Громовой голос Чёрной башни отзвучал над планетой. С последним его словом багровый диск солнца окончательно канул за горизонт, уступая место густым сумеркам. На город опустилась ночь.
В просторном дворе царило немое противостояние: у ворот замкнули строй Тан Мо и братья Фу, неподалёку от двухэтажного дома застыли «Избранные небесами».
Воздух точно превратился в густой хрусталь. Прошла секунда, другая — и Тан Мо стремительно развернулся, на ходу набирая скорость. Фу Вэньдо мгновенно подхватил младшего брата за загривок и тенью ринулся вслед за ним.
Ци Хэн дернулся было в погоню, но Жуань Ваншу преградил ему путь вытянутой рукой.
— Глава?! — с досадой воскликнул Ци Хэн.
Бледный юноша молча смотрел в темноту, где только что растворились фигуры беглецов. В его черных, как бездна, глазах застыл ледяной расчет.
— Не стоит. Ситуация слишком опасна.
— Но отсчет заканчивается! Башня больше не даст нам его координаты!
— Я еще не восстановился после ранений. Юйчжэн тоже.
Пока Ци Хэн пытался возразить, Жуань Ваншу достал из кармана тончайшую металлическую пластинку, светившуюся мягким серебром. На ее поверхности проступала миниатюрная карта Пекина. В районе Запретного города медленно ползла крошечная черная точка. Стоило ей миновать Западные ворота, как метка вспыхнула и пропала. Металлическая пластинка с тихим гулом вибрировала, после чего рассыпалась искрящейся пылью.
Ци Хэн до крови прикусил губу и сквозь зубы грязно выругался.
Жуань Ваншу с непроницаемым лицом повернул назад.
— Мы просто так их отпустим?! — не унимался Ци Хэн, идя следом. — Это же редчайший артефакт, притом многоразовый! Он куда ценнее Золотой монеты короля или Мешка с подарками Санты!
Лянь Юйчжэн бросила на него холодный взгляд:
— Если бы ты не позволил тем четырем идиотам действовать без приказа, они бы не узнали о засаде заранее и не успели подготовиться.
Ци Хэн замялся, но тут же пробормотал:
— Кто же знал, что этот Тан Мо — напарник Фу Вэньдо? Без него они со своей реверсией времени давно бы спеклись.
— Он напарник Фу Вэньдо, — негромко повторил Жуань Ваншу, даже не обернувшись.
Оба его спутника переглянулись.
— Тан Мо силен, но не неуязвим, — продолжал юноша. — Из-за Фу Вэньдо забрать вещь стало сложнее. Зато теперь, когда мы знаем, с кем он идет... Неужели ты думаешь, что мы не сможем его найти?
* * *
Район Дунчэн
Тан Мо и Фу Вэньдо на предельной скорости миновали Запретный город и выскочили за границы Второго транспортного кольца. Сяо Шэншэн с его физическими возможностями за ними категорически не успевал, поэтому майор Фу просто тащил его за шиворот, точно котенка.
Они остановились лишь в глубине полузаброшенной высотки близ Бэйсиньцяо. Встречный ветер докрасна надул щеки мальчика. Едва ноги Фу Вэньшэна касались пола, тот жадно заглотал воздух и первой же фразой выдохнул:
— Вода! Моя вода осталась в доме!
Он ведь потратил больше десяти дней, аккуратно наполняя каждую бутылку!
Фу Вэньдо смерил брата долгим взглядом, после чего неторопливо достал из кармана крошечное Индейкино гнездо. На глазах у изумленного мальчишки он вынул белое яйцо и положил его на бетонный пол. В то же мгновение на пустом пятачке выросла внушительная гора бутылок с минералкой.
— Мы всё равно собирались уходить сегодня, — спокойно заметил Фу Вэньдо. — Я забрал припасы ещё вчера вечером.
Это было едва ли не лучшим сюрпризом за весь день.
Горячего мяса попробовать так и не удалось. Тан Мо не успел толком разглядеть жилище семьи Фу, как обстоятельства вынудили их спасаться бегством. Возвращаться в этот дом теперь слишком опасно — без крайней необходимости они туда ни ногой. Впрочем, раз всё ценное Фу Вэньдо прихватил с собой, жалеть было не о чем.
