Странный юноша украдкой бросал взгляды в их сторону. Вид у него был довольно подозрительный — казалось, он за кем-то шпионит.
Бэймин Шисы подал Ань Яну знак не суетиться, отложил меню на стол и ровным голосом произнес:
— Я отлучусь в уборную, а вы пока выбирайте.
Ань Ян тут же подхватил:
— Я с тобой.
Ань Шу, услышав, что Ань Ян уходит, порывался шагнуть следом, но Ванпайэр вовремя придержал его за рукав и выразительно одарил взглядом.
Пока Ань Шу глазел по сторонам, он не замечал таинственного незнакомца, но стоит отдать должное намеку Ванпайэра — тотчас смекнул, в чем дело, и остался на месте, чтобы не вспугнуть добычу слишком шумной компанией.
Бэймин Шисы и Ань Ян вместе направились к туалетам. Заметив их приближение, юноша мгновенно отшатнулся и скрылся за углом.
Мужчины прибавили шаг. Однако, завернув за угол, они обнаружили лишь пустой коридор — ни души.
Коридор просматривался насквозь: с одной стороны располагался обеденный зал, откуда они только что пришли (проскользнуть мимо них незамеченным незнакомец не мог), а с другой — дверные проемы туалетных комнат. Никаких иных поворотов или развилок здесь не водилось.
Раз юноша исчез и при этом не столкнулся с ними лоб в лоб, значит, он мог находиться только в одном месте.
Бэймин Шисы сделал короткий жест рукой:
— Пошли.
Ань Ян поспешил за ним. Они толкнули тяжелую дверь и бегло оглядели помещение.
В уборной ресторана не было окон — даже крошечной форточки, лишь вытяжка под потолком, в которую не пролезла бы и кошка.
А само помещение…
Оказалось абсолютно пустым!
Ни единой живой души. Мужчины прошли внутрь, проверили кабинки — все двери распахнуты настежь, никого.
Ань Ян озадаченно почесал затылок:
— Неужели он юркнул в женский туалет?
Будучи взрослыми воспитанными мужчинами, ломиться в женскую уборную они не могли. И если парень действительно воспользовался суматохой и спрятался там, проверить это напрямую они не имели права.
Едва Бэймин Шисы и Ань Ян вышли в коридор, как из женской туалетной комнаты показалась сотрудница ресторана.
Бэймин Шисы мгновенно преобразился: натянул на лицо безупречно теплую, обаятельную улыбку, шагнул навстречу официантке и бархатным голосом поинтересовался:
— Здравствуйте! Не подскажете, вы не могли бы мне немного помочь?
Девушка подняла глаза и, увидав перед собой ослепительного красавца, мгновенно поплыла:
— Ах… Д-да, конечно! Что угодно, господин!
Ань Ян лишь мысленно закатил глаза.
«Вот же фальшивый обаяшка!»
Бэймин Шисы мягко улыбнулся:
— Понимаете, моей сестре только что стало нехорошо, она ушла сюда и долго не возвращается. Не могли бы вы проведать ее? Я ужасно переживаю.
Официантка, не заподозрив ни малейшего подвоха, охотно кивнула и поспешила в женскую уборную.
У Ань Яна от такой дерзости даже глаз задергался. Неужели сработает? Бэймин Шисы лишь изогнул бровь и с невозмутимым видом остался ждать результатов.
Спустя полминуты девушка вернулась с озадаченным видом:
— Господин, там никого нет. В женском туалете пусто. Вы уверены, что ваша сестра пошла именно сюда?
Мужчины переглянулись.
Куда мог запропаститься этот странный парень? В обеих уборных пусто, окон нет, а коридор простреливается насквозь.
Иными словами… он просто испарился в воздухе?
Бэймин Шисы поблагодарил сотрудницу, и они с Ань Яном направились обратно к своему столику.
— Кем был этот парень? — тихо спросил Ань Ян. — Неужели какой-то невероятно сильный заклинатель?
Бэймин Шисы качнул головой:
— Нет. Это дух. Бестелесная сущность.
Ань Ян изумленно округлил глаза:
— Вроде духа слова или духа споров?
Бэймин Шисы на мгновение замер.
Снова дух споров… Этот «ганлин» уже плотно заселел в его голове благодаря Ань Яну.
