Ань Ян похлопал себя по груди и с наигранной легкостью выдохнул:
— Да ну... пустяки! Не стоит так официально.
Между ними всё ещё витала неуловимая, почти осязаемая неловкость. Ань Ян и сам не мог толком понять, что происходит: вроде бы ничего особенного, но внутри почему-то трепетало предвкушение чего-то неизвестного.
И именно в этот момент...
— А-а-а! — раздался резкий, пронзительный визг.
Крик прозвучал настолько неожиданно, что изрядная часть людей в коридоре тут же устремилась на шум.
Ань Ян в замешательстве оглянулся: неподалёку, как раз возле умывальной и душевой зоны, уже собиралась любопытствующая толпа.
— Что там стряслось? — нахмурился он.
— Да поругался кто-то, — равнодушно отозвался Бэймин Шисы.
И впрямь — банальная перепалка. Народ обступил драчунов плотным кольцом. К истерическим выкрикам добавились тихие, сдавленные всхлипы.
Подойдя ближе, они встали с самого края и заглянули внутрь круга.
В центре стояла Сюй Тянь — та самая девица, что недавно занимала очередь перед Ань Яном. За её спиной пристроились три подружки. Имен их Ань Ян не помнил, но лица были знакомые: они учились на другом факультете, однако всегда ходили за Сюй Тянь свитой.
А напротив них, прижав ладонь к вспыхнувшей щеке, безудержно рыдала девчонка из группы Ань Яна.
Судя по всему, бедняга только что получила сочную пощёчину. Она стонала, согнувшись пополам и судорожно сглатывая слёзы.
Это была Тань Сяои — признанная медалистка и гордость курса. Начиная с самого первого семестра она мёртвой хваткой удерживала верхнюю строчку рейтинга, не оставляя конкурентам ни единого шанса. Повышенная стипендия ежегодно доставалась только ей, а преподаватели души в ней не чаяли, считая настоящим гением.
Впрочем, если Сюй Тянь славилась своей красотой и богатыми родителями, то Тань Сяои гремела на весь университет своей непроглядной беднотой. Она приехала из глухой провинции, оплачивала учёбу с трудом накопленными премиальными, а на жизнь зарабатывала ночными сменами. Наряды её не менялись ещё с первого курса — и об этом знала буквально вся округа.
Пока Тань Сяои заливалась слезами, одна из подружек Сюй Тянь, скрестив руки на груди, ехидно скривилась:
— И у тебя ещё хватает дерзости реветь? А ну-ка, расскажи всем, за что тебе врезали! Тань Сяои, тебе перед Тяньтянь не совестно?
Она повернулась к Сюй Тянь и громко продолбила:
— Тяньтянь, я же говорила тебе не водиться с подобной дрянью! Мы из разных миров! Ей на твою доброту наплевать. Неблагодарная волчина!
Толпа вокруг нарастала, по рядам пополз шепоток. Сюй Тянь слегка придержала приятельницу за рукав:
— Ладно тебе... брось. Не надо.
— Брось?! — взвилась подружка. — Тяньтянь, ты совсем с ума сошла? Зачем скрывать? Пусть все узнают истинное лицо этой дряни! Для всех она святая отличница, а на деле — обыкновенная воровка!
— Воровка?..
— Что стряслось-то?
— Ничего себе поворотик...
Собравшиеся затаили дыхание в предвкушении сочного скандала.
Тань Сяои побледнела ещё сильнее, слёзы брызнули из её глаз с новой силой:
— Я... я ничего не брала! Честное слово!
— Не брала она! — рявкнула девица и выхватила из кармана изящное зеркальце. — А это тогда откуда у тебя в сумке?! Скажешь, не твоё?
Ань Ян сразу узнал эту вещь: кружевное рамное зеркальце в винтажном европейском стиле. Выглядело оно старинным и очень дорогим — не исключено, что настоящий антиквариат.
— Я правда не брала... Оно лежало на полу! Я просто подняла его...
