«Хх-ха!»
Ань Ян судорожно глотнул воздух и резко распахнул глаза.
Первое, что он увидел, очнувшись, — подпёршую румяные щёки кулачками Сяо Худе. Маленькая бабочка снов зависла прямо над ним и, не мигая, разглядывала его своими раскосыми блестящими глазками.
У Ань Яна от такого пристального внимания дёрнулось веко:
— Ты… чего вылупилась?
Сяо Худе наклонила головку и с умным видом произнесла:
— А что тебе только что снилось? Лицо было такое измученное, но при этом… хм, я всё поняла! Тебе наверняка снилось что-то очень приятное! Ну, как нам с дядей!
Ань Ян застыл.
Не успел он подобрать слова, как бабочка упёрла руки в бока и назидательно добавила:
— Дядю мы ещё не спасли, так что будь собраннее!
Бэймин Шисы обеспокоенно посмотрел на Ань Яна:
— Ань Ян, что ты увидел?
Ань Ян мысленно поклялся, что скорее умрёт, чем признается. Не выкладывать же этому индюку, что в сне они вовсю предавались утёхам — да ещё на кухне, в облике барса, в пруду дракона и в императорских покоях! От одной мысли об этом щёки застлал густой румянец.
Ань Ян неопределённо махнул рукой:
— Да так, накладка вышла. Всё в порядке, давай по новой. Отправляй меня обратно в сон.
Сяо Худе серьёзно кивнула:
— На этот раз не отвлекайся!
Ань Ян кивнул. Бабочка всплеснула крыльями, и серебристая пыльца мелким дождём посыпалась на его волосы и ресницы.
«Собраться… Надо просто собраться…»
Веки тяжелели с каждой секундой. А затем…
«Хх-ха!.. Та-ак, стоп!»
Едва открыв глаза, Ань Ян снова встретился с пылающим серо-зелёным взглядом Бэймин Шисы. Кухня, барс, пруд дракона, царские палаты…
Ань Яну показалось, будто из него выпили всю душу до единой капли.
Он вынырнул из сновидения весь в холодном поту, едва дыша от усталости. Бэймин Шисы тут же подхватил его под локоть:
— Ань Ян, да что с тобой такое?
Ань Ян, чувствуя себя так, словно пережил беспрерывный марафон без отдыха и сна, слабо отмахнулся:
— Ничего… Плёвое дело. Просто мелкая случайность.
Сяо Худе сокрушённо вздохнула:
— Тебе правда нужно сосредоточиться.
— Клянусь всеми небесами, я старался из последних сил! — прохрипел Ань Ян. — Ты уверена, что с твоей пыльцой всё в порядке?
— Конечно в порядке! Сроду проколов не было, — обиделась малышка.
Бэймин Шисы нахмурился:
— Позволь мне попробовать. Ты выглядишь совершенно изнурённым.
— Нет! Я не устал! — тут же взвился Ань Ян.
На карту была поставлена мужская гордость! В конце концов, перед ними стоял не кто-нибудь, а настоящий водяной дракон! Что такое пару десятков заходов за день? Ерунда!
Ань Ян стукнул себя кулаком в грудь:
— На этот раз всё точно получится!
Бэймин Шисы насупился, но возражать не стал. Сяо Худе вновь взмахнула крылышками:
— Ну, поехали.
Ань Ян зажмурился. Сонливость навалилась многотонной плитой. Пваливаясь в небытие, он с тоской подумал, что ещё немного — и от него останутся лишь рожки да ножки…
* * *
Квартира министра Ли.
Из тишины комнаты внезапно вырвалась резкая трель мобильного телефона.
Бэймин Шисы достал аппарат. На экране мигала надпись: «Номер скрыт».
Глава группы нахмурился. По странной причине в груди кольнуло дежавю, словно этот момент уже случался в его жизни, но вспомнить детали никак не удавалось.
Он не спешил отвечать. Окинув взглядом комнату, он проверил обстановку: квартира министра Ли, рядом Лю Бэй, Сяо Худе, Жэнь Шицзю и А-Янь. Совсем недавно они с Ань Яном вычислили, что А-Янь — предатель, и решили выждать, чтобы поймать его с поличным.
