Огромная волчья голова, оскаленная пасть с острыми клыками.
Одетый в длинное чёрное платье гигантский оборотень с размаху обрушил тяжёлую книгу на низкорослую девчушку. Малышка в красном платье с двумя хвостиками мгновенно среагировала: она залезла рукой за спину и прямо из воздуха выхватила Гигантскую спичку. Когда фолиант полетел вниз, Мазайка подставила её, отражая удар.
Раздался оглушительный треск. От силы столкновения девочку отбросило назад, а Волк-оборотень лишь тяжело задышал, даже не пошатнувшись.
— Ах ты ещё и сдачу даёшь?! — взревела волчица.
Малышка, сжимавшая огромную спичку, судорожно сглотнула. За густой пиксельной пеленой лица было не разглядеть, но Тан Мо и Бай Жояо не сомневались: девчонка дрожит от ужаса. Когда Волк-оборотень замахнулась книгой снова, Мазайка визгливо заверещала: «А-а-а, убивают! Убивают!» — струсила, бросила спичку и задала дёру по двору.
Одна удирала во весь дух, другая преследовала её с поднятым фолиантом.
Гигантская спичка прокатилась по земле и остановилась у ног Тан Мо и Бай Жояо.
Бай Жояо прищурился и тихо хихикнул. Впрочем, смех был лишь на губах — взгляд юноши оставался ледяным. Он узнал этот артефакт. Многозначительно глянув на Тан Мо, он наклонился, собираясь подобрать её.
Но в то мгновение, когда его пальцы почти коснулись дерева, из угла двора донёсся дрожащий, слабый голос:
— Не… не трогай!
Бай Жояо замер и поднял голову.
В углу, сжавшись в комок, прятались мужчина и женщина. Они с ужасом следили за перепалкой во дворе. Оба выглядели истощёнными и жалкими: лица в грязи и саже, одежда в крови, под глазами залегли тёмные тени от бессонных ночей.
Говорил мужчина. Запинаясь и трясясь от страха, он поспешил объяснить:
— Не прикасайся! Кажется, будто волк-оборотень увлечён погоней и вас не замечает, верно? Но стоит кому-то поднять эту спичку, как они тут же объединятся и разорвут тебя на части! Слышишь, не бери!
Тан Мо, засунув руки в карманы, с абсолютным спокойствием наблюдал за погоней, будто слова незнакомца его совершенно не касались.
Бай Жояо застыл в полунаклоне, почти касаясь спички. Мужчина решил, что предостережение сработало. Однако юноша с детским личиком лишь протянул протяжное «О-о-о», пробормотал: «Вот оно как, оказывается…» — и снова потянулся к артефакту.
— Да не трогай же! — взмолился мужчина.
Спутница поддержала его отчаянным криком:
— Мы тут шесть дней торчим, ждём четвёртого игрока, чтобы активировать подземелье!
Рука Бай Жояо накрыла Гигантскую спичку. Наблюдатели замерли от ужаса, готовые увидеть кровавую развязку. Но секунды шли, а волчица с Мазайкой даже не повернулись в их сторону.
— Как… почему они не напали?! — пробормотала женщина.
Бай Жояо хихикнул:
— Ну как почему? Потому что я милашка!
Тан Мо одарил его ледяным взглядом, скользнув взором по ладони, висящей в воздухе.
Когда юноша выпрямился, опешившая пара поняла, что улыбчивый безумец просто подшутил над ними. Вся его «хватка» была обманом: пальцы замерли буквально в сантиметре от поверхности дерева.
Лица мужчины и женщины потемнели. Взгляды, брошенные на Бай Жояо, излучали нескрываемое отвращение.
В этот момент Мать-волчица наконец скрутила настигнутую девчонку. Перекинув отлынивающую от учёбы лентяйку через плечо, она потащила её назад. Мазайка колотила её кулачками по спине, издавая глухие звуки, от которых у любого другого захватывало бы дух от боли, но волчица даже глазом не моргнула. Вернувшись в центр двора, она швырнула девочку на землю, приволокла стол со стулом и насильно усадила её.
В тот же миг над кампусом Пекинского университета прозвенел звонкий детский голос:
[Дин-дон! Официально запущено реальное подземелье «Всё остальное ничтожно». Просьба четырём репетиторам войти в «Школу Мазайки»]
Перед Тан Мо и Бай Жояо соткался полупрозрачный синий дверной проём. Такой же возник в углу двора перед мужчиной и женщиной. Те, дрожа от предвкушения, вскочили, распахнули створку и бросились внутрь. Тан Мо последовал их примеру: шагнул в открывшийся проход и принялся закрывать за собой дверь.
