Глава 185. Диковинная торговая улица Санта-Клауса
Чёрная башня не дала игрокам ни секунды на передышку, застав четвёрку в комнате врасплох. Хотя Тан Мо и Фу Вэньшэн успели договориться о сотрудничестве, внешне они продолжали делать вид, будто вовсе не знакомы — здесь каждый настороженно следил за каждым. Услышав системные инструкции, никто не спешил нарушать молчание, погрузившись в собственные размышления.
Время уходило, секунда за секундой. Первой заговорила молодая женщина в чёрном:
— У кого-нибудь есть мысли по поводу правил, только что озвученных Башней?
Нинь Чжэн лишь одарил её холодным, тяжелым взглядом. Тан Мо молча качнул головой. Фу Вэньшэн, ориентируясь на Тан Мо, без колебаний отрезал:
— Понятия не имею.
Было очевидно, что никто в этой комнате не рвётся к открытому диалогу. Женщина лишь слегка изогнула бровь, но настаивать не стала. Вместо этого она повернулась к окну, за которым виднелись четыре лавки.
Спустя пять минут снаружи донеслись едва ощутимые, еле различимые гулкие вибрации. Тан Мо мгновенно насторожился, и все четверо одновременно прижали пальцы к подоконникам. Прямо на мостовой между Сахарным домиком Санты и четырьмя лавками из воздуха соткались четыре световые арки. Светившиеся ярко-алым светом рамы встали ровно напротив входов в магазины.
Тан Мо осенило. Он резко развернулся, пересёк комнату и припал к окну на противоположной стороне.
Как он и предполагал — там пылали точно такие же четыре арки!
— Восемь лавок, восемь арок... Каждая ведёт строго к своей торговой точке, — удивлённо протянул Фу Вэньшэн.
Внезапное появление светящихся дверей сбило игроков с толку, но Чёрная башня не заставила долго ждать объяснений.
Низкий гул набрал силу, и алое свечение рам достигло слепящего пика, после чего всё разом утихло. Из одной арки, разрывая пелену света, уверенно шагнула фигура.
Это был силуэт человека, сотканный из багрового сияния. Ни черт лица, ни одежды разглядеть не удавалось — угадывался лишь силуэт взрослого мужчины. Потирая руки и побрякивая вскинутым на плечо кошельком с монетами, он проследовал через улицу и свернул в лавку подарков справа от Сахарного домика.
В голове Тан Мо мгновенно вспыхнул системный термин.
— Виртуальные покупатели?! — в один голос выдохнули игроки.
Алый силуэт оказался лишь предвестником. В следующую секунду из арок вереницей повалили новые фигурки. При этом то, из какой арки выходил покупатель, вовсе не гарантировало, что он направится в ближайшую лавку. Более того, они не ограничивались одним заведением: выскочив из первого магазина, алый человек мог завернуть во второй или третий, а мог и вовсе сразу вернуться в арку и раствориться в воздухе.
Бесчисленные виртуальные покупатели сновали туда-сюда, наполняя торговую улицу суетой, достойной шумной ярмарки. Тан Мо на мгновение растерялся: глаза разбегались, а физически охватить взглядом все восемь лавок одновременно было невозможно.
Покупатели передвигались стремительно: заходили, выбирали товар, расплачивались и устремлялись обратно к порталам, отчего мостовая содрогалась от сотни мелких шагов.
Через пять минут последний силуэт прошёл сквозь арку, и улица опустела. Если бы не глухой гул, всё ещё отзывавшийся в подошвах, Тан Мо решил бы, что ему всё мерещится. Переведя дыхание, он окинул взглядом спутников.
Нинь Чжэн из последних сил пытался сохранить невозмутимость, но его напряжённое лицо выдавало крайнее замешательство. Молодая женщина в чёрном, по имени Мо Сюэ, лишь нахмурилась. Переведя взгляд с левых лавок на правые, она произнесла:
— А световые арки-то не исчезли.
Все тут же присмотрелись.
