Оттолкнувшись мощными задними лапами, волчица взмыла в воздух и рухнула на землю, словно снаряд — с оглушительным грохотом выбив в синеватых плитах глубокую воронку. Огромная, как исполин, она ломилась напролом, но двигалась при этом с невероятной, неестественной прытью. По просторному двору Пекинского университета гигантская тварь проносилась чёрным ураганом, то и дело нанося стремительные удары когтистыми лапами.
Человек и зверь кружили по двору, превратившись в две смазанные тени.
Целью волчицы оставался Тан Мо, поэтому троица остальных игроков предпочла держаться в стороне, не собираясь вмешиваться.
Тан Мо изначального знал, что эта тварь сильна и способны без труда расправиться с каждым из них. Но он и помыслить не мог, что её мощи хватит для подобного подавляющего превосходства. Пусть от неё и не веяло той жутким, парализующим ужасом, как от Волка-бабушки или Санта-Клауса, в смертоносности она им ничуть не уступала.
Уворачиваясь от очередного выпада, Тан Мо на ходу пытался засунуть руку в карман, чтобы начертить букву «S». Но волчица не давала ни секунды передышки: если сперва ему удавалось хотя бы коснуться содержимого кармана, то теперь приходилось отдавать все силы на спасение собственной жизни.
Тварь взмыла над двором, заслонив собой солнечное тепло, и с яростным рыком обрушилась сверху.
Тан Мо перекатился по земле, уходя из-под удара, и тут же встретил следующий выпад когтистой лапы. Взгляд его остекленел, он упёрся руками в бока и громко выкрикнул:
— Верни моего дедушку!
Из его рта вырвался сноп гудящего, обжигающего пламени, заставшего монстра врасплох. Стена огня взвилась до неба. Сперва волчица пыталась уворачиваться, но, почувствовав истинную температуру пламени, лишь презрительно хохотнула и выхватила из-за спины тяжёлую палицу, усаженную острейшими шипами.
— Вы, человеческие учителишки, только и умеете, что пользоваться всякими дешёвыми трюками, вместо того чтобы нормально преподавать!
Зажав палицу обеими руками, она закрутила её с оглушительным свистом. Чёрное шипастое оружие двигалось так быстро, что превратилось в сплошной защитный купол. Злорадно оскалившись, тварь шаг за шагом стала приближаться к Тан Мо. Со стороны казалось, будто она легко нашла способ совладать с огнём и вот-вот сгребёт противника в охапку. Но стоит той расслабиться и подойти чуть ближе...
Тан Мо резко вильнул в сторону, и бушующее пламя мгновенно погасло.
Волчица всё еще продолжала вращать оружие, когда огонь неожиданно испарился. Тварь замешкалась, потеряв секунду. Воспользовавшись этой паузой, Тан Мо на бегу засунул руку в карман и вывел на непрерывно вибрирующем гигантском яйце индейки кривую букву «S».
В ту же секунду скорлупа отозвалась мягким белым свечением.
Облегчённо выдохнув, Тан Мо развернулся, готовый к новой атаке. Однако монстр с палицей наперевес вдруг замер и уставился на него в некотором замешательстве. Спустя мгновение тварь перевела пронзительный взгляд на Линь Цянь. Из её пасти с оскаленными клыками капнула вязкая слюна:
— Хе-хе-хе... Думала, если стоишь в сторонке, я тебя не сожру? Такая нежная человеческая девчонка... Почему ты не заставляешь ту дрянную девчонку учиться?!
Линь Цянь в ужасе распахнула глаза, но не успела ничего предпринять — на неё уже обрушилась тяжёлая шипастая палица. Девушка отчаянно метнулась в сторону, однако удар всё равно задел её: правое предплечье переломилось, выворачиваясь наружу под неестественным углом.
— Бесполезная репетиторша! Я сожру тебя!!!
