Когда Бэймин Шисы и Ань Ян вышли из здания штаб-квартиры, на улице уже рассвело. Часы показывали начало седьмого утра. Несмотря на рань, в сквере неподалёку вовсю собирался народ — любители утренних пробежек и зарядки выходили на свежий воздух.
— Погоди! — Ань Ян нагнал спутника и преградил ему дорогу на тротуаре. — Ты снова меня использовал?! Да ещё и прикинулся несчастной жертвой?
Бэймин Шисы сделал максимально невозмутимое лицо и поправил:
— Разумно применил.
Ань Ян от возмущения едва не закатил глаза:
— Кончай паясничать. Всё, я с тобой больше не знаюсь.
Услышав про «больше не знаюсь», Бэймин Шисы почему-то усмехнулся — мягко, но с лёгким оттенком пренебрежения.
Оглядевшись по сторонам, он подался чуть ближе и понизил голос:
— Дома обсудим. А то прохожие подумают, будто мы устраиваем сцену при расставании.
Ань Ян лишился дара речи.
Косившись по сторонам, он заметил двух проходивших мимо девушек, возвращавшихся с зарядки. Те увлечённо перешёптывались, румяные и оживлённые, не сводя с них глаз.
Слух у Ань Яна был чуткий, так что он разобрал каждое слово:
— Ой, смотри! Вредничает и капризничает, ну чисто уке!
— Мамочки, а тот второй такой заботливый и нежный семе!
«Я? Капризничаю?!»
Ань Ян глубоко вздохнул, чувствуя, что его праведный гнев впустую сотрясает воздух. С этим типом бороться было бесполезно.
В этот момент у Бэймина Шисы зазвонил телефон. Взглянув на экран, он жестом приказал Ань Яну молчать.
Ань Ян вытянул шею и успел заметить надпись: «Министр».
Бэймин Шисы принял вызов:
— Министр.
В трубке раздался мягкий, смеющийся голос министра Ли:
— С освобождением, глава группы Бэймин. — И тут же добавил: — Дело об авто-призраке остаётся за тобой. Подозреваемого, которого поймал Ань Ян, тебе доставит Жэнь Шицзю. Закрой дело поскорее и составь красивый отчёт.
— Слушаюсь, министр, — без лишних слов отчеканил Бэймин Шисы.
Министр Ли снова усмехнулся — на этот раз как-то двусмысленно — и неожиданно заметил:
— А этот паренёк, Ань Ян, довольно любопытный.
Бэймин Шисы изогнул бровь и с усмешкой отозвался:
— Есть такое.
Ань Ян не слышал слов министра, но заметил, как Бэймин Шисы вдруг улыбнулся — причём с какой-то загадочной, почти покровительственной нежностью.
Ань Ян прищурился и подозрительно уставился на него. С чего бы это? Разве они с министром Ли не обычные начальник и подчинённый? Откуда такие неформальные улыбочки и взаимная теплота?
Тут явно что-то нечисто!
Пока Ань Ян сверлил его взглядом, Бэймин Шисы сбросил вызов и предложил:
— Зайдём по дороге съесть хуньтуней? Я угощаю.
Ань Ян фыркнул:
— Решил подмазаться? Поздно. Вкушу на всю катушку — затребую три большущие пиалы, пущу тебя по миру!
Бэймин Шисы тихо рассмеялся. В его бархатистом, глубоком голосе проскользнули такие грудные, чарующие нотки, что у Ань Яна мурашки побежали по коже.
— Договорились, — промурлыкал Бэймин.
Ань Ян сглотнул неожиданно подступивший ком. Перебор, этот паршивец переигрывает! Быть настолько обаятельным — это уже запрещённый приём.
Они пошли плечом к плечу. Бэймин Шисы внезапно произнёс:
— Те слова... Насчёт того, что я тебя использовал. Это было не совсем так.
— А о чём ты? — на автомате переспросил Ань Ян.
