— Господин Лянь настолько занят? — с сомнением спросил Ань Ян.
Су Сяньшэн, не заподозрив ничего ладного, бойко откликнулся:
— Еще бы! Говорят, проект крупный. Родители малыша ведь тоже с ним уехали, до сих пор не вернулись. Дня через три, кажется, прибудут.
Услышав о родителях маленького Лянь Му, Ань Ян бросил быстрый взгляд на Бэймина Шисы. Тот отмалчивался.
— Вот как... — проговорил Ань Ян. — Но у меня сегодня дела, так что встретимся в другой раз.
— Ладно, работай. На связи, — попрощался Су Сяньшэн и положил трубку.
Сбросив вызов, Ань Ян повернулся к Бэймину Шисы:
— Лянь Чжичэня нет в городе.
Бэймин Шисы слегка прищурился. Жэнь Шицзю всё еще висел на линии, поэтому глава группы тут же отдал приказ:
— Проверь Лянь Чжичэня. Собери на него всё, вплоть до мельчайших деталей.
— Понял, босс, — без лишних слов откликнулся Жэнь Шицзю.
Тот действовал оперативно. Уже через полчаса поступил звонок с подробным досье и маршрутами передвижений Лянь Чжичэня за последние дни.
Развернув график поездок, Бэймин Шисы зацепился взглядом за последнюю строчку. Там черным по белому значилось: Лянь Чжичэнь взял билет на самый ранний утренний рейс. Если самолет не задержится, он приземлится в аэропорту буквально через час.
Однако Су Сяньшэну тот заявил, будто вернется лишь через три дня.
Вглядываясь в расписание, Ань Ян ненадолго задумался, после чего неохотно предложил:
— Может... стоит рассказать Су Сяньшэну?
Лянь Чжичэнь обманул его, хотя они состояли в отношениях. Скрывать это казалось нечестным, а расскажешь — как бы не вспугнуть затаившегося врага.
— Позвони ему, — спокойно произнес Бэймин Шисы. — Учитывая болтливость этого духа, он как раз непреднамеренно устроит Лянь Чжичэню проверку.
От его тона у Ань Яна нервно дернулось веко.
Он всё же набрал номер Су Сяньшэна.
— О-о, красотка, неужто соскучился? — жизнерадостно отозвался тот. — Только ведь положили трубку! Признавайся, этот ледышка Бэймин окончательно тебя утомил и ты решил метнуться в мои объятия?
Ань Ян от неожиданности лишился дара речи. Вызов-то стоял на громкой связи, и Бэймин Шисы слышал каждое слово...
Попытка увести чужого уке прямо на глазах у семе даром не прошла: на виске Бэймина Шисы вздулась венка, а голос прозвучал подобно хрусту льда:
— Я вообще-то всё слышу.
На том конце провода мгновенно воцарилась тишина. Несмотря на разделявшие их километры, Ань Ян буквально физически ощутил, как Су Сяньшэн поперхнулся воздухом, после чего из динамика донесся надрывный кашель.
— Кха-кха-кха!..
Чуть не подавившись от ужаса, дух картины проявил поразительную волю к жизни и с напускным изумлением выдал:
— Кто я? Где я? Что я только что сказал?..
Ань Ян лишь качнул головой. Инстинкт самосохранения у Су Сяньшэна работал отменно!
— Хватит паясничать, — отрезал Бэймин Шисы. — Есть серьезный разговор. Касается Лянь Чжичэня.
Он вкратце обрисовал ситуацию с утренним рейсом. Бэймин и Ань Ян подозревали связь Лянь Чжичэня с организацией Хэту: настоящие «родители» маленького Лянь Му давным-давно мертвы, однако бизнесмен упорно делал вид, будто они живы и здоровы. Зачем?
Впрочем, Су Сяньшэн о трагедии семьи Лянь ничего не знал, поэтому известие о прилете воспринял по-своему.
Измена!
Дух картины мгновенно взвился от ярости и вознамерился лично отправиться в аэропорт, дабы с поличным сцапать предателя.
Тащить ребенка в аэропорт было неразумно, поэтому Ань Ян вызвал Жэнь Шицзю и А-Яня. Им поручили присмотреть за маленьким Лянь Му и учителем Чэнь Ли. Убедившись, что все в безопасности, Бэймин Шисы и Ань Ян помчались в терминал.
