Нуаньбаобао смерил Сун Цзинманя настороженным взглядом серо-зелёных глаз.
Его кулаки медленно сжались, костяшки отозвались сухим треском, а на руках вздулись мускулы. От всей его фигуры веяло мрачной, дикой угрозой.
Сун Цзинмань смотрел на него без малейшего страха. Обычно Нуаньбаобао при встрече с ним буквально сиял: широко расставлял круглые глазищи и забавно наклонял голову с тихим «аву-у».
Сейчас же перед ним стоял зверь — ожесточённый, готовый в любую секунду рвануться вперёд и разорвать соперника в клочья.
Однако Цзинмань лишь мягко улыбнулся — спокойно и доброжелательно, как и прежде. Вот только ему больше не требовалась инвалидная коляска...
Да и стояли они теперь по разные стороны баррикад.
— Ты мне... вообще-то очень нравишься, — с улыбкой произнёс Сун Цзинмань. — Знаешь, какой ты милый? Жаль, нам не по пути. У меня ещё полно дел.
Нуаньбаобао прищурился. Он следил за каждым движением собеседника, но на миг его взгляд метнулся куда-то в непроглядную тьму за его спиной.
Заметив этот жест, Цзинмань едва заметно сместился, перекрывая ему обзор, и сделал несколько шагов навстречу.
Мускулы на руках Нуаньбаобао напряглись ещё сильнее. Напряжение достигло предела, но Цзинмань приближался с совершеннейшей непринуждённостью.
Он остановился вплотную, буквально в полушаге.
Сун Цзинмань был высок и тонок, но рядом с Нуаньбаобао выглядел чуть ниже — почти на полголовы, поэтому ему пришлось приподнять подбородок.
Он прищурился, едва заметно улыбнулся и вдруг приподнялся на цыпочки, явно намереваясь коснуться губ Нуаньбаобао поцелуем.
Но тот не дал ему ни единого шанса. Отрезав движение, Нуаньбаобао резко отвернулся.
Цзинмань изумлённо замер, а в следующую секунду произошло нечто ещё более неожиданное: рука Нуаньбаобао метнулась вперёд и с сухим хрустом мёртвой хваткой сжала его горло.
— Кх!..
Сун Цзинмань судорожно глотнул воздух. Шею словно сдавило стальными тисками, дыхание мгновенно пресеклось.
В полутьме его тёмные, словно прикрытые влажной пеленой глаза затуманились. В них промелькнули боль и отчаяние, беспомощно уставившиеся на Нуаньбаобао.
Сжимая пальцы на чужой шее, Нуаньбаобао встретился с этим взглядом. Сердце ёкнуло, и хватка самовольно ослабла.
Стоило ему лишь немного ослабить давление, как Цзинмань мгновенно вскинул руку, перехватил запястье Нуаньбаобао и с силой закрутил его.
От боли Нуаньбаобао разжал пальцы. Цзинмань не стал вступать в бой — в одно мгновение он отскочил на пять-шесть шагов, увеличивая дистанцию.
Держась за шею, он слегка прокашлялся. Хотя Нуаньбаобао сжимал горло крепко, до смертельного исхода было далеко. Цзинмань просто притворялся, расставив ловушку, и никак не ожидал, что этот суровый зверь окажется настолько мягкосердечным.
Впрочем, если подумать, Нуаньбаобао ведь совсем недавно появился на свет. Ему простительно быть доверчивым.
Поправив растрёпанный воротник, Цзинмань тихо усмехнулся:
— Я же говорил... ты ужасно милый.
Поняв, что его провели как мальчишку, Нуаньбаобао досадно сжал кулаки. Однако расстояние было безопасным — кинься он сейчас, Цзинмань просто сбежит.
— Мягкосердечие станет твоей главной уязвимостью, — продолжил улыбаться Цзинмань. — Никогда не видел жалостливого Яцзы. Ты действительно прелесть.
Нуаньбаобао прищурился, не сводя с него глаз, словно опасаясь, что тот снова растворится в воздухе.
И тут внезапно налетел резкий порыв ветра: «Ф-фу-ух!»
