— Братец... — Кузина Сяньсянь, замешкавшись, попыталась оправдаться: — Послушай же! Она... она настоящая демоница! Ты просто одурачен её чарами! Я ходила в даосскую обитель, сам знаменитый даос Цинмао дал мне этот священный артефакт для изгнания нечисти!
— Довольно! — отрезал Бэймин Шисы. — Даос Цинмао, говоришь?
Он едва заметно повел рукой, и двое слуг тут же ввели в залу кучера. Тот валился на колени и дрожал, словно осиновый лист.
Увидев его, кузина побледнела. Пальцы сжались, комкая шелковый платок, в глазах металась паника — она судорожно искала путь к спасению.
Бэймин Шисы равнодушно спросил:
— Скажи-ка, кузина, ты ведь в последние дни не покидала усадьбу? Откуда же у тебя встречи с даосом Цинмао?
Кучер ткнулся лбом в пол и запричитал:
— Старший молодой господин! Пощадите! Я виноват, больше никогда не посмею! Молодая госпожа... с тех пор как прибыла в наш дом, ни разу не выходила за ворота! Она...
— Замолчи! — срывным голосом визгнула кузина, перебивая слугу.
Тот вздрогнул и зажмурился, но Бэймин Шисы чеканно произнес:
— Продолжай.
Кучер перевел взгляд с кузины на старшего хозяина и, пересиливая страх, выпалил:
— Не выходила она! Но дала мне денег... Чтобы я всем рассказывал, будто возил её в обитель Цинмао! Я... я просто позарился на медяки, попутал бес...
Обман раскрылся. Девица не бывала ни в какой обители и уж тем более не встречалась с бессмертным даосом. А проклятая свеча оказалась обычным огарком. Похоже, она просто хотела изуродовать Ань Яна, спалив ему лицо.
Кто же знал, что Бэймин Шисы вернется так быстро и разом сорвет с неё маску?
Кузина нервно терла платок, теряя остатки самообладания. Госпожа Цинь, глядя на племянницу, ахнула:
— Сяньсянь! Неужели это правда?! Как ты могла... Если свечу дал не даос, ты что же... собиралась сожгать собственную невестку?! О чём ты только думала?!
Девица всхлипнула, закрыла лицо руками и припала к ногам госпожи Цинь, заливаясь слезами:
— Третья тетушка... У-у-у... Сяньсянь просто глупая, совершила ошибку! Но я же ради братца старалась! Эта невестка... она ведь совсем не блюдет женскую добродетель!
Ань Ян чуть не закатил глаза к самому потолку. Какая еще «женская добродетель»? Во-первых, он вообще не женщина, а во-вторых... Ну и пережитки феодализма! Хотя, если подумать, сейчас ведь как раз то самое время...
Госпожа Цинь разгневалась:
— Сяньсянь! До чего дошла, а все не замолчишь?!
— Тетушка, это правда! Поклянусь чем угодно! — запричитала кузина. — Я своими глазами видела, как она миловалась с нетесаным слугой! А потом они оба побежали в покои второго братца и устроили там... разврат втроем!
— Наглость!
Оглушительный рык Бэймин Шисы заставил всех вздрогнуть.
ПРАЧ!
Стиснутый кулак Бэймина с такой силой обрушился на чайный столик, что прочное дерево разлетелось на куски. Осколки и щепки со звоном сыпанулись на пол.
Лицо Бэймин Шисы потемнело от ярости. Голос звучал ледяным хрипом:
— Пусть ты и дальняя родственница нашей семьи, я не позволю клеветать на людей рода Цинь.
— Но я правда видела! Своими глазами! — упрямо выкрикнула девица.
Госпожа Цинь всплеснула руками:
— Сяньсянь, да что за срам ты несешь?! Как у незамужней девушки вообще язык поворачивается говорить подобное?!
— Это правда! Я видела!
Бэймин Шисы презрительно усмехнулся:
— Своими глазами? Скорее, твоя собственная грязь в душе заставляет видеть нечестивость в каждом шаге окружающих.