Рейс Лянь Чжичэня задержался на полчаса. Когда Ань Ян и Бэймин Шисы прибыли на место, они сразу приметили Су Сяньшэна.
Выглядел тот крайне подозрительно: бейсболка, защитная маска, огромные темные очки. В сочетании с роскошным дизайнерским костюмом, высоким ростом и подтянутой фигурой эта маскировка делала его похожим не то на прячущуюся от папарацци знаменитость, не то на законченного извращенца.
У Ань Яна от подобного зрелища снова задергался глаз.
Заметив спутников, Су Сяньшэн помахал им рукой из-за рекламного щита и шепотом доложил:
— Самолет задерживается. Скоро должен выйти.
— Ты... что устроил? — с сомнением поинтересовался Ань Ян.
— Как что? Операцию по поимке изменника!
Ань Ян не успел ответить — Бэймин Шисы хмуро бросил:
— Идет.
Все подняли головы. Из зоны прибытия в одиночестве шел Лянь Чжичэнь. На нем было длинное черное пальто, руки он небрежно держал в карманах.
Навстречу ему тут же шагнула молодая женщина. Они о чем-то заговорили, и вечно невозмутимый Лянь Чжичэнь даже позволил себе легкую улыбку.
Сидевший в засаде Су Сяньшэн аж зубами заскрежетал. Наблюдая за этим милованием, он едва не захлебнулся в собственном уксусе. Терпение духа картины лопнуло: сорвав с себя кепку с маской и оставив лишь очки, он с грацией манекенщика выпрямился во весь рост и решительно пошагал к парочке.
Ань Ян порывался его остановить, но Бэймин Шисы качнул головой — мол, не мешай.
Су Сяньшэн шел напролом, источая ауру доминантного владыки. Темно-бордовое пальто нараспашку, под ним — безупречный костюм в тон, осанка короля... Прохожие завораженно сворачивали шеи. Под их восхищенными взглядами и изумленным взором Лянь Чжичэня дух картины стремительно приблизился, подлетел к бизнесмену, властно приподнял подбородок и вонзился в его губы долгим, жарким поцелуем.
После чего сдернул очки и победоносно смерил опешившую спутницу Лянь Чжичэня ледяным взглядом:
— Извини, милочка, но этот мужчина занят.
Женщина лишилась дара речи. Даже сам Лянь Чжичэнь на мгновение потерял привычную выдержку. Впрочем, взяв себя в руки, он спокойно проговорил:
— Это моя секретарь. Она приехала встретить меня.
Образ брутального альфа-самца на лице Су Сяньшэна дал трещину.
Девушка поспешно вымолвила:
— Здравствуйте, господин Су. Пожалуй, не буду вам мешать, подожду в машине на парковке.
Лянь Чжичэнь кивнул, а дух картины так и остался стоять с разинутым ртом, провожая уходящую девушку взглядом.
Черт... А он-то решил, что тот завел любовницу! Какая конфузия...
Щеки Су Сяньшэна вспыхнули от стыда, но отступать было поздно.
— И почему ты прилетел сегодня? — с вызовом скрестил он руки на груди. — Ты же утверждал, что вернешься только через три дня! Снова какие-то махинации за моей спиной?
При этих словах лицо Лянь Чжичэня слегка застыло. Это не укрылось от духа картины, лишь укрепив его в подозрениях.
— Точно что-то скрываешь!
Лянь Чжичэнь молчал. Наконец, придя к какому-то внутреннему решению, он засунул руки глубоко в карманы пальто и ровным голосом произнес:
— Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное. Решай сам: прямо сейчас или позже.
«Важное?» — у Су Сяньшэна в голове словно перегорел предохранитель. Неужели... расставание?!
В груди всё сжалось от обиды, и он резко отрезал:
— Говори сейчас!
— Ты сам этого захотел, — со вздохом отозвался Лянь Чжичэнь.
Не успел Су Сяньшэн выпалить очередную колкость, как бизнесмен медленно извлек руку из кармана.
Ань Ян вздрогнул, ожидая худшего; Бэймин Шисы подсознательно встал в защитную стойку. Но...
Лянь Чжичэнь держал в ладони коробочку из красного бархата. Раздался легкий щелчок, крышка откинулась, и ювелирный магнат плавно опустился на одно колено. На бархатной подушечке поблескивала пара изысканных мужских колец с гравировкой на внутренней стороне — сдержанная, но баснословно дорогая роскошь.