Проигнорировав нелепое сравнение, Бэймин Шисы пояснил:
— Вспомни Цинь Минлэя. Когда мы его встретили, у него тоже не было стабильной физической оболочки. И вовсе не потому, что он обладал невероятной духовной мощью, а ровно наоборот: его силы были слишком истощены, чтобы удерживать форму.
— И какой же он дух? — пробормотал Ань Ян. — Постоянно за кем-то подглядывает… Разве бывают духи подглядывания?
Он едва не забыл, что эта бестелесная сущность успела провести ночь с Эви.
Может, этот дух — фанат мангаки?
Но здесь тоже концы с концами не сходились: после того как сущность покинула отель, у Эви пропали рукописи. Для преданного поклонника поведение более чем странное.
Мужчины вернулись за столик и заняли свои места.
Обед продолжился, и разговор снова свелся к пропавшим черновикам.
Эви беспомощно пожал плечами:
— Придется перерисовывать всё с самого начала. Из-за скандала в сети несколько моих ассистентов подали заявления об увольнении. Рабочих рук катастрофически не хватает, даже не представляю, когда теперь закончу.
Ань Шу, услышав это, с максимально серьезным видом предложил:
— Давай мы поможем тебе найти рукописи.
Эви на мгновение лишился дара речи от удивления, а затем мягко рассмеялся:
— Это… Ну, сейчас вокруг меня поднялся такой шум. Если вы будете крутиться рядом, вас тоже смешают с грязью. Вы ведь сами видели, что сегодня творилось.
Ванпайэр незаметно потянул Ань Шу за рукав и шепнул ему на ухо:
— Дался тебе этот Эви! Он тот еще фрукт, бабник и прохвост. Кто знает, может, это его интрижка на одну ночь умыкнула черновики? Не суй нос не в свое дело.
К слову, хотя Ань Шу и являлся клоном Бэймина Шисы, Ань Ян успел заметить, что характеры у них разительно отличались.
Бэймин Шисы терпеть не мог лезть в чужие дела, если только этого не требовали служебные обязанности. Ань Шу же, напротив, напоминал пылкого, чистейшей души юношу — впрочем, неудивительно, ведь он только-только появился на свет.
Ань Ян ненароком подумал: быть может, много веков назад Бэймин Шисы тоже был таким же горячим и наивным? Увы, время — суровый палач.
Услышав шепоток Ванпайэра, Ань Шу насупился:
— Будто сам ты не бабник! Нашел кого упрекать.
Ванпайэр опешил и ткнул себя пальцем в грудь:
— Я?! Это с какого перепугу я бабник?
— А кто в баре разговаривал по телефону с той девицей и предлагал мне присоединиться к вам для тройничка? — отрезал Ань Шу. — Не бабник, скажешь?
Ванпайэр поперхнулся воздухом:
—…
Ань Ян смущенно кашлянул.
Эви неловко улыбнулся.
Ань Шу выложил всё настолько влоб, что в воздухе повисла звенящая пауза. И лишь Бэймин Шисы с довольной ухмылкой шепнул Ань Яну:
— Вот видишь, я на их фоне просто ангел.
Но не успел он договорить, как Ань Шу перевел смеривший его строгим взглядом взор на него самого:
— Ты тоже хорош. Забыл, как обманывал Ань Яна?
Бэймин Шисы мгновенно осекся.
Он и думать забыл: Ань Шу, будучи клоном, унаследовал часть его воспоминаний. Похоже, память о временaх императора Концзя тоже перекочевала к нему.
Ань Ян, так и не восстановивший свои воспоминания, с полнейшим недоумением переводил взгляд с одного на другого:
— Обманывал? В чем?
Словесная перепалка вспыхнула с новой силой.
Ужин затянулся. Эви проявил щедрость и заказал самые дорогие блюда, но поскольку почти все были за рулем, от алкоголя отказались.
За стол они сели лишь в десятом часу, так что закончили трапезу уже ближе к полуночи и начали собираться по домам.
Компания вышла из ресторана и направилась к парковке. Едва они ступили на асфальт, Ань Ян боковым зрением уловил движение: в темном углу парковки мелькнул тенью силуэт.
Ань Ян протирал глаза, боясь, что ему померещилось, но, присмотревшись, четко разглядел стоящего в тени человека.
Это был тот самый странный юноша!
