* * *
Финансовая улица
— Би-би-би-и-и!
— Да езжай ты! Чего встал на полосе поворота?!
— Людям на работу пора, двигайся!
— Ну и пробка, чтоб её!
Гудки автомобилей немонотонным хором гудели над улицей. У Ань Яна от этого бесконечного гула заложило уши и глухо застучало в висках.
Он сидел на пассажирском сиденье, нервно комкая подол куртки, и выглядел точь-в-точь как провинившийся школьник.
Бэймин Шисы за рулём, напротив, сохранял полное олимпийское спокойствие. Одной рукой он небрежно держал руль, другую положил на открытое окно и с ленивым интересом наблюдал за парализованным потоком машин.
Утренний час пик в мегаполисе — дело обыденное. Тем более здесь, на Финансовой улице, в самом сердце делового центра.
Здание штаб-квартиры удачно располагалось прямо у этой артерии: рядом метро, автобусные остановки, удобный транспортный узел. У такого места был лишь один катастрофический изъян — пробки.
Ань Ян с тоской уставился на бесконечный хвост из красных габаритных огней и украдкой бросил взгляд на заднее сиденье.
Там восседал промокший до нитки Сье Дунлинь, намеревавшийся переодеться в сухую одежду у Ань Яна «по соседству».
Вот только судя по текущей обстановке…
Бэймин Шисы наклонился к Ань Яну и тихо прошептал ему на ухо:
— Мне кажется, пока мы доедем до штаб-квартиры, одежда на Сье Дунлине высохнет сама собой.
Ань Ян метнул на него сердитый взгляд.
Воспользуясь моментом, Бэймин Шисы слегка дунул ему в раковину уха. Ань Ян вздрогнул от щекотки и процедил сквозь зубы:
— И что теперь делать?
Бэймин Шисы лишь пожал плечами:
— Сье Дунлинь уже сел в твою проклятую колымагу. Что тут поделаешь? Только вперёд, до победного конца.
— Это твоя колымага! — отрезал Ань Ян.
Бэймин Шисы хмыкнул и ничего не ответил.
Спустя десять минут сплошного простаивания поток едва заметно продвинулся. Сье Дунлинь, то ли ощущая неудобство от мокрой ткани, то ли от нарастающего нетерпения, нерешительно подал голос:
— Ань Ян, мы ещё долго?
— Ха-ха… — неловко выдавил Ань Ян. — Извини, пожалуйста. Тут пробка… ни на метр не продвинуться.
Сье Дунлинь, регулярно ездивший в свою мастерскую Сье Дунлиня, прекрасно знал, что такое заторы на дорогах.
— Понимаю… Можем просто пройтись пешком? Тут ведь совсем немного осталось.
— Это… — Ань Ян замер, вытращив глаза.
Бэймин Шисы открыто наслаждался зрелищем. Ань Ян ткнул его локтем в бок:
— Ты поможешь мне или так и будешь зрителем сидеть?!
— Ты ведь не посвящал меня в свои гениальные планы, — шепнул Бэймин Шисы. — Знал бы заранее — уберёг бы тебя от катастрофы.
— Опять ты за своё…
Бэймин Шисы прищурился и добавил едва слышно:
— Вот если бы ты вечером так же попросил меня о помощи…
Ань Ян мгновенно вспыхнул.
Бэймин Шисы с абсолютно серьезным, невозмутимым лицом повернулся назад:
— Сожалею, господин Сье. Мы находимся в крайнем левом ряду, перестроиться и высадить вас прямо сейчас технически невозможно. Придётся подождать.
— Ничего страшного, — кротко отозвался Сье Дунлинь. — Время есть.
Ань Ян мысленно схватился за сердце.
Этот короткий участок дороги отнял у них почти полчаса. Когда машина наконец вырвалась на эстакаду, Бэймин Шисы прибавил газу.
В общей сложности путь до здания штаб-квартиры занял пятьдесят пять минут…
Остановившись у главного входа, Бэймин Шисы с полуулыбкой бросил через плечо:
— Похоже, костюм господина Сье прошел полный цикл естественной сушки.
Сье Дунлинь и впрямь почти высох — на сухом зимнем ветру, щедро приправленном выхлопными газами и городским смогом.
— Апчхи!
Парфюмер звонко чихнул, спешно прикрыв нос и рот ладонью, а затем зашелся ещё парой чихов.
