Пояснения Чёрной башни завершились, и Тан Мо с Фу Вэньдо покинули мост Наньпу. Сориентировавшись в обрушившейся на них ситуации за считаные секунды, они не поддались панике и первым делом принялись осматриваться.
Разделившись, напарники проверили оба конца узкого, тёмного переулка, где едва мог протиснуться один человек. Тан Мо, вернувшись от своего края, сообщил:
— Там речушка, ни души.
Фу Вэньдо, проверивший противоположную сторону, отозвался:
— А у меня улица.
Глаза Тан Мо блеснули.
— Народу немного, прошли трое или четверо. На игроков не похожи, скорее на местных жителей — подземников, — добавил Фу Вэньдо и, сделав паузу, поднял взгляд к макушке спутника, над которой мягко мерцала английская литера «B». — Похоже, от этого значка так просто не избавиться.
Он протянул руку, пытаясь коснуться буквы, но пальцы безвредно рассекли светящийся воздух.
— Ты ведь слышал объявление, Фу Вэньдо? — спросил Тан Мо.
— Двадцать один игрок, прошедший первый уровень Чёрной башни, плюс мы с тобой? — уточнил тот. — Слышал.
Тан Мо пристально взглянул на него:
— Все эти двадцать один человек находятся на уровне первого этажа. В прошлом месяце Чёрная башня принудительно запустила подземелье Сочельника, вынудив многих вступить в игру. По моим подсчётам, за прошедшие полтора месяца первый уровень во всём мире смогли пройти как минимум тысячи игроков. Чэнь Шаньшань — одна из них, а она состоит в организации «Атак». Так что нет ничего удивительного в том, что в Шанхае набрался двадцать один игрок для сборного подземелья.
— На этом этапе уровень игроков крайне неоднороден, — заметил Фу Вэньдо.
Тан Мо кивнул:
— Верно. Когда я штурмовал второй уровень, то встретил двоих: твоего младшего брата и того типа, Бай Жояо. Сказать честно, твой брат сообразителен, но боевой мощью особо не выделяется — обычный средний уровень среди тех, кто прошёл первый этаж. А вот этот Бай Жояо — совсем другое дело. Он формально тоже числится игроком первого уровня, но по факту легко прошёл бы и второй. Просто сам не стремится штурмовать башню.
Причин избегать штурма предостаточно: большинство вообще не горит желанием лезть в башню. Даже сам Тан Мо старался держаться от неё подальше, пока система не втягивала его насильно — то из-за «Монополии Марио», то из-за игры Железного сапожника. Бай Жояо обладал колоссальной силой, но пока он не привлекал внимания Башни и не встревал в игры, система не могла заставить его проходить испытания.
Обычные игроки первого уровня Тан Мо не пугали. Беспокойство вызывали такие монстры, как Бай Жояо — те, чьи реальные возможности давно перешагнули первый этаж.
— Если все двадцать один — среднестатистические игроки, наши шансы и без того невелики. А если среди них окажется пара отморозков вроде того же Бай Жояо... — Лицо Тан Мо мрачнело с каждой мыслью.
Фу Вэньдо едва заметно усмехнулся:
— Золотых монет короля всего две.
Тан Мо слегка растерялся и поднял на него взгляд.
Фу Вэньдо сначала указал пальцем на себя, затем на Тан Мо:
— Двадцать один охотник и всего две монеты. На всех не хватит... — Он ненадолго запнулся, видимо, сочтя сравнение себя с добычей не самым удачным, но тут же продолжил: — Тан Мо, те двадцать один человек — вовсе не союзники друг другу.
Монет всего две, а игроков двадцать один. Ещё в игре Пиноккио за единственную монету сражались восьмеро: один погиб на месте, троих отправили на штурм. На этот раз получить монету вроде бы проще — достаточно убить А и B. Но станут ли игроки действовать сообща, если награда делится только на двоих?
Тан Мо прекрасно понял ход его мыслей, но отвечать не спешил. Вместо этого он вдруг усмехнулся:
— А мы с тобой... союзники?
Фу Вэньдо спокойно принял его пристальный взгляд.
— За убийство Господина A положена одна Золотая монета короля, — проговорил Тан Мо. — Майор Фу, если я прикончу тебя... получу монету?
— А за убийство Господина B я тоже получу монету? — с невозмутимой полуулыбкой парировал Фу Вэньдо.
