Едва Ань Ян завершил звонок, как заметил, что все присутствующие домочадцы Лянь вместе со старым главой семейства уставились на Лянь Чжичэня.
Стоп-кадр видеозаписи все еще демонстрировал наручные часы — точную копию тех, что красовались на запястье Лянь Чжичэня.
В зале поднялся сдержанный, но ядовитый шепот. Родичи и гости обменивались косыми взглядами, разглядывая Чжичэня. Тот лишь мельком скользнул взором по собственным часам и не проронил ни слова.
— Неужто похититель — сам Лянь Чжичэнь?
— На него очень похоже. Если старик официально признает второго сына, такие деньги уплывут у Чжичэня прямо из-под носа!
— На его месте я бы тоже не смирился. В семье Лянь такие богатства! А много ли выручишь с каллиграфии да картин старика? Разве не Чжичэнь своими руками поднял весь этот бизнес?
— И то правда...
Пока в толпе нарастали пересуды, Су Сяньшэн, не выдержав, взволнованно вмешался:
— Похитителем никак не может быть Лянь Чжичэнь.
Родственники уставились на него с нескрываемым раздражением:
— Господин Су, это сугубо наши семейные дела. Мы признательны вам за помощь в поисках старого господина, но сейчас речь идет о нашем внутреннем круге. Просим вас не вмешиваться.
Лянь Чжичэнь бросил взгляд на Су Сяньшэна, явно не желая втягивать его в эти дрязги. Но духа-живописца было не остановить:
— Да вы подумайте! И Гу Сюран, и старый господин пропали до того, как Чжичэнь остался со всеми на виду. А после их исчезновения он ни на минуту не отлучался от нас. У него физически не было времени организовать похищение!
Родня продолжала перешептываться, отмахиваясь от его слов и полагая, будто Су Сяньшэн просто покрывает приятеля.
— К тому же, взгляните трезво! — распалялся Су Сяньшэн. — Преступник проявил крайнюю осторожность: спрятал лицо, исказил голос программой, но при этом словно намеренно засветил запястье с уникальными часами. Вы же почтенные, образованные люди! Неужели не видите, что Чжичэня откровенно подставляют, дерзко рассчитывая на вашу глупость?
В его словах звучала логика, однако желавших под шумок стряхнуть Чжичэня с пьедестала было слишком много. Нашлись и те, кто просто любил зрелища, поэтому к доводам Су Сяньшэна прислушались лишь единицы.
Личный врач, поддерживая дрожащего старика, подал голос:
— Полагаю, господин Су прав. Сейчас главное — не выяснять, кто похититель, а решить, как быть с молодым господином. Бедного парня схватили и требуют выкуп. Старый господин, так мы платим?
Взирая на окровавленный экран, старец Лянь едва не лишился чувств. Судорожно вздохнув, он затрепетал:
— Заплатим! Разумеется, заплатим! Скорее, Чжичэнь, ступай и подготовь деньги!
Стоило патриарху отдавать распоряжение, как родня снова подняла гвалт:
— Как можно отдавать такие деньги?!
— Вот именно! Надо срочно заявлять в полицию!
— Сумма-то гигантская! Да и вообще, настоящий ли Гу Сюран урожденный Лянь — тест ДНК еще не готов! Не рановато ли выкладывать миллионы за постороннего?
— Может, дождемся результатов экспертизы?
Пока все спорили наперебой, старец Лянь, не желая терять ни минуты, непреклоненно велел Лянь Чжичэню собрать всю сумму.
Не произнеся ни слова в свое оправдание, Чжичэнь развернулся и направился к выходу из зала. Су Сяньшэн тут же поспешил за ним.
Бэймин Шисы махнул рукой Ань Яну:
— Идем за ними.
Едва они покинули дом, Су Сяньшэн принялся допытываться:
— И что теперь делать? Пусть Гу Сюран и оказался обманщиком, но сейчас его реально сцапали! А этот похититель — редкая сволочь, еще и Чжичэня подставить решил... Кто же это может быть?
Бэймин Шисы отстраненно заметил:
— Найти Гу Сюрана не так уж трудно.
Ань Ян полюбопытствовал:
— И как же?
— Кровь на том отрезанном пальце совсем свежая, — пояснил Бэймин. — Ее пролили не дольше получаса назад. Я чувствую этот запах.
От таких подробностей у Ань Яна по коже пробежали мурашки. К горлу подступила тошнота, и он еле успел прикрыть рот ладонью:
— Настолько свежая?
Бэймин Шисы утвердительно кивнул:
— Запах абсолютно свежий. Я смогу вычислить местонахождение Гу Сюрана.
Су Сяньшэн просиял:
— Серьезно? Вот это удача!
