— Апчхи!
Ань Ян громко чихнул. В носу неприятно зачесалось и закололо.
— Похоже, кто-то за моей спиной перемывает мне косточки, — пробормотал он, удивлённо качнув головой.
Бэймин Шисы допечатал сообщение Мэнпо, отложил смартфон в сторону и заботливо посмотрел на юношу:
— Не простудился? Погода в последние дни резко испортилась. Выходя на улицу, накидывай что-нибудь потеплее.
Ань Ян потрёл нос, даже не обратив внимания на то, кому именно писал его спутник, и кивнул:
— Может, и правда продуло.
Бэймин Шисы мягко улыбнулся:
— Время уже позднее, да и день выдался суматошным. Ступай наверх, ложись спать, а я разогрею тебе стакан молока.
Произнеся это, он случайно встретился взглядом со Сяо Доудином, восседавшим на диване. Малыш смотрел на него с нескрываемым презрением, словно видел насквозь все его тайные помыслы.
Бэймин Шисы слегка откашлялся и поднялся, направляясь на кухню.
— Ну всё, пора спать! — подвел итог Ань Ян.
Сяо Пидань всё ещё увлечённо «нырял» в кастрюлю, Нуаньбаобао доедал поздний ужин, и лишь Маленький цилинь оставался образцом послушания. Он кротко сидел на диване — настоящий маленький ангел с очаровательной мордашкой, хлопающий большими любопытными глазами.
Ань Ян подошёл ближе, выудил Сяо Пиданя из посуды и передал его на руки Лянь Му. Затем захлопнул дверцу холодильника и вручил Нуаньбаобао зубную щётку:
— Быстро марш чистить зубы.
Хотя Нуаньбаобао и не наелся до отвала, голод он утолил, а потому послушно взял щётку и поплёлся в ванную.
Ань Ян только облегчённо вздохнул, как из умывальной раздался громкий хруст.
Сердце Ань Яна ушло в пятки.
— Не смей есть щётку! — крикнул он.
Нуаньбаобао лишь недоумённо хлопнул глазами: «Ав-у?»
Проглотить щётку он не успел, но разгрыз её вглухую.
Пришлось доставать новую. Выпроводив неугомонного сына повторно, Ань Ян перевёл дух и повернулся к Маленькому цилиню.
Тот ещё минуту назад смотрел «Телепузиков», но стоит упустить его из виду — и малыш уже сладко заснул, склонив голову на плечо Сяо Доудина. Белоснежная мордашка уткнулась ему в грудь, и кроха тихонько похрюкивал во сне, издавая мягкие звуки: «Ме-е-е».
Сяо Доудин сидел прямехонько. Поначалу он хотел отодвинуться, но побоялся, что крошечный белёсый комок ударится о деревянный подлокотник, и остался на месте.
Заснув, малыш окончательно свалился ему на руки. На его голове едва заметно засияли чёрные рожки, испуская мягкий свет, подобно ночнику, и обдавая всё вокруг приятным, уютным теплом.
Осень вступала в права, по вечерам становилось ощутимо прохладно, а держать в руках этакую горячую живую грелку оказалось очень даже приятно.
Сяо Доудин решил не прогонять подкидыша. В конце концов, тот только родился и размерами уступал даже обычным ягнятам, походя на какую-то игрушечную мини-версию.
В обнимку с ним и впрямь было тепло и мягко, отчего на душе невольно потеплело.
Сын дяди, хоть и выглядел обычно безучастным и недюжинно серьезным, сейчас проявлял удивительную трогательную нежность.
Ань Ян улыбнулся Лю Бэю:
— Дядя, а как вы с министром назвали малыша? Придумали имя?
У самого Ань Яна сыновей хоть отбавляй, но имя было только у старшего, Лянь Му, да и то досталось от прежней жизни. Сяо Пидань, Нуаньбаобао и Маленький цилинь обходились прозвищами — у отца просто мозги закипали от попыток выдумать что-то путное.
— Да, имя есть, — отозвался Лю Бэй. — Ли Вэнь выбирал.
Министр Ли добродушно ухмыльнулся:
— Назвали Ли Бэй.
Ань Ян потерял дар речи. Министр в некоторых вопросах отличался поразительной прямым и незамысловатым подходом.
Выходит, Сяо Доудина звали Ли Бэй — по фамилии отца. Лю Бэя подобные мелочи совершенно не волновали, так что он спорить не стал.