— Люди испарились, а двери остались, — заметил Тан Мо. — Выходит... они вернутся?
— Когда? — насупился Нинь Чжэн. — И будет ли это та же самая толпа?
Не успел он договорить, как раздался звонкий детский голос:
[Динь-дон! Предварительным покупателям приготовиться! Через пять минут прибудет вторая волна виртуальных гостей]
Тан Мо прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, унимая бешено колотившееся сердце. Фу Вэньшэн, уловив его состояние, беспокойно взглянул на спутника. Тан Мо ответил едва заметным успокаивающим взглядом, и мальчик тут же отвёл глаза, продолжая разыгрывать незнакомцев.
Смерив Нинь Чжэна и молодую женщину спокойным взглядом, Тан Мо после короткой паузы проговорил:
— В прошлый раз я насчитал ровно сотню алых силуэтов. Это полностью совпадает с числом виртуальных покупателей, названным Башней.
Здесь не было новичков, и каждый наверняка вел про себя тот же подсчет.
Нинь Чжэн предпочёл утаить свои наблюдения, зато женщина оказалась куда сговорчивее:
— Я успела запомнить шестьдесят семь из них, — легко сказала она, а затем улыбнулась, заметив ошарашенный взгляд Фу Вэньшэна. — Чего ты так уставился, малыш? Пусть у них нет ни лиц, ни одежды, но по росту и телосложению они всё же различаются. Если вглядеться, разницу уловить можно.
Тан Мо мысленно удивился. Женщина смотрела только на Фу Вэньшэна и, похоже, не заметила его реакции. Но за какие-то секунды запомнить детали более чем шестидесяти безликих фантомов... Её аналитические способности явно превосходили его ожидания.
Огласив свои данные, женщина снова окинула всех присутствующих внимательным взглядом:
— Ну что, на этот раз у кого-нибудь появились зацепки?
Нинь Чжэн лишь угрюмо сжал губы.
Фу Вэньшэн, решив, что Тан Мо снова отмолчится, уже открыл рот:
— Нет...
— А если я скажу, что у меня есть? — перебил Тан Мо.
Улыбка на губах женщины замерла. Она повернулась к Тан Мо, не скрывая изумления — явно не ожидала от него такой прямоты. Её темные, проницательные глаза въелись в его лицо. Тан Мо ответил столь же твердым, спокойным взглядом. Противостояние длилось пару мгновений, после чего женщина тонко улыбнулась:
— Какая удача. У меня тоже есть зацепки. Ну так что, Тан Мо... сработаемся?
Фу Вэньшэн чуть не лишился дара речи. Оказаться в одной комнате с братом Таном — и увидеть, как тот вместо родного напарника выбирает какую-то незнакомую девицу! Что это за чудище в чёрном и откуда она выискалась?!
Пока Тан Мо и женщина отступили в угол комнаты для тихой беседы, Нинь Чжэн прищурился, не сводя с них подозрительного взгляда. Фу Вэньшэна раздирало желание подойти, но, взвесив все «за» и «против», он решил не ломать маскировку. И тут Тан Мо едва заметно мигнул ему. Фу Вэньшэн замер, но в следующий миг понял всё без слов: у брата Тана точно есть план, и нужно просто верить.
Шорох шепота у стены прекратился. Вернувшись к остальным, женщина остановилась возле Нинь Чжэна и с улыбкой спросила:
— Нинь Чжэн, не хочешь примкнуть к нам?
Тот выдержал паузу и сухо отрезал:
— Не нужно.
Женщина лишь пожала плечами, после чего подступила к Фу Вэньшэну и слегка наклонилась к мальчику:
— Я давно не видела детей. Давай пройдём этот этап вместе?
Фу Вэньшэн смутился, а когда до него дошёл смысл предложения, ошеломлённо уставился на Тан Мо.
Тан Мо ровным тоном произнес:
— Начинается.