И догадка подтвердилась.
Впрочем, лазутчик вовсе не собирался похищать драконье яйцо. Вместо этого А-Янь попытался покончить с собой водяным клинком.
Позже выплыла вся правда: какой-то бесовский даос, желая выпестовать бабочку снов, использовал останки А-Яня для ритуала и забрал одну из его костей. А ведь для неупокоенных духов собственные кости — главная привязка к миру.
С помощью наложенного на кость заклятия даос превратил парня в марионетку, заставив слепо повиноваться любой воле.
Сейчас Бэймин Шисы находился в квартире министра Ли. Но его не покидало ощущение, будто в картине происходящего не хватает важного элемента.
Он ещё раз оглядел собравшихся: министр Ли, Лю Бэй, Сяо Худе, Жэнь Шицзю, А-Янь… Все здесь.
Все, кроме…
Ань Яна?
Где Ань Ян? И почему всё это кажется настолько знакомым?
Трель телефона продолжала резать слух. Помедлив мгновение, Бэймин Шисы сдвинул вызов.
— Слушаю.
Ответом ему стала не речь, а дребезжащий, ехидный смешок, от которого веяло могильным холодом:
— Цзянь Фан… у меня.
Бэймин Шисы мгновенно прищурился. Чувство дежавю вспыхнуло с новой силой. Но на этот раз он понял: помимо Ань Яна из схемы выпало кое-что ещё!
Услышав имя своего покровителя, Сяо Худе встрепенулась:
— Дядя! Это дядя!
Голос в трубке услышал её писк и зашёлся торжествующим хохотом:
— Да-да, ваш драгоценный Цзянь Фан у меня в руках. Если не хотите, чтобы он испустил дух, завтра вечером тащите бабочку снов на стройку у могильного раскопа. Обменяете её на профессора. Иначе…
Сяо Худе чуть не плакала:
— Дядя! Верните дядю!
Бэймин Шисы поднял ладонь, призывая всех к спокойствию, и ледяным тоном произнёс в динамик:
— С чего ты взял, что я пойду на этот обмен?
По ту сторону провода раздалось глумливое хихиканье:
— Цзянь Фан — всего лишь смертный. Пусть богатый, но с точки зрения тех, кто управляет духовными силами, деньги — мусор. А вот древняя бабочка снов… Каждый её сон становится явью. Сделка кажется невыгодной, не так ли? Вот только жизнь этого человека сжата в моём кулаке. Так вы точно уверены, что откажетесь?
Голос сделал паузу, смакуя собственное превосходство, и добавил:
— Не заставляйте меня ждать. Я не гарантирую, что профессор доживёт до завтрашнего вечера со всеми конечностями.
Сяо Худе всхлипнула, у неё от страха покраснели глаза.
Бэймин Шисы слегка опустил ладонь, жестом веля ей молчать:
— А откуда мне знать, что Цзянь Фан действительно у тебя, а не в твоих фантазиях?
Человек на том конце провода снова заходился смехом:
— А вы всё такой же подозрительный, глава Бэймин. В точности как в те времена, когда носили имя императора Концзя.
При этих словах серо-зелёные глаза Бэймин Шисы мгновенно налились кровавым багрянцем. Пальцы со скрежетом сжали корпус телефона, пластмасса треснула.
— Так это был ты?.. — выдавил он сквозь зубы.
Голос наигранно удивился:
— О чём вы? Я вас не понимаю.
— Ты!.. — прорычал Бэймин Шисы. Голос его сорвался на глухой, зверский рык. — Это ты тогда убил Ань Яна?!
От этого выкрика, полного дикой ярости, Сяо Худе испуганно отпрянула и шлёпнулась на стол. В её глазах этот красивый дядя, хоть и казался всегда суровым, никогда ещё не выглядел столь жутко.
Бэймин Шисы едва сдерживал себя. Ещё секунда — и телефон превратился бы в пыль. В его алых глазах бушевал пожар, а в груди клокотало пламя, готовое сожчь всё вокруг.
Перед его взором снова возникли алые воды пруда дракона, чешуя дракона, рассыпанная по багровой воде, и тихий шелест кровавого потока, уходящего в бездонное море…
«Хх-ха!..»
