Розовые воды реки непрерывно захлёстывали прибрежные валуны, пенясь белыми хлопьями на подводных рифах.
Тан Мо молча смотрел на Фу Вэньдо; тот едва заметно склонил голову, встречаясь с ним взглядом. Оба хранили молчание. Тан Мо редко взирал на него столь отстранённо — будто заново переоценивая стоящего напротив человека. Попроси Дэвид у Бога реки раскрыть секрет убийства Питера, тот наверняка принялся бы выкрикивать угрозы вроде: «Да ты, кусок дерьма, скорее сам подохнешь!».
Но Тан Мо лишь бесстрастно вглядывался в Фу Вэньдо.
Бог реки широко взмахнул длинным рукавом, и над алой гладью Реки фантазий возникли два призрака.
Китайцы синхронно повернулись к фантомам. Призрак Тан Мо без колебаний выхватил кружевной зонтик и, оттолкнувшись от воды, пошёл в атаку, не дав противнику ни секунды на подготовку. Впрочем, Фу Вэньдо хватило лёгкого движения головы, чтобы уклониться.
Розовый купол столкнулся с тёмным трёхгранным лезвием. Мощная ударная волна рассекла поверхность реки, вздымая высокие волны. Иностранцы вскользь насмехались над раздором в китайской команде, но за поединком иллюзий следили не мигая. Внимательно въевшись взглядом в бойцов, Питер пришёл к выводу, которым тут же поделился с напарником через быстрый взгляд: у этого парня подозрительно много способностей.
Прежде Тан Мо уже сталкивался с игроком, способным при касании на короткое время копировать чужие навыки. Дэвид и Питер отправили на тот свет немало народа, и среди их жертв тоже попадался обладатель подобного дара — тот умел запечатывать чужие способности в одноразовые сферы.
Питер решил, что умение Тан Мо работает схожим образом.
На первый взгляд такая способность казалась невероятно могущественной, однако всё чужое имеет предел. Чем силуэт грандиознее, тем жестче ограничения Чёрной башни. А значит, действительно редких и смертоносных техник у парня немного.
Куда больше Питера тревожил Фу Вэньдо.
Даже когда иллюзорный клинок пронзил грудь Тан Мо, майор так и не выложился полностью. Питер нутром чуял: этот мужчина скрывает главный козырь.
Оба иностранца внимательно наблюдали за развязкой. Тан Мо использовал весь арсенал: зонтик, гигантскую спичку, светящуюся жемчужину и даже карманные часы бесконечной невероятности. Он с силой крутанул стрелку, но артефакт не сработал. Дэвид и Питер сочли часы бесполезным мусором.
Исход был предрешён. Спустя две минуты призрак Фу Вэньдо холодно и точно размозжил голову соперника выстрелом со спины.
В чистой мощи Тан Мо действительно уступал Фу Вэньдо. Не будь у него за плечами усиления от Награды Евы, он не продержался бы и двух минут.
Фу Вэньдо — сильнейший нелегал Китая, а возможно, и всего мира — был смертоносно опасен.
Бог реки мягко улыбнулся:
— Дитя моё, теперь ты видишь, как его сокрушить?
Фу Вэньдо поднял голову:
— И этого гарантированно хватит?
— Да. Он будет мёртв.
Фу Вэньдо кивнул, принимая ответ.
Тан Мо стоял рядом, скрестив руки на груди. Он не проронил ни слова против, будто и не слышал, как товарищ только что узнавал способ выбить из него жизнь. Но едва Фу Вэньдо сделал шаг к нему, Тан Мо со свистом выхватил зонт, уперев острое остриё прямо в горло майора.
Фу Вэньдо чуть прищурился:
— Тан Мо.
Тан Мо процедил через зубы:
— Проваливай.
Дэвид и Питер зашлись хохотом:
— И это хвалёное дружное братство выживших?! Ха-ха-ха!
Настала очередь Дэвида.
Питер подал напарнику знак, и тот ухмыльнулся:
— Глупый Питер, неужели ты думал, что я не раскусил этот трюк? Я отлично всё понял.
— Я лишь опасался, как бы в твоей набитой опилками башке не зародилась очередная чушь.
— Да пошёл ты!
Осыпав друг друга ругательствами, Дэвид, так и не переспорив товарища, с досадой шагнул вперёд:
— Знаешь, старик, мне ужасно хочется попросить тебя прикончить этого ублюдка Питера прям сейчас!
Бог реки качнул головой:
— Извини, дитя, я не вправе лишать игроков жизни.
— Да знаю я. Потому и не стану просить о глупостях. Но прежде чем я озвучу желание... Мы всё ещё находимся на Реке фантазий?
— Разумеется. Ты стоишь прямо на её глади.
Дэвид изогнул бровь:
— То есть нас просто окружает туман, а стоит погрузиться в воду — и она утащит на дно?
— Именно так, дитя.
— Отлично! Моё последнее желание готово. — Дэвид выдержал паузу, после чего медленно повернулся к китайцам. На лице его заиграла злорадная усмешка: — Не думайте, будто вы одни такие умные. Мы тоже разгадали секрет испытания. Чёрная башня обожает пудрить мозги. Она заявила, будто для победы нужно взять настоящее банановое вино и покинуть реку. Но она ни словом не обмолвилась, что единственный способ выбраться — плыть на золотой бутыли, используя серебряный как компас!
Тан Мо едва заметно вздрогнул, впившись в него взглядом.
Дэвид задорно расхохотался:
— Эй, выжившие! Мы, возвращенцы, прошерстили больше подземелий, чем вы людей перебили! Вы и представить не можете, через какой ад проходил каждый из нас до появления Рейтинга времени. Это последние полгода мы притворяемся людьми. А до этого...
Улыбка мгновенно слетела с лица иностранца, и он хищно облизнул губу:
— До этого мы были лишь дикими зверями, привыкшими играть со смертью.
Тан Мо хранил хладнокровие, хотя стоял на приличном расстоянии от Фу Вэньдо:
— Я не понимаю, к чему ты клонишь, и понятия не имею, как проходить эту игру.
Питер хмыкнул:
— Дэвид, неужели игроки с пятого уровня Чёрной башни способны лишь на такую убогую комедию?
— Они просто мастерски притворяются идиотами, Питер.
— Что ж, их дело, — ледяным тоном отозвался Питер. — Мясные свиньи вечно пытаются закосить под дурачков, надеясь проскочить. Но они не понимают, что нам доставляет особое удовольствие выпотрошить этаких умников и забрать их время. Они же ждут, пока мы озвучим желание, чтобы пристроиться сзади и выехать на нашей спине? Дэвид, выкладывай свою просьбу.
Дэвид оскалился:
— Если я правильно понял, та крольчиха на берегу — ваша напарница? Вы знакомы. Девчонка сообразительная, а значит, с берега в воду не прыгнет. — Иностранец ткнул большим пальцем вниз, адресуя Тан Мо откровенно провокационный жест, после чего повернулся к божеству: — Эй, старик! Я хочу, чтобы ты связал меня и ту девчонку неразрывной нитью. Она должна держаться крепко, но если я сдохну — пусть тут же лопнет. Сделаешь?
Бог реки на мгновение задумался, а затем кивнул:
— Сделаю, дитя.
Дэвид победно захохотал, глядя на китайцев:
— Схавали? Нам плевать на ваше банановое вино. Товар — пустышка для сосунков. Чтобы выбраться из тумана, нужен лишь ориентир. И пока я жив, нить указывает путь. Убьёте меня — нить лопнет, и вы останетесь здесь гнить.
Лица Тан Мо и Фу Вэньдо тенью подёрнулись.
— Ну же, прикончи меня! — хохотал Дэвид. А затем бросил напарнику: — И ты, дорогой Питер, теперь тоже не можешь меня тронуть, если рассчитываешь выбраться.
Питер лишь фыркнул:
— Захочу — прикончу в любой момент.
— Ну-ну.
Тан Мо угрюмо опустил взгляд.
Эти двоих без преувеличения можно было назвать одними из самых опасных соперников, с которыми он сталкивался в подземельях Чёрной башни.
Му Хуэйсюэ была чудовищно сильна, но они никогда не враждовали. Бай Жояо тоже представлял огромную угрозу, но его Тан Мо знал как облупленного. Бай Жояо боялся смерти и одновременно обожал рисковать на грани — эта слабость раз за разом позволяла Тан Мо брать верх.
Эти же иностранцы были совсем другими.
Они обладали острым умом, мгновенно разгадывая логику игры. Их боевые навыки находились на высоте, а сердца оставались искренне жестокими.
Они могли с улыбкой рассуждать об убийстве напарника — и в их словах не было ни капли шутки.
Именно таких идеальных жнецов и стремилась выпестовать Чёрная башня.
Вдруг над рекой раздался тихий смех.
Дэвид недовольно насупился:
— Чего ты лыбишься, ублюдок?
Тан Мо поднял голову, погасив улыбку:
— Вы правы. Я действительно знаю ту девчонку. И знаю, что она... очень девичья. Во всём.
— К чему ты клонишь?
— Ты попросил Бога реки связать вас нитью, верно?
— И что с того?
— Интересно, как она материализуется? Если отталкиваться от её характера, то нить наверняка вспыхнет семицветным радужным светом и будет украшена розовыми рюшами. На твоей мохнатой руке... это должно смотреться восхитительно.
Дэвид опешил.
Он на секунду представил себе радужную ленту с розовыми рюшечками на своей руке, и его передёрнуло. Впрочем, иностранец тут же выбросил эту чушь из головы, решил, что китаец просто бредит от бессильной ярости. Однако когда Бог реки собрался исполнить просьбу, Питер не удержался от подколки:
— Радужная ленточка с рюшами... А что, Дэвид, тебе пойдёт!
— Заткнись!
В то же мгновение переливающийся семицветный шнур с пышными розовыми кружевами плотно обмотал волосатое запястье Дэвида, сделав три аккуратных витка. Выглядело это чудовищно и нелепо.
Питер зашелся громким хохотом. Дэвид взревел на Бога реки:
— Ты что сотворил, хрыч проклятый?!
— Дитя моё, я думал, тебе по душе подобное... Разве нет?
«Да пошёл ты!» — пронеслось в голове Дэвида.
Четвёрка требований была исчерпана. Бог реки взмахнул рукавами, выслав к игрокам три светящихся сгустка.
— Скоро начнётся прилив. Выбирайте своё банановое вино и назовите его истинную суть.
Тан Мо мгновенно схватил золотую бутыль, Фу Вэньдо забрал серебряную.
Чёрный сосуд остался на глади реки, и его тут же сцапал Питер. Дэвид тем временем продолжал ругаться, пытаясь оторвать со своего запястья кружевную ленту.
Бог реки произнёс:
— Стоит вам произнести вслух, что за вино у вас в руках, как оно примет названный облик. Угадаете — сохранит первозданный вид. Ошибётесь — разобьётся. Начинайте. — Он посмотрел на Тан Мо: — Дитя, что у тебя в руках?
Тан Мо ответил:
— Настоящее банановое вино.
Раздался звонкий хруст. Золотая бутыль рассыпалась тысячей розовых брызг, слившись с водами реки.
Бог реки сокрушённо качнул головой:
— Увы, ты ошибся. — Он повернулся к Фу Вэньдо: — А ты, дитя?
— Банановое вино.
Светящаяся серебряная гравировка вспыхнула, а затем растаяла. В руках майора остался обыкновенный тёмный сосуд.
Питер восхищённо присвистнул:
— Ого, со второй попытки! Что ж, тогда я тоже назову наугад... Моё — настоящее банановое вино.
Китайцы резко обернулись к Питеру.
Тот с ухмылкой выбросил осколки в воду:
— Упс.
Тан Мо холодно проговорил:
— Ты заведомо знал, что держишь фальшивку, но намеренно уничтожил её. Побоялся, что она превратится в компас и мы сможем прикончить твоё «запястье с рюшами»? Хотя мог бы назвать её золотым вином и получить корабль.
Питер лишь рассмеялся:
— Стал бы я делать то, что вы ждёте? Мне просто захотелось её разбить!
Теперь настоящее банановое вино находилось у Фу Вэньдо, а верное направление — у Дэвида.
Без золотой бутыли пробить туман на крупном судне было невозможно. Зато Дэвид и Питер могли использовать волшебный щит в качестве плота, а Тан Мо и Фу Вэньдо — перебираться по воде с помощью своих артефактов. Ситуация сложилась патовая: одна пара держала вино, вторая — компас.
Возник идеальный баланс угроз. Никто не рисковал напасть первым, опасаясь уничтожения ключевых вещей.
Бог реки добродушно погладил длинную бороду:
— Моя служба окончена. Покиньте Реку фантазий, детям здесь не место.
Пенистая волна накрыла божество, и спустя мгновение река снова стала гладкой.
Питер, засунув руки в карманы, лениво протянул:
— Награду за четверых всё равно не дадут. А вот за троих... пусть режим и считается убогим, но кое-какие бонусы капнут. У вас банановое вино — вещь полезная. Дэвида убивать нельзя, без него вы заблудитесь. К слову, Дэвид меня не тронет. А если сдохну я — сдохнет и он.
Дэвид буркнул:
— Это ещё кто сказал?
Впрочем, восставать против слов напарника он не стал, молча подтверждая расклад.
Сердце Тан Мо сжалось.
Это была прямая провокация. Питер подталкивал Фу Вэньдо к тому, чтобы избавиться от «лишнего» игрока.
Тан Мо сжал рукоять зонта.
Сейчас на этой реке в смертельной опасности находился только он один.
Иностранцы жаждали его смерти, а Фу Вэньдо только что выведал у Бога реки способ его уничтожить. Дэвида убивать нельзя, Фу Вэньдо — тоже. Питер прикрыт Дэвидом.
Оставался только Тан Мо.
Разумеется, чужаки оставались главной угрозой. Тан Мо не сводил глаз с иностранцев, готовый отразить удар. Но в следующую секунду за его спиной раздался сухой металлический щелчок.
Тан Мо мгновенно обернулся.
Правая рука Фу Вэньдо трансформировалась в угольно-чёрное оружие. Оттолкнувшись от воды, майор стремительно рванулся прямо к Тан Мо.
Дэвид и Питер, решив не упускать случай, взревели и направили свой щит наперерез, рассчитывая добить китайца.
Тёмный клинок с ледяным свистом устремился к груди Тан Мо. Тот не задумываясь захлопнул зонт и скрестил руки, создавая упор. Фу Вэньдо наступил ему на ладони, взмыл в воздух и в кувырке сходу впечатал тяжелый ботинок в грудь Питера, отбросив того назад.
В то же мгновение его клинковое оружие вонзилось в плечо Дэвида.
Иностранец отпрянул, зажимая рану, из которой хлынула кровь:
— Ты из ума выжил?! Ты что творишь, сдохнуть здесь захотел?!
Из-за спины майора спокойно вышел Тан Мо. Он положил ладонь на плечо Фу Вэньдо, и тот чуть опустил клинок, а на его губах мельком скользнула тень ухмылки.
Тан Мо ровным тоном произнёс:
— Будь здесь Му Хуэйсюэ, она бы знала: Фу Вэньдо никогда не поднимет руку на своих. Вы знаете его лишь как нелегала, пробивающего путь кровью. Но вы не знаете главного... Фу Вэньдо — самый молодой майор Китая, командир спецотряда «Сяолун». Он офицер. И он никогда не обратит оружие против боевого товарища. А я — его товарищ.
Тан Мо не стал договаривать вслух. Но про себя закончил мысль:
«... И его любимый человек.»