— Эй-эй, Тантан, я же ещё не прошёл! — пропищал Бай Жояо и шмыгнул в щель в последний момент.
Оказавшись во дворе, четверо игроков встали рядом. Стоило им переступить порог, как Волк-оборотень резко повернул голову. Его фосфоресцирующие зелёные глаза медленно скользнули по прибывшим. При взгляде на Бай Жояо ноздри волчицы затрепетали, а на морде оскалилась странная ухмылка. Переведя взор на Тан Мо, он сначала опешил, снова принюхался, а затем задрал морду к небу и рявкнул:
— И вот это тоже способно обучать Мазайку?!
[Дин-дон! Обнаружен статус игрока Тан Мо «Презрение Мазайки». Активирован эффект «Учитель, которого я больше всего не люблю». Приоритет игрока Тан Мо: четыре]
[Дин-дон! Обнаружен статус игрока Бай Жояо «Мудрый человек». Активирован эффект «Любимый учитель родителей». Приоритет игрока Бай Жояо: один]
Объявление заставило всех замереть.
Мужчина и женщина с опаской уставились на Тан Мо и Бай Жояо, заново оценивая незнакомцев.
Бай Жояо сиял, словно новенький медяк, с усмешкой глядя на напарника. Тан Мо же едва удерживал лицо, мрачнее тучи.
Какого чёрта… «Презрение Мазайки»?!
Полгода прошло! Эта проклятая метка до сих пор спасть не может?!
Тан Мо с трудом справлялся с эмоциями, но у Матери-волчицы терпение уже лопнуло. Жуткое мохнатое чудовище глухо хохотнуло и сделало шаг навстречу игрокам. Каждое её движение заставляло землю под ногами содрогаться. Мужчина с женщиной вцепились в своё оружие; Тан Мо и Бай Жояо незаметно сжали рукояти — Маленького зонтика от солнца и серебряного ножа-бабочки соответственно.
Волчица остановился прямо перед ними и грубо басил:
— Я — мама.
Игроки настороженно молчали.
Из-за её спины донёсся послушный голос Мазайки:
— Мамочка.
Волчица повторил, повысив голос:
— Я — мама!
Четвёрка продолжала гипнотизировать её взглядами.
Спустя полминуты волчица рявкнула во всё горло:
— Я вам повторяю: я — МАМА!
Тан Мо прищурился, чуть ослабил хватку на зонтике и осторожно выговорил:
— Мама?..
Заметив это, мужчина и женщина тут же подхватили:
— Мама!
Лишь Бай Жояо продолжал кривляться с наглой ухмылкой, игнорируя ритуал. Пара вне себя от злости строчила в его сторону немые проклятия, требуя подчиниться. Лишь когда волчица угрожающе зарычала, готовая обрушить на них когтистую лапу, юноша пропел елейным, отвратительно-слащавым голосом:
— Ма-а-амочка~
Оборотень удовлетворённо хмыкнула.
Уперев руки в бока, она произнесла:
— Сами видите, эта негодная девка думает только о том, как бы отлынивать от учёбы. На днях она спалила Великую степь эльфов! Мне пришлось задать ей трёпку и отвалить кучу денег, чтобы замять скандал. Я позвала вас, чтобы вы выбили из неё всю дурь и заставили учиться!
Не давая игрокам опомниться, волчица гаркнула в сторону стола:
— Паршивка, а ну ползи сюда!
— Мама, ты сама приказала мне сидеть, — пискнула Мазайка.
— А теперь приказываю ползти!
Девочка промолчала, уставившись на мать. И хотя лица под пикселями видно не было, Тан Мо без труда представлял, с каким немым презрением эта мелкая поджигательница смотрит на родительницу. Сделав вид, будто видит Тан Мо впервые в жизни, Мазайка неохотно поплелась вперёд. Едва она приблизилась, волчица сгребла её за загривок.
— Сегодня будете следить за ней в оба глаза. Я отправляюсь на похороны приятеля. И если по возвращении застану её за бездельем… — Волчица с силой топонула ногой. Каменные плиты под ней расчертила паутина трещин, разбежавшихся во все стороны. Оборотень облизнула острые клыки и злорадно оскалилась: —…я вас сожру!
С этими словами она за шиворот швырнула Мазайку обратно на стул. Девочка дёрнулась было встать, но мать рыкнула:
— Куда вонзилась?!
Бедная Мазайка уткнулась носом в столешницу и замерла.
Куда делась её бывалая дерзость, с которой она угрожала Тан Мо в библиотеке? Где та лютая тварь, что подожгла Великую степь эльфов и заставила монстров Чёрной башни в ужасе спасаться бегством?!