— Братец...
Бэймин Шисы не дал ей договорить:
— Это я попросил супругу зайти к младшему брату и занести кое-какие вещи. В лавках сейчас много дел, у А-Яня слабое здоровье, вот я и обратился к жене. Кто же знал, что это породит столько грязных сплетен.
Ань Ян косо взглянул на Бэймина. Тот явно покрывал его, ведь о визите к А-Яню Бэймин Шисы знать никак не мог...
Кузина онемела от изумления. Госпожа Цинь строго произнесла:
— Сяньсянь! Хватит! До каких пор ты будешь устраивать этот цирк?!
Лицо Бэймин Шисы оставалось суровым:
— Хоть наш род и не из высшей знати, правила в доме строгие. Нам не нужны завистливые сплетники с ядовитым нутром. Матушка, при всем уважении к вам, сегодня ей придется покинуть этот дом.
Госпожа Цинь промолчала, не став возражать. Бэймин Шисы махнул рукой, и в залу мгновенно вошли двое крепких слуг.
— Выставьте её вон. Отныне она нам не родственница, и ноги её здесь больше не будет.
— Слушаемся, старший молодой господин!
Слуги подхватили кузину под руки. Та отчаянно забилась, окончательно позабыв про манеры благовоспитанной девицы, и закричала:
— Нет! Братец! Не прогоняй меня! Я же... я же просто люблю тебя! Я хотела стать твоей женой! На её месте должна быть я! Неужели ты не видел, как я к тебе отношусь?!
Ань Ян про себя хмыкнул: «Ничего себе повороты! Я, вообще-то, официальная законная супруга и стою прямо тут, а эта девица решила идти ва-банк?»
Бэймин Шисы даже не вздрогнул. Лишь тихо усмехнулся:
— Любишь? Что же ты тогда не просила матушку устроить нашу свадьбу?
— Я... я просто... — замялась кузина, теряя нить мысли.
Бэймин продолжение сформулировал сам:
— По городу ходят слухи, будто я свожу в могилу своих жен. Ты просто побоялась рисковать шкурой.
— Нет! Всё не так! — залепетала она, захлебываясь слезами. — Я просто стеснялась! Боялась признаться в чувствах! А эта дрянь перешла мне дорогу! Братец, прогони её, прогони! Я выйду за тебя, слышишь? Ну пожалуйста!
Она попыталась скроить умильную мину, но тушь потекла, лицо пошло темными разводами — зрелище вышло жалким и отталкивающим.
Бэймин Шисы спокойно произнес:
— Нет.
— Братец!..
Девица явно не ожидала столь сухого и мгновенного отказа. Он выкинул её предложение, словно сор, даже не задумываясь.
— Ты так сильно её любишь?! — в отчаянии визгнула она.
Бэймин Шисы косо взглянул на Ань Яна. У того от этого взгляда внезапно ёкнуло сердце.
— Да, — просто ответил Бэймин.
Всего одно короткое слово упало, точно тяжелый камень в тихую воду. Ань Ян почувствовал, как пульс мгновенно подскочил, а к щекам прихлынула горячая волна.
Кузина окончательно лишилась разума от злости:
— Ах ты, лисица обольстительная! Я уничтожу тебя! Дрянь! Лисица!
Но Бэймин Шисы больше не слушал. Он качнул головой, и слуги выволокли орангутаноподобно брыкающуюся девицу за ворота усадьбы.
Ань Ян мысленно усмехнулся: «Лисица? Ха! Я настоящий дракон! Какая-то лисица мне и в подметки не годится».
— Чему улыбаешься? — прищурился Бэймин Шисы.
Ань Ян мгновенно сбавил спесь, поджал губы и слегка кашлянул, делая невинный вид.
Бэймин цапнул его за запястье:
— Пошли.
Он притащил Ань Яна в спальню, завел внутрь и с шумом захлопнул дверь, отпустив слуг.
Ань Ян встал у стены, вытянувшись в струнку с самым покорным и виноватым видом.