Бэймин Шисы судорожно втянул воздух и на мгновение прикрыл глаза. Сделав глубокий вдох, он перевёл дыхание и медленно разомкнул веки. Багровый отсвет сменился его привычным, холодным серо-зелёным тоном. Он взял себя в руки.
— Я хочу слышать голос Цзянь Фана, — отрезал он.
Собеседник явно не ожидал, что тот так быстро справится со вспышкой гнева:
— Что ж… Не зря вы носили имя Концзя — осторожности вам не занимать. Ладно, так и быть, давай послушаем тво…
Договорить он не успел. Раздался оглушительный ГРОХОТ — входная дверь квартиры министра Ли распахнулась от удара.
На пороге стоял человек. Он тяжело дышал, согнувшись пополам и упёршись рукой в дверную раму. Покрытый потом, он отчаянно пытался перевести дух, а затем медленно поднял голову.
Длинные волосы, обычно собранные сзади, слегка растрепались от бешеного бега, и несколько прядей упали на бледное лицо, придавая ему необычайно мягкий вид.
И в этот момент все увидели его глаза… Сияющие, серебристые, как чистая ртуть.
— Ань Ян! — Бэймин Шисы в два шага оказался рядом и подхватил его под локоть. — Что случилось?
Ань Ян обмахивался ладонью, отдуваясь:
— Да так… Очень спешил, сил никаких нет.
С этими словами он бесцеремонно забрал телефон из рук Бэймина и с лёгкой улыбкой произнёс в динамик:
— А с чего ты взял, урод, что в твоих лапах вообще хоть кто-то есть?
Голос в трубке осёкся:
— Что?.. Вы мне не верите?!
— А с какой стати нам верить врагу? — хмыкнул Ань Ян.
— Ладно! Сейчас ты услышишь, как этот профессор…
Фраза оборвалась на полуслове. Собеседник будто подавился собственной слюной.
Ань Ян же, ухмыльнувшись, обернулся и поманил кого-то рукой.
Из коридора в комнату неспешно вошёл сам Цзянь Фан.
— Дядя! Это же дядя! — Сяо Худе первой порывалась броситься к нему, но Ань Ян вовремя преградил ей путь:
— Стоп-стоп! Пыльца!
Малышка замерла как вкопанная. Остановившись на столе вдали от профессора, она принялась радостно подпрыгивать и хлопать в ладоши:
— Ура! Дядя вернулся!
Присутствующие застыли в полном изумлении. Никто не понимал, как Ань Яну удалось вызволить Цзянь Фана и откуда он вообще узнал о похищении.
Лишь Бэймин Шисы, слегка прищурившись, кажется, догадался обо всём.
— Досталось тебе, — тихо проговорил он.
Ань Ян поморщился:
— Не то слово! Ты даже представить не можешь, сколько раз мне пришлось крутиться! И каждый раз во сне происходило…
Он вовремя спохватился и прикусил язык.
Бэймин Шисы уголки губ чуть тронула улыбка:
— И что же тебе снилось каждый раз?
Ань Ян предпочёл промолчать, но Бэймин продолжал поддразнивать:
— Неужели я?
— Мечтай больше, — буркнул Ань Ян.
«Мечтай» — мягко сказано! Ему мало того что пришлось пережить с десяток весьма откровенных и смущающих сцен с участием этого гада, так потом ещё и сломя голову лететь на спасательную операцию! Объём работы просто запредельный!
А вот голос из телефона, похоже, окончательно лишился спеси:
— Нет!.. Не может быть!
Ань Ян расплылся в ядовитой ухмылке:
— Ой-ой, только сейчас заметил, что заложник сбежал? Какая досада! Я в жизни не встречал столь безалаберных похитителей. Тьфу! Иди доучивайся ещё лет десять. Глупость — не порок, но выставлять её напоказ — это уже слишком.
На том конце провода ненадолго воцарилась тишина, а затем раздался искажённый злобой рык:
— Думаете, раз вытащили Цзянь Фана, я остался без козырей?!
— И каков же твой козырь? — с ленивым любопытством спросил Ань Ян.