Его темные, глубокие глаза не моргая уставились на Эви. Лицо оставалось абсолютно невозмутимым и холодным. Несмотря на утонченную, почти изящную внешность, эта застывшая маска в сочетании с полуночной тьмой навевала липкий, первобытный ужас.
Едва Ань Ян собрался окликнуть Бэймина Шисы, как взгляд юноши мгновенно метнулся и скрестился со взглядом Ань Яна.
По спине Ань Яна побежал мороз. В одно мгновение незнакомец растворился в ночной тьме, словно его там никогда и не было.
Ань Ян судорожно огляделся по сторонам.
— Что случилось? — спросил Бэймин Шисы, мгновенно уловив его состояние.
— Тот дух… — шепнул Ань Ян. — Он стоял вон там и только что прямо на глазах исчез.
Бэймин Шисы прищурился. Похоже, эта сущность целенаправленно преследовала Эви. Столь частые появления не могли быть случайностью.
— Учитель! Учитель!!
Со стороны дороги на парковку кто-то вбежал, на ходу отчаянно маша руками.
Это был мужчина лет сорока, одетый весьма скромно — в застиранную белую футболку и круглые очки в простой оправе.
Несмотря на очки, в отличие от элегантного и лощеного Эви, этот человек выглядел робким и забитым.
Он бежал во весь дух, непрерывно выкликая: «Учитель!»
Эви, разглядев его, улыбнулся:
— О, это мой ассистент, Чжэн Лянхао. Работает со мной с самого начала. Из-за скандала в сети почти все разбежались, а брат Чжэн остался. Сейчас я вас познакомлю.
Чжэн Лянхао подбежал к ним, тяжело дыша, и, кажется, у него не было ни малейшего настроения знакомиться с кем-либо. Он судорожно вцепился в рукав Эви:
— Учитель! Учитель, беда! Из компании звонили, вам нужно срочно возвращаться! По поводу пропажи рукописей собирают экстренное совещание!
Ассистент глотал воздух ртом. Эви нахмурился: пропажа оригиналов означала срыв сроков выхода журнала, а это грозило серьезными неприятностями с издательством из-за контрактных обязательств.
Эви кивнул и с извиняющимся видом повернулся к компании:
— Прошу прощения, мне пора. Вынужден вас покинуть.
Распрощавшись со всеми, он обратился к ассистенту:
— Пошли, я на машине, подвезу тебя.
Чжэн Лянхао замахал руками:
— Нет-нет, я сам за рулем, мне тоже надо ехать.
Эви кивнул, и они расстались на парковке. Чжэн Лянхао поспешил к своей машине, брошенной у обочины с работающим двигателем.
Эви подошел к своему авто, снял с сигнализации, сел в салон и нажал кнопку старта.
Двигатель мягко заурчал. В то же мгновение Эви боковым зрением уловил какое-то движение справа. Он повернул голову — и у него перехватило дыхание от неожиданности.
На пассажирском сиденье кто-то сидел!
Человек появился словно из воздуха: дверь не хлопала, ни звука, ни шороха.
И этим человеком… оказался тот самый юноша, с которым Эви провел ночь.
Эви, едва узнав его, пылко вцепился в его тонкое запястье:
— Это ты?!
Юноша повернул к нему голову, не произнеся ни слова.
— Это ты слил те фотографии в сеть? — тяжело дыша, спросил Эви.
Взгляд парня оставался ледяным и отстраненным. Он молча качнул головой, отрицая обвинение.
Эви отчего-то почувствовал, как с души спал тяжелый камень. Он перевел дыхание и тихо спросил:
— А рукописи? Это ты их забрал?
При упоминании рукописей холодная маска на лице юноши вдруг дала трещину. Лед в его глазах мгновенно растаял, уступив место непередаваемо яркой, чистой радости.
В это мгновение его блеклый, неброский образ будто расцвел новыми красками.
Юноша открыто и светло улыбнулся. Эви замер, завороженный этой улыбкой. То ли сыграла роль неискушенность мангаки, то ли сработало пресловутое «красота в глазах смотрящего», но Эви показалось, что ничего прекраснее он в своей жизни не видел.
Заметив на себе пристальный взгляд, юноша плавно подался вперед и касанием губ запечатлел на губах Эви невесомый поцелуй.