— О том, что я не хочу, чтобы ты пострадал, — спокойно ответил Бэймин Шисы и тихо добавил: — Это правда.
Ань Ян обомлел. Внезапный порыв искренности, произнесённый таким низким, бархатным, невероятно магнетическим голосом, заставил его сердце предательски забиться чаще.
Но Бэймин Шисы, бросив эту фразу, как ни в чём не бывало пошагал дальше. Они позавтракали хуньтунями и захватили ещё порцию для Цинь Минлэя.
Войдя в подъезд, они направились к лифтам, но из трёх кабин две оказались на обслуживании, а третью заняли жильцы, перевозившие мебель. В холле уже толпились старики и старушки, вернувшиеся с утренних прогулок и из магазинов. Пробиться сквозь очередь казалось невыполнимой задачей, да и расталкивать пожилых людей Ань Яну не хотелось.
Он махнул рукой:
— Пойдём пешком. Заодно развлечёмся утренней зарядкой.
Бэймин Шисы не возражал, и они устремились по лестнице вверх.
Квартира Ань Яна находилась на одном из верхних этажей. За один пролёт до нужной площадки датчик движения, видимо, вышел из строя — лестничный марш утопал в непроглядной тьме. Пришлось идти наощупь.
Внезапно из темноты донёсся странный, приглушённый звук. У Ань Яна волос дыбом встал на затылке.
Он настороженно огляделся, но ничего не увидел — даже его особый взор не улавливал ни силуэта. А звуки всё продолжались, тихие и жутковатые.
«Неужели неупокоенный дух?» — подумал Ань Ян. Нечисть обожает тёмные, сырые и прохладные места, а на глухой лестнице без окон, где жильцы редкие гости из-за наличия лифта, сама судьба велела призракам свить гнездо. Будь Ань Ян один, он бы ни за что не пошёл пешком. Но рядом шагал Бэймин Шисы, так что бояться казалось нечего.
Неужели эти мелкие духи совсем страх потеряли перед Бэймином?
Ань Ян осторожно сделал ещё пару шагов вверх. Звук стал явственнее.
— Минлэй...
Слышимость улучшилась — нечисть произнесла имя!
Опешив, Ань Ян поднялся ещё на полпролёта и вскинул голову. Никакого призрака там не было. На площадке стояли... Цинь Минлэй и Цяо Е.
С чего вдруг Цяо Е припёрся в такую рань, да ещё вместо того чтобы сидеть в квартире, они выскочили на лестницу? Высокий, плечистый Цинь Минлэй прижал Цяо Е к бетонной стене и увлечённо, жадно его целовал.
Ань Ян застыл в оцепенении. Оказаться перед запертой дверью в такой момент... Ни подняться дальше, ни отступить. А ситуация на площадке накалялась с каждой секундой, угрожая перерасти в нечто совсем уж неприличное.
Кто бы мог подумать, что обычно суховатый и неловкий Цинь Минлэй сейчас ведёт себя как дорвавшийся до добычи хищник, готовый съесть Цяо Е со всеми потрохами!
Пока Ань Ян сгорал от неловкости, Бэймин Шисы с абсолютно невозмутимым видом громко покашлял:
— Кхм.
Цинь Минлэй вздрогнул, мгновенно отпрянул от Цяо Е и оглянулся. На лестнице стояли Бэймин Шисы и Ань Ян.
— Господин Цяо, вы пришли? Заходите в квартиру, — спокойно произнёс Бэймин Шисы.
Цяо Е едва не сгорел со стыда: щёки его пылали, а припухшие, слегка искусанные губы недвусмысленно намекали на страстность момента.
Ань Ян, конечно, давно подозревал, что между ними искрит, но увидеть вживую «живой контент» с участием двух красавцев-кумиров... Скажем так, у Ань Яна внутри всё закипело от восторга.
Вечером Цинь Минлэй снова ушёл на свидание с Цяо Е и позже позвонил, сказав, что останется ночевать у него.
