Ань Ян внезапно осознал: как же ему повезло стать именно кроликом, а не рыбой! Иначе на него точно перепали бы все чужие беды — как говорится, за компанию и рыбы в пруду варятся.
Услышав слова Бэймина Шисы, Цзянь Вэй слегка прищурился:
— Господин Бэймин шутит. Так в каких вы отношениях на самом деле?
Бэймин Шисы снова задумался, явно собираясь ляпнуть нечто провокационное, но Фан Сьебай вовремя сориентировался и выпалил первым:
— Мы друзья! Просто друзья!
— Друзья? — недоверчиво переспросил Цзянь Вэй.
— Да, друзья! Отличные приятели! — Фан Сьебай закивал так усердно, словно колотушка.
— Ладно, сначала я отвезу тебя в больницу, — сменил тему Цзянь Вэй.
— Правда, не надо в больницу! Высади меня просто у дороги, — поспешно возразил Фан Сьебай.
— Тогда доедем до аптеки. У тебя разбита голова, надо обработать рану. А лучше всё-таки показаться врачу — мало ли, сотрясение.
— Честное слово, пустяки! Дома всё есть, сам перевяжу. Серьёзно… оставь меня на обочине.
Цзянь Вэй нахмурился. Фан Сьебай так отчаянно открещивался от поездки, будто избегал его. Переведя взгляд на Бэймина Шисы, Цзянь Вэй почувствовал укол сомнения.
«Неужели он влюбился в Бэймина Шисы?»
Тот был молодым, успешным, с привлекательной внешностью и полными карманами — настоящий идеал. Однако, насколько знал Цзянь Вэй, у Бэймина Шисы уже имелся спутник жизни. И после этого он смеет флиртовать с другими? К тому же его избранником был мужчина, а перед ним стояла «Ду Синь» — женщина. Каким образом этот щеголь здесь крутится? Наряжен в костюм джентльмена, а повадки самые сомнительные.
Бэймина Шисы ничуть не смутило немое осуждение. Он лишь тепло улыбнулся:
— Извините, господин Цзянь, но я и сам могу подбросить его до дома. Нам как раз по пути.
В душе Цзянь Вэя вспыхнуло неясное, тревожное чувство. На миг его охватила растерянность. Неужели он...
Нет, исключено!
Он быстро отбросил эту дикую мысль. Цзянь Вэй любил Фан Сьебая — преданно, на протяжении долгих лет. Разве мог он всерьёз заинтересоваться кем-то другим? Тем более этой девицей, которая тайком снимала его, а потом пыталась шантажировать снимками.
Взяв себя в руки, Цзянь Вэй ожесточился. Ду Синь — дрянная интриганка. Все её нынешние беспомощные ужимки — лишь очередной спектакль.
Насупившись, Цзянь Вэй нажал кнопку центрального замка.
Раздался щелчок. Фан Сьебай облегчённо выдохнул, мгновенно выскочил из салона и торопливо поклонился:
— Огромное спасибо! Я пойду!
И, не теряя ни секунды, дал дёру.
Ань Ян, устроившийся на руках у Бэймина Шисы, лишь сокрушенно качнул головой и ткнул лапкой в грудь спутника, побуждая двигаться следом.
Бэймин Шисы не заставил себя ждать. Они сели в машину и вместе с Фан Сьебаем отправились в Здание штаб-квартиры.
— Всё уладили! — радостно потирал руки Фан Сьебай. — Теперь-то меня вернёте в собственное тело?
Возвращение прежнего облика было долгожданным событием не только для него, но и для Ань Яна. Фан Сьебай хотя бы просто сменил пол, перебравшись из мужского тела в женское, а вот Ань Ян и вовсе перешагнул межвидовой барьер, превратившись в пушистого зверька.
По правде говоря, Ань Ян до сих пор так и не выяснил, какого именно пола его нынешнее кроличье воплощение. Впрочем, выяснять он и не стремился — слишком уж жутко становилось при одной мысли об этом.
— Сначала проверим кулон в лаборатории, — произнёс Бэймин Шисы. — Если всё в порядке, схватим Ду Синь и поменяем вас обратно.