Бэймин Шисы встал напротив, скрестил руки на груди и сверху вниз посмотрел на него:
— Раздевайся.
— Чего?! Раздевайся?.. — Ань Ян судорожно сглотнул и сжал ворот платья. — Так ведь... еще светло!
Бэймин Шисы издал короткий смешок, сделал шаг вперед и с сухим стуком прижал Ань Яна ладонью к стене:
— И о чём же ты подумал, а? Я хочу посмотреть, не поранился ли ты.
Ань Ян: «...»
Мысли у него, конечно, унеслись вообще не в ту степь... Черт бы побрал этого Бэймина, мог бы выражаться точнее!
— Да всё в порядке, я крепкий, ничего со мной не случилось, — смущенно пробормотал Ань Ян.
Бэймин не сводил с него строгого взгляда:
— Снимай.
Делать нечего, Ань Ян вздохнул и принялся расстегивать пуговицы. Он отлично знал: если не сделает сам, Бэймин Шисы берется за дело лично, а там уже дело одной проверкой точно не закончится.
Бэймин осмотрел его с ног до головы, тщательно проверяя каждый сантиметр кожи. Убедившись, что никаких ссадин и ожогов нет, он наконец расслабил плечи.
Ань Ян поспешно застегнул ворот.
— Ты ходил к А-Яню? — как бы между прочим спросил Бэймин.
«Ну вот, началось...» — подумал Ань Ян и принялся лепетать:
— Ну... твоему брату сегодня нездоровилось. Шицзю приходил за тобой, но тебя не было дома, вот я и... решил проверить, как он.
Бэймин одарил его долгим взглядом, затем подошел к столу, налил себе чашку чая и сделал медленный глоток.
Ань Ян следил за каждым его движением, сглатывая слюну. У этого гада даже обычное питье воды выходило до того соблазнительным, что тестостерон едва не пробивал крышу. Но сейчас было не время любоваться красотой...
Отпив чаю, Бэймин Шисы поманил его пальцем:
— Подойди.
Ань Ян послушно шагнул к нему, решив, что спорить с амнезийным мужем себе дороже.
— Садись.
Ань Ян уже вознамерился присесть на соседний стул, но Бэймин похлопал себя по бедру:
— Сюда.
Ань Ян замер. Посмотреть на эти длинные ноги было, конечно, приятно, но садиться к нему на колени среди бела дня?..
Не давая времени на раздумья, Бэймин цапнул его за руку и с силой потянул на себя.
— Ах!
Мир качнулся, и Ань Ян уже оказался в крепких объятиях, устроившись на чужих коленях.
«Ладно, — подумал Ань Ян, — у нас вообще-то ребенок есть, что мне, какими-то обнимашками смущаться?»
Он уселся поудобнее и приготовился слушать выговор.
Бэймин Шисы ровным голосом произнес:
— Скажи, что любишь только меня.
— А? — Ань Ян застыл, хлопая глазами. — Чего?
— Не «чегокай». Говори.
Ань Ян вытаращился на него:
— Как у тебя вообще язык поворачивается просить о таком?
Бэймин усмехнулся и легким касанием поцеловал его в подбородок:
— Ты мой человек. Почему я должен стесняться?
Ань Ян промолчал. Логика, конечно, железобетонная.
Бэймин буквально вымогал у него клятву, угрожая не выпустить из рук. Ань Яну ничего не оставалось, кроме как поклясться. В конце концов, кроме Бэймина, он все равно никого никогда не любил.
Получив желаемое, Бэймин сжалился, но из объятий так и не выпустил. Они продолжали сидеть в обнимку, точно склеенные.
Вдруг Ань Ян вспомнил:
— Кстати... а ту мисс Гу так и не нашли?
Бэймин качнул головой:
— Пока нет.
Слухи о пропажах людей не давали Ань Яну покоя. Он подозревал, что тут замешан тот самый даос, но сидя в усадьбе, разузнать подробности не мог. А Жэнь Шицзю был занят А-Янем.
Только Бэймин Шисы, постоянно бывавший в городе, владел информацией.