Нуаньбаобао невольно зажмурился от удара воздуха.
Цзинмань стоял прямо посреди этого урагана, не испытывая ни малейшего неудобства. Он улыбнулся и махнул рукой:
— До следующей встречи.
Стоило ему произнести эти слова, как его тело развеялось по ветру, словно горстка праха. Он исчез прямо на глазах у Нуаньбаобао — бесследно и мгновенно.
Опешив, Нуаньбаобао рванулся вперёд, сжимая и разжимая пальцы в пустом воздухе. Вокруг не осталось абсолютно ничего. Сун Цзинмань словно испарился.
— Сына-а!
Застывший в изумлении Нуаньбаобао услышал писклявый, слегка шепелявый голос.
Обернувшись, он увидел отца.
Бэймин Шисы спрыгнул с верхнего этажа, держа Ань Яна на руках, и быстро подбежал к нему. Малыш Ань Ян выглядел невероятно обеспокоенным:
— Сына! Ты в порядоцке?!
Хотя Нуаньбаобао не умел говорить, человеческую речь он понимал прекрасно. Он качнул головой, давая понять, что цел.
Ань Ян с облегчением вздохнул и строго добавил:
— Сына, больсе не прыгай с крыси, понятка?
Нуаньбаобао снова кивнул, хотя выглядел совсем подавленным.
Бэймин Шисы нахмурился:
— Что ты только что видел?
При этих словах Нуаньбаобао тут же уставился на Бэймина. Ему требовался переводчик, так как сам он издать не мог ни звука.
А лучшим переводчиком, разумеется, был Сяо Пидань.
* * *
Вернувшись домой, они с радостью обнаружили, что Сяо Пидань вовсе не спал, несмотря на поздний час, а вовсю резвился в комнате.
Лянь Му, уложив Маленького Цилиня, совсем выбился из сил, но Сяо Пидань не отпускал его — требовал сказку про «Красавицу и Чудовище».
Причём Лянь Му рассказал её уже трижды за этот вечер! Но карапузу всё было мало.
Обнимая Сяо Пиданя, Лянь Му засыпал на ходу, снова и снова повторяя одни и те же строчки, тогда как сам дракончик был полон энергии.
Когда Ань Ян приоткрыл дверь, он увидел абсолютно бодрого Сяо Пиданя.
Чтобы не разбудить малыша-цилиня, все тихонько спустились в гостиную на первом этаже.
Рассевшись на диванах, они начали слушать расшифровку: Сяо Пидань взялся переводить реплики Нуаньбаобао.
Оказалось, Нуаньбаобао видел Сун Цзинманя!
Ань Ян ахнул. Надо же, этот паршивец осмелился вернуться!
Забрав Ящик Пандоры, он попал в списки самых разыскиваемых преступников Подземного царства, и всё равно разгуливает под самым носом у властей?!
Нуаньбаобао издал ещё пару рыков, и Сяо Пидань писклявым голоском передал их смысл.
Ань Ян обомлел: Нуаньбаобао утверждал, что Сун Цзинмань только что встречался с кем-то и называл этого человека «господином»!
Сначала они думали, что Сун Цзинмань похитил Ящик Пандоры, чтобы исцелить свои ноги. Но теперь выяснилось, что с его ногами всё в порядке.
Он вообще не был Сун Цзинманем и никогда не страдал хромотой.
Нуаньбаобао подтвердил: тот не просто свободно передвигался, а перемещался практически неуловимо.
Но при этом он нарочно подставился под удар перед Нуаньбаобао.
По логике, Цзинмань мог спокойно сбежать заранее, но остался и ждал.
Причина кроется именно в этом «господине».
Сун Цзинмань просто прикрывал его отход!
Хотя Нуаньбаобао родился совсем недавно и выглядел эдаким простодушным увальнем, на самом деле он обладал отличным умом.
— Кто же этот человек? — задумался Ань Ян. — Сун Цзинмань рисковал собой, чтобы прикрыть его?
Бэймин Шисы сдвинул брови:
— Скорее всего, его духовная сила невелика, иначе Цзинмань не стал бы так суетиться.
