Вид у него был непередаваемо милый.
Ань Ян расплылся в улыбке:
— Охо-хо, а мой старший сын, оказывается, настоящий strategist!
Сяо Пидань скривил розовый ротик, сделал вид, что вот-вот разрыдается, и принялся отчаянно тереть кулачками глаза, издавая жалобное «у-у-у».
Ань Ян сразу раскусил фальшь.
Но кто бы мог подумать, что выдержка Лянь Му окажется столь хрупкой? Увидев «несчастные» слезы брата, он мгновенно бросил все дела, подбежал к коробке, снял Сяо Пиданя и принялся его баюкать.
Как и следовало ожидать, стоит малышу оказаться на руках у старшего, как слезы испарились. Сяо Пидань заходился звонким, победным хохотом и с вызовом показал Ань Яну язык.
Ань Ян: «…»
Лянь Му беспомощно перепоручил брата отцу и вернулся к плите. Но тут возникла новая проблема: конфорка категорически отказывалась зажигаться.
То ли пьезоподжиг барахлил, то ли ещё что. Без огня завтрак не приготовишь. Лянь Му вздохнул:
— Попробую разогреть в микроволновке, а потом вызову мастера по газу.
В этот момент Сяо Пидань высунулся из объятий Ань Яна, замахал ручонками, призывая не торопиться, ловко выкарабкался на волю и прыгнул прямо на кухонную плиту.
Затем мелкий упёр ручки в бока, встал возле конфорки и принял классическую позу Повелителя Огня. Широко расставив пухлые ручонки, он с силой дунул на горелку:
— Хэ-э-э!
Это было не просто дыхание — малыш выдохнул самый настоящий столб пламени!
Газовая плита вспыхнула мгновенно!
Пламя оказалось настолько мощным, что едва не сожгло весь гарнитур. На потолке тут же сработала пожарная сигнализация, и из распылителей хлынули струи воды.
Услышав шум, Бэймин Шисы слетел с лестницы и застал в кухне полный разгром: вода капала с потолка, а Ань Ян стоял с открытым ртом.
Бэймин Шисы нервно дернул веком:
— Что здесь произошло?
Ань Ян молчал.
Его едва родившийся сын… оказался обладателем поистине безграничной магии!
Он не просто умел менять облик. Будучи водяным драконом, он каким-то образом умудрился выдохнуть огонь! Честно говоря, Ань Ян, хоть и обладал водной стихией Ян, сам управлять пламенем не умел.
Превосходство сына над отцом должно было вызывать гордость — ребёнок растёт умным, талантливым, с великим будущим. Но, глядя на этого хулигана, Ань Ян с ужасом думал о том, какими тяжёлыми будут их последующие годы!
* * *
Узнав, что у Ань Яна вылупился второй малыш, дядя Лю Бэй решил заглянуть в гости, а заодно приготовить племяннику что-нибудь питательное.
В субботу у Лю Бэя выкроился свободный день — министр Ли отправился на очередной симпозиум, так что Лю Бэй пришёл к Бэймину Шисы один, принеся с собой целую гору продуктов.
Едва переступив порог, он увидел Сяо Пиданя.
Малыш был несказанно хорош: огромные глаза, точёный носик, пухлые розовые губки — даже когда он не улыбался, казалось, будто он таит хитринку. Внешность он целиком унаследовал от Бэймина Шисы, и назвать её можно было одним словом — роковая красота.
Лю Бэй удивлённо уставился на дракончика:
— Разве это сын? Это же девчушка!
Ань Ян безнадёжно потер лоб. Дядя решил так вовсе не из-за ангельской мордашки малыша.
А потому что…
Сяо Пидань был наряжен в пышное платьице!
Утром он увязался за Лянь Му в супермаркет, увидел в отделе игрушек Барби и буквально потерял покой. Лянь Му не устоял: старший брат мог вынести любые проказы, кроме двух вещей — слёз и ласки. Стоило малышу пустить слезу и обнять его за шею, как вся строгость Лянь Му испарилась.
Лянь Му наивно полагал, что братцу просто понравилась кукла. Но он жестоко ошибался!
Сяо Пиданю не нужна была кукла — его пленило её платье!
Вернувшись домой, проказник тут же остриг Барби, забрал её наряд себе, да ещё и с помощью зеркала умудрился завязать себе два кокетливых хвостика.
