Впервые услышав имя «Фу Вэньшэн», Тан Мо сразу же вспомнил о Фу Вэньдо. Фамилия Фу встречалась нечасто, а в сочетании с именем «Вэньшэн» созвучие с Фу Вэньдо казалось слишком явным. Разве что иероглифы в их именах писывались по-разному. Но едва мальчик отрицал какое-либо родство, Тан Мо запрятал свои подозрения подальше, решив, что это действительно случайность.
После двух объявлений Чёрной башни имя Фу Вэньдо прогремело на весь Китай, если не на весь мир. Что же до китайских игроков, то к этому человеку они и вовсе питали весьма специфические, врезавшиеся в самую память чувства.
Будь между Фу Вэньшэном и Фу Вэньдо хоть какая-то связь, мальчишка едва ли стал бы так открыто и беспечно называть своё настоящее имя. Раз уж назвал, значит, с вероятностью в девяносто процентов никакого отношения к нелегалу не имел — чистой совести бояться нечего.
И всё же Тан Мо и в кошмаре не могло присниться, что их с Бай Жояо обведёт вокруг пальца этот, казалось бы, смышлёный и наивный паренёк.
Имя действительно оказалось настоящим, а вот отрицание родства с Фу Вэньдо — чистейшей ложью. Мальчишка виртуозно мешал правду с вымыслом, усыпив бдительность двух взрослых мужчин. Даже когда подземелье осталось позади, Тан Мо так и не понял, что его провели, пока сам Фу Вэньдо не раскрыл ему глаза.
— Мал, да удал, — пробормотал Тан Мо, качая головой.
— Что ты сказал? — переспросил Фу Вэньдо.
— Да так, ничего. Фу Вэньдо, прими мои соболезнования: хотя он и твой двоюродный брат, он уже покинул подземелье. Наладить с ним связь я не могу.
— Не страшно, — раздался в трубе низкий голос. — Я и сам не рассчитывал застать его живым. Это чистая случайность. Твоя игра окончена?
Тан Мо качнул головой:
— Остались мелочи.
— Понял. Не буду отвлекать. Будь осторожен.
Связь оборвалась. Тан Мо поднял взгляд и вдумчиво оглядел стоящие перед ним величественные двери. В одной руке он сжимал два Лунных цветка, а пальцы другой легли на рукоять Маленького зонтика от солнца. Осторожность не помешает и без чужих напоминаний — как-никак, это штурм башни. Разорвать ленту Мёбиуса и выбраться из галереи — лишь часть задачи. Никто не гарантировал, что в спальне Королевы Сердец его не подстерегает новая опасность.
Тан Мо прислушался. За тяжелыми створками царила гробовая тишина.
Резким движением распахнув дверь, он тут же отскочил в сторону, готовый отразить внезапный удар. Однако ничего не произошло. В глубине покоев царило безмолвие. Выждав около трёх минут, Тан Мо с холодным расчётом переступил порог.
В просторной, богато убранной комнате царил сумрак. Серебристый лунный свет, пробивавшийся сквозь витражное окно, отбрасывал на пол яркое призрачное пятно. Приглядевшись, Тан Мо быстро разобрался в обстановке. Увидев знакомую роскошную кровать и массивный гардероб за ней, он на мгновение замер. Переведя взгляд на туалетный столик, парень заприметил скромную вазу, в которую были воткнуты три ярких пера. Тан Мо лишь горько усмехнулся и направился к ней.
Оказывается, они с самого начала побывали в спальне Королевы Сердец.
Красные, зелёные и фиолетовые перья указывали на количество групп игроков. В то же время именно эта ваза предназначена для Лунных цветов. Вазы ведь созданы для цветов, а не для перьев. Стоило поместить их сюда, и Галерея драгоценных камней закрылась бы навсегда.
Тан Мо шаг за шагом приближался к незаметной вазочке. Едва он занес руку над ней, как за спиной раздался оглушительный свист. Глаза Тан Мо сузились, он инстинктивно дернул головой в сторону, но неведомый снаряд развернулся прямо в воздухе и устремился ему прямо в зрачок.
Мгновенно прошептав заклинание, Тан Мо с громким щелчком распахнул Маленький зонтик от солнца, выставив его вместо щита.
Острое копье со скрежетом вонзилось в купол. Силы Тан Мо после укрепления организма возросли многократно, но этот удар ощущался так, будто на него обрушилась целая гора. Его сокрушительным толчком отбросило назад, да так, что он врезался в гардероб Королевы Сердец.
В горле закипела медь, но Тан Мо сглотнул подступившую кровь и устремил взор на таинственного противника.
