Бэймин Шисы за рулем набрал штаб-квартиру и попросил дежурных принять Фан Сьебая.
Когда машина остановилась у здания штаб-квартиры, Фан Сьебай выбрался наружу и искренне выдохнул:
— Спасибо, что поверили мне. Огромное спасибо.
— Завтра мы продолжим работу по твоему делу, — отозвался Бэймин Шисы. — А сегодня отдохни.
Фан Сьебай еще раз рассыпался в благодарностях и в сопровождении оперативников вошел в здание штаб-квартиры. Бэймин Шисы и Ань Ян направились домой.
Ань Ян, потешно подпрыгивая, добрался до спальни. Взобрался по крошечной лесенке, которую для него соорудил Бэймин Шисы, и плюхнулся на кровать, превратившись со спины в идеальный, упитанный рисовый шарик.
У французских вислоухих кроликов уши не слишком велики по сравнению с округлым туловищем, так что сзади их почти не видать. Взгляд на эту пушистую тушку невольно вызывал ощущение какого-то уютного восторга.
Вошедший в спальню Бэймин Шисы застал на кровати именно этот упитанный «рисовый шарик» и тихо хмыкнул. Подойдя ближе, он слегка ткнул пальцем пушистый бок:
— А этот шарик, похоже, со сладкой начинкой?
Ань Ян только-только вознамерился насладиться отдыхом на своей «королевской» кровати, как его бессердечно прервали. Повернув мордочку, он недовольно сверкнул глазами на Бэймина Шисы, после чего поскакал к его телефону и принялся энергично стучать лапами по экрану.
«Не со сладкой, а соленой! Ты что, соленых цзунцзы никогда не ел?»
Бэймин Шисы пробежал взглядом текстовое сообщение и изогнул бровь:
— Вообще-то не ел. Соленые цзунцзы — это чистейшая ересь.
Ань Ян фыркнул, сморщив носик, и снова застучал по клавишам.
«Сам ты ересь».
Бэймин Шисы лишь добродушно улыбнулся на оскорбление. Сгреб кролика в охапку и проворковал:
— Ну что, зайчонок, пойдём искупаемся?
Ань Ян бессильно опустил уши. Возражать не было сил.
Они приняли ванну и улеглись спать. На благотворительном вечере удалось добыть немало зацепок — правда, довольно разрозненных. Завтра предстояло сложить этот пазл.
Уткнувшись в грудь Бэймина Шисы, Ань Ян потерся мордочкой, почистил нос лапками и сладко задремал. Уплывая в сон, он успел заметить, как Бэймин Шисы листает Таобао на смартфоне, разыскивая очередную покупку.
В том, что его партнер — отъявленный шопоголик, Ань Ян не сомневался ни секунды. Их гардеробная уже давно не вмещала вещей, из-за чего пришлось отвести под одежду соседнюю кладовую. Этот странный тип обожал брендовую одежду и предметы роскоши.
«И после этого он будет утверждать, что гетеросексуал? — засыпая, подумал Ань Ян. — Настоящие суровые мужики должны вести себя как я...»
Пока ушастый уплывал в царство Морфея, Бэймин Шисы оформил заказ и отложил телефон. Ощутив, как тяжелеет грудь, он взглянул вниз: пухлый Ань Ян уже беспробудно спал.
Смеясь про себя, Бэймин Шисы осторожно переложил кролика на подушку, укрыл одеялом и поцеловал в бархатистое вислоухое ухо:
— А ты, между прочим, весишь весьма прилично.
Ань Ян спал без задних ног. В таком состоянии он мог крутиться как угодно — хоть исполнить три переворота через бок и пять кувырков, не опасаясь свалиться с кровати.
Теплые солнечные лучи погладили пушистый хвостик. Ань Ян дернул им, потер носик лапкой, пробормотал что-то неопределенное и собрался было погрузиться в утреннюю дрему снова, как вдруг...
Дзинь-дон!
Дзинь-дон! Дзинь-дон!
— Доставка!
От резкого трезвона Ань Ян мгновенно проснулся. Недовольно хлопая глазами, он потер мордочку и соскочил на пол.