— Разумеется… крыса, что сидит прямо среди вас, — отчеканил голос.
При этих словах все перевели взгляд на А-Яня.
Парень, стоявший в стороне, от этих слов крупно вздрогнул. На его лице отразился дикий страх. Он бессознательно подался назад и с шумом налетел на чайный столик, чуть не сбив Сяо Худе.
А голос из динамика продолжал ядовить:
— А-Янь — моя марионетка, моя пешка. Вы хоть представляете, сколько лет он шпионил для меня в Подземном царстве? Сколько сведений слил? Каждое ваше движение у меня как на ладони! Думали, раз лишили меня глаз Лянь Му, так я остался слеп?
А-Янь судорожно зажал уши ладонями, словно пытаясь отгородиться от этого ужасного голоса.
Но тот звучал неумолимо:
— Его кости в моих руках. Он — лишь кукла. Я дёрну за нитку — он запляшет. А если хозяину надоест игрушка… она просто сдохнет!
Сразу за этим раздался глухой удар и отчаянный крик Жэнь Шицзю:
— А-Янь!
А-Янь рухнул на пол. Он не потерял сознание — его скрутила дикая, нечеловеческая боль в ногах. Парень корчился на ковре, зрачки его расширились от муки, губы мгновенно налились мертвенной синевой, а тело колотило как в лихорадочном бреду.
— А-Янь! А-Янь!
Вопли Жэнь Шицзю, казалось, лишь доставили садистское удовольствие невидимому врагу.
— У меня найдётся ещё сотня способов заставить вашу куклу молить о смерти… — гнусавил голос из телефона.
Ань Ян не стал дослушивать. Серебряные глаза вспыхнули ледяным огнём. Он выбросил правую руку вперёд, пальцы раскрылись, и в ладони с яркой вспышкой возник ледяной водяной клинок.
ХРЯСЬ!
Ань Ян взмахнул клинком, рассекая смартфон Бэймина на мелкие осколки. Мерзкий голос тут же оборвался.
— Терпеть не могу, когда мне угрожают, — процедил Ань Ян.
А-Янь корчился на полу в объятиях Жэнь Шицзю. Но его мутный, ползущий взгляд был устремлён не на возлюбленного, а на сияющий клинок в руках Ань Яна.
Смотря на водяной клинок с немым обожанием и тоской, парень прошептал посиневшими губами:
— Убей меня… Умоляю… Сничтожь в прах… Пожалуйста…
Сердце Жэнь Шицзю сжалось в тисках. Он сильнее прижал парня к себе:
— Что ты такое несёшь?! А-Янь, посмотри на меня! Неужели тебе меня не жаль?! Я не отпущу тебя!
А-Янь перевёл на него угасший взгляд и с трудом вытолкнул:
— Ты… слишком хороший… А я лишь… предатель. Помоги мне… Убей…
Из его глаз, полных невыразимого страдания, выкатилась слеза.
Бэймин Шисы сжал кулаки так, что костяшки побелели. Глава группы славился своей невероятной гиперопекой по отношению к подчинённым. Пусть внешне он казался суровым и хладнокровным, все знали: работать под его началом — истинное благо. Он берёг каждого своего сотрудника.
И причина была проста: после трёх тысяч лет заточения в Великом аду Бэймин эти люди стали первыми, кого он встретил. И Жэнь Шицзю, и А-Янь занимали в его душе особое место, и вырвать их оттуда было невозможно.
— Прошу тебя… Я не могу больше… — стонал А-Янь, цепляясь за рукав Жэнь Шицзю.
Жэнь Шицзю гладил его по голове, пытался успокоить, хотя у самого голос дрожал:
— Всё будет хорошо… Мы справимся, А-Янь, верь мне…
Но парень лишь бился в судорогах, готовый вот-вот сойти с ума от боли.
Ань Ян опустился на корточки напротив них. Встретившись взглядом с А-Янем, он мягко проговорил:
— Всё хорошо, малыш. Отдохни немного…
Он приложил ладонь к щеке парня. Из его руки потекло мягкое серебристое свечение. Спустя секунду бившийся в судорогах А-Янь закрыл глаза и мгновенно погрузился в глубокий, безмятежный сон.