— Да что ты врёшь! Украсть ума хватило, а признаться кишка тонка? Подняла она! И прямо в сумку спрятала? Если бы я не заметила, ты бы спокойно сбежала с вещью Тяньтянь! Знаю я тебя: увидела дорогую антикварную вещицу и позарилась!
Сюй Тянь забрала зеркальце из рук подруги, неторопливо поправила локон у виска и произнесла мягким, ровным голосом:
— Забудь. Полагаю, Сяои сделала это не со зла. Всё-таки мы однокурсницы... Давайте не будем раздувать.
— Ты слишком добрая! — запричитала подруга. — Она же тебе на шею сядет!
Пока Тань Сяои сквозь слёзы пыталась оправдаться, Сюй Тянь ещё раз посмотрела в стекло...
И тут Ань Ян обомлел. В отражении зеркала лицо Сюй Тянь искривилось в жуткой, ядовитой усмешке, хотя сама девушка стояла с совершенно спокойным и печальным выражением!
— А! — вырвалось у Ань Яна. Он ткнул пальцем в сторону девиц: — Зеркало... оно опять ухмыльнулось!
Бэймин Шисы чуть нахмурился:
— Что ты там увидел?
— Ты разве не заметил? — вполголоса зачастил Ань Ян. — Отражение Сюй Тянь ухмыльнулось! Злобно так, с отвращением! Но сама-то она...
— Сама она даже рта не разжала, — закончил за него Бэймин Шисы.
— Вот-вот! С этим зеркалом что-то не так?
— Похоже, твои Пять Очей уловили присутствие Духа зеркала.
— Духа зеркала? — изумился Ань Ян. — У зеркал тоже бывают духи?
— Если предмет существует долго, в нём вполне может зародиться сущность, — пояснил Бэймин Шисы. — Что-то вроде Духа слова, Духа картины или... Духа споров.
На последнем слове Бэймин Шисы споткнулся. Мозг Ань Яна успел настолько качественно промыть ему мозги этой чушью про «Духа споров», что вытравить эхо из памяти не удавалось до сих пор.
Переведя дыхание, он продолжил:
— У подобных сущностей одна общая черта — они возникают там, где живые люди оставляют слишком много эмоций. В зеркала смотрятся часто, с ними шепчутся от одиночества, в них выплёскивают тайные страсти. Со временем там зарождается отклик.
— И что... этот Дух зеркала опасен?
— Сам по себе — нет, — качнул головой Бэймин Шисы. — Однако со временем он может выскользнуть наружу и оформиться в точную копию владельца. Если хозяин слаб духом или нечист помыслами, дело может закончиться раздвоением личности или тяжёлым психозом.
Ань Ян поежился и погладил озябшие предплечья:
— Жуть какая...
— Наша служба уже сталкивалась с подобными прецедентами, — буднично добавил Бэймин.
— Ну его нафиг, — пробормотал Ань Ян. — Буду поменьше смотреться в зеркала.
Бэймин Шисы едва заметно усмехнулся:
— И правильно. Всё равно эстетической ценности в твоём отражении немного.
Ань Ян мгновенно поперхнулся воздухом. Ах ты ядовитый псевдо-добряк!
Он невольно погладил себя по щеке. Да нормальный же парень, симпатичный даже!
— Я правда не украла... Я просто подняла его! Тяньтянь, поверь мне! — всё ещё умоляла Тань Сяои, пытаясь схватить Сюй Тянь за руку.
Подруга тут же с силой оттолкнула её:
— Пошла вон, дрянь! Сначала ворует, потом сопли размазывает! Ни воспитания, ни совести! Тяньтянь сказала, что прощает тебя, так проваливай!
Тань Сяои с грохотом растянулась на каменистом полу, содрав кожу на ладони.
Сюй Тянь сделала вид, что испугалась, и подхватила подругу под руку:
— Пойдём. Не стоит устраивать сцен.
В этот момент толпа расступилась, и чья-то басовитая реплика разрезала гул:
— Тяньтянь, что тут происходит?
Среди студенток поднялся настоящий ажиотаж. Девушки наперебой вытащили телефоны:
— Ой! Красавчик курса пришёл!
— Боже, какой кавалер!