— Великолепно! — Фан Сьебай чуть не подпрыгнул до потолка машины. — Я с ума схожу в этом теле!
Нормальную одежду не подобрать: и дело даже не в талии, а в совершенно нелепом бюсте. К тому же у Ду Синь было до того специфическое лицо, что повсюду слагали шепотки: «Какая дурнушка! А фигура ведь ничего...» Слушать это больше не оставалось сил.
Троица быстро добралась до Здания штаб-квартиры и сразу отправилась к старшей сестренке Мэнпо.
Взяв нефритовый кулон, Мэнпо одарила их ободряющей улыбкой:
— Не волнуйтесь, это займёт не больше минуты.
Она поместила артефакт в сканер духовных сущностей. Спустя мгновение прибор зашелся тревожным писком, вспыхнув алой лампочкой.
Ань Ян всплеснул лапками и запрыгал на месте:
«Кур-кур-кур?»
— Что за притча? — удивилась Мэнпо.
— Что случилось? — нахмурился Бэймин Шисы.
Сняв подвеску со сканера, Мэнпо озадаченно пробормотала:
— Внутри пусто. Дух исчез!
— Исчез?!
— Кур-кур?!
Фан Сьебай и Ань Ян выдохнули это практически одновременно. И хотя один был человеком, а второй — кроликом, выражение их морд совпало до мелочей: вытаращенные глаза и разинутый рот говорили сами за себя без всякого перевода.
— Сканер упрямо показывает ноль, — Мэнпо развернула монитор. — Посмотрите сами на отчёт.
— А может, прибор просто его не видит? — с надеждой спросил Фан Сьебай. — Он ведь и раньше с трудом поддавался обнаружению.
— Исключено, — возразила Мэнпо. — Зеркальные отражения действительно не фиксируются, но сам дух абсолютно материален для сканера. В прошлый раз мы запеленговали его именно так, так что ошибок быть не может.
Ань Ян помнил: яркая вспышка света прошмыгнула с руки Фан Сьебая прямо в кулон. Куда же она делась?
В комнате воцарилось молчание.
— Не мог ли дух снова сбежать? — задумчиво произнес Бэймин Шисы.
— Вероятность есть, — кивнула Мэнпо. — Встревоженная сущность легко меняет пристанище, если рядом есть подходящий сосуд. Однако подвеска Фан Сьебая — нефритовая подвеска для захоронения заживо. В ней бурлит сильнейшая тёмная энергия. Для духа это идеальное убежище, куда комфортнее любого стекла.
Вдруг Ань Ян встрепенулся, издал громкий клик и застучал передними лапками по столешнице, требуя внимания. Он запрыгал вокруг, отыскивая взглядом смартфон.
Бэймин Шисы тут же пододвинул телефон ближе. Ань Ян принялся лихорадочно выстукивать лапой по экрану:
«Цзянь Вэй! Цзянь Вэй!»
Бэймин Шисы мгновенно понял мысль:
— Цзянь Вэй...
— А при чём тут Цзянь Вэй? — не понял Фан Сьебай.
Ань Ян продолжил строчить:
«У него на шее тоже висит кулон!»
И точно! У Цзянь Вэя имелась точно такая же подвеска. В прошлый раз на вилле Фан Сьебай из-за страха перед кошкой случайно порвал шнурок, чем страшно разозлил хозяина. Разглядеть украшение как следует тогда не удалось, но факт оставался фактом: Цзянь Вэй носил кулон. А только что он несколько раз касался Фан Сьебая! Дух вполне мог переметнуться.
— Точно! — ахнул Фан Сьебай. — У него же кулон один в один как мой!
«Кур-кур?»
Тогда дух почти наверняка перебрался к Цзянь Вэю!
— У него что, крыша поехала? — удивлённо протянул Фан Сьебай. — Подсунул мне проклятую штуковину, да ещё и сам аналогичную нацепил, да так бережёт!
Ань Ян сокрушенно вздохнул:
«Кур-кур...»