Ань Ян надеялся как следует выспаться после нескольких суток засад и дежурств, но не успел он прилечь, как раздался звонок в дверь. Пришли Жэнь Шицзю и А-Янь, притащив с собой задержанного водителя авто-призрака для допроса Бэймином Шисы.
Сгорая от любопытства — правда ли водитель пошёл на преступление ради погибшей дочери, — Ань Ян юркнул в комнату Бэймина.
В комнате Бэймина Шисы царил полумрак: плотные шторы не пропускали ни единого луча света, светильники тоже не включали.
Бэймин Шисы сидел на диване, закинув ногу на ногу, и лениво крутил в пальцах чёрную лакированную зажигалку, щёлкая крышкой.
Водителя выпустили из дуриановой конфеты. Оказавшись на свободе, тот мгновенно завопил:
— Отпустите меня! Молю вас, отпустите!
Бэймин Шисы без единой эмоции на лице спросил:
— Зачем убивал?
Водитель обомлел:
— Убивал?! Нет-нет, я никого не убивал!
Ань Ян фыркнул. Ишь, выкручивается! В переулке его поймали практически за руку, он пытался сбежать, а пострадавший Чжао Хунь — хозяин ресторана — до сих пор латает раны в больнице. Пусть угроза жизни миновала, но поправляться ему ещё долго.
Заметив их недоверие, водитель отчаянно запричитал:
— Честное слово! Я не убивал! Я пытался спасти человека! Я ехал на машине и вдруг услышал... услышал крик из переулка! Забежал туда, а тот парень уже лежал на земле весь в крови! Его уже кто-то пырнул, я тут ни при чём!
Ань Ян лишь покачал головой: и ведь заливает, будто правду говорит!
Задержанный упорно открещивался от обвинений. Орудие преступления на месте так и не нашли, так что без признательных показаний было не обойтись.
Более того, прошлые нападения он тоже категорически отрицал.
Бэймин Шисы кивнул:
— Допустим, ты не убивал, а пытался помочь. Почему же тогда при виде прохожего бросился наутёк?
Если бы водитель не ринулся на Ань Яна, в результате чего сработал защитный кулон и попал в дуриановую мышеловку, его бы не поймали так быстро.
Водитель забегал глазами и замялся.
— Забыли враньё подкорректировать? — подколол Ань Ян.
— Да потому что... потому что я испугался! — в панике закричал тот. — Я ведь самовольно сбежал из Подземного царства! Я в розыске! А этого парня я уже видел раньше — он ездил с тобой и пытался догнать мою машину. Я решил, что он тоже из органов Дифу. Конечно я сбежал! Кто же захочет попадаться? — И он ткнул пальцем в Ань Яна.
Действительно, Ань Ян вместе с Бэймином увязался за ним в погоню, так что лицо его водитель запомнил.
Ань Ян тяжело вздохнул. Подозреваемый упёрся рогом. На вопрос о том, почему он подбирал исключительно пассажиров в розовой одежде или с розовыми аксессуарами, водитель лишь хлопал глазами, уверяя, что ничего подобного не замечал и никого специально не выбирал.
Допрос затянулся до самого утра и закончился ничем. От усталости Ань Ян отключился прямо там же, даже не помня, как и когда добрался до подушки.
Очнулся он от приятного ощущения: в ладони покоилось что-то мягкое, пушистое и весьма упитанное. Он не удержался и погладил находку.
В ответ раздалось недовольное:
— Мяу...
Ань Ян подскочил на кровати и столкнулся взглядом с двумя круглыми серо-зелёными глазами.
— Дуаньдуань?
Кот издал лёгкое «мяу», смахивающее на ироничный смешок.
Ань Ян с восторгом подхватил толстяка на руки и уткнулся носом в его шерсть:
— Дуаньдуань, соскучился по братцу? Сам пришёл к котику под бочок? Какая прелесть, братец обожает таких инициативных!
Британский короткошерстный кот лишь укоризненно прищурился: «Мяу-мяу... Мечтай-мечтай».