Су Сяньшэн замер, хлопая глазами. От недавнего фатовского апломба не осталось и следа.
Вокруг уже собиралась толпа. Зеваки вовсю доставали телефоны, снимая происходящее на видео.
Лянь Чжичэнь же смотрел снизу вверх с неизменным спокойствием, а его низкий голос звучал удивительно мягко:
— Я действительно соврал про три дня. Потому что... хотел выиграть время и подготовиться к предложению.
Дух картины окончательно потерял дар речи.
Лянь Чжичэнь — персона медийная, известный ювелирный магнат, чье имя недавно гремело на всю страну из-за поисков пропавшего сына старика Ляня. А Су Сяньшэн — глава крупнейшего комикс-издательства и владелец элитных аукционных домов. И хотя последний светился в прессе реже, в кругах богачей его знал каждый.
Публичная помолвка двух столь заметных фигур мгновенно взорвала соцсети, взлетев на первые строчки трендов...
Су Сяньшэн шел ловить изменника, а в итоге поймал обручальное кольцо.
Видя, что к терминалу уже прорывается орава журналистов, Ань Ян и Бэймин Шисы решили не мешать влюбленным, а когда кольцо из репортеров сжалось, помогли парочке вырваться из окружения.
Запыхавшийся Су Сяньшэн ввалился в салон автомобиля. Секретарь, уже успевшая ознакомиться с вирусным видео в сети, скомандовала водителю немедленно газовать, уходя от погони.
В машине Ань Ян попытался аккуратно закинуть удочку:
— Господин Лянь, а родители маленького Лянь Му еще не вернулись? Он ведь всё это время живет у нас.
Лянь Чжичэнь абсолютно спокойно откликнулся:
— Пока нет. Переговоры по слиянию компаний подходят к концу, вернутся где-то через три дня.
Ань Ян обменялся взглядом с Бэймином Шисы. Тот сохранял молчание. Попросив остановить машину на полпути, они попрощались с бизнесменом и направились к детскому саду.
— Настоящие родители Лянь Му давно погибли, да и те люди ему вовсе не родня, — вполголоса проговорил Ань Ян. — Что за чертовщина? Зачем Лянь Чжичэню лгать?
— Я велел Жэнь Шицзю выяснить, кто на самом деле находится на переговорах, — прищурился Бэймин Шисы.
Едва они подошли к воротам садика, как навстречу выскочил Жэнь Шицзю с папкой в руках:
— Босс, вот документы по сделке компании Лянь.
Бэймин Шисы бегло просмотрел бумаги. В них действительно значилось, что Лянь Чжичэнь уезжал по делам слияния, однако, уладив ключевые вопросы, вернулся, оставив на месте двух доверенных лиц для подписания итогового договора.
Именно их бизнесмен и выдавал за родителей племянника.
Вот только в личном досье указано: эти двое даже не состоят в браке, да и фамилию Лянь не носят. Мужчине уже перевалило за пятьдесят, а женщина — тридцатилетняя бизнес-леди. Ничего общего.
Ань Ян разглядывал их фотографии, когда из дверей садика высыпали дети — начался тихий час. Среди прочих показался и маленький Лянь Му.
Отведя ребенка на скамейку в саду, Ань Ян ласково поинтересовался:
— Лянь Му, а почему ты почти ничего не рассказываешь о своих родителях?
Малыш с привычно невозмутимой миной отчеканил:
— Они редко бывают дома. Рассказывать нечего.
— А... как они выглядят? — осторожно закинул удочку Ань Ян. — Ты на них похож?
Ребенок вскинул голову. В его глазах мелькнуло сомнение — но направлено оно было не на юношу, а внутрь себя самого.
Слова Ань Яна словно задели некий скрытый пружинный механизм. Лицо мальчика искривилось от глубокого озадаченного замешательства.
— Как... выглядят?.. — тихо переспросил он.
Безэмоциональное личико исказила робкая растерянность, будто он пытался разгадать неразрешимую загадку.
Даже если родители постоянно в разъездах, их облик должен запечатлеться в памяти ребенка.
Но маленький Лянь Му... банально не мог вспомнить, как они выглядят.