В итоге Лю Бэй наблюдал милейшую картинку: два хвостика, огромные сияющие глаза, миниатюрное платьице — стопроцентное девичье очарование.
Ань Ян закрыл лицо ладонями. У его сына с детства проявился потенциал мастера перевоплощения… Потрясающе, просто потрясающе.
Лю Бэй ушёл на кухню готовить обед, и вскоре в дверь опять позвонили.
Ань Ян решил, что вернулся министр Ли, но на пороге оказались Сюань Е и маленький принц-дракон Ао Цы. Они тоже услышали о пополнении в семействе и пришли навестить малыша. Как сородич-дракон, Ао Цы принёс подарок — свою любимую диванную подушку в виде гигантской креветки-лангуста.
Сяо Пидань никогда раньше не видел таких чудищ. Он с подозрением уставился на плюшевого рака и около пяти минут гипнотизировал его взглядом.
Сюань Е улыбнулся и погладил малыша по мягким волосикам. Два хвостика смотрелись невероятно трогательно, а сами волосы переливались на свету, словно в рекламе дорогого шампуня.
Чувствуя прикосновение, Сяо Пидань поднял глазки и что-то задорно залепетал. Сюань Е, разумеется, ничего не понял, но ласково угукнул в ответ.
Глядя на дракончика, демон-кот внезапно почувствовал, как в памяти всплывают давние образы. И это были не воспоминания о первой встрече с Ань Яном.
А воспоминания о маленькой, глуповатой «карповой рыбке».
Это произошло при их первой встрече.
Бестолковый карпик выбросился на берег и беспомощно бился о сухую землю, готовый вот-вот испустить дух. Сюань Е, проходивший мимо, заметив его, остановился.
Бедный карп отчаянно бил хвостом, пытаясь сползти к воде, как вдруг увидел чёрного кота. От страха его чешуя встала дыбом. Несчастный, едва живой от жажды, пролепетал:
— К-кот-небожитель… не ешь меня! Во мне одни кости, я совсем невкусный!
Кот и не собирался его есть, но, глядя на молящие глаза, решил немного пошутить:
— А я как раз люблю костлявую рыбу. У неё самое нежное мясо.
Карпик задрожал всем телом:
— Враньё! Все знают, что карпы костлявые и колючие! Кот-небожитель, не ешь меня, у меня кости острые, в горле застрянут!
Сюань Е усмехнулся:
— Ладно, могу и не есть. И даже в воду отпущу. Но что ты мне за это дашь?
Малыш тут же зачастил:
— Всё дам! Я… я принц Северного моря! Меня зовут Ао Цы! Если вернёшь меня в воду, я исполню любое твоё желание!
— Правда?
— Настоящий принц всегда держит слово!
— Хорошо, — улыбнулся кот. — Сейчас мне от тебя ничего не нужно, но при случае я вспомню о долге.
— Спасибо, кот-небожитель! Вы такой добрый!
Вспоминая прошлое, Сюань Е косо взглянул на взрослого Ао Цы, который с увлечением расхваливал свою подушку-креветку. Похоже, дракончик ничего не помнил. А ведь когда-то звал его «котом-небожителем» и заглядывал в глаза с таким восхищением… А теперь что?
Ао Цы почувствовал на себе пристальный взгляд и занервничал:
— Ты чего так смотришь?
Сюань Е мягко улыбнулся:
— Да так. Просто вдруг рыбки захотелось.
Ао Цы: «…»
Все уселись за стол. Сяо Пидань, похоже, проникся к Сюань Е особой симпатией: будучи «рыбкой», он совершенно не боялся кота.
Глядя на это, Бэймин Шисы изошёл уксусной ревностью: мало того что этот кот вьётся вокруг Ань Яна, так теперь ещё и к сыну подбирается!
После обеда пожаловала мисс Мэнпо. В руках она держала изящную коробочку:
— Смотрите! Это моя новая разработка — особо мощный шоколад!
Ань Ян мысленно перекрестился. Опять волшебный шоколад! У него свой собственный эффект двухсотлетней давности ещё не закончился!
Мэнпо с энтузиазмом зазывала:
— Честное слово, вещь потрясающая! Новейшие технологии, результат гарантирован! На этот раз срок действия продлен… до двух тысяч лет!