— Завидую Сюй Тянь... Такой парень рядом!
— Идеальная пара! Оба из богатых семей, красивые, умные, учатся отлично.
К Сюй Тянь подошёл высокий парень с баскетбольным мячом под мышкой. Девушка убрала зеркальце в сумочку и нежно прижалась к его плечу:
— Ничего страшного, просто небольшое недоразумение. Мы уже разобрались. Ты только с тренировки? Ещё не обедал?
Спортивный красавчик улыбнулся:
— Ещё нет. Пойдём в ресторан за территорией студгородка, составишь мне компанию?
Парочка удалилась под завистливые вдохи толпы.
Ань Ян покачал головой и тихо пробормотал:
— Ну и санты-барбара...
Бэймин Шисы, будучи человеком сторонним, в местных сплетнях не разбирался, поэтому Ань Ян принялся на ходу вводить его в курс дела.
А сюжет был банален до невозможности: типичный любовный треугольник.
Сюй Тянь и Тань Сяои жили в одной комнате и учились в одной группе. Обе демонстрировали блестящие успехи, но Тань Сяои была абсолютным лидером, а Сюй Тянь брала не столько зубрежкой, сколько положением и эффектной внешностью.
— Эффектной? — перебил Бэймин Шисы, изогнув бровь. — Посредственность.
Ань Ян замолчал на секунду. Ну да, куда уж ей до стандартов великого господина Бэймина...
— Так вот, — продолжил Ань Ян. — Говорят, Тань Сяои и этот красавчик учились в одной школе. На первом курсе она попыталась признаться ему в любви...
Результат оказался печальным. Бедность Тань Сяои и её феноменальные успехи вызывали у многих зависть. Любовное письмо перехватили и вывесили на главную доску объявлений факультета. Девчонка превратилась в посмешище.
А вскоре после этого красавчик начал встречаться с Сюй Тянь. В глазах окружающих они казались идеалом: богатые, холеные, успешные.
— Но сейчас четвёртый курс, — понизив голос, добавил Ань Ян. — Университет выделяет одно-единственное грантовое место на стажировку за границей. Полное финансирование учебы и исследований. Претендентов шестеро, и среди них — Сюй Тянь, Тань Сяои и её паренёк. По академическим баллам Тань Сяои кроет их всех как бык овцу. Но если уедет кто-то из парочки, их «идеальному союзу» придет конец.
Ань Ян хлопнул в ладоши:
— Вот такая петрушка!
Бэймин Шисы выслушал историю без особого интереса.
Когда виновники торжества ушли, толпа рассосалась. Тань Сяои поднялась с пола, собрала выпавшие тетради и, сгорбившись, прошмыгнула в умывальную.
Ань Ян похлопал Бэймина по плечу:
— Пошли, наберём кипятка и поднимемся в мою комнату. Покажу, где живу.
Они шагнули в помещение умывальной и тут же натолкнулись на Тань Сяои и ту самую зловредную подругу Сюй Тянь. Та не ушла вслед за парочкой, а вернулась, чтобы допить остатки крови у бедной отличницы.
— БУМ! — с грохотом металлическая колба термоса Тань Сяои врезалась в кафельный пол.
Внутренняя стеклянная колба лопнула, кипяток брызнул во все стороны, заливая обувь. Тань Сяои едва успела отскочить, взвизгнув от испуга и снова выронив учебники.
Подружка Сюй Тянь злорадно хохотнула:
— Так тебе и надо, тварь!
И, гордо вскинув подбородок, выплыла наружу.
Проходившие мимо студенты предпочли сделать вид, что ничего не заметили.
Ань Ян не выдержал. Шагнув вперёд, он нагнулся и помог Тань Сяои подобрать раскиданные книги.
Девушка обомлела и испуганно прошептала:
— Спасибо... спасибо тебе...
— Пустяки, обращайся, — улыбнулся Ань Ян.
Закончив с книгами, он повернулся к водонагревателю. Бэймин Шисы неторопливо подошёл ближе и, встав рядом, негромко произнёс абсолютно плоским тоном:
— Надо же, уже научился флиртовать направо и налево.