Раньше Ань Ян и Бэймин Шисы предполагали, будто Цзянь Вэй подарил этот зловещий амулет, чтобы сжить Фан Сьебая со свету. Однако теперь всё вырисовывалось в ином свете. Цзянь Вэй едва ли догадывался о темных свойствах нефрита — он просто сделал подарок, оставив парный экземпляр себе.
Проще говоря, это были парные кулоны для влюбленных. Цзянь Вэй носил свой не снимая, а Фан Сьебай даже не подозревал об этом.
— Едем к Цзянь Вэю, — решил Бэймин Шисы. — Если дух у него, придется забрать кулон.
Он подхватил Ань Яна на руки. Фан Сьебай выскочил за ними из Здания штаб-квартиры, на ходу усаживаясь в машину:
— Куда мчим? На виллу?
— Цзянь Вэй — обычный человек, — напомнил Бэймин Шисы. — Пугать его не стоит. Попробуем сменить амулет тайком, когда он пойдёт в душ.
Других вариантов пока не просматривалось.
* * *
Проводив взглядом отъезжавших Фан Сьебая и Бэймина Шисы, Цзянь Вэй почувствовал в душе тяжелый осадок. Пообедать он так и не успел, поэтому решил перекусить в ближайшем заведении. Едва он припарковался у ресторана, как зазвонил телефон.
На экране высветилось имя: «Фан Сьебай».
Звонила Ду Синь, все еще занимавшая тело его возлюбленного.
Вспомнив, как жестоко «Фан Сьебай» только что избивал человека у ресторана, Цзянь Вэй ощутил леденящее отчуждение.
Настоящий Фан Сьебай мог казаться ветреным повесой, но границы дозволенного знал чётко и никогда не переступал черту, вопреки сплетням жёлтой прессы. Это был человек со своими строгими принципами.
Теперешняя же вспышка дикой агрессии казалась дикостью. Разве мог это быть тот самый Фан Сьебай, которого Цзянь Вэй безнадёжно любил столько лет? Прежде он отдал бы всё за один благосклонный взгляд, но сейчас, когда «Фан Сьебай» буквально лип к нему с нежностями, в душе Цзянь Вэя не возникало ничего, кроме липкого отвращения и тоски.
Он с невольным отвращением смотрел на мигающий экран и долго не хотел снимать трубку, но в последний момент всё же ответил:
— Алло.
Голос звучал сухо. В ответ сразу раздались сбивчивые всхлипывания:
— Брат Цзянь! Брат Цзянь, помоги!
Цзянь Вэй поневоле нахмурился:
— Что стряслось? Ты где?
— Меня сбила машина... Я не могу подняться. Забери меня, пожалуйста!
— Сбила?! — встревожился Цзянь Вэй. — Где ты? Я сейчас вызову скорую!
— Не надо скорую! — поспешно завопил собеседник. — Ничего страшного, в больницу не хочу! Брат Цзянь, просто отвези меня домой, умоляю!
Цзянь Вэй заколебался, но плач в трубке звучал так отчаянно, что он сдался:
— Ладно, не дергайся. Скинь геолокацию, я выезжаю.
Заведя двигатель, он выкрутил руль и помчался по указанному адресу.
* * *
Сбросив вызов, Ду Синь мгновенно преобразилась — от давешних слёз не осталось и следа.
Она сидела в салоне автомобиля в окружении нескольких рослых головорезов.
— Как только Цзянь Вэй появится, оглушите его и погрузите в машину. Поняли?
— Раз плюнуть, хозяйка! За ваши деньги — любой каприз, — ухмыльнулся старший из наёмников.
— Отлично, — губы Ду Синь исказила злобная ухмылка.
Её глаза сузились, а в груди закипела глухая, ядовитая ярость. Она унижалась, раздавила собственную гордость, даже согласилась стать мужчиной, лишь бы быть рядом с Цзянь Вэем! А тот лишь брезгливо отворачивался, предпочтя ей настоящего Фан Сьебая!
Все её усилия пошли прахом. Что ж, если Цзянь Вэю не нужна её любовь — пусть теперь не достанется никому!
Не подозревая о ловушке, Цзянь Вэй примчался на место и увидел «Фан Сьебая», сидевшего на ступеньках с поджатой ногой.
— Что с тобой? — Цзянь Вэй подбежал ближе.
— Нога ужасно болит, идти не могу... — сморщилась Ду Синь.
Цзянь Вэй бегло осмотрел щиколотку — ни отека, ни перелома. Облегчение тут же сменилось подозрением: перед ним опять разыгрывают комедию, чтобы завлечь в свои сети.
— Раз всё в порядке, я поехал, — суховато бросил он, поворачиваясь.
— Брат Цзянь! — Ду Синь отчаянно вцепилась в его талию сзади. — Не уходи! Я ведь люблю тебя, и ты меня любишь! Мы созданы друг для друга! Зачем нам позволять этой дряни вставать между нами?!
Цзянь Вэя одолела беспросветная усталость. Он развернулся и с недоумением поглядел на собеседника:
— Фан Сьебай, что с тобой произошло? Раньше ты вел себя беспечно, но никогда не опускался до мелкой бранщины в адрес женщины. Откуда в тебе столько яда?
— Откуда?! — Ду Синь расхохоталась им в лицо.
Пока Цзянь Вэй отвлекся, из припаркованной рядом машины выскочили дюжие молодчики. Один из них ткнул электрошокером прямо Цзянь Вэю в спину.
Раздался глухой стон, и Цзянь Вэй мгновенно обмяк, теряя сознание.
Наёмники подхватили бессознательное тело и сгрузили на заднее сиденье.
— На виллу! И свяжите его как следует, — скомандовала Ду Синь.
* * *
Тем временем Бэймин Шисы, Ань Ян и Фан Сьебай подрулили к особняку Цзянь Вэя. Едва успев припарковаться, они заметили въезжающий на территорию автомобиль «Фан Сьебая».
— Ничего себе, — прошептал настоящий Фан Сьебай. — Зачем Ду Синь приволокла целую банду? На штурм собралась?
Бэймин Шисы приложил палец к губам и тихо отвел машину в тень деревьев.
Из машины выскочила Ду Синь с фотоаппаратом в руках, а вслед за ней — бандиты, тащившие кого-то под руки. Разглядев пленника, Фан Сьебай ахнул:
— Цзянь Вэй!
Неужели эта безумная решила пойти на крайность?
— Спокойно, — сдержанно отозвался Бэймин Шисы. — Дух давно покинул её камеру, так что теперь это обычная пластмасса. Цзянь Вэю ничего не угрожает. Берем их с поличным.
Мысль о скором возвращении в человеческий облик заставила глаза Ань Яна просиять. Он воодушевленно забил себя кулачками в грудь, готовый к бою.
И тут же стал жертвой вероломства: Бэймин Шисы наклонился и нежно чмокнул его в мокрый кроличий носик.
Застыв на мгновение, Ань Ян принялся сердито оттирать моську лапками и возмущенно засопел.
— Вперёд, — хмыкнул Бэймин Шисы и подхватил его крепче.
Пока Ду Синь и её подручные заходили в дом, троица перемахнула через ограду.
Бэймин Шисы сделал это с грацией дикого барса — легко оперся рукой и в мгновение ока перелетел через высокий забор. А вот Фан Сьебаю пришлось несладко: он долго кряхтел, цеплялся за кирпичи и, наконец перевалившись, с глухим треском грохнулся прямо в кусты.
— Что за шум? — насторожилась Ду Синь в гостиной и кивнула наёмникам: — Проверьте!
В это время Цзянь Вэй лежал на полу. К нему постепенно возвращалось чувство реальности, но тело после удара током оставалось деревянным. Он судорожно ловил ртом воздух и пытался ослабить путники на запястьях, но веревки сидели крепко.
— Ну как ощущения? — Ду Синь с садистской ухмылкой склонилась над ним. — А ведь я не хотела действовать так грубо.
— Чего... ты добиваешься? — с трудом прохрипел Цзянь Вэй.
— Чего я хочу? — она неприятно захихикала. — Да я ведь люблю тебя! Разве я желала тебе зла? Ты даже не представляешь, как разрывается моё сердце!
Цзянь Вэй издал короткий, презрительный смешок.
Этот звук привел Ду Синь в ярость. Выпрямившись, она сузила глаза и взвизгнула:
— Что смешного?! Ты хоть понимаешь, через что я прошла?! Я с ума по тебе сходила! А ты... ты даже не удостаивал меня взглядом!
Она вопила так истошно, что даже видавшие виды бандиты невольно переглянулись. Ду Синь выглядела как безумная театралка, переигрывающая в третьосортной драме.
Цзянь Вэй хмуро смотрел на неё, чувствуя всё нарастающий фальшивый диссонанс.
— Я искала встречи с тобой, — продолжила истеричку Ду Синь, сорвав маску. — А когда подобралась ближе, узнала, что ты сохнешь по мужчинам! Цзянь Вэй, ты же сам мужчина! Ты извращенец! Меня от тебя тошнит!
В её словах сквозила бессвязная мешанина.
— Мы ведь учились в одном университете! Я была твоей младшей сокурсницей! Чтобы стать ближе, я записалась в фотокружок, а ты тут же его бросил! На твоей выставке я стояла в толпе и надеялась, что ты заметишь меня, а ты прошёл мимо, точно сквозь пустое место! И всё почему? Потому что я казалась тебе дурнушкой?!
Каждое слово заставляло Цзянь Вэя всё сильнее хмурить брови.
— Я ходила за тобой тенью, снимала каждый твой шаг! И каково же было моё отвращение, когда в объектив попал твой тайный поцелуй с Фан Сьебаем! Больной выродок!
Цзянь Вэй пристально вгляделся в её лицо:
— Ты... Ду Синь?
Внешность принадлежала Фан Сьебаю, но факты, которые она вываливала, могла знать только Ду Синь.
— Да! — завизжала она. — Пусть ты извращенец, я не могла вырвать тебя из сердца! Я верила, что смогу наставить тебя на путь истинный, исправить твоё уродство!
Цзянь Вэй почувствовал, как закипает гневом:
— Какое тебе дело до моих чувств?
— Самое прямое! — зашлась в крике Ду Синь. — Ради тебя я хотела забрать тело Фан Ниньбай! Я ведь знала, что тебе нужна лишь эта мордашка, что ты презираешь мою внешность. А Фан Ниньбай — сестра-близнец Сьебая, они же на одно лицо! Я была готова на всё!
Однако всё пошло наперекосяк. Судьбы брата и сестры оказались слишком переплетены, и вместо девушки Ду Синь очнулась в теле мужчины — того самого, по кому сох Цзянь Вэй.
— Ты хоть понимаешь, каково мне?! — стенала она. — Я стала мужчиной! Если бы мы были вместе, нас бы заплевали! Но я переступила через себя, пошла на этот шаг! И что в ответ?! Ты снова растоптал меня!
Ду Синь брызгала слюной, заламывая руки:
— Почему?! Теперь у меня его лицо, его имя! А ты отвергаешь меня и увиваешься за тем ничтожеством в моём прежнем теле! За этой дурнушкой! Почему ты защищаешь его?! Чем я хуже?!
Картина наконец сложилась. Хоть всё звучало дико и безумно, Цзянь Вэй осознал главную истину: перед ним находилась чужая душа. Теперь становилось ясно, отчего «Фан Сьебай» казался чужим и вызывал удушающую неприязнь.
Он любил не оболочку, а человека. И если бы он слепо уцепился в пустую форму — вот это было бы настоящим уродством.
Переводя дыхание, Цзянь Вэй произнёс:
— Где настоящий Фан Сьебай?
Слышать это имя было для Ду Синь выше всяких сил. Вцепившись в волосы, она заметалась по комнате:
— Фан Сьебай! Опять он! Чем он лучше?! У меня его деньги, его статус, его тело! Всё принадлежит мне!
— Но ты — не он, — отрезал Цзянь Вэй.
Ду Синь застыла, а затем зашлась безумным хохотом.
— Мяу!!
Из глубины дома выскочила белоснежная персидская кошка. Почуяв опасность для хозяина, она воинственно взъерошила шерсть и зашипела на незваных гостей.
— Сяобай, назад! Наверх! — крикнул Цзянь Вэй.
— Поймайте паршивицу, — злорадно приказала Ду Синь.
Головорезы сцапали кошку, несмотря на её отчаянный визг.
— Что ты задумала? — нахмурился Цзянь Вэй.
— Ничего особенного, — с фальшивой лаской пропела Ду Синь. — Ты растоптал мою любовь. Раз ты неизлечимый извращенец, я устрою тебе достойную жизнь...
Она достала новый фотоаппарат с прикрепленной нефритовой подвеской и навела объектив на Цзянь Вэя и кошку:
— Я поменяю тебя местами с этим животным! Попробуй-ка кошачью шкуру!
Зайдясь торжествующим хохотом, она нажала на спуск. Вспышка ослепила комнату.
Ду Синь едва не подпрыгивала от восторга:
— Ну как?! Каково это — стать тварью бессловесной?! Наслаждайся!
Однако Цзянь Вэй всё так же спокойно смотрел на неё с пола, а кошка лишь испуганно забилась в руках бандита.
Смерив её холодным взглядом, Цзянь Вэй заметил:
— Ты... из дурдома сбежала, что ли?
— Что?! Не может быть! — ахнула Ду Синь. — Почему сбой?! Такого не бывает! Сработает чуть позже... Да, точно, бывает задержка! С минуты на минуту ты превратишься в кошку!
— В кошку он не превратится, — раздался ироничный бархатный голос.
В гостиную неспешным шагом вошел незваный гость.
Высокий статный мужчина в строгом чёрном костюме и длинном плаще демонстрировал безупречные пропорции. На руках он небрежно держал упитанного белоснежного вислоухого кролика. На его губах играла улыбка с ямочками на щеках, от которой, впрочем, веяло арктическим холодом.
Бэймин Шисы.
За ним шествовал настоящий Фан Сьебай.
— Вы?! — взвизгнула Ду Синь. — Взять их!
Наёмники двинулись вперёд, но Бэймин Шисы даже не пошевелился — лишь щелкнул пальцами.
В тот же миг бандиты застыли на месте, превратившись в живые изваяния.
— Что за шутки?! — испуганно закричала Ду Синь. — Хватайте их! Вы чего встали?!
Однако наёмники не шевелились. В панике Ду Синь направила фотоаппарат на Бэймина Шисы и принялась остервенело щелкать затвором.
Бэймин Шисы с полуулыбкой качнул головой:
— Сожалею, но твоя игрушка больше не работает.
Ань Ян на его руках гневно задвигал носиком:
«Кур-кур-кур!»
Вспышка щелкала впустую. Магия была разрушена.
Фан Сьебай подскочил к Цзянь Вэю и принялся распутывать узлы:
— Ты как, цел?
Цзянь Вэй с изумлением вгляделся в его черты:
— Сьебай?
— Можешь не сомневаться, — поморщился тот.
— Нет! Это обман! — вопила Ду Синь.
— Дух-перевертыш покинул твой амулет, — небрежно пояснил Бэймин Шисы. — Теперь он сменил квартиру и переселился в кулон Цзянь Вэя.
Поняв, что тайна раскрыта, Ду Синь рухнула на колени и запричитала:
— Я... я просто оступилась! Я шутила, я не хотела никому зла!
Бэймин Шисы усмехнулся:
— Ничего, главное — мы соображаем чётко.
Всю компанию, включая Цзянь Вэя, отправили в Штаб-квартиру.
* * *
По дороге Цзянь Вэй продолжал недоверчиво разглядывать Фан Сьебая в женском теле:
— Так это действительно ты?
— Да я это, я! — вздохнул Фан Сьебай. — Ладно, изволь доказательства. В третьем классе ты описался в постель и прибежал ко мне ночевать, помнишь?
