Попав в сборное подземелье и узнав, что им с Фу Вэньдо предстоит противостоять двадцати одному игроку, Тан Мо сразу задумался о возможном союзе. Однако скрыть личность и изобразить ложное сотрудничество не представлялось возможным: над их головами крупными буквами сияли «А» и «Б». Закрыть на это глаза не смог бы ни один игрок. Каждому встречному сразу становилось ясно, кто перед ним, так что утаить свой статус господина А и господина Б не было ни единого шанса.
Изначально Тан Мо и Фу Вэньдо рассчитывали планомерно убирать соперников одного за другим в течение всех семи дней. Замысел был прост: отлавливать игроков поодиночке — так же, как они поступили с Ван Ингуем и Лао Няо, — и сажать в клетку под личный присмотр. Это лишило бы пленников боеспособности и резко сократило число конкурентов. Продержись они так до конца недели, и противников осталось бы от силы десяток. А после можно было заставить гигантского дождевого червя прорыть подземный ход до самого цирка — туповатый монстр всё равно не сообразил бы, куда и зачем роет.
Однако Чёрная башня смешала им все карты.
Отправив Линь И обратно, Тан Мо вернулся в их укрытие. И когда он приволок девушку, и когда уводил, он оба раза вырубал её, чтобы та не засекла их временное убежище. Едва Линь И сбросили, Фу Вэньдо коротко бросил:
— Меняем дислокацию.
— Идём.
Кивнув, Тан Мо без лишних слов последовал за спутником прочь из пошивочной мастерской.
Место требовалось сменить ради безопасности — на случай, если Линь И сумеет вычислить расположение лавки. Расчёт оказался верным: спустя всего три часа к мастерской спешно подобрались пятеро игроков. Затаившись за полным провалом в каменной стене неподалёку, Тан Мо и Фу Вэньдо наблюдали, как эта пятёрка нырнула в здание и вскоре выбралась наружу, унося с собой пустой рогожный мешок.
— Раскусила-таки, — раздался глухой мужской голос.
— Похоже на то, — кивнул Тан Мо. — У этой девицы способность разведчика, она очень чутко считывает окружение, так что могла догадаться. Я потому и выбрал её для захвата: у неё нет боевых навыков, её наверняка отправили выслеживать другие группы в одиночку.
Проследив, как группа Линь И удаляется от мастерской, напарники тоже покинули своё укрытие.
— Они настроены на союз, — проговорил Фу Вэньдо. — Никто не остался в засаде, все пятеро вошли разом. Это не засада, а попытка выйти на переговоры.
— Посмотрев на уродливые трупы той троицы, они должны были сообразить, — заметил Тан Мо, — что реальная угроза их жизни исходит не от господина А с господином Б, а от четырёх нелегалов. — Он помедлил и вздохнул: — Жаль только, я не ожидал, что эта четвёрка окажется настолько сильна. Едва ноги от них унёс.
Сделав крюк через полгорода, они добрались до противоположной окраины столицы. Выбор пал на заброшенную развалину в самом сердце трущоб: вокруг громоздились полуразрушенные лачуги с провалившимися крышами и зияющими дырами в стенах. Сквозь огромную прореху в потолке их нового убежища лился солнечный свет, падая прямо на массивную клетку посреди комнаты.
Клетка была накрыта плотным чёрным пологом, скрывавшим гигантского червя. Из-под ткани непрерывно доносился глухой стук и фальшивое, плаксивое скуление. Тан Мо даже не нужно было сдёргивать покрывало, чтобы понять: глупая тварь снова таранит прутья головой и размазывает сопли без единой слезинки.
Не обращая на монстра внимания, Тан Мо переступил порог и наконец позволил себе немного расслабиться.
— День прошёл относительно гладко. Тяжёлых ранений нет, червя не умыкнули.