Ань Ян решил зайти издалека и спросил про эту девушку.
Бэймин неожиданно хитро улыбнулся. У Ань Яна аж мурашки пошли по коже:
— Ты... чего так смотришь?
Бэймин сжал его подбородок:
— Что, ревнуешь?
Ань Ян опешил, а потом до него дошло. Бэймин решил, будто Ань Ян расспрашивает про мисс Гу из банальной ревности!
«Вот ведь наказание! Я же про дело спросить хотел!»
Впрочем, воображаемая ревность явно подняла Бэймину настроение, и он охотно поделился подробностями.
Пропавшие действительно все как один были слабы здоровьем. Мужчины и женщины разного возраста — перед исчезновением каждый из них тщетно пытался лечиться у разных лекарей. Больше никаких общих зацепок не было.
Ань Ян окончательно убедился: без даоса тут не обошлось.
На следующий день, едва Бэймин Шисы уехал по делам лавки, Ань Ян решил встретиться с Жэнь Шицзю, чтобы обсудить эти странные дела.
Выйдя во двор, он сперва хотел направиться к А-Яню, но вовремя спохватился. В этом ханжеском мире лишний визит к младшему брату мужа мог вылиться в очередную грязную сплетню.
Он уже собирался послать слугу за Шицзю, как вдруг сам Жэнь Шицзю показался на аллее.
После вчерашнего визита Ань Яна Жэнь Шицзю вел себя крайне странно. Во всяком случае, так казалось А-Яню.
Шицзю словно нарочно избегал его, держался на расстоянии и отводил взгляд. Стоило А-Яню случайно коснуться его руки, как тот отшатывался, словно от огня.
Между ними как раз наступала та самая хрупкая пора неопределенности. Хотя никто из них не признавался в чувствах, А-Яню с первой же встречи казалось, будто они знакомы вечность. Вчерашний порыв, когда они чуть не поцеловались, оставил глубокий след, но А-Янь потом потерял сознание и мало что помнил. А очнувшись, обнаружил, что Шицзю избегает его, точно чумы.
А-Янь чувствовал досаду и полное замешательство.
Днем, когда слуги уложили его отдыхать, он не смог заснуть. Заметив, что Шицзю куда-то ушел, А-Янь тихонько выбрался из комнаты и побрел по саду, пока не увидел Жэнь Шицзю, идущего к выходу из двора.
Сгорая от любопытства, А-Янь пошел следом — и увидал, как тот встречается с Ань Яном.
Хоть Ань Ян и был его невесткой, у А-Яня внутри все равно вспыхнул укол безотчетной ревности.
Тем временем Ань Ян и Жэнь Шицзю делились новостями:
— Уже семнадцать человек пропало, — угрюмо сообщил Шицзю. — Если так пойдет и дальше, быть беде.
Ань Ян потер подбородок:
— Надо срочно найти этого даоса, что навредил А-Яню. Но он словно сквозь землю провалился!
Шицзю вздохнул:
— Мы торчим в этом сновидении уже слишком долго. Надо торопиться, пока сон Бабочки не развеялся.
Ань Ян и сам нервничал. Из трех человек, отправившихся в этот сон, самый сильный и опытный боец напридумывал себе глупых ролей и превратился в старшего брата А-Яня! Мало того что отряд потерял главного боевого мага, так этот самый маг еще и придаряет за собственным «союзником»!
Ань Ян отчаянно вздохнул:
— Ты не представляешь, как мне тяжело с ним...
Он не успел договорить. Из-за поворота показались две фигуры. Ань Ян аж воздухом поперхнулся:
«Опять он?! Сюда-то как попал? Он же в лавку уехал!»
Рядом с Бэймин Шисы шел А-Янь. Оба явно заметили шепчущуюся парочку.
Бэймин Шисы широким шагом подошел к Ань Яну и с ходу хозяйским жестом обнял его за талию:
— Стоило мне отлучиться, а ты опять за свое?
Ань Ян замер: «Почему это каждый раз выглядит так, будто меня ловят на измене?!»