— А-Янь! — вздрогнул Жэнь Шицзю.
— Я просто усыпил его духовной силой, — пояснил Ань Ян, поднимаясь. — Это поможет заглушить боль.
— Но не держать же его во сне вечно… — вздохнул Жэнь Шицзю.
Ань Ян холодно ухмыльнулся:
— Естественно. У нас есть решение.
Он обернулся к Бэймину:
— За мной.
Бэймин Шисы молча пошёл следом. Они вышли из квартиры и зашли в лифт.
В кабине Бэймин долго молчал, погружённый в мрачные мысли, а затем глухо произнёс:
— Спасибо.
— За что? — уточнил Ань Ян.
— За то, что облегчил его мучения.
Ань Ян поджал губы, а затем неожиданно шагнул вперёд и… решительно прижал Бэймина Шисы к стенке лифта!
Рост Ань Яна составлял метр восемьдесят — вполне прилично для мужчины, но Бэймин вымахал ещё на восемь сантиметров выше. Поэтому этот манёвр выглядел слегка комично: Ань Яну приходилось чуть тянуться вверх.
К тому же Бэймин был далеко не щуплым парнем — под его одеждой скрывались литые мышцы, так что Ань Ян едва не врезался носом в его крепкую грудь.
Слегка кашлянув, чтобы сохранить внушительный вид, Ань Ян подцепил пальцем подбородок Бэймина и вздёрнул бровь:
— Владыка ревнует.
— Ревнует?.. — Бэймин Шисы на мгновение опешил, с недоумением разглядывая дракона.
— Именно, — без смущения подтвердил Ань Ян, сжимая его подбородок. — Ты так печёшься об этом А-Яне, с чего бы мне не ревновать?
Такая откровенность заставила Бэймина Шисы усмехнуться:
— О чём ты вообще думаешь?
— О тебе, — честно отрезал Ань Ян.
В серо-зелёных глазах Бэймина вспыхнул опасный огонёк. Накрыв ладонью его запястье, он ловким движением перехватил инициативу и сам прижал Ань Яна к стенке.
— Провоцируешь? — прошептал он прямо в губы Ань Яну. — Смотри, я ведь могу и не сдержаться.
С этими словами он наклонился и прикоснулся губами к лбу Ань Яна — прямо туда, где обычно скрывались драконьи рожки.
Ань Ян выдохнул и едва не сполз по стене: несмотря на то что рога были спрятаны, это место оставалось невероятно чувствительным. Особенно от дыхания Бэймина.
Довольный реакцией, Бэймин крепче обнял его за талию:
— Ну что, утихомирился?
Ань Ян мысленно проклял этого хитрюгу.
* * *
Ань Ян привёл Бэймина не куда-нибудь, а в главное здание штаб-квартиры, прямо в кабинет мисс Мэнпо.
— Что?! Вы хотите привлечь меня к Великим Делам?! — изумилась Мэнпо.
— Именно, — кивнул Ань Ян.
Мэнпо аж подпрыгнула от восторга:
— О да! Я рождена для великих свершений! Вы знали, что я не только отвары варю, но и потрясающий шоколад делаю?!
У Ань Яна при слове «шоколад» нервно дёрнулся глаз — силу этого лакомства он успел испытать на собственной шкуре…
— Ладно, выкладывай, что за дело? — Мэнпо гордо хлопнула себя по груди.
Ань Ян изложил план. Самый простой способ спасти А-Яня — отобрать его кости у даоса. Но пока они в руках врага, любой неверный шаг приведёт к гибели парня.
Значит, остаётся обходной путь: вернуться в прошлое. И исправить всё в самом истоке.
Нужно отправиться на сто лет назад — в то время, когда А-Яню ещё не нанесли татуировку Карты Реки, и уничтожить даоса.
Для этого у них есть идеальный артефакт — маленькая бабочка снов.
Однако сил Сяо Худе не хватит, чтобы перенести их так далеко назад и удержать там надолго.
Поэтому Ань Ян решил попросить Мэнпо создать «усилитель снов», который растянет сон и позволит им находиться в прошлом достаточно долго.