— Как странно... — пропищал Ань Ян. — Кто бы это мог быть?
— Он боится показаться нам на глаза, — задумчиво произнёс Бэймин. — Возможно, это кто-то из нашего окружения.
Ань Яну аж расхотелось думать — голова разболелась. Опять знакомые лица?!
Когда дело семьи Сун раскрыли, отец Цзинманя сдал адрес штаб-квартиры организации «Хэту». Министр Ли лично возглавил рейд, но оперативники явились на пустое место. Министр тогда решил, что в Главном управлении затесался крот, иначе утечки бы не произошло.
А теперь выходит, что «кротом» был сам Сун Цзинмань.
Отец был арестован, Цзинмань об этом знал и мог предупредить верхушку «Хэту» быстрее любого сотрудника бюро.
Ань Ян думал, что именно Цзинмань стоял во главе всего, а над ним, оказывается, возвышается какой-то «господин».
И этот таинственный покровитель прячется так глубоко... Быть может, он прямо сейчас ходит среди них.
Заметив, как измучен малыш, Бэймин Шисы поднялся:
— Ладно, уже поздно. Всем спать.
* * *
На следующее утро Ань Ян и Бэймин Шисы прибыли в штаб-квартиру. Жэнь Шицзю уже находился на месте и доложил о результатах ночного розыска.
Итог был предсказуем: Сун Цзинманя не нашли. Он будто сквозь землю провалился.
Бэймин зашёл в кабинет, неся Ань Яна. Малыш уселся на диван, сердито упёр ручонки в бока, выпятил губу и возмущённо пропищал:
— Фын! Ужасьно обидно! Этоть Сун Цзинмань такой хитрый! А главное — сына его так любиль, а он ему сердсе разбиль! Сун Цзинмань — бяка!
Бэймин Шисы едва сдерживал хохот. Слушать, как карапуз с невероятно важным видом ругает преступника, было выше его сил. Ситуация была серьёзная, смеяться не полагалось, но...
— Кхм... пф-ф...
Услышав смешок, Ань Ян вскинул голову и увидел, что Бэймин открыто ухмыляется!
— Бэймин Шиши! Ты цего лыбись?!
Бэймин мгновенно сглотнул улыбку и с самым честным видом произнёс:
— Ничего. Я абсолютно серьёзен.
Ань Ян: «...»
Сдавленно фыркнув, он с капризным видом сполз с дивана. Сегодня на нём был комбинезончик Оленёнка Бемби с капюшоном, на котором красовались точно такие же рожки, как у самого Ань Яна. Выглядело это до невозможности трогательно.
Кое-как свалившись на пол, Ань Ян усердно оправил помявшуюся одёжку.
Бэймин изогнул бровь:
— Ты куда?
— В туалет! — сердито буркнул Ань Ян.
— Помочь?
— Не надо! Я сам поцпаю!
Бэймин сочувственно улыбнулся:
— Смотри осторожно. А то как прошлый раз в ванной — упадешь в унитаз, и тебя смывом унесёт.
Ань Ян аж задохнулся от возмущения. Хотя он не страдал брезгливостью, мысль о смыве в унитазе была отвратительной!
Топая ногами от злости, он подскочил к Бэймину, вцепился обеими ручонками в его голень и принялся молотить по ней пухлыми кулачками.
Малыш лупил изо всех сил, а Бэймин лишь наклонил голову и тепло улыбнулся:
— Я не хочу тебя перебивать, но можно чуть посильнее? Очень приятный массаж.
Ань Ян: «...»
Запрокинув голову, он ткнул пальчиком Бэймину в нос:
— Мозги тебе не машшажирую!
Бэймин присел на корточки, сравнявшись с ним в росте, и ласково поправил:
— Не «мозги», а «мужик».
Ань Ян: «...»
Упёршись руками в бока, Ань Ян выдал:
— Мозги! Мозги! Мозги!
Высказавшись, он забавно топнул ножкой — ботиночки-оленята звякнули декоративными бубенчиками, — развернулся и удрал в туалет.
Бэймин тихо засмеялся, глядя ему вслед. У него перехватывало дыхание от этой картины. Ну до чего же милый!