За день произошло слишком много событий, и беглецы расположились на отдых.
Фу Вэньдо убрал воду обратно в артефакт. Город окончательно погрузился в непроглядную тьму. Здание было типичным недостроем, брошенным в день «запуска Земли» — кое-где даже не успели возвести внешние стены. Включать фонари или разводить огонь было нельзя: любой свет мог привлечь ненужное внимание.
Прислонившись к бетонной перегородке и купаясь в мягком полумраке лунного света, они начали разбирать произошедшее.
— Это район Дунчэн, неподалеку от Бэйсиньцяо, — сказал Фу Вэньдо, выводя куском тонкой проволоки на пыльном полу два круга. — Здесь близко к базе «Избранных небесами», но если они знают твои координаты, укрыться в Пекине всё равно негде.
Он обозначил их текущее положение и Пекинскую среднюю школу №80.
— Судя по всему, Жуань Ваншу тяжело ранен. Лянь Юйчжэн тоже досталось.
Скрыть травмы Жуань Ваншу было невозможно: во время схватки с Тан Мо его движениям не хватало точности и координации. Лянь Юйчжэн держалась лучше, однако Фу Вэньдо с первого скрещения клинков уловил её скованность.
Тан Мо кивнул:
— С такими ранениями они не ринутся в повторную атаку прямо сейчас. Сегодня они ничего не добились, так что выждут, пока их глава и Юйчжэн не восстановятся.
Шанс того, что «Избранные» нападут этой ночью, не превышал и тридцати процентов. В душе же Тан Мо был уверен на все сто: они отступят.
— Жуань Ваншу умен. Ему хватило пяти минут, чтобы понять: наши туфли — это артефакт, гасящий гравитацию. Он не станет действовать опрометчиво.
Фу Вэньдо согласился.
Фу Вэньшэн обнял колени. В конце марта пекинские ночи всё ещё обжигали сырым холодом. Разглядывая нарисованные на полу круги, мальчик пробормотал:
— Не думал, что босс «Избранных небесами» такой мелкий... Выглядит ровесником.
Тан Мо припомнил облик паренька:
— Ему вроде четырнадцать, тебе двенадцать. Практически одногодки.
После катастрофы Тан Мо редко встречал детей. В этом жестоком мире выживали немногие. За исключением редких монстров вроде Жуань Ваншу с его читерской способностью и колоссальным усилением тела, большинство детей, пусть и получив прирост к характеристикам, всё равно уступали взрослым. Ведь базовые параметры у ребенка изначально ниже.
Жуань Ваншу был исключительной аномалией, мерить по нему остальных бессмысленно.
— И все-таки мы не похожи, — буркнул Сяо Шэн. — Вообще ничего общего, кроме возраста.
— Ну почему же, — подал голос старший брат. — Кое-что общее у вас есть.
Мальчик поднял голову и с надеждой взглянул на Фу Вэньдо.
Майор сидел, откинув затылок на холодный бетон. Между ним и Тан Мо примостился младший. Фу Вэньдо приоткрыл один глаз, скользнул по брату равнодушным взглядом и ровным тоном чеканил:
— Вы одинаково мелкие.
Фу Вэньшэн: «...»
Тан Мо: «...»
Удар под дых, брат.
Сяо Шэн обиженно посопел, уткнулся носом в колени и принялся ковырять пальцем пыль.
Тан Мо, кашлянув, попытался сгладить угол:
— Да нормальный у Сяо Шэна рост. Мальчики растут позже. Ещё немного, и вытянется, под метр шестьдесят уже есть. А вот Жуань Ваншу действительно мелковат для четырнадцати.
Фу Вэньдо беззаботно добавил:
— В двенадцать лет мой рост был метр семьдесят.
Тан Мо: «...»
Фу Вэньшэн: «...»
Да замолчи ты уже!