Оглядевшись, он понял, что Бэймин Шисы уже ушел вниз встречать курьера. Нашли время приносить посылки! И восьми утра нет, а курьер уже копытами бьет!
Заспанный Ань Ян выскочил из комнаты именно в тот момент, когда Бэймин Шисы поднимался по лестнице с небольшим свертком в руках. Вчера вечером заказал — и уже привезли. Вот это оперативность.
Кролик любопытно уставился на коробку. Бэймин Шисы потряс её и улыбнулся:
— Это тебе.
Ань Ян склонил голову набок. Что за странность? Неужели кроличий комбикорм? Ну уж нет, эту дрянь он есть не станет!
Он поскакал за Бэймином Шисы обратно в спальню. Тот вскрыл коробку и извлек оттуда... целый ворох крошечной одежды!
Ань Ян онемел.
Бэймин Шисы аккуратно разложил вещички на диване и с гордостью продемонстрировал их:
— Ну как? Милота, правда? Я снял с тебя мерки и выбрал самые лучшие фасоны. На любой вкус!
«На какой еще... вкус?..»
Ань Ян так и застыл с открытым ротиком, силясь переварить увиденное.
Платьица, сарафанчики, наряды принцесс, пышные юбочки...
Сплошные платья!
Глаза кролика налились праведным гневом. Из горла вырвалось угрожающее «гу-гу-гу-гу». Забыв про телефон, он мысленно помянул всех предков Бэймина Шисы до десятого колена.
Кинувшись вперед, Ань Ян обрушил на голень обидчика град молниеносных кроличьих ударов лапками.
Впрочем, для габаритного Бэймина Шисы эта яростная атака выглядела как ласковое поглаживание — мило, но абсолютно бесполезно.
Бэймин Шисы выудил из кучи розоватое платьице принцессы:
— Зефирно-розовый идеально оттеняет твою шубку, не находишь?
Ань Ян:
— Гу-гу-гу-гу! ( «Я твоему дяде это платье пристрою, урод!»)
Бэймин Шисы улыбнулся, делает вид, что ничего не понимает:
— Что? Тоже думаешь, что тебе идет?
Ань Ян:
— Гу-гу-гу-гу! ( «Бэймин Шисы, я твою матушку ввиду имел!»)
Бэймин Шисы снова ослепительно улыбнулся:
— Хочешь примерить прямо сейчас?
Ань Ян:
* * *
Категорический протест против девичьих нарядов вылился в бурное утреннее шоу с прыжками, топотом и перевернутыми предметами интерьера. Лишь после того как вмешался Лянь Му и провел с Бэймином Шисы воспитательную беседу, тот отступился от идеи нарядить партнера принцессой.
В итоге выбор пал на забавное кроличье худи с капюшоном.
Против худи Ань Ян ничего не имел: в конце концов, он привык ходить одетым, и даже в кроличьей шкуре одежда давала хоть какое-то чувство защищенности.
Вот только... Зачем кролику худи с кроличьими ушами?!
У Ань Яна и так были собственные вислоухие уши, а на капюшоне красовалась еще одна пара — торчащая торчком, как у декоративного кролика.
Когда Бэймин Шисы накинул капюшон ему на голову, вислоухий Ань Ян превратился в гигантского породистого кролика с торчащими ушками.
Ань Ян обреченно посмотрел на партнера, задаваясь вопросом: уж не прорезались ли у Бэймина Шисы какие-то латентные извращения?
Поиздевавшись над партнером от души, Бэймин Шисы подхватил наряженного кролика на руки и отправился на работу.
В машине он усадил Ань Яна на пассажирское сиденье, заботливо пристегнул ремнем безопасности и взял курс на штаб-квартиру.
Когда они прибыли, Фан Сьебай уже нервно снувал по холу. Его можно было понять: внезапно превратиться из мужчины в женщину без единой зацепки — тут у любого спутаются мысли.
Бэймин Шисы шел по коридору с кроликом на руках, когда навстречу выскочил Жэнь Шицзю с папкой документов:
— Босс, по поводу того мужика, про которого вы спрашивали вчера вечером, я все узнал.