Предыдущий обмен информацией выбил их из графика, так что разговоры велись наспех, без деталей. Тан Мо решил восполнить пробелы:
— Расскажи подробнее про ту группу, с которой ты столкнулся. Какие у них способности?
— В той пятёрке, не считая девицы, за которой ты следил, было четверо мужчин, — начал Фу Вэньдо. — За главного у них парень в очках. Похоже, именно про него она говорила как про капитана. Его способность связана с чёрной игральной картой. Раскусить её в деталях я не успел — стычка вышибла слишком мало времени. Их было четверо против меня одного. Связываться вглухую не имело смысла, шансы были пятьдесят на пятьдесят, а затяжная драка мне не на руку. Мы продержались в контакте от силы минуты четыре, после чего я развязался и ушёл, а они забрали своих пленников.
О спасении Ван Ингуя и Лао Няо Тан Мо уже знал. Не просто так он соврал Линь И, будто они с Фу Вэньдо накануне схарчили двоих игроков — надо же было скрыть реальное число участников и удержать легенду об «А» и «Б».
— Из оставшихся троих, не считая очкарика, — продолжал Фу Вэньдо, — один работает с арбалетом. Выстреливает сразу четыре огненных болта. Скорость сопоставима со снайперской пулей, убойная сила колоссальная. И ещё у одного способность медицинского толка.
Тан Мо мгновенно оживился:
— Лечитель?
В его арсенале свыше десятка способностей не было ни одной исцеляющей. Из восстанавливающих средств имелись разве что слёзы дождевого червя. Если его загонят в угол и искалечат до полусмерти, а слёзы закончатся, дело дрянь.
Но Фу Вэньдо тут же остудил его пыл:
— Весьма специфическая медицина. Сам парень крепок и крайне быстр, но саму способность долго не активировал. На отходе я оглянулся: он приложил руки к головам тех двоих, которых мы держали в клетке. И те почти сразу отключились. Выглядели при этом умиротворёнными, дыхание выровнялось. — Он сделал паузу. — В клетке их изрядно помяли монстры, они были на грани нервного срыва.
— А как же физические раны? — нахмурился Тан Мо. — У них ведь оставались синяки и ушибы.
— Никаких изменений, — качнул головой Фу Вэньдо.
Тан Мо досадно прикусил губу. Раз не затягиваются даже ссадины, значит, способность работает исключительно с психикой. Для него такая бесполезна.
Разъяснив обстановку по пятёрке, Тан Мо перешёл к описанию четырёх нелегалов. Он детально изложил всё, что успел засечь: про лысого мужика, обращающегося в бурого медведя, про симпатичного юношу, управляющего жуткими насекомыми, и про мужика среднего возраста с целым арсеналом летающих метательных ножей.
Под конец он запнулся. Посмотрев прямо в закрытое шлемом лицо спутника, Тан Мо произнёс совсем иным, собранным тоном:
— Фу Вэньдо, я встретил кое-кого из прошлых знакомых.
Он обратился к нему по настоящему имени, а не под псевдонимом «Тан Цзи».
Фу Вэньдо нахмурился под доспехом, моментально уловив смену интонации. Сказанное обещало быть важным.
— Ты её тоже знаешь, — продолжал Тан Мо. — В игре «Честные карты Пиноккио» она была в твоей команде. Когда мы договорились о сотрудничестве, она взяла карту Рыцаря, а я — Королевы. Я лично выбил её в штурмовое подземелье. И вот теперь она среди этих нелегалов.
В памяти Фу Вэньдо сразу всплыл образ женщины с короткой стрижкой. Служебная выучка берегла в его голове лица всех контрабандистов и преступников, проходивших через границу, вместе с именами их родичей. Вспомнить участницу той игры для него не составило труда.
— Уверен, что это она?
— Чекмейт, — подтвердил Тан Мо. — Её способность позволяет пулям автоматически преследовать цель. — Он перевернул гигантскую спичку и ловким движением выковырял из головки серебряную пулю.