Бэймин Шисы относился к затее скептически, но Мэнпо дала зуб, что справится за три дня.
Оставалось лишь получить усилитель сновидений. Но оставался ещё один крайне болезненный вопрос.
В гостевой комнате на кровати всё так же спал А-Янь, а возле него сидел Жэнь Шицзю, крепко сжимая его ладонь.
Ань Ян и Бэймин вошли в комнату.
— Есть кое-что, о чём мы должны спросить тебя, — тихо сказал Ань Ян.
Это был самый важный момент.
Если они действительно спасут А-Яня в прошлом, тот не станет марионеткой и духом. Он проживёт обычную человеческую жизнь и умрёт от старости.
А значит, их пути с Жэнь Шицзю разойдутся навсегда. А-Янь переродится, а Жэнь Шицзю останется демоном в Подземном царстве.
Они станут параллельными прямыми. И пересечься смогут лишь однажды — у реки Ванчуань, перед камнем Трёх Жизней, когда А-Янь испьёт отвар Мэнпо и забудет всё…
— Шицзю… ты готов к этому? — тихо спросил Ань Ян.
Если А-Янь останется жив, он никогда больше не узнает Жэнь Шицзю. А если останется марионеткой — будет вечно обречён на страдания.
Жэнь Шицзю посмотрел на спящее лицо А-Яня и вдруг слабо улыбнулся:
— Именно потому, что я люблю его… Потому что не могу видеть его боль, его слёзы… Конечно, я готов.
* * *
Спустя три дня всё было готово.
Предстоящая задача была невероятно сложной. Это не просто прыжок на день назад, а погружение в столетний сон.
Отправлять кого-то одного было слишком опасно, поэтому в мир сновидения решили идти втроём: Ань Ян, Бэймин Шисы и Жэнь Шицзю.
Мэнпо строго предупредила:
— Сил малютки едва хватит на троих. Вы будете находиться в трёх разных снах одного пространства. Главное — не затевайте драку между собой! И помните: время сна ограничено. Действуйте быстро.
— Не волнуйся, — кивнул Ань Ян.
Бэймин взял его за руку:
— Будь осторожен.
Ань Ян усмехнулся:
— Сейчас моя сила при мне, так что осторожнее надо быть вам.
Мэнпо добавила с серьёзным видом:
— И ещё кое-что. Если кто-то из вас умрёт там, во сне… он не вернётся уже никогда. Поняли?
— Мы идём спасать, а не умирать, — отмахнулся Ань Ян.
Сяо Худе нервно порхала над столом:
— Я… я точно справлюсь?
— Ты последняя бабочка снов! Кто, если не ты? — подбодрила её Мэнпо.
— Ладно… Я… я готова! — пролепетала малышка.
Ань Ян закрыл глаза. Он почувствовал, как прохладная, сладковатая пыльца оседает на его лбу. Веки стали невыносимо тяжёлыми…
* * *
— Беда! Беда-а-а!
— Что же делать?!
— Господи, помогите!
Ань Ян очнулся от невообразимого гвалта. Вокруг суетились и тараторили несколько девушек, не давая ему прийти в себя.
Голова гудела. Удалось ли им пробиться сквозь толщу ста лет — в ту эпоху смут и войн, когда жил А-Янь?
— Да что случилось-то?! Не сейте панику!
— Барышня… барышня сбежала!
— Что-о-о?!
— Говори толком! Как сбежала?!
— Всё из-за господина с госпожой! Зачем они заставляли её выходить за этого старшего молодого господина Цинь?!
— Он же проклят! Пятерых жён за порог перевёл! Все в день свадьбы копыта откинули! Вот наша барышня и дала дёру!
— Ой, мамочки… Нас же теперь всех на конюшне забьют!
Ань Ян поморщился от этого писка и открыл глаза.
Вокруг стояли служанки в одинаковых нарядах и с одинаковыми причёсками.
Судя по их одежде, это был традиционный китайский наряд конца XIX — начала XX века. Неужели они попали точно в цель с первой попытки?!
Заметив, что он проснулся, одна из девок набросилась на него:
— Ты ещё и дрыхнешь?! Барышня сбежала! Если в доме Цинь узнают, нас всех живьём закопают!