Пока мангака пребывал в оцепенении, парень ловко высвободил руку из его хватки, распахнул дверцу и выскользнул наружу.
— Эй! Постой! — опомнился Эви.
Но юноша даже не оглянулся — он стремительно бросился прочь.
Эви, забыв отстегнуть ремень безопасности, выругался, судорожно рванул застежку и выскочил из машины вслед за беглецом, даже не заглушив двигатель.
Ань Ян и остальные еще не успели выехать с парковки. Услышав отчаянный крик Эви, Ань Ян тревожно оглянулся:
— Что там такое? У него проблемы?
И тут он увидел, как Эви мчится за кем-то во весь дух.
— Это тот дух! — выкрикнул Ань Ян, разглядев убегающую фигуру.
Остальные тоже увидели беглеца. Незнакомец появился снова, и Эви пытался его догнать.
Но не успели они сделать и шага к ним на помощь, как раздался оглушительный…
БХА-А-АМ!!!
Яростный сноп огня взвился к небу. Машина Эви взлетела на воздух! Мощнейшая взрывная волна с грохотом разорвала ночную тишину.
Едва выскочивший из салона Эви не успел ничего среагировать — взрывная сила сбила его с ног и швырнула на асфальт. Он тяжело ударился о землю и мгновенно потерял сознание.
— Черт!
Видя пламя, о преследовании духа никто уже не думал. Все бросились к лежащему Эви.
Мангака распростерся на асфальте, лицо и одежда были залиты кровью, он не подавал признаков жизни.
Ань Ян судорожно набрал номер скорой помощи. Эви срочно доставили в ближайшую больницу.
Поскольку машина взлетела на воздух прямо рядом с ним, он получил множественные осколочные ранения и сильные ожоги. Едва машина скорой прибыла в приемный покой, пострадавшего сразу уволокли в операционную.
Ань Ян места себе не находил от переживаний:
— Если бы он задержался в салоне хоть на секунду… При таком взрыве от него бы ничего не осталось.
Ань Шу сжался от гнева:
— Кто это сделал? Тот дух?!
Ни у кого не было точного ответа. Но этот призрак постоянно шпионил за Эви, появился на парковке, а затем выскочил из его машины… Считать взрыв случайным совпадением казалось верхом наивности.
Бэймин Шисы, однако, заметил:
— Не стоит исключать и человеческий фактор. В конце концов…
В конце концов, на автограф-сессии в него уже пытались плеснуть кислотой. Сейчас Эви гремел в сети громче любой топовой знаменитости — несколько дней подряд первые строчки трендов Вэйбо занимали новости о нем.
Притом он был не эстрадной звездой, а всего лишь автором комиксов. Подобная скандальная слава выглядела беспрецедентно.
В сети хватало безумных хейтеров, угрожавших сжечь или взорвать мангаку. Список подозреваемых стремился к бесконечности.
Шел глубокий час ночи. Друзья ждали у дверей операционной. Спустя два с лишним часа врач наконец вышел к ним:
— Угрозы жизни нет. Потеря сознания вызвана тяжелым сотрясением мозга. Есть ожоги, но не глубокие, со временем заживут. И еще… у пациента сломана левая рука.
Все ошеломленно замерли. Эви — художник! В век цифровых технологий комиксы все равно рисуются руками.
Ванпайэр облегченно выдохнул, похлопав себя по груди:
— Ну, слава богу, хотя бы левая, а не правая.
Едва он это произнес, как Ань Шу смерил его уничтожающим взглядом.
Ванпайэр озадаченно застыл. Бэймин Шисы ровным тоном пояснил:
— Эви — левша.
Ванпайэр:
—…
Бэймин Шисы хоть и не являлся поклонником его творчества, но за ужином обратил внимание: Эви держит приборы левой рукой, рабочая рука покрыта мозолями от пера, тогда как правая — куда более гладкая.
Ситуация складывалась скверная: репутация Эви уничтожена, рукописи пропали, а теперь еще и сломана рабочая рука. Ни о каком восстановлении графиков не могло быть и речи.
Мангаку перевели в палату.
Он все еще находился без сознания. Кто-то должен был остаться на дежурство, но телефон Эви уничтожил взрыв, а связаться с его ассистентом Чжэн Лянхао у Ань Яна возможности не было — тот уехал до взрыва и ни о чем не подозревал.
Компании ничего не оставалось, кроме как остаться в больнице.
Около шести утра в палате появился неожиданный гость.
Министр Ли.
Ли Вэнь, опираясь на элегантную трость, бесшумно вошел в дверь. Однако его шаги не укрылись от чуткого слуха Бэймина Шисы.
Едва дверь приоткрылась, Бэймин Шисы поднялся с кресла:
— Министр.
Ань Ян изумленно моргнул:
— Министр Ли?
Неужели глава ведомства тоже фанат Эви?
Впрочем, вряд ли. Министр Ли не увлекался комиксами и не имел любимых авторов. Единственным человеком, к кому он питал нежные чувства, оставался дядя Ань Яна — Лю Бэй.
Министр Ли бросил быстрый взгляд на бессознательного Эви и сухо произнес:
— Ночной взрыв передан в ведение Четвертой группы. Вот материалы дела.
С этими словами он протянул Бэймину Шисы папку.
Ань Ян обомлел. Дело о взрыве передали Четвертой группе? Значит, за этим стоило нечто большее, чем обычный криминал?
Бэймин Шисы бегло пролистал документы — так и есть. Взрыв имел явно нечеловеческую природу. Но главное: подчерк преступления до боли напоминал диверсии организации «Хэту».
Министр Ли добавил:
— Наверху подозревают, что «Хэту» снова активизировалась. Дело серьезное. Раскройте его как можно быстрее.
— Есть, — четко ответил Бэймин Шисы.
Министр Ли столь же бесшумно удалился.
Ань Ян вздохнул:
— И что нам теперь делать?
Ань Шу при упоминании «Хэту» заметно помрачнел и недоуменно пробормотал:
— Как ни крути, Эви — обычный человек. У него нет ни духовных сил, ни самосовершенствования. С какой стати он сдался организации «Хэту»?
Вскоре Эви пришел в себя. Не прошло и получаса после ухода министра, как мангака открыл глаза. Голова его гудела, мучила тошнота, перед глазами всё плыло и темнело.
Увидев Ань Яна и остальных, он слабо улыбнулся и хрипло вымолвил:
— Вы снова меня спасли?
Затем его взгляд упал на забинтованную руку. Лицо Эви мгновенно побледнело, а голос упал до шепота:
— Похоже, я встрял по-крупному.
Он попытался сесть, но Ань Ян тут же придержал его за плечо:
— Не дергайся! У тебя сотрясение мозга, нужен покой.
Эви тихо ответил:
— Спасибо вам. Но мне нужно уходить из больницы. Если я останусь, сюда пронюхают репортеры или хейтеры, и тогда мне точно не видать покоя.
Он был прав. В сети уже вовсю гремели новости о взрыве. Толпы фанатов искали, в какую больницу его отвезли, а хейтеры жаждали «добить» скандального автора.
Дошло до того, что в сети распространились слухи о его гибели, и некоторые уже вовсю планировали «пышные похороны».
Раз Эви требовалась выписка, а Бэймин Шисы официально принял дело о взрыве, мангака автоматически переходил под их защиту.
Бэймин Шисы произнес:
— Ладно, мы как раз собирались уходить. Поможем тебе выписаться.
Эви не сдерживал благодарности. Они арендовали кресло-каталку и вывезли его из больницы.
Мангака назвал адрес своей квартиры в элитном ЖК в центре города — к слову, неподалеку от дома самого Бэймина Шисы.
Бэймин Шисы был за рулем. Но едва машина подобралась к въезду в жилой комплекс, все ошеломленно застыли.
Ань Ян ахнул:
— Это еще что такое?! Откуда здесь такая пробка?
Пробка из автомобилей выстроилась на сотню метров вдоль улицы, заблокировав въезд во двор.
Даже для самого популярного ЖК это выглядело дико.
Вдобавок ко всему из глубины улицы донеслись вопли сирен — к комплексу на всех парах мчалась полиция.
Бэймин Шисы припарковался у обочины, поручил Ань Шу и Ванпайэру присмотреть за Эви, а сам вместе с Ань Яном отправился на разведку.
Войдя во двор, Ань Ян окончательно лишился дара речи.
Внутри бушевала огромная толпа с транспарантами и плакатами. Но это были не фанаты, а разъяренные хейтеры.
Они штурмовали подъезд Эви, снося оцепление охраников.
На плакатах были перечеркнуты и изрезаны ножами фотографии мангаки. Лозунги на транспарантах требовали отправить Эви за решетку.
Ань Ян никогда не видел ничего подобного. Он заговорил с зевакой из местных:
— Что здесь происходит?
— Ой, милок, с самого ранья бушуют! — охотно пояснил тот. — Кто-то слил адрес этого наглеца в сеть. Вот они и понаехали… Орут, что устроят тут массовое самоубийство, если его не накроют!
Ань Ян поперхнулся:
— Массовое… что?!
— Да-да! — закивал свидетель. — Совсем с катушек слетели! Говорят, этот художник всех подминал, черным пиаром давил других авторов, вот они от безысходности и пришли сюда протестовать.
Ань Ян:
—…
В голове у Ань Яна гудело. Насколько же опасная профессия — рисовать мангу!
Он мысленно перекрестился, радуясь, что вовремя выбрал профессию байера. Пусть его покупатели не совсем обычные люди, зато все милые и вежливые, как та Фея из Дворца Линсяо.
Бэймин Шисы похлопал его по плечу:
— Пошли.
Вернувшись в машину, они обрисовали обстановку. Эви устало потер неповрежденной рукой лоб:
— Хотите верьте, хотите нет, но я никогда ничего подобного не делал. Никого не давил, черным пиаром не пользовался. Я сутками за столом сижу, мне спать-то некогда, не то что интриги плести! Мой ассистент подтвердит.
Но сейчас, когда сеть бурлила от ненависти, в его оправдания никто бы не поверил.
Бэймин Шисы произнес:
— Раз домой тебе путь заказан, поживешь пока у меня.
Эви изумленно воззрился на него. Он не ожидал такой отзывчивости от внешне холодного мужчины. Сейчас Эви был изгоем, и если хейтеры пронюхают, где он прячется, Бэймину Шисы не поздоровится.
Впрочем, Эви не знал: чтобы докопаться до предков Бэймина Шисы, хейтерам пришлось бы отматывать историю на три тысячи лет назад…
Конечно, Бэймин Шисы действовал не из альтруизма. Эви являлся ключевым свидетелем и объектом защиты в деле о взрыве, связанном с «Хэту».
Пометавшись, Эви с благодарностью принял предложение. Приехав к Бэймину Шисы, он первым делом позвонил с домашнего телефона своему ассистенту Чжэн Лянхао и предупредил, чтобы тот не появлялся у него в квартире.
Чжэн Лянхао в трубку чуть не плакал:
— Учитель! Где вы?! Я привезу вещи! А что с рукой?! Нужно срочно найти лучшего врача! Если рука не срастется…
Эви вздохнул:
— Тише-тише, брат Чжэн, всё в порядке, врач сказал — кость срастется.
Получив разрешение Бэймина Шисы, Эви продиктовал ассистенту адрес, чтобы тот привез сменную одежду, предметы гигиены и банковские карты.
Едва они закончили разговор, Бэймину Шисы поступил звонок. Это был срочный вызов на совещание глав отделов по поводу активности «Хэту».
Бэймин Шисы нахмурился:
— Понял, буду.
Положив трубку, он обратился к Ань Яну:
— Мне нужно в штаб. Вернусь к обеду.
Затем перевел взгляд на Ань Шу:
— Присмотри за всеми.
Ань Шу серьезно кивнул:
— Не волнуйся, я справлюсь.
Бэймин Шисы уехал. В доме остались Ань Ян, Ань Шу, Ванпайэр и Эви. Ванпайэр, будучи свободно конвертируемым аристократом, никуда не спешил и остался за компанию.
Спустя час Чжэн Лянхао привез целую гору вещей. Увидев гипс на руке Эви, он едва не разразился слезами:
— Учитель, как же так… Вы должны беречь себя!
Эви пришлось долго успокаивать ассистента, словно гипс был у того, а не у него самого. Наконец Чжэн Лянхао ушел.
Эви запер дверь и вздохнул:
— Брат Чжэн иногда бывает назойливым, но он искренне обо мне печется. Мы с ним как братья. Остальные ассистенты разбежались — и я их не сужу. Быть помощником «скандального автора» — крест на карьере.
Ань Ян сочувственно вздохнул. В нашем мире часто приходится идти на поводу у толпы, даже если ты знаешь правду, иначе сам станешь мишенью.
И тут Ань Ян внезапно вскрикнул:
— Вон он!
Эви опешил:
— Кто?!
Ань Шу и Ванпайэр тоже увидели его.
Тот самый дух!
Он стоял на втором этаже у перила лестницы и с холодным любопытством разглядывал их сверху вниз.
Ань Ян выкрикнул предупреждение, все подняли головы, и Эви столкнулся взглядом с загадочным юношей.
Эви с поломанной ногой не мог взлететь наверх, но остальная троица ринулась в атаку. Ань Ян и Ванпайэр бросились по ступеням, а Ань Шу вспрыгнул на кофейный столик, оттолкнулся, вцепился в перила второго этажа и одним невероятно грациозным, хищным прыжком взмыл наверх, словно дикий барс.
Его движения были стремительны — сказалась сила, унаследованная от Бэймина Шисы.
Однако дух даже не шелохнулся. Он лишь слегка наклонил голову, продолжая смотреть на Эви на первом этаже.
А затем… уголками губ заскользила едва заметная, легкая улыбка.
Ш-ш-шу…
В то самое мгновение, когда Ань Шу готов был скрутить его, фигура юноши подернулась дымкой, превратилась в полупрозрачный силуэт и прямо на глазах у всех растаяла в воздухе…
Эви застыл в полном шоке. Он уже не знал, чему удивляться больше — мистическому призраку или безумию сети.
Ань Ян и Ванпайэр взбежали на второй этаж, но было поздно — дух испарился без следа.
Ань Ян досадно хлопнул по перилам:
— Опять сбежал! Да кто он вообще такой?! Как он так свободно появляется и исчезает?
Они до сих пор не понимали природу этой сущности. Злой дух? Мстительный дух?
Почему он перемещается без единого следа?
Ванпайэр предложил:
— Надо позвонить господину Бэймину. Раз дух проникает в дом, здесь небезопасно.
Ань Ян уже достал телефон, но Ань Шу остановил его:
— Бэймин на совещании, не будем его отвлекать. У меня есть идея.
— Какая? — спросил Ань Ян.
Ань Шу молча прошел в спальню, достал бумагу с кистью и принялся вырисовывать нечто, напоминающее замысловатые иероглифы.
Настоящая фуцзо — талисман.
Закончив, он показал листок. Ань Ян, не сведущий в магии, ничего не понял, Ванпайэр-вампир — тем более.
Ань Шу пояснил:
— Это талисман наблюдения. Он работает как камера. Если этот дух снова появится, мы сможем узнать, откуда он берется и к чему привязан.
Ведь бестелесные духи всегда нуждаются в материальном якоре. Найдя этот предмет, они смогут решить проблему.
Ань Ян кивнул:
— А это мысль!
Ань Шу улыбнулся:
— А еще этот талисман можно привязать к твоему телефону. Видео будет транслироваться прямо на экран.
Он взял телефон Ань Яна, приложил к нему талисман, провел пальцем — бумажка вспыхнула мягким голубым светом и растворилась.
Ань Шу нарисовал еще несколько талисманов и разместил их на первом этаже и на лестнице. Спальни он трогать не стал из соображений приватности. Теперь любой шаг духа попал бы в зону «видеонаблюдения».
Закончив с «ловушкой», они решили приготовить обед — Бэймин Шисы должен был вот-вот вернуться.
Пока Ань Ян хлопотал на кухне, Ань Шу крутился рядом. Ванпайэр сидел в гостиной с Эви и бросал ревнивые взгляды на то, как Ань Шу вьется вокруг Ань Яна, но изо всех сил старался держать марку «воспитанного джентльмена».
Ань Ян как раз зачерпнул ложкой бульон и дал Ань Шу попробовать на соль. Ань Шу с улыбкой отхлебнул прямо из его рук.
В этот момент в кухню вошел Бэймин Шисы.
Бэймин Шисы:
—…
Он подошел сзади, властно обнял Ань Яна за талию и с ухмылкой прошептал:
— Что тут у нас так вкусно пахнет?
Ань Ян от неожиданности вздрогнул и с нескрываемым раздражением скинул его руки:
— Не мешайся! Тут открытый огонь, еще обожжешься.
Ань Ян с легкостью проигнорировал фирменный «объятия сзади» Бэймина Шисы.
Ань Шу, видя, как Бэймин Шисы получил от ворот поворот, победно усмехнулся и бросил на него вызывающий взгляд.
Бэймин Шисы:
—…
Бэймин Шисы молча развернулся, вышел из кухни и поднялся на второй этаж. Не прошло и полминуты…
— Мяу~
Ань Шу не успел насладиться триумфом, как из-за двери донеслось нежное, мурлычущее мяуканье.
Британский короткошерстный кот кошачьей трусцой проскользнул в кухню, потерся о ноги Ань Яна и затянул умильное: «Мяу-у-у~», выводя рулады и утыкаясь пухлой мордочкой в его лодыжку.
— Дуаньдуань?!
Разумеется, Ань Ян мгновенно растаял! Вид ластящегося плюшевого кота заставил его забыть обо всем на свете.
Ань Ян опустился на корточки:
— Малыш, ты проголодался?
Ань Шу:
—…
Не успел Ань Шу насладиться победой, как Бэймин Шисы нанес сокрушительный ответный удар!
В отличие от «новичка» Ань Шу, Бэймин Шисы был опытнейшим мастером по части притворной милоты.
Голубовато-серый кот встал на задние лапки, обхватил передними лодыжку Ань Яна и, задрав круглую мордочку, медленно и томно хлопнул огромными, круглыми желто-зелеными глазами. В этом взгляде читалась такая… неземная страсть!
Ань Ян окончательно потерял голову от умиления и радостно повернулся к Ань Шу:
— Смотри, какой лапочка! Он меня так любит!
Ань Шу:
—…
Когда обед был почти готов, кот выждал момент, бесшумно выскользнул из кухни и на всех четырех лапах помчался на второй этаж. Он шмыгнул в спальню и мгновенно принял человеческий облик.
Переодевшись в костюм, Бэймин Шисы с самым чинным и невинным видом спустился вниз и чинно сел за стол в ожидании обеда.
Ань Ян и Ань Шу расставили блюда. Бэймин Шисы даже любезно помог раздать пиалы и палочки.
За столом Эви неловко произнес:
— Еще раз простите, что стесняю вас.
Ань Ян улыбнулся:
— Да брось, какие стеснения.
В конце концов, защита свидетеля входила в их прямые обязанности.
Ань Ян добавил:
— Лучше скажи, что делать с этим потоком грязи в сети?
Эви вздохнул. Все происходящее казалось дурным сном. Сеть бушевала, и любые его оправдания воспринялись бы как попытка обелить себя.
Он пожал плечами:
— Сначала нужно найти того парня из бара. Да и рукописи вернуть… Без них я ничего не смогу сделать, тем более со сломанной рукой.
Ань Ян спохватился:
— Ах, точно!
Он достал телефон и вывел на экран трансляцию с «талисманов-камер», созданных Ань Шу:
— Бэймин, пока тебя не было, тот дух снова появлялся. Ань Шу поставил в доме слежку.
— Слежку? — Бэймин Шисы прищурился. — Где?
— Да везде, кроме спален и уборных. На втором этаже только в коридоре…
Слова застряли у Ань Яна в горле.
Экран телефона начал воспроизводить запись с камеры второго этажа.
На видео Бэймин Шисы в строгом костюме поднимается по лестнице и проходит в спальню. Он не затворяет за собой дверь, и благодаря этому угол обзора захватывает часть комнаты.
Внезапно на экране вспыхивает легкий свет. Строгий костюм Бэймина Шисы беспомощно оседает на пол, пустой и бесформенный.
А затем куча одежды начинает шевелиться. С пыхтением и кряхтением из вороха брюк и пиджака вылезает толстый, круглый, голубовато-белый британский короткошерстный кот.
Преодолев нелегкий путь сквозь складки ткани, кот выбрался наружу, отряхнулся и вальяжной походкой направился к лестнице…
— ПФ-Ф-Ф!!!
Ань Ян, только что глотнувший сока, сбрызнул им весь стол. Он закашлялся до слез, указал дрожащим пальцем на экран и с диким ошеломлением вытаращился на Бэймина Шисы:
— ДУАНЬДУАНЬ?!