Вот только министр Ли, похоже, сделал это с умыслом: каждый раз, когда он с елейной улыбочкой звал сына «Сяо Бэй», Лю Бэю казалось, будто тот косвенно окликает его самого...
Поскольку час был поздний, Ли Вэнь и Лю Бэй решили остаться на ночь и уехать ранним утром.
Ли Бэй бережно подхватил Маленького цилиня на руки и направился в отведённую комнату.
Уложив детей, Ань Ян намотал на кулак последние силы и шмыгнул в спальню.
День выдался выматывающим. Недавно родившийся младший сын растопил его сердце, но стоило душевный подъём смениться тишиной, как навалилась дикая усталость.
Ань Ян рухнул на кровать прямо в одежде и мгновенно провалился в глубокий, беспросветный сон.
И приснилась ему редкая чертовщина...
То ли подействовала настойка Мэнпо, то ли дало о себе знать подсознательное беспокойство, но во сне он снова превратился в трёхлетнего карапуза.
По соседству с ним жил старший братец, за которым маленький Ань Ян любил ходить хвостиком.
И вот в этот раз малыш, сжимая в ручонках алый мячик, снова побежал к соседям. Дверь со скрипом распахнулась, на пороге появился высокий паренёк. Он присел перед крохой, сравнявшись с ним ростом, прижал к себе и ласково чмокнул в пухлую щёку.
Голос у него был бархатный, убаюкивающий:
— Сяо Янян, а ты знаешь, что нужно сказать, если хочешь, чтобы братец с тобой поиграл?
— Ага! — Малыш активно закивал, задрал мордашку и с детской непосредственностью пролепетал: — Братец самый лучший! Больше всех люблю братца! Когда Янян вырастет, то обязательно выйдет за братца замуж!
С этими словами кроха крепко чмокнул юношу в щёку.
А затем...
Ань Ян встретился взглядом с его серо-зелёными глазами и разглядел тёплые, невероятно знакомые ямочки на щеках...
И тут же проснулся.
Яркий солнечный луч ударил по глазам. Ань Ян окончательно пришёл в себя и понял, что это был лишь сон. Невероятно смущающий, дикий сон, где он снова стал ребенком и жил по соседству с Бэймином Шисы, а тот превратился в старшего братца, которому Ань Ян пообещал...
«Вот уж точно: через слёзы...»
Ань Ян закрыл лицо руками и энергично растёр щёки.
Он сполз с кровати и поплёлся в ванную. Взглянув в зеркало, юноша вскрикнул от неожиданности и несколько секунд ошарашенно разглядывал собственное отражение.
Ах да! Ему ведь сейчас на вид лет семнадцать-восемнадцать — юный, свежий, кровь с молоком. И в таком облике придётся пробыть ещё пару дней, ведь сегодня только второй день...
Привыкнув к обновлённой физиономии, он принялся умываться.
Когда Ань Ян спустился, все уже собрались за столом. Бэймин Шисы и Лянь Му суетились у плиты — точнее, суетился Лянь Му, а Бэймин лишь путался под ногами, подавая тарелки.
Поскольку кулинарные таланты Бэймина Шисы способны были спалить дом, Лянь Му предпочёл держится от него подальше и не давать серьезных поручений.
На Бэймине был накинут чёрный фартук, который поверх белоснежной рубашки и тёмных брюк смотрелся невероятно эффектно. Он походил на идеального дворецкого из дорогого сериала — от него так и веяло строгим, неприступным лоском.
Ань Ян сдержал кашель и быстро потрогал нос — слава богу, обшлось без кровотечения.
За завтраком обсудили планы: Ань Яну и Бэймину Шисы нужно было наведаться в штаб-квартиру, а затем проверить магазин ячеечной торговли.
Заботу о младших снова возложили на Лянь Му, хоть задача и казалась не из лёгких.
У Ли Бэя сегодня дел не намечалось, а у его родителей, напротив, день выдался загруженным. Посему Лю Бэй и Ли Вэнь со спокойной душой оставили сына у Бэймина, чтобы тот присмотрел за малышнёй.
Ань Ян и Бэймин Шисы подкатили к главному зданию как раз в тот момент, когда из подъехавшего авто выходил Жэнь Шицзю.