Земля под ногами снова задрожала. Свечение алых арок по обе стороны дома вспыхнуло с новой силой. Со всех сторон донеслись гулкие голоса — казалось, на улицу действительно высыпала толпа покупателей. Алые фантомы хлынули в лавки.
На этот раз они двигались ещё быстрее.
Будто охапки багровых листьев, подхваченные ураганом, они проносились перед глазами, сливаясь в сплошной пёстрый поток. Фу Вэньшэн вытаращился во все глаза, пытаясь повторить трюк женщины, но на двадцатом силуэте у него закружилась голова, а в глазах закололо от напряжения.
С грохотом появившись, толпа точно так же с грохотом растворилась в порталах.
Глаза Тан Мо налились кровью от предельной концентрации. Когда последний силуэт с коробкой в руках шмыгнул в арку, Тан Мо долго стоял с закрытыми глазами, приходя в себя. Открыв их, он встретил короткий кивок женщины. Сверив наблюдения тихим шепотом, Тан Мо произнес:
— Значит, всё-таки...
Нинь Чжэн стиснул кулаки.
— Перепроверим в третий раз, — предложила Мо Сюэ.
— Угу.
На этот раз женщина прошла мимо Нинь Чжэна, не останавливаясь, но затем обернулась:
— Точно не хочешь присоединиться?
Нинь Чжэн долго молчал, переводя тяжелый взгляд на Тан Мо.
В сложившихся обстоятельствах согласие означало бы временное перемирие с Тан Мо и отказ от старых счётов. Будь на его месте Бай Жояо, тот без зазрения совести пошёл бы на сделку, а переступив порог, тут же всадил бы нож в спину. Но Нинь Чжэн так не умел. Приняв помощь, он потерял бы право на месть. И идти на попятную из-за несмертельного, пустякового испытания он не намеревался.
— Нет, — твёрдо повторил Нинь Чжэн.
— Прям-таки совсем? — переспросила женщина.
Он подозрительно прищурился:
— Ты к чему клонишь?
— Да так, ни к чему, — хмыкнула она. — Просто Санта-Клаус — один из сильнейших боссов Чёрной башни. В его играх лучше осторожничать.
Нинь Чжэн не успел ответить: пол под ногами снова едва ощутимо дрогнул.
— Понеслась, — коротко бросил Тан Мо.
Четвёрка мигом прильнула к окнам: Тан Мо с Фу Вэньшэном у одного, женщина с Нинь Чжэном — у другого. На этот раз виртуальная орава двигалась на пределе человеческого восприятия. Покупатели врывались в лавки и выбегали из них мгновенно, словно кто-то прокручивал пленку на максимальной скорости. Алые силуэты накладывались друг на друга, так что разобрать хоть что-то стало невыполнимой задачей.
Спустя пять мучительных минут, заставивших Фу Вэньшэна до слёз перенапрячь зрение, раздался бесстрастный голос Чёрной башни:
[Через одну минуту всем предварительным покупателям надлежит выбрать правильную лавку]
[Внимание: вход в правильное заведение — единственный способ стать официальным покупателем]
Фу Вэньшэн растерянно спросил:
— А если не получится?
Словно услышав его вопрос, Башня проигнорировала обычную сухость и выдала:
[При провале игроки незамедлительно покидают Диковинную торговую улицу Санта-Клауса]
«Выходит, смертной казни не будет?» — одновременно промелькнуло в головах у всех четверых.
В ту же секунду на хлопковой двери Сахарного домика вспыхнули две алые точки. Они быстро расширились, превратившись в пару крутящихся циферблатов из литого карамельного сахара. Верхний был разделён пополам, с надписями «Лево» и «Право». Нижний дробился на четыре сектора с рельефными сладкими узорами: Q-версия леденца, плитка шоколада, торт и подарочная коробка.
— Выходит, с помощью этих дисков нужно указать на одну из восемнадцати комбинаций лавок, — догадался Фу Вэньшэн.
Время таяло. Мальчик в замешательстве взглянул на Тан Мо: у него зародилась догадка, но уверенности не было. Женщина ещё раньше предложила помощь мальчику, так что Тан Мо без лишних слов подошёл к двери и сам повернул оба диска за Фу Вэньшэна.