Пока Ань Ян ушёл, Бэймин уселся на диван просматривать документы.
Дзинь-дзинь!
Зазвонил телефон Ань Яна — пришло сообщение.
[Кумир Цяо Е]: «Ань Ян, ты свободен в ближайшее время? Долго тебя не видел. Может, поужинаем сегодня вечером? Тут открылся новый ресторан сычуаньской кухни, тебе точно понравится».
Бэймин бросил взгляд на экран. Опять этот соперник!
В телефонной книге имя «Кумир Цяо Е» даже сопровождалось маленьким розовым сердечком.
Бэймин издал мрачный, зловещий смешок. Взяв телефон Ань Яна, он первым делом зашёл в контакты, безжалостно стёр слово «Кумир» и сердечко, оставив просто «Цяо Е».
Затем немного подумал и набрал ответ — столь же короткий и суровый.
[Ань Ян]: «Отписался. Не приду».
Едва Бэймин отправил текст, как из туалета вышел Ань Ян. Он усердно вымыл руки — для его роста это был целый подвиг, поэтому процесс затянулся.
Отряхивая мокрые пальчики, он увидел свой телефон в руках Бэймина и ахнул:
— Ты зацем взял мой телефон?!
Он подбежал, карабкаясь по ноге Бэймина вверх, как по дереву. Ботиночки-оленята оставили следы на отглаженных брюках. Вытянувшись во весь свой крошечный рост, он попытался выхватить гаджет.
Бэймин с улыбкой смотрел на новый пыльный отпечаток на брюках...
Ань Ян наконец заграбастал огромный смарт. Взглянул на экран...
Бум-м-м!
Словно гром среди ясного неба!
Бэймин ответил его кумиру! А главное — написал «Отписался»!
Круглые глазищи Ань Яна налились гневом. Ткнув пальцем Бэймину прямо в нос, он заверещал:
— Отписалься твой дедушка!
Бэймин пожал плечами и раскинул руки в приглашающем жесте:
— Ань Ян хочет снять с меня одежду? Я только за.
Ань Ян: «...» Бесстыдник бесстыдником!
Спорить с ним не было времени — нужно было срочно спасать репутацию! Ань Ян принялся судорожно набирать сообщение, что на экран только что наступил глупый щёнок.
Отправив СМС, он с тоской уставился на огромный экран, шепча:
— Вдруг кумир обиделся?! Это всё из-за тебя! Я тебя закусаю!
С этими словами он ринулся на Бэймина, буквально бросаясь ему на грудь!
Бэймин легко подхватил его, прижал брыкающиеся ручки и ножки к себе и поцеловал в лобик.
— Не смей меня целовать! — отбивался Ань Ян.
В этот момент телефон разразился звонком.
Рингтон пропел: «Докладываю Его Величеству, тут один дерзкий простолюдин...»
Ань Ян косо взглянул на экран. На дисплее горело: «Цяо Е»!
Ань Ян вздрогнул:
— Кумир звонит! Цто делать?!
Бэймин приподнял бровь:
— Не хочешь говорить — я сброшу.
— Не надо, не надо!
Ань Ян запаниковал. Но как говорить, если он сейчас пищит, как трёхлетний ребёнок?!
Хотя Цяо Е знал их тайну (ведь его возлюбленный Цинь Минлэй был Духом слова), дело было не в разоблачении, а... в мужской гордости!
Усохнуть до трёх лет — это слишком позорно! Бэймин и так над ним издевается целыми днями!
Не найдя выхода, Ань Ян стиснул зубы и протянул телефон Бэймину:
— Ответь за меня! И никаких странных слов! Понятно?!
Бэймин усмехнулся. Поговорить с соперником? Прекрасно!
Приняв вызов, он произнёс:
— Алло, Цяо Е?
Голос на том конце провода мгновенно замялся — Цяо Е узнал Бэймина Шисы.
Бэймин сладко проговорил:
— Извини, Ань Ян сегодня не сможет прийти. Прошлым вечером я немного не рассчитал силы, он ужасно устал и сейчас спит, так что пару дней из дома не выйдет.
