— Запомни время! — зло бросила Волк-бабушка. — Если через семь дней я вернусь и не увижу золотого крота, сдамкаешься мне на ужин!
Прихватив кружевной зонтик и кокетливо сдвинув набок шляпку, она вильнула задом и с грохотом выскочила наружу. Дверь захлопнулась с такой силой, что вся избушка содрогнулась. Тан Мо подхватил розоватый кувшин, едва успевший опуститься на обеденный стол, и ледяным взглядом проводил визитёршу. Спешно подойдя к окну и убедившись, что бабка ковыляет вниз по горной тропе, он наконец опустился на диван.
Поставив кувшин на журнальный столик, Тан Мо заглянул внутрь сквозь узкое горлышко, но разглядел лишь непроглядную тьму.
«День первый. Сейчас половина первого дня. Если сутки здесь длятся привычные двадцать четыре часа, то с учётом момента входа в подземелье на дворе первое декабря».
Теперь, когда Волк-бабушка убралась восвояси и не нужно было ежесекундно ожидать нападения, Тан Мо погрузился в размышления над правилами игры.
Чёрная башня подробно изложила все восемь пунктов. Если строго следовать инструкции и предположить, что в течение недели ежедневно оставляешь приманку у одной из нор и заходишь внутрь, вероятность поймать золотого крота к концу седьмого дня составит 0.999808.
— Каким бы невезучим я ни был, вряд ли всё настолько беспросветно… — пробормотал Тан Мо.
Голос его звучал сдержанно, а лицо оставалось хмурым. Он ни на секунду не верил, что испытание на первом уровне Чёрной башни окажется настолько примитивным: ни тебе драки с монстрами, ни детективных головоломок — сиди себе да жди крота с вероятностью успеха почти в девяносто девять процентов.
Подвох кроется на каждом шагу.
Тан Мо погладил гладкий бок сосуда:
— Неужели дело в том, что в первый день вероятность появления золотого крота составляет всего сорок процентов?..
Глиняный кувшин, разумеется, хранил молчание.
Тан Мо решил первым делом раздобыть приманку для грызуна. На ум сразу пришел клок волос подземника, который Волк-бабушка случайно обронила в щель между подушками дивана. Выудив седую прядь, он оторвал одинокий волосок и бросил его в кувшин. Реакции не последовало. Поразмыслив, Тан Мо отправил следом весь клочок.
Спустя минуту розовый сосуд вспыхнул и заиграл всеми цветами радуги. Тан Мо не сводил с него напряжённого взгляда целые три минуты, пока сияние не угасло. Кувшин мгновенно потемнел, став угольно-чёрным, и не успел юноша нахмуриться, пытаясь осознать происходящее, как из горлышка хлынула невыносимая вонь.
Бум!
Обугленная, дымящаяся туша шлёпнулась Тан Мо прямо на колени. От сшибающего с ног смрада у него перехватило дыхание. Лишь отдышавшись, он брезгливо подцепил нечто, упавшее ему на ноги.
«... Похоже на сгоревший до углей батат?»
На боку розоватого сосуда проступила строка мелких символов:
[Сгусток давным-давно сгнивших волос подземника. Тьфу!]
Тан Мо лишился дара речи.
Поскольку эти волосы не годились для полноценной приманки, Тан Мо поднялся и обыскал избушку. Подойдя к камину, он закинул голову и уставился на засушенную голову подземника, висевшую на стене вместо охотничьего трофея. Достав нож, юноша срезал клочок волос и метнул его в горлышко кувшина.
Сосуд снова замерцал странным светом, налился густой тьмой и исторг тёмный ком — на сей раз пахнущий чуть менее отвратительно.
[Сгусток почти сгнивших волос подземника. Тьфу-тьфу-тьфу!]
Тан Мо молча свёл брови.
В хижине бабки больше не осталось ничего, что принадлежало бы подземникам. Сам он был игроком, а не местным жителем, так что его личные вещи кувшин в еду не превратит. Поразмыслив немного, Тан Мо вытащил из кармана красный драгоценный камень, поднял его над головой и водрузил на макушку фуражку Марио.
После шквала зловония от обугленных клубней тошнотворный дух шляпы Марио казался вполне терпимым. Нацелившись на массивный выступ камина, Тан Мо разбежался и врезался в него головой. В тот же миг с потолка глухо шлёпнулся на пол грязный, старый сапог.
Потирая ушибленный лоб, Тан Мо поднял обувь и закинул её в кувшин. Спустя мгновение из горлышка вылетел румяный, золотистый батат и опустился ему прямо на колени.
[Сапог ткача, страдающего грибком стопы]
Наконец-то полноценная пища!
