Тан Мо невольно вздрогнул.
В ослепительно белом пространстве шестеро остальных игроков всё ещё увлечённо изучали лежащие перед ними железные карты. Тан Мо же и мужчина в чёрном, разделённые десятком метров, молча пригвоздили друг друга взглядами.
Их взоры скрестились в воздухе. Ни тот, ни другой не произносил ни слова — лишь пристальное, испытающее наблюдение. Рука Тан Мо бессознательно коснулась татуировки в виде спички на левом запястье.
И в этот момент раздалась весёлая, бодрая музыка. Зазвучал мотив «Merry Christmas». Тан Мо мгновенно сбросил оцепенение и настороженно повернулся на звук. Мужчина в чёрном тоже перевёл взгляд.
Все восемь участников одновременно уставились в дальний край белого пространства.
Оттуда, из нескончаемой мглы, доносился фальшивящий голос, раз за разом выводивший: «…we wish you a merry christmas and a happy new year!».
Уходящая в бесконечность белизна выплюнула крошечную чёрную точку, привлекая к ней всеобщее внимание.
Точка приближалась, разрастаясь с каждым шагом. Когда эхо песни заполнило всё помещение, люди наконец разглядели виновника торжества.
Это был тощий деревянный человечек. На его голове красовалась жёлтая шляпка-котелок с красным пером, задорно торчавшим из синей ленты. Наряженный в кожаные сапожки, он гордо выпячивал грудь и во всё горло фальшивил рождественский гимн. К его поясу был пристёгнут обшарпанный старый приёмник, из которого и лилась музыка.
Тан Мо показалось, что этот деревянный манекен ему кого-то напоминает, но вспомнить с ходу не удавалось.
Старшеклассница, стоящая по его сторону, вдруг ахнула:
— Пиноккио!
Услышав это, манекен замолк, развернулся к девушке и победоносно упёр руки в боки. Из приёмника всё ещё гремел аккомпанемент.
— Именно! Я — тот самый красавец и милашка Пиноккио, которого обожают абсолютно все!
Пиу!
Раздался странный мультяшный звук, и длинный деревянный нос манекена вытянулся вперёд.
Пиноккио тут же скривился:
— Ладно-ладно... Не то чтобы прямо все.
Пиу!
Нос удлинился ещё сильнее, превратившись в полуметровую пику.
— Я просто очень милый, а вовсе не красавец!
Пиу!
Марионетка сдулась, словно дырявый шарик, и сникла:
— Да, я и не милый, и не красивый, и вообще никто меня не любит...
Нос мгновенно втянулся в исходное положение.
Пиноккио с досады со всего духу сокрушил приёмник кулаком. Раздался треск, и музыка скрежеща заглохла. Злобно сверкнув глазами на выдавшую его школьницу, отчего та в страхе отпрянула, марионетка широким шагом направилась к гигантской золотой звезде в центре зала.
— «Счастливого Рождества»? Какое ещё Рождество! Проклятый Санта-Клаус, ничего счастливого в этом празднике нет! — Пиноккио со всего размаха пнул золотую звезду и тут же заверещал от боли.
Схватившись за ушибленную ногу, он запрыгал на одной пяточке. Лишь спустя пару минут боль утихла, и деревянный человечек повернулся, оглядев всех присутствующих.
— Вы и есть те самые игроки, которых пригласил Санта-Клаус? — буркнул он.
Тан Мо хладнокровно наблюдавал за марионеткой. Остальные семеро тоже хранили молчание.
— Проклятье, проклятье! Неужели современные человеческие дети совсем не знают, что такое уважение к старшим? Я спрашиваю: вы те самые игроки, что пришли играть в честные карты?!
Выйдя из себя, Пиноккио сорвал с пояса разбитый приёмник и швырнул его на пол. Железяка разлетелась на мелкие осколки. Один из обломков звякнул прямо у ног старшеклассницы; подумав, что деревянный монстр всё ещё злится на неё, она в ужасе отшатнулась назад. Однако не успела она сделать и пары шагов, как уткнулась в невидимую преграду.
Заметив это, Пиноккио прищурился и злорадно оскалился:
— Игра ещё даже не началась, куда ты собралась побежать?