Ань Ян с улыбкой окликнул его:
— Ого, Шицзю, тачкой обзавёлся? Погоди, а зачем тебе машина, если общежитие буквально за углом?
Не успел он озвучить догадку, как Бэймин Шисы неопределенно кивнул в сторону автомобиля. Ань Ян присмотрелся: Жэнь Шицзю выбрался с пассажирского кресла, а за рулём сидел...
А-Янь!
А-Янь лично подвозил его на работу?
Выходит, ночь Жэнь Шицзю провёл явно не в своей комнате!
Под пристальным, многозначительным взглядом Ань Яна Жэнь Шицзю густо покраснел. Он торопливо повернулся к водителю:
— Я пойду. Води аккуратнее.
А-Янь кивнул и тепло улыбнулся:
— Поужинаем вместе?
Жэнь Шицзю согласился, и машина плавно тронулась с места.
Ань Ян шутливо толкнул коллегу в бок:
— Ну и каково это — быть на содержании у целого генерального директора?
Жэнь Шицзю потерял дар речи.
Пока они поднимались, Ань Ян вспомнил о деле:
— Кстати, а что там с магазином ячеечной торговли? Удалось что-то раздобыть?
Жэнь Шицзю посмотрел на него с недоумением:
— С магазином? Каким ещё магазином?
Ань Ян тоже опешил:
— Ну как же... Разве Бэймин Шисы вчера не отправлял тебе сообщение?
Он не успел закончить фразы, как Бэймин Шисы перебил его, обращаясь к подчиненному:
— Шицзю, есть срочное поручение, займись им прямо сейчас.
— Слушаюсь, босс! — отчеканил тот и поспешно удалился.
Ань Ян озадаченно оглянулся ему вослед. Вчера Бэймин клятвенно уверял, что дал Жэнь Шицзю задание разузнать про тот магазин.
Ему и в голову не могло прийти, что Бэймин отправлял эсэмэску вовсе не коллективу, а Мэнпо. Жэнь Шицзю служил лишь прикрытием, и кто же знал, что они столкнутся с ним прямо на входе.
— Идем, нужно подняться, — настойчиво увлекал его Бэймин.
Едва они вступили в кабину лифта и двери начали сдвигаться, как снаружи раздался отчаянный вопль:
— Подождите! Я тоже с вами!
В лифт буквально влетела Мэнпо. Переведя дух, она моментально засекла миниатюрного Ань Яна в компании Бэймина и восторженно запричитала:
— Маленький босс, берегись этого зверя!
Бэймин Шисы насупился:
* * *
Ань Ян хлопал глазами:
— Какого ещё... зверя?
— Да вчерашнего же! — воодушевленно продолжала Мэнпо.
Её пламенную речь прервал тихий зуммер: лифт прибыл на нужный этаж. Бэймин Шисы немедленно указал на выход:
— Ваша остановка.
* * *
Выходя, Мэнпо всё же успела прокричать сквозь закрывающиеся створки:
— Маленький босс, будь осторожен! Он волк в овечьей шкуре!
«С самого утра мухи кусают, что ли?» — подумал Ань Ян, качнув головой.
Впрочем, Жэнь Шицзю сработал оперативно и быстро прислал всю информацию по магазину. Ань Ян и Бэймин Шисы тут же отправились на выезд.
В дороге на телефон Бэймина поступил звонок от Су Сяньшэна.
Так как Бэймин вел машину и не использовал гарнитуру, он попросил Ань Яна ответить.
Ань Ян взял смартфон и застыл.
Что за чертовщина с обоями?
На экране красовался снимок трёхлетнего Ань Яна!
Кроха в белом пуховичке с сияющим алым мячиком в руках и маленьким рюкзачком за спиной был сфотографирован сзади. В момент снимка он как раз обернулся, ловя личиком мягкие солнечные лучи. Кадр выглядел до того милым, ангельским и сочным, что у любых фанаток перехватило бы дыхание!
Ань Ян лишился слов.
Разбираться с заставкой сейчас было некогда, поэтому пришлось на время отложить разговор.
— Алло? — раздался из динамика голос Су Сяньшэна. — Бывшая жена Кон Дачэна всё рассказала!
Как выяснилось, прошлым вечером у сына Кон Дачэна началось кровохарканье. Ему вызвали скорую, но парень скончался ещё по дороге в больницу.