От зимней сырости подсохшая ткань казалась ледяной и липла к телу. Хрупкий от природы Сье Дунлинь явно был на грани простуды.
Почувствовав укоры совести, Ань Ян поспешно выскочил из машины и распахнул перед ним дверцу:
— Мы приехали. Заходим скорей! Я найду во что тебя переодеть.
— Спасибо огромное, — улыбнулся Сье Дунлинь.
— Да за что спасибо… — вздохнул Ань Ян. — Из-за этой пробки я заставил тебя так долго ждать.
— Пустяки. У меня всё равно утро свободно, встреча выпускников назначена только на дневное время. Честно говоря, мне и идти-то туда не особо хочется. Каждую встречу одно и то же: смотрят на мои глаза, расспрашивают, вздыхают с такой фальшивой жалостью… От этого быстро устаёшь.
Ань Ян прекрасно его понимал. Сье Дунлинь был человеком гордым и чужую жалость переносил с трудом. Одно дело — сочувствие близких, и совсем другое — ахи и охи от бывших одноклассников, которых ты не видел несколько лет.
Ань Ян быстро толкнул тяжелую дверь здания штаб-квартиры и пропустил гостя вперед.
Рабочий день давно начался, поэтому холл первого этажа пустовал. Девушка на ресепшене, увидав своего начальника и его спутника, радостно замахала рукой:
— Глава группы Бэймин!..
Ань Ян судорожно замахал ей руками, делая страшные глаза.
Девушка осеклась. Она лишь хотела сообщить, что приняла курьерскую доставку для Бэймина Шисы, но сориентировалась мгновенно.
Сье Дунлинь насторожился:
— У вас дома кто-то есть?
— О-о-о… — затянул Ань Ян, судорожно изобретая на ходу отговорку. — Это… это наша почасовая уборщица! Да, прислуга!
Девушка на ресепшене, мгновенно сменившая профессию, лучезарно улыбнулась и подыграла:
— Господин Бэймин, господин Ань, в ваших апартаментах уже прибрано!
Бэймин Шисы сохранял каменную невозмутимость, сохраняя вид абсолютного хозяина положения.
— Господин Сье, прошу сюда.
Целью их визита был медицинский блок на верхних этажах, оснащенный передовым диагностическим оборудованием, способным полностью обследовать глаза Сье Дунлиня.
Троица вошла в лифт.
Сье Дунлинь, нащупывая тростью пространство, заметил:
— У вас очень просторный дом.
— Да-а… — Ань Ян нервно дернул веком. — Бэймин Шисы любит размах, вот и отгрохал себе хоромы…
«Дзинь! Двадцать восьмой этаж».
Механический голос лифтового автоинформатора прозвучал раздирающе громко, сводя на нет все ухищрения.
У кого дома может быть двадцать восемь этажей?!
Заметив, что Сье Дунлинь нахмурился, Ань Ян поспешно перебил:
— Вот и в-второй этаж!
Сье Дунлинь решил, что ему послышалось. В самом деле, не живет же человек в двадцативосьмиэтажном небоскребе?
Они вышли на площадку. В этот момент лифт поехал дальше по вызову. Из шахты глухо донеслось:
«Дзинь! Двадцать седьмой этаж».
Сье Дунлинь слегка повернул голову на звук. Он ничего не видел, да и эхо быстро утихло. Парфюмер лишь мысленно пожалел себя: похоже, из-за простуды у него начались проблемы еще и со слухом.
Ань Ян в холодном поту вел слепого вперед. За ними, скрестив руки на груди, неторопливо шел Бэймин Шисы, едва сдерживая ехидную ухмылку.
Они подошли к дверям медотдела. Стоило Ань Яну протянуть руку к ручке, как створки с грохотом распахнулись.
Изнутри кто-то выскочил на полной скорости. Бэймин Шисы среагировал мгновенно: сгреб Ань Яна за талию и отдернул назад, спасая его нос от прямого удара тяжелой дверью.
Ань Ян перепугался до смерти. У него и так нос не такой профильный, как у Бэймина, не хватало ещё сплющить его об косяк!
Из дверей вылетела темная тень. Вслед за ней донесся отчаянный крик Мэнпо:
— Держите его!!!