В полумраке узкого переулка они молча смотрели друг другу в глаза. Наконец Тан Мо нарушил тишину:
— Двое против двадцати одного. Рискнём?
Уголок губ Фу Вэньдо дёрнулся вверх:
— Погнали.
Мешкать не следовало. Приняв условия этой заведомо несправедливой игры, напарники двинулись к выходу из переулка. Напоследок они испробовали все возможные способы скрыть светящиеся символы над головами: закрывали руками, подставляли ткань одежды, но мягкое сияние букв непреклонно пробивалось сквозь любые препятствия.
Поняв бесполезность этих попыток, они прекратили мудрить и, внимательно оценив обстановку снаружи, неторопливо вышли из укрытия.
Прохожих на улице было немного. На пришельцев никто не обращал внимания, словно и не замечая мерцающих литер. Тан Мо даже специально прошёл мимо двухметрового верзилы, выставив яркую «B» прямо перед его глазами. Гигант лишь мельком скользнул по нему взглядом и, крепче прижав к груди банку со сладким мёдом, молча обогнул его по дуге.
— Они не видят буквы? — усомнился Тан Мо.
— Похоже на то, — прикинул Фу Вэньдо, наблюдая за прохожими. — Но это касается только местных. На игроков это ограничение вряд ли распространяется.
Тан Мо кивнул:
— Сначала в Диковинный цирк. Наша задача — в течение семи дней уберечь монстра от похищения. Для начала нужно найти само существо.
Достав из рюкзака тонкую рекламную листовку, Тан Мо развернул её. Фу Вэньдо с любопытством пригляделся.
— Это афиша Диковинного цирка, которую я раздобыл с помощью одного предмета. На ней есть схема проезда.
Он указал на незамысловатую карту, набросанную от руки в нижнем углу. Быстро сверившись с ориентирами, они отправились по указанному маршруту.
Листовку Тан Мо выбил с помощью Шляпы Марио во время игры «Забей крота» в Долине монстров. Вонючая фуражка регулярно выдавала ему кучи всякого хлама — от гнутых канцелярских кнопок до недоеденных тухлых пирогов, но всё, что казалось хоть немного полезным, Тан Мо бережно сохранял про запас.
Фу Вэньдо мельком глянул на схему, затем перевёл взгляд на макушку Тан Мо. Кажется, он о чём-то догадался, но, дабы не доводить своего вспыльчивого напарника до греха и не толкать его в объятия тех двадцати одного игрока, лишь едва заметно усмехнулся и удержал догадку при себе.
Ориентируясь по карте, они без труда разыскали Диковинный цирк.
Остановившись перед колоссальным сооружением, Тан Мо невольно изумлённо округлил глаза. Огромный купол гигантского шатра возносился к самому небу, заслоняя свет. Растянутый на толстых тросах, он был украшен яркими разноцветными лентами, трепетавшими на ветру — точь-в-точь как на детских праздниках.
Но масштабы постройки поражали: это был не просто шатёр, а настоящий монументальный циклопический дворец. На его фоне любые люди казались лишь крошечными букашками.
Застыв у входа, Тан Мо и Фу Вэньдо обменялись короткими взглядами. Без лишних слов оба пришли к единому решению: нужно незаметно пробраться внутрь.
Однако не успели они сделать и шага, как со стороны входа раздался пронзительный, визгливый голос:
— Ой-ой-ой, ну наконец-то вы соизволили явиться!
Ладонь Тан Мо мгновенно легла на рукоять кружевного зонтика от солнца, а Фу Вэньдо бесшумно развернулся навстречу приближавшемуся коротышке. Из глубины территории к ним подпрыгивающей походкой бежал карлик, ростом едва ли доходивший Тан Мо до бедра. На голове у него красовалась ярко-зелёная шапка. Добежав до гостей, он разинул рот, собираясь что-то гаркнуть, но вместо этого оглушительно выдохнул:
— А... а-апчхи!
На носу карлика надулся огромный зелёный пузырь. Коротышка резво втянул сопли обратно, утёрся рукавом и, уперев руки в бока, сварливо уставился на пришельцев:
— Господин A, Господин B! Мы вообще-то деньги платили! Вы какого лешего копались и заявились только сегодня, а?! — И он вытаращил на них свои выпученные глаза-бусины.
Выглядел он настолько комично, а эпизод с соплями вышел столь отвратительным, что никакой угрозы в его выходе Тан Мо не разглядел.
Немного помолчав, Тан Мо спросил:
— Ты знаешь, кто мы?