Как только диски вернулись в исходное положение, на зефирном полотне двери проступила светящаяся надпись:
[Всем предварительным покупателям сделать выбор. По окончании выбора дверь откроется]
Следом подошли Тан Мо и женщина. Несмотря на союз, они не стали обсуждать решение, прикрыв диски от чужих глаз при вводе.
Остался только Нинь Чжэн.
Он недвижно смотрел то на карамельные циферблаты, то на троицу у двери. Затем неторопливо шагнул вперед и занес руку над верхним диском. Но едва его пальцы коснулись сахара, со стороны донесся женский голос:
— Сахарный домик слева.
Тан Мо в изумлении уставился на Мо Сюэ.
Нинь Чжэн тоже замер, окинув её сложным взглядом, и после паузы тихо спросил:
— Мы знакомы?
— Нет, — хмыкнула женщина. — Но твое имя у всех на слуху. В Рейтинге времени игроков из Китая не так уж много, а ты парень непростой.
— Зачем тогда помогаешь?
— Ты ведь Возвращенец?
Тан Мо вздрогнул, осознав скрытый смысл её слов.
Нинь Чжэн опередил его:
— Ты тоже из Возвращенцев?!
— А я где-то такое говорила? — изогнула бровь женщина. — Думаешь, раз ты Возвращенец, выжившие Земли должны быть твоими врагами? Не стоит делить людей на лагеря, мы ведь все одной породы. Да и... кто сказал, что я тебе вообще помогла?
Нинь Чжэн прищурился и с холодным «Я и сам метил в левый домик» быстро прокрутил диски.
Едва он закончил, от хлопковой двери потянулся соблазнительный аромат жжёного сахара. И сквозь этот густой, приторный запах раздался чеканный голос Чёрной башни:
[Время истекло. Девятнадцать предварительных покупателей успешно прошли отбор и стали официальными покупателями. Двенадцать потерпели неудачу. Санта-Клаус убеждён: только лживые и невоспитанные дети не знают, что его лавка сладостей — лучшая во всем Королевстве подземников! А плохому ребенку полагается наказание. Олени Санты уже предвкушающе перебирают копытами!]
Едва раскатился звук открывающейся двери, как улицу огласили надрывные вопли.
Тан Мо выскочил наружу и успел заметить, как одиннадцать мускулистых северных оленей с размаху навешивают увесистые пинки по пятым точкам одиннадцати нерадивых игроков. Завывая от боли и обиды, выбывшие кубарем летели прямо в алые арки, исчезая из торгового комплекса.
Четвёрка огляделась.
Они стояли на широкой, вытянутой улице, упиравшейся в гигантскую арку с яркими вывесками:
Красочная вывеска: Диковинная торговая улица Санта-Клауса
Прямо посреди мостовой восемь алых ворот медленно таяли в воздухе вместе с семью фальшивыми магазинчиками. Только теперь Тан Мо оценил истинные масштабы главного Сахарного замка Санта-Клауса. Он возвышался над мостовой словно сказочный дворец, а над вывеской раскачивался исполинский карамельный тростник. Восемь же маленьких домиков, в которых они сидели, казались на его фоне спичечными коробками.
Игроки думали, что проходят испытание в одиночку, но на деле все участвовали в одной игре. Все наблюдали за одними и теми же фантомами, но лишь девятнадцать человек разгадали загадку, а двенадцать вылетели.
Тан Мо окинул толпу быстрым взглядом и сразу заметил Чэнь Шаньшань и Фу Вэньдо.
Фу Вэньшэн проявил сметливость и, даже не взглянув на старшего брата, сразу бросился к девочке. Когда дети объединились, остальные игроки лишь мельком скользнули по ним взглядами, не приняв всерьёз. А вот Фу Вэньдо сразу направился к Тан Мо. Подойдя ближе, он заметил рядом Нинь Чжэна и высокую женщину в чёрном, от которой веяло невероятно мощной, подавляющей аурой.