Су Сяньшэн и Лянь Чжичэнь дежурили в клинике, и убитая горем мать рыдала всю ночь, пока наконец не выложила всю правду.
На кадрах с камер видеонаблюдения, где таинственная фигура уносила в сумке Ящик Пандоры, действительно была она.
Кон Дачэн внезапно позвонил ей и потребовал вернуть сына, а она лишь подняла его на смех: мол, без гроша в кармане забирать ребенка собрался?
Тогда бывший муж заявил, что сорвал куш в лотерею — два миллиона юаней!
Женщина обомлела: по телевизору как раз передавали новости о крупном выигрыше, и счастливым обладателем джекпота оказался её никчёмный экс-супруг.
Отработав смену в баре, она отправилась к нему домой в надежде найти билет. Однако Кон Дачэна не было, а лотерейная карточка словно сквозь землю провалилась.
Дверь оказалась не заперта, женщина прошла внутрь и наткнулась на Ящик Пандоры.
Артефакт, вырезанный из драгоценных камней, выглядел баснословно дорого. Не найдя билета, она решила поживиться хотя бы им.
Когда Ань Ян с командой приехали в бар, она отнекивалась до последнего, надеясь оставить шкатулку себе.
Сам ящик она не открывала — он казался слишком лёгким и внутри ничего не гремело. Зато красивую вещицу приметил сын, и мать бездумно отдала артефакт ему.
Парнишка хоть и учился в школе, но связями в сомнительных кругах владел и пообещал загнать артефакт.
Кто же знал...
— Парень точно открыл ящик и загадал желание, — подытожил Су Сяньшэн. — Отец мечтал о богатстве — получил деньги, но погиб от собственной ярости. Сын мечтал о лучших оценках — стал первым в классе, но сгорел от болезни. Кто знает, кто окажется следующим...
Ань Ян насупился:
— Мы уже едем по наводке к магазину ячеечной торговли, куда перепродали артефакт.
Бэймин Шисы вовремя подал голос:
— Приехали.
— На связи, — свернул разговор Ань Ян и вернул телефон владельцу.
Они вышли из машины и направились к торговому комплексу.
Магазин ячеечной торговли располагался в шумном здании, смахивающем на оптовый рынок.
Едва они переступили порог, как навстречу выскочил расплывшийся в улыбке хозяин:
— Добро пожаловать! Подбираете что-то конкретное?
Ань Ян решил не ходить вокруг да около:
— Нам нужна драгоценная шкатулка. Слышали, её перепродали через вашу лавку?
Продавец мгновенно вспомнил вчерашний случай:
— А, вы про тот ювелирный ларчик! Помню-помню. Вот только... его уже перекупили.
— Как перекупили?! — выдохнул Ань Ян. — Кому?
— Да если б я знал! — развёл руками торговец. — Едва тот парнишка ушёл, как явилась покупательница. Лица я не разглядел, но вид у неё был до того странный, что запечатлелся в памяти намертво.
Женщина была экипирована по полной программе: маска, тёмные очки, шляпа и плотные перчатки.
— Это точно была дама, — убеждённо добавил владелец. — Но больше сказать ничего не могу, чеков не выписывал, контактов она не оставляла.
Камеры видеонаблюдения в павильоне висели лишь для красоты и давно не работали. Ниточка оборвалась.
Вернувшись в авто, Ань Ян в досаде откинулся на сиденье:
— Ушла из-под самого носа! Где теперь искать этот Ящик Пандоры?
Каждое его открытие несло миру новые беды. Если так пойдет и дальше, все бедствия вырвутся наружу, ведь человеческая жадность не имеет границ.
Люди жаждут получить всё и сразу, не прикладывая ни малейших усилий, и именно эта алчность даёт силу Ящику Пандоры...
Ань Ян нахмурился:
— Когда все пороки вырвутся на свободу, в ящике останется лишь последняя надежда. Похоже, в этом и заключается конечная цель того, кто похитил артефакт?
Настоящим вором явно был не Кон Дачэн. Его маршрут в тот день прослеживался до минуты: он и близко не подходил к галерее Су Сяньшэна, да и обычный человек ни за что не пробрался бы сквозь усиленную охрану.
То, что шкатулка оказалась в руках его семьи, доказывает: похититель прекрасно знал о свойствах артефакта и пустил его по рукам, чтобы в итоге вернуть себе и высвободить Надежду ради исполнения собственного заветного желания...