— Флирт?.. — Ань Ян чуть не поперхнулся. — Ты о чём вообще?
Бэймин Шисы едва заметно кивнул в сторону дверей. Ань Ян обернулся: Тань Сяои замерла на пороге, прижимая к груди книги. Она явно хотела что-то сказать, но стеснялась, а её взгляд, устремлённый на Ань Яна, был донельзя смущенным.
Встретившись с ним глазами, девушка вспыхнула до кончиков ушей и, спотыкаясь, пустилась наутёк.
Ань Ян застыл. Это ещё что за кино?
Он потер лоб. Как раз в этот момент термос наполнился кипятком:
— Пойдём.
Не успели они сделать и пары шагов по коридору, как путь им преградили три студентки.
— Извините! А можно ваш номер телефона?! — выскочив буквально из ниоткуда, девчонки бесцеремонно вклинились между Ань Яном и Бэймином Шисы, поедая последнего влюблёнными глазами.
Ань Ян ухмыльнулся, про себя подумав: «Номер? Ха! Этот ледяной истукан вас сейчас так отбреет, что в слезах убежите».
Однако...
Бэймин Шисы неожиданно обворожительно улыбнулся:
— Разумеется.
Ань Ян обомлел. Ах ты фальшивый добряк!
На глазах у опешившего Ань Яна Бэймин взял ручку и вывел цифровой ряд прямо на обложке тетради одной из девушек. После чего игриво подмигнул своим серым глазом:
— Жду звонка.
— А-а-а! — девчонки заверещали от восторга, едва не падая в обморок от такой внезапной милости, и унеслись прочь, словно упившиеся нектаром бабочки.
У Ань Яна задергался глаз. Что-то тут было нечисто...
Номер телефона... 1378...
Цифры показались ему знакомыми, но у самого Бэймина номер точно начинался на 136...
Ань Ян вытащил свой смартфон, заглянул в контакты — и у него едва не раскололась голова.
Это был номер Сюань Е!
Демон-кот только недавно вышел на свободу из Великого ада Бэймин, обзавёлся новым средством связи и лишь вчера скинул Ань Яну свои контакты.
Пока девушки в экстазе удалялись, Бэймин Шисы сохранял на лице выражение глубокомысленного превосходства.
Ань Ян скривился:
— Тебе сколько лет-то, детсадовец?
Бэймин ответил абсолютно серьёзно:
— Перевалило за три тысячи.
— Ну да, трехлетний малыш Бэймин, — вздохнул Ань Ян.
Они поднялись в комнату, поставили термос. Общежитие оказалось вполне приличным: двухместный номер, кондиционера нет, но места хватало, да и собственный санузел в наличии.
Ань Ян между делом упомянул, что его сожитель сегодня ночует за пределами кампуса.
Серые глаза Бэймина Шисы на мгновение блеснули. Он криво ухмыльнулся: если они останутся ночевать в комнатке вдвоём, той паршивой фальшиво-милой черной кошаре их не достать.
Заметив эту странную ухмылку, Ань Ян поежился:
— Ты чего лыбишься? Пошли давай.
Закончив с организационными делами в деканате (очередь растянулась почти до пяти вечера, выжав из Ань Яна все juice), они вышли на улицу.
— Ань Ян! Пойдём с нами в караоке! — окликнул его одногруппник. — Полно народу собирается, даже первокурсники подтянутся! Ты же всё жаловался, что холостякуешь, вот и представится шанс склеить какую-нибудь первокурсницу!
Ань Ян аж подпрыгнул:
— Кто это жаловался?!
За его спиной раздался прохладный, опасный голосок Бэймина:
— Холостякуешь, значит?
Ань Ян планировал провести вечер с Бэймином, поэтому от караоке хотел отказаться. Но девчонки, заметив статного спутника Ань Яна, уже не могли оторвать глаз:
— Ань Ян, это твой друг? Пошли вместе, большой компанией веселее!
Они повернулись к Бэймину:
— Красавчик, пойдёшь с нами петь?