Фу Вэньдо приостановился, мазнул взглядом по Нинь Чжэну и впился взором в незнакомку.
С выходом из домиков действие заблокированных способностей и предметов возобновилось. Атмосферу на улице мгновенно сковало тяжелое, ощутимое давление. Тан Мо встал плечом к плечу с Фу Вэньдо, тоже не сводя глаз с женщины.
В толпе большинство пристально разглядывало известную троицу — Фу Вэньдо, Тан Мо и Нинь Чжэна. И только один человек — с детским личиком — смотрел на женщину в чёрном, вытаращив глаза. Постепенно его губы расползлись в безумной ухмылке. Бай Жояо тихо прыснул, затем его смех стал громче, заставив окружающих недоуменно обернуться, но он продолжал хохотать во все горло, никого не замечая.
Фу Вэньдо мерял женщину тяжелым взглядом.
— Как обращаться? — глухо спросил он.
Женщина не ответила, лишь неторопливо проговорила:
— Фу Вэньдо?..
Её взгляд скользнул по толпе и на мгновение замер на Бай Жояо. Она улыбнулась:
— Тан Мо, Фу Вэньдо, Нинь Чжэн... Эта игра полна сюрпризов. Тан Мо, я смотрю, вон тот тип поедает тебя очень странным взглядом. Вы знакомы?
Тан Мо проследил за её указательным пальцем. Бай Жояо махал ему рукой, беззвучно артикулируя: «Тан-Та-ан».
— Не имею понятия, кто это, — с ледяным равнодушием ответил Тан Мо.
— А давай сыграем в угадайку? — предложила Мо Сюэ. — Если угадаешь, кто я, я раскрою тебе его подлинное имя. К тому же он мне тоже немного противен. Я редко кого-то недолюбливаю, а встретить эдакую дрянь перед смертью — редкая удача. Судя по всему, отношения у вас не клеятся, так почему бы не испортить ему настроение? Но если не угадаешь — отдашь мне свой самый ценный артефакт.
— Ты уверена, что хочешь заключить пари? — переспросил Тан Мо.
— Вполне. Не хочешь? Дело твое, я никогда не навязываюсь...
— Я согласен.
Женщина осеклась. Впервые она посмотрела на Тан Мо со всей серьезностью. До появления Фу Вэньдо она проявляла к нему и Нинь Чжэну лишь поверхностный интерес, который даже не пыталась скрывать. Но стоило Фу Вэньдо ступить на сцену, как в её глазах вспыхнул азартный, полыхающий огонь боевого жара — неистовство, которое невозможно было утаить.
Хотя они явно не были знакомы.
Теперь же она смотрела на Тан Мо с тем же нескрываемым уважением.
— Точно не хочешь подумать? — ухмыльнулась она. — Я легко пойму, если ты подсунешь мне не самую ценную вещь.
— При первой волне виртуальных покупателей, абсолютно не понимая правил, ты с ходу запомнила шестьдесят семь фантомов. Во время второй и третьей лавины ты без малейших усилий отследила характеристики покупателей во всех четырёх магазинах.
Неподалёку Фу Вэньшэн слушал объяснения Чэнь Шаньшань о настоящей механике квеста.
— Запомнить сотню абсолютно одинаковых фантомов и все их маршруты?! — ахнул мальчик. — Вообще всех?!
— Они не одинаковые, — поправила его Чэнь Шаньшань. — Различаются по возрасту, росту.
— Всё равно это невероятно! Целая сотня! За такой короткий срок, да ещё и выглядящих как бестелесные духи! — с трудом подбирал слова Фу-младший.
Заметив стычку Тан Мо с незнакомкой, Чэнь Шаньшань продолжала следить за ними и параллельно поясняла:
— Запоминать всех на второй и третьей волне вовсе не требовалось. Достаточно было отследить только детей. Санта-Клаус любит честных детей, а дети обожают Санту. В первую волну стоило лишь заметить, что абсолютно все дети направляются в Сахарный домик, чтобы выстроить гипотезу. Дальше оставалось только проверить её.