От размышлений у Ань Яна разболелась голова.
Бэймин Шисы мягко произнёс:
— Не накручивай себя. Ты и так истощён, давай лучше вернёмся домой и немного отдохнём.
Зацепка была утеряна, нужно искать новые следы. Бэймин завел двигатель, но не успели они выехать с парковки, как Ань Ян заметил знакомую фигуру.
Он указал пальцем в окно:
— Эй? Это же Сун Цзинмань?
И впрямь, Сун Цзинмань самостоятельно выкатывал инвалидную коляску из здания магазина ячеечной торговли.
Ань Ян опустил стекло:
— Господин Сун?
Тот повернулся на голос и тепло улыбнулся:
— Господин Бэймин, господин Ань? Вы тоже за покупками?
Ань Ян уклонился от прямого ответа и спросил:
— А вы какими судьбами в этих краях?
Сун Цзинмань кивнул на здание:
— Тут есть отличная лавка винтажных вещей. Я давно охотился за одной моделью наручных часов — ограниченная серия, нигде не мог найти. Хозяин пообещал достать и вчера позволил забрать.
Он приподнял рукав, демонстрируя редчайший аксессуар. Часы действительно выглядели безупречно — коллекционная вещь, стоимость которой на аукционах доходила до астрономических сумм.
Ань Ян в подобных тонкостях не разбирался, но знал, что многие мужчины без ума от хорошей механики. Бэймин Шисы не был исключением: у него в гардеробной под часы выделялся целый стеклянный стеллаж.
— А где ваш водитель? — поинтересовался Ань Ян.
— У него дочка в больницу попала, я отпустил его, — ответил Сун Цзинмань.
— Нам всё равно по пути, давайте подвезём, — предложил Ань Ян.
Сун Цзинмань отказываться не стал — поймать такси для человека в коляске в этом районе было той еще задачей.
В дороге они разговорились, и Сун Цзинмань случайно поинтересовался «Ань Яном». Лишь тогда юноша вспомнил, что сейчас выглядит как собственный младший брат...
Дорога была свободной, и вскоре они подкатили к своему жилому комплексу.
Однако прямо у ворот образовалась глухая пробка.
У въезда бурлила толпа людей, а охрана посёлка из последних сил сдерживала напористый людской поток.
Ань Ян вытаращил глаза:
— Что там стряслось? Авария?
Сун Цзинмань вгляделся в толпу:
— Вряд ли. Похоже, приехала какая-то знаменитость, вон сколько плакатов.
Ань Ян присмотрелся: и правда! Множество фанатов держали плакаты и ростовые фигуры какой-то девушки. Сам он шоу-бизнесом не интересовался — его телевизионный досуг ограничивался просмотром «Телепузиков» за компанию с Бэймином, так что лицо актрисы ему ни о чём не говорило.
Судя по ажиотажу, звезда пользовалась бешеной популярностью.
Толпа скандировала:
— Ань Юэр! Мы любим тебя!
У Ань Яна дернулся глаз: надо же, однофамилица.
Их машина медленно пробиралась сквозь затор, как вдруг толпа взревела, указывая пальцами на авто:
— Это же парень нашей Юэр!
— Снимай, снимай быстрее!
— Не дайте ему уехать!
Толпа фанатов хлынула прямо под колёса. Бэймин Шисы резко ударил по тормозам, едва не сбив парочку самых рьяных поклонников.
Ань Ян опешил:
— Да что происходит?!
Сун Цзинмань открыл новостную ленту в телефоне и смущённо произнёс:
— Похоже, господин Бэймин попал в романтический скандал с этой актрисой.
— Чего?! — вытаращился Ань Ян.
Бэймин Шисы и звезда шоу-бизнеса? Что за бредни?!
В последние дни они едва успевали перевести дух, работая плечом к плечу, и Бэймин ни на шаг от него не отходил. Когда бы он успел закрутить роман?
Сун Цзинмань протянул им телефон. Первой строчкой в трендах Вэйбо висело имя Бэймина Шисы...
Снимков и гифок хватало с избытком, комментаторы наперебой утверждали, что это «железобетонные доказательства».
На снимках действительно был Бэймин Шисы у местной лавки: он с кем-то здоровался, а на лице играла невероятно тёплая, нежная улыбка.
На тех же кадрах сбоку виднелась Ань Юэр, и со стороны казалось, будто его улыбка адресована именно ей.