Ань Ян: «...»
Он же просил вежливо отказать! А этот негодяй несёт какую-то дичь!
Взбешённый Ань Ян вскарабкался по его спине, повис на плече и с яростным «Ам!» впился зубами Бэймину в ухо.
— Ш-ш-ш...
Бэймин судорожно вздохнул от боли — Ань Ян укусил изо всех сил.
Но тут же его голос стал низким, хриплым и интимным. Он с ухмылкой выдохнул в трубку:
— М-м-м? Ань Ян, ты неслушник. Тебе всё ещё мало?
Ань Ян: «...» Какого чёрта?!
Зачем Бэймин говорит с кумиром с таким неприличным подтекстом?! Причём на пустом месте!
Цяо Е на том конце провода смутился до крайности и забормотал:
— Оу... я... я тогда не буду вам мешать! До свидания!
И мгновенно дал отбой.
Ань Ян остался с открытым ртом. Едва линия разъединилась, он собрался уходить в бой, но Бэймин перехватил его, усадил на колени и запечатлел поцелуй на пухлой щёчке.
Ань Ян изо всех сил упёрся ручонками в его лицо:
— Бэймин Шиши, ты плохой!
— Уже не «бяка», а «плохой»? — засмеялся Бэймин.
— Хмык!
— Ты же сам просил отказать Цяо Е? А теперь ругаешься.
Ань Ян надул губки:
— Я просиль вежливо! А не говорить всякую пошлость! Плохой! Ужасно плохой!
Бэймин ничуть не обиделся, а только расплылся в улыбке:
— Когда мой Ань Ян ругается, он выглядит невероятно мило. Скажи ещё что-нибудь.
Ань Ян: «...» Он что, мазохист?!
* * *
Они возились в кабинете до самого обеда. Бэймин взял Ань Яна и повёл в столовую на нижнем этаже.
Он специально заказал для Ань Яна куриную голяшку, причём попросил повариху выбрать самую здоровенную.
Бэймин принёс с собой складной детский стульчик, поставил у стола, усадил малыша и пододвинул тарелку.
Ань Ян уставился на еду.
Огромная куриная нога!
Для его нынешних размеров это была не курица, а настоящая индейка!
Ань Ян сердито смерил Бэймина взглядом — точно нарочно! Но Бэймин лишь ласково улыбнулся:
— Ешь, ты же любишь.
Ань Ян: «...»
Прошлый раз с сосиской был незабываемо двусмысленным. Теперь эта голяшка...
Делать нечего, животик урчал. Ань Ян обхватил ножку обеими руками и принялся усердно грызть.
В этот момент обедать пришли Маленькая Фея и сестрёнка Мэнпо. Увидев их, девушки с подносами тут же подсели за стол.
Заметив хищный блеск в их глазах, Ань Ян почувствовал себя той самой куриной ногой, которую сейчас проглотят целиком, не жуя...
Под их пристальными взглядами кусок в горло не лез, а девушки тем временем увлечённо шептались:
— Ой-ой-ой, каков милашка!
— Да-да! Сегодня он в костюмчике Бемби, вчера был зайчиком, а завтра, может, наденет Дамбо?
— Ты такая пошлая! Какой ещё слоник!
Ань Ян: «...» Разве эти темы прилично обсуждать молодым девушкам?!
Ах да, Ань Ян совсем забыл: Маленькая Фея и сестрёнка Мэнпо уже давно не «девушки», а древние старушки!
Тот дуэт продолжал:
— Смотри, как он забавно жуёт! Губки такие розовые!
— Угу, невероятная прелесть, так и хочется затискать!
— Ну он же ещё ребёнок!
— Вот именно, пока он ребёнок, надо пользоваться моментом!
Ань Ян: «...» Да они же садистки! Ужас какой...
Жуя голяшку, Ань Ян чувствовал себя неуютно, но тут в его головке созрел план. Он повернулся к Бэймину и пропищал:
— Я цочу пить! Иди купи сок!
Бэймин без возражений встал:
— Сиди тихо и не уходи.
