Цзян Инин следила за движениями Ань Яна и порывалась его остановить, но было поздно.
Ань Ян действовал с отточенной, безупречной грацией: салфетка с ярким отпечатком помады, словно ненужный мусорный катышек, по красивой дуге отправилась прямиком в урну.
Цзян Инин округлила глаза от возмущения. Она едва удерживалась от яростного крика — закипающий гнев разбивался о необходимость держать лицо перед публикой, не позволяя ей сделать и шага вперед.
Бэймин Шисы, наблюдая за этим зрелищем, лишь слегка изогнул бровь. Наклонившись к самому уху Ань Яна, он тихо прошептал:
— А наш Янян сегодня просто непреклонен.
Ань Ян наградил его сочным, выразительным взглядом.
— А кто вечно провоцирует окружающих? Ни дня без твоих проделок!
— Вот именно поэтому Янян должен беречь меня изо всех сил, — с готовностью кивнул Бэймин Шисы. — И ни в коем случае не подпускать ко мне посторонних.
Ань Ян потер переносицу. Ну надо же иметь такую наглость! Самооценка у этого типа уже давно вышла на околоземную орбиту.
Недолго думая, Ань Ян поднял испачканную в морепродуктах ладонь и бесцеремонно беспардонно потеребил Бэймин Шисы за щеку:
— Ну-ка, дай посмотрю, из чего у тебя кожа сделана. Она что, прочнее крокодиловой?
Бэймин Шисы, славившийся своей патологической брезгливостью, даже не дернулся. Напротив, он подался вперед, подставляя лицо под пальцы Ань Яна, и с легкой ухмылкой заметил:
— Будто ты раньше меня не трогал.
Ань Ян признал поражение. Соревноваться с Бэймин Шисы в толстокожести — чистейшей воды самоубийство.
Тем временем Цзян Инин, глядя на их непринужденную перепалку, едва не подавилась собственной желчью. Громко топнув каблуком, она развернулась и стремительно удалилась.
Ань Ян бросил ей вслед быстрый взгляд. Женщина направлялась прямиком к лифтам — похоже, наверх.
— Эта Цзян Инин... она и есть наша цель? — вполголоса спросил Ань Ян.
Бэймин Шисы молча кивнул.
Ранее министр Ли сообщил, что от одной известной актрисы исходят колебания Треножника переплавки душ. И этой актрисой оказалась Цзян Инин.
В шоу-бизнесе она обреталась давно. Начинала когда-то в составе девичьей идол-группы, пробившись через сито кастингов, затем долго снималась в подростковых дорамах, где в свое время разбивала сердца юных зрителей. Но индустрия не прощает возраста: новые поколения быстро вытеснили прежних кумиров. Из всего своего бывшего коллектива Цзян Инин продержалась дольше всех, хотя её карьера давно застопорилась.
Нынешнее реалити-шоу задумывалось как её главный шанс на перезапуск. Менеджер рассчитывал на волне ностальгии от «воссоединения легендарной группы» привлечь к ней внимание зрелой аудитории и вывести в большое кино.
— Она несколько раз проходила мимо нашего столика, — задумчиво проговорил Ань Ян. — Но я не почувствовал ничего подозрительного. Ни странных запахов, ни темных аур.
А ведь Ань Ян обладал Врожденными пятью очами и видел то, что скрыто от простых смертных. Однако вокруг Цзян Инин все казалось абсолютно чистым.
— Сначала поедим, — отозвался Бэймин Шисы. — Остальное потом.
Ань Ян бросил взгляд на изысканные блюда и энергично кивнул. И то верно. На свете нет ничего важнее хорошей кухни и приятной компании.
Он посмотрел на Бэймин Шисы, который с невозмутимым видом очищал для него очередную креветку. Пожалуй, это и была высшая степень жизненного комфорта.
Пока Ань Ян витал в облаках, Бэймин Шисы с легким смешком добавил:
— Наедайся получше. Чтобы вечером у тебя хватило сил насытить меня.
Ань Ян поперхнулся воздухом.
* * *
После плотного обеда Ань Ян чувствовал себя как гусь, которого усиленно откармливают на убой. Они поднялись на верхний жилой этаж, с балконов которого открывался лучший вид на океан.
Бэймин Шисы держал Ань Яна за руку, когда они шли по мягкому ковру коридора. Но стоило Ань Яну поднести электронный ключ к замку, как по соседству раздался резкий зуммер: «Ди-и-ик».
Дверь смежного номера распахнулась, и на пороге материализовалась фигура в растрепанном халате. Ань Ян замер с открытым ртом, потеряв дар речи.
Цзян... Цзян Инин?!
Но почему она выглядит так... специфически?
Если бы не знакомые черты лица, Ань Ян ни за что бы её не узнал.
Смыв макияж перед принятием ванны, актриса обнаружила, что в душ подается только ледяная вода. Вызвав мастера, она дожидалась помощи, а услышав шаги в коридоре, решила, что пришел обслуживающий персонал. Кто же знал, что финал этой мизансцены окажется настолько катастрофическим.
И катастрофой здесь был вовсе не вид двух мужчин, а нетронутое косметикой лицо Цзян Инин.
Фигура её оставалась подтянутой и соблазнительной, но вот кожа... Лицо покрывали пигментные пятна, а поры были настолько широкими, что в них можно было сажать цветы.
В голову Ань Яна внезапно пришла чисто коммерческая мысль: * «Каким тональным кремом она пользуется? Такая перекрывающая способность — просто фантастика! Никакого эффекта маски, идеальный финиш... Если заказать партию для моего магазина байера, я же озолочусь!»*
Заметив соседей, Цзян Инин застыла, а затем зашлась таким визгом, будто её резали на части. Всплеснув руками, она закрыла лицо и с грохотом захлопнула дверь.
Ань Ян потерянно хлопал глазами.
— Подем, — Бэймин Шисы подтолкнул его к их номеру.
Шумоизоляция в отеле оставляла желать лучшего, поэтому вскоре из-за стены донеслись голоса — пришел техник ремонтировать водонагреватель.
Ань Ян раскрыл чемодан, чтобы выложить вещи.
— Похоже, Цзян Инин собирается мыться.
Бэймин Шисы повернул к нему голову:
— И?
— Может... пока она в душе, проберемся к ней и осмотримся?
Бэймин Шисы лишь понимающе изогнул бровь.
Поскольку их главной целью оставался поиск сущности из Треножника, упускать шанс было глупо.
Вскоре ремонтник ушел. Из соседнего номера донесся шелест махрового полотенца, хлопок двери ванной и журчание воды.
В тот же миг створка окна в номере Цзян Инин бесшумно подалась в сторону. Сначала внутрь просунулась рука, а затем в комнату ввалился Ань Ян, чуть не снесший плечом прикроватную тумбу.
Поправив одежду, Ань Ян еще раз убедился, что лазание по фасадам — абсолютно не его конек.
Вслед за ним в проеме бесшумно возник Бэймин Шисы. Перемахнув через подоконник с изяществом дикой кошки, он мягко приземлился на ковер. В каждом его движении сквозила такая природная грация и сноровка, будто он только и делал в жизни, что лазил по чужим окнам.
— Слушай, — шепотом пробормотал Ань Ян, — если нас застукают, нас же за извращенцев примут?
Бэймин Шисы коротко улыбнулся:
— Тебя — возможно. Меня — нет.
— Это еще почему?
— Я слишком хорош собой, — с абсолютной уверенностью отозвался тот.
Ань Ян подавился возражениями. Наглость этого демона не имела границ.
Распределив зоны поиска, они принялись бегло осматривать комнату. Туалетный столик Цзян Инин ломился от баночек, тюбиков и ювелирных украшений.
— Мама дорогая... — прошептал Ань Ян. — У нее тут хаос почище, чем на рабочем столе Мэнпо!
Товары стояли вплотную друг к другу. Смывая макияж, актриса второпях не закрыла флакон с мицеллярной водой. Емкость опрокинулась, и маслянистая жидкость медленно заливала столешницу. Вид этого беспорядка пробудил в Ань Яне спящего перфекциониста — ему немедленно захотелось все расставить по местам.
Самое паршивое, что лужа уже подбиралась к бархатной шкатулке для браслетов. К счастью, коробочка оказалась пуста, намок лишь один её угол.
Пока они аккуратно перебирали вещи, Бэймин Шисы внезапно замер, а в следующее мгновение его ладонь намертво накрыла рот Ань Яна. Не успел тот опомниться, как его за воротник утянули вниз и бесцеремонно запихнули под кровать.
Бэймин Шисы скользнул следом.
Пространство под дверью было катастрофически узким. Два взрослых мужчины ютились там, практически не имея возможности вздохнуть. Учитывая, что крепкая рука Бэймин Шисы все еще блокировала нос и рот Ань Яна, тот начал всерьез опасаться за свою жизнь.
«Щелк!» — дверь ванной приоткрылась. Вода продолжала шуметь, но Цзян Инин высунулась наружу, забыв какую-то мелочь.
Она подбежала к столику, подняла пролитый флакон и пробормотала:
— Чуть не забыла очищающую маску...
Забрав нужный тюбик, она снова скрылась в ванной, и защелка захлопнулась.
Ань Ян судорожно перевел дыхание, когда Бэймин Шисы наконец разжал пальцы.
— Ушла? Можно вылезать? — едва слышно прошептал Ань Ян, активно дыша.
Бэймин Шисы приложил указательный палец к губам:
«Ш-ш-ш...»
Приглушенный свет под кроватью мягко очерчивал его породистый профиль. В этом жесте сквозила такая небрежная, почти гипнотическая привлекательность, что у Ань Яна на миг перехватило дыхание.
И пока Ань Ян пребывал в замешательстве, Бэймин Шисы неожиданно подался вперед и накрыл его губы быстрым, дразнящим поцелуем.
Отстранившись, он с лёгкой улыбкой шепнул:
— Вот теперь можно.
Ань Ян застыл. Этот паршивец только что... воспользовался ситуацией?! В такой момент?!
Выбравшись из-под кровати, Ань Ян возмущенно уставился на спутника. Однако Бэймин Шисы уже принял самый деловой вид:
— Продолжим поиски.
Они обшарили каждый уголок, но так и не нашли ничего подозрительного. Никаких артефактов, никаких следов присутствия темных сил.
Пришлось возвращаться тем же путем — через окно.
Оказавшись в своем номере, Ань Ян нахмурился:
— Странно все это. Министр Ли точно не ошибся? Если от нее фонит энергией Треножника, где сам источник?
— Не суетись, — отозвался Бэймин Шисы. — Раз уж мы здесь, считай это отпуском.
Идей получше все равно не было.
Оглядев свою испачканную в пыли одежду, Ань Ян вздохнул:
— Я в душ.
Бэймин Шисы покладисто кивнул. Не чуя подвоха, Ань Ян отправился в ванную, включил горячую воду и блаженно прижмурился.
Спустя десять минут раздался всплеск. Открыв глаза, Ань Ян едва не лишился чувств и тут же закрыл лицо руками:
— Ты чего сюда приперся?!
Бэймин Шисы, с поселившейся в глазах бесовской искрой, шагнул прямо в воду:
— Я же предупреждал: сначала наешься ты, а потом настанет моя очередь... Кажется, моё время пришло?
Из ванной донеслись плеск и сдавленные протесты. Бэймин Шисы ловко перехватил запястья Ань Яна и шепнул ему на ухо:
— Тише... Стены тут тонкие. Или ты хочешь, чтобы соседи были в курсе подробностей?
Ань Ян лишился дара речи.
* * *
До самого вечера они не покидали номер. Лишь к полуночи Ань Ян смог сомкнуть глаза, чувствуя себя абсолютно опустошенным и лишенным остатков драконьего величия.
Глядя на его несчастный вид, Бэймин Шисы не удержался от тихого смеха:
— Сильно переборщил? Но ты сам виноват — нельзя быть таким аппетитным.
Ань Ян сквозь сон слышал эту нелепую «капитуляцию», и ему безумно хотелось запустить в эту идеальную физиономию подушкой. Вот только руки не слушались, и он окончательно провалился в беспамятство.
* * *
Отдых длился недолго. Ань Яна вырвал из сна истошный женский вопль.
— А-а-а-а!!
Звук доносился из-за стены.
Ань Ян подскочил на кровати, с трудом фокусируя взгляд:
— Что... что случилось?!
Следом донесся яростный крик Цзян Инин:
— Почему у меня так опухло лицо?! Как я в таком виде пойду на съемочную площадку?!
Ань Ян удрученно вздохнул. Слышимость и впрямь была феноменальной.
Убедившись, что на них никто не нападает, а у соседки просто заплыли глаза, Ань Ян с глухим стуком рухнул обратно в подушки и натянул одеяло на голову.
Время было раннее, поэтому Бэймин Шисы тоже не стал вставать, прижав Ань Яна к себе.
Но не прошло и минуты, как за стеной снова началось представление. Цзян Инин явно отыгрывалась на своей помощнице:
— Ты чем думаешь, бестолочь?! Я тебе за что деньги плачу?!
— Лицо заплыло, а ты мне предлагаешь ЭТО?! Хочешь, чтобы я выглядела как свиная булочка на пару?!
— У меня через час первый кадр! Это что за убожество?! Я должна выделяться, а не служить фоном для этих пигалиц!
— Где мой ласточкин гнездовой отвар?! Я должна полоскать им горло каждое утро! Где он?!
Ань Ян застонал, закрывая уши. Полноценно выспаться ему явно не светило.
В этот момент его телефон коротко звякнул. На экране высветилось сообщение от Фан Сьебая:
[Мой дорогой Янян~ Ты уже проснулся? Пойдем позавтракаем вместе?]
Не успел Ань Ян протереть глаза, как смартфон бесцеремонно выдернули у него из рук.
Бэймин Шисы с ледяной ухмылкой прочел текст, после чего в несколько касаний отправил номер Фан Сьебая в черный список.
Ань Ян: «...»
* * *
Когда они, умывшись и приведя себя в порядок, вышли из номера, у двери их уже поджидал Фан Сьебай.
Едва увидав Ань Яна, тот возмущенно возопил:
— Ань Ян! Почему у тебя мой номер в блоке?!
Бэймин Шисы ответил с безупречной вежливостью:
— Потому что я его туда отправил.
Фан Сьебай поперхнулся.
Смирившись с ролью третьего лишнего, Фан Сьебай поплелся за ними в ресторан.
Съемочная группа реалити-шоу обосновалась в этом же отеле. Сегодня планировалось снять вводный эпизод за завтраком — обычная скрытая реклама спонсора, предоставившего площадки.
Многие приглашенные звезды уже собрались в фойе перед рестораном, поправляя макияж. Там же обреталась и Цзян Инин.
Едва вышагнув из лифта, троица снова услышала её зычный голос. Разнос продолжался:
— Кто отвечает за гардероб?! Что с этим платьем?! Ты совсем без мозгов?!
— Почему оно на размер меньше?! У меня пышная грудь, какими судьбами я должна влезать в S-ку?! Мне нужен M!
— Ты работу потерять захотела?! Как можно перепутать размер?!
Девушка-костюмер с опущенной головой судорожно всхлипывала:
— Сестра Инин... я правда... я проверяла несколько раз! Все ваши предыдущие наряды были S-ки...
— Ты еще спорить со мной будешь?!
Цзян Инин окончательно сорвалась и с размаху отпустила девушке звонкую пощечину.
Девушка зажала горящую щеку руками, слезы брызнули из её глаз, но возразить она больше не посмела.
Ань Ян аж скривился от отвращения. Рукоприкладство — это уже слишком. Ему безумно захотелось вмешаться, но лезть в чужие разборки было не с руки.
В этот момент из соседнего лифта вышла еще одна женщина — ровесница Цзян Инин, в облегающем платье сладких тонов.
Заметив сцену, она фальшиво всплеснула руками:
— Ой, Сестра Инин! Что за пыл с самого утра?
Подплыв ближе, она с наигранным ужасом прикрыла рот:
— Боже мой, Сестра Инин! Что с твоим нарядом? Живот же сейчас треснет! Ты что, поправилась? А с лицом что? Неужели снова филлеры не улеглись? В нашем возрасте нельзя так часто увлекаться уколами — выглядишь просто жутко! Скоро же филлеры наружу потекут! И вообше... следить надо за фигурой, эти складки выглядят отвратительно.