Ситуация изменилась в одно мгновение. Волчица бросила Тан Мо и набросилась на молодую женщину, непрестанно атакуя её палицей. По силе Линь Цянь уступала всем присутствующим, поэтому уже через пару минут она была покрыта ранами с ног до головы. Улучив момент, тварь обрушила тяжелейший удар прямо ей в голову. Бледная как смерть Линь Цянь едва успела выхватить из кармана маленькую фарфоровую фигурку и швырнуть её себе под ноги.
Палица с жутким хрустом врезалась в череп девушки. Выплюнув сгусток крови, Линь Цянь отлетела назад. Кровь заливала ей лицо, но, вопреки логике, она осталась жива — едва рухнув на землю, девушка тут же подхватилась и бросилась прочь, пока фарфоровая фигурка рассыпалась в пыль.
Волчица ничуть не удивилась. Она лишь кровожадно оскалилась и одним движением растоптала остатки оберега.
Когда Линь Цянь добежала до стоящих неподалёку Лю Ваньшэна и Бая Жояо, монстр снова поменял цель и рванулся к Лю Ваньшэну.
Маленькая девочка, запертая в центре своего игрового квадрата, жалостливо хлопала глазами, наблюдая, как её мать гоняет четырёх человек, словно подопытных обезьян. Повозившись еще немного с Лю Ваньшэном, волчица переключилась на Бая Жояо. Среди всех присутствующих лишь Тан Мо и этот безумец с детским личиком могли на равных уворачиваться от её атак. Не проиграв с ним и минуты, тварь неожиданно замерла.
Её огромная морда подёрнулась, а из пасти вырвался хриплый шёпот:
— Хм? Этот запах...
Мазайка тоже забавно закрутила носом.
Тан Мо, застывший в углу двора, настороженно следил за остановившимся монстром. Лишь спустя пару секунд до его слуха донёсся едва уловимый, витающий в воздухе аромат.
«Запах жареной индейки?!»
Зелёные глаза волчицы блеснули, и она низко, раскатисто зарычала:
— Время поджимает, похороны вот-вот начнутся! Чья бы это ни была индейка, теперь она моя! Ха-ха-ха-ха!
Закинув палицу за спину, тварь одним мощным прыжком перемахнула через ворота Пекинского университета и скрылась из виду.
Едва она исчезла, в воздухе раздался ровный, бесстрастный голос Чёрной башни:
[Динь-дон! Пятый раунд. Доступное количество шагов: 5.]
[Просьба к игрокам вернуться на свои клетки и приготовиться к игре.]
Всё вернулось на круги своя, будто никакой волчицы и в помине не было. Чёрная башня всё так же холодно требовала продолжения игры.
Тан Мо и Бай Жояо практически не пострадали — разве что получили пару мелких ссадин, которые уже затянулись. А вот Лю Ваньшэну и Линь Цянь пришлось несладко. Они оба были покрыты ранами, а синеватые плиты двора заливала их кровь. Особенно досталось женщине: её правая рука держалась лишь на куске кожи и бессильно болталась в воздухе.
Впрочем, разглядывать свои увечья ни у кого не было времени.
— Неизвестно, когда эта тварь вернётся... По логике, если она отправилась на похороны приятельницы, то должна пробыть там до самого конца. Но раз уж она уже возвращалась за забытым жертвенным даром, кто поручится, что она не вспомнит про какую-нибудь ещё мелочь и не заявится снова? — стоило синему защитному куполу подняться, как Лю Ваньшэн быстро заговорил, обращаясь к Тан Мо.
Однако не успел он выдать остаток своих измышлений, как его перебил спокойный мужской голос:
— Она обязательно вернётся. И сделает это очень скоро. Пройти это подземелье можно лишь двумя путями: либо завершив игру, либо будучи растерзанными волчицей, — Тан Мо говорил чересчур быстро, не давая собеседнику вставить и слова. — История с забытым подарком — лишь предлог. На самом деле её появление призвано истощить наши силы и создать ощущение нехватки времени. Если четвёрка участников продолжит тянуть резину и отказываться от принятия решений, её атаки заставят нас пойти на крайние меры.