Чтобы точнее сверить след, Бэймину Шисы требовалось еще раз осмотреть улику. Су Сяньшэну пришлось выпрашивать коробку у Лянь Чжичэня.
— Звучит, конечно, дико, словно смахивает на замашки какого-то маньяка, — смущенно оправдывался Су Сяньшэн, — но ты не думай, Бэймин не псих! Ну... разве что иногда ведет себя немного странно.
Ань Ян с улыбкой уточнял:
— Так псих он в итоге или нет?
Бэймин Шисы оставил этот вопрос без ответа. Лянь Чжичэнь лишь недоуменно молчал.
Поскольку Чжичэнь был обычным человеком, не посвященным в тайны духовного мира, Су Сяньшэн выкрутился с невероятной находчивостью: мол, у Бэймина феноменальный чуткий нос, словно у ищейки, и он способен брать след по запаху крови.
Хоть Чжичэнь и отнесся к подобным сказкам с сомнением, коробку с обрубком все же передал.
Надев одноразовые перчатки, Бэймин Шисы извлек палец, прищурился, бегло его осмотрел и коротко бросил:
— Идем.
Ань Ян поспешил за ним:
— Нашел? Уже нашел?
Покинув виллу семьи Лянь, Бэймин Шисы даже не взглянул на автомобили, направившись пешком к лесистому холму за поместьем.
Этот холм не входил в заповедную или туристическую зону: там не было ни жилья, ни проложенных троп — лишь дикие заросли.
Бэймин уверенно шагал впереди, а спутники следовали за ним. Сумерки быстро сгущались. Хотя Лянь Чжичэнь всю жизнь прожил в поместье, на эту гору он никогда не поднимался. Серо-каменные кручи выглядели совершенно одинаково, и в темноте легко было заблудиться.
Едва Чжичэнь собрался заговорить, Су Сяньшэн прижал палец к губам:
— Тсс... Не мешай Бэймину.
Чжичэнь взглянул на духа-живописца:
— Ты так безоговорочно веришь своему другу?
Су Сяньшэн искренне удивился:
— А для чего еще нужны друзья? Забыться и поразвлечься?
Чжичэнь тихо хмыкнул. Обычно его лицо оставалось непроницаемым и сухим, но эта едва заметная улыбка неожиданно придала ему мягкости. Су Сяньшэн даже застыл на мгновение.
— Друзья нужны для того, — тихим, ровным голосом произнес Чжичэнь, — чтобы предавать и всаживать нож в спину.
Су Сяньшэн сочувственно сокрушился:
— М-да... Бедолага.
Похлопав Чжичэня по плечу, он добавил:
— Не бойся, со мной можешь быть спокоен. Я тебя не предам и ножа в спину не всажу.
Чжичэнь посмотрел на него странным, глубоким взглядом:
— Я не хочу быть твоим другом.
— Чего? — Су Сяньшэн оторопел, чувствуя, как доброе намерение разбилось о глухую стену.
— Вчерашняя ночь... — продолжал Чжичэнь. — Ты правда ничего не помнишь?
В голове у Су Сяньшэна словно грянул гром. Утром у него действительно был небольшой провал в памяти, но позже воспоминания вернулись. Произошедшее прошлым вечером он, конечно же, помнил — и от этой стыдобы ему хотелось провалиться сквозь землю.
Ань Ян, услышав обрывки разговора, с любопытством спросил:
— А что было прошлым вечером? Су Сяньшэн, когда господин Лянь забрал тебя, ты снова напился и буйствовал?
Су Сяньшэн, сгорая от смущения, вспыхнул:
— Марш отсюда! Не лезь не в свое дело!
В этот момент Бэймин Шисы негромко произнес:
— Пришли.
Все вскинули головы. Впереди, среди оголившихся скал, темнел заброшенный заводской корпус, похожий на ветхий склад. Постройка давно пришла в упадок: ржавые ворота, полуразрушенные стены — настоящий дом с привидениями.
Бэймин Шисы слегка прищурился:
— Запах крови.
Шагнув вперед, он с тяжелым скрипом толкнул железную дверь.
Засов поддался с визгом. Внутри царствовал полумрак, освещаемый лишь угасающим закатом.
— Гу Сюран! — первым крикнул Су Сяньшэн.
В углу склада без движения лежало тело. Человек казался едва живым, лицо его в сумерках выглядело белым, как бумага. Обе руки беспомощно раскинулись по полу, а указательный палец на правой был отсечен — во все стороны расплылось багровое пятно.
И вправду Гу Сюран!
Никаких похитителей вокруг не наблюдалось. Дверь была отперта — то ли преступники сбежали, то ли отлучились.