Фуражку Марио можно было активировать трижды в сутки, и один заряд Тан Мо уже израсходовал. Не снимая головного убора, он на мгновение задумался, а затем ещё дважды с размаху приложился лбом о кирпичную кладку. В первый раз с потолка спланировала тонкая рекламная листовка, во второй — со звоном упали старинные карманные часы.
Тан Мо подхватил листок и тихо вслух прочитал смуглые от времени строки:
— «Ночь Диковинного цирка! Три редчайших сокровища, потрясших королевство подземников! Мир диковин, каких вы ещё не видывали! Великий директор цирка и его труппа ждут вас...»
— Цирк, — пробормотал Тан Мо. В памяти мгновенно всплыл образ тошнотворно-милого гигантского дождевого червя.
Очень похоже, что этот цирк как-то связан с подземельем «Убить Билла» — если и вовсе не является тем самым.
Отложив листовку, Тан Мо протянул руку к карманным часам. Стоило пальцам коснуться металлического корпуса, как прямо поверх крышки вспыхнули светящиеся строчки. Тан Мо замер, а затем быстро поднёс вещь ближе к глазам.
[Предмет: Карманные часы человека-невидимки]
[Владелец: Тан Мо]
[Качество: Превосходное]
[Уровень: Первый]
[Сила атаки: Отсутствует]
[Функция: При открытии крышки дарует невидимость на 5 минут]
[Ограничение: Одноразовый предмет, нельзя вынести из игры]
[Примечание: Невидимый плей, хе-хе-хе...]
Тан Мо потерял дар речи.
Если закрыть глаза на примечание... ему действительно так фартануло?!
Изумлённый юноша несколько раз перевернул часы в руках. Его взгляд надолго задержался на фразе «нельзя вынести из игры», после чего он спрятал предмет в карман.
До шести вечера оставался ровно час. Тан Мо решил досконально изучить находку позже, вернувшись на ночлег.
Перед уходом он ещё раз пристально осмотрел избушку Волка-бабушки, но ничего примечательного больше не обнаружил. Забрав со стола глиняное блюдо, он уложил на него запечённый батат и направился к задней стороне горы.
Подойдя к девяти исполинским норам, Тан Мо опустил тарелку на землю и не спеша обошёл все лазы по очереди.
Девять норок. Каждая около трёх метров в диаметре. У входов явственно виднелись свежие следы когтей и валялись отдельные волоски — золотистые и чёрные. Видимо, шерсть обоих видов кротов.
Закончив осмотр, Тан Мо отступил к валуну, высящемуся неподалёку. Ещё раз окинув взглядом подножие горы, он остановил выбор на шестой норе. До наступления шести часов оставалось всё меньше времени. Удерживая блюдо с бататом, Тан Мо вглядывался в зловещий мрак лаза, словно надеясь разглядеть в его глубине скрытую истину.
Минуты утекали, как песок сквозь пальцы. До шести вечера оставалось полчаса.
Сверившись с наручными часами, Тан Мо решил поставить угощение перед шестым входом, а сам укрыться за огромным камнем и понаблюдать за происходящим со стороны.
В первый день шанс появления золотистого крота составлял не более сорока процентов. Цифра казалась внушительной, но проверять собственную фортуну на прочность Тан Мо не рисковал — та его редковато баловала. Не зная боевой мощи местных тварей, слепо лезть в нору было безумием: столкнись он с чёрным кротом, обожающим полакомиться плотью подземников, и гарантий выжить не даст никто.
Требовалось больше сведений.
Ещё один взгляд на циферблат: оставалось двадцать минут.
«Почему... почему особенным считается только первый день?» — мысленно повторял Тан Мо, сжимая в руках тарелку с бататом. Он неотрывно смотрел на притоптанную землю у шестого лаза, после чего достал из кармана старинные часы и замер.
«Их нельзя вынести из подземелья... Если завтра мне всё же попадутся чёрные кроты, с помощью этой вещицы я смогу принять бой с минимальным риском».
Часы вернулись в карман.
Спустя пять минут Тан Мо вновь извлёк часы человека-невидимки. Покрутив их в пальцах, он нахмурился, достал Гигантскую спичку, а следом за ней — белое яйцо индейки. Лёгким движением он начертал на скорлупе букву «S».
Он сделал это мельком, без особого трепета, но, завершив символ, заметил неладное: знак не вспыхнул мягким светом и не активировал связь с Фу Вэньдо.
Сердце Тан Мо пропустило удар. Чутье подсказывало: произошло нечто из ряда вон выходящее. Он трижды постучал по яйцу. Не успел он вымолвить и слова, как из скорлупы раздался сдержанный, но явственно удивлённый баритон:
— Тан Мо?