Ань Яна аж передернуло от этой шпильки. Чтобы не попасть под раздачу, он вместе с Бэймин Шисы и Фан Сьебаем поспешил проскользнуть в обеденный зал.
Стоило им занять столик, как снаружи раздался очередной истошный вопль Цзян Инин:
— Ах ты дрянь!! Я из тебя всю спесь вышибу!
Второй голос не уступал в визгливости:
— Посмотри на себя, туша жирная! Попробуй только тронуть!
Снаружи поднялся невообразимый гвалт. Судя по звукам, дамы сцепились в глухой схватке.
Ань Ян наблюдал за происходящим с открытым ртом. Конфликт быстро выплеснулся прямиком в ресторан. Потасовка снесла стойку с камерой и перевернула пару сервированных столов.
— Ты вечно будешь шестеркой у моих ног! — орала Цзян Инин, вцепившись сопернице в волосы. — Никчемная убогая дрянь!
Вторая актриса, не обращая внимания на трещащую ткань платья, верещала в ответ:
— Зато ты у нас звезда! Звезда, поднявшаяся на трупе! Если бы Ци Сюэ не подохла тогда, ты бы до сих пор в массовке гнила! Ты же её и укокошила, убийца!
— Заткнись, сука!!
Они молотили друг друга с каким-то остервенением, превращая зал в руины.
Фан Сьебай брезгливо поморщился:
— Поесть спокойно не дадут. Пошли отсюда, я знаю одно отличное место неподалеку.
Ань Ян спорить не стал — аппетит под этот аккомпанемент пропал окончательно.
Однако в холле первого этажа их ждало новое зрелище. Там собралась группа продюсеров во главе с режиссером, который с сияющей улыбкой рассыпался в любезностях перед подтянутым мужчиной в безупречном сером костюме.
— Господин Цзянь! Какая честь, что вы нашли время навестить нас лично! Ваш взнос делает вас крупнейшим инвестором проекта. С вашим чутьем наше шоу обречено на грандиозный успех!
Ань Ян прищурился... Цзянь Вэй!
Генеральный директор Цзянь Вэй выглядел как сошедший с обложки бизнес-магнат, а за его спиной выстроилась свита из ассистентов и секретарей.
— Позвольте представить вам нашу специальную гостью, — продолжал угодничать режиссер.
Фан Сьебай при виде Цзянь Вэя замер, а затем выдохнул:
— Он что, преследует меня?..
Фан Сьебай улетел на этот курорт именно для того, чтобы сбежать от Цзянь Вэя. Этот отель принадлежал семье Фан, и Фан Сьебай искал здесь убежища, а его ухажер заявился следом — да еще и в статусе генерального спонсора!
Взгляд Цзянь Вэя на секунду пересекся с маслянистыми глазами Фан Сьебая. Тот мгновенно отвернулся, делая вид, что увлечен разглядыванием лепнины.
Самое обидное, что Цзянь Вэй поступил точно так же — мягко отвел взгляд и спокойно произнес, обращаясь к режиссуре:
— Участие поп-дивы в качестве приглашенной звезды действительно гарантирует высокие рейтинги.
Режиссер закивал:
— Да-да! Говорят, вы и сам поклонник её творчества?
Цзянь Вэй скупо улыбнулся:
— Не буду скрывать, я давний ценитель её таланта.
Фан Сьебай внутри аж закипел. Поклонник?! Этот сухарь, который отродясь не смотрел телевизор, вдруг завел себе кумира?!
Поп-дива, услышав это, расплылась в кокетливой улыбке:
— Неужели? Господин Цзянь, я тронута. Может, сделаем совместное фото?
— С удовольствием, — без колебаний согласился Цзянь Вэй.
Фан Сьебай процедил сквозь зубы:
— Да он же терпеть не может фотографироваться с чужими людьми! Двуличный тип...
Ань Ян сдерживал смех:
— А по-моему, господин Цзянь и эта певица отлично смотрятся вместе.
Бэймин Шисы немедленно поддакнул:
— Идеальная пара.
Фан Сьебай едва не подпрыгнул:
— Чушь! Какой из него талант?! Тоже мне...