У Ань Яна задергался глаз. Две тысячи лет?! От двух таких конфет можно и мир пересоздать!
Сяо Пидань, унаследовавший от Бэймина Шисы любовь к сладкому, при виде шоколада не мог оторвать глаз. Ань Ян тут же забрал коробку, ушёл на кухню и спрятал её на самую верхнюю полку кухонного шкафа. После чего строго внушил сыну:
— Этот шоколад есть нельзя! От него животик заболеет. Понял? Никакого воровства!
Сяо Пидань с видом истинного послушника кивнул, хотя в глазах у него заплясали чертики.
Дом гудел от гостей. Позже к ним присоединился и освободившийся с совещания министр Ли. Выглядел он уставшим и почти ничего не ел за весь день.
Лю Бэй обеспокоился:
— Что, опять желудок схватило?
Министр Ли вздохнул:
— Терпимо. Ничего страшного.
— Посиди, я сейчас подогрею тебе молока, — Лю Бэй поспешил на кухню.
Воспользовавшись тем, что взрослые отвлеклись, Сяо Пидань шмыгнул на кухню. Карабкаясь по дверцам, он пробрался к верхнему ящику, залез внутрь и, как мышонок, шустро шурша фольгой, развернул шоколадку.
Лю Бэй, не замечая происходящего под потолком, налил молоко в кружку и поставил её в микроволновку.
Затаившись в ящике, Сяо Пидань выждал момент. В руке он сжимал увесистый кусок шоколада, ждя, пока Лю Бэй отвернется.
Но тут в кухню вошёл Лянь Му — он искал пропавшего брата.
Сяо Пидань вздрогнул, пальцы его соскользнули, и кусок шоколада — размером больше его самого! — с громким бульк! шлёпнулся прямо в горячее молоко, мгновенно растворившись.
Малыш с глубочайшим сожалением уставился на кружку. Его добыча превратилась в шоколадное молоко!
Он попытался отломить ещё кусок, но Лянь Му уже заметил его:
— Ах вот ты где! Ну-ка марш оттуда!
Сяо Пидань удручённо спустился, с досадой кусая пальчик.
Лю Бэй, так и не заметив превращения, достал из холодильника лёгкую закуску и вместе с кружкой вернулся в гостиную.
— На, выпей, станет легче, — подал он молоко Ли Вэню.
Министр Ли сделал глоток и с улыбкой заметил:
— Спасибо. Очень насыщенный шоколадный вкус.
— Шоколадный? — удивлённо переспросил Лю Бэй. — Какой шоколад?
Ли Вэнь поднял кружку:
— Шоколадное молоко. Правда, на дне не всё растворилось.
Лю Бэй окончательно растерялся: он же грел обычное молоко!
В этот момент из кухни вышел Бэймин Шисы и спокойно спросил:
— Кто трогал шоколад Мэнпо? Одной плитки не хватает.
Сяо Пидань тут же уставился в потолок с самым невинным видом.
Министр Ли: «…»
Лю Бэй: «…»
Ли Вэнь с опозданием осознал, что только что выпил новейший препарат Мэнпо… со сроком действия в две тысячи лет.
* * *
На днях Ань Яна порадовала отличная новость: ему позвонил его главный кумир — писатель И Е Би Му.
У Ань Яна было два кумира. Первый — И Е Би Му, чьи книги он зачитал до дыр и бережно хранил на полке. Второй — художник Эви.
И Е Би Му позвонил лично, чтобы предложить Ань Яну экземпляр своей новой книги до её официального выхода. Повесть пока не поступила в продажу, а в интернете выходила лишь частями — финал придерживали до премьеры экранизации. Так что прочесть роман целиком могли только внутренние сотрудники и сам автор.
После истории с духом слова Ань Ян очень помог Цяо Е, и с тех пор писатель всегда присылал ему новинки.
Ань Ян, разумеется, с радостью согласился.
Цяо Е улыбнулся:
— Тогда отправлю экспресс-доставкой. И ещё… тут такое дело. Организаторы фильма устраивают закрытый литературный вечер перед кастингом. Не хочешь прийти?
Ань Ян едва не запрыгал от восторга:
— Хочу! Конечно хочу! Обязательно буду!