Тан Мо ни разу не видел нелегала Фу Вэньдо вживую, однако они созванивались неоднократно. Даже пару дней назад, когда Тан Мо предупредил его о скором входе в испытание Чёрной башни, в голосе собеседника не прозвучало и тени подобного изумления.
—... Да, господин Фу, это я. Хотел уточнить: с яйцом индейки что-то случилось? Я пытался активировать функцию сохранения, но ничего не вышло. Сбой на вашей стороне или на моей?
На том конце провода воцарилась тяжёлая пауза.
Тан Мо уже набрал воздуха, чтобы переспросить, как Фу Вэньдо произнёс:
— Три дня назад ты выходил на связь и сообщил, что тебе необходимо использовать архиватор.
Тан Мо так и замер с блюдом в руках.
— Исключено! — отрезал он мгновение спустя. — Я ничего подобного не говорил. Господин Фу, вы явно что-то путаете: три дня назад я с вами не связывался и артефакт не включал.
— Ты только что сказал, что не можешь задействовать архиватор, — спокойно возразил собеседник. — Это потому, что семидневный период перезарядки ещё не истёк.
Тан Мо осёкся, потеряв дар речи.
Он стоял посреди горного ущелья, где пронизывающий ветер, дувший со стороны розоватой реки, забирался под воротник. Погрузившись в оцепенение, Тан Мо ощутил, как мороз пробежал по коже от пяток до самого затылка. Подавив подступившую панику, он попытался вернуть голосу прежнее спокойствие:
— В таком случае... господин Фу, не могли бы вы рассказать, что именно я говорил вам три дня назад?
Однако Фу Вэньдо не спешил с ответом. Напротив, его тон стал предельно строгим:
— Тан Мо, ты знаешь, какое сегодня число?
Тан Мо на мгновение опешил:
— Первое декабря.
— Сегодня шестое декабря.
Зрачки Тан Мо расширились. В его голове яркой вспышкой мелькнула догадка, но тут же ускользнула, не дав зацепить себя за хвост.
— Третьего декабря, три дня назад, я обыскивал один из магазинов в поисках припасов, — произнёс Фу Вэньдо. В свистящем вытье ледяного ветра его бархатистый, уверенный голос действовал успокаивающе, и Тан Мо молча вслушивался в каждое слово. — Ты связался со мной и заявил о необходимости применить архиватор. Твои дословные слова: в текущем испытании Чёрной башни заложен временной сбой. Из-за одного из прошлых подземелий, пройденных тобой ранее, игра может завершиться досрочно. Ты не хотел терять ни дня и решил рискнуть, задействовав сохранение.
Осмыслив услышанное, Тан Мо моментально сопоставил факты:
— Прошлым подземельем явно было «Убить Билла». В том испытании я выпустил на волю одно из сокровищ директора цирка, так что у него осталось всего два. Нынче мне попалась листовка: макро-представление, на которое отправилась Волк-бабушка, устраивает как раз та самая труппа. Вероятно, из-за побега одного из зверей шоу свернётся раньше времени — а значит, и бабка вернётся досрочно!
— Диковинный цирк? — перебил Фу Вэньдо.
Тан Мо удивился:
— Вам это знакомо?
— Когда я переправлялся из королевства подземников в Мир монстров, на берегу стоял их рекламный щит. Там упоминалось, что директор раздобыл три сокровища. — Задержав дыхание, Фу Вэньдо тихо спросил: — Успокоился? Понял, в чём суть?
Тан Мо отрицательно качнул головой:
— Нет, в голове пока лишь смутные очертания. Господин Фу, вы знаете что-нибудь ещё?
— Знаю только, что три дня назад ты с абсолютной уверенностью утверждал, что испытание завершится раньше срока. — Помолчав секунду, мужчина добавил: — Судя по твоему тону, ты был уверен процентов на девяносто.
— А кроме этого, господин Фу, вам что-то известно?
— Больше ничего.
Тан Мо замер.
Земля. Пекин.
Фу Вэньдо стоял на крыше гигантского небоскрёба. Легко оттолкнувшись, он перемахнул двадцатиметровую пропасть между зданиями и мягко приземлился на соседнюю кровлю. Сжимая в правой руке яйцо индейки, он произнёс низким, глухим голосом:
— Третьего декабря, активировав сохранение, я слушал происходившее на твоей стороне. Там царила почти полная тишина — лишь едва слышное дыхание да порывы ветра. Однако ровно в шесть вечера — секунда в секунду — все звуки оборвались. Я решил, что ты... — На мгновение оторвавшись от земли в очередном затяжном прыжке, Фу Вэньдо закончил: — Я решил, что возникли обстоятельства, перед которыми бессилен даже архиватор. После этого достучаться до тебя я уже не смог.
Тан Мо сжал в ладони яйцо индейки, мысленно закончив за него оборванную фразу:
«Я решил, что ты погиб».