Обняв пушистый ком, Ань Ян только сейчас огляделся вокруг. Это была спальня Бэймина Шисы. Вещи Бэймина хоть и увезли ранее, но Цинь Минлэй ещё не успел перебраться в эту комнату, так что из мебели тут стояли лишь стандартные кровать, диван, шкаф и стол. Сам хозяин где-то пропадал, а задержанного водителя, судя по всему, увели.
Пощекотав кота по розовому носу, Ань Ян спросил:
— И куда твой хозяин умотал с самого утра? На какие такие подвиги?
Кот наклонил круглую голову, одарив его недоуменным взглядом больших серо-зелёных глаз:
«Мяу?» На подвиги?
Глядя на его озадаченную мордашку, Ань Ян едва не расхохотался:
— До чего же ты милый! Не понимаешь, о чём я? Твой хозяин — тот ещё фрукт. Позёр и фальшивщик от ушей до хвоста.
Кот: «...»
Ань Ян продолжал самозабвенно язвить:
— Скрытный, хитрый, пользуется своей привлекательной физиономией и ведёт себя совершенно безнаказанно. Характер — просто дрянь.
Кот хранил гробовое молчание.
Выговорившись, Ань Ян почувствовал облегчение. Взглянув на часы, он вспомнил:
— Чжао Хунь всё ещё в больнице. Дуаньдуань, стереги дом, а я сбегаю в душ и навещу его.
Услышав имя «Чжао Хунь», кот мгновенно прищурился, и его упитанная мордочка стала невероятно суровой.
Ань Ян быстро умылся в своей спальне, проверил заказы на Таобао, ответил покупателям, оделся и собрался выходить.
Едва он потянул ручку двери, как прямо перед ним возникла высокая тёмная фигура. От неожиданности Ань Ян вздрогнул и отшатнулся:
— Ох!
Присмотревшись, он вытаращил глаза:
— Бэ... Бэй...
Бэймин Шисы?!
Он же вроде ушёл? Когда он успел вернуться?
Бэймин Шисы в строгом чёрном костюме возвышался в дверях. Пользуясь преимуществом в росте, он свысока посмотрел на Ань Яна и сухо спросил:
— Куда собрался?
— В больницу, — честно ответил Ань Ян.
— Зачем?
— Навестить Чжао Хуня... хозяина ресторана.
Бэймин Шисы чуть сузил глаза с загадочным выражением лица, которое Ань Ян не смог разгадать.
— Я с тобой.
Ань Ян возражать не стал — вместе так вместе.
Они отправились в больницу. Бэймин Шисы сел за руль, избавив Ань Яна от поездки в метро. У входа Ань Ян прикупил корзину с фруктами, и они поднялись в палату.
Чжао Хунь уже бодрствовал и выглядел вполне бодро. Рядом хлопотала сиделка.
Увидев Ань Яна, Чжао Хунь обрадовался:
— Ань Ян!
Поставив корзину, Ань Ян присел на стул:
— Как себя чувствуешь? Выглядишь отлично.
— Повезло, да и организм молодой, — улыбнулся Чжао Хунь. — Отоспался и снова огурцом. Врач сказал, если бы не твоя своевременная помощь, истёк бы кровью. Спасибо тебе огромное!
— Не стоит, главное — выздоравливай. А где твои родные?
Чжао Хунь смущённо улыбнулся:
— Да у меня и нет толком никому дела. Родственники далеко, навещать некому.
— Если что-то нужно — говори, я принесу.
— Спасибо, но ничего не надо. Ещё пару дней поборюсь с местной скукой и попрошусь домой. В больнице тошно.
Они увлечённо беседовали. Бэймин Шисы при этом даже не присел — словно надсмотрщик, он стоял у дверей палаты, скрестив руки на груди, и не сводил с них пристального взгляда.
— Как выпишусь, пойдём вместе на «Сожительство»? — предложил Чжао Хунь. — Его ещё крутят в кино. Отличный фильм!