Но тут его взгляд упал на руки Цзянь Вэя, и глаза Фан Сьебая окончательно вылезли из орбит:
— Рука! Куда он положил руку?! Вы только посмотрите на этого праведника — он же обнимает её за талию! Это же чистое домогательство!
Ань Ян с трудом подавил улыбку: от Фан Сьебая буквально разило концентрированным уксусом.
— Тебе-то какая разница? Ты же твердил, что он тебе не нужен.
— Я просто за справедливость! — буркнул тот.
Закончив светскую беседу, Цзянь Вэй попрощался с режиссером и направлялся в их сторону. Фан Сьебай выпрямил спину, готовясь принять извинения.
Однако Цзянь Вэй прошел мимо него, будто сквозь пустое место, и протянул руку Бэймин Шисы:
— Господин Бэймин, рад снова вас видеть.
— Господин Цзянь, — ответил тот легким рукопожатием.
Затем Цзянь Вэй вежливо поприветствовал Ань Яна, и только после этого с наигранным удивлением перевел взгляд на Фан Сьебая:
— Оу... Ты тоже здесь?
«Ты... тоже... здесь?!»
Фан Сьебай от возмущения потерял дар речи. Они же только что встречались взглядами! Этот лицемер решил применить игнор?!
— Ну да, — сквозь зубы процедил Фан Сьебай. — Господин Цзянь был так увлечен беседой с дамой, куда уж меня заметить.
Фраза прозвучала настолько ревниво, что Фан Сьебай сам прикусил язык.
Цзянь Вэй лишь слегка улыбнулся:
— Раз уж мы встретились, позвольте пригласить вас на завтрак.
— Не нужно, — отрезок отрезал Фан Сьебай, гордо скрестив руки на груди.
Цзянь Вэй настаивать не стал:
— Что ж, не буду отвлекать.
Повернувшись, он подошел к администратору отеля. Из-за драки в общем зале завтрак сорвался, и Цзянь Вэй, как представитель руководства, распорядился:
— Накройте для съемочной группы в VIP-зале на восьмом этаже. Я угощаю.
Фан Сьебай тут же встрепенулся:
— Поднимаемся на восьмой этаж!
Ань Ян хмыкнул:
— Ты же только что отказался?
— Он приглашал — я отказался. А теперь я иду сам по себе! — с железобетонной логикой заявил Фан Сьебай.
* * *
VIP-ресторан обслуживал только привилегированных гостей, но поскольку этот отель принадлежал отцу Фан Сьебая, персонал беспрепятственно пропустил их компанию.
Войдя в зал, Фан Сьебай тут же обнаружил Цзянь Вэя, который снова о чем-то беседовал с женщиной. На этот раз с Цзян Инин.
Актриса изо всех сил пыталась привлечь внимание влиятельного покровителя, но Цзянь Вэй отреагировал довольно прохладно и вскоре отбыл по делам.
Осталась не у дел, Цзян Инин переключила внимание на Бэймин Шисы.
Пока Ань Ян и Фан Сьебай ходили к шведскому столу, Бэймин Шисы оставался за столиком один. Цзян Инин бесцеремонно опустилась на свободное место напротив и натянула кокетливую улыбку:
— Господин Бэймин, здравствуйте. Я Инин.
Бэймин Шисы окинул её ледяным взглядом и даже не подумал протянуть руку.
Улыбка Цзян Инин слегка перекосилась:
— Я давно восхищаюсь вашими проектами. Прошлый фильм, который вы продюсировали... У меня там была совсем небольшая роль, но я так благодарна вам за этот шанс!
Бэймин Шисы отозвался с подчеркнутым равнодушием:
— Прошу прощения, сударыня. Это место моего супруга. Не могли бы вы его освободить?
Супруга?!
Цзян Инин от неожиданности потеряла дар речи. Она не ожидал, что этот мужчина настолько открыто признает связь с другим мужчиной.
Получив отворот-поворот, она еще пытаясь сохранить лицо, но Бэймин Шисы уже поднялся и направился к Ань Яну, чтобы помочь тому с подносом.
Цзян Инин осталась сидеть в одиночестве. Злобно топнув ногой, она поднялась и быстро удалилась.
Ань Ян вернулся к столу, неся тарелку с изысканными закусками:
— А на восьмом этаже кормят получше...