Тан Мо протянул руку и пощупал воздух вокруг себя. Каменная клетка без прутьев: его клетка, как и у школьницы, была ограничена четырьмя прозрачными стенами. Остальные игроки тоже попытались сделать шаг в сторону и наткнулись на тот же барьер.
— Говорят, будто я, Пиноккио, — лживый деревянный мальчик. Ха! Да вы, людишки, в сто крат лживее! Дайте-ка я принюхаюсь... Ох, этот смердящий дух нелегалов! Меня сейчас вырвет от этой вони!
При слове «нелегал» лица всех присутствующих изменились. Тан Мо невольно косился на стоящего по диагонали мужчину в чёрном, но тот оставался совершенно спокойным и встретил его взгляд без единого колебания.
Между тем Пиноккио продолжал выдавать откровение за откровением:
— О-о-о, да тут шлейф... Кажется, нелегал здесь не один! Воняет так, словно разрыли навозную кучу с клопами... Настоящих нелегалов тут как минимум двое! Двое! Чёртов Санта-Клаус, почему мне нельзя просто сожрать этих тварей?! Устроил тут, понимаешь, сюрприз-подземелье Рождественского Сочельника! Какой интерес играть, если никто не умирает?!
Молодой мужчина, стоявший рядом с Тан Мо, мгновенно ухватился за главное.
— Ты сказал... — осторожно переспросил он, — в этой игре никто не умирает?
Пиноккио резко обернулся и въелся в него взглядом:
— Да! Это же праздничное подземелье с подарками, с чего бы людям умирать? Чёрт возьми... Ты что, так любопытствуешь, потому что сам нелегал?!
Мужчина тут же отчаянно замотал головой.
— Нельзя убивать людей... — пробормотал Пиноккио себе под нос и вдруг всплеснул руками, точно вспомнил что-то важное. Он мерзко хихикнул: — А-а, чуть не забыл, о чём просил Санта!
Он подобрал с пола разбитый приёмник и со всего духу грохнул по нему кулаком.
Гр-р-р...
Развалившийся на части корпус неожиданно отозвался искажённой фальшивой трелью. Зажав приёмник в правой руке, Пиноккио высоко вскинул левую. Находясь в самом центре между четырьмя парами игроков, он стремительно волчком закружился на месте и завопил:
— Дорогие человеческие друзья, добро пожаловать в «Игру в честные карты Пиноккио»! С вами ваш лучший друг — Пиноккио!
Пиу!
Нос манекена снова вытянулся, и тот в бешенстве гаркнул:
— Ладно, ладно, не друг я вам! Просто Пиноккио!
Деревянный нос втянулся обратно. В то же мгновение парящая рядом золотая звезда вспыхнула ярким светом, словно подпевая марионетке. В этом сиянии Пиноккио развернулся к группе Тан Мо, сорвал жёлтую шляпу и отвесил театральный поклон. Затем точь-в-точь повторил этот жест, развернувшись на 180 градусов к четвёрке напротив.
Тан Мо приковал взгляд к деревянному человечку, мысленно проговаривая название:
«Игра в честные карты Пиноккио».
Завершив приветствие, манекен отбросил хлам в сторону, хлопнул в ладоши и в мгновение ока оказался прямо перед Тан Мо. Тан Мо от неожиданности едва не выхватил Гигантскую спичку.
Пиноккио похлопал деревянными веками и с улыбкой спросил:
— Дитя, ты любишь лгать?
Все взоры мгновенно устремились на Тан Мо.
Тот судорожно просчитывал подоплеку этого вопроса. Чуть ранее Пиноккио выдал себя ложью, и его нос вырос. Тан Мо не мог предсказать, к чему приведёт неправда сейчас, поэтому за долю секунды проиграл в голове несколько вариантов ответа.
Спустя мгновение он абсолютно равнодушно произнёс:
— Не люблю. Но нет на свете человека, который бы ни разу в жизни не соврал.
Пиноккио тихо усмехнулся и порывом ветра метнулся к стоящему рядом молодому мужчине.
— Дитя, а ты любишь Рождество?
Парня вопрос застал врасплох. Он тяжело сглотнул:
— Ну... Нормально отношусь.
Пиноккио уже стоял перед следующим.
— Дитя, тебе нравится Пиноккио?
— Дитя, ты когда-нибудь получал подарок от Санта-Клауса?