Следом высыпала толпа призрачных стражей. С торопливым топотом они настигли беглеца, сбили его с ног и впечатали в пол.
Пойманный злой дух отчаянно извивался и орал во все горло:
— Не хочу! Я здоров! Отпустите! Я не буду пить эти таблетки! Не буду-у-у!
Ань Ян лишился дара речи.
Сье Дунлинь замер на месте, абсолютно растерянный:
— Что… что это за шумы?
У Ань Яна в голове молнией пронеслась спасительная мысль:
— Телевизор!
— Т-телевизор?..
Бэймин Шисы мысленно поаплодировал такой находчивости. Это надо же было додуматься!
— Ага, телевизор включен! — закивал Ань Ян. — Что за бред нынче показывают… Я сейчас пойду и выключу!
Он в два шага подскочил к стражам и сделал им выразительный знак. Страж мгновенно зажал беглецу рот.
— Я не буду-у-у… мм-м-м!!
Звуки утихли. Ань Ян знаками велел немедленно увести буйного пациента.
Призрачные стражи подхватили духа под руки. Но то ли захват был слишком сильным, то ли дух дернулся чересчур резво — раздался сочный влажный звук:
Пчхи-к!
Из глазницы нечисти что-то выскочило и по дуге полетело в сторону.
Плюх.
Черный влажный комок с высокой точностью шлепнулся прямо в раскрытую ладонь Сье Дунлиня.
Ань Ян затаил дыхание.
Сье Дунлинь ощутил в руке нечто круглое, липкое и невероятно упругое. Он чисто автоматически сжал пальцы — предмет с влажным чавканьем отозвался на нажатие, проявив отличную эластичность.
Глядя, как незрячий парфюмер с интересом жмякает выбитое глазное яблоко демона, Ань Ян едва не рухнул на колени от ужаса.
Стражи в панике замерли. В мире духов потеря деталей тела — дело обыденное, но для смертного человека это перебор.
Сье Дунлинь совершенно искренне спросил:
— Что это такое?
Мэнпо выскочила из кабинета и зажала рот ладонью. Ань Ян подумал было, что даже она шокирована происходящим. Но тут до него донесся её восторженный шепот:
— Боже мой! Какой красавчик! И такой милый!
Ань Ян мысленно стонал. Ну от кого он ждал адекватности?
Бэймин Шисы пришел на помощь с самым невозмутимым видом:
— Виноградина.
— Ви… ноградина? — переспросил Сье Дунлинь, еще раз сжав «виноградину». Слишком уж странная у неё была текстура — липкая и чрезмерно пружинящая.
Он поднес предмет ближе к лицу, собираясь то ли понюхать, то ли попробовать на вкус.
— Не надо!! — в ужасе гаркнул Ань Ян.
Сье Дунлинь от неожиданности вздрогнул. Ань Ян коршуном налет на него, вырвал глазное яблоко из пальцев, развернулся и с сочным кликающим звуком впечатал его обратно в глазницу духа.
— Ха-ха… — выжал из себя Ань Ян, нервно смеясь. — Извини! Эта виноградина… ужасно кислая! Пойдём скорее переодеваться, а то точно подхватишь простуду.
Мэнпо при слове «переодеваться» мгновенно сделала стойку, впившись в Сье Дунлиня хищным взглядом.
— Даже не думай о нем, — предостерег ее Ань Ян.
— Сье Дунлинь? — просияла Мэнпо. — Какое прекрасное имя!
Делать было нечего — Ань Ян завел слепого в кабинет. Для проведения обследования им требовалась помощь Мэнпо, поскольку ни он сам, ни Бэймин Шисы не умели обращаться со сложным медицинским оборудованием.
Ань Ян провел Сье Дунлиня в специальную кабину, вручил ему сухой комплект одежды и вышел.
Затем он сразу перешел в смежное помещение. Это была операторская с односторонним зеркалом, выходившим прямо в сканерную.
Кабина, где находился Сье Дунлинь, представляла собой высокотехнологичный сканирующий бокс. Любая точка пространства в нем считывалась сенсорами, поэтому процедура должна была пройти совершенно незаметно для пациента прямо в процессе переодевания.
Ань Ян подошел к пульту, за которым уже хлопотала Мэнпо:
— Точно сработает? Ты уверена?
Мэнпо гордо приподняла подбородок:
— Ты во мне сомневаешься?