Ань Ян мгновенно узнал этот день! Бэймин тогда спускался за соевым соусом, а купил уксус. И улыбался он стоящему за кадром Ань Яну!
Вот только самого Ань Яна на фото «случайно» обрезали...
А второй записью шёл короткий видеоролик!
Шёл дождь, Бэймин Шисы вместе с кем-то вбегал в подъезд, накинув на спутника своё пальто. Из-за поднятого воротника разглядеть лицо спутника было невозможно.
Но Ань Ян-то прекрасно знал, что под пальто прятался он сам!
Однако пользователи сети в один голос утверждали, что рядом с Бэймином шла Ань Юэр.
На видео Бэймин нежно обнимал спутника за плечи, а в холле у лифта и вовсе прижал к стене. Высокий рост Бэймина полностью скрывал его визави, создавая абсолютную иллюзию страстного поцелуя.
Интернет гудел — кадры считали неопровержимыми!
У Ань Яна разболелась голова:
— Что за чушь!
На всех снимках был он сам, но умелый монтаж и сплетники перевернули всё с ног на голову.
Комментарии пестрили восторгами:
Пользователь А: «Какая шикарная пара! Боже мой, он такой красавчик!»
Пользователь Б: «Говорят, её новый ухажёр — сказочно богат!»
Пользователь В: «Да что тут гадать, они давно тайком расписались!»
Пользователь Г: «Слышал, свадьба в следующем месяце на Бали!»
Ань Ян читал эти опусы, и внутри у него закипала самая настоящая ревность.
В животе всё горело от досады!
Сун Цзинмань добавил:
— Эта актриса сейчас как раз ведёт прямой эфир.
У Ань Яна был аккаунт на этой платформе — когда Бэймин устраивал кулинарные эксперименты, он заходил поглазеть на это шоу. Юноша быстро авторизовался и отыскал нужную трансляцию.
Ань Юэр действительно вела эфир.
Пока на улице бушевала толпа фанатов, девушка безмятежно устраивала мукбанг у себя в квартире!
На вид ей было лет двадцать пять: фигура безупречная, лицо ухоженное, но следы пластических операций бросались в глаза слишком откровенно.
Перед ней на столе высились горы фастфуда: кола, картошка фри, бургеры, жареная курица, торты и сырные пироги.
Девушка кокетливо улыбнулась в камеру:
— Знаю, многие артистки сидят на жестких диетах и ужасно страдают. Но мне повезло — у меня от природы потрясающий метаболизм, сколько ни ем, ни грамма не набираю!
Она аккуратно щипала жареную курочку, приговаривая:
— М-м-м, как вкусно, хрустящая корочка — моё самое любимое...
Когда зрители в чате начали допытываться про роман с Бэймином, Ань Юэр и не думала отрицать слухи, умело пользуясь моментом для пиара:
— В вопросах чувств я полагаюсь на судьбу. Когда приходит настоящая любовь, от неё никуда не скрыться!
Ань Ян лишился дара речи. На улице творится хаос, а она спокойно уплетает фастфуд и раздаёт двусмысленные намёки!
С грехом пополам миновав толпу, они наконец въехали на подземную парковку, словно спасаясь от стихийного бедствия.
Припарковавшись, они помогли Сун Цзинманю подняться на лифте.
Ань Ян бросил на Бэймина Шисы убийственный взгляд.
Тот лишь мягко улыбнулся и шепнул ему на ухо:
— Я тут ни при чём.
При Сун Цзинмане устраивать сцену было неловко, поэтому Ань Ян лишь процедил сквозь зубы:
— Вечно ты привлекаешь к себе всяких девиц!
— Клянусь, я чист как день, — с улыбкой отозвался Бэймин.
Пока они перешёптывались, лифт прибыл на этап. Сун Цзинмань жил по соседству:
— Спасибо, что довезли.
Он попрощался и въехал в свою квартиру.
Едва Ань Ян и Бэймин Шисы шагнули за порог собственного дома, как Бэймин тут же прижал юношу к стене у входа.
Горячий, нежный поцелуй накрыл губы Ань Яна. Тот метнул на мужчину свирепый взгляд, но Бэймин лишь тихо повторил:
— Я правда ни в чём не виноват.
— Всё из-за твоей физиономии! — буркнул Ань Ян.