Он хотел опуститься на стул, как вдруг заметил кое-что странное:
— Это еще что?
На его сиденье лежал ярко-розовый конверт. Маленький, аккуратный, явно девчачий — в таких обычно школьницы пишут любовные записки.
Пока Бэймин Шисы ходил к шведскому столу, стулья были пусты. Записка появилась в те несколько секунд, пока столик оставался без присмотра.
Бэймин Шисы нахмурился:
— Что там?
Ань Ян пожал плечами:
— Без понятия.
Проходившая мимо Цзян Инин ядовито ухмыльнулась:
— Ой, неужели у господина Ань появился тайный поклонник? Вы ведь вроде содержанка господина Бэймин? А пользуетесь успехом...
Ань Ян проигнорировал её выпад и просто вскрыл конверт.
Внутри лежала открытка из плотной красной бумаги, на которой черными чернилами выведено всего одно предложение:
«Я знаю, что ты совершил. Лучше признайся сам, иначе твоя смерть будет такой же жуткой, как и моя»
В углу карточки от руки была нарисована маленькая снежинка.
Ань Ян недоуменно разглядывал текст, как вдруг Цзян Инин, заглянувшая ему через плечо, издала дикий, раненый вопль:
— А-а-а-а-а!!
У Ань Яна едва не лопнули барабанные перепонки. Повернув голову, он увидел, что актриса бледнеет на глазах. Её губы задрожали, а в глазах поселился дикий, животный ужас.
— Н-нет... Не может быть... Нет-нет-нет... — бессмысленно зашептала она.
Развернувшись, она бросилась прочь, споткнулась о ножку соседнего стула, сильно ушиблась, но мгновенно вскочила и устремилась к выходу, словно за ней гнались все демоны ада.
Ань Ян проследил за ней взглядом:
— Это еще что за реакция?
Фан Сьебай философски заметил:
— Знает кошка, чье мясо съела.
* * *
Из-за истерики Цзян Инин съемки реалити-шоу пришлось отложить. Актриса сослалась на недомогание и заперлась в номере, сорвав первый съемочный день.
Поскольку она являлась ключевой фигурой проекта, продюсеры объвили выходной.
Ань Ян и Бэймин Шисы вернулись в свои апартаменты. У Бэймин Шисы намечалось плановое видеосовещание с головным офисом, поэтому он ушел в кабинет, закрыв за собой дверь.
Ань Ян остался в гостиной перед телевизором, когда в дверь неожиданно постучали.
Открыв створку, он обнаружил на пороге Фан Сьебая с увесистым рюкзаком за спиной.
— Ты чего? — удивился Ань Ян.
Фан Сьебай воровато огляделся по сторонам, прошмыгнул внутрь и сам задвинул засов.
— Бэймин Шисы дома? — шепотом спросил он.
Ань Ян кивнул на кабинет:
— У него селекторное совещание.
Фан Сьебай облеченно вздохнул:
— Отлично! Мне нужно составить с тобой серьезный разговор.
Сбросив рюкзак на диван, он с загадочным видом уселся напротив:
— Я... кажется, влюбился в Цзянь Вэя.
Ань Ян потер виски. * «Только сейчас дошло, чучело ты масонское?»*
— Погоди. Ты серьезно? Когда он за тобой бегал, ты устраивал сцены и кричал, что твой отец его прибьет. А теперь, когда он на тебя ноль внимания, ты осознал свои чувства? Ты что, мазохист?
Фан Сьебай прищурился:
— Ань Ян, мы друзья или где? Почему ты защищаешь этого лицемера?
Потом он растегнул молнию на рюкзаке и распахнул его:
— Лучше помоги выбрать. Что из этого надежнее?
Ань Ян машинально глянул внутрь и едва не поперхнулся воздухом.
Весь рюкзак был доверху забит коробками с презервативами!
— Ты... ты сошел с ума?! — вытаращился Ань Ян.
Фан Сьебай гордо вскинул подбородок:
— Я пришел к тебе за советом! У тебя же опыт есть. Какая марка лучше?
— Ты же у нас вроде как плейбой? — усомнился Ань Ян. — Зачем тебе мои советы?
Фан Сьебай смущенно кашлянул:
— Ну... У меня все познания были исключительно теоретическими. До практики дело не доходило.