А-Янь молча бросил быстрый взгляд на Жэнь Шицзю. Тот при виде хозяина поспешно отступил на пару шагов. Ань Ян знавал причину: Шицзю был призрачным стражем, его темная энергетика губительно влияла на смертное тело А-Яня.
Но А-Янь истолковал этот жест по-своему. Лицо его потемнело, он закусил губу и отвернулся.
Ань Ян переводил взгляд с одного на другого, чувствуя витающее в воздухе напряжение, и фальшиво расхохотался:
— Ха-ха! Какая встреча!
Бэймин Шисы смерил его прохладным взглядом:
— Чуть я за порог — ты сразу бежишь к Шицзю?
— Да нет же! Случайно пересеклись! Шицзю просто переживает за здоровье второго молодого господина, вот и зашел спросить совета.
— Переживаешь за меня? — А-Янь вскинул голову и уставился на Жэнь Шицзю. — А я-то думал, ты и видеть меня не хочешь.
Шицзю осознал, что его поведение выглядело дико. Нахлынувшее вчера чувство, тот порывистый шаг...
— Вовсе нет! Я... — сбивчиво заговорил Шицзю.
Ань Ян смотрел на этих двоих, мнущихся точно школьники на первом свидании, и у него едва голова не разболелась. Он решил взять инициативу в свои руки:
— Вообще-то, Шицзю просил подумать, как помочь второму молодому господину. Слушай, Бэймин, говорят, в наших краях есть один очень умелый даос? Может, пригласим его, пусть проведет ритуал, изгонит недуг?
Бэймин Шисы посмотрел на него как на сумасшедшего:
— В глупые сказки про демонов и духов я не верю.
Ань Ян и Жэнь Шицзю синхронно лишились дара речи.
«Ничего себе! Владыка призраков не верит в нечисть! Забыл, кем сам является!»
В реальной жизни Бэймин Шисы только и делал, что расследовал преступления тварей из Подземного царства, а попав в чужой сон, мало того что придумал себе новую личность, так еще и мировоззрение переписал!
Видя, что Бэймин непреклонен, Ань Ян умильно попросил:
— Ну пожалуйста... Хотя бы ради моего спокойствия!
Бэймин Шисы смягчился:
— Раз уж ты так просишь... Пошлю слуг поискать этого лекаря.
Ань Ян облегченно перевел дух. С возможностями Бэймина найти даоса удастся куда быстрее.
Едва они направились к дому, как навстречу выбежал слуга:
— Старший молодой господин, второй молодой господин! Хозяин и госпожа просят вас срочно пройти в главную залу! К нам прибыл почтенный гость!
Бэймин нахмурился:
— Что еще за гость?
— Даосский мастер! Говорят, невероятный умелец. Прознал про болезнь второго молодого господина и пришел помочь.
Ань Ян и Жэнь Шицзю переглянулись.
Вот уж действительно: не было ни гроша, да вдруг алтын! Враг сам пришел в руки?
Бэймин хоть и относился к подобному со скепсисом, все же пошел в залу. Ань Ян, разумеется, увязался следом.
Навстречу им попались служанки, с улыбками перешептывавшиеся между собой:
— Ах, до чего же тот даос хорош собой!
— И не говори! Настоящий красавец!
— Кто бы мог подумать, что он такой молодой...
— С такой-то внешностью — и в монахи?
Ань Ян навострил уши. Молодой?
Его терзало любопытство: кто же этот негодяй, покалечивший А-Яня много лет назад? И если он использовал заклятие Карты Реки, значит, напрямую связан с той тайной организацией!
Они вошли в залу.
Господин и госпожа Цинь сидели на почётных местах. Отец семейства радостно объявлял:
— Знакомьтесь! Это знаменитый даос Цинмао!
Ань Ян взглянул на гостя — и внутри у него точно гром прогремел!
Не только Ань Ян застыл как вкопанный — даже всегда сдержанный Жэнь Шицзю изменился в лице. А уж если бы у Бэймин Шисы сохранилась память, тот и вовсе потерял бы дар речи.