Стоило ему отойти к стойке, как Ань Ян Бум! хлопнул ладошкой по столу и сурово заявил Мэнпо:
— Дай мне дюжину зелья, от которого сохнут до трёх лет!
Мэнпо опешила:
— Ты... хочешь усохнуть вместе с Бэймином и поиграть в детские игры?
Ань Ян: «...» О чём вообще думает эта женщина?!
— Тьфу-тьфу-тьфу! — выпалил Ань Ян. — Вовсе нет! Я хочу отомстить Бэймину Шиши!
Мэнпо смущённо улыбнулась:
— Вообще-то... это зелье было лишь экспериментом. Я его ещё не доработала.
Ань Ян: «...» Значит, он был подопытным кроликом?!
— Исследования ещё идут, — добавила Мэнпо. — Вот закончу, тогда и дам.
Ань Ян снова хлопнул по столу:
— Как только сделаешь — сразу мне!
Мэнпо растаяла от его грозного вида и закивала:
— Хорошо-хорошо!
В этот момент вернулся Бэймин. Ань Ян взглянул на стакан и обомлел — тот принёс горячее молоко.
Раз уж купил, пришлось пить. Ань Ян обхватил стакан пухлыми ручонками. Край стакана был слишком широким, и крошечное личико почти полностью погрузилось внутрь. Малыш сделал пару жадных глотков и поднял голову.
Едва он показался, Фея и Мэнпо едва не прыснули от смеха.
Ань Ян недоумённо хлопнул глазами. Бэймин тут же достал телефон: Щёлк! — отличный кадр!
Ань Ян догадался: вокруг его рта красовались белые молочные усы!
Бэймин спрятал телефон, наклонился, бережно стёр молочную пенку пальцем... а затем поднёс палец к губам и медленно облизал.
Бум-м-м!
Круглое яблочное личико Ань Яна вспыхнуло пунцовым цветом...
* * *
Сун Цзинманя так и не нашли, поэтому Ань Яну пришлось терпеть детское тело целую неделю. Едва он немного привык, как возникло новое дело.
Не смертельное, но весьма важное.
Ранее Ань Ян помог Сунь Тунтун и получил в управление активы семьи Сунь. По сути, он стал владельцем крупной ювелирной империи и нескольких компаний.
Сам он управлять бизнесом не умел, поэтому доверил дела наёмным директорам, но юридически оставался боссом.
Недавно компания Сунь решила расширить сферы влияния и вложилась в недвижимость.
В городе был построен новый торгово-развлекательный центр, претендующий на статус второго городского центра. Реклама об этом гремела по всем каналам.
Там разместились магазины, зоны отдыха и офисные высотки.
И вот комплекс был готов к открытию. На церемонию перерезания ленточки пригласили самого Ань Яна как главного владельца.
Услышав об этом, Ань Ян схватился за голову и усердно закатался по дивану:
— Как я пойду?! Я же такой крошечный! Ну как я пойду?!
Бэймин засмеялся:
— Отказываться неудобно. Ты босс, который только дивиденды собирает, а на людях не показывается. Если не придёшь, пойдут слухи.
Ань Ян скривил личико:
— И цто делать?!
— Соглашайся. Я пойду с тобой.
Бэймин Шисы сам владел огромным бизнесом, и его появление на мероприятии придало бы празднику солидности.
— К тому же, — добавил Бэймин, — Нуаньбаобао в последние дни сам не свой. Возьмём его с собой, пусть развеется, посмотрит на людей, поест вкусного.
При упоминании сына у Ань Яна сжалось сердце. Нуаньбаобао действительно ходил мрачнее тучи. По ночам он сидел на балконе кухни, обнимая кочан капусты, и тоскливо всматривался в темноту, надеясь снова увидеть Сун Цзинманя.
Но тот больше не появлялся...
Ань Ян тут же согласился: развлечь Нуаньбаобао было хорошей идеей.
Праздник назначили на вечер субботы.
Бэймин сшил для Ань Яна крошечный смокинг. Нарядив малыша, он поправил галстук-бабочку и надел на него лакированные туфельки.
Ань Ян сам крутился перед зеркалом и уложил челку гелем назад — получился идеальный зачёс!