Вчера на благотворительном вечере «Фан Сьебай» прилюдно задел какого-то мужчину, будто между ними пролегла смертельная вражда. Бэймин Шисы заметил этот эпизод, сфотографировал незнакомца и велел Жэнь Шицзю пробить его по базе.
Жэнь Шицзю продолжил:
— Этот тип — бывший ухажер Ду Синь.
— Бывший?!
Находящийся в теле Ду Синь Фан Сьебай едва не подпрыгнул. Бывший? То есть бывший парень вот этой девахи?!
Бэймин Шисы повернулся к нему:
— Ты его знаешь?
Фан Сьебай покрутил головой:
— Нет, понятия не имею, кто он такой. Впервые вижу.
Фан Сьебай мазнул взглядом по справке: мелкий менеджер в захудалой фирме без нормальной репутации. Даже если бы тот пролез на вечер, сам Фан Сьебай в жизни не стал бы вести дела с подобным оборванцем.
Бэймин Шисы вошел в кабинет, не выпуская Ань Яна. Фан Сьебай последовал за ними, недоуменно глядя на пушистый сверток:
— Вы... и на работу с питомцем ходите?
Ань Ян, развалившийся на столе, внезапно почувствовал зуд в зубах. Недолго думая, он сгреб зубами перьевую ручку Montblanc, лежавшую у компьютера, и принялся увлеченно ее грызть.
Фан Сьебай, ведя разговор с Бэймином Шисы, случайно боковым зрением уловил эту картину и вытаращил глаза:
— Ваша... ваша жёнка... то есть кролик! Он же ручку грызет!
Ань Ян закатил глаза: «Подумаешь, ручку. Не видал, что ли?»
Фан Сьебай тем временем с ужасом добавил:
— Это же Montblanc Meisterstück Skeleton... Она что, реально тысяч семьдесят стоит?!
— Пфу!
Услышав цифру, Ань Ян от неожиданности выплюнул дорогой аксессуар. Ручка с грохотом упала на полированный стол, со свистом покатилась к краю и вознамерилась совершить роковой прыжок вниз...
Глаза кролика округлились от ужаса: семьдесят тысяч коту под хвост!
Хоть Ань Ян и занимался байерством, но с люксом никогда не связывался — слишком мал был стартовый капитал. Максимум — парфюмерия да косметика. А тут такой раритет!
Бэймин Шисы с молниеносной грацией выкинул руку, перехватил ручку у самого пола и беспечно бросил ее на стол:
— Познакомься. Это Ань Ян.
Фан Сьебай убедился, что дорогостоящая вещь цела, перевел дух и кивнул:
— Вы вчера уже говорили.
— Ты, должно быть, забыл, — уточнил Бэймин Шисы, — но вы уже встречались.
После этих слов в голове Фан Сьебая что-то щелкнуло. Он вспомнил предыдущую встречу, но... тогда Ань Ян был человеком! А не кроликом!
Фан Сьебай осененно воскликнул:
— Так ты... кролик-демон?! Как в старых сказках! Умеешь принимать человеческий облик, да?!
Ань Ян тяжело вздохнул: «Не угадал...»
Он принялся обреченно стучать по экрану смартфона. Фан Сьебай, увидав, что животное с легкостью набивает текст, окончательно уверился в своей догадке: перед ним настоящий, живой дух-оборотень!
Пока кролик набивал сообщение, Фан Сьебай дотошно поинтересовался:
— А сколько лет ты медитировал, чтобы обрести форму? Лет пятьсот? Или, как Белая Змея, целую тысячу?
Ань Ян с чувством ударил лапой по клавишам:
«Я не кролик, я — дракон!»
Фан Сьебай оглядел шарообразного кролика в худи с ушками и выдавил вежливую, смущенную улыбку:
— А... Вот оно что... Понимаю...
Ань Яну пришлось потратить немало сил и времени, чтобы доходчиво объяснить непосвященному человеку суть происходящего. Лапы от набора текста окончательно занемели.