— Ещё как, — честно признался Ань Ян.
— Сколько времени займёт сканирование? — вмешался Бэймин Шисы.
— Я лично модернизировала этот прибор! — хвастливо заявила Мэнпо. — Сканирование происходит мгновенно. Он даже штаны снять не успеет! За десять секунд справимся!
Ань Ян облегченно выдохнул. Пусть Мэнпо и выражалась безлишних церемоний, главное — скорость. Он боялся не того, что Сье Дунлинь застрянет там, а того, что Мэнпо станет глазеть на раздетого парня.
— Запускаю! — объявила Мэнпо.
Би-и-ип.
Индикаторы на панели вспыхнули. В соседнем боксе начался процесс.
Раз… Два… Три…
За прозрачным стеклом Сье Дунлинь стоял прямо напротив них и медленно расстегивал пуговицы на влажной рубашке, которая слегка просвечивала.
Мэнпо зажала нос, сдерживая бурную реакцию:
— Ух ты… Настоящее кино!
Ань Ян нервно дернул бровью:
— Ну что там?
Семь… Восемь…
Когда Сье Дунлинь уже готов был скинуть рубашку, сканер внезапно издал жалобный писк и задрожал.
— Зависло?! — с изумлением выкрикнула Мэнпо.
Ань Ян тяжело вздохнул. Ну разумеется. Десять секунд — и те не обошлись без сбоя.
Пока Сье Дунлинь продолжал разоблачаться, Мэнпо от души дала прибору пару пинков. Сканер загудел и ожил, вот только таймер с двух секунд резко перескочил на пять минут!
Пять минут!
За это время можно раздеться и одеться трижды!
— Так, выходи отсюда, — строгим тоном скомандовал Ань Ян. — Сканер сам справится.
— Это ещё почему? — возмутилась Мэнпо. — А если снова сбой? Я тут исключительно ради техники сижу, а не ради красавчиков!
— Мочись молча, — отрезал Ань Ян.
— Так, вы обе идите, — подал голос Бэймин Шисы. — Я сам прослежу.
Ань Ян и Мэнпо удивленно уставились на него.
Бэймин Шисы прищурился. Он молчал, но Мэнпо сразу раскусила его замысел и хитро хмыкнула:
— А-а-а, поняла! Кое-кто просто боится, что наш маленький босс увидит чужое тело? Глава группы Бэймин приревновал!
Бэймин Шисы лишь кашлянул с самым серьезным видом:
— А мне нельзя?
— Нет уж, — вмешался Ань Ян. — Ты выходи, а я останусь.
Собственнические инстинкты Ань Яна тоже давали о себе знать. Ему вовсе не хотелось, чтобы Бэймин Шисы разглядывал чужие рельефы.
— Ой, да не спорьте вы! — размахивала руками Мэнпо. — Выходите оба, а я возьму этот крест на себя!
И только она собралась принять «героическое» решение, как прибор подал сигнал:
Бип-бип-бип-бип!
Панель высветила: * «Сканирование завершено. Идет обработка данных».*
— Как завершено?! — ахнула Мэнпо. — А где мои пять минут?!
Несмотря на её разочарованный вздох, Ань Ян безапелляционно выставил её в коридор. Процедура окончена, ждать в операторской больше не было смысла.
В зоне отдыха Мэнпо уселась в кресло, положив ногу на ногу и подперев подбородок рукой:
— А у нашего Сье Дунлиня есть девушка?
— Кажется, нет, — отозвался Ань Ян, потирая виски.
— А парень?
— И парня нет.
Бэймин Шисы постучал пальцами по столу:
— Сколько ждать результатов?
— Минут десять, — вздохнула Мэнпо. — Анализатору нужно время.
Бэймин Шисы взглянул на часы:
— Посиди здесь. Как только всё будет готово — звякни. Нам с Ань Яном пора на приемку.
Сегодня в штаб-квартиру должны были доставить особо опасного преступника из филиала другой провинции. Для передачи требовалась подпись Бэймина Шисы.
Ань Ян уже не раз участвовал в подобных процедурах. Обычная формальность, дело пары минут.
Поднимаясь с места, Ань Ян строго посмотрел на Мэнпо:
— Смотри мне, к Сье Дунлиню не приставай.
— Гарантирую! — просияла Мэнпо (что на её языке означало «пристану обязательно»).