— Но если бы я не был так хорош собой, разве смог бы я очаровать Владыку-небожителя? — с хитринкой прищурился Бэймин.
Ань Ян хотел было возмутиться такой наглости, но понимал — тот говорит чистую правду.
Он не выдержал, ухватил Бэймина за воротник, приподнялся на цыпочки и сам впился в его губы.
Из-за разницы в росте — а в уменьшенном облике Ань Ян едва доставал ему до груди — целоваться приходилось исключительно на цыпочках, пока Бэймин бережно поддерживал его за талию.
Когда они наконец разомкнули объятия, Ань Ян обнаружил, что вся их орава сыновей с интересом наблюдает за ними из гостиной.
Сяо Пидань с довольным видом сидел на диване, хлопал в ладоши и заставлял старшего брата щелкать ему семечки — настоящий зритель в первом ряду!
Нуаньбаобао озадаченно склонил голову набок, напоминая сбитого с толку щенка.
А самый младший, Маленький цилинь, сидел на руках у Ли Бэя, который заботливо зажмурил ему глаза. Кроха ничего не видел, но его мягкие ушки любопытно подрагивали.
Ань Ян смущённо откашлялся, и в этот момент раздался дверной звонок: Дзинь-дон!
— Наверное, дядя приехал за Ли Бэем? — предположил Ань Ян и поспешил отпереть.
Дверь отворилась, но на пороге стоял вовсе не Лю Бэй.
Перед ними красовалась виновница громкого скандала — Ань Юэр!
На ней было откровенное чёрное кружевное платье, на плечи накинута короткая накидка, а на руках красовались изящные кружевные перчатки.
— Малыш, а господин Бэймин дома? — кокетливо спросила она.
Ань Ян застыл.
Бэймин Шисы, ещё не успевший разуться, вышел на голос.
Ань Юэр видела его вживую впервые. Окинув мужчину оценивающим взглядом, она не смогла скрыть восхищения:
— Господин Бэймин, я Ань Юэр.
Девушка грациозно протянула руку для пожатия, но Бэймин даже не шелохнулся, лишь глубоко убрал руки в карманы брюк и ледяным взглядом смерил гостью.
Ань Юэр смущённо откашлялась:
— Господин Бэймин, вы наверняка видели новости. Нас называют идеальной парой, и я хотела бы предложить вам взаимовыгодный пиар-союз.
Ань Ян от такой наглости чуть не потерял дар речи. Эта девица мало того что явилась без приглашения, так ещё и предлагает фальшивый роман, даже не подозревая, что перед ней отец четверых детей!
Бэймин Шисы лишь тихо усмехнулся. В этой улыбке было столько мужского обаяния, что у Ань Юэр перехватило дыхание. За годы в шоу-бизнесе она не встречала столь статных мужчин.
— Извините, — ровным тоном произнёс Бэймин. — В деньгах и славе я не нуждаюсь. Какой мне смысл связываться с вами?
Девушка явно не ожидала отповеди:
— Но...
— У меня уже есть любимый человек. Всего доброго, — отрезал Бэймин.
Ань Юэр замялась. В этот момент зазвонил домашний телефон — Лю Бэй предупреждал о визите. Нуаньбаобао принёс трубку Ань Яну, и тот начал отвечать.
Взор актрисы тут же переключился на Нуаньбаобао. Статный, с хищными, но удивительно мягкими чертами лица, он выглядел как суровый грозный пес с душой ласкового щенка.
Ань Юэр поправила причёску и сделала шаг навперед:
— Красавчик...
— Прошу прощения, — раздался за её спиной спокойный голос.
К двери подкатил Сун Цзинмань. В руках он держал изящную коробку:
— Не помешаю?
Ань Юэр его не узнала — хотя семья Сун владела гигантским бизнесом, сам Цзинмань в дела компании не вмешивался и светских тусовок избегал.
Девица лишь недовольно смерила его взглядом и не подумала отступить.
Зато Нуаньбаобао при виде Цзинманя мгновенно потерял интерес к гостье, осторожно отодвинул её с дороги и выскочил в коридор.
Сун Цзинмань улыбнулся:
— Фу Ли захотелось сладостей, и брат приготовил слишком много. Спасибо, что подвезли меня, возьмите к чаю.
При слове «сладости» у всех присутствующих загорелись глаза. В этой семье десерты обожали абсолютно все.