До Фан Сьебая наконец дошло:
— Выходит... с тобой произошло то же самое, что и со мной? Меня засунули в бабское тело, а тебя — в кроличье? Ты буквально пробил биологический барьер между видами...
Ань Ян промолчал.
Бэймин Шисы постучал пальцами по столешнице, привлекая внимание:
— Нам нужно наведаться в квартиру Ду Синь и поискать улики. Жэнь Шицзю, продолжай отслеживать маршруты фигурантов. О любых странностях докладывай немедленно.
— Понял, босс! — отчеканил Жэнь Шицзю и скрылся за дверью.
Бэймин Шисы подхватил Ань Яна и кивнул Фан Сьебаю:
— Пошли.
Поскольку Фан Сьебай находился в теле Ду Синь, с доступом в ее жилье проблем не предвиделось — ключи имелись в сумочке. Правда, самому Фан Сьебаю было не по себе: бывать там ему еще не приходилось, а вламываться в чужую жизнь казалось дикостью.
Они поехали на машине. Дом располагался неподалеку от ресторана «Кролики», в довольно глухом и узком переулке.
Проехать на автомобиле туда было невозможно, поэтому транспорт оставили на противоположной стороне улицы, решив пройтись пешком.
Бэймин Шисы затормозил у обочины:
— Я зайду в магазин за водой.
Рядом как раз светилась вывеска круглосуточного минимаркета. Бэймин Шисы с Ань Яном на руках исчез за дверью, а Фан Сьебай остался дожидаться их возле машины.
В этот момент к нему кто-то направился.
Фан Сьебай подумал, что прохожий тоже ищет магазин, и отступил в сторону, но незнакомец повторил его движение и заступил дорогу.
Фан Сьебай насупился: лицо казалось знакомым...
Мужчина неприятно усмехнулся:
— Что, уже не узнаешь? Нашла нового спонсора и сразу забыла старую любовь?
Его тон вывел Фан Сьебая из равновесия. В памяти всплыли вчерашние кадры с благотворительного вечера: точно, это же тот самый бывший ухажер Ду Синь! Вчера он лишь мельком глянул на него, потому и не сразу признал.
А ведь сейчас он — это Ду Синь...
Мужчина явно напрашивался на скандал. Фан Сьебай попытался отшагнуть, но тот преградил путь рукой:
— Ну что ты кобенишься? Говорят же: старая любовь не ржавеет. У нас с тобой одной ночью дело не ограничивалось, а ты делаешь вид, будто мы чужие!
Фан Сьебая аж передернуло. Вникать в чужую грязь ему совершенно не хотелось.
Бывший продолжил наступать:
— Я-то гадал, с чего это ты меня бросила, а ты, оказывается, на богатого папика переключилась? Я видел все эти сплетни в сети. Ну ты и сучка — сразу двоих миллионеров крутишь, а теперь из люксовой тачки вылезаешь... М-да, и куда только мужики смотрят, раз на такую страшилу клюют?
Фан Сьебай смерил его ледяным взглядом:
— Чего тебе надо? Говори прямо.
— Вот это разговор! — хмыкнул тип, скрестив руки на груди. — Ты теперь у нас богатая, раздвигаешь ноги перед денежными мешками. А мой бизнес вчера из-за твоего ухажера прогорел! Я остался без гроша, так что ты мне задолжала.
Фан Сьебай презрительно фыркнул:
— Ты вообще мужик или кто? Клянчишь деньги у бабы — самому-то не тошно?
Мужчина вспыхнул от злости:
— Это из-за тебя тот щегол из семьи Фан перекрыл мне кислород! Так что отстегивай бабло, иначе я подниму шум. Посмотрим, как тебе понравится внимание репортеров!
— Ах да, у меня же еще твои пикантные фотки остались! Может, сливать их прямо сейчас?!
Фан Сьебая с души воротило. Какая же мразь! Даже будучи мужчиной, он ощущал к этому типу глубочайшее омерзение.
Видя, что «Ду Синь» молчит, бывший схватил её за запястье и грубо рванул на себя:
— Что застыла? Соскучилась, что ли? Захотела вспомнить, каково это с настоящим мужиком, а не с этими папиками?