Он обошёл семерых участников, задав каждому по вопросу, пока наконец не замер перед мужчиной в чёрном.
Деревянная рожа расплылась в доброжелательной ухмылке:
— Дитя, а ты слышал... о Золотой монете короля?
Тан Мо резко поднял глаза на Пиноккио.
Мужчина в чёрном пристально смотрел на деревянную куклу.
— Нет, — отчеканил он низким голосом.
Пиноккио похлопал в ладоши, отбив перед ним чечётку, и в следующий миг снова оказался возле золотой звезды.
— Никто из вас не соврал, вы все честные дети! — с чувством изрёк манекен. — А только честные дети имеют право участвовать в «Игре в честные карты Пиноккио»! Скоро Рождество, и вчера вечером Санта-Клаус лично пришёл ко мне и сказал, что приготовил грандиозный сюрприз для всех послушных детей.
Пиноккио обнял огромную звезду обеими руками и сам себе изобрёл звуковое сопровождение:
— Та-да-дам! Да-да, именно она — Рождественская золотая звезда Санты!
Женщина средних лет, стоящая напротив Тан Мо, пробормотала:
— Рождественская золотая звезда...
— Именно! — Пиноккио мгновенно очутился прямо перед ней, отчего бедняжка чуть не повалилась на пол.
Деревянная клешня подхватила женщину за локоть, возвращая в вертикальное положение.
— Ты не ушиблась, моя честная подруга? — елейно пропел манекен, хотя на его лице явственно читалась злорадная ухмылка.
Он вновь отпрыгнул к звезде:
— Санта считает, что каждый хороший ребёнок в Сочельник должен получить подарок. И меня это страшно злит!
Маленький деревянный человечек упёр руки в бока:
— Я спросил Санту: откуда тебе знать, кто хороший, а кто плохой? Скажи мне, какими должны быть хорошие дети?
Он ткнул пальцем в старшеклассницу.
Девушка побледнела и, немного помедлив, заикаясь выдавила:
— Нежные, добрые... И те, кто помогает другим?
Пиноккио скривился:
— И всё?
Школьница судорожно пыталась вспомнить ещё хоть что-то, пока лицо манекена становилось всё угрюмее. Девушка уже готова была расплакаться, когда Тан Мо спокойно произнёс:
— Хорошие дети — это прежде всего честные люди.
Все повернулись к нему.
Пиноккио поднял вверх деревянный большой палец:
— В точку! Только честный человек достоин называться хорошим ребёнком!
Девушка благодарно шепнула Тан Мо: «Спасибо». Остальные снова перевели взгляды на манекен, и лишь мужчина в чёрном задержал свой взор на Тан Мо ещё на пару секунд. На этот раз Тан Мо не стал смотреть в его сторону, лишь крепче сжал рукав над татуировкой.
Золотая звезда парящая висела в воздухе. Пиноккио подпрыгнул и обхватил её руками.
— Я сказал Санте: только честные дети имеют право получить эту звезду и забрать Золотую монету короля.
Сердце Тан Мо пропустило удар. Он въелся взглядом в сияющую звезду.
Остальные игроки понятия не имели, о чём речь, и лишь со страхом и недоумением следили за действиями куклы.
Пиноккио, задрав нос, горделиво заявил:
— Поэтому сегодня я вместо Санта-Клауса проведу для вас одну игру. Кто победит, тот и заберёт Золотую монету короля. Такое бывало лишь раз в году!
— А что это за Золотая монета короля? — подал голос седой старик, стоявший рядом с мужчиной в чёрном.
Пиноккио вытаращился на него:
— Ты не знаешь, что такое Золотая монета короля?! Это самая высшая, самая редкая валюта во всём Королевстве подземников! С ней можно беспрепятственно входить в любой город и обменять её на целую сотню серебряных монет!
Многие из присутствующих, судя по всему, уже слышали о существовании подземников, так как их лица заметно изменились.
Но то, что Пиноккио произнёс следом, окончательно заставило всех потерять разум:
— Одна Золотая монета короля позволяет пассивно пропустить один штурм Чёрной башни! И ты смеешь говорить, что не слышал о ней?!
— Что?! — ахнули сразу трое.
Дыхание игроков мгновенно стало тяжёлым и рваным. Они уставились на звезду в руках Пиноккио жадными, горящими глазами.