Перед ними стоял юноша лет двадцати. На нем был строгий белый халат без традиционных даосских узоров. Смоляно-черные волосы, ниспадавшие на плечи, в лучах полуденного солнца отсвечивали едва заметным темно-рубиновым глянцем.
Лицо его излучало мягкость и доброту, а чуть прищуренные глаза смотрели с глубоким сочувствием.
Сюань Е!..
Ань Ян и в страшном сне не мог представить, что тем самым таинственным даосом окажется Сюань Е!
Заметив вошедших, Сюань Е вежливо поднялся. Но едва его взгляд упал на Ань Яна, он замер. Улыбка сошла с его лица, взгляд затуманился.
— Ты... — прошептал Сюань Е и медленно протянул руку, точно пытаясь коснуться щеки Ань Яна.
Сцена казалась странно знакомой.
ХЛОП!
Бэймин Шисы среагировал мгновенно. Он сбил руку даоса и заслонил собой Ань Яна, взирая на пришельца с откровенной враждебностью:
— Даос Цинмао, прошу вас, садитесь.
Сюань Е словно очнулся. Справившись с замешательством, он сел обратно и смущенно улыбнулся:
— Прошу прощения за бестактность. Молодая госпожа до такой степени похожа на одного моего давнего знакомого... Впрочем, тот знакомый был мужчиной.
В голове у Ань Яна бушевал ураган. Что здесь происходит?! Как Сюань Е превратился в даоса, навредившего А-Яню? Неужели он тоже состоит в «Карте Реки»?
Ань Ян мысленно мотал головой: «Нет, не может быть! Сюань Е столько лет был рядом со мной! Он не мог оказаться предателем! Или тут какая-то ошибка? Вдруг он тоже пришел в этот сон, чтобы помочь?»
Но если он пришел на помощь, почему не узнает своего хозяина? Неужели с ним случилось то же самое, что и с Бэймином?
От мыслей голова раскалывалась. Подняв глаза, Ань Ян столкнулся со взглядом Бэймин Шисы. Тот смотрел на него с немой угрозой: «Опять заигрываешь?!»
Ань Ян беспомощно развел руками и еле слышно прошептал:
— Я правда его не знаю...
Бэймин прищурился:
— Правда?
— Самая настоящая! — беззастенчиво соврал Ань Ян. (Ну не совсем соврал: человека-даоса он действительно не знал, он знал лишь черного кота!)
Сюань Е тем временем уже замерил пульс А-Яня.
Закончив осмотр, он не стал рисовать никаких талисманов, как помнил А-Янь, а просто набросал на бумаге рецепт:
— Недуг второго молодого господина застарелый, за один день его не исцелить. Пусть пока попьет этот отвар... Судя по его лику, он человек благочестивый, небеса обязательно пошлют ему спасение.
— Спасибо, мастер! Спасибо! Мой сын спасен! — радостно запричитали господин и госпожа Цинь.
Они тут же велели слугам бежать за снадобьями, а затем с поклоном обратились к Сюань Е:
— Вы преодолели такой долгий путь. Пожалуйста, останьтесь в нашей усадьбе на пару дней, дайте нам возможность выразить свою благодарность!
Сюань Е хотел было отказаться, но его взгляд снова метнулся к Ань Яну. Слова отказа застряли в горле. Он мягко улыбнулся:
— Что ж... благодарю за гостеприимство.
Видя это, Бэймин Шисы едва не задохнулся от вспыхнувшей ревности. Он цапнул Ань Яна за руку:
— Пошли в покои.
Ань Ян отчетливо чувствовал исходивший от мужа густой запах уксуса. «Ну точно, — подумал он, — кошки с собаками вовек не уживутся!» Недаром Бэймин и Сюань Е в реальной жизни дрались при каждой встрече. Еще три тысячи лет назад, когда Сюань Е был крошечным котенком, Бэймин его духу не переносил. А уж теперь, когда кот вырос в статного красавца, и подавно!
Не успели они пройти и пары шагов по коридору, как путь им преградил Сюань Е.