Фан Сьебай попытался вырваться, но мужская сила взяла верх — в женском теле он был абсолютно беспомощен.
И тут раздался звонкий хлопок!
Чья-то твердая рука сбила хватку наглеца. Фан Сьебая мягко оттянули назад и прижали за плечо.
Он повернул голову и опешил:
Цзянь Вэй!
Это был Цзянь Вэй!
Одетый с иголочки Цзянь Вэй, чей премиальный автомобиль стоял неподалеку, смерил вымогателя тяжелым, ледяным взглядом:
— Цепляться к бывшей после расставания — это верх низости.
Голос Цзянь Вэя звучал угрожающе твёрдо.
Фан Сьебай оторопел. Он никак не ожидал встретить здесь Цзянь Вэя, а уж тем более — получить от него защиту.
В голове зароились сомнения: неужели между Цзянь Вэем и Ду Синь действительно что-то было?
Цзянь Вэй всегда считался «примерным мальчиком», о его романах никто не слышал. Отец постоянно ставил его в пример Фан Сьебаю, призывая брать с него модель поведения. А этот «праведник», оказывается, втихую крутил шашни с такой девицей?
Бывший парень, узнав Цзянь Вэя, заметно струсил:
— Господин... господин Цзянь, вы всё неправильно поняли...
Внезапное появление известного бизнесмена привлекло внимание прохожих. Люди стали доставать телефоны, а из подворотни на ловлю хайпа уже спешили вездесущие папарацци.
Фан Сьебай растерялся — к подобным облавам он привык, но не посреди улицы.
Цзянь Вэй нахмурился, увлекая его за собой:
— Быстро в машину!
— Куда?! В какую еще машину?!
Не успел Фан Сьебай опомниться, как его затолкнули на пассажирское сиденье. Цзянь Вэй прыгнул за руль, и автомобиль рванул с места.
Фан Сьебай отчаянно оглянулся назад: Бэймин Шисы и Ань Ян всё еще были в магазине! Что они подумают, когда обнаружат его исчезновение? Им же еще нужно обыскать квартиру Ду Синь!
* * *
Бэймин Шисы и Ань Ян задерживаться в магазине не собирались, но у кассы раздался звонок от Жэнь Шицзю.
— Босс, я сводный график их перемещений составил и скинул вам на почту, — доложил оперативник. — И тут всплыла одна крайне странная деталь.
— Какая?
— Цзянь Вэй. Мы сопоставили маршруты Фан Сьебая и Ду Синь. Прямых пересечений у них не было, зато за несколько дней до инцидента они оба постоянно пересекались с одним и тем же человеком.
— С Цзянь Вэем? — догадался Бэймин Шисы.
— Именно с ним.
Ань Ян навострил уши. Цзянь Вэй?
Он-то думал, что в ресторане «Кролики» Цзянь Вэй и Ду Синь впервые увидели друг друга — ведь тогда Фан Сьебай уже пребывал в женском теле и устраивал сцены.
Выходит, Цзянь Вэй знал Ду Синь и раньше?
Но почему тогда он держался так, будто впервые видит эту девицу?
Жэнь Шицзю уточнил:
— Они встречались не раз и не два.
Бэймин Шисы открыл вложение в письме. На снимках из кофейни Цзянь Вэй и Ду Синь сидели за одним столиком. На одном из кадров Ду Синь даже сжимала его ладонь — и хотя лиц толком видно не было, жест выглядел невероятно интимным.
Более того, Жэнь Шицзю раскопал их прошлое: оказывается, они учились в одном университете и состояли в одном фотокружке! То есть были не просто знакомыми, а давними приятелями.
Так почему же при людях они изображали полное незнакомство?
Ань Яну стало не по себе. А если вспомнить нефритовую подвеску для захоронения заживо, найденную в спальне Фан Сьебая... Неужели Цзянь Вэй решил убрать своего конкурента?
Вражда между Цзянь Вэем и Фан Сьебаем давно не была секретом. В семейной брокерской компании старик Фан назначил их обоими генеральными директорами. Любой проект требовал подписей обоих. Стоило одному упереться — и работа вставала.