Перед ним возвышался трехметровый исполин — Карточный гвардеец, сжимавший двухметровое копьё. Из плоского картонного туловища на Тан Мо со злобным прищуром смотрели крошечные бусины глаз. В лучах лунного света проступало отличие: в отличие от блеклых гвардейцев из галереи, доспехи этого гвардейца отливали мягким золотистым глянцем, словно пред ним стоял сам генералиссимус карточного войска.
Оплошность едва не стоила ему жизни. Оттолкнувшись ладонью от пола, Тан Мо мгновенно вскочил на ноги.
Золотой гвардеец не дал ему и секунды на передышку: копьё рванулось вперёд, едва Тан Мо выпрямился. Несмотря на внушительные габариты, гигант перемещался с поразительной ловкостью. Он стремительно зажимал Тан Мо в угол, отрезая пути к отступлению. Парню оставалось лишь закрываться зонтом, словно щитом — на то, чтобы сложить купол и перейти в контратаку, времени банально не хватало.
Град наконечников сыпался непрерывным потоком. Выпады врага становились всё стремительнее, выжимая Тан Мо до предела.
Бритвенно-острое лезвие с легкостью рассекало кожу, оставляя кровавые росчерки. Наконец лопатки Тан Мо уперлись в стену — отступать стало некуда. Заметив это, золотой страж занес копьё для смертельного удара сверху вниз, намереваясь пробить череп противника. В то же мгновение Тан Мо захлопнул зонт, упал на спину и изо всех сил оттолкнулся ногой от стены, устремившись между ног исполина.
Гвардейцы Королевы Сердец представляли собой живые игральные карты, наделенные конечностями.
Ножки у золотого стража были не длиннее двадцати сантиметров — проскользнуть под ними было невозможно. Когда столкновение с плотным телом карты казалось неизбежным, Тан Мо выставил вперед Маленький зонтик от солнца, нацелив острый наконечник прямо в бронированную грудь стража.
Он верил: артефакт Волка-бабушки заведомо прочнее любой карты.
И Тан Мо не прогадал. Зонтик протаранил гвардейца, снопом выбивая искры. С оглушительным треском волшебный купол пробил плотный картон насквозь, позволив Тан Мо проскочить вперёд и оказаться за спиной противника.
Несмотря на пробоину, страж даже не замялся. С разъяренным ревом он развернулся к Тан Мо, но тот уже мчался во весь опор к туалетному столику.
Гигант замахнулся, разрезая воздух гулким гулом, и с невероятной силой метнул копьё вслед беглецу. Как бы быстр ни был Тан Мо, снаряд летел куда быстрее. До столика оставалось еще около девяти метров, а смертоносное острие уже настигало его затылок.
За десять сантиметров до цели копьё внезапно замерло в воздухе. В ту же секунду застыл и сам разъярённый гвардеец.
Тан Мо медленно повернулся. В его руках непонятно откуда оказалась та самая незамысловатая вазочка. Наряду с яркими перьями в ней теперь красовались два серебристых Лунных цветка. Едва стебли коснулись дна, время для золотого гвардейца и его оружия остановилось.
А в следующее мгновение...
Крах!
Спальня Королевы Сердец начала стремительно рушиться. Страж вместе со своим копьём, витражные окна, монументальная кровать и гардероб — всё покрылось сетью трещин и разлетелось на миллионы мелких осколков. Мир вокруг истаял, превратившись в сияющую пыль. И сквозь настоящие оконные проемы в комнату хлынул яркий солнечный свет.
Тан Мо зажмурился, не в силах сразу привыкнуть к ослепительным лучам. Сжимая вазу в руках, он принялся разглядывать преобразившийся мир.
Тьма отступила, уступив место дню.
Мрачный замок, сопровождавший Тан Мо с самого начала испытания, сгинул без следа. На его месте воздвиглись величественные чертоги из чистого золота. В саду буйствовали цветы и заливались птицы, а само помещение превратилось в покои сказочной роскоши. Каждый солнечный зайчик, падая на пол, вспыхивал драгоценным сиянием.
Замок словно ожил. Иными словами, Тан Мо наконец выбрался из Галереи драгоценных камней и ступил в истинный Замок драгоценных камней Королевы Сердец — обитель роскоши, а не уныния.
— Так вот он какой... настоящий Замок драгоценных камней.
Секундой ранее Тан Мо активировал способность «А ну-ка побей меня, побей меня», переместив стоящую в двух метрах вазу прямо себе в руки, и в мгновение ока водрузил туда цветы. Стоило им оказаться в сосуде, иллюзия разлетелась в дребезги, явив истинный облик этого места.