При упоминании фильма Ань Ян мгновенно оживился:
— Ты тоже любишь «Сожительство»?
— Ты что, фанат И Е Би Му? — обрадовался Чжао Хунь.
— Ещё бы! Я перечитал все его книги, но «Сожительство» — самое любимое!
— Надо же, встретить единомышленника! Я ходил на этот фильм уже шесть раз! Хотел пойти в седьмой, да вот угодил в больницу. Выпишусь — обязательно доберусь до кинотеатра!
— Отлично, вместе сходим! Там столько мелких деталей, фильм потрясающий!
Бэймин Шисы: «...»
Они общались так вдохновенно, словно земляки, встретившиеся на чужбине. Ань Ян совершенно забыл о присутствии спутника.
Когда пришла медсестра делать перевязку, Бэймин Шисы и Ань Ян вышли в коридор.
Бэймин одарил Ань Яна мрачным взглядом и внезапно спросил:
— Кто тебе больше нравится — Дуаньдуань или И Е Би Му?
— А? — Ань Ян смутился. — Как их вообще можно сравнивать?
— Почему нельзя?
— Потому что Дуаньдуань — это для души и тела, плотская любовь! А автор — это духовное!
Ань Ян высказался с такой искренней убеждённостью, что Бэймин Шисы на мгновение опешил:
— Плотская?
— Ну да! — улыбнулся Ань Ян. — Дуаньдуань такой пухленький, мягкий, тискать его — одно удовольствие!
Бэймин Шисы: «...» Значит, всё-таки плотская.
Перевязка закончилась, и Ань Ян вернулся в палату, продолжить обсуждение творчества кумира.
Наступил полдень. По телевизору в палате показывали сводку происшествий. Передача рассказывала об авариях с участием грузовиков. На экране мелькнули кадры столкновения той самой машины-призрака с фурой: всмятку разбитое такси, жуткое зрелище.
Журналист брал интервью у коллегии погибшего водителя.
— Эх, старик Чжан был честным малым, — вздыхал тот. — Такая трагедия... Говорят, и дочка его недавно погибла. Горе-то какое на всю семью.
Чжао Хунь посмотрел на экран и вздохнул:
— Жуткая авария. Шансов выжить у него не было. Каково бы пришлось дочке, будь она жива...
Ань Ян уставился на телевизор, где как раз показали фото водителя. Это точно был тот самый призрак!
Вдруг Ань Яна обдало холодом. Слова Чжао Хуня звучали как-то странно...
Если Чжао Хунь подвергся нападению, он должен был видеть лицо водителя! Предыдущие жертвы в один голос утверждали, что перед аварией лицо водителя наливалось кровью и покрывалось язвами.
А Чжао Хунь говорил так, будто впервые видит этого человека.
Сердце Ань Яна забилось как бешеное.
— Чжао Хунь, — осторожно начал он. — А что именно произошло в переулке? Как на тебя напали?
Чжао Хунь нахмурился:
— Да я и сам толком не понял. Мне нездоровилось, я ушёл пораньше. Шёл по улице, и вдруг кто-то с силой втолкнул меня в подворотню...
— Втолкнул?
— Ну да. Было темно, лица я не разглядел, но это явно был высокий и сильный мужчина. Он пырнул меня ножом, и я отключился.
Ань Ян слушал, и внутри у него всё переворачивалось.
Ни слова про такси? Ни слова про безумного водителя?
Мозг Ань Яна пронзила догадка. Он резко поднялся, делая вид, что смотрит на часы:
— Ой, мне же нужно срочно отправить посылку покупателю! Я пойду, увидимся!
Чжао Хунь кивнул:
— Хорошо, выпишусь — сходим на «Сожительство».
Ань Ян выскочил из палаты. В коридоре его встретил Бэймин Шисы — мрачный, с пиджаком, измазанным чьим-то соусом, и со следом чужого каблука на туфле. Очевидно, очередь за обедом далась ему нелегко.