Она говорила об этом как о пустяке, но в этой толпе лишь она имела право на подобную легкомысленность. Благодаря своему «Сверхинтеллектуальному мышлению» Чэнь Шаньшань вычислила ответ ещё на первой волне и даже не нуждалась в проверках — её мозг оперировал такими массивами данных мгновенно. Даже Тан Мо и этой женщине потребовалась вторая попытка для уверенности.
— Сяо Шэн, — спросила Чэнь Шаньшань, — кто эта женщина? Вы были в одной комнате?
Мальчик кивнул:
— Она назвалась Мо Сюэ. Странная девица. Ты сама говорила, что здесь выгодно работать в паре. Так представляешь, брат Тан почему-то отказался от меня и пошёл к ней! Да и сама она подозрительная... из Гуандуна, кажется. И ещё помогла этому Нинь Чжэну, хотя тот её даже не поблагодарил.
Чэнь Шаньшань округлила глаза и резко обернулась:
— Погоди. Ты сказал — из Гуандуна?
— Ну да, она в комнате обронила пару фраз на кантонском диалекте.
Девочка поражённо уставилась на незнакомку:
— Неужели она...
В тот же миг Тан Мо, не сводя твёрдого взгляда с женщины, чеканно произнёс три слова:
— Му Хуэйсюэ.
Зрачки Му Хуэйсюэ сжались, а затем губы выгнулись в хищном оскале. Её рука метнулась к кнуту на поясе. В следующую секунду плеть со свистом рассекла воздух, устремляясь к Фу Вэньдо. Тот уклонился движением корпуса и на лету перехватил кончик кнута. Но едва его пальцы коснулись кожи, плеть вспыхнула ослепительным пламенем.
Фу Вэньдо нахмурился и отбросил пылающий кнут.
Оружие свернулось в руках Му Хуэйсюэ, мгновенно вернув прежний вид.
Не давая ему опомниться, она с тихим рыком стегнула по мостовой и, оттолкнувшись, взмыла в воздух. Гибкий кнут пробил трещину в асфальте и с молниеносной скоростью устремился к груди Фу Вэньдо. Тан Мо мгновенно выхватил маленький зонтик от солнца Волка-бабушки и, протараторив заклинание, закрыл им Фу Вэньдо. Но едва зонт раскрылся, как морозная дрожь, пробежавшая по спине Тан Мо, подсказала: кнут прошьет эту защиту насквозь!
Фу Вэньдо оттолкнул зонт в сторону. Его правая рука мгновенно трансформировалась в чёрный стальной клинок, приняв удар на себя.
Металл о металл звякнул так, что заложило уши.
Му Хуэйсюэ пришла в полный восторг. Смерив взглядом трансформированную руку противника, она выкрикнула:
— Твоя способность?! Ещё раз!
Никто не понимал причин этой внезапной вспышки безумия, но даже слепому было ясно: схватка этих двоих — не место для рядовых игроков. Толпа в ужасе шарахнулась в стороны, и только у Бай Жояо глаза вспыхнули азартным блеском. Заметив, что Тан Мо включился в бой, прикрывая напарника, Бай Жояо улучил момент и метнулся в образовавшуюся брешь.
— Хи-хи, вот ты и попался, Тан-Тан!
Два серебряных всплеска прорезали воздух: острые ножи-бабочки, словно косы жнеца, летели прямо в незащищенный бок Тан Мо. Тот, отбиваясь от выпадов Му Хуэйсюэ, едва успевал развернуться. Но тут алый кнут в воздухе описал невероятную петлю и со свистом захлестнул запястья Бай Жояо, стягивая их в мертвый узел.
Бай Жояо обомлел. С его детского личика впервые слетела беспечная ухмылка.
Му Хуэйсюэ рванула плеть на себя, подтащила виляющего юношу вплотную и с хохотом отвесила ему увесистый пинок под колени.