В этот момент дверь кабинета открылась, и на пороге появился Бэймин Шисы. Стоило ему отлучиться на совещание, как его благоверный уже вовсю флиртовал по телефону с другим мужчиной!
Бэймин Шисы подошёл ближе и сверху вниз смерил Ань Яна темным взглядом.
Ань Ян лишь досадно отмахнулся от него, как от назойливой мухи, показывая, чтобы тот не мешал разговору.
Бэймин Шисы: «…»
Поговорив с Цяо Е ещё минут пятнадцать, Ань Ян наконец положил трубку и сияющими глазами уставился на партнёра:
— Бэймин! Меня пригласили на вечер!
Бэймин Шисы лишь холодно хмыкнул:
— Теперь я понимаю, в кого наш Сяо Пидань такой шустрый.
— В кого? — не понял Ань Ян.
— В тебя, — заново прищурился Бэймин Шисы. — Стоит оставить тебя без присмотра на три дня, как ты уже рвешься на крышу и милуешься по телефону с посторонними мужиками. А?
Ань Ян промолчал. Кумир — это же совсем другое! Впрочем, спорить он не стал, опасаясь, как бы Бэймин Шисы от ревности не натворил глупостей…
Вечер задумывался как масштабный промоушен: инвесторы фильма собирались привезти топ-звёзд, чтобы создать шумиху. По слухам, на вечеринке должен был появиться не только И Е Би Му, но и сам Эви — для подписания контракта на адаптацию книги в мангу.
Пропустить такое событие Ань Ян просто не мог!
Но самым приятным сюрпризом стало то, что организатором вечера выступала развлекательная компания А-Яня. А значит, А-Янь тоже там будет.
Поэтому Ань Ян позвал с собой и Жэнь Шицзю.
Тот сначала отказывался: он и так едва сдерживал свои чувства, наблюдая за А-Янем издали. Столкновение лицом к лицу могло привести к непредсказуемым последствиям. Но и отказаться окончательно Жэнь Шицзю не смог — сердце рвалось к любимому. В итоге он решил пойти с ними, хотя бы чтобы просто посмотреть издали.
Помимо взрослых, на вечер отправились Лянь Му и Сяо Пидань. Оставлять младшего дома Ань Ян не рискнул: Лянь Му при всей своей ответственности был слишком слаб перед капризами брата.
Лянь Му облачился в строгий чёрный костюмчик. Мальчик рос настоящим красавцем, и в смокинге с серьёзным выражением лица выглядел невероятно стильно.
Сяо Пиданя из-за его крошечного роста наряжать не стали — его всё равно никто не должен был видеть.
Ань Ян выбрал элегантный серебристо-белый костюм. Поправив бабочку Лянь Му, он удовлетворенно кивнул. В этот момент из гардеробной вышел Бэймин Шисы.
На нём был тёмно-серый костюм с едва заметным текстурным узором и жилетом. Атлетическая фигура Бэймина Шисы идеальным образом наполняла ткань — широкие плечи, узкая талия, мощный бюст. Он выглядел как ходячий вулкан мужественности.
И тут Ань Ян заметил: узор на костюме Бэймина Шисы точно повторял орнамент на его собственном пиджаке. Это был парный наряд!
Ань Ян заворожённо смотрел на партнёра. Бэймин Шисы двигался с такой небрежной грацией, что ему не требовались никакие софиты — он и так ослеплял своей мужской харизмой, а ямочка на щеке придавала его облику неотразимый шарм.
— Папа… — подал голос Лянь Му, снизу вверх глядя на Ань Яна. — У тебя сейчас кровь носом пойдёт.
Ань Ян: «…»
* * *
Отель, где проходил вечер, утопал в роскоши. Холл кишел знаменитостями, бизнесменами и вспышками журналистских камер.
Едва они вышли из машины, как пресса ринулась к ним:
— Господин Бэймин!
— Господин Бэймин, пару слов для прессы!
Ань Ян чуть не ослеп от непрерывного вспыхивания фотокамер. Он совсем забыл: Бэймин Шисы был не просто миллионером, но и блогером-миллионником с огромной армией фанатов.
С трудом миновав оцепление, они пробрались в банкетный зал.
И Е Би Му уже стоял в окружении поклонников, и пробиваться к нему сейчас не имело смысла. Пока Ань Ян раздумывал, к ним подошёл сам хозяин вечера.