Взгляд мужчины в чёрном тоже на мгновение замер, но в следующую секунду он скользнул по лицу Тан Мо.
Тан Мо же изобразил на лице крайнюю степень изумления — будто услышал о ценности монеты впервые в жизни — и уставился на звезду с неменьшим вожделением.
Мужчина в чёрном едва заметно усмехнулся и отвёл взор.
Когда первая волна шока улеглась, старик дрожащим голосом переспросил:
— И как... Как нам победить в этой игре?
Пиноккио задорно подмигнул:
— Отличный вопрос! Честные дети, видите перед собой эти серебряно-железные карты?
Игроки посмотрели себе под ноги. Каждая четвёрка видела не только свою карту, но и карты своих соседей. Тан Мо пристально рассматривал жетоны на противоположной стороне. Заметив его интерес, Пиноккио ухмыльнулся и громко хлопнул в ладоши.
Бум!
Все восемь карт одновременно развернулись на 180 градусов, демонстрируя лицевую сторону соперникам.
От этого разворота белое пространство ощутимо встряхнуло. Когда гул утих, Тан Мо принялся внимательно изучать вражеские карты. Слева направо он сравнивал их со своими и быстро понял, что первые три комбинации полностью дублируют его сторону.
Пока его взгляд не упал на крайнюю правую карту.
Тан Мо замер.
Перед мужчиной в чёрном стояла карта с изображением властного человека в короне. Он держал в руках драгоценный скипетр и строгим, исполненным величия взглядом смотрел вперёд.
В тот же миг противоположная команда увидела карту перед Тан Мо.
Женщина средних лет ахнула:
— Почему его карта отличается от наших?!
Школьница на стороне Тан Мо тоже воскликнула:
— И у того мужчины напротив тоже другая!
На карте Тан Мо была изображена женщина с длинными волнистыми волосами в роскошной короне. Она бережно прижимала к груди гигантский драгоценный камень, а её облик излучал мягкое, величественное сияние.
Всего на площадке находилось восемь карт: две с изображением оборванных слуг-нулей, две с рыцарями в доспехах, две с учеными министрами, а также Королева перед Тан Мо и Король перед мужчиной в чёрном.
Тан Мо вслух произнёс:
— Раб, Рыцарь, Министр... Король и Королева.
Пиноккио удивлённо воззрился на него:
— Ты знаком с правилами нашей самой известной игры?
Тан Мо качнул головой:
— Нет. Просто эти рисунки довольно наглядны.
Пиноккио хмыкнул:
— Ну да, люди тоже любят подобные забавы. Но тут ты ошибаешься! — Он подскочил к карте с мудрецом и со всего духу постучал по ней: — Это никакой не пророк или учёный. Это Министр! Король и Королева повелевают Министрами, Министры управляют Рыцарями, Рыцари разят Рабов, а Рабы способны поднять восстание. Вот она — самая популярная игра в честные карты в нашем Королевстве!
После объяснения Пиноккио до остальных игроков наконец дошёл смысл происходящего.
Схема казалась знакомой: круговая система иерархии, где сильнейший уязвим перед самым слабым. Король бьёт Министра и Рыцаря, Министр бьёт Рыцаря и Раба, Рыцарь разит Раба, но самый бесправный Раб может поднять бунт и свергнуть Короля.
Но при чём здесь честность?
Школьница неуверенно спросила:
— Наша задача — уничтожить вражеского Короля или Королеву, чтобы победить?
Логика подсказывала, что они разделены на две команды. И цель одной — с помощью своего Раба убить чужого Короля.
Однако при этих словах лицо Пиноккио мгновенно налилось злобой. Он в миг оказался прямо перед девушкой и уставился на неё ледяными глазами:
— Кажется, среди нас появился плохой ребёнок...
Девушка от страха сползла на пол, у неё задрожали губы.
Откинув прежнее паясничанье, Пиноккио обвёл присутствующих холодным взглядом. Затем вернулся в центр и снова фальшиво, задорно улыбнулся:
— Это же праздничное подземелье, с чего бы тут кого-то убивать? Честные мои детишки, это же игра-подарок! Вы не задумывались, почему здесь один Король и одна Королева, а не два одинаковых правителя?
Никто не ответил — люди были слишком напуганы его резкой сменой настроения.