Посмотрев на металлическое зерно, Фу Вэньдо спокойно произнёс:
— Значит, она нелегал.
Это был не вопрос. В игре Пиноккио прямым текстом звучало: на площадке двое нелегалов. Одним из них был сам Фу Вэньдо, второй оказалась она.
— Она тебя узнала? — спросил он, не вдаваясь в лишние рассуждения.
Тан Мо помедлил:
— Я был в маске, да и в бой она вступила под самый конец. Когда я завязался с её троицей, её поблизости не было, а когда она появилась, я сразу сделал ноги. Не знаю, успела ли она разглядеть мой зонтик. Я убрал его перед самым её появлением. Может, увидела, а может, и нет.
— Будем исходить из худшего сценария, — без колебаний подытожил Фу Вэньдо. — Если она заметила деталь, то уже поняла, что ты игрок. А следом вывела, что и я тоже.
Тан Мо лишь скривился. Раскрытие статуса игроков ломало всю их диспозицию. Они с самого начала планировали дёргать за ниточки из тени, выдавая себя за туземных боссов, и вот теперь в сценарий на двадцать три человека занесло старую знакомую.
Даже сквозь маску досада Тан Мо ощущалась почти физически: он до хруста сжал челюсти, виня себя за то, что не просчитал такой расклад. От него буквально веяло глухим раздражением.
Фу Вэньдо с нескрываемым интересом понаблюдал за этой редкой реакцией и вдруг предложил:
— Хочешь забрать мой шлем?
Тан Мо опешил:
— Твой шлем?
— В том лабазе, где мы переодевались, лежало два комплекта защиты, — невозмутимо пояснил Фу Вэньдо. — Один мой, а второй немного поменьше. У тебя голова не крупная, должен подойти. Правда, там какая-то чеканка с узорами... похоже на женский фасон.
Тан Мо потерял дар речи.
Хотя он действительно втайне жалел, что не скрыл лицо полностью, как этот бронированный монстр, становиться ходячим чучелом в резных доспехах не входило в его планы.
Эстетические предпочтения Фу Вэньдо находились за гранью разумного понимания Тан Мо. Да и не только его: когда рядом находилась Линь И, её дикий, ошарашенный взгляд красноречивее любых слов доказал: у нормальных людей с восприятием всё в порядке, а вот у господина майора явные проблемы со вкусом (впрочем, на Тан Мо она смотрела с не меньшим подозрением).
Подавив раздражение от этой запоздалой подколки, Тан Мо взял себя в руки:
— Даже если эта четвёрка раскусила нас, им нет никакого резона делиться информацией с остальными. Это слишком ценный козырь. К тому же они нелегалы, на их счету уже как минимум шесть трупов игроков, связываться с чужаками они не станут. Напротив, узнав, что против них обычный игрок, они скорее расслабятся.
Фу Вэньдо кивнул. Ведь как справедливо замечал тот парень в очках: насколько сильным может быть рядовой игрок? От силы уровень второго этажа Чёрной башни. Игрок в роли господина Б куда менее опасен, чем настоящий местный монстр вроде Волка-бабушки или Санта-Клауса.
Глядя на вернувшееся к Тан Мо хладнокровие, Фу Вэньдо заметил:
— Даже если они поймут, что дело дрянь, и решат собрать коалицию, сделать это будет непросто. Из двадцати одного игрока реальную силу представляют только они да та пятёрка. Собирать мелочёвку вокруг себя нелегалам бессмысленно, а вот если они сойдутся с отрядом очкарика, у нас будут проблемы при перехвате червя.
— Они не договорятся, — отрезал Тан Мо.
Фу Вэньдо хмыкнул:
— После того как ты развесил те три трупа по стене, никакой союз им точно не грозит.
— Вообще-то развешивал их ты, Тан Цзи, — поправил его Тан Мо. — Я лишь прикрывал отход.