И если с Фан Сьебаем что-то случалось, вся власть над компанией автоматически переходила к Цзянь Вэю!
Ань Ян пытался отогнать страшную мысль, но логика упрямо вела к одному выводу: единственный, кому выгодно устранение Фан Сьебая, — это Цзянь Вэй!
Бэймин Шисы пробежал глазами отчет. После выпуска Цзянь Вэй и Ду Синь долгое время не общались. Девушка посещала его выставки, но они даже не здоровались. И лишь за пару дней до «подмены» их встречи вдруг стали регулярными.
Слишком много совпадений.
В этот момент телефон Бэймина Шисы пискнул. Пришло сообщение от Фан Сьебая:
«Я в машине Цзянь Вэя! Он везет меня к себе на виллу. Лови геопозицию, срочно вытаскивайте меня!»
* * *
Пока Бэймин Шисы и Ань Ян находились в минимаркете, Фан Сьебай попал в переплет с репортерами, да еще и оказался в машине своего заклятого врага.
Сидя на пассажирском сиденье, Фан Сьебай чувствовал себя не в своей тарелке. Находиться рядом с Цзянь Вэем в таком виде было высшей степенью нелепости.
Он успел отправить Бэймину Шисы координаты и теперь молил бога, чтобы помощь успела вовремя.
Цзянь Вэй, не отрываясь от дороги, ледяным тоном спросил:
— Кому пишешь?
Фан Сьебай вздрогнул. Что за странный тон?
Цзянь Вэй продолжил:
— Я видел, из какой машины ты вылезла. Похоже, эти дни ты времени даром не теряла.
Фан Сьебай окончательно сбился с толку. Вчера этот тип делал вид, что едва с ней знаком, а сегодня разговаривает так, будто они старые любовники!
Фан Сьебай попытался взяться за ручку двери:
— Мы оторвались от прессы. Высади меня на обочине.
— У нас есть неразобранный разговор, — отрезал Цзянь Вэй.
Прыгать на ходу Фан Сьебай не рисковал. Вскоре авто заехало на территорию частной виллы Цзянь Вэя.
Телефон в кармане вибрировал. Бэймин Шисы прислал короткое:
«Тяни время».
Тянуть время?! Это как вообще?!
Фан Сьебай запаниковал, но решил следовать указаниям — кроме этих двоих, его все равно все считали сумасшедшим.
Цзянь Вэй жестом пригласил его в гостиную и опустился в кресло:
— Поговорим.
— Я деньги тебе выплатил, — сразу перешел к делу Цзянь Вэй. — Чего ты еще от меня хочешь?
— Деньги? Какие еще деньги? — вытаращился Фан Сьебай.
Цзянь Вэй усмехнулся:
— Решила включить дурочку?
Фан Сьебай окончательно запутался. Между ними действительно существовала какая-то финансовая сделка?
Понимая, что еще немного — и он выстроит нелепицу, Фан Сьебай смущенно спросил:
— Я... могу воспользоваться ванной?
Цзянь Вэй указал подбородком на дверь:
— Прямо по коридору.
Фан Сьебай поспешил скрыться. На самом деле он прекрасно знал, где находится туалет — бывал тут раньше, когда они еще пытались делать вид, что дружат.
Запершись, он достал телефон. Ань Ян (Бэймин Шисы был за рулем) набивал ответы с невероятной скоростью:
«Максимально затягивай время! Мы уже едем. Цзянь Вэй ведет себя подозрительно, они с Ду Синь точно были знакомы».
Фан Сьебай отстучал в ответ:
«Я стараюсь! Но он хитрый лис, я могу проколоться в любую секунду!»
Время шло. Чтобы оправдать долгое отсутствие, Фан Сьебай не придумал ничего лучше, как подскочить к раковине, открыть кран и щедро заплескать на себя воду.
Когда дверь туалета открылась, даже всегда невозмутимый Цзянь Вэй брезгливо отпрянул. Заходивший туда человек вернулся в виде мокрой курицы.