Сквозь прозрачную крышку виднелись профитроли в виде цыплят, пончики-медвежата, пирожные-пингвины и румяные тартлетки... Похоже, Сун Цзинмин изрядно постарался, чтобы умилостивить своего маленького лисёнка.
Нуаньбаобао обрадовался угощению даже больше, чем самому визиту соседа, окончательно позабыв про Ань Юэр.
Девушка закипала от злости. Она пять лет пробивалась наверх, и едва перешагнув двадцатипятилетний рубеж, наконец получив долгожданную известность, столкнулась с тем, что её просто игнорируют!
От обиды она резко развернулась и зашагала к лифту, на ходу задев защелкой перчатки инвалидную коляску.
Хрусть!
Тонкое кружево с треском порвалось.
— Ах ты, калека проклятый! — взвизгнула Ань Юэр, топая каблуками и прижимая поврежденную руку, после чего юркнула в кабину лифта.
Сун Цзинмань от резкого толчка потерял равновесие и едва не выпал из кресла, но Нуаньбаобао реагировал мгновенно: одной рукой он подхватил падающего мужчину, а второй ловко спас коробку со сладостями.
В следующий миг их лица оказались в опасной близости, и губы случайным касанием скользнули друг по другу...
Сун Цзинмань замер, вытаращив глаза. Нуаньбаобао же с самым невинным видом слизнул с уголка губ невидимую крошку, будто смакуя момент...
Сун Цзинмань густо покраснел и торопливо выпрямился в кресле.
Между тем Ань Ян, успевший разглядеть обнажившуюся ладонь Ань Юэр, внезапно застыл на месте:
— Постойте...
Лифт уехал, а Ань Ян указывал вслед створкам:
— У неё на ладони рана!
Хотя актриса ходила в перчатках, сквозь разрыв был отчётливо виден свежий рубец — точь-точь такой же, как у Кон Дачэна и его сына!
Выходит...
Таинственной покупательницей, забиравшей Ящик Пандоры из магазина ячеечной торговли, была Ань Юэр?!
При Сун Цзинмане обсуждать подробности было нельзя.
Сун Цзинмань, смущенный неловким поцелуем, откашлялся:
— Я... пожалуй, пойду. Не забудьте убрать десерты в холодильник.
Он развернул коляску и поспешно скрылся в своей квартире.
Нуаньбаобао задумчиво смотрел ему вслед, слегка прововодя пальцем по губам.
Ань Ян не заметил жеста сына — все его мысли занимал Ящик Пандоры и его новая обладательница, которая могла стать следующей жертвой древнего проклятия.
Бэймин Шисы запер дверь и прошел в гостиную. Едва он достал телефон, как экран зажглся от входящего сообщения.
Ознакомившись с текстом, Бэймин лишь холодно ухмыльнулся:
— А она упряма.
— Кто там? — Ань Ян приподнялся на цыпочки, пытаясь заглянуть в экран над высоким плечом спутника.
Писала Ань Юэр.
Каким-то образом раздобыв личный номер Бэймина, она прислала игривое послание:
«Здравствуйте, господин Бэймин! Это Ань Юэр~ Будет ли у меня честь пригласить вас на ужин сегодня вечером? Я бы хотела еще раз обсудить наше сотрудничество. Надеюсь на ваше благосклонность~»
Ань Ян заскрипел зубами от нахлынувшей ревности. Впрочем, разумом он понимал: у этой девицы находится опаснейший артефакт, и если пойти у неё на поводу, можно выйти на след Ящика Пандоры.
Недолго думая, Ань Ян забрал смартфон из рук Бэймина:
— Я сам отвечу.
Он набрал короткий ответ и прикрепил смайлик:
«Хорошо. #смущающийся смайлик#»
Бэймин Шисы опасным жестом прищурился. Он подхватил Ань Яна за подбородок, вынуждая того задрать голову и встретиться с ним взглядом.
Поза выглядела невероятно двусмысленно...
Ань Ян попытался вывернуться, но Бэймин наклонился ниже, обдав его ухо горячим дыханием:
— И как мне наказать моего маленького Яняна за то, что он собственными руками отправляет мужа на свидание с другой женщиной, м-м?
Ань Ян сбросил нахлынувший мороз по коже и торопливо выпалил:
— Да послушай же ты! Это вынужденный ход, просто вынужденный ход!