В ушах прозвенел звонкий детский голосок:
[Динь-дон! Игрок Тан Мо успешно прошёл Второй уровень Чёрной башни (Обычный режим) и завершил подземелье «Игра в прятки в Галерее драгоценных камней». Получено Лунных цветов: 2. Начислено наград: 2.]
Серебристые лепестки в вазе ярко вспыхнули. Два луча метнулись к лбу Тан Мо и впитались прямо между бровей, хотя сами цветы остались на месте. Едва ли он успел осмыслить уведомление Чёрной башни, как за дверью раздался цокот острых каблуков.
— Что на ужин? Нет, не хочу я руку этого человека, я хочу его глаза! — Верещащий женский голос, похожий на треск сломанного радиоприёмника, разнёсся по коридору. — Ступай и выкрой мне его глаза! Да подай с моей любимой черной икрой, слышишь? Вон отсюда! Бегом выполняй!
Шаги приближались, и через секунду тяжелая дверь с грохотом распахнулась от удара ноги.
На пороге стояла маленькая девочка в роскошном алом платье и с драгоценной короной на голове. Смерив спальню свирепым взглядом, она заметила опрокинутую вазу и торчащие из неё Лунные цветы. Из её горла вырвался неистовый визг:
— А-а-а! Почему осталось всего два цветка?! Где третий?! Капитан гвардейцев, живо ко мне!
Пронизливые вопли Королевы Сердец всё ещё стояли в ушах, когда Тан Мо открыл глаза и обнаружил, что вернулся на Землю.
Стоило владелице замка переступить порог, как Чёрная башня мгновенно переместила игрока. Тан Мо слышал лишь её голос, так и не успев разглядеть лицо. Немного переведя дух, он коснулся лба — меж бровей мелькнул слабый серебристый отблеск.
[Предмет: Лунный цветок Королевы Сердец]
[Владелец: Тан Мо]
[Качество: Отличное]
[Уровень: 1]
[Сила атаки: Отсутствует]
[Функция: Позволяет напрямую получить прохождение игры.]
[Ограничения: Одноразовый предмет. Один цветок можно обменять на прохождение только одной игры. Прохождение предоставляется в сокращённой форме: раскрываются условия победы, но не способ их достижения.]
[Примечание: На самом деле Королева Сердец каждый день делает из этих цветов маски для лица, о чём не подозревает ни одна душа во всём замке.]
Тан Мо не знал, какую награду получил за свой цветок Фу Вэньшэн, вызвавшую у мальчишки такой восторг, но его собственный трофей давал не меньший повод для радости.
Тан Мо мысленно взвесил все плюсы и минусы:
«Сокращённая версия... То есть, если бы я использовал цветок прямо в галерее, система просто подсказала бы, что для завершения нужно поставить цветы в вазу. Но она бы молчала о том, что для выхода к этой самой вазе придётся ломать стену».
Поразмыслив ещё немного, он качнул головой:
«Хотя пролом в стене сам по себе ещё не означал выход из галереи».
Пятое правило подземелья «Игра в прятки в Галерее драгоценных камней» гласило: «Один из тупиков галереи ведёт в спальню Королевы Сердец. Если поставить Лунный цветок в вазу в её спальне, галерея закроется навечно».
Здесь он допустил упущение. Тан Мо предполагал вероятность опасности в королевских покоях и сохранял бдительность, но упустил из виду, что спальня сама по себе являлась лишь одной из точек галереи. А раз это конечный пункт, значит, дальше дороги нет — обычный тупик. В любом тупике подстерегали гвардейцы. А в этом особом тупике вместо пары обычных стражей дежурил один, но невероятно сильный золотой гвардеец.
На первый взгляд предмет казался бесполезным — Тан Мо и без подсказок догадался, что цветы нужно поставить в вазу. Однако для определенных подземелий подобный артефакт мог стать бесценным козырем. Как, например, в той же игре «Забей крота».
«Используй я этот цветок при прохождении Первого уровня, я бы сразу узнал, что главное условие — набить нужное количество кротов, а не ловить Золотого крота».
В борьбе с коварством Чёрной башни и её монстров эта вещь способна сослужить огромную службу.
Переведя дух, Тан Мо спрятал Маленький зонтик от солнца в укромном месте и направился к кабинету Ло Фэнчэна.
За время его пребывания в подземелье прошла целая ночь, и за окном уже рассветало. До начала штурма Тан Мо заключил уговор с Ло Фэнчэном: он делится подробностями прохождения башни, чтобы организация «Атак» могла лучше подготовиться и повысить шансы своих бойцов на выживание, а глава предоставляет ему сведение эквивалентной ценности.