Цзянь Вэй смерил его ошеломленным взглядом:
— Это еще что за перформанс?
Фан Сьебай сам не понимал, как выглядит со стороны. В спешке он намочил блузку, которая теперь намокла, стала полупрозрачной и облепила тело. В сочетании с роскошными формами Ду Синь картина получалась откровенно провокационной — будто она вознамерилась его соблазнить.
Фан Сьебай выдавил нервный смешок:
— У вас... трубы протекают.
Цзянь Вэй молча прошёл в ванную и повернул вентиль. Вода потекла ровной, аккуратной струей.
— То есть... только что протекали! — нашлась «Ду Синь». — У вас не найдется сухой одежды? А то мне... холодно.
Цзянь Вэй издал сухой, ядовитый смешок. Его взгляд изменился, став опасным.
Фан Сьебай почуял неладное и шаг за шагом стал отступать назад, пока не уперся коленями в диван и не свалился на мягкие подушки.
С его мокрыми волосами, испуганно хлопающими глазами и сжавшейся фигурой он выглядел точно беззащитный кролик.
Цзянь Вэй медленно навис над ним, упершись руками в подлокотники дивана:
— И что этот цирк должен означать?
— Что?.. — пролепетал Фан Сьебай, чувствуя, как сжимается сердце от такой близости.
Цзянь Вэй резко схватил его за подбородок, вынуждая поднять голову. Голос бизнесмена стал ледяным:
— Очередной трюк? Я выполнил все твои условия и заплатил сполна. Не будь слишком жадной. Если ты хоть заикнешься об этом Фан Сьебаю — пожалеешь.
— Фан... Фан Сьебаю?! — переспросил ошарашенный пленник.
Почему они говорят о нем?! Что такого Ду Синь не должна ему рассказывать?!
— И запомни, — жестко чеканил Цзянь Вэй. — Бойся появляться у него на глазах. Если он продавит свои подозрения — тебе несдобровать. И поверь, мне даже не придется пачкать руки.
С этими словами Цзянь Вэй брезгливо отпустил его подбородок, выпрямился и поправил запонки:
— А теперь проваливай.
Фан Сьебай потер пострадавшее лицо. Челюсть ломило так, будто ее пытались оторвать. Этот гад — самый настоящий психопат с расщеплением личности!
Но уйти сейчас означало провалить задание Бэймина Шисы! Как еще затянуть время?!
И тут со второго этажа раздалось тихое:
«Мяу...»
Пушистая белаяперсидская кошка вальяжно спускалась по ступеням.
Цзянь Вэй нахмурился:
— Ты еще здесь?
Но Фан Сьебай его уже не слышал. Он застыл, вытаращив глаза, а по его телу пробежала крупная дрожь.
Он панически, до полусмерти боялся кошек!
Любых — от уличных котят до породистых пушистиков. В детстве кошка расцарапала ему лицо и едва не лишила глаза. Эта психологическая травма осталась с ним на всю жизнь.
Цзянь Вэй принял его реакцию за очередную актерскую игру и поморщился:
— Хватит разыгрывать драму. Пошла прочь, или мне выставить тебя за...
— МА-А-А-МА-А-А-А! — заорал Фан Сьебай, перебивая его истошным воплем.
В следующий миг, забыв обо всем на свете, он совершил отчаянный прыжок и всем телом вцепился в Цзянь Вэя.
От неожиданного тарана Цзянь Вэй едва не рухнул на пол. Фан Сьебай судорожно карабкался по нему, точно по столбу, пытаясь забраться как можно выше.
Породистая персидская кошка с гетерохромией остановилась и с аристократическим недоумением уставилась на хозяина и неадекватную гостью:
«Мяу?»
Этот звук окончательно добил Фан Сьебая:
— Кошка! Кошка-а-а! Прогони её! Уберите эту тварь!
Цзянь Вэй пытался удержать эту сумасшедшую бабу, которая мерной хваткой вцепилась ему в шевелюру и, кажется, вознамерилась вырвать скальп:
— Прекрати! Ты с ума сошла?!