Ань Ян схватил его за руку и потащил на лестницу.
Спустившись на несколько пролётов, Ань Ян остановился.
— Что стряслось? — спросил Бэймин Шисы.
— Чжао Хунь... с ним что-то не так, — на одном дыхании выложил Ань Ян.
Он пересказал слова пострадавшего. Обычная жертва должна была увидеть «трансформацию» водителя, напугаться и побежать. Но Чжао Хунь утверждал, что на него напал высокий крепкий мужчина, вовсе не похожий на пятидесятилетнего низкорослого таксиста.
— В той подворотне тупик, — заметил Бэймин Шисы. — Если бы там был реальный убийца, ты бы его увидел своими глазами.
— Я никого не видел, — твёрдо заявил Ань Ян.
Бэймин Шисы холодно ухмыльнулся:
— Тогда варианта два: либо нападавшим был сам водитель, либо... Чжао Хунь ранил себя сам.
Ань Ян промолчал — эта безумная мысль и ему приходила в голову.
Через три дня пришли результаты проверки. Жэнь Шицзю и А-Янь выяснили, что все жертвы «розового маньяка» заходили в ресторан «25-й час». Более того, водитель такси и его погибшая дочь тоже были там постоянными клиентами!
— Иными словами, совпадение с такси было лишь прикрытием для настоящего убийцы, — подытожил Ань Ян.
Чжао Хунь разыграл спектакль перед Ань Яном, зная, что тот крутится неподалёку. Если бы Ань Ян не оказался рядом, Чжао Хунь реально мог бы истечь кровью — риск был смертельным.
Бэймин Шисы сухо произнёс:
— Дело закрыто. Преступления смертных не входят в компетенцию Четвёртой группы.
— И всё?! — возмутился Ань Ян.
В этот момент у него зазвонил телефон:
— Прибыл высокопоставленный гость...
На экране высветилось: «Чжао Хунь».
Бэймин Шисы сделал знак сбросить вызов. Разговаривать с подозреваемым маньяком слишком опасно! Тем более Ань Ян носил розовый плащ и розовый брелок — он идеальная мишень.
Но Ань Ян в ответ лишь дерзко вскинул подбородок и ответил на звонок:
— Алло?
— Ань Ян! Я выписался, пойдём сегодня в кино на «Сожительство»? Я знаю один ночной кинотеатр за городом, сеанс в полночь...
— Отлично! Присылай адрес, до встречи, — отрезал Ань Ян и посмотрел на Бэймина с вызовом.
Бэймин Шисы лишь тяжело вздохнул и потёр виски.
* * *
Ночь. Двадцать три часа пятьдесят пять минут.
В безлюдном переулке стоял человек в розовом плаще с розовым брелоком на телефоне. Из тени к нему бесшумно приблизилась фигура с армейским ножом.
Удар! Но человек в плаще ловко уклонился, а затем стальной хваткой сжал запястье нападавшего.
— Ты?! — в ужасе закричал Чжао Хунь.
Под капюшоном показались сердитые серо-зелёные глаза Бэймина Шисы.
— Ожидал увидеть Ань Яна? — прозвучал ледяной голос.
Позади припарковался спорткар с работающим видеорегистратором.
— Всё записано, — холодно констатировал Бэймин.
Тут подошёл Ань Ян с телефоном у уха:
— Алло, полиция? Тут нападение с ножом...
Чжао Хунь впал в неистовство, перемахнул через ограждение дороги прямо под колёса пролетающей фуры!
Удар! Хруст!
Бэймин Шисы мгновенно закрыл глаза Ань Яну прохладной ладонью и развернул его:
— Не смотри. Подожди меня.
Сняв розовый плащ, Бэймин в строгом костюме и тёмных очках подошёл к отлетевшему духу Чжао Хуня:
— Собирался сдать тебя полиции, но раз ты так торопился... Что ж, прогуляемся со мной.