Собравшиеся бросились внутрь. Сгустившийся душный запах крови ударил Ань Яну в нос с такой силой, что в горле начался спазм. Желудок мгновенно скрутило, позыв к рвоте подступил к самому горлу.
Ань Ян быстро закрыл рот ладонью, подавив стон.
Бэймин Шисы тут же подхватил его под локоть:
— Что с тобой?
— Ничего, — махнул рукой Ань Ян. — Видимо, съел что-то не то... Да и вонь тут невыносимая.
Гу Сюран находился без сознания. Обрубок пальца лишь торопливо прижгли, чтобы парень не умер от потери крови, но нормальной перевязки не сделали. Огромная лужа крови, сырость и плесень — зрелище и запах стояли жуткие.
Су Сяньшэн поторопил:
— Скорее, выносим его! Выглядит паршиво, как бы дух не испустил!
Лянь Чжичэнь подхватил Гу Сюрана на руки:
— Назад! Звоните врачу!
Су Сяньшэн немедля связался с семейным медиком Ляней.
Благо от склада до особняка было рукой подать — быстрым шагом минут пятнадцать.
В доме поднялся переполох. Старик Лянь встретил их у самого входа и при виде истощенного Гу Сюрана едва не залился слезами:
— Быстрее! Наверх его! Врача!
Семейный медик уже подготовил все необходимое и приступил к экстренной помощи. Старый господин замер у дверей, отказываясь отходить хоть на шаг.
Остальные родственники тоже не думали расходиться — всем хотелось зрелищ. Они кучковались неподалеку, шепотом тыча пальцами в Лянь Чжичэня:
— Точно говорю, это он похититель!
— Сто процентов!
— Смотри-ка, именно Чжичэнь первым «нашел» парня!
— Испачкаться испугался, вот и приволок обратно!
Су Сяньшэн так взбеленился, что чуть не бросился на них с кулаками, но Лянь Чжичэнь удержал его:
— Не стоит.
— Да они же без всяких улик на тебя клевещут!
Чжичэнь лишь сдержанно ухмыльнулся:
— Поверь, раньше они возводили на меня напраслину и похуже.
Су Сяньшэну от этих слов стало не по себе. Глядя на Чжичэня, он понял: за внешним лоском и успехом этого человека скрывались лишь годы грязи, боли и чужой зависти.
Бэймин Шисы стоял у окна, сохраняя молчание. Ань Ян подошел ближе:
— Как думаешь, кто пытается подставить господина Ляня?
— Кандидатов хоть отбавляй, — ровным тоном отозвался Бэймин, кивнув в сторону родственничков.
Ань Ян кивнул: Чжичэнь — слишком заметная фигура, и желающих подрубить ствол этого дерева было предостаточно.
— И все же у меня какое-то странное ощущение, — почесал подбородок Ань Ян.
Бэймин Шисы хмыкнул:
— Надо же. У меня тоже.
— Серьезно? И что же кажется тебе подозрительным?
— Пока не уверен. Чуть позже проверим.
Дверь с кликом отворилась — вышел личный врач.
— Как он? — кинулся старик Лянь.
— Опасность миновала, состояние стабилизировали. Палец позже можно попробовать пришить, а сейчас из-за большой кровопотери делаем переливание.
Старик поспешил в комнату. Гу Сюран лежал на кровати под капельницей, к щекам постепенно возвращался румянец. Едва старик вошел, парень открыл глаза и, увидав его, залился слезами.
— Ребенок мой, все позади, не плачь... — принялся утешать его старик.
— Господин Лянь, я... я виноват перед вами... — задыхаясь от всхлипов, вытолкнул Гу Сюран.
Развязка с похищением вскрыла обман: Гу Сюран не был сыном Ляня. Бандиты планировали использовать паузу до результатов ДНК, чтобы выкрасть старика и вытребовать куш. Но Гу Сюран в какой-то момент отпустил старика.
Потому старец Лянь знал, что парень ему не родня, но скрывал это от остальных родственников.
И вот теперь Сюран каялся во всеуслышание:
— Я не достоин вашей доброты... Я хотел обмануть вас... Накажите меня, заявите в полицию!
Родственники мгновенно зашумели:
— Вот именно! Поселить афериста в доме! В полицию его!
Но старик Лянь колебался — парень ведь спас его ценой собственного пальца!
— Скажи, ты видел лицо похитителя? — стали допытываться родственники. — Это был Лянь Чжичэнь, да?!
Сюран замахал руками:
— Нет-нет! Похититель был в маске, но это точно не брат Чжичэнь! Брат Чжичэнь ко мне всегда так добр!
Родственники ворчали, покидая комнату. Ань Ян спросил Бэймина:
— Так что ты хотел проверить?