Черты лица Ань Яна были не столь резкими, как у Бэймина, а более мягкими и гармоничными. С зачёсанными волосами он выглядел невероятно строгим и даже аристократичным.
Вот только...
В возрасте трёх лет, с круглыми щёчками и пухлыми губками, этот «строгий образ» выглядел невероятно трогательно.
Бэймин окинул его взглядом с явным одобрением.
Переодевшись, они заглянули к Нуаньбаобао.
Тот тоже нарядился в строгий чёрный костюм. Как и Бэймин, Нуаньбаобао обладал статной, мускулистой фигурой. Настоящий брутальный мужчина.
Но если Бэймин выглядел утончённым джентльменом, то Нуаньбаобао в костюме казался настоящей скалой. Зачёсанные назад волосы открыли его глубокие, резкие черты лица.
Когда Нуаньбаобао не улыбался, его взгляд становился холодным и опасным. От него веяло дикой, необузданной силой.
Ань Ян подошёл, снизу вверх оглядел сына, обнял его за ногу и восхищённо пропищал:
— Мой сына такой красивый!
Бэймин тут же сгрёб Ань Яна в охапку и посадил на сгиб локтя. Ань Ян попытался лягнуть его новыми туфлями, но они были чистыми, так что следов не оставили.
Бэймин шепнул:
— Милый Ань Ян, в твоих глазах красивым может быть только один мужчина — я.
Ань Ян: «...» Бывший правитель, что с него взять! Эгоист!
* * *
Они отправились на банкет.
Земля в этом районе ценная, транспортные развязки удобные, поэтому ещё до официального открытия большую часть помещений сдали в аренду. На празднике собралась вся городская элита.
Бэймин вошёл в зал с Ань Яном на руках. Малыш заерзал:
— Пусти меня! Пусти!
Бэймин усмехнулся:
— Нельзя. Ты слишком маленький, на тебя наступят.
— Сам ты маленький! Вся твоя семья маленькая!
Бэймин выглядел воплощением элегантности, но его серо-зелёные глаза метали лукавые искры.
Он наклонился к уху Ань Яна и тихо произнёс:
— Насчёт семьи не знаю, а вот насколько «маленький» я сам — ты прекрасно осведомлён.
Ань Ян: «...»
Отпихнув его лицо ручонками, Ань Ян возмутился:
— Негодяй! Разве так говорят с детьми?!
Бэймин лишь улыбнулся, проверил, не отстал ли Нуаньбаобао, и пошёл дальше.
— Господин Бэймин!
Едва они вошли, кто-то окликнул Бэймина. Голос показался Ань Яну слишком знакомым! Вздрогнув, малыш соскользнул с руки Бэймина, юркнул на пол и шустрым оленёнком удрал под ближайший банкетный стол, прикрывшись свисающей скатертью.
Бэймин повернулся — Ань Яна и след простыл...
Он оглянулся и вздохнул: Ань Ян сидел под столом, сжимая край ткани, и отчаянно делал ему знаки глазами — мол, не выдавай!
— Господин Бэймин! — снова раздался голос.
Бэймин обернулся:
— Господин Цяо.
Это был Цяо Е — кумир номер один для Ань Яна. А рядом с ним, конечно же, стоял Дух слова Цинь Минлэй.
Они были неразлучны.
— Господин Цяо, вы тоже здесь? — вежливо спросил Бэймин.
Цяо Е улыбнулся:
— Да, я снял здесь этаж под студию. Сегодня открытие, вот мне и прислали приглашение.
Помимо торгового центра, здесь располагался офисный комплекс. Цяо Е был успешным писателем и открыл собственную студию для переговоров по экранизациям.
Они обменялись рукопожатием, и Цяо Е спросил:
— А Ань Ян не пришёл?
Бэймин с торжествующим видом отчеканил:
— Да, он сегодня так устал, что попросил меня пойти одного, а сам остался отдыхать дома.
Цяо Е смущённо покраснел и поспешил откланяться.
Ань Ян под столом слышал каждое слово! Бэймин снова оклеветал его перед кумиром!
