Тан Мо скользнул взглядом по макушке девушки-офисного работника, затем перевёл взор на юношу с детским личиком. Опустив глаза, он промолчал, но и возражать не стал.
Девушка расценила молчание Тан Мо как согласие и повернулась к юноше.
Этот высокий, худой парень с самого начала прислонился к окну. Стоял он накренившись, с расслабленно-небрежным видом, и расплывался в улыбке, переводя взгляд с Тан Мо на девушку. Нахальная манера поведения заставила её нахмуриться:
— Раз уж у каждого из нас над головой этот символ, мы, скорее всего, в одной команде. Познакомимся?
Тан Мо перевёл на неё взгляд.
— Моя фамилия Ван, — представилась она первой и посмотрела на Тан Мо.
С момента «загрузки Земли» во всех командных играх, где участвовал Тан Мо, игроки первым делом назывались и завязывали знакомство. Кооперация требовала доверия, и такие разговоры помогали растопить лёд. Поначалу люди откровенно называли имена и профессии, не опасаясь подвоха. Но шло время, выжившие становились всё более подозрительными, скрывая даже элементарные сведения. Тан Мо не ожидал, что эта девушка ограничится лишь фамилией.
«А вот и уровень игроков, способных штурмовать башню».
Тан Мо помедлил. Поначалу он хотел представиться Мо, но вовремя вспомнил слова Фу Вэньдо: среди тех, кто прошёл первый уровень Чёрной башни, гремит имя «Момо», одолевшего игру в сложном режиме.
— Моя фамилия Чжао, — выдержав небольшую паузу, выговорил Тан Мо, беззастенчиво позаимствовав фамилию у пухлого знакомого.
Девушка кивнула и перевела взгляд на юношу с детским личиком.
В пустом коридоре они замерли на некотором отдалении друг от друга, образовав равносторонний треугольник. Тан Мо находился посередине, девушка прижалась спиной к стенной галерее с картинами маслом, а круглолицый парень подпирал витражное окно. Ощутив на себе их взгляды, юноша чуть приподнял подбородок, скользнул взором куда-то вверх и с усмешкой бросил:
— Брюс.
— Ты иностранец? — изумилась девушка.
Сейчас в Китае оставалось немало иностранцев — в том же «Атаке» состояли двое, Джекс и Лиз. Катаклизм застал их в Китае неожиданно, отрезав путь домой, так что им не оставалось ничего иного, кроме как проходить игры на территории Поднебесной.
Вот только этот парень совсем не походил на иностранца, да и говорил на путунхуа без малейшего акцента.
Юноша лишь хитро расплылся в улыбке, проигнорировав вопрос. Тан Мо проследил за его недавним взглядом. На стене, увешанной полотнами старых мастеров, прямо под самым потолком высился изящный барельеф. Тонкая, мастерская резка воплотила в камне маленькую чёрную летучую мышь, расправившую высохшие крылья. Изваяние выглядело удивительно живым.
Фигурка размером с человеческую ладонь неподвижно замшела над галереей. Вглядываясь в неё, Тан Мо ощутил, как по спине пробежала ледяная дрожь. Внезапно мелкие бусины глаз рукокрылого будто шевельнулись, уставившись прямо на Тан Мо! Он резче сфокусировал взгляд, но фигурка стояла недвижимо — обычная мёртвая скульптура. Похоже, померещилось.
Понаблюдав ещё немного, Тан Мо отвёл взор и без эмоциональной окраски произнёс:
— Брюс Уэйн?
— Ты меня знаешь? — нарочито изумился парень. Его фальшивая игра уступала даже бездарным потугам Железного сапожника — разве что транспарант с надписью «Я притворяюсь» на лоб себе не приклеил.
Девушка замешкалась, соображая, откуда ей знакомо это имя, а затем с подозрением перевела взгляд с Тан Мо на юношу:
— Вы знакомы?
Если в отряде из троих человек двое знают друг друга, третьей стороне стоит ухо держать востро: они могут в любой момент сговориться и пустить её в расход.
Тан Мо, глядя на его кривляния, холодно бросил:
— Бэтмен?
— Ого, ты даже прозвище моё знаешь! — хихикнул парень.
Даже если в этих играх никто не спешил раскрывать настоящие имена, паясничать, прикрываясь вымышленным образом супергероя, было верхом наглости и провокации.
До девушки наконец дошло. Осознав, что её одурачили, она помрачнела и ледяным тоном укорила паяца:
— Мы не обязаны становиться друзьями, но сейчас мы в одной команде.
Она указала пальцем в воздух. В трёх сантиметрах над макушкой каждого из присутствующих парил некрупный зелёный значок.
Иконка изображала человечка, распахнувшего объятия для обнимашек — типичный эмодзи дружелюбия, которым Тан Мо и сам нередко пользовался в мессенджерах до катаклизма. Наличие одинакового значка над головами у всех троих в сочетании с предварительным оповещением Чёрной башни «Загрузка сведений о сокомандниках» подтверждало: они действительно попали в одну группу.
— Раз уж никто не горит желанием откровеничать, давайте ближе к делу, — опуская руку, произнесла девушка.
Тан Мо воздержался от возражений, а так называемый «Брюс» лишь беспечно усмехался, не выражая ни малейшего интереса к дискуссии.
Возможно, сработала способность «Посмотри в мои чистые большие глаза», поскольку девушка, мельком оглядев Тан Мо, не усмотрела в нём ничего примечательного. Понимая, что время дорого, она взяла инициативу в свои руки:
— Чёрная башня пока не выдала конкретного задания, но сидеть сложа руки нельзя. Для начала нужно покинуть этот коридор. Я вижу три возможных пути.
Она указала влево:
— Вон там дверь.
Затем вправо:
— И там ещё одна.
И, наконец, кивнула на витраж за спиной юноши:
— Третий вариант — выбить окно. В теории можно пробить и стену, но я предлагаю сначала проверить обе двери. Что скажете?
Рассуждая здраво, пройти через дверь — самый логичный и безопасный ход. Разрушение окон или стен могло спровоцировать непредсказуемые последствия. Тан Мо согласился:
— Ладно, осмотрим двери.
В смертоносных играх штурма никто в здравом уме не станет разделяться. Изоляция — классический смертельный флаг из фильмов ужасов: стоит оторваться от группы, как из-за угла выскочит какая-нибудь тварь и сожрёт тебя целиком.
Девушка посмотрела на юношу с детским личиком.
— Я за любой кипиш, — пожал плечами тот.
Она кивнула и направилась влево:
— Тогда нападём на след левой...
БА-АМ!
Глухой, мощный удар сотряс замкнутое пространство, заставив стены коридора задрожать. Девушка осеклась на полуслове и вылупилась на источник шума. Тан Мо тоже ошеломлённо уставился на паяца — даже он не ожидал от парня столь дикой выходки.
В алом свете кровавой луны юноша не спеша отвёл кулак от витража. На его губах всё так же играла раздражающая улыбка. С невозмутимым видом он констатировал:
— М-да, окно, похоже, не поддаётся. Что ж, теперь можно и к дверям.
Девушка дар речи потеряла от такой наглости.
Тан Мо сжал губы, пристальнее вглядываясь в неадекватного сокомандника.
— Выбить окно — крайняя мера! — вспыхнула наконец девушка. — Мы должны были сначала проверить двери, и только потом рисковать с окнами! А если бы ты что-нибудь повредил и накликал на нас беду, ты бы отвечать стал?!
— А разве что-то случилось? — невинно хлопая глазами, отозвался тот.
— Ах ты...!
— Ты бил в полную силу? — ровным тоном перебил Тан Мо.
Парень как раз с увлечением наслаждался её яростью, точно забавным зрелищем. Услышав вопрос Тан Мо, он повернул голову. Тан Мо смотрел на него без эпатажа и гнева, сохраняя абсолютное хладнокровие. Юноша с детским личиком какое-то время изучал его взглядом, а затем развернулся и направился к левой двери.
— Ага, в полную, — бросил он на ходу.
Возглавил шествие юноша. Девушка, хоть и кипела от злости, вынуждена была идти следом ради прохождения игры. Тан Мо замыкал троицу. Наблюдая за развязной, несерьёзной походкой парня, он невольно оценивал его силу: одна лишь вложенная в удар моща, от которой содрогнулся весь коридор...
«А он чертовски силён», — сделал вывод Тан Мо и мысленно пометил этого безумца как объект максимальной угрозы.
Доктор Ло как-то замечал: в играх стоит бояться не хардкорных квестов, не монструозных врагов и даже не тупых соратников. Самое страшное — это умный и могущественный сокомандник. Чем выше его сила, тем катастрофичнее последствия, если он решит съехать с катушек.
Впрочем, Тан Мо тут же мысленно оговорился: «Это всё-таки штурм башни, ставка — жизнь. Вряд ли кто-то станет рисковать головой ради забавы».
Как бы там ни было, глаз с него спускать нельзя.
Проходя мимо окна, Тан Мо незаметно приложил ладонь к витражу. Не сбавляя шага, он с силой надавил пальцами на стеклянное полотно. Материал оказался невероятно прочным и при этом упругим. Размять или расшатать такую преграду одним ударом, вызвав гул во всём пролёте — показатель выдающихся физических возможностей.
Дальше шли молча.
Подойдя к крайней левой двери, юноша без колебаний схватился за ручку.
Пусть грязную и опасную работу делает тот, кто сам рвётся в бой. Тан Мо с девушкой лишь пристально наблюдали со стороны. Парень дёрнул ручку — заперто намертво.
— Проверим другую, — произнесла девушка.
Все трое переместились к правой двери. Когда юноша опустил рукоять, в тишине прощёлкал внутренний механизм.
— Ого? — с искренним «изумлением» протянул он. Впрочем, Тан Мо отчётливо уловил в его интонациях не удивление, а скорее азартное предвкушение.
Этот безумец будто с нетерпением ждал, какая чертовщина обрушится на них за порогом.
Обернувшись, парень с наигранной вежливостью спросил:
— Открываем?
— Постой, — остановила его девушка. — Чтобы не попасть под удар, если там засада, давайте встанем подальше.
Возражений не последовало.
Отогнав спутников на метр от проёма, юноша оскалился:
— Обожаю такие моменты!
Не успело эхо его слов утихнуть, как он с размаху впечатал подошву в деревянное полотно. Красная дверь со скрежетом и треском распахнулась, открывая взору ещё более длинную и помпезную галерею.
Девушка осторожно подошла ближе и, заглянув внутрь, вынесла вердикт:
— Чисто, проходим.
Тан Мо вместе с круглолицым парнем миновали дверной проём, оказавшись в новом, куда более просторном и величественном коридоре.
Тан Мо ненавязчиво, без лишних эмоций поинтересовался:
— Так что ты там обожаешь? Выбивать двери ногами?
— Ну разумеется! А ты о чём подумал?.. — ухмыльнулся тот.
Тан Мо промолчал.
Едва они успели сделать несколько шагов по новой галерее, как за их спинами с оглушительным грохотом захлопнулась красная дверь. Девушка бросилась назад, пытаясь дёргать ручку, но та застыла намертво. В тот же миг под высокими сводами коридора звонко раздался детский голос:
[Динь-дон! Активировано побочное задание: добраться до той стеклянной оранжереи за десять минут.]