Гном подпрыгнул на месте от возмущения:
— Да в Подземном королевстве нет ничего, о чём бы не знал я, Чихающий дух! Ты — Господин A! — Он ткнул пальцем в Фу Вэньдо, а затем перевёл указку на Тан Мо: — А ты — Господин B! Вы что, за дурака меня держите?! У вас над головами такие буквищи горят! Я, конечно, люблю чихать, но читать-то умею!
Взгляд Фу Вэньдо мгновенно потяжелел, но в голосе сохранилась полнейшая невозмутимость:
— О как? Значит, ты видишь буквенные знаки над нашими головами?
— Естественно! — буркнул Чихающий дух.
— А вот прохожие на улице их почему-то не замечали.
Чихающий дух аж вне себя заходился от праведного гнева:
— Сравнили тоже! Каких-то уличных невежд с законными работниками Диковинного цирка! У нас государственная служба, официальное трудоустройство! Во всём королевстве только персоналу нашего цирка дарована привилегия видеть эти литеры! Думаете, такой привилегией козыряет каждый встречный?!
— То есть только вы? — уточняя, переспросил Фу Вэньдо.
— Ну, само собой... — Чихающий дух резко осёкся и удручённо добавил: — Ладно-ладно, ещё те проклятые грабители, что собрались утащить монстра. Они тоже видят ваши буквы.
От этих слов Тан Мо и Фу Вэньдо прищурились, их мысли заработали с бешеной скоростью.
Тан Мо решил не терять времени даром:
— Где монстр? Веди нас к нему.
— Чего-о? Так его тут нет! — уставился на него Чихающий дух.
— Как нет?
— Директор только вчера его скрутил и ещё не успел переправить из Мира монстров. Как раз сегодня его должны тайком доставить к нам в цирк! Господин A, Господин B, вы чего тут прохлаждаетесь?! Живо дуйте на пристань встречать груз! Если эти проходимцы сперут монстра... — Гном в ужасе округлил глаза, будто представил нечто совершенно чудовищное. — Всё, нам конец! Директор нас всех на ремни порежет, живьём закопает!
Мечущийся в панике Чихающий дух описал три круга вокруг Тан Мо и Фу Вэньдо. Набегавшись до изнеможения, он остановился и с изумлением обнаружил, что наёмники даже не шелохнулись.
— Вы чего встали как вкопанные?! Марш на пристань!
Напарники молча переглянулись. Где находится пристань, они понятия не имели, поэтому просто сохраняли невозмутимый вид и в упор разглядывали гнома.
Под их непроницаемыми взглядами Чихающий дух постепенно начал нервничать. Он ещё пару раз истерично покричал, требуя немедленно отправляться за монстром, но наёмники не сделали ни шагу. В конце концов гном не выдержал, сдавленно зарычал и с глубочайшим огорчением выудил из кармана пять медных монет:
— Да чтоб вас! Опять деньги вымогаете! Нате, вот аванс от директора! Только ради всего святого, бегите на пристань, не дайте ворам сбежать с добычей!
Тан Мо невозмутимо забрал медяки. Напарники продолжали стоять как истуканы.
Чихающий дух едва не заплакал от досады:
— Ну ладно, ладно, забирайте все десять монет! Это всё, что выдал директор, честное слово! Давайте живо, монстр не должен достаться этим мерзавцам!
Упёршись обеими руками, гном с бранью вытолкал Тан Мо и Фу Вэньдо к перекрёстку. Не дав им сказать и слова, он прошмыгнул обратно на территорию цирка и нырнул под полог шатра. Прижав ладонь к бешено колотящейся груди, коротышка вытащил из кармана блестящую серебряную монету и коварно ухмыльнулся:
«Хе-хе-хе! Старого Чихающего духа не проведёшь, самое вкусное я приберёг себе!»
Хлоп!
Полог шатра резко отдёрнулся. Чихающий дух от неожиданности едва не подпрыгнул, вылупив глаза.
Услышав его бубнение, Тан Мо слегка удивился. Фу Вэньдо, стоя за его спиной, упёрся рукой в ткань шатра и свысока смерил коротышку взглядом. Гном оцепенел, сжимая в кулачке маленькую серебряную монету.
Опустив взгляд на монетку, Тан Мо ровным голосом произнёс:
— Вообще-то я просто хотел спросить... как пройти к пристани?
Чихающий дух: «...»