Бэймин Шисы жестом поманил его за собой. Они вышли из главного корпуса и направились к флигелю, куда ушел личный врач.
— Ты помнишь, кто первым обратил внимание на часы похитителя на видео? — спросил Бэймин.
— Семейный врач?
— Именно. И на его одежде я уловил едва заметный запах крови Гу Сюрана. Ещё до того, как он приступил к операции.
Ань Ян удивленно округлил глаза:
— Врач — похититель?! Но зачем ему подставлять Чжичэня? Он ведь все равно не получит наследство!
— А вот это мы у него и спросим.
Они вошли во флигель. Врач удивился:
— Вы ко мне?
Бэймин Шисы небрежно произнес:
— Да так, ничего особенного... Кстати, вы знали, что на том заброшенном складе в горах, хоть он и заброшен, система видеонаблюдения осталась рабочей? Камеры всё записали.
Лицо врача мгновенно пошло белыми пятнами:
— Ч-что?! Какая еще видеокамера?!
Он моментально выдал себя.
— Вы... вы лжёте! При чём тут я?!
Бэймин холодным тоном добавил:
— Запись уже у господина Ляня. Скоро ее передадут в полицию.
Врач окончательно потерял самообладание:
— Нет! Не надо в полицию! Это не я! Я просто помогал! Это всё Гу Сюран! Он сам отрезал себе палец! Я только снимал на камеру!
Ань Ян обомлел: Гу Сюран сам себе оттяпал палец?!
Врач продолжил выкладывать подноготную. Оказывается, Гу Сюран спал с врачом, сфотографировал компромат и шантажировал его, чтобы тот подменил анализ ДНК. А когда понял, что анализ в одной клинике — дело ненадежное, решил провернуть грандиозную инсценировку.
Гу Сюран решил кинуть бандитов, сам отрезал себе палец перед камерой, надев часы как у Чжичэня, чтобы:
1. Избавиться от бандитов.
2. Вызвать невероятную жалость у старика Ляня.
3. Подставить Чжичэня и убрать его с дороги.
Врач вопил:
— Он сумасшедший! Он заставил меня вести съемку! Я ни при чем!
Бэймин Шисы достал телефон и показал экран: шел диктофонный фрагмент.
— Спасибо за признание.
Врач обомлел:
— Вы... вы записали?! А как же видео со склада?!
Ань Ян похлопал его по плечу:
— На заброшенном складе лет десять нет электричества. Откуда там взяться работающим камерам?
— Вы меня обманули!!
Бэймин Шисы лишь усмехнулся:
— По сравнению с Гу Сюраном наша уловка — так, невинная детская забава.
Прошло немного времени. Гу Сюран так усердно обрабатывал старика Ляня, что тот решил официально сделать его своим усыновленным сыном.
Намечался пышный банкет по случаю дня рождения Сюрана, где старик планировал объявить об этом решении.
Ань Ян, Бэймин Шисы и Су Сяньшэн прибыли на праздник. Су Сяньшэн явился в розовато-золотом шелковом кардигане с золотой вышивкой — сиял, как настоящий павлин.
Появились виновники торжества: старик Лянь, сияющий Гу Сюран и держащийся в тени Чжичэнь.
Старик берет слово:
— Сегодня мы собрались, чтобы отпраздновать день рождения Сюрана и объявить, что я официально усыновляю...
И тут огромный экран за спиной вспыхивает!
Раздается аудиозапись признания врача во всей своей красе на весь зал.
Гу Сюран визжит в микрофон:
— Выключите! Выключите это немедленно!!
Бэймин Шисы выходит вперед с микрофоном:
— Господин Гу, не хотите прокомментировать видеозапись со склада? Там ведь было наблюдение...
Сюран окончательно срывается:
— Это ложь! Никаких камер там не было!
— О, так вы точно знаете, что камер не было? — ухмыляется Бэймин и включает видео на экране.
На видео загорается свет, и из тени выходит... Ань Ян!
Ань Ян с улыбкой машет в камеру:
— Раз-раз, меня слышно? Проверка звука!
Гу Сюран понимает, что сам загнал себя в ловушку и во всем признался во всеуслышание перед всей элитой города.
Зал гудит.
Ань Ян отпивает игристое:
— А я неплохо смотрюсь на камере!
Бэймин Шисы улыбается:
— Мой супруг всегда прекрасно выглядит.
Затем Бэймин достает конфету и отправляет Ань Яну прямо в рот.
Ань Ян раскусывает:
— М-м, с алкогольной начинкой, вкусно... Где взял?
— Это не с банкета. Это те конфеты с алкоголем, что дала Мэнпо.
Ань Ян замирает.
Бэймин Шисы нежно добавляет:
— Для сохранения беременности.
Ань Ян: "..."