— Первое место в рейтинге самых невыносимых типов — Счастливчик Яо! Похоже, сегодня удача от тебя отвернулась. Неужели я первая, кому удалось тебя скрутить?
Бай Жояо дёрнул кистями, намереваясь выскользнуть, но Фу Вэньдо уже выхватил артефакт и захлестнул его руки «цепью любви».
Бай Жояо обомлел.
Чёрт возьми, эти трое секунду назад не пытались ли прикончить друг друга?!
Тан Мо смерил его ледяным взглядом:
— Ты сейчас мысленно проклинаешь меня?
Губы Бай Жояо лишь дёрнулись в немом протесте.
Му Хуэйсюэ фыркнула:
— Сколько лет за тобой гоняются, а ты всё скользишь как угорь, Счастливчик Яо. Ужасно хотелось тебя сцапать. Пришлось разыграть спектакль, чтобы подсечь на крючок. И, кажется, у меня неплохой актёрский талант!
Бай Жояо попытался дернуться, но цепь Фу Вэньдо держала намертво. Впрочем, паники в его глазах не было. Он лишь скривился:
— Му Хуэйсюэ, мы вроде не так близко знакомы.
— Незнакомство не мешает тебе быть редкой дрянью, — отрезала она.
Бай Жояо хотел было возразить, но с изумлением понял, что ему нечего ответить.
... Кажется, его и впрямь ненавидело слишком много народу.
Му Хуэйсюэ лишь хотела поймать Бай Жояо, но смертельной вражды между ними не было. Она повернулась к Тан Мо:
— И что с ним делать?
Тан Мо ответил не моргнув глазом:
— Прикончить.
Бай Жояо обомлел от такой простоты.
Спустя секунду юноша с детским личиком состряпал умильную мину:
— Тан-Тан, ну как у тебя рука поднимется, мы ведь лучшие друзья! Не делай глупостей, о которых пожалеешь. Посоветуйся с кем-нибудь, подумай!
Тан Мо многозначительно протянул:
— О-о-о... — И повернулся к Фу Вэньдо: — Что скажешь?
Фу Вэньдо отрезал без колебаний:
— В расход.
Бай Жояо вопил:
— Эй-эй, резать без суда и следствия — это уж слишком! Ты пожалеешь, Тан-Тан!
Му Хуэйсюэ задорно расхохоталась:
— Похоже, Фортуна сегодня точно не на твоей стороне!
Бай Жояо перевёл взгляд с этой троицы на Нинь Чжэна, который безучастно наблюдал за ними в стороне. Сложив губы в ухмылке, он уже собирался крикнуть тому что-то, как с другого конца улицы донеслась знакомая мелодия «Рождественской песенки».
Веселый мотив настал над всей торговой улицей. На санях, запряженных оленями, мчался Санта-Клаус. Он громко хохотал:
— Ха-ха-ха! Merry Christmas!
Сани замерли прямо перед дверями Сахарного замка. Санта-Клаус оглядел девятнадцать игроков и добродушно молвил:
— О, мои дорогие детки! Вы пришли посетить мою лавку сладостей? Дошедшие сюда — самые честные и послушные ребята. А хорошим детям драться не положено!
Едва он закончил, над улицей раздался чеканный голос Чёрной башни:
[Динь-дон! На территории Диковинной торговой улицы Санта-Клауса запрещено использование способностей и предметов, а также любые проявления насилия]
Тан Мо молча стиснул зубы.
Фу Вэньдо слегка нахмурился.
Му Хуэйсюэ лишь досадно вздохнула.
В то же мгновение освобождённые силы снова сковало невидимыми оковами.
Волшебная цепь на запястьях Бай Жояо тут же распуталась и юркнула обратно в карман Фу Вэньдо. Юноша с детским личиком сначала обомлел, а затем его рот растянулся в торжествующей ухмылке:
— Хи-хи-хи! Тан-Тан, я же с самого начала говорил: мое прозвище — Счастливчик Яо!