Бэймин Шисы протянул ребенку снимки двух представителей компании:
— Ты знаешь этих людей?
Малыш внимательно всмотрелся и качнул головой:
— Нет.
— А твои так называемые родители... вообще существуют? — негромко, но сокрушительно чеканным тоном произнес Бэймин Шисы.
Мальчик замер. Фраза прозвучала подобно громовому удару. Внезапно его голову пронзила дикая боль.
— А-а-а!.. — вырвался у ребенка мучительный стон.
Он отчаянно обхватил голову руками, а его смоляные зрачки в мгновение ока вспыхнули алым пламенем.
— Лекарство! Быстрее, где снадобье Мэнпо?! — вскрикнул Ань Ян.
Они поспешно извлекли из кармана мальчика заветную бутылочку. Мэнпо предупреждала: принимать по одной пилюле трижды в день для подавления бушующей духовной силы. В крайних случаях допускалась внеочередная доза, но злоупотреблять ею категорически запрещалось — ингибитор мог навредить организму.
Сглотнув пилюлю, ребенок постепенно начал приходить в себя. Багровое свечение в глазах угасло, дыхание выровнялось. Сидя на скамейке, он уперся локтями в колени и спрятал лицо в ладонях, погрузившись в тяжелое раздумье.
Ань Ян погладил его по спине:
— Ты как?
— Мои воспоминания... — глухо и сипло отозвался малыш. — Они словно перемешались.
Память мальчика действительно напоминала спутанный клубок.
Он четко помнил сам факт наличия родителей, но их лица абсолютно изгладились из разума — будто их не существовало вовсе. Ни детских воспоминаний, ни образа дома, ни прошлого. Лишь бесконечная вереница чужих людей: коллеги, знакомые, подчиненные «родителей», к которым его постоянно отсылали. Самих же отца и мать он в глаза не видел.
Призрачные родители, никогда не появлявшиеся перед собственным сыном...
Заметив, как мучается ребенок, Ань Ян ласково обнял его:
— Ну-ну, тихо. Не мучай себя. Если больно — не вспоминай.
Уютное тепло, исходящее от юноши, подействовало успокаивающе. Малыш прижался к Ань Яну и, обвив его талию пухлыми ручонками, уткнулся носом в животик.
Бэймин Шисы, наблюдавший за этой идиллией со стороны, хмурился всё сильнее.
Обнимашки выглядели слишком трогательно. А Бэймин не забывал: этот мелкий сорванец, несмотря на юный возраст, остается его прямым конкурентом! Причем самым опасным — с ямочками на щечках!
Выдержав целых две секунды, Бэймин Шисы не выдержал. Он бесцеремонно постучал пацана по плечу и требовательно кивнул:
— Пообнимались и хватит. Соблюдай дистанцию.
Малыш смерил его пренебрежительным взглядом, а Ань Ян укоризненно качнул головой — мол, взрослый мужчина, а ведешь себя как ребенок!
Вот только для Бэймина Шисы соперники на возраст не делились. Были лишь опасные — с ямочками, и поверженные — все остальные.
В этот момент в сад вошли Жэнь Шицзю и А-Янь. Протягивая папку, Жэнь Шицзю произнес:
— Босс, вот отчет по детскому саду, который вы просили проверить.
Бэймин Шисы раскрыл досье. На первой же странице значились учредители, руководство и спонсоры учреждения.
— Надо же, Лянь Чжичэнь! — ахнул Ань Ян.
— Именно, — подтвердил Жэнь Шицзю. — Но это еще не всё.
Он перелистнул пару страниц, указывая на регистрационную карточку маленького Лянь Му. В графе «Опекун» стоял личный номер Лянь Чжичэня. И самое главное: оформлением ребенка в садик занимался не кто иной, как сам ювелирный магнат.
— Опять Лянь Чжичэнь... — пробормотал Ань Ян.
Паутина загадок затягивалась всё туже. Взрыв в саду, тайна учителя Чэнь Ли, амнезия мальчика, а теперь еще и странное поведение Лянь Чжичэня...
Ниточки неизбежно сходились в одной точке.
Детский сад.
Именно там прогремел взрыв.
Там работал Чэнь Ли.
Там учился маленький Лянь Му.
И это учреждение финансировал Лянь Чжичэнь, он же устраивал сюда ребенка...