Вот почему обычно хладнокровный Фу Вэньдо так изумился, снова услышав его голос.
— Человек, говоривший со мной три дня назад... это точно был ты, — убеждённо произнёс собеседник.
В голове Тан Мо царил полнейший хаос. Услышав это заявление, он на автомате спросил:
— Откуда такая уверенность?
Собиравшийся сделать очередной прыжок Фу Вэньдо замер у самого края крыши. Наклонив голову, он смотрел, как на западе за горизонт медленно погружается багровое солнце.
— Интуиция, — мягко проговорил он. Золотистые лучи закатного солнца осветили его мужественные, суровые черты. — Это особое ощущение... Его ни с чем не спутать.
Слова звучали предельно странно: Тан Мо никогда не полагался на нечто столь эфемерное, как предчувствия. Однако, услышав этот ответ, он ощутил, как смута в душе постепенно утихает. Посмотрев на часы, юноша отметил: до шести вечера оставалось пять минут.
— Господин Фу, вы говорили, что ровно в шесть перестали слышать мой голос и больше не могли выйти на связь — во всяком случае, первыми. Верно?
— Да.
Пять минут. Мысли в голове Тан Мо понеслись с бешеной скоростью, а взгляд обретал всё большую ясность. Сжимая артефакт, он заговорил:
— Вы упомянули другого меня. Но мне кажется, прямо сейчас существую не только два «я». Сегодня шестое декабря. Если верить условиям испытания, я обязан завершить квест до седьмого декабря, иначе буду с потрохами съеден монстром.
Он произнёс это абсолютно беззаботным тоном, но Фу Вэньдо хранил молчание.
— У меня остался всего один день, — продолжил Тан Мо. — Сколько именно двойников бродит по этому подземелью, я без понятия. Одно знаю точно: в моём распоряжении лишь двадцать четыре часа. Пройду я сегодня квест или нет, господин Фу... прошу вас о встречной услуге. Когда завтра я сам выйду на связь, задайте мне один вопрос.
— С чего ты взял, что завтрашний «ты» станет мне звонить? — спросил Фу Вэньдо.
— Есть у меня способ.
Мужчина не стал допытываться, лишь слегка изогнул бровь:
— И каков вопрос?
Тан Мо следил за секундной стрелкой, стремительно приближавшейся к шести вечера. Оставалось меньше двух минут.
— Спросите того меня: «Тан Мо, если у тебя остался последний день, какое число — твоё счастливое?».
Всё это время Фу Вэньдо так и стоял на краю крыши. Окинув взглядом циферблат далёкой башни, где до шести оставалось не больше минуты, он произнёс:
— Признаться, мне любопытно: так какое же число твоё счастливое?
— Девять.
— Почему именно девять?
— Человек, в которого я давно и безответно влюблён, родился девятого сентября.
Фу Вэньдо на секунду застыл и на автомате переспросил:
— Девятого сентября?
— Да, а что такое?
Прекрасно понимая, что собеседник его не видит, мужчина всё же отстранённо качнул головой:
— Ничего. Просто дата запоминающаяся. — Помолчав, он добавил: — Я как раз держу путь из Пекина в Шанхай. У меня там есть одно незаконченное дело. Тан Мо... рассчитываю встретиться с тобой в Шанхае.
Глядя на яйцо индейки и на циферблат, отсчитывавший последние секунды, Тан Мо с улыбкой ответил:
— Идёт. Если выкарабкаюсь на этот раз... Фу Вэньдо, до встречи в Шанхае.
— До встречи в Шанхае.
За десять секунд до часа «Ч» Тан Мо сбросил вызов. Извлекая из воздуха Книгу способностей, он быстро перелистнул страницы до самой последней.
[Способность: Твой папа всё ещё твой папа]
[Владелец: Ли Шаолинь (нелегал)]
[Тип: Особый]
[Функция: С определённой вероятностью позволяет изменить имя цели. Срок действия — 7 дней, перезарядка — 10 дней. Способность закона причинности, изменению не подлежит]
[Уровень: Первый]
[Ограничения: Необходимо знать имя, внешность и дату рождения цели. Чем глубже осведомлённость о цели, тем выше шанс успеха]
[Примечание: Тан Мо, ты только взгляни на эту способность! Твой папа всё ещё твой папа!]
[Руководство для Тан Мо: Срок действия — 3 дня, перезарядка — 30 дней. После применения цель узнает главный секрет Тан Мо]
Тан Мо плавно провёл пальцами по названию способности. В его руке из ниоткуда возникла чёрная шариковая ручка, а под текстом инструкции проявились три строчки:
[Изначальное имя: Пусто]
[Новое имя: Пусто]
[Главный секрет Тан Мо: Пусто]