Минуту спустя Тан Мо, разжившись у несчастного гнома одной серебряной и десятью медными монетами, зашагал в сторону пристани.
— На Золотую монету короля можно отказаться от участия в игре. Интересно, дают ли серебряные и медные какие-то особые бонусы? — задумчиво проговорил Фу Вэньдо.
Тан Мо покачал головой:
— Система не дала никаких подсказок, когда я взял деньги. На данный момент они выглядят как обычная валюта. Тот же Санта-Клаус упоминал, что даже у него есть всего восемь Золотых монет короля. Особые артефакты не даются так просто. Скорее всего, это действительно обычные деньги.
— К тому же, — продолжил Тан Мо, — раньше я уже получал медную монету от Волка-бабушки, и Чёрная башня тогда ясно дала понять, что её можно обменять на предметы. В глазах системы монеты уступают по ценности полноценным артефактам.
Фу Вэньдо подметил главное:
— Ты хорошо знаком с Волком-бабушкой?
Тан Мо вопросом о его приключениях у сапожника не задавался, да и сам Фу Вэньдо особо не распространялся.
Тан Мо ненадолго задумался:
— Ну... в некотором роде?
В конце концов, он ведь вроде как приходится ей внучкой?
Развивать эту тему они не стали.
Пройдя полпути, Тан Мо остановился и взглянул на вывеску прирожной пошивочной мастерской.
— Чёрная башня всё же соблюдает базовые принципы честной игры, — произнёс он. — Против нас двадцать один игрок, а нас всего двое. Поэтому система не раскрыла им наши имена, ограничившись позывными «Господин A» и «Господин B».
— И они не знают, кто мы — обычные игроки или местные жители, — добавил Фу Вэньдо.
Переглянувшись, они единодушно повернули к двери ателье.
Через десять минут из мастерской вышли изящный бродячий музыкант и рыцарь в сковывающих доспехах. Серая полумаска скрывала нижнюю часть лица Тан Мо, но оставляла открытыми лишь внимательные, холодные глаза. На голове его сидела слегка помятая остроконечная шляпа с белым пером, ноги облегали высокие кожаные сапоги, а на поясе висела аккуратная флейта — вылитый бродячий бард из сказок.
Тан Мо обернулся к спутнику.
Фу Вэньдо превзошёл все ожидания: он облачился в тяжёлую стальную броню, сверкавшую холодным блеском. Статный, высокий, с длинным мечом на поясе — в таком наряде он действительно напоминал средневекового рыцаря, если бы не глухой серебряный шлем, полностью закрывавший голову. Снаряжение выглядело внушительно, но немного диковато и даже комично — эдакий странствующий рыцарь с чудинкой.
Тан Мо полагал, что его маскировки вполне достаточно, чтобы знакомые игроки его не опознали, но идея Фу Вэньдо оказалась куда более радикальной.
Глядя на этот железный сундук с пером на голове, Тан Мо едва сдержал улыбку:
— Если они принимают нас за подземников, нам стоит избавиться от риска разоблачения и сменить имена. Как тебе имя Тан Цзи?
Голос Фу Вэньдо из-под глухого забрала прозвучал сдавленно и глухо:
— Предлагаешь мне взять твою фамилию?
Тан Мо понял, что тот истолковал предложение неверно:
— Это не фамилия, а имя — Тан Цзи, как у Дон Кихота. В этом наряде ты на него весьма похож.
Фу Вэньдо ненадолго задумался, а затем произнёс:
— А ты тогда будешь Виктором.
Тан Мо замер. Его глаза широко раскрылись. В груди внезапно и часто забилось сердце, а из глубин памяти, где, казалось, всё давно было погребено, на поверхность всплыл давно забытый образ.
Нахлынувшую волну странных, смешанных чувств скрыть не удалось. Спустя долгую паузу Тан Мо тихо спросил:
— Почему именно Виктор?
Лица Фу Вэньдо под шлемом видно не было, но Тан Мо чётко ощущал его устремлённый на него пристальный взгляд.
— «Закончилось ещё одно Рождество, алый цвет залил полосы и звёзды. "Ода военному положению", Виктору Ворошильскому», — спокойно процитировал Фу Вэньдо. — Ты ведь у нас странствующий бард. Тебе это имя отлично подходит.
Тан Мо медленно взял себя в руки и мягко улыбнулся:
— Ладно. Значит, я — Виктор. Пойдём, Тан Цзи, отыщем нашего монстра.