Пиноккио сам ответил на свой вопрос:
— Именно! Потому что это честная и мирная игра. Главное — не победа, а дружба! Восемь карт... Допустим... — Он указал на сторону Тан Мо. — Допустим, вы выставляете Рыцаря, а они — Раба. Что произойдёт?
Тан Мо лишь молча смотрел на него.
— Верно! Их Раб будет повержен и исчезнет. У них останутся лишь Рыцарь, Министр и Король. А у вас — все четыре карты! Им станет почти невозможно победить, ведь их единственный Раб мёртв, и некому угрожать вашей Королеве. Зато ваш Раб всё ещё может убить их Короля!
Это была очевидная математика.
Пока все молчали, молодая женщина из противоположной команды подала голос:
— Я не понимаю... Если Рыцарь бьёт Раба, и тот выбывает... к чему всё это? Как это влияет на нас?
— А кто сказал, что играется именно так?! — огрызнулся Пиноккио. — Это игра в честные карты! Если одна карта подавляет другую, то проигравшая карта не просто сгорает... — Деревянный человечек хитро оскалился. — Это означает лишь одно: вы все оказались нечестными детьми!
Тан Мо догадался, к чему он клонит.
— У этой игры есть единственный гарантированный способ победить: каждый раз выставлять одинаковые карты! Когда обе команды выкладывают одинаковые карты, они взаимно уничтожаются, и раунд заканчивается миром. В нашем Королевстве есть правило: за четыре раунда сначала все выкладывают Рабов, затем Рыцарей, потом Министров. А на четвёртом раунде одновременно выходят Король и Королева, берутся за руки — и игра завершается ничьей. Никто не проигрывает, побеждают абсолютно все!
После этих слов у многих игроков загорелись глаза.
Все побеждают? Значит, каждый гарантированно получит Золотую монету короля?!
— Но! — неожиданно рявкнул Пиноккио. — Золотая монета всего одна! Я поспорил с Сантой. Он утверждал, будто вы хорошие дети и будете действовать сообща. А я ответил, что вы...
Пиноккио ткнул пальцем в Тан Мо:
— Ты.
В парня рядом:
— Ты.
В школьницу:
— Ты.
— И ты, и ты, и ты... И ТЫ! — Он указал на мужчину в чёрном. — Вы все — лживые людишки! Если вы правда сыграете по правилам и выйдете в ничью, я проиграю Санте одну монету.
Старик перебил его:
— Погоди, а какую награду получим мы, если сыграем вничью?
Пиноккио искренне изумился:
— Ха?! Я вас не сожру — разве этого мало?!
Девушка растерялась:
— То есть... Наша единственная награда за честную игру — это просто остаться в живых и уйти ни с чем?
— А вам этого мало? — Пиноккио почесал подбородок. — Ну ладно, Санта сказал, что это будет не совсем похоже на подарок. Поэтому наш спор не окончен. Если вы нарушите порядок, и одна команда наголову разгромит другую...
Манекен отбил чечётку:
— Та-да-дам! Тогда побеждаю я! Санта будет должен мне исполнение желания, а я, так уж и быть, достану ещё три Золотые монеты короля! Все четверо победителей получат по монете и спокойно покинут подземелье!
Сердце Тан Мо ушло в пятки. Он быстренько оглядел своих спутников. Школьница и мужик рядом с ней уже вовсю переглядывались с противоположной командой, выискивая в их глазах ту же откровенную жажду.
На той стороне трое из четырёх смотрели на золотую звезду в руках куклы совершенно безумным взглядом. Лишь мужчина в чёрном оставался невозмутим. Заметив взгляд Тан Мо, он вновь посмотрел на него.
Тан Мо встретил его взор.
Пиноккио продолжал уверять:
— Не бойтесь, детишки! Если будете играть честно — никто не пострадает. Да даже если нарушите правила — всё равно никто не умрёт!
— В каком смысле? — переспросила девушка.
— В честной игре никто не знает, какую карту выставит противник, — пояснил Пиноккио. — Если карты совпали — они сгорают. Если нет — активируется Дуэльная арена! Но не бойтесь, в Сочельник никаких монстров не будет. Карта отправит на дуэль только тех двоих игроков, чьи карты столкнулись! Победитель остаётся в игре, а проигравший... просто отправляется в следующую увлекательную игру!