Лю Ваньшэн опешил:
— На крайние меры?
— Будь мы знакомы заранее, все эти четыре раунда мы бы только и думали, как избавиться от соперников, но стеснялись бы действовать открыто. Но появление волчицы дало ясно понять: задержка равна смерти. Всё, на что игроки не решались раньше, теперь будет сделано без колебаний. Будь это обычная игра, к концу следующего раунда кто-нибудь из нас точно был бы мёртв.
Сердце Лю Ваньшэна ушло в пятки:
— Ты хочешь сказать... этот психопат Бай Жояо решит нас перебить?!
Тан Мо холодно посмотрел на него:
— Он с самого начала собирался тебя убить.
Лю Ваньшэн проглотил языкоглоточный спазм.
Это действительно было так. Не заступись за него Тан Мо, он бы давно кормил червей.
Самый простой способ выйти из этой игры — устранить оппонентов. Убей врагов, оставь на поле только себя и союзника, и вы без труда закроете раунд.
Вот только Тан Мо не мог пойти на такое. И Баю Жояо подобного сделать не позволил бы.
Тан Мо поднял взгляд и увидел, что Бай Жояо щурится, наблюдая за ними. Стоило их глазам встретиться, как юноша с детским личиком приветливо помахал рукой. Тан Мо лишь нахмурился и отвернулся.
Лю Ваньшэн решил, что Тан Мо просто мрачнее тучи из-за общего паршивого положения. Он вздохнул:
— Если дело дрянь, давай объединим усилия. Все четверо. Это единственный нормальный выход.
Тан Мо отрезал:
— Это невозможно.
— Ты против сотрудничества?! — изумился Лю Ваньшэн, уверенный, что тот зацепится за эту идею.
— До появления волчицы у нас ещё был шанс. Но теперь он на это не пойдёт, — Тан Мо указал пальцем на стоящего напротив улыбчивого юношу. Бай Жояо не слышал их разговора, но в ответ на этот жест лишь шире оскалился в мерзкой ухмылке, словно подтверждая слова Тан Мо.
— Почему?! — не понял Лю Ваньшэн.
— Почему? — Лю Ваньшэн даже не заметил, что обычно собранный и молчаливый Тан Мо вдруг стал чересчур разговорчивым. — Потому что, когда волчица вернётся, первой жертвой станет та женщина. Затем — ты. А следом за тобой — я. И только он останется невредим.
Слова Тан Мо эхом отзывались в голове Лю Ваньшэна, пока до него постепенно доходил их смысл. Внезапно он выпучил глаза:
— Погоди... Приоритет?!
Тан Мо молчал.
Именно. Порядок приоритета.
Волчица пробыла во дворе около пятнадцати минут. Если отбросить её начальную ругань на дочь и неожиданный уход, остальную часть времени она поочерёдно атаковала Тан Мо, Линь Цянь, Лю Ваньшэна и Бая Жояо. Обычный человек, спасая свою шкуру, не стал бы хронометрировать чужие мучения. Но Тан Мо непрерывно вёл отсчёт в уме.
Волчица гоняла его ровно четыре минуты. И как только время истекло, сменила цель.
На Линь Цянь ушло три минуты. На Лю Ваньшэна — две. На Бая Жояо — всего одна.
Из-за системы приоритетов Бай Жояо ходил первым, а Тан Мо — последним. Казалось бы, такой порядок выгоден Тан Мо, а Бай Жояо оставляет в проигрыше. Но только сейчас истинная суть этой системы вылезла наружу.
Это был не приоритет ходов. Это был priority-список для растерзания.
В этой игре сложнее всего было убить Бая Жояо, а проще всего — Тан Мо.
Окажись силы всех четырёх равны, они погибали бы строго по очереди, и Бай Жояо гарантированно остался бы в живых. Тан Мо сжал в кармане пальцы, нащупав тёплую скорлупу яйца индейки. Никто вокруг не догадывался, что в его голове сейчас без остановки звучал чужой голос.