Цзянь Вэй мгновенно окаменел:
— Враньё. Не было такого.
— А про то, как ты съел ластик, приняв его за эскимо, я молчу.
— Вымысел.
— В восьмом классе ты заблудился в трех соснах в пятистах метрах от дома и ревел на обочине, пока я тебя не нашел!
— Наговор.
Фан Сьебай набрал воздуха в грудь, готовый вывалить следующий компромат, но Цзянь Вэй заметил, с каким нескрываемым удовольствием Бэймин Шисы и кролик слушают эти подробности. Не хватало только ведра попкорна.
Смахнув невидимую соринку, Цзянь Вэй поджал губы:
— Хватит. Я верю.
«Сухарь недоделанный», — мысленно фыркнул Фан Сьебай.
Мэнпо тем временем сканировала кулон Цзянь Вэя. Дух действительно был там.
Бэймин Шисы закрепил амулет на объективе и сделал снимок Ань Яна с кроликом, а затем — Фан Сьебая с Ду Синь.
Дух сработал безотказно. Ду Синь и Фан Сьебай мгновенно вернулись в родные тела.
Убедившись, что всё прошло гладко, Бэймин Шисы отрядил Жэнь Шицзю вернуть прежний облик бывшему парню Ду Синь и тому бездомному.
Вот только с Ань Яном вышел затыка...
— Не переживайте, — успокоила Мэнпо. — Наш Маленький босс — Истинный Дракон. Магия духов действует на него с задержкой.
Помявшись, она добавила:
— Или... с эффектом иммунитета.
«Кур-кур?»
— Ну, как после простуды, — смущенно пояснила Мэнпо. — Организм один раз переболел и выработал антитела...
«Кур-кур-кур!»
Вот уж подстава так подстава!
Впрочем, выработался ли иммунитет на самом деле, пока оставалось загадкой. Зато Фан Сьебай наконец обрел законный вид.
Вернув сменившую пол оболочку родной мужской суровости, Фан Сьебай сиял от счастья. Он крепко обнял Бэймина Шисы, затем — Мэнпо, и уже потянулся к Цзянь Вэю, как вдруг вспомнил: этот тип в него влюблен! Да ещё и целовал тайком!
Руки Фан Сьебая застыли в воздухе.
— Поздравляю с возвращением, — сдавленно прочистил горло Цзянь Вэй.
Густая неловкость повисла между ними. Чтобы разрядить обстановку, Фан Сьебай сгреб в охапку Ань Яна.
Кролику было не до обнимашек. Подумать только, у всех всё прошло без сучка и задоринки, и только ему достались шишки!
Вернувшись домой на руках у Бэймина Шисы, обессиленный Ань Ян ткнулся носом в подушку и мгновенно провалился в сон.
* * *
Наутро он проснулся от дикого холода, точно лежал в морозильной камере.
Разомкнув веки, он увидел перед собой седой морозный пар, клубившийся волнами.
Шея страшно затекла. Ань Ян привычно занес руку, чтобы потереть затылок, и обомлел...
Он достал до шеи!
В кроличьем теле короткие лапки до шеи не дотягивались, а сейчас...
Протерев глаза, он почувствовал во рту нечто несъедобное и с отвращением выплюнул земляной огрызок. Морковка! Сырая, немытая морковь!
Осмотревшись, Ань Ян понял, что сидит на полу в кухне, засунув голову в открытый холодильник. Вот откуда холод и сырость!
Вглядевшись в собственные длинные пальцы и ноги, он подпрыгнул от восторга. Вернулся!
Он взлетел на второй этаж и с треском распахнул дверь спальни. Бэймин Шисы еще спал. А в его объятиях, уютно свернувшись в пижамке, покоился пушистый кролик.
У Ань Яна аж в глазах потемнело от ревности — подумаешь, всего лишь кролик!
Он бесцеремонно выхватил зверька из рук Бэймина Шисы и отложил в сторону.
Бэймин Шисы открыл глаза:
— Янянь?
— Я вернулся! Слышишь, вернулся!
Бэймин Шисы облегченно улыбнулся:
— Значит, и правда задержка.