Но в глазах Цзянь Вэя мелькнуло изумление: этот панический ужас перед кошками... Он до боли напоминал реакцию Фан Сьебая!
* * *
Бэймин Шисы гнал машину на предельной скорости.
Ань Ян набрал на телефоне:
«Думаешь, Цзянь Вэй замешан?»
— Подозрения есть, — ответил Бэймин Шисы. — Но нужно проверить.
В этот момент телефон кролика снова пискнул. Пришло сообщение от Фан Сьебая:
«28 отчень баюсь энпин...%#...hoqhg»
Ань Ян накренил голову, вислоухое ухо смешно свесилось. Это что... шифр?
Следом прилетел еще один набор символов:
«howhg0ib239k0-kkkkkkkk»
Ань Ян выразительно посмотрел на партнера: похоже, там происходят страшные вещи!
Бэймин Шисы вдавил педаль газа в пол.
Конечно, они оба драматизировали. На самом деле хаотичные сообщения были результатом панической борьбы Фан Сьебая с волосами Цзянь Вэя.
В гостиной виллы творился абсолютный хаос.
Цзянь Вэй с растрепанной прической и сорванными пуговицами на рубашке уже не напоминал холодного бизнесмена:
— Госпожа Ду, если вы немедленно не отпустите мои волосы, я применю силу!
— КОШКА-А-А-А! — визжал Фан Сьебай, готовый признать родство с кем угодно, лишь бы убрали пушистого монстра.
Цзянь Вэй, опасаясь за свою шевелюру, рявкнул кошке:
— Сяобай, брысь наверх!
Фан Сьебай обомлел: Сяобай?! Эту драную кошку зовут так же, как его детское прозвище?!
Кошка по имени Сяобай оказалась весьма воспитанной. Поведя усом, она развернулась и чинно пошагала вверх по лестнице.
Но на полпути животное внезапно остановилось. Нос кошки дернулся, уловив дивный, непередаваемый аромат...
Аромат свежей крольчатины!
И пока Фан Сьебай переводил дух, кошка с безумным блеском в глазах развернулась и на полной скорости помчалась вниз!
— ОНА ВОЗВРАЩАЕТСЯ! — взвыл Фан Сьебай и со всего размаха залепил Цзянь Вэю звонкую пощечину.
Пока ошеломленный Цзянь Вэй приходил в себя, Фан Сьебай рванул к выходу и с силой распахнул дверь.
Бэймин Шисы и Ань Ян только собирались позвонить, когда дверь с треском распахнулась, и на них выскочила растрепанная, мокрая и безумная фигура.
— СПАСИТЕ-Е-Е-Е! — заорал Фан Сьебай и с лета сгреб Бэймина Шисы в объятия.
Бэймин Шисы хотел было уклониться, но, видя плачевное состояние «Ду Синь», подхватил бедолагу.
Сидящий на плече Ань Ян моментально вспыхнул от ревности. Сморщив носик, он принялся отвешивать Фан Сьебаю и Бэймину Шисы град ревнивых кроличьих оплеух.
Но тут Фан Сьебай снова заверещал:
— КОШКА-А-А!
Ань Ян фыркнул: «Подумаешь, кошка! Тоже мне, нашли предлог липнуть к моему мужику...»
И тут над ухом раздалось:
«МЯУ-У-У-У!»
Белоснежная персидская кошка с зубастым оскалом хищника мчалась прямо на него! В глазах животного читалось непреодолимое желание позавтракать тучным кроликом.
Для Ань Яна в его нынешнем теле эта кошка выглядела размером с полноценного тигра!
Взыграл древний инстинкт самосохранения.
Забыв обо всем, кролик весом в четыре с половиной килограмма с невероятной ловкостью взлетел по брюкам Бэймина Шисы на самую макушку, точно белка по стволу дерева.
В прихожей виллы Цзянь Вэя поднялся невообразимый гвалт.
Сяобай: «МЯУ-МЯУ-МЯУ!»
Фан Сьебай: «А-А-А-А, КОШКА-А-А!»
Ань Ян: «ГУ-ГУ-ГУ-ГУ!»
Бэймин Шисы: «...»