Ань Ян не удержался от смешка:
— Надо же, какой чистый юноша.
— Не паясничай! — серьезно перебил его Фан Сьебай. — Я хочу уложить Цзянь Вэя на лопатки одним ударом. Какую пачку брать?
Ань Ян впал в ступор.
Ему вовсе не хотелось признаваться, что в их паре он выступает исключительно в роли принимающей стороны, и в марках защитных средств разбирается примерно как свинья в апельсинах.
Но подмигивающий Фан Сьебай ждал ответа, и Ань Ян, кашлянув, принял глубокомысленный вид:
— Что ж... Ты обратился по адресу.
Фан Сьебай подался вперед:
— Ну?!
Ань Ян авторитетно закивал:
— Видел, как Бэймин Шисы у меня по струночке ходит? Я ему слово — он мне десять «слушаюсь». Всё благодаря правильному подходу!
Фан Сьебай посмотрел на него с немым восхищением.
Ань Ян, окончательно уверующий в собственный авторитет, запустил руку в рюкзак и наугад выудил первую попавшуюся коробочку:
— Вот эта. Бери, не пожалеешь.
Фан Сьебай бережно спрятал выбранную упаковку в карман:
— Спасибо! Я прочитал то пособие, что ты мне дал... Честно говоря, не думал, что между мужчинами все так сурово. Но обещаю: с Цзянь Вэем я буду предельно нежен.
Ань Ян промолчал. Откуда у этого фанфарона столько уверенности в своей доминантной роли — оставалось загадкой.
Фан Сьебай поднялся, подхватил рюкзак за донышко и... просто высыпал оставшееся содержимое прямо на диван!
Гостиную накрыла цветная лавина из десятков разноцветных коробочек.
— Это тебе! За помощь! Пользуйтесь на здоровье! — выкрикнул Фан Сьебай и, не слушая возражений, выскочил за дверь.
— Эй! Постой! На кой мне столько?! — крикнул ему вслед Ань Ян, но дверь уже хлонула.
Ань Ян в ужасе воззрился на этот склад контрацептивов.
Совещание Бэймин Шисы должно было вот-вот завершиться. Если демон увидит эту гору... Ань Яна ждет ожесточенный допрос с пристрастием!
В панике Ань Ян сгреб все пачки в охапку, подскочил к платяному шкафу, распахнул дверцы и начал остервенело запихивать коробки на нижнюю полку, под висящие костюмы.
Рюкзак Фан Сьебая по объему не уступал чемодану, так что шкаф трещал по швам.
В этот момент в кабинете щелкнул замок.
Ань Ян со всей силы навалился на створку шкафа, захлопнул ее и выпрямился, заслонив мебель собственным телом. На его лице застыла самая невинная улыбка из всех возможных.
Бэймин Шисы вышел из кабинета, взглянул на него и удивленно вскинул бровь:
— У нас кондиционер сломался? Ты весь мокрый.
Ань Ян вытер лбу капельки пота и нервно хихикнул:
— Да... Жаровато что-то. Полезно иногда пропотеть...
Бэймин Шисы сделал шаг к нему:
— Ты чего там застрял?
Ань Ян аккуратно сместился в сторону, проверяя, не распахнется ли створка. Убедившись, что защелка держит, он с облегчением перевел дух и опустился на диван, залпом выпив стакан воды.
— Закончил?
— Угу, — Бэймин Шисы сел рядом. — Министр просил проследить за Цзян Инин еще пару дней.
— Угу... Проследить...
Не успел Ань Ян договорить, как за его спиной раздался зловещий треск.
«Кр-р-р... ХРУСЬ!»
Ань Ян похолодел. Замок шкафа не выдержал давления. Створки с грохотом распахнулись, и на паркет выплеснулась пестрая лавина из упаковок с надписями: «Ультратонкие», «Максимальный рельеф», «Ледяной вспышка»...
Бэймин Шисы медленно повернул голову. На его губах расцвела ямочка, а в глазах заплясали опасные огоньки.
— Оу... Янян, ты решил проявить инициативу? И когда ты успел сделать такие запасы?
У Ань Яна пробежал мороз по коже.
— Я могу все объяснить!