— Сдается мне, стоит распутать хотя бы один узел, как остальное развяжется само собой, — тяжело вздохнул Ань Ян, растирая виски. — Вот только с чего начать?
— А кто сказал, что зацепок нет? — хитро прищурился Бэймин Шисы.
— Ты о чем?
— Есть один субъект, который наверняка в курсе, что стряслось с Чэнь Ли.
Догадка осмыслилась мгновенно:
— Тень!
Бэймин Шисы довольный кивнул:
— Мы понимаем друг друга с полуслова.
Малыш Лянь Му лишь скривился от очередной порции любовной патоки.
— Но это же тень, — насупился Ань Ян. — Вижу его только я, да и руками не сцапать. Как выманить?
На губах Бэймина Шисы расплылась улыбка — эффектная, но крайне подозрительная.
— Тень очень трепетно относится к Чэнь Ли, — неторопливо пояснил он. — Стоит кому-то проявить к учителю «нездоровый интерес», как наш защитник тут же явится. Пора задействовать внештатного агента.
«Внештатным агентом» оказался уже знакомый им специалист по разного рода провокациям — Су Сяньшэн.
Бэймин Шисы набрал его номер и сразу перешел к делу: потребовалось пристать к одному пареньку.
— Пристать к парню — дерьмо вопрос, — замялся дух картины. — Но я вообще-то завязал! Нынче я помолвлен!
— Мэнпо тут раздобыла партию шоколадок для сохранения беременности, — бесстрастно выложил козырь Бэймин. — У меня как раз припасена подарочная коробочка из четырех штук. Поможешь — отдам. Скормишь Лянь Чжичэню.
Ань Ян выпал в осадок. Ну и коварство!
— По рукам! — мгновенно переобулся Су Сяньшэн. — В этом деле мне равных нет!
Прощай, моральные устои...
Су Сяньшэн легко согласился ровно в восемь вечера подкараулить Чэнь Ли в темном переулке и выскочить с «домогательствами». Шанс, что Тень проигнорирует угрозу, равнялся нулю.
Правда, на этот вечер у Су Сяньшэна намечался романтический ужин с Лянь Чжичэнем. Но шоколад от Мэнпо бывал раз в жизни, а ужин можно и перенести. Срочно набрав жениха, дух картины наврал с три короба, будто зашивается в галерее и вынужден ночевать на работе.
Лянь Чжичэнь, вздохнув, принял отказ. Вот только едва он собрался уезжать от галереи, как увидел: «занятый» Су Сяньшэн пулей выскочил из дверей, прыгнул в авто и дал по газам.
Заподозрив неладное, бизнесмен тихо поехал следом.
Су Сяньшэн и не подозревал о «хвосте». Повинуясь инструкциям Бэймина, он прибыл на место раньше времени и залег в ассистентскую засаду.
Учитель Чэнь Ли обычно освобождался в пять, но маленькому Лянь Му удалось затянуть время под предлогом ожидания «дяди Ань Яна», так что на улицу скромный педагог вышел уже в густых сумерках.
Сжимая лямку рюкзака, Чэнь Ли брел по темному переулку. Фонари не горели, вокруг царила зловещая тишина.
Внезапно впереди послышались шаги. Из тени вынырнула фигура высокого статного мужчины в элегантном пальто.
Решив, что человеку просто нужно пройти, Чэнь Ли боязливо прижался к кирпичной стене. Он и помыслить не мог, что незнакомец явился специально по его душу!
Воспользовавшись моментом, Су Сяньшэн с ходу прижал бедолагу к стене, заблокировав выходы руками.
В вопросах соблазнения дух картины соображал отменно. Наклонившись к самому уху опешившего учителя, он мурлыкнул сочной флейтой:
— Ого, какой хорошенький симпатяжка...
Чэнь Ли от страха едва не лишился чувств. В жизни к нему так не приставали!
Увидев, как «забитый кролик» сжимается в комок, Су Сяньшэн, войдя во вкус, игриво подул ему в шею:
— Краснеешь? Какой милый... Неужто до сих пор берег первый поцелуй для меня?
— Как бы Су Сяньшэну морду не набили... — прошептал Ань Ян, наблюдая за представлением из укрытия.
— Появился, — негромко откликнулся Бэймин Шисы.
Из тьмы переулка бесшумно соткался силуэт. В скудном свете луны мелькнуло лицо — точно такое же, как у Чэнь Ли, но сотканое из жестких, исполненных ярости черт.