Напряженность, висевшая над ними весь вечер, рассеялась сама собой. Тан Мо исподлобья взглянул на Фу Вэньдо. Он искренне сомневался, пытался ли майор так специфически пошутить, чтобы разрядить обстановку, или действительно говорил на полном серьезе. Из всех троих Сяо Шэн явно не оценил этот «армейский юмор», да и сам Тан Мо не совсем уловил истинный смысл шуток этого сурового мужчины с грацией прямого как рельс натурала.
Стряхнув лишние мысли, Тан Мо вернулся к главному:
— Вы ведь тоже слышали объявление о версии 4.0?
Фу Вэньдо поджал губы, а Сяо Шэн мгновенно подобрался.
— Начиная со второго обновления и до третьего, Башня всегда предупреждала заранее. Давала точную дату, описывала изменения. А сегодня — внезапно объявила о старте и тут же свернула процесс. — Тан Мо сделал акцент на незнакомой детали: — «Третий сектор Китая, игрок Му Хуэй». Я никогда не слышал этого имени.
На весь Китай гремели лишь четыре имени: Фу Вэньдо, Тан Мо, да недавние триумфаторы сложного режима второго уровня — Жуань Ваншу и Лянь Юйчжэн.
Их имена Черная башня выкрикивала на весь мир. Му Хуэй же возник из абсолютного небытия.
— Башня спела для него персональную песню, — с особым значением проговорил Тан Мо. — Вспомнила Спящую красавицу, Волка-бабушку, Королеву Сердец и Цирк. За все время после «запуска» Земли Башня сподобилась спеть лишь для одного человека.
Тан Мо перевел взгляд на Фу Вэньдо.
Шесть месяцев назад, на третий день после катастрофы, Фу Вэньдо первым открыл игру по штурму башни, вызвав у системы бурный восторг и благодарственный песенный гимн. С тех пор ни один игрок не удостаивался такой чести.
Му Хуэй стал вторым.
Тан Мо вдумчиво постукивал пальцами по колену, закрыв глаза.
— Если даже первенство в прохождении второго и третьего уровней не удостоилось отдельной песни, — подал голос Сяо Шэн, — значит, этот Му Хуэй совершил нечто грандиозное. Настолько грандиозное, что заставило Башню не только запеть, но и запустить глобальное обновление. Но процесс сорвался — похоже, у него возникли проблемы.
Что в этом мире могло заставить Черную башню реагировать так эксцентрично?
Обычным штурмом ее уже не удивить: ни Фу Вэньдо, первым покоривший второй уровень, ни русский игрок Андрей, первым взявший третий, не удостоились песен — лишь кратких глобальных анонсов.
— Он прошел четвертый уровень, — произнес Фу Вэньдо.
Тан Мо резко распахнул глаза.
— Каким образом?! — поразился Сяо Шэн. — Первым в Китае третий уровень закрыл Тан-ге, и это было только вчера! Неужели этот Му Хуэй шел следом за ним, прошел третий уровень сразу после Тан-ге, а потом за одни сутки одолел и четвертый?!
Тан Мо сохранял хладнокровие:
— Пройти четвертый уровень теоретически возможно. Если он одолел третий сразу после меня, глобального анонса не было бы — система заявляет лишь о первом прохождении. По времени сходится. Однако перед сорвавшимся объявлением Башни индикатор третьего уровня мигнул ровно дважды. Если это число показывает количество людей на планете, прошедших третий уровень, то их всего двое: я и Андрей.
Тан Мо сделал паузу. Он прекрасно понял ход мыслей Фу Вэньдо.
— Спящая красавица, Волк-бабушка, Королева Сердец, Диковинный цирк... Башня никогда не назовет четыре места просто так. В них скрыта суть. Если Му Хуэй действительно штурмовал четвертый уровень, эти локации — четыре его испытания.
Тан Мо глубоко задумчиво посмотрел на Фу Вэньдо.
— Нелегал, резервист, официальный игрок... Башня процитировала детскую считалочку: «Три нелегала погибли на дороге, двоих резервистов съели, один официальный игрок не старался...»
Тан Мо чеканил каждое слово:
— Помимо этих троих остался только Му Хуэй. Кем же, черт возьми, является Му Хуэй?