Оставив её, Бэймин Шисы и Ань Ян спустились на лифте.
В тот самый момент, когда их кабина пошла вниз, соседний лифт открылся. Из него вышел молодой человек в форме призрачного стража.
Вот только на его рукаве блестел шеврон регионального отделения.
Высокий, мрачный парень прошёл к изолятору и приложил маркер к считывателю.
Бип.
Дверь разблокировалась. Парень прищурился и направился прямо к сканирующему боксу.
— Эй, ты кто такой?
Мэнпо, намеревавшаяся «случайно» заглянуть к Сье Дунлиню, услышала звук сработавшего замка. Она думала, что вернулись Бэймин с Ань Яном, но наткнулась на незнакомца.
Иногородние стражи часто прибывали для передач, но медицинский блок находился на особом контроле, и никаких поставок на сегодня не планировалось.
Незнакомец медленно повернул голову.
БАМ!
Невидимая концентрированная волна невероятной силы швырнула Мэнпо назад. Она с размаху врезалась в стену, выбив затылком мелкую крошку из штукатурки. К счастью, духи не истекают кровью, иначе стена была бы залита алой краской.
Нападавший, не теряя ни секунды, выбил дверь сканерной.
Сье Дунлинь только застегнул последнюю пуговицу, как раздался грохот, и чья-то стальная хватка мертвой хваткой сжала его предплечье.
— А-а! — выкрикнул он. Кости едва не треснули под этим напором.
— Ты кто?!
Нападавший нахмурился, не терпя сопротивления, и нанес точный, короткий удар в область шеи.
Сье Дунлинь даже не успел охнуть — мир вокруг него погас.
Очнувшись на полу, Мэнпо судорожно ударила по кнопке тревоги, а затем метнулась к пульту управления за стеклом.
Сье Дунлинь лежал без сознания на руках незнакомца. Мэнпо мгновенно ударила по аварийному блокиратору.
КРАХ!
Тяжелая бронированная заслонка с грохотом накрыла дверной проем, запечатав захватчика внутри.
В тот же миг экспресс-сканер, реагируя на несанкционированное вторжение, выдал идентификацию. Человек в форме вовсе не был стражем. Это была оболочка, одержимая древним злом.
«Идентификация: Цзюэ Ли. Побег из Треножника переплавки душ».
Цзюэ Ли подхватил бессознательное тело Сье Дунлиня. Внутренний барьер бокса был напитан защитной магией, и пробить его с ходу не удавалось.
Злой дух вскинул голову. Его глаза вспыхнули тьмой.
Хлопок!
Датчик пожарной сигнализации на потолке разорвался. Из распылителей хлынули мощные потоки воды.
Аварийная система, зафиксировав «пожар», автоматически начала поднимать защитную заслонку.
Мэнпо поняла, что упустила его. Она выхватила средство связи и набрала Бэймина Шисы:
— Глава! Сье Дунлиня похитили! Это Цзюэ Ли!
Бэймин Шисы и Ань Ян как раз стояли на подземной парковке. Машина спецтранспорта прибыла, но сопровождающих в ней не оказалось. И в этот момент раздался звонок.
— Цзюэ Ли… — процедил Бэймин Шисы.
Дьявольски хитрый дух не просто завладел телом стража — он активировал пожарную тревогу по всему комплексу и разом вскрыл сирены в тюремном блоке.
Штаб-квартира погрузилась в хаос. Десятки оперативников ринулись к камерам, но это оказался отвлекающий маневр — из заключенных никто не сбежал.
С потолков лились потоки воды, заливая коридоры. В этой неразберихе Цзюэ Ли и его жертва испарились без следа.
Бэймин Шисы откинул мокрые волосы назад, открывая высокий лоб, и прищурился:
— Наверх.
Они стремительно вернулись в медицинский блок.
— Где результаты?
Мэнпо протянула распечатку Бэймину Шисы:
— Вот. Это невероятно… Теперь понятно, зачем Цзюэ Ли нужен этот парень.
Ань Ян заглянул через плечо Бэймина. Данные сканирования указывали на потрясающий факт:
Глаза Сье Дунлиня являлись… частью сущности самого Цзюэ Ли.
Органически они были абсолютно здоровы, как и утверждали врачи. Но слепота наступила не из-за психологической травмы — Сье Дунлинь был оптимистом по натуре.