Грохот ударов, треск ломающихся костей и шум яростной схватки доносились из архиватора. Голос младшего Фу, незнакомый баритон зрелого мужчины и редкие короткие реплики самого Фу Вэньдо. Вот и всё, что он слышал.
С момента запуска архиватора Фу Вэньдо больше не произнёс ни слова, обращённого к нему — там, на том конце, шла нешуточная битва.
Тан Мо молча слушал гул боя в своей голове, и его пальцы всё сильнее сжимали яйцо. Наконец он выдохнул и медленно разомкнул веки.
... Он чуть было не поддался панике из-за происходящего на той стороне.
Там был его напарник. Фу Вэньдо.
Виктор.
С тех пор как началась эта эпоха, с ростом сил и закалкой характера Тан Мо успел забыть, каково это — испытывать липкий страх. Но сейчас волнение накрыло его с головой. Не за себя — за Фу Вэньдо, штурмующего Чёрную башню. Но единственное, чем он мог помочь отсюда — это держать архиватор открытым. Ему нужно было как можно скорее закрыть это реальное подземелье, чтобы освободиться и узнать, что там происходит.
Взгляд Тан Мо стал твёрдым как сталь.
По правилам Чёрной башни, если монстр явился один раз, он обязательно вернётся снова. И во второй раз выжить будет куда сложнее — вполне вероятно, время атаки увеличится вдвое.
Синее сияние растаяло, и на квадратах снова проявились двадцать предметов.
Тан Мо вдруг негромко произнёс:
— Бай Жояо, сыграем в кооператив?
Лю Ваньшэн удивлённо уставился на него. Тан Мо ведь только что утверждал, что этот психопат никогда не согласится на сотрудничество!
Бай Жояо хихикнул:
— Сотрудничество? Тантан, ты что, просишь меня о помощи?
Разумеется, о кооперативе не могло быть и речи.
Осознав истинную суть приоритета, Лю Ваньшэн посмотрел на глумливую ухмылку юноши, и его сердце окончательно ушло в пятки. Из четырёх участников Бай Жояо гарантированно выживал последним. Ему не было нужды с кем-либо кооперироваться — напротив, это остальные должны были умолять его о пощаде.
Тан Мо не стал отвечать на этот выпад.
Лю Ваньшэн ожидал, что Тан Мо откроет глаза Линь Цянь на то, что при следующем визите волчицы она загнётся первой. Но тот промолчал. Лю Ваньшэн хотел было сам открыть рот, но Тан Мо бросил на него предупреждающий взгляд, и мужчина тут же прикупил язык.
Атмосфера среди игроков стала совсем уж липкой.
Мазайка, подперев щеку рукой, с унылым видом наблюдала за людьми и недовольно бурчала:
— Ну и скука... Чего они не дерутся-то, как предыдущие?..
Ей никто не ответил.
Когда все двадцать предметов проявились, выяснилось, что на поле снова лишь одна книга.
Раздался сигнальный звук Чёрной башни, и игроки молча начали делать ходы. Раунд снова закончился ничем. Когда пришло время возвращаться на исходные позиции, Мазайка аж подпрыгнула на месте, всем своим видом выражая страстное желание увидеть кровавую баню. Но люди лишь смирно встали по местам.
Улыбка сползла с лица девочки, и она от досады уткнулась носом в стол.
Тан Мо мельком глянул на неё, одновременно слушая шум в голове и просчитывая варианты.
Обычно люди не начинают резать друг друга без веской причины. Они до последнего ждали бы второго пришествия монстра. Но Бай Жояо был исключением — он вознамерился убрать Лю Ваньшэна заранее. Именно из-за его вмешательства кровавая баня задерживалась. И именно потому, что Бай Жояо обладал высшим приоритетом выживания, ему было попросту лень устраивать резню прямо сейчас. Пока он сидит тихо, остальные тоже не дергаются.
Когда силовой купол снова вырос, Лю Ваньшэн сплюнул:
— Чёрт, