— К тому же, если под «пить вместе» ты подразумеваешь тайно оказаться на одном банкете, выполнять разные задания и разок переглянуться через весь зал... Что ж, Флай, тогда список моих собутыльников перевалит за тысячу.
Попытка завязать приятельский разговор провалилась, но Бай Жояо даже не смутился.
На его детском личике отобразилась крайняя степень скорбного разочарования.
Он отчаянно замигал, подавая знаки, но Му Хуэйсюэ лишь чуть склонила голову набок и ухмыльнулась. Поняв, что от этой женщины помощи ждать не приходится, Бай Жояо и не думал сдаваться. Напротив, он тут же изобразил невинно преданную жертву:
— Из нашей братии мало кто уцелел. За все полгода ты — единственная, кого я встретил. Дир, ну как у тебя сердце не разрывается отдавать меня на убой...
Не успела Му Хуэйсюэ ответить, как Бай Жояо подловил момент, когда Тан Мо и Фу Вэньдо ослабили бдительность. Взгляд его мигом ожесточился. Оттолкнувшись от земли, он рванул в сторону Храма Неба.
Под палящим солнцем тёмный силуэт метнулся прочь с невероятной скоростью. Тан Мо на секунду замешкался, но Фу Вэньдо уже сорвался с места. Пригнувшись почти параллельно земле, он рванул наперерез. Каждое касание его локтей и коленей о сухую тротуарную плитку отзывалось сухим металлическим лязгом.
Му Хуэйсюэ изумленно прищурилась. Феноменальное динамическое зрение позволило ей разглядеть: в миг контакта с землёй тело Фу Вэньдо частично трансформировалось в вороненую сталь. Каждый такой толчок придавал ему безумный импульс. Бай Жояо нёсся невероятно быстро — выиграв несколько метров старта, он был бы недосягаем даже для Му Хуэйсюэ, — однако Фу Вэньдо нагнал его в мгновение ока.
Взмах правой руки — и тёмно-синий гранёный конус метнулся прямо в лопатку беглеца.
Бай Жояо будто затылком чувствовал опасность. Мгновенно оценив шансы, он бросил попытки уйти и крутанулся на пятках, принимая удар. Пара серебряных ножей-бабочек встретила железный шип со звонким лязгом; оба бойца отлетели назад на полметра.
В то же мгновение с фланга рассекла воздух кружевная розовая трость-зонтик. Бай Жояо заблокировал и этот выпад.
На площади перед Храмом Неба развернулась безупречная, смертоносная схватка высших игроков.
Три тени сплелись в бешеном калейдоскопе ударов. Вскоре одежда на всех троих оказалась рассечена, на коже выступила кровь. Больше всего досталось Бай Жояо. Стерев с лица улыбку, он холодным, выверенным взглядом ловил каждое движение Тан Мо и Фу Вэньдо, уклоняясь из последних сил.
Лишь Му Хуэйсюэ успевала следить за траекториями их атак.
Наблюдая за поединком, она всё больше серьезнела. В её зрачках вспыхнул едва заметный золотистый отблеск — казалось, стоит ей зафиксировать взглядом какую-то точку, как туда мгновенно наносился очередной удар.
Бай Жояо резко дернул кистями: оба ножа-бабочки сорвались с пальцев, целясь прямо в глаза Тан Мо и Фу Вэньдо. Не дожидаясь результата, он совершил кульбит и рванул прочь, безжалостно бросая своё оружие. Однако Тан Мо ловким пассом выхватил из кармана невзрачный светящийся камень и подбросил его в воздух. Оружие, точно притянутое гигантским магнитом, с визгом избуксовало в воздухе и намертво прилипло к булыжнику.
«Проклятье!» — мысленно выругался Бай Жояо.
Лишившись клинков, он потерял и доли секунды — Фу Вэньдо сходу скрутил его. Не давая побеждённому ни шанса вырваться, майор активировал цепь любви, мгновенно опутав пленного.
На секунду лицо парня с детским личиком потемнело от злости, но уже в следующее мгновение он перевёл взгляд на противников и вновь расплылся в ехидной ухмылке:
— Майор Фу, связывать людей ты совершенно не умеешь. У меня в запасе есть парочка куда более пикантных узлов, не хочешь опробовать?
Тан Мо сложил зонт и поймал упавший сверху камень.
— Предлагаешь развязать и попробовать снова? Как думаешь, Жояо, хорошая идея?
Бай Жояо состряпал невинную мину:
— Я про развязывание ни словом не обмолвился, Тантан. Ты сам предложил!
Тан Мо игнорировал паясничанье. Взяв камень, он попытался оторвать клинки. Те прочно продержались тридцать секунд, а ровно на тридцатой силовой импульс иссяк, и ножи скользнули вниз. Тан Мо инстинктивно протянул руку, но Бай Жояо тихо приказал:
— Назад.
Клинки закружились с бешеной скоростью, опережая пальцы Тан Мо, описали в воздухе изящную дугу и мгновенно спрятались в рукавах хозяина.
Зрачки Тан Мо сузились.
Артефакт как минимум редкого класса!
Тан Мо мысленно прикинул, какой богатый улов ждёт их после ликвидации этого безумца. Но, взглянув на связанного парня, он вдруг запнулся — выражение лица Бай Жояо настораживало.
После краткой паузы Тан Мо спросил:
— Какая у тебя еще козырная карта в рукаве?
— Меня же намертво скрутил сам Тантан! Откуда у меня козыри? — ухмыльнулся тот. В его тёмных глазах плескалась откровенная насмешка.
Он задавал этот вопрос, но ответ знали оба.
Козырь у него был.
Бай Жояо панически боялся смерти. И хотя сейчас над ним нависла реальная угроза расправы, в глубине души он оставался непоколебимо уверен: сегодня он не умрёт.
Тан Мо не мог понять, на чём строится эта безумная уверенность.
Подступив ближе, Му Хуэйсюэ с интересом заметила:
— Мне тоже любопытно, скользкий ты наш Счастливчик Яо. Неужто выпутаешься? Сразу предупреждаю — заступаться не стану, мы едва знакомы.
Бай Жояо изобразил глубокое эмоциональное потрясение. Не будь он связан, наверняка утер бы фальшивую слезу. Но, поняв, что ни Тан Мо, ни Му Хуэйсюэ на спектакль не покупаются, он перевёл взгляд на Фу Вэньдо и хихикнул:
— Майор Фу, а ведь ты сохранишь мне жизнь.
Фу Вэньдо медленно поднял взгляд, бросив из-под лобья сухое:
— С чего бы?
— Во-первых, — начал Бай Жояо, — в игры я наигрался. Веселье весельем, но своя шкура дороже. Впредь я не стану специально вставлять вам палки в колёса. Конечно, если судьба сведёт нас в одном подземелье — не обессудьте, это случайно. Впрочем, и там пакостить нарочно я не буду. — Он обиженно скривился: — Да я вообще никого в жизни не убил! Тантан, вспомнить хоть ту галерею у Королевы Сердец: я ведь только присматривался к твоему лунному цветку, но так и не отобрал! Да если бы и отобрал — ты бы всегда мог отнять его у этого пацана и спокойно пройти квест.
— Это еще что значит — отнять у меня?! — вспыхнул Фу Вэньшэн.
— Я гипотетически! Обошлось же тогда, — невинно отозвался парень.
Младший Фу порывался съездить психопату по физиономии, но Чэнь Шаньшань придержала его за рукав:
— Ты ему не соперник.
Фу Вэньшэн застыл.
Слабые тут вообще слова не имеют?!
Обиженный мальчуган отступил за спину брата и потребовал возмездия:
— Брат, вломи ему!
Фу Вэньдо смерил связанного холодным взором:
— Это всё?
— Во-вторых, — продолжил Бай Жояо, фиксируя взгляд на майоре, — я отдаю секрет Чёрной башни в обмен на свободу. Тантан, не кипятись! Сведения того стоят. Как ты можешь судить, не выслушав?
Тан Мо сжал рукоять зонта:
— И что за сведения?
Бай Жояо выдержал театральную паузу. Тень от Храма Неба укутала его фигуру.
— Полгода назад, за три дня до запуска игры... Я выполнял секретное задание в Чунцине. В разгар операции сердце вдруг заколотилось как бешеное. Я пытался волевым усилием подавить аномалию, но потерял сознание прямо в подземном коллекторе.
Зрачки Тан Мо сузились. Он мгновенно понял, к чему клонит собеседник.
— Мой пульс тогда подскочил до ста девяноста четырёх ударов в минуту.
— Настоящая цифра? — сухо перебил Фу Вэньдо.
— Угадай, — подмигнул Бай Жояо.
Естественно, он лгал.
Полгода назад в Шанхае, в штаб-квартире НИИ Чёрной башни, доктор Ло Фэнчэн поделился с ними информацией о том, что перед аномалией у единиц наблюдался аномальный пульс. Тан Мо и Фу Вэньдо тогда подтвердили этот факт. Но из осторожности все трое соврали: Тан Мо, чей пульс на пике составлял 532 удара, назвал цифру 169. Фу Вэньдо назвал 171 удар — естественно, тоже с потолка.
Однако суть заключалась в другом.
— О тахикардии у избранных нам давно известно, — заметил Тан Мо. — В чём новость?
— А в том, что я знаю, что именно означает этот всплеск.
Тан Мо переглянулся с Фу Вэньдо, оба промолчали.
— И что же? — вмешалась Му Хуэйсюэ.
Бай Жояо лишь хитро улыбался, переводя взгляд с одного на другого.
— Говори, — потребовал Фу Вэньдо.
— Значит, майор согласен меня отпустить?
Фу Вэньдо помолчал пару секунд, обменялся быстрым взглядом с Тан Мо и коротко роздал:
— Идёт.
— Число ударов само по себе не играет роли, — заговорил Бай Жояо. — Оно лишь показывает, насколько могущественным был прежний обладатель твоей способности. Чем выше пульс, тем сильнее был тот игрок.
Тан Мо резко обернулся к Фу Вэньдо. Тот ответил тем же быстрым, пронзительным взглядом.
«Описание твоей способности?!»
«Угу. Именно так».
— Прежний обладатель?! — ахнула Чэнь Шаньшань.
— Именно, — кивнул Бай Жояо. — Из семи миллиардов населения часть стала Выжившими, часть — Возвращенцами. Среди Выживших Официальные игроки и Нелегалы получили способности сразу. Среди Резервистов их обрели те, кто прошёл Первый уровень Башни. Что касается Возвращенцев... — Он взглянул на Му Хуэйсюэ.
Та спокойно пояснила:
— В нашем мире на седьмой день Эпохи Тьмы Первый уровень закрыли все оставшиеся в живых — шестнадцать сотен миллионов человек.
Иными словами, способности получили как минимум полтора миллиарда Возвращенцев. И хоть их отряд поредел до трёхсот тысяч, в сумме набирались астрономические цифры.
— Владеющих способностями людей было под два миллиарда, — усмехнулся Бай Жояо. — Но дело даже не в этом.
— Ближе к сути, — сквозь зубы процедил Тан Мо.
— Хочешь сказать, до нас способностями уже кто-то владел? — уточнила Чэнь Шаньшань.
— А кто сказал, что те обладатели были людьми?
Девочка осеклась.
— Кто же они? — спросил Фу Вэньдо.
— Понятия не имею! — отрезал Бай Жояо и тут же затараторил, видя, как сжимаются кулаки Тан Мо: — Зато я точно знаю: тахикардия случалась у тех, чья способность уже существовала ранее у игрока, полностью закрывшего Седьмой уровень Чёрной башни. Моя «Все смертны»... — Парень сокрушенно вздохнул: — Впрочем, какая уж тут тайна. Тантан давно всё выведал, да ещё и скопировал её себе.
Му Хуэйсюэ бросила на Тан Мо долгий взгляд.
Тот лишь сдержанно отвесил сплетнику пинок под зад за слив информации.
— Моя «Все смертны», твоя туманная способность, стальная трансформация майора — всё это уже принадлежало кому-то, кто прошёл Чёрную башню до самого верха. А вот штурмовали ли они нашу Башню или какую-то другую — тут уж извиняйте, не ведаю.
Даже вымаливая пощаду, этот гад ухитрялся вызывать непреодолимое желание своротить ему челюсть.
Тан Мо взвешивал сказанное.
— С чего нам тебе верить?
— Я чист перед вами, как дева!
— Слову твоему грош цена.
Бай Жояо прищурился и выбросил очередной козырь:
— Эти сведения я получил от босса Чёрной башни. Очень высокоуровневого босса. Тантан, по твоей мине вижу вопрос: с чего бы монстру делиться секретами? Ну... наверное, я просто душка!
Тан Мо занёс ногу для удара, и Бай Жояо затараторил:
— Ладно-ладно! Я закрыл скрытый квест, к тому же мы с ней однофамильцы — она тоже Бай. Вот она и сжалилась! Честное слово, я не вру!
Тан Мо чуял: тут нет лжи. Сведения обладали огромной ценностью. Он мысленно запечатал полученную информацию, решив переварить её позже вместе с Фу Вэньдо и Чэнь Шаньшань — как только покончит с Бай Жояо.
Именно так: ни Тан Мо, ни Фу Вэньдо и не думали оставлять этого шута в живых.
Тан Мо редко нарушал обещания, а Фу Вэньдо тем более славился офицерской честью.
Но перед ними стоял Бай Жояо.
Тан Мо помнил: тот держит слово перед чужими (даже с Нинь Чжэном он обошёлся честно, не слив его секреты после провала их сговора). Но Бай Жояо пообещал лишь «не искать встреч намеренно». А что произойдёт при случайном совпадении в подземелье?
Его колоссальная сила внушала опасения. А трусливые люди всегда невероятно мстительны.
Между «устранить угрозу на корню» и «отпустить тигра в горы» Тан Мо без колебаний выбирал первое.
Фу Вэньдо дал слово лишь потому, что Бай Жояо верил майору, но ни на грош не верил Тан Мо. И майор в тот самый миг коротко дал понять партнеру взглядом: «Нарушить слово в данном случае допустимо».
Пальцы Тан Мо бесшумно скользнули к рукояти зонтика. Фу Вэньдо замер рядом с каменным лицом.
И ровно в тот момент, когда Тан Мо собрался нанести смертельный выпад, Бай Жояо уставился на Фу Вэньдо и выронил:
— И третье.
Тан Мо замер.
Му Хуэйсюэ фыркнула:
— Невероятно. Уловкам Счастливчика Яо нет конца. Ну-ка, чем ты удивишь на этот раз, чтобы избежать расправы?
Бай Жояо искренне посмотрел на Фу Вэньдо:
— Восемнадцатое июля четырнадцатого года. Мьянма, Мичина, река Нмайхка.
Фу Вэньдо изменился в лице:
— Так это был ты?!
— К вашим услугам, милый F! — откликнулся парень, подмигнув.
Майор погрузился в молчание. Спустя вечность он произнёс:
— Проваливай.
Веревка причинности вернулась в руки хозяина. Тан Мо на мгновение изумился, но промолчал.
Изобразив глубочайшую обиду, парень пожаловался Тан Мо:
— Тантан, ты и впрямь меня так ненавидишь?
— А ты и впрямь так жаждешь сдохнуть, Жояо? — с холодной усмешкой парировал Тан Мо.
Бай Жояо развёл руками и в следующее мгновение растворился в густых зарослях парка Храма Неба.
— Так вот кто четыре года назад отправил то шифрованное донесение, — задумчиво произнесла Му Хуэйсюэ.
— Что произошло? — обратился Тан Мо к майору.
Фу Вэньдо кратко изложил суть.
Тан Мо был поражен: мерзкий, суматошный клоун Бай Жояо некогда спас элиту китайского спецназа.
Четыре года назад группа «Сяолун» под командованием Фу Вэньдо совместно с другим отрядом спецназа готовила штурм укрытия наркобарона в Мичине. За ночь до операции местный мальчишка передал им леденец, внутри которого таилась записка:
«Ловушка. Вас ждут.
— F»
Рядом красовался рисунок: черепаха, накрытая тазом и беспомощно барахтающаяся на спине.
За буквой F скрывался Фокс.
— Судя по всему, Счастливчик Яо выполнял там своё задание и случайно наткнулся на засаду, — подытожила Му Хуэйсюэ. — В наших кругах никто не знает личностей и маршрутов коллег. История в Мичине наделала шума. Но не переживайте: честность Флая известна так же хорошо, как и его скверный характер. Обещания он держит неукоснительно.
— Всё равно надо было настучать ему по шее... — проворчал Фу Вэньшэн.
Тан Мо и Фу Вэньдо обменялись взглядами: новости от Бай Жояо требовали детального разбора в спокойной обстановке.
Солнце клонилось к западу, заливая площадку тёплым светом. Му Хуэйсюэ была высокой, но уступала в росте Тан Мо и Фу Вэньдо. Взгляд Тан Мо скользнул к её шее, где висели полупрозрачные золотистые цифры:
[260126]
В подземелье «Диковинная торговая улица Санта-Клауса» способности отключались. Лишь выбравшись наружу, Тан Мо заметил, что Нинь Чжэн успел избавиться от статуса Возвращенца и стать Официальным игроком.
Му Хуэйсюэ же оставалась Возвращенцем.
Чтобы сменить статус, требовалось ликвидировать пятерых Официальных игроков. Для неё это не составило бы ни малейшего труда. И всё же она не торопилась.
— Почему? — спросила Чэнь Шаньшань.
Му Хуэйсюэ питала к детям особую слабость. Чуть наклонившись к девочке, она тепло переспросила:
— Что «почему»?
«Неужели я настолько маленького роста?» — мысленно вздохнула Чэнь Шаньшань и повторила:
— Ты до сих пор Возвращенец.
Кто угодно мог застрять в этом статусе, только не Му Хуэйсюэ — сильнейший боец среди трёхсот пятидесяти тысяч Возвращенцев, чей запас времени отдыха превышал показатели второго места в разы. Ответ кролся лишь в одном.
Му Хуэйсюэ лишь улыбнулась:
— Какая разница? Всё равно я скоро умру.
Она действительно искала гибели.
Свыкшись с её присутствием — к тому же помня, как Му Хуэйсюэ помогла ему выбить пятерку на игральной кости, — Фу Вэньшэн осмелел:
— А... цифра на шее... Ты правда убила столько людей?
— За убийство Возвращенца без запаса времени дают десять минут, — охотно разъяснила она. — Если у жертвы есть запас, ты получаешь эти десять минут плюс половину его времени. Как думаешь, малец, сколько на моём счету? Кстати, как тебя зовут?
— Фу Вэньшэн, — ответил за брата майор.
Му Хуэйсюэ понимающе всплеснула руками:
— Так вот в чём дело! Вы меня провели! — Она лукаво взглянула на Тан Мо: — В Сахарном домике ты делал вид, будто впервые видишь мальчугана, и я поверила. Наверное, атмосфера на Земле слишком расслабляющая.
Фу Вэньшэн недоумённо вытаращился на неё. Ему Земля совсем не казалась мирной, пусть Выжившим и повезло чуть больше Возвращенцев.
Му Хуэйсюэ указала пальцем на полупрозрачный таймер у шеи:
— Смену статуса я игнорирую по двум причинам. Во-первых, лень — всё равно скоро конец. Во-вторых, с этой гирляндой надо мной ни одна душа по дороге от Гуанчжоу до Пекина не рискнула напасть. Оч-чень удобно! — подмигнула она, с удовольствием перейдя на кантонский диалект.
— Ты хочешь, чтобы Фу Вэньдо сразился с тобой насмерть? — уточнил Тан Мо.
— Именно.
— Почему?
— Во-первых, — пожала плечами Му Хуэйсюэ, — Возвращенцы берегут свои шкуры. Никто не бросит вызов лидеру Рейтинга времени без железной уверенности. А я скучаю по дракам с равными.
Тан Мо искренне удивился: он и не подозревал о такой бойцовской жилке в этой женщине.
— А вторая причина? — спросил Фу Вэньдо.
Она взглянула на него с абсолютной серьезностью:
— Она связана с моей способностью. Но прежде ответь: майор Фу, ты принимаешь вызов?
— Сколько людей на твоей совести? — не ответив прямо, спросил майор.
Му Хуэйсюэ словно ждала этого вопроса:
— Семьдесят шесть.
— Так мало?! — не удержался Фу Вэньшэн.
Семьдесят шесть кажется внушительной цифрой (у самого Тан Мо за весь период счет не превышал двух десятков), но для лидера Рейтинга времени с запасом в двести шестьдесят тысяч минут — это была мизерная цифра.
— Сто двадцать тысяч из этого запаса я забрала у прежнего номер один, — Му Хуэйсюэ касалась прозрачных золотых цифр, от которых веяло тонким запахом запекшейся крови. — Остальные четырнадцать тысяч — от тех, кто пытался со мной расправиться, когда я заняла его место.
Её губы тронула холодная, хищная улыбка, обнажившая острый клычок.
— До того боя моего имени не было в списках. Неизвестная женщина, сокрушившая сильнейшего... Разумеется, я стала желанной добычей. Разве не соблазнительно?