Ань Ян прекрасно знал тяжелый характер Бэймина — тот терпеть не мог шумные сборища. Он уже открыл рот, чтобы извиниться за него, как вдруг...
Сегодняшний день был полон сюрпризов.
Бэймин Шисы мило явил миру очаровательные ямочки на щеках:
— С удовольствием.
Ань Ян выпал в осадок. В него что, бес общительности вселился?!
Студентки взвыли от счастья и дружной стайкой увлекли их за собой.
Ань Ян и не подозревал, что в голове господина Бэймина крутился холодный прагматичный расчёт: караоке затянется до ночи, двери общежития закроются, и им волей-неволей придётся ночевать в одной комнате...
Возле главных ворот их ждала ещё одна группа — первокурсники.
Ещё издали Бэймин приметил заметную белую фигуру.
Кто-то из парней недовольно буркнул:
— А физрука-то зачем позвали?
Это был Сюань Е. В стильном белом костюме свободного кроя он возвышался над толпой, точно журавль среди кур.
— Ну а как иначе? — захихикали девчонки. — Новый учитель физкультуры такой душка!
Рядом с ним Ань Ян разглядел совсем маленькую фигурку — Ао Цы, принца Северного моря. Тот был настолько изящным и низкорослым, что в толпе его легко можно было принять за девушку.
Один из одногруппников Ань Яна, ослеплённый миловидным лицом «первокурсницы», тут же приободрился и подскочил к Ао Цы:
— Красотка, дашь свой WeChat?
Ао Цы: «...»
Ань Ян едва не согнулся пополам от хохота, зажимая рот руками. У парня от смеха аж животик закололо.
В этот момент Сюань Е вальяжно протянул руку, прижал голову малютки-принца к своей груди и с бархатной улыбкой проговорил:
— Извини, парень. Эта «милая студентка» уже занята преподавателем.
Одногруппник застыл:
— Студе-ентка?..
Ао Цы чуть не взорвался от ярости. Он изо всех сил лягнул демона-кота по голени, но Сюань Е легко уклонился, так что принц едва не растянулся на асфальте.
Только тут до ребят дошло, что этот миниатюрный «ангелочек» с длинными шелковистыми волосами — на самом деле парень.
Вся компания двинулась в ближайший KTV-клуб за пределами студгородка.
Раньше из-за своего особенного зрения Ань Ян избегал подобных заведений — в полумраке караоке-баров вечно мерещилась всякая дрянь, о которой никому не расскажешь. Но сегодня тревога отступила. Когда с тобой рядом Великий князь тьмы, драконий принц и древний демон-кот, бояться нечего по определению.
Они сняли самый большой VIP-зал.
Ань Ян уселся на диван. Бэймин Шисы занял место слева от него, а Сюань Е без зазрения совести примостился справа.
Ань Ян почувствовал себя как на иголках. Он перевёл взгляд с одного на другого — атмосфера между ними искрила.
Бэймин заказал пачку чипсов и сырную тарелку.
Сюань Е изучил меню и... потребовал порцию сушёной мелкой рыбешки.
Ань Ян думал, что экстравагантнее Бэймина быть нельзя, но демон-кот превзошёл все ожидания.
Когда официант принёс тарелку со снеками, по комнате разнесся густой рыбный амбре. Девчонки поморщились, а Сюань Е изящно закинул ногу на ногу и принялся смаковать рыбешку, запивая её дорогим красным вином.
При этом он с провокационной улыбочкой посматривал на Ао Цы.
Маленький принц метался молнии из глаз. Сюань Е протянул ему сушеную рыбешку:
— Угощайся. Конечно, не карп, но тоже весьма недурно.
Сидевшая рядом девица попыталась завязать разговор с красавцем-учителем:
— Учитель Сюань, а карпов тоже сушат?
Сюань Е мягко улыбнулся:
— Ещё как.
— Вы так любите рыбу?
— Обожаю.
— Правда? Говорят, от рыбы умнеют! Неудивительно, что вы у нас такой умный!
Ао Цы не выдержал и фыркнул. Какая несправедливость! От рыбы умнеют... А когда он заикается о том, чтобы сожрать кота, его чуть не линчуют!