Тень!
Разъяренный дух метнулся вперед, целиком вложив силу в сокрушительный удар.
Су Сяньшэн успел лишь зажмуриться, ожидая звонкой оплеухи... Но удара не последовало. Раздался глухой хлопок — кто-то на лету перехватил кулак Тени.
Ань Ян затаил дыхание:
— Вот это драма... Кровавый любовный треугольник!
Су Сяньшэн осторожно приоткрыл глаза и обомлел. Перед ним спиной стоял человек, чью фигуру он угадал бы из тысячи.
Лянь... Чжи... Чэнь...
Сердце духа картины ушло в пятки. Он тут же отлепился от стенки и вытянулся по стойке «смирно».
Лянь Чжичэнь, смерив Тень ледяным взором, процедил:
— Это мой человек.
И, железной хваткой цапнув Су Сяньшэна за запястье, бросил:
— Пошли.
— Эй! Я всё объясню! Подожди, дай объясню! — вопил утягиваемый дух, не забывая орать вглубь переулка: — Бэймин, ты обещал шоколадку! Помни про шоколад!
Чэнь Ли хлопал глазами, не понимая, что за трагикомедия разыгралась на его глазах.
Тень же, заметив выходящих из мрака Бэймина Шисы и Ань Яна, вознамерился испариться.
— Шагнешь прочь — и в следующий раз нападение окажется не инсценировкой, — хладнокровно уронил Бэймин.
Тень медленно повернул голову.
— Никто не смеет трогать его, — прорычал он.
— Тихо-тихо, не кипятитесь! — вмешался Ань Ян. — Мы лишь хотим задать пару вопросов. Ответы пойдут на пользу самому учителю Чэнь.
Чэнь Ли впервые разглядывал Тень на трезвую голову. Сходство было поразительным — и в то же время этот двойник воплощал в себе всё то, чего так не хватало самому Чэнь Ли: силу, решительность, несгибаемую волю.
В памяти невольно всплыл тот вечер, когда Тень принес его домой... и их поцелуй. Щеки учителя вспыхнули румянцем, он смущенно опустил взгляд.
— Спрашивайте, — бросил Тень.
— Как тебе удалось отделиться от Чэнь Ли? — спросил Ань Ян. — Он ведь обычный человек, не практик.
— Всё из-за реактивов, — лаконично отозвался тот.
Бэймин Шисы прищурился:
— Реактивов?
— Из медкабинета детского сада.
Чэнь Ли потрясенно выдохнул:
— Из... медкабинета? Но медсестра Янь уверяла, будто это обычная мазь от ушибов...
«Мазь от ушибов»? Ну уж нет.
Какова бы ни была природа того вещества, именно оно даровало Тени колоссальный приток духовной энергии, вызвав мутацию и отторжение от оригинала.
Тогда в медкабинете один из непоседливых малышей разбуянился и толкнул стеллаж. Чэнь Ли бросился защищать ребенка, заслонив его своим телом, и тяжелые флаконы с треском обрушились прямо на него. Осколки въелись в кожу, а вытекшая жидкость пропитала раны, причиняя дикую боль.
— Эта медсестра ведет какие-то исследования, — продолжал Тень. — Я не разгадал их сути, но она явно ставит опыты на детях. Помните девочку Тяньтянь из класса Чэнь Ли?
— Которая заявляла, будто выйдет замуж за Бэймина? — уточнил Ань Ян.
— Она говорила, что видела мальчика с выпавшим глазом. Думала, призрак.
— У нее «духовное зрение»?! — ахнул Ань Ян. — И тот мальчик... был не ты?
— Нет.
Мысль о том, что детей в садике тайком подвергали вивисекции и генетическим мутациям, заставила Ань Яна содрогнуться.
— А маленький Лянь Му... — нахмурился Бэймин Шисы.
— Высока вероятность, что он один из них, — подтвердил Тень.
Чэнь Ли с трудом улавливал суть разговора, но от напряженной атмосферы у него холодели пальцы.
Пазл сложился: медсестра Янь проводила нелегальные эксперименты. Чэнь Ли случайно стал испытуемым, а разросшийся Тень — побочным эффектом. Талисман в телефоне учителя служил маячком для наблюдения за «подопытным кроликом».