Всему причиной был артефакт.
В его глазницах находился фрагмент древнего нефрита Цзюэ — артефакт неописуемо холодной, потусторонней иньской природы.
Теперь Ань Яну стало ясно, почему Сье Дунлиня с самого детства преследовали аномалии и неудачи, а духи липли к нему словно мухи. Дело было не в его собственной энергетике — его глаза источали концентрированную тьму, притягивавшую нечисть.
Этот нефрит изначально принадлежал Цзюэ Ли. Именно поэтому дух вырвал глаза парня в одном из прошлых циклов и именно поэтому напал на штаб-квартиру теперь.
— Но как артефакт оказался в глазах обычного человека? — поразился Ань Ян.
— Сейчас главное — найти его! — перебила Мэнпо. — Чтобы извлечь нефрит, Цзюэ Ли просто вырвет ему глаза! Сье Дунлинь лишится не просто зрения — он лишится самих глазных яблок!
— Как его отследить? — быстро спросил Ань Ян.
Бэймин Шисы на мгновение задумался:
— Самого Сье Дунлиня я засечь не могу. Но я могу отследить личный жетон того стража, чьим телом завладел дух.
— Он же из неблагонадежных?
— Именно.
«Неблагонадежные» — так в ведомстве называли духов с темным прошлым, которых временно привлекали к службе (как и самого Бэймина). Все их жетоны оснащались скрытыми маячками на случай повторного рецидива.
— Активируй отслеживание! — потребовал Ань Ян.
Бэймин Шисы мгновенно вернулся за рабочий стол, ввел личный номер стража и вывел на экран карту.
Красная точка пульсировала в определенной локации.
Ань Ян удивленно нахмурился:
— Это же… высотка Корпорации Сье?
Они уже бывали там, когда выслеживали аномалии и раскрывали заговор госпожи Сье против собственного пасынка.
Зачем Цзюэ Ли снова понадобилось это место?
— За мной, — отрезал Бэймин Шисы.
* * *
БАМ!
Цзюэ Ли выбил дверь конференц-зала на одном из верхних этажей небоскреба Сье.
Он швырнул бессознательного Сье Дунлиня на кресло, запер дверь на засов и крепко привязал пленника веревкой.
Сье Дунлинь медленно приходил в себя. Шея мучительно болела, в голове раскалывалась тупая боль, накатывала тошнота. Почувствовав, что руки и ноги стянуты путами, он начал панически биться:
— Кто ты?! Что тебе нужно?! Отпусти!
Цзюэ Ли молча довязал узел, шагнул к окну и со скрежетом распахнул створку. В комнату ворвался ледяной ветер.
Сье Дунлинь задрожал от страха. Несмотря на слепоту, он физически ощущал исходящую от похитителя дикую, необузданную жестокость.
— Ты… м-м-м!
Цзюэ Ли жестко сжал его подбородок, запрокидывая голову парня назад. Сье Дунлинь покрылся холодным потом от боли.
Голос духа звучал подобно шелесту могильной земли:
— Молчи. Скажешь хоть слово — я вырву твой язык. Поверь, у меня хватит духу.
Сье Дунлинь сглотнул. Он не знал, где находится и кто перед ним, но вырваться из стальной хватки не мог.
— Тсс-с… — вдруг прошептал Цзюэ Ли.
Его ледяное дыхание коснулось шеи парня, заставив того сжаться от ужаса.
Из смежного помещения сквозь открытое окно четко донеслись голоса. Внешние окна обоих кабинетов были открыты, и звукоизоляция не спасала.
— Доктор, что с моими глазами?
Сье Дунлинь вздрогнул. Этот голос… Это был его отец.
Второй голос тоже показался знакомым — лечащий офтальмолог семьи.
— Всё очень плохо, господин Сье, — вздохнул врач. — Если в ближайшие две недели мы не пересадим вам глазные яблоки Сье Дунлиня, вы ослепнете окончательно.
Сье Дунлинь обомлел. Что?.. Пересадить его собственные глаза?!
Отец рябчиком отрезал:
— Сегодня всё должно пройти идеально! Я потратил столько сил, с таким трудом добыл этот артефакт, способный замыкать время! Почему после стольких перезапусков я всё ещё не получил его глаза?!