Они переглянулись. Хотя лицо Фу Вэньдо скрывал глухой металл, Тан Мо ощутил его ухмылку и сам не удержался от лёгкой улыбки.
Ну разумеется. Ещё на вторую ночь Тан Мо наткнулся на эти останки. В отличие от остальных участников игры, находившихся в неведении, они с Фу Вэньдо ценили каждую секунду. Как только Чёрная башня выдала подсказку с «презрением великого детектива», они без отдыха прочёсывали городские кварталы.
Живых игроков они тогда не нашли, зато наткнулись на три искромсанных тела.
Трупы бросили в глухом тупике. Стены переулка были залиты бурой кровью, словно там устроили бойню. Выглядело это жутко: животы убитых были вскрыты, а внутренности выедены какими-то тварями.
Работа явно принадлежала не местным подземникам — те не стали бы бросать мясо, а сожрали бы игроков целиком.
Тогда-то у Тан Мо и созрел замысел. Вместе с Фу Вэньдо они оттащили трупы на самую оживлённую торговую улицу и вздёрнули их на виду у всех, а наутро залегли неподалёку в ожидании зазевавшихся зрителей.
И расчёт оправдался — на приманку клюнула та самая пятёрка.
— Только сообразительные игроки догадались бы искать следы вдоль главных улиц, — неспешно проговорил Тан Мо. — С такими стоит считаться. Они достаточно умны и осторожны, а увидав выпотрошенных соплеменников, ни за что не пойдут на сделку с нелегалами.
Запрет на союз гарантировал им преимущество. Пока две сильнейшие группировки враждуют, шансы на победу составляли процентов шестьдесят.
— Семьдесят, — поправил Фу Вэньдо.
Тан Мо вопросительно вскинул бровь.
Закованный в железо воин откинулся на разрушенную кладку, опустив забрало.
— Те двое наивных дурачков... — Он подбирал выразительное слово. — Тех двоих простаков они забрали с собой.
Речь шла о Ван Ингуе и Лао Няо, которых вытащила пятёрка очкарика.
Тан Мо на секунду замер, после чего на его губах тронулась усмешка:
— Согласен. Семьдесят.
Дни текли один за другим, и в королевстве подземников царил обманчивый покой. Однако дата проведения Ночи сюрпризов Диковинного цирка неумолимо приближалась. В столицу съезжалось всё больше обитателей подземного мира, а из Мира монстров на кораблях прибывали поистине жуткие твари.
В сам день Ночи сюрпризов к причалу пришвартовалась ветхая деревянная посудина. Как только канат закрепили на кнехте, на берег сошла дама в изысканной шляпке и розовом пышном платье. Раздался лёгкий щелчок — дама распахнула кружевной зонтик от солнца. Ткань слегка приподнялась, открыв на мгновение зелёные волчьи глаза и вытянутую морду с оскаленными клыками.
Волк-бабушка манерно прикрыла пасть лапой, издала жеманный смешок и, покачивая бёдрами, направилась в глубь города.
Монстры, дерзнувшие открыто явиться в столицу подземников, обладали невероятной силой. Обычные жители разбегались в стороны, не смея вставать у Волка-бабушки на пути. Она миновала сапожную лавку, где Железный сапожник увлечённо вбивал гвозди в старый башмак, щедро измазанный чёрным кремом — ремесленник даже не удостоил её взглядом. Прошла мимо Сахарного домика Санта-Клауса, чей фасад из пёстрых леденцов складывался в ярко-красную надпись «Merry Christmas».
Ровно в полдень в самом центре палящего солнца вспыхнули пятнадцать изумрудных лучей.
Волк-бабушка даже не сбавила шаг, продолжая семенить по мостовой. Когда зелёные сполохи метнулись к трём разным концам столицы, она лишь на мгновение замерла, но тут же фыркнула и прибавила ходу, манерно поправляя кружевной зонтик.