— Пора закрывать дело, — хмуро подвел итог Бэймин Шисы.
Жэнь Шицзю кивнул, готовясь отдать приказ группе захвата.
В этот момент телефон Чэнь Ли зашелся громкой трелью. На экране светилось: «Врач Янь».
Учитель от неожиданности едва не выронил аппарат.
— Спокойно, — скомандовал Бэймин. — Включи громкую связь.
Руки Чэнь Ли дрожали. Внезапно Тень накрыл его ладонь своей — крепкой и теплой:
— Я рядом. И никуда не уйду. Ведь я — твоя тень.
Сердце учителя пропустило удар. Слова двойника отозвались внутри неведомой прежде уверенностью. И Чэнь Ли прижал палец к экрану.
Из динамика донеслись отчаянные рыдания:
— Учитель Чэнь! Спасите! В садик ворвались какие-то жуткие люди! На них странные татуировки из точек и черточек! Охрана ушла, мне страшно! Помогите!..
Присутствующие переглянулись. Заманивает в ловушку?
Бэймин Шисы быстро набрал на экране смартфона: * «Соглашайся, успокой её»*.
— Г-где вы?! — с заминкой выговорил Чэнь Ли. — Не паникуйте, я иду!
— Я в медкабинете... У них ножи... А-а-а! — всхлипнула медсестра.
Раздался грохот разбиваемой мебели, женский визг, и связь оборвалась.
— Сама лезет в руки, — оскалился Бэймин Шисы. — Навестим её.
Ань Ян шагнул было следом, но Бэймин выставил руку:
— Ты остаешься.
— Почему?!
— Ты беременен, я не могу рисковать, — совершенно естественно ответил тот.
Чэнь Ли: «...»
Тень: «...»
Маленький Лянь Му: «...»
Ань Яну захотелось сквозь землю провалиться. Опять он про эту «беременность» при всех!..
— Возвращайтесь домой вместе с Чэнь Ли и Лянь Му, — непререкаемым тоном добавил Бэймин. — А мы с Жэнь Шицзю и А-Янем проверим садик.
Бэймин Шисы запечатлел на губах юноши короткий поцелуй:
— Жди меня. Я быстро.
Он лично доставил команду в квартиру, защищенную мощным заклинанием, и лишь убедившись в их безопасности, уехал с оперативниками.
Ванпайэр и Ань Шу отсутствовали, оставив записку — похоже, их отношения после недавней ревности вышли на новый уровень, и ночевки вне дома стали нормой.
— Проходите, — суетился Ань Ян. — Может, перекусим? Я приготовлю ночной снек.
Маленький Лянь Му тут же подскочил:
— Не надо, я сам!
— Давай вместе, — улыбнулся Ань Ян.
Оставив Чэнь Ли с Тенью в гостиной, они прошли на кухню. Ань Ян заглянул в холодильник:
— Ого, сколько яиц! Сделаем омурайс? Лянь Му, ты будешь омурайс?..
Ответа не последовало. Насторожившись, Ань Ян повернулся — и обомлел.
Малыш смотрел на него горящими, налитыми кровью глазами.
Ань Ян успел лишь выдохнуть, когда запястье обожгла острая колющая боль.
Голова мгновенно поплыла, земля ушла из-под ног. В мутнеющем взоре отпечатался силуэт мальчика с иглой в руке, на конце которой алела капля крови.
Его крови...
Ань Ян рухнул на кухонный пол.
Яд действовал молниеносно. В жилах словно закипел лавовый поток. Сознание угасало, но сквозь пелену обморока в разум хлынули грозовые фрагменты давно забытого прошлого...
"Обретший Карту Реки возобладает над миром! Ныне Хэту явилась из вод, Свыше ниспослана благодать моему владыке. Так отчего же владыке не воспользоваться случаем и не удержать Истинного Дракона?"
"Назову тебя Ань Яном, идет?"
"Ань Ян... останься ради меня..."
— Кха!..
Воспоминания захлестнули его бурным потоком. Но эта стихия не могла сломить его, не могла утопить.
Ибо он — Водяной дракон, несущий Карту Реки.
Ань Ян резко распахнул глаза. Смоляная тьма его зрачков в одно мгновение сменилась ослепительным серебристым сиянием — ярким и чистым, словно свет звезд в бездонном ночном небе...