Сье Дунлинь слушал этот разговор, боясь поверить собственным ушам. Он лежал с широко открытыми, незрячими глазами, не в силах вымолвить ни звука…
Доктор залебезил:
— Не волнуйтесь, господин Сье. Пока артефакт у нас, этот день будет повторяться вечно. У нас неограниченное количество попыток, чтобы убить Сье Дунлиня и забрать его глаза.
— Этот ублюдок… — сквозь зубы процедил отец. — Вы не представляете, чего мне стоило изображать заботу, вернуть его в семью и отписать часть акций! Всё это ради одного! Наш сегодняшний план сработает?
— Все выстроено идеальнее некуда, — заверил врач. — Помимо подставного пьяного водителя и ограбления, я добавил нападающего на мотоцикле. Если первая фаза сорвется, мотоциклист довершит дело.
— Отлично.
— Кстати, — добавил доктор, — ваша жена и ее сын тоже подослали каких-то головорезов, чтобы убрать парня из-за акций…
Отец лишь презрительно хмыкнул:
— Пускай путаются под ногами. Если эти идиоты случайно убьют его за нас — тем лучше. Главное, проследи, чтобы его глаза не пострадали в аварии! В прошлый раз их просто раздавило при ударе, и на кой черт мне каша вместо глазных яблок?!
— Не переживайте, я лично проинструктирую исполнителей. И… господин Сье, насчет артефакта… Когда всё закончится…
— Забирай его себе, — равнодушно бросил отец. — Как только я получу зрение, этот старинный нефритовый диск Цзюэ мне без надобности.
Сье Дунлинь слушал эти откровения, и его мир рушился.
Всё было фальшью. Болезнь отца, его неожиданное раскаяние, попытка искупить вину перед брошенным сыном… Всё это оказалось циничным расчетом ради его глаз.
А человеком, замыкавшим время, был вовсе не Цзюэ Ли…
Цзюэ Ли действительно обладал такой магией, но после тысячи лет в Треножнике переплавки душ он ослаб до предела. Выбравшись на свободу, он попал в руки отца Сье Дунлиня, который присвоил его истинную форму.
Без своего артефакта Цзюэ Ли оставался лишь угасающим духом. Он даже не мог приблизиться к хозяину артефакта или назвать его имя. Всё, что он мог — смотреть, как этот монстр раз за разом убивает Сье Дунлиня.
Единственное, что успевал сделать Цзюэ Ли в каждом цикле — это вырывать глаза Сье Дунлиня до того, как до них доберется отец.
Лишенный добычи, отец снова и снова перезапускал этот день. А Сье Дунлинь воскресал, чтобы вновь пройти через круг ада.
Цзюэ Ли взглянул на замершего в оцепенении парня и тихо промолвил:
— Я знаю… ты не помнишь меня. Но я помню всё. Ты не понимаешь, что происходит, но у меня почти не осталось времени. Я должен сказать это…
Сье Дунлинь дрогнул и повернул голову на его голос.
— Не бойся, — продолжал Цзюэ Ли. — Я не могу помешать ему управлять временем и не могу помешать ему убивать тебя. Но я могу… уничтожить нас обоих. Я всё равно скоро исчезну. Так хоть перед концом сделаю кое-что стоящее.
— Ч-что… что ты задумал?! — дрожащим голосом выкрикнул Сье Дунлинь.
Цзюэ Ли словно не слышал его. Он лишь прикоснулся широкой, прохладной ладонью к щеке парня. Это прикосновение внезапно отозвалось в душе Сье Дунлиня странным, забытым ощущением безопасности.
Затем ладонь соскользнула. Шаги стали удаляться.
— Зачем?! Вернись! Не делай глупостей! — отчаянно закричал слепец, бьясь в путах.
В этот момент двери конференц-зала с треском распахнулись.
— Сье Дунлинь?!
Ань Ян влетел в комнату и обомлел.
Парфюмер был привязан к креслу. Из его незрячих глаз струилась кровь, перемешанная со слезами, и стекала по бледным щекам.
А Цзюэ Ли в кабинете уже не было.
— Сье Дунлинь, что с тобой?! — Ань Ян бросился к нему, рассекая веревки.
Сье Дунлинь судорожно мотал головой, хватая Ань Яна за рукав окровавленными пальцами:
— Спасите его! Пожалуйста… Спасите его, пока не поздно!..