— Прошу прощения, задержитесь на мгновение.
Бэймин Шисы тяжелым взглядом одарил даоса:
— У вас есть еще какие-то дела, мастер?
Сюань Е не обратил внимания на его суровость. Глядя прямо на Ань Яна, он спросил:
— Как я уже говорил, у меня был друг, удивительно похожий на вашу супругу. Могу ли я узнать имя госпожи?
— Её зовут Ань-Ань, — отрезал Бэймин.
Ань Ян: «...»
Сюань Е едва заметно улыбнулся:
— Какое совпадение. Мой друг тоже носил фамилию Ань. Его звали Ань Ян.
Едва эти слова сорвались с его губ, Бэймин Шисы метнул на Ань Яна уничтожающий взгляд.
Ань Яну захотелось сквозь землю провалиться. Ну что за несносный кот! Нашел время ностальгировать!
Бэймин ничего не ответил. Сжав руку Ань Яна, он увлек его за собой. Сюань Е не стал их преследовать, лишь молча смотрел им вслед.
Вернувшись в спальню, Бэймин с треском захлопнул дверь. Ань Ян аж вздрогнул.
Бэймин сделал шаг вперед, опасно сузив глаза:
— И этот тоже из твоих «старых знакомых»?
— Да не знаю я никакого даоса! — честно заявил Ань Ян. И впрямь, даоса он не знал. Он знал черного кота. А кот это или даос — дело десятое!
Бэймин пристально всматривался в его лицо, пытался распознать ложь, но Ань Ян держался с такой непоколебимой праведностью, что Бэймин лишь недовольно фыркнул.
— Правда-правда! — с самой льстивой улыбкой заглянул ему в глаза Ань Ян. Он отлично знал: против ласки этот гордый котяра бессилен.
Напряжение спало. Поужинав в спальне, они больше никуда не выходили.
Вскоре слуги принесли огромную бадью с горячей водой для купания.
Ань Ян преувеличенно заботливо зачерпнул воды, проверил температуру и сладко улыбнулся:
— Старший молодой господин, прошу!
Бэймин Шисы с умеренным достоинством принял его ухаживания, скинул халат и шагнул в бадью.
Водяной пар окутал его фигуру мягкой дымкой. Бэймин и без того был хорош собой, а в этом туманном свете казался настоящим искусителем. Ань Ян поспешно потер нос пальцами — слава богу, кровь не пошла.
Бэймин Шисы погрузился в воду, откинулся на край бадьи и мокрыми пальцами зачесал волосы назад, открывая хищный, породистый профиль.
Даже на расстоянии Ань Ян физически ощущал исходящую от него волну дикого обаяния.
На щеке Бэймина проступила знакомая ямочка. В сочетании с его властным взглядом это зрелище выбивало почву из-под ног.
— Чего застыл? — проговорил Бэймин низким, чуть хрипловатым голосом. — Иди сюда. Помоемся вместе.
КХА-КХА!
Ань Ян подавился воздухом и зашелся кашлем. Он дался в дивное смущение, не смея поднять глаз. Этот змей становится все опаснее с каждым днем!
— Ты... ты сначала вымойся! — замахал он руками.
Заметив, как у Ань Яна покраснели даже кончики ушей, Бэймин усмехнулся:
— Стесняешься? Мы ведь делали вещи и похлеще.
В голове у Ань Яна словно что-то вспыхнуло. Закипел!
Бэймин тихо хохотнул:
— Или считаешь, что тот даос симпатичнее меня?
Ань Ян взмолился:
— Да сколько можно ревновать-то?!
Он глянул на Бэймина и едва снова не увяз в его чарах. Поспешно отведя взгляд, он выпалил:
— Ты самый красивый! Во всем мире нет никого красивее тебя!
И это была чистая правда. За три тысячи лет жизни Ань Ян видал всякое, но мужчины прекраснее Бэймина Шисы ему встречаться не доводилось. Сюань Е тоже был хорош собой, но... У Сюань Е не было этой чертовой ямочки на щеке!