Тут один из парней выхватил микрофон:
— Начать вечер с банального орания песен — это попса! Давайте сначала разогреемся!
— Чем? — поинтересовался Ань Ян.
Парень вырубил в зале всё освещение. Помещение погрузилось в непроглядную тьму.
Ань Ян невольно напрягся. Темноты он не боялся, но место было чужое, окраинное, с дурной энергетикой. Мало ли какая тварь материализуется в потемках...
И тут его пальцев касалась прохладная ладонь. Бэймин Шисы мягко сжал его руку, успокаивая.
Парень с микрофоном понизил голос до таинственного шепота:
— Играем... в страшные истории!
Девчонки испуганно завизжали.
— Эта история случилась прямо в нашем университете, — продолжал парень. — Все знают, что в холле первого учебного корпуса висит огромное зеркало. Говорят... в нём обитает Демон!
Девушки снова разразились воплями, а затейник смаковал детали:
— Выпускники рассказывали, что на первом курсе один студент каждую полночь приходил к этому зеркалу. Он сидел перед ним на корточках, плакал и шептал что-то сам себе. А через неделю... он выбросился из окна. В предсмертной записке он написал: «Все, кто обижал меня, заплатят! Я вернусь призраком и никого не пощажу!»
Ань Ян вздохнул. История была банальной, но девчонки визжали так пронзительно, что у него мурашки бегали по коже.
Впрочем, куда больше его волновало другое: в темноте рука Бэймина Шисы не просто держала его ладонь... Их пальцы переплелись.
Прикосновение отозвалось в пальцах Ань Яна лёгким током. Разряд пробежал по предплечью и отозвался где-то в груди сладостным трепетом. Ему хотелось выдернуть руку, но сил расцепить пальцы не было.
—... И вот однажды, — вещал парень с микрофоном, — один студент засиделся в библиотеке и опоздал в общежитие. Ему пришлось ночевать в учебном корпусе. Проходя мимо холла, он услышал тихое: «У-у-у... у-у-у...» Он повернулся, но никого не увидел. И вдруг прямо над его ухом пролетел женский шепот: «Ты кого-то ищешь? Меня?..»
Студент обомлел, обернулся — сзади никого, только огромное зеркало! И в этом зеркале он увидел умершего парня: из его глаз текли кровавые слёзы, а губы искривились в зловещей усмешке!
— А-А-А-А! — зал взорвался от криков.
«Щёлк!» — парень зажёг свет.
Ань Ян дернулся, пытаясь вырвать руку из захвата Бэймина, пока их не засекли. Но Бэймин держал крепко.
Впрочем, до них никому не было дела.
Все смотрели на Ао Цы: маленький дракон от ужаса забился в объятия Сюань Е, спрятал лицо у него на груди и мёртвой хваткой вцепился в его талию, дрожа всем телом!
Ань Ян лишился дара речи. Наследный принц Северного моря... боится привидений?!
Сюань Е с ангельской улыбкой погладил дракончика по спине и шепнул ему на ухо:
— Я — призра-а-ак...
— А-а-а! — Ао Цы чуть не разразился слезами от испуга.
Поняв, что демон-кот просто издевается над ним, Ао Цы отскочил как ужаленный и отсел на самый край дивана, пылающий от гнева.
Благодаря этой сцене на сцепленные руки Ань Яна и Бэймина никто не обратил внимания.
— Так! Теперь сыграем во что-нибудь повеселее! — объявил затейник. — Чокаемся и играем в «Правду или Желание»!
Ань Ян напрягся. Прошлый опыт игры в эту забаву в баре оставил у него глубокую психологическую травму: тогда Бэймин выбрал «Правду», а на вопрос о первом поцелуе уставился на Ань Яна так, что у того едва сердце не выпрыгнуло.
Девчонки с восторгом поддержали идею. На стол выставили алкоголь.
— Учитель Сюань! Ваша очередь!
— Что выбираете: Правду или Желание?
Сюань Е пригубил вино:
— Правду.
— Учитель, у вас есть любимый человек?! — наперебой затараторили студентки.