Сжимая скатерть, Ань Ян злобно уставился на Бэймина. И тут за его спиной раздался мягкий женский голос:
— Чей это такой милый малыш?
Ань Ян обернулся. У стола стояла длинноволосая девушка и смотрела на него сверху вниз.
Она была очень высокой — около 175 сантиметров, а на ярко-красных каблуках казалась ещё выше. На ней был строгий брючный костюм с рубашкой, придающий ей элегантный и одновременно дерзкий вид.
Классический овал лица, изящный подбородок, чуть раскосые глаза... Когда она прищуривалась, её взгляд казался тёплым и мягким.
Склонившись, она приподняла скатерть и улыбнулась:
— Потерялся? Давай я отведу тебя к администратору?
Ань Ян замахал ручками, но тут подошёл Бэймин и взял его за руку:
— Сяо Янян, не балуйся. Разве можно убегать?
Девушка взглянула на Бэймина:
— Это ваш сын?
Бэймин не моргнув глазом ответил:
— Да, мой сын.
Ань Ян про себя ругался: «Я твой дедушка!» Но спорить не мог — пришлось изображать послушного ангелочка.
Девушка не стала навязываться, вежливо попрощалась и ушла. Увидев Бэймина, она даже не восхитилась его красотой, что показалось Ань Яну весьма необычным.
Когда она скрылась, Ань Ян хлопнул себя по лбу:
— Ой! А где сына?!
* * *
Оказавшись в зале, Нуаньбаобао ушёл в дальний угол. На столе стояло угощение, и, почувствовав голод, он принялся за еду.
Он знал, что алкоголь ему противопоказан, так как вызывает скачки духовной силы. Пить он не стал, зато уничтожил большую тарелку шоколадных конфет...
Вот только конфеты были с алкогольной начинкой.
Вскоре в голове у Нуаньбаобао всё поплыло. Опираясь на стол, он сквозь пьяную пелену вдруг разглядел знакомую фигуру.
Сун Цзинмань!
Тот прошёл мимо, не заметив его.
Глаза Нуаньбаобао сузились. Словно хищный барс, он сорвался с места и устремился за ним. Он видел, как Цзинмань вошёл в одну из дверей.
Бум!
Нуаньбаобао с силой толкнул дверь и шагнул внутрь...
Высокая девушка в костюме направилась к туалетам. Войдя в дамскую комнату, она прислонилась к раковине и достала телефон.
Набрав номер, она дождалась ответа и тихо произнесла слегка хрипловатым, нейтральным голосом:
— Господин, не волнуйтесь. Ань Ян и остальные меня не узнают. Они видели только облик Сун Цзинманя, а меня никогда не встречали. К тому же с этой маскировкой они ни за что не догадаются... Господин...
И тут... Бум!
Дверь дамской комнаты с грохотом распахнулась. На пороге стоял Нуаньбаобао...
«Девушка» замерла, её голос оборвался. Встретившись взглядом с Нуаньбаобао, она тут же отвела глаза и быстро проговорила в трубку:
— Я позже перезвоню.
Сбросив вызов, она попыталась пройти мимо.
Но у Нуаньбаобао всё плыло перед глазами. Он не мог разобрать, кто перед ним — женщина или Цзинмань.
Зайдя внутрь, он перекрыл выход.
«Девушка» попыталась прошмыгнуть мимо, но Нуаньбаобао Бум! выбросил руку, впечатывая её обратно.
Прежде чем собеседник успел опомниться, Нуаньбаобао схватил его за запястье, Дон! — прижал к дверному косяку, сжал пальцами подбородок, заставляя задрать голову, и яростно впился в его губы поцелуем...
В этот момент Бэймин с Ань Яном на руках искали Нуаньбаобао по всему залу.
— Может, он в туалете? Пойдём проверим, — предложил Бэймин.
Они подошли к дверям. Ань Ян недоумевал:
— И куда сына мог...
Слова застряли у него в горле. Глаза Ань Яна округлились, а челюсть чуть не отвалилась от увиденного!
Его пропавший сын прижал ту самую красивую девушку к дверному косяку дамского туалета и самозабвенно творил с ней нечто абсолютно неизречённое...