А-Янь в сопровождении высокого представительного мужчины направился к Бэймину Шисы. Это был тот самый человек, с которым А-Янь уезжал в тот вечер.
Бэймин Шисы не ошибся: перед ними стоял старший брат А-Яня, глава семьи Цинь — Цинь Кайцзи. Железный делец, с которым мало кто любил иметь дело из-за его сурового нрава, но с которым считались абсолютно все.
Цинь Кайцзи обменялся рукопожатием с Бэймином Шисы:
— Рад видеть вас, господин Бэймин. Ваш визит делает нам честь.
Затем он представил младшего брата:
— Это А-Янь. С этого года он руководит нашими развлекательными активами. Он ещё молод, рассчитываю на ваше покровительство.
Пока они обменивались любезностями, Жэнь Шицзю старался держаться в тени. Но Бэймин Шисы не дал ему сбежать:
— А это Жэнь Шицзю, мой лучший сотрудник.
Цинь Кайцзи вежливо кивнул:
— Здравствуйте, господин Жэнь.
А-Янь, протягивая руку для рукопожатия, вдруг удивлённо узнал его:
— Это вы? Как ваша рука?
Жэнь Шицзю, не ожидавший, что А-Янь его помнит, смущённо спрятал руку:
— Спасибо, господин Цинь, всё уже зажило.
Цинь Кайцзи поднял бровь:
— Вы знакомы?
А-Янь пояснил:
— Мы встречались в ресторане. Я рассказывал тебе, брат.
— Вот как? Раз все свои, к чему формальности, — Цинь Кайцзи перевёл взгляд на Ань Яна. — А это?..
Ань Ян хотел было представиться ассистентом — всё-таки он числился в штате у Бэймина Шисы, — но тот опередил его:
— Это мой супруг, Ань Ян.
Ань Ян обомлел. Он не ожидал такой прямоты перед посторонними людьми!
Цинь Кайцзи лишь слегка удивился, но тут же мягко улыбнулся:
— Приятно познакомиться, господин Ань. Вы с Бэймином удивительно откровенны. В этом мы с ним похожи.
Он повернулся и позвал:
— Чанся, иди сюда.
К ним подошёл молодой человек лет двадцати.
У Ань Яна перехватило дыхание. Юноша был невероятно красив — той утончённой, хрупкой красотой, от которой замирает сердце. Идеальные черты лица складывались в образ абсолютно неземной, сверкающий. Но главным в нём была не внешность, а лёгкая, едва уловимая печаль, из-за которой на него хотелось смотреть не отрываясь.
— Это мой супруг, Су Чанся, — представил его Цинь Кайцзи. В его глазах мелькнула невероятная нежность.
Поскольку к Бэймину Шисы постоянно подходили гостевые делегации, он отправил Ань Яна в зону отдыха:
— Главное — не пей алкоголь.
— Знаю, знаю, — отмахнулся Ань Ян.
Бэймин Шисы ушёл, и Ань Ян остался с детьми и Су Чанся. Юноша был молчалив, и Ань Ян не знал, как завязать разговор.
Вдруг Лянь Му дернул отца за рукав и выразительно замигал глазами.
Ань Ян проследил за его взглядом и чуть не закричал на весь зал.
Су Чанся поднес к губам бокал с шампанским. А внутри бокала… пуская пузыри, весело вилял серебристый хвостик!
Сяо Пидань!
Этот негодник забрался в чужой бокал!
У Ань Яна в голове брызнули искры. Закричать «Не пейте, там мой сын!» было нельзя — это вызвало бы панику.
И тут Ань Яна озарило.
Он сделал шаг вперёд и с громким бум! впечатал Су Чанся ладонью в стену, запечатывая его в углу!
Су Чанся потрясённо вскинул глаза.
Ань Ян, хоть и уступал Бэймину Шисы в росте, выглядел в своём белом костюме невероятно эффектно. Он чуть прищурился и произнёс низким, бархатным голосом:
— Такой прелестной особе не стоит увлекаться спиртным…
С этими словами он мягко забрал бокал из рук ошеломлённого юноши и за спиной передал его Лянь Му.
Ань Ян изо всех сил продолжал играть роль рокового соблазнителя:
— А то кто-нибудь обязательно воспользуется вашей слабостью…