Девушка прикинула:
— То есть если карты не совпадут, мы просто пойдём на дуэль? Победитель остаётся, а проигравший идёт в другую игру? Это же совсем не похоже на наказание...
Пиноккио хитро прищурил пуговки глаз:
— Вот только следующая игра к Санте уже не имеет никакого отношения! И мирного способа пройти её там нет!
Девушка мгновенно побледнела.
Теперь всё стало предельно ясно.
Если все восемь человек сыграют честно и сделают ничью — они выживут, но уйдут с пустыми руками.
Но если одна команда решит рискнуть, переиграет противника и уничтожит его карты — четверо победителей заберут по Золотой монете короля.
Золотая монета... Возможность пропустить один штурм Чёрной башни.
— У меня вопрос, — раздался низкий, бархатистый голос.
Тан Мо повернулся к мужчине в чёрном.
Тот сперва окинул взглядом группу Тан Мо, задержавшись на нём самом, а затем спросил куклу:
— Если одна команда победит, что станет с проигравшими?
Пиноккио ухмыльнулся:
— Я же сказал, здесь никто не умирает! Проигравшие просто отправятся в следующее подземелье. А уж выживут они там или нет... — Манекен противно захихикал. — Откуда милому и доброму Пиноккио это знать?
Пиу!
Нос деревянного человечка снова вытянулся.
— Ладно-ладно! Я злой и уродливый, а вовсе не добрый!
Нос втянулся обратно.
В этот момент над белым пространством раздался звонкий детский голос Чёрной башни:
[Динь-дон! Сюрприз-подземелье Рождественского Сочельника «Игра в честные карты Пиноккио» официально начинается.]
[Правила игры:]
[- Правило первое: у каждой команды есть четыре карты: Раб, Рыцарь, Министр и Король/Королева.]
[- Правило второе: Король/Королева побеждает Министра и Рыцаря; Министр побеждает Рыцаря и Раба; Рыцарь побеждает Раба; Раб побеждает Короля/Королеву.]
[- Правило третье: каноничный порядок хода в Королевстве подземников: Раб, Рыцарь, Министр, Король/Королева.]
[- Правило четвёртое: если карты команд не совпадают, слабейшая карта уничтожается, и активируется эффект «Дуэльная арена». Представители данных карт сходятся в поединке 1 на 1. Победитель остаётся в игре, проигравший отправляется в подземелье штурма башни (обычный режим).]
[- Правило пятое: карты выкладываются рубашкой вверх. Игроки и Пиноккио не видят выбор соперников.]
[- Правило шестое: перед каждым раундом привязка карт к игрокам меняется случайным образом.]
[- Правило седьмое: команда, потерявшая все карты, признаётся проигравшей.]
[- Правило восьмое: сторона с картой Королевы активирует эффект «Вернуться домой и встать коленями на стиральную доску». Она получает единоразовое право в любой момент задать один вопрос команде с картой Короля. Вопрос не может касаться достоинства карт. Ответчики могут отвечать только «Да» или «Нет». Ложь влечёт немедленное поражение отвечающей стороны и победу вопрошающих.]
[Пиноккио ненавидит честных людей. Он скорее отдаст Золотые монеты четырём прожжённым лжецам, чем позволит честным игрокам уйти невредимыми.]
— Ну что, теперь все поняли правила? — злорадно поинтересовался Пиноккио, сжимая в руках звезду.
Заметив на себе взгляды, он тут же изобразил невинность и похлопал в ладоши:
— Тогда начинаем!
Он со всего духу топнул ногой, и с потолка сокрушительно обрушилась гигантская белая стена.
Именно она ранее разделяла команды. Теперь перегородка снова встала на место.
— Я знаю, что вам нужно обсудить ходы, — донёсся сверху голос Пиноккио. — Пока стена опущена, вы не слышите и не видите противников. Слышу и вижу вас только я, но я подсказывать не стану! — Он сделал паузу и изумлённо хлопнул себя по губам: — Ой, а зачем вам вообще что-то обсуждать? Вы ведь все собирались выложить Рабов, правда?
Белая стена окончательно заблокировала обзор.
Пиноккио устроился на вершине перегородки, уложив золотую звезду себе под бок. Закинув ногу на ногу, он сладко потянулся и ухмыльнулся:
— Ах, до чего же честные и милые ребятишки...