Подойдя к нужной двери, Тан Мо постучал и вошел. Однако едва подняв взгляд, он замер на пороге.
Ло Фэнчэн восседал в кресле, повернув голову на звук. А на двухместном диване напротив беззвучно обосновался Фу Вэньдо. При появлении гостя майор поднял взор. Их глаза встретились, и оба на мгновение застыли. Тан Мо едва заметно кивнул, а Фу Вэньдо ответил легким полунамеком на улыбку.
Кабинет не отличался простором, и мебели здесь стояло немного: одноместное кресло Ло Фэнчэна да диванчик Фу Вэньдо. Помявшись секунду, Тан Мо понял, что выбора нет, и опустился рядом с майором. На тесном сиденье его бедро невольно прижалось к бедру соседа.
Сквозь ткань брюк ощутилось чужое тепло.
Испытав неловкость, Тан Мо чуть отодвинулся.
— Мы как раз обсуждали с майором Фу нюансы сборного подземелья, — заговорил Ло Фэнчэн. — Поздравляю с успешным возвращением, Тан Мо. Присядь, мы закончим через пару минут.
Тан Мо кивнул.
Разговор об особенностях подземелья возобновился.
Пока мужчины вели беседу, Тан Мо переводил дух и от нечего делать разглядывал обстановку. Взор сам собой сместился на сидевшего под боком майора, вызвав в памяти образ давешнего мальчугана.
С этого ракурса Тан Мо видел лишь профиль Фу Вэньдо: четко высеченный подбородок, прямую перепонку носа. Он слушал Ло Фэнчэна со спокойным, но хищным вниманием, напоминавшим взгляд выслеживающего добычу орла.
«Даже сидит с такой выправкой... Скажи кому, что он нелегал — ни за что не поверят».
Тан Мо покачал головой про себя.
— Долго ты меня разглядываешь. Что-то не так? — Ло Фэнчэн тем временем умолк, и Фу Вэньдо, повернув голову, с легким прищуром посмотрел на соседа.
Тан Мо смутился, но, сдержанно кашлянув, сохранил невозмутимость:
— Вы с братом и впрямь похожи. Линия подбородка та же, только у него поострее.
У самого майора черты лица выглядели куда более мужественными и суровыми.
— Он ещё ребёнок, вытянется. Как он там?
Тан Мо честно изложил всё случившееся. Выставлять сведения о родном брате предметом торга он не собирался.
—... В итоге он забрал награду и покинул игру. Поскольку парень сразу открестился от любого родства, я и подумать не мог, что он твой двоюродный брат.
— Открещиваться от знакомства с майором Фу — разумная тактика, — усмехнулся Ло Фэнчэн. — Спроси меня кто в подземелье про «нелегала Фу Вэньдо», я бы тоже открещивался до последнего. До сих пор Джекс жаждет сойтись с ним в бою и выбить ему пару зубов. Впрочем, зная, чем это закончится для самого Джекса, я решил опустить имя майора.
— Он с малых лет был пройдохой, — ровным тоном заметил Фу Вэньдо. — Не видел его около года, всё время торчал на заданиях у границы. Когда Земля перешла в онлайн, я пытался наведаться в Пекин, надеясь застать кого-то из близких, но города словно вымерли.
Тан Мо подался вперед. Забытая боль в спине на мгновение напомнила о себе, но он лишь отмахнулся:
— Возможно, в тот день мальчик был не дома. Уехал в поездку или на каникулы... Потому ты его и не нашел. — Заметив странные взгляды собеседников, он осекся: — Что вы на меня так смотрите?
Фу Вэньдо хранил молчание.
Ло Фэнчэн лишь покачал головой.
Тан Мо с недоумением переводил взгляд с одного на другого, не понимая причин столь странного пристального внимания.
— Я ещё при входе хотел спросить, — прокашлялся Ло Фэнчэн. — На тебе живого места от крови нет. Думал, пустяки, раз ты молчишь... Но сейчас спина расползлась намертво, и ты заливаешь мне диван. Если даже твоя регенерация не справляется, с кем же ты там сцепился?
Застигнутый врасплох, Тан Мо провел рукой по лопаткам. Пальцы мгновенно окрасились в алый цвет. Боли он почти не ощущал — судя по всему, организму было не привыкать.
— Пойдём, — Фу Вэньдо поднялся с места. — Пораненное место нужно перевязать.
— Не стоит, я сам, — возразил Тан Мо, понимая, что разгуливать окровавленным неудобно. — Попрошу Лиз обработать. Наверное, просто неаккуратно дернулся и разорвал швы.