Пока остальные переваривали угрозу волчицы, Тан Мо усиленно размышлял.
Лишь он один осознавал истинные масштабы мощи этой пиксельной девчонки. По силе Мазайка ничем не уступала Мисс Индейке. Но перед матерью она стояла ни жива ни мертва, не смея даже снять пелену с лица, чтобы выразить своё презрение. И если волчица решит восполнить ими свой рацион, у них не останется ни единого шанса на спасение.
«Неужели Бай Жояо суждено стать её обедом?»
Тан Мо краем глаза скользнул по фигуре спутника.
Тот мгновенно перехватил его взгляд и приторно наклонил голову:
«Внезапно осознал мою неотразимость?»
Тан Мо отвернулся.
Перед входом в подземелье Пекинского университета он активировал способность «Все смертны» и увидел… сплошной чёрный шар.
Бай Жояо буквально тонул в беспросветном мареве смертной ауры — за этим мраком нельзя было разглядеть ни единого волоска. Сначала Тан Мо списал это на очередную дурную строптивость юноши — мол, тот сдуру хапнет Гигантскую спичку у входа. Но Бай Жояо оказался не настолько глуп и к спичке не прикоснулся. Однако даже после того, как смертельная ловушка осталась позади, густота ауры гибели вокруг него не поредела, а стала лишь плотнее.
Способность «Все смертны» дозволялось использовать лишь трижды в сутки, причём исключительно на одном и том же субъекте. За сегодня Тан Мо испытал её на Бай Жояо дважды — оставалась последняя попытка. Сам же трикстер не догадывался о наличии у напарника подобной способности. По догадке Тан Мо, брошенная ранее фраза * «Ты не умрёшь»* не была ложью: вероятно, тот воспользовался собственной способностью и увидел, что аура смерти над Тан Мо практически отсутствует.
У Бай Жояо гибельная аура зашкаливала. У него самого — отсутствовала.
Внезапная мысль озарила разум Тан Мо:
«Постой-ка… Неужели суть подземелья заключается в…»
— Ладно, мне пора, — нетерпеливо перебила его размышления волчица. — Быстро решайте, кто двое преподают словесность, а кто двое — математику.
Её взгляд пробежался по четвёрке и замер на Бай Жояо:
— Ты. Будешь учить её словесности. — Лишив его права выбора, она тут же добавила: — И подбери себе второго напарника.
Мужчина с женщиной опешили:
— Так вот в чём заключается приоритет?!
Именно так. В этом и состоял приоритет, присуждённый Чёрной башней.
Бай Жояо — приоритет один.
Улыбка на лице юноши расплылась ещё шире.
У незнакомцев нервно задёргались губы. Они постарались отступить как можно дальше, уходя из поля зрения этого увлечённого пакостника. Впрочем, оба были уверены, что выбор его падет не на них. Условия распределения явно намекали на деление по парам, а этот психопат, судя по всему, давно знаком с симпатичным парнем напротив, так что сомневаться в его решении не приходилось.
Со спокойной душой они ожидали вердикта. И тут Бай Жояо сладко пропел:
— Ой, а давай я беру тебя?
Женщина вытаращилась на него в неописуемом ужасе.
Волчица, не церемонясь, отвесила ей увесистый подзатыльник, отбросив прямо к Бай Жояо:
— Развели тут тягомотину, сопляки! Вечно вы, людишки, отнимаете у меня время. Чтобы следили за этой мелкой дрянью в оба глаза! Я пошла на похороны. И если по возвращении застану её за лентяйством… — Голос её понизился до глухого рокота, а жёлтые глаза вперились прямо в Тан Мо: —…начну трапезу с тебя!
Взгляд Тан Мо чуть дрогнул, но лицо осталось непроницаемым.
Тяжёлые шаги оборотня заставили содрогнуться землю, и вскоре волчица с шумом покидала территорию Пекинского университета.
Во дворе осталась лишь пиксельная девчушка, которая удручённо стучала лбом о деревянную столешницу. Пронёсся свежий ветерок. Четверо игроков хранили молчание. Спустя пару минут раздался унылый голос Мазайки:
— И чего вы застыли?
Мужчина с женщиной проявляли осторожность и не спешили проявлять инициативу. Бай Жояо уже разинул рот, намереваясь устроить очередную проказу, как вдруг Тан Мо — всегда отличавшийся крайней осмотрительностью — заговорил первым. Впрочем, трикстер тут же смекнул: раз у Тан Мо имелась Гигантская спичка, они наверняка были знакомы.
Вот только Тан Мо спросил без лишних прелюдий:
— Как запустить игру?
Коротко и прямо в цель.