Ань Ян сел и осмотрел себя. На нём были простая грубая рубаха и холщовые штаны. Наряд обычного слуги-пажа.
Пока он соображал, как под этим шумом найти А-Яня (и тут его осенило, что он забыл спросить настоящее имя А-Яня!), одна из служанок вдруг вскрикнула:
— Слушайте!.. А давайте Ань Яна вместо барышни в паланкин запихаем!
Ань Ян обомлел:
— Чё?! Кого запихаем?!
— Тебя! Выйдешь замуж за старшего господина Цинь!
— Я же мужик! — вытаращился Ань Ян.
— Вот именно! Мужик! Даже если этот проклятый господин тебя раскусит, ты хотя бы не умрёшь от страха!
— Эй!.. — Ань Ян потерял дар речи. Мужики, вообще-то, тоже страдают!
Служанка подскочила к нему:
— Ань Ян, ты же слуга барышни! Если узнают про побег, нам всем конец! Свадебный кортеж Циней уже у ворот. Если никто не сядет в паланкин — нас убьют на месте! Надень наряд барышни, накинь покрывало, а как въедешь в дом Цинь — поднимем шум и сбежим!
— Постойте…
Не успел он возразить, как снаружи раздались требовательные крики: кортеж семьи Цинь прибыл за невестой!
Служанка высунулась в окно:
— Идём-идём! Барышня Ань-Ань уже заканчивает приготовления!
Ань Ян опешил.
«Ань-Ань?! Что за бредовый сон?!»
Не давая ему опомниться, полдюжины девиц набросились на него и начали бесцеремонно сдирать одежду. Ань Ян аж покрылся гусиной кожей — за всю свою долгую жизнь его ещё ни разу не раздевала орава девок!
На него напялили тяжёлое алое платье с вышивкой, взгромоздили на голову убор с драконами и фениксами и накинули плотную красную вуаль.
— Всё-всё, пошёл! Не бойся, ты мужик, выдержишь!
Подталкиваемый со всех сторон, Ань Ян оказался в свадебном паланкине.
Слуги подхватили носилки, и паланкин заплясал на ухабах, направляясь к поместью Цинь — самой богатой и влиятельной семьи в городе.
* * *
Несмотря на смутные времена, род Цинь процветал. А уж про старшего молодого господина и вовсе ходили легенды: красавец, статен, в торговле и боевых искусствах не имеет равных. Вся семейная империя держалась на нём.
Но был у него один изъян: за кем бы из знатных девиц он ни сватался, невеста умирала прямо в день свадьбы. Пять свадеб — пять покойниц!
В городе закрепилась дурная слава: старший господин Цинь проклят и забирает жизни жён.
Семья Ань задолжала кредиторам и разорилась, поэтому за отсрочку долгов решила отдать дочь проклятому богачу. Но барышня оказалась не дура и сбежала.
Ань Ян, которого трясло в паланкине, с тоской вздохнул. Интересно, где сейчас Бэймин и Жэнь Шицзю? Наверняка им повезло больше, чем ему — истинному водяному дракону, которого сунули в паланкин вместо невесты!
Паланкин остановился у ворот поместья Цинь. Жених, вопреки традиции, встречать невесту у ворот не вышел.
Ань Яна под руки провели в главный зал. Начался обряд поклонения Небу и Земле. Время утекало, сбежать не удавалось.
«Главное, чтобы Бэймин о таком позоре не прознал, — думал Ань Ян, — иначе от его ревности весь город сгорит».
После обряда «невесту» отвели в покои жениха, а сам новобрачный отправился пировать к гостям.
Когда слуги удалились, Ань Ян сдёрнул красное покрывало и осмотрелся. Служанки, обещавшие устроить побег, испарились.
Ань Ян подошёл к окну. Во дворе никого не было.
«Самое время делать ноги», — решил он. Нужно найти Бэймина, Жэнь Шицзю и отыскать А-Яня, пока сон не прервался.
Приподняв подол платья, Ань Ян выскользнул в сад.
Усадьба семьи Цинь была огромной. Ань Ян плутал по тёмным аллеям, пытаясь найти боковую калитку.