Сюань Е искренне улыбнулся:
— Разумеется, есть.
— А-а-а! У него есть пара!
— Кто же это?!
Сюань Е развел руками:
— Правило простое — один вопрос. Я ответил. Остальное — секрет.
Бэймин Шисы прищурил серые глаза, уставившись на демона-кота. Сюань Е в ответ едва заметно изогнул бровь. Они обменялись молниеносными взглядами прямо над головой Ань Яна.
— Вообще-то... этот человек сейчас находится в этой комнате, — вдруг добавил Сюань Е.
Зал ахнул.
Игра продолжилась. Раздали карты.
Ань Ян перевернул свои две карты и опешил: пара черных пиковых тузов! Из всей компании только у него выпали дубли!
— Ань Ян! Давай, выбирай: Правда или Желание?
Ань Ян сглотнул. Выберешь «Правду» — засыплют каверзными вопросами. У него и так слишком много тайн.
А «Желание»... Ну, максимум заставят спеть женскую партию или осушить бокал до дна.
— Желание, — твердо выдохнул Ань Ян.
— Браво! Первый пошёл! — зашумели студенты. Пошептавшись, они выдали: — Мы не будем тебя мучить. Встань на одно колено и сделай кому-нибудь из присутствующих романтическое предложение!
— Чего?! — вытаращился Ань Ян. — Предложение?! У меня даже девушки нет!
На слове «девушка» Ань Ян спиной почувствовал ледяной, прожигающий взгляд Бэймина Шисы.
— Кому именно делать — решит ложка! — крикнул затейник. — Крути ложку на столе!
Ань Ян взялся за металлическую ложку. Попадет на девчонку — весь курс будет год гудеть о романе. Попадет на парня — вообще позор...
Он крутанул ложку изо всех сил.
«СОО-О-О!» — ложка волчком закрутилась по полированному столу. Восемь оборотов, десять... Скорость начала падать.
— Замедляется!
— На кого укажет?!
Бэймин Шисы сидел, откинувшись на спинку дивана, и элегантно покручивал бокал с вином. Глаза его были полуприкрыты, но взгляд гипнотизировал вращающуюся ложку.
Носик ложки явно уходил в сторону от Бэймина.
Бэймин Шисы слегка прищурился, прикрыл рот ладонью и тихо... «Кхм!» — кашлянул.
— Ой!
— Она опять ускорилась?!
От этого «кхм» ложка со скрипом набрала обороты и развернулась в сторону Бэймина.
Сюань Е, сидевший по другую сторону от Ань Яна, приподнял бровь и тоже слегка... «Кхм!» — покашлял.
— Мама дорогая!
— Она опять крутится!
Помещение огласилось кашлем. Бэймин Шисы и Сюань Е откашливались наперебой, а ложка на столе вертелась без остановки, словно к ней приладили скрытый моторчик.
Двадцать оборотов... тридцать... пятьдесят...
У студентов закружилась голова.
«КХМ!»
«КХМ!»
Оба мужских голоса слились в едином выдохе. Ложка не выдержала накала магии, судорожно подпрыгнула и со звонким «ХРЯСЬ!» улетела со стола прямо на пол.
Наступила звонкая тишина.
Ань Ян глянул вниз. Ложка замерла. Её черенок указывал точно на... Ао Цы.
Все облегчённо вздохнули:
— Кондиционер, наверное, задул...
— Точно, сквозняк!
— Давай, Ань Ян! Вставай на колено! Невеста хоть и парень, зато красавец хоть куда!
Ао Цы с отвращением посмотрел на Ань Яна, а затем смерил яростным взглядом Бэймина и Сюань Е. Маленькому дракону не хватало всего сотни лет до совершеннолетия, и он прекрасно понял, чьи это фокусы.
Ань Ян вздохнул. Сделать предложение парню всё же лучше, чем заводить фальшивые слухи с девчонкой.
Он решительно поднялся, подошёл к Ао Цы, опустился на одно колено и выдохнул:
— Младшекурсник... выходи за меня.
Сюань Е: «...»
Бэймин Шисы: «...»