— Лиз вместе с Джексом ушли на штурм Подземелья S9, — остудил его Ло Фэнчэн.
— А Тан Цяо?
— И Тан Цяо с ними.
Тан Мо промолчал.
— Иди в медпункт, майору Фу тоже не помешает перевязка, — подытожил глава. — А наш разговор продолжим позже.
Покинув кабинет, Тан Мо и Фу Вэньдо направились в медпункт.
В помещении действительно никого не оказалось. Впрочем, элементарными навыками первой помощи оба владели вполне достойно. При их уровне выносливости даже глубокие повреждения затягивались сами, нужно было лишь выиграть время.
Однако копьё золотого гвардейца было непростым оружием — колотые раны не желали затягиваться, требуя более тщательного ухода.
Фу Вэньдо опустился на кушетку, а Тан Мо достал из шкафчика йод и бинты. Наблюдая, как майор без единого мускула на лице снимает повязку с шеи, Тан Мо вспомнил, что заметил её ещё при первой встрече. Должно быть, травма была действительно тяжелой, раз требовала длительной перевязки.
Когда бинты полностью спали, Тан Мо на мгновение замер.
Собравшись, он произнес:
— Давай помогу.
— Давай, — коротко кивнул Фу Вэньдо.
Осторожно удалив пропитанный кровью ком, Тан Мо сжал пинцетом пропитанный йодом ватный тампон и легким касанием приложил его к ране. На шее зияла черная сквозная дыра — словно плоть прошили насквозь и выдернули орудие. Любой обычный человек от такого скончался бы на месте, да и для самого Тан Мо шанс выжить не превышал тридцати процентов. Но майор Фу не просто выкарабкался, а выглядел полным сил.
Тан Мо вновь скорректировал оценку выносливости этого человека.
— Больно?
Теплое дыхание коснулось мочки уха. Повернув голову, Фу Вэньдо устремил взор в потолок и, не скрывая легкой иронии, усмехнулся:
— Ничуть.
Расстояние между ними сократилось до минимума, но Тан Мо, увлеченный обработкой, не придал этому значения:
— Рана глубокая. Я думал, Второй уровень башни дался тебе шутя, а оно вон как.
— До того как Земля перешла в онлайн, меня латали и не от такого.
Тан Мо замер:
«Серьёзнее этого?»
Раньше с таким ранением отправились бы прямиком на тот свет.
Фу Вэньдо приложил ладонь к груди напротив сердца:
— Вот здесь.
Тан Мо лишился слов. Почему-то в голову полез дурацкий анекдот.
«Что может быть горше смертельной раны? Рана сердечная».
Смахнув нелепые мысли, он посерьёзнел:
— На задании?
Не подозревая о полёте фантазии собеседника, майор кивнул:
— Угу. Полгода назад пуля застряла в самом миокарде. Но я выкарабкался.
Пуля в сердце?
Как она вообще там застряла?
И он после этого ещё и выжил?!
Живучий, чертяка...
Закончив обработку, Тан Мо аккуратно затянул бинт и завязал на шее Фу Вэньдо тугой глухой узел. Красивые бантики делать он не умел, так что выбор стоял лишь между бантиком и мертвым узлом. Взвесив риски, он решил, что глухой узел надёжнее — если что, срежут ножницами.
Покончив с перевязкой майора, Тан Мо опустился на край кушетки и скинул куртку.
Сжав пинцетом влажную вату, Фу Вэньдо обернулся и застыл. На бледной, худощавой спине парня отпечатались суровые следы едва завершившейся схватки — глубокие, кровоточащие полосы избороздили кожу.
Три наиболее жуткие раны рассекали плоть почти до самой кости, из них всё ещё просачивалась алая кровь.
— С остальным я сам справлюсь, — проговорил Тан Мо. — Обработай только лопатки, пожалуйста.
Фу Вэньдо прищурился, и взгляд его сделался непроглядно-темным.
— Хорошо, — тихо отозвался он.
Обжигающе холодный тампон коснулся повреждённой кожи. Тан Мо вздрогнул от острой прохлады, невольно выпрямив спину, отчего рельефные лопатки четко проступили под кожей. Чувствительная кожа мгновенно отозвалась на чужое прикосновение, вызвав странное, смутное ощущение.
Он опустил голову; тёмные пряди соскользнули вперед, скрывая выражение лица.
В холодном свете лампы его кожа казалась фарфорово-белой, почти прозрачной.
Фу Вэньдо хранил абсолютное спокойствие, ничем не выдавая своих мыслей. Вновь смочив вату, он молча продолжил обработку.