Судя по правилам ранжирования секторов, Третьим сектором Китая с наибольшей вероятностью являлся Гуанчжоу.
До сегодняшнего дня Чёрная башня ни разу не упоминала о Гуанчжоу в своих объявлениях, да и сам Тан Мо ни разу не встречал игроков из Третьего сектора. Забрав у Фу Вэньдо тонкую проволоку, Тан Мо начертил на земле три круга. Фу Вэньдо и Фу Вэньшэну даже объяснять ничего не потребовалось — они сразу поняли, что эти круги обозначают Пекин, Шанхай и Гуанчжоу.
Тан Мо записал время, когда сам одолел третий уровень, а затем нарисовал отметку, когда прозвучало имя Му Хуэйсюэ.
Вглядываясь в цифры, Фу Вэньшэн недоуменно нахмурился:
— Меньше двадцати часов... Быть такого не может! Ни один человек не способен пройти третий и четвёртый уровни подряд за такое короткое время. Обладай этот игрок столь чудовищной силой, Башня заметила бы его куда раньше. Почему же системное объявление прозвучало только сейчас?
— Скорость течения времени не везде одинакова, — раздался низкий голос Фу Вэньдо.
Оба спутника тут же обернулись к нему.
— В твоём испытании на третьем уровне ты пробыл в игре пять дней, а ощущалось это как один. Время течёт по-разному. То, что для Земли — двадцать часов, для Чёрной башни могло растянуться на двадцать дней.
Тан Мо кивнул:
— Вполне вероятно.
Вероятность того, что Игрок Му Хуэйсюэ действительно одолела четвёртый уровень, существовала, пусть и крайне малая. Пока ответов не было — они даже не знали, мужчина это или женщина. Отложив эти сомнения, троица вернулась к обсуждению внезапно прерванного обновления.
Версия 4.0 всё равно вступит в силу. Вопрос в другом: огласит ли Башня об этом заранее или снова поставит всех перед фактом без секунды на подготовку?
— Как бы там ни было, нужно быть готовыми, — под воздействием способности «Сверхинтеллектуальное мышление» Тан Мо рассуждал с холодной рассудительностью. — Чутьё подсказывает: следующее обновление окажется не из простых. И, возможно, оно будет напрямую связано с прохождением четвёртого уровня. Сейчас одолевших штурмовые игры немного, но через шесть дней Чёрная башня принудительно заставит проходить испытания всех, кто избегал их последние три месяца. Начнётся отсев. Умрёт великое множество людей, но и пробившихся наверх станет куда больше. Успешный штурм третьего уровня массово приблизит игроков к четвёртому.
Тан Мо перевёл взгляд на Фу Вэньдо. Тот ответил тем же молчаливым, но полным понимания взором.
Предстоящий через шесть дней штурм станет для выживших на Земле жесточайшим порогом.
За исключением тех, кто прошёл «Игру по уборке мусора для аутсайдеров», спастись не удастся никому, кто отсиживался три месяца. Когда эта волна схлынет, каждый оставшийся в живых гарантированно одолеет хотя бы первый уровень. Слабых пожрёт элиминация, на ногах останутся лишь сильнейшие.
— Будь я на их месте, я бы не стал ждать, пока Башня принудительно затащит меня в игру, — заметил Тан Мо.
— Три железных закона Чёрной башни: «Призываем всех игроков прилагать все усилия для штурма», — сухо напомнил Фу Вэньдо.
Тан Мо усмехнулся и со вздохом покачал головой:
— Остаётся надеяться, что они это осознают. Башня способна проводить отбор аутсайдеров и устраивать глобальные чистки — а значит, это не просто бездушный механизм. Она требует от людей штурма. Если кто-то избегал этого с самого дня загрузки Земли и прятался до сих пор... принудительная игра станет для них настоящим адом.
Фу Вэньшэн приоткрыл рот, желая вставить слово, но всё же промолчал.
С момента интеграции Земли прошло уже пять месяцев. Те, кто за это время ни разу не ступил в игру, были либо слишком слабы (и Башня их попросту игнорировала), либо слишком трусливы. Вряд ли такие игроки вообще способны уловить разницу между добровольным и принудительным штурмом. А если бы и уловили — не факт, что у них хватило бы духу сделать первый шаг.
Привалившись к ледяной стене, троица опустилась в тень, пытаясь перевести дух.
Мальчик действительно вскоре заснул, тогда как физическая выносливость Тан Мо и Фу Вэньдо не давала им погрузиться в сон. С виду они казались отдыхающими с закрытыми глазами, но внутри оставались предельно собранными. Тан Мо чутко вслушивался в каждый шорох, отслеживая малейшие порывы ветра. Он говорил, что «Избранные небесами» не нападут этой ночью, однако ручаться за это на сто процентов было нельзя. Если Жуань Ваншу поддастся эмоциям и решится на штурм, они должны встретить врага во всеоружии.
В тишине раздалось мерное, слабое дыхание уснувшего ребёнка. Посреди ночи Тан Мо бесшумно поднялся и подошёл к краю стены. Опустив взгляд, он внимательно оглядел переломленную ветку у подножия здания и, лишь убедившись в отсутствии угрозы, вернулся назад. Не успел он опуститься на землю, как встретился взглядом с Фу Вэньдо, который неведомо когда успел открыть глаза.
Пронзительные тёмные зеницы были прикованы к нему. На мгновение дыхание Тан Мо сбилось, но он тут же восстановил самообладание. Он собирался вернуться на своё место, однако Фу Вэньшэн раскинулся на полу во сне, целиком заняв его угол.
Тан Мо замер.
Фу Вэньдо слегка подвинулся и похлопал по подстилке подле себя:
— Сюда садись.
В глухой ночной прохладе низкий, слегка глуховатый голос мужчины прозвучал неожиданно мягко. Тан Мо с невозмутимым видом опустился рядом. Расположение сил изменилось: вместо прежнего порядка «Тан Мо — Фу Вэньшэн — Фу Вэньдо» теперь выстроилась цепочка «Фу Вэньшэн — Фу Вэньдо — Тан Мо».
Оказавшись на новом месте, Тан Мо ощутил, насколько здесь тесно. Сквозь ткань одежды к его плечу прикоснулось чужое сухое тепло. Их плечи соприкасались. Тан Мо поджал губы, собираясь чуть отстраниться, но отступать было некуда — шаг в сторону вывел бы его прямо под лунный свет.
— Ты вроде как будто подгорел?
Тан Мо, гадавший, как бы незаметно увеличить дистанцию между ними, на мгновение оторопел:
—... Подгорел?
Фу Вэньдо повернул к нему голову:
— Есть немного. На лбу заметнее всего.
С этими словами он неожиданно протянул руку и отодвинул чёлку с его лба. Тан Мо не ожидал такого прикосновения, вытаращил глаза и оцепенел. Отведя прядь волос, Фу Вэньдо на секунду удивился и провел пальцем по его лбу.
— В самом деле потемнел. Это ещё что такое?
Тан Мо взглянул на его руку. На подушечке длинного пальца действительно виднелся тёмный след. Искренне изумлённый, Тан Мо подался вперёд, принюхался и тут же догадался:
— Гарью пахнет. А-а... Наверное, это когда я в Великой степи эльфов несколько часов просидел посреди лесного пожара... Копотью покрылся?
В груди Фу Вэньдо зародился глухой смешок, который он тут же попытался сдержать.
Тан Мо промолчал, отведя взгляд.
В той ситуации у него просто не оставалось выбора! От стены огня было не убежать, пришлось укрыться в защитном круге и часами дышать дымом. Не обладай он усовершенствованным телом, его давным-давно удушила бы гарь или зажарило заживо. И то, что он слегка закоптился — ещё самый благоприятный исход!
Тан Мо попытался представить, как в подобном аду повёл бы себя Фу Вэньдо. И пришёл к выводу: этот тип наверняка выпутался бы с ещё большим позором!
Вдруг малый Фу что-то пробормотал во сне.
Оба мужчины мгновенно замерли, переведя взгляд на ребёнка, но мальчик лишь причмокнул губами и снова погрузился в глубокий сон.
— У твоего брата крепкая нервная система, — заметил Тан Мо.
— Он просто глупый, — безжалостно отрезал Фу Вэньдо.
Тан Мо попытался заступиться за мальчика:
— Он же ещё ребёнок.
Фу Вэньдо на секунду задумался и решил проявить каплю великодушия:
— Не глупый. Просто дурачок.
Тан Мо оставалось лишь молча вздохнуть. Он честно пытался его спасти!
Способности спать как ни в чём не бывало в подобной обстановке Тан Мо даже немного завидовал. Сам он уснуть точно бы не смог. Стоило закрыть глаза, как в голове всплывали погоня «Избранных небесами», загадочная Му Хуэйсюэ и оборвавшееся на полуслове обновление 4.0. От мыслей раскалывалась голова, но просто выкинуть их из разума не получалось.
— Ты говорил, что раньше работал библиотекарем? — тихо спросил Фу Вэньдо.
— Да, а что?
Фу Вэньдо слегка кивнул:
— Я до восемнадцати лет часто ходил в Пекинскую библиотеку.
Помолчав, он добавил:
— Пока в армию не ушёл.
Тан Мо понял подтекст. До восемнадцати Фу Вэньдо был самым обычным старшеклассником, как и большинство его ровесников.
— Что ты обычно читал? — поинтересовался Тан Мо.
— Военную технику, оружие, историю войн.
Тан Мо мысленно покачал головой. Что в этом обычного?!
— А ты? — спросил Фу Вэньдо.
Увлечения Тан Мо на этом фоне выглядели куда более приземлённо:
— В основном художественную литературу и программирование. В университете хотел поступить на IT-факультет, да баллов немного не хватило.
— Программирование? Любишь за компьютером сидеть?
Тан Мо и сам не знал почему, но разговор завязался сам собой — тихо, прямо подле спящего Фу Вэньшэна.
— А ты разве нет? Ах да, в армии с этим, наверное, строго.
— Компьютеры есть, — ответил Фу Вэньдо. — Но доступ открыт только во внутреннюю сеть. За исключением особых случаев.
— Особых случаев? — не понял Тан Мо.
— Когда мне нужен был интернет, я его получал, — невозмутимо пояснил Фу Вэньдо.
—... И ты входил в эти «особые случаи»?
Губы Фу Вэньдо едва заметно тронула улыбка:
— В эти случаи входили мои кулаки.
Тан Мо снова промолчал.
Фу Вэньдо не стал вдаваться в подробности, но Тан Мо почувствовал, что тот снова шутит. Этот человек производил впечатление строгого приверженца дисциплины — вряд ли он стал бы выбивать себе привилегии силой в обход устава. Правда, шутка вышла так себе. Потерев озябшие плечи, Тан Мо не удержался:
— Слушай... Ты ведь совсем не умеешь шутить, да?
На этот раз паузу взял Фу Вэньдо. Спустя некоторое время он тихо спросил:
— Не смешно?
— Вообще не смешно, — предельно честно ответил Тан Мо.
— Я старался.
— Это заметно.
Их взгляды пересеклись, и оба одновременно негромко усмехнулись.
— Вообще-то я неплохо играю, — как бы между прочим заметил Фу Вэньдо. — Когда выходил в сеть по делу, в свободное время любил во что-нибудь сгонять.
Говоря это, он украдкой следил за реакцией собеседника.
Обхватив себя руками, Тан Мо смотрел прямо перед собой, совершенно не замечая пристального, испытающего взгляда.
— Вы тоже в игры играете? — безучастно поинтересовался он. — Я думал, военные совсем отрезаны от этого мира. Во что играл?
Фу Вэньдо не торопился с ответом, вглядываясь в его лицо. Почувствовав этот тяжёлый взгляд, Тан Мо недоуменно повернул голову:
— Что?
— Да так... В основном я...
— А-а-а! Брат Тан, спаси! — вопль разорвал ночную тишину.
Оба мужчины вздрогнули.
Обливаясь потом, малый Фу в ужасе распахнул глаза — и первым, кого он увидел перед собой, оказался Фу Вэньдо. Мальчик с трудом сглотнул и с писком метнулся к Тан Мо, судорожно бормоча:
— Моё мясо вкуса никакого не имеет! Вообще невкусно!
Фу Вэньдо нахмурился.
Тан Мо сохранял невозмутимый вид.
До чего довели ребёнка, какая глубокая травма!
Постепенно затеплился рассвет. Фу Вэньдо выбрался наружу, чтобы осмотреть окрестности и убедиться, что люди из «Избранных небесами» не устроили засаду. Тан Мо с Фу Вэньшэном тем временем собирали вещи. Из-за утреннего кошмара мальчику было страшно неловко: он не смел поднять глаз на брата и даже с Тан Мо заваривал разговор с оглядкой.
Едва Фу Вэньдо удалился, с трудом сдерживавший себя ребёнок прошептал:
— Брат Тан, ты извини... Утром случайность вышла.
— Всё в порядке, — отмахнулся Тан Мо.
Он прекрасно понимал, каков старший брат в кошмарах младшего.
Уловив скрытый подтекст, Фу Вэньшэн тут же принялся оправдываться:
— Да ты просто не знаешь, каким он был раньше! До армии брат вообще был невыносим. Постоянно меня изводил. И ведь что обидно: я младше, а взрослые всегда думали, будто виноват я, и ругали тоже меня!
Тан Мо даже представить себе не мог, что у Фу Вэньдо есть подобное прошлое.
— Он был ужасно вредным, вот правда! — жаловался Фу Вэньшэн. — Но когда дядя умер, брат ушёл в армию. Вернулся уже получше, хотя всё равно вредность в нём осталась. — Мальчик ненадолго задумался. — Раньше он после каждой проделки тайком покупал мне сборные модели самолётов, чтобы я не плакал — родители-то мне игрушки покупать запрещали. А теперь он почти не пристаёт... зато и самолётиков я больше не получаю.
Тан Мо посмотрел на него со смешанным чувством: он что, сам скучает по издевательствам брата?
Логику современных детей Тан Мо понимал всё меньше. Загадочнее, чем женские капризы!
Закинув рюкзак на плечи, Фу Вэньшэн тихо пробормотал:
— Хотя брату тоже пришлось несладко.
Кому в этом мире сейчас легко? Тан Мо ничего не ответил, продолжая молча укладывать вещи.
— Помню, брат уже собирался уехать учиться за границу, но потом всё отменилось, — продолжал мальчик. — У него из образования только школа, зато английский очень хороший. — Тан Мо даже не знал, с чего начать изумляться: хвалил ребёнок брата или подставлял? — Брат Тан, у меня ведь тоже есть английское имя. Я не хочу быть Да Цяо. Можно мне взять моё имя?
Только тут Тан Мо осознал, к чему клонил ребёнок: тот просто пытался выбить себе другой позывной!
В своё время, чтобы скрыться от лишних глаз, Тан Мо назвался Тан Цзи, а Фу Вэньдо — Виктором. Лишь Фу Вэньшэну права выбора не предоставили: Фу Вэньдо безапелляционно заявил, что тот будет Да Цяо.
Пользуясь случаем, мальчик поспешил добавить:
— У вас двоих нормальные имена, а мне почему-то досталось женское! Я тоже хочу иностранное имя, как у брата. Тем более у меня оно очень красивое — Дэвид. Брат Тан, замолви за меня слово перед братом, а? Я сам спросить боюсь...
Тан Мо уже собрался было ответить: «Я не могу решать за твоего брата, но спросить спрошу», — как вдруг на полуслове замер.
Он медленно поднял голову и странно посмотрел на Фу Вэньшэна:
—... Английское имя твоего брата — Виктор?
— Ну да, — искренне удивился мальчик.