Поднявшись с кровати, Бэймин Шисы бережно вынес кролика за дверь, затворил её и провернул ключ в замке.
Щелчок засова заставил Ань Яна нервно сглотнуть.
— Ты... ты что задумал?
Бэймин Шисы не торопясь расстегнул верхние пуговицы пижамы и взъерошил волосы:
— Янянь, я воздерживался несколько дней. Терпение на исходе. Время раннее, мы оба проснулись... Не навести ли нам порядок?
— Нет-нет-нет! Я сплю! Я ещё не проснулся!
— Ничего страшного, засыпай обратно, — ласково прошептал Бэймин Шисы.
«Старый хулиган!» — только и успел подумать Ань Ян.
* * *
Утреннее «восстановление сил» едва не сорвало рабочий день. В машине Ань Ян сидел раздавленный и полусонный, а у Штаб-квартиры и вовсе не мог разлепить веки.
Бэймин Шисы коснулся губами его щеки:
— Сокровище, раз ты не хочешь выходить, может, устроим...
Ань Ян подскочил как ужаленный и вылетел из салона:
— Я проснулся! Проснулся!
У входа их ждал неожиданный визитер — Цзянь Вэй.
Он стоял у своего авто без шофёра и задумчиво разглядывал наручные часы. Строгий, безупречно одетый, с легким оттенком сдержанной строгости, Цзянь Вэй привлекал взгляды всех прохожих. В нём чувствовалась сдержанная мужская харизма, заставлявшая людей оборачиваться.
— Зачем господин Цзянь здесь? — удивился Ань Ян.
Заметив их, Цзянь Вэй шагнул навстречу:
— Господин Бэймин.
Бэймин Шисы обменялся с ним рукопожатием.
— Рад нашему сотрудничеству, — сухо проговорил Цзянь Вэй.
— Вряд ли вы пришли ни свет ни заря только ради вежливости, — улыбнулся Бэймин Шисы. — Перейдём к делу?
— Вы весьма проницательны, — откликнулся Цзянь Вэй. — С умным человеком приятно вести открытый разговор.
Ань Ян поежился: в воздухе явственно пахнуло порохом.
— До меня дошли слухи, будто ваши отношения с Фан Сьебаем носят... весьма близкий характер, — продолжил Цзянь Вэй.
«Ну точно! — мысленно ахнул Ань Ян. — Пришел счёты сводить!»
В тот день у ресторана Бэймин Шисы, желая увезти Фан Сьебая, ляпнул про «особую связь». И вот теперь Цзянь Вэй пришел требовать ответа!
«Сколько ни виточку виться, а конец будет, — злорадно подумал Ань Ян. — За все грехи приходится платить, особенно тебе, старый ловелас!»
— Возможно, вы не догадываетесь о моих чувствах к Фан Сьебаю, — ровно произнес Цзянь Вэй. — Я люблю его с давних пор, хоть и молчал до сих пор.
Сделав паузу, он выставил подбородок:
— С сегодняшнего дня мы не только партнёры, но и соперники.
— Соперники? — уголок губ Бэймина Шисы пополз вверх.
— Я слишком долго скрывал свои намерения, — подвёл итог Цзянь Вэй. — Отныне я открыто вступаю в борьбу за сердце Фан Сьебая и рассчитываю на честную дуэль.
Ань Ян чуть не расхохотался. Цзянь Вэй всё принял за чистую монету и выкатил дуэльный вызов!
Цзянь Вэй снова протянул руку:
— Что скажете, господин Бэймин?
Ань Ян мысленно поджал губы: «Посмотри на себя, бесстыдник, к какому конфузу твои шалости привели!»
Бэймин Шисы с полуулыбкой пожал протянутую ладонь:
— Борьба отменяется. Вы победили.
Даже сдержанный Цзянь Вэй на мгновение потерял дар речи.
Бэймин Шисы притянул Ань Яна за талию и мягко произнес:
— Извините, господин Цзянь, но вы заблуждаетесь. Моё сердце принадлежит Ань Яну, и заставлять его ревновать я не намерен.