Мазайка замерла:
—…
Девочка принялась фальшиво всхлипывать:
— Ты даже не посочувствуешь мне! А я хочу устраивать пожары! Я хочу гулять! Не хочу здесь сидеть!
Тан Мо оставался непреклонен:
— Команды сформированы. В чём суть основного испытания?
Мазайка:
—…
В наши дни боссам Чёрной башни даже не дают сыграть роль и побороться за «Оскар»!
Тан Мо выказывал почтение Матери-волчице исключительно из уважения к её силе (с ней в бой вступать было безумием), но мелкую дрянь щадить не собирался. Поняв, что спектакль окончен, Мазайка отбросила капризы. Она поднялась и с силой топнула ножкой. С глухим гулом из земли вырвались голубые лучи света. В центре просторного двора соткалась гигантская сетчатая карта.
Поле представляло собой матрицу размером пять на пять — ровно двадцать пять сияющих квадратов. Мазайка оказалась точно в центре. По угловым секторам висели иероглифы: два левых обозначали «Словесность», два правых — «Математику».
Девочка вяло буркнула:
— Вставайте по местам.
Каждый из присутствующих как минимум преодолел первый уровень Чёрной башни, поэтому лишних объяснений не потребовалось. Тан Мо занял верхний правый квадрат — «Математику». Бай Жояо разместился в верхнем левом — «Словесности». Они оказались друг напротив друга. Юноша расплылся в ядовитой ухмылке, а Тан Мо вновь перевёл взгляд на ведущую:
— Что дальше?
Настроение у Мазайки окончательно испортилось.
Что за бессердечные люди! Ни капли сочувствия к ребёнку! Мечтают лишь о том, как бы побыстрее запустить испытание и заняться её эксплуатацией!
Возмущённая до глубины души, девочка была вынуждена смириться: она снова опустилась на стул и уткнулась лицом в скрещенные руки.
Пара уже собралась потребовать подробностей, но не успела девчонка спрятать голову, как над округой раздался величественный гул Чёрной башни:
[Дин-дон! Активировано основное задание «Всё остальное ничтожно, Мазайка превыше всего»]
[Правила игры:]
[Первое: Мазайка обязана оставаться в центральном квадрате без права перемещения]
[Второе: перед началом каждого раунда игроки обязаны вернуться в квадраты, соответствующие их преподавательской дисциплине]
[Третье: каждые десять минут на игровом поле материализуются двадцать предметов из личной коллекции Мазайки — по одному на каждый свободный квадрат, исключая те, где находятся игроки и сама Мазайка]
[Четвёртое: Мазайка и предметы помещаются внутрь защитных сфер. В момент появления предметов состояние этих сфер (включая сферу Мазайки) определяется случайным образом. Сферы имеют два состояния: «Включено» (свет) и «Выключено» (тьма)]
[Пятое: ступив в квадрат со сферой, игрок мгновенно инвертирует состояние всех сфер, находящихся с ним на одной вертикальной и горизонтальной линиях. Активные сферы гаснут, погасшие — загораются]
[Шестое: ходы совершаются строго в порядке приоритета — от первого номера к четвёртому. За один ход разрешено переместиться ровно на одну клетку в любом из четырёх направлений: вперёд, назад, влево или вправо]
[Седьмое: количество доступных ходов для каждого игрока объявляется перед началом очередного раунда]
[Восьмое: если по завершении всех ходов игрок оказывается в клетке с зажжённой сферой, предмет из неё может быть передан Мазайке. Если сфера самой Мазайки в этот момент погашена, передача невозможна]
[Девятое: перед каждым раундом преподавателям одинаковых дисциплин предоставляется пять минут на приватное обсуждение учебного плана]
[Десятое: в каждом раунде хотя бы в одном из квадратов обязательно появляется книга]
Едва диктор умолк, над синей сеткой всплыли прозрачные полусферы. Самая крупная возвышалась в центре, накрывая с головой сопящую девчушку. Остальные двадцать пока оставались пустыми — испытание ещё не началось.
Благодаря прямоте Тан Мо ознакомление с регламентом прошло необычайно быстро. Он слегка нахмурился, просчитывая в уме комбинации. Мужчина с женщиной тоже напряжённо соображали, пытаясь осмыслить условия. Тан Мо поднял взгляд и столкнулся с байжояовским подмигиванием: юноша улыбался, но в глубине его глаз застыла чистая, концентрированная злоба.
И лишь тут Чёрная башня, вопреки обыкновению, изрекла неторопливую финальную фразу:
[…Жизнь или лоли?]
[Вот в чём вопрос]
[ «Всё остальное ничтожно, Мазайка превыше всего». Первый раунд игры официально начат!]