Вдруг неподалёку раздались шаги. Ань Ян мгновенно нырнул в густые кусты.
Из-за поворота вышел человек в белом халате. Наклонившись, он тяжело и надрывно кашлял, прижимая к губам платок. Человек выглядел невероятно хрупким и болезненным.
Ань Ян присмотрелся…
А-Янь! Это же А-Янь!
К нему подбежала служанка:
— Второй молодой господин! На улице холодно, вам нельзя долго простаивать на ветру, идёмте в дом!
«Второй молодой господин?!»
Так А-Янь — второй сын семьи Цинь?!
Не успел Ань Ян переварить эту новость, как за его спиной раздался вскрик:
— Кто здесь?! Ой, Молодая госпожа!
Из тьмы выскочили служанки поместья Цинь и тут же окружили Ань Яна:
— Молодая госпожа, вам нельзя покидать покои! Сегодня же ваша первая ночь со старшим господином!
— Наш старший господин — лучший мужчина в городе, не верьте сплетням!
Ань Яна под белы ручки уволокли обратно в спальню, усадили на ложе и снова накрыли покрывалом. На этот раз служанки остались дежурить у дверей.
Ань Ян уже собрался было вырубить охранниц духовной силой, как вдруг снаружи раздались шаги.
Скрип…
Дверь отворилась.
— Старший молодой господин, — поклонились девки и шустро испарились, захлопнув дверь.
Ань Ян напрягся. Жених пришёл.
Он сжал кулак, готовя водяной клинок. Как только новобрачный подойдёт — вырубить его и бежать!
Шаги приближались. Человек остановился в двух шагах и словно замер, разглядывая «невесту». Затем чья-то ладонь бесцеремонно накрыла его лицо поверх красного шёлка, слегка погладив щеку.
Ань Яна передёрнуло.
Вспышка!
Водяное лезвие материализовалось в его руке, и Ань Ян мгновенно нанёс удар!
Но жених оказал неожиданное сопротивление. Он стремительно отпрянул, уклоняясь от атаки, и завязался быстрый обмен ударами.
Ань Ян изумился: этот смертный легко заблокировал две его атаки!
Свист!
Третьим движением Ань Ян прижал кромку водяного клинка к горлу незнакомца. В этот же момент красное покрывало соскользнуло с его головы.
Ань Ян взглянул на жениха и замер с открытым ртом.
— Бэ… Бэймин?!
Перед ним в алом свадебном наряде стоял Бэймин Шисы!
Пока Ань Ян пребывал в шоке, Бэймин резко перехватил его руку, выбил клинок и одним движением повалил Ань Яна на свадебное ложе!
— Кхм!..
Ань Ян оказался прижат к перине. Сверху над ним нависал «новобрачный» — Бэймин Шисы.
Его серо-зелёные глаза смотрели холодно и хищно. Сжав запястья Ань Яна одной рукой, второй он зафиксировал его подбородок.
— Едва переступила порог моего дома, а уже показываешь коготки? — сочно прошептал Бэймин. — Не терпится перейти к первой ночи?
Ань Ян сдвинул брови. Это точно Бэймин — от него разило его духовной аурой. Но почему он ведёт себя так, словно вообще не узнаёт Ань Яна?!
Бэймин тем временем продолжал холодно:
— Слуги шепчут, будто ты перед свадьбой бегала в сад к моему младшему брату. Что, даже став моей женой, всё ещё вздыхаешь по второму господину?
— Стоп… Что за бред?! — вылупился Ань Ян.
Бэймин ледяно ухмыльнулся:
— Мне плевать, какие чувства были между вами раньше. Отныне ты принадлежишь мне. И сметь думать о других мужчинах я тебе не позволю…
Он сжал оба запястья Ань Яна над его головой и сдёрнул с него шёлковый пояс.
Алый свадебный наряд распахнулся…
Бэймин Шисы впился в него немигающим взглядом и прошептал:
— После этой ночи ты будешь принадлежать мне до последнего вздоха.
Ань Ян обомлел.
«Мать твою, Бэймин, что за дикие сны ты крутишь в своей голове?! Наш сценарий был совсем не об этом!»