Бэймин Шисы доволен ответом, хотя и заметил с привычным самолюбием:
— Я и сам так считаю.
Он подался вперед, положив руки на край бадьи, и лукаво прищурился:
— И что, даже при таком раскладе не присоединишься?
Лицо Ань Яна пылало, словно вареный рак.
— Я... я пойду принесу еще горячей воды!
Он выскочил из комнаты так быстро, что дежурившие у дверей слуги отшатнулись.
Бэймин Шисы тихо рассмеялся, глядя на закрывшуюся дверь.
Оказавшись на свежем воздухе, Ань Ян снова утер нос. Черт! Все-таки капля крови проступила! «Это все осенняя сухость, точно говорю!»
Убедившись, что поблизости никого нет, он решительным шагом направился к гостевому флигелю. Сюань Е, неожиданно ставший даосом, вызывал слишком много вопросов. Надо было выведать правду, пока Бэймин занят купанием.
Ань Ян вошел в гостевой дворик, раздумывая, какой повод придумать для визита.
Вдруг дверь флигеля с тихим скрипом отворилась. Сюань Е сам вышел на крыльцо.
На нем был простой белый халат, длинные черные волосы свободно спадали на плечи, еще влажные после омовения. В свете луны он казался сошедшим с картины небожителем.
«Надо же, какой вымахал, — подумал Ань Ян с невольной отцовской гордостью. — А ведь был крошечным котенком...»
Сюань Е замёрз посреди двора, любуясь луной. Вдруг он ровно произнес:
— Кто здесь?
Поняв, что укрыться не удалось, Ань Ян вышел из тени:
— Мастер.
Сюань Е не ожидал его увидеть. На его лице просияла искренняя радость, он сделал пару шагов навстречу:
— Это вы?
— Я решил проверить, удобно ли устроился мастер, пришлись ли по вкусу блюда.
— Благодарю за заботу, все прекрасно, — мягко ответил Сюань Е.
Ань Ян всматривался в его глаза. В них не было лукавства. Он действительно видел Ань Яна впервые? Неужели он попал сюда не ради помощи?
Но если Сюань Е — не тот самый злой даос, значит, проклятие наложил кто-то другой?
Ань Ян так глубоко ушел в свои мысли, что застыл, не отрывая взгляда от лица Сюань Е.
Тот молча улыбался, терпеливо дожидаясь, пока гость очнется.
Спустя пару минут Ань Ян наконец опомнился:
— Простите мою бестактность, мастер... Я просто хотел узнать, не нужно ли вам чего.
— Все в порядке, спасибо, — ответил Сюань Е.
— Тогда... я пойду.
Ань Ян повернулся, намереваясь уйти, но Сюань Е внезапно подался вперед и схватил его за запястье:
— Постойте!
Ань Ян обернулся. На всегда спокойном лице даоса появилось волнение:
— Скажите... вы случайно не знаете человека по имени Ань Ян?
Сердце Ань Яна пропустило удар.
Сюань Е крепче сжал его руку:
— Он сделал для меня невероятно много. Но много лет назад он исчез... Лишь позже я узнал, что он погиб. Я даже не смог попрощаться...
Видя его искреннюю боль, Ань Ян хотел было утешить его, но вовремя вспомнил про осторожность. Кто знает, какую роль Сюань Е играет в этом сновидении?
Пока он колебался, в тишине сада раздался тихий шорох шагов.
Из-за поворота аллеи вышагнула высокая фигура.
Бэймин Шисы!
У Ань Яна едва глаза на лоб не вылезли. На Бэймине был только исподний халат, накинутый наплечь, мокрая шевелюра зачесана назад, а зеленые глаза горели тьмой и лютым холодом.
Его взгляд был устремлен прямо на руку Сюань Е, сжимавшую запястье Ань Яна.
— Руку убрал, — чеканно процедил Бэймин.
Ань Ян перевел взгляд с чужой хватки на ледяное лицо мужа, и у него внутри все похолодело.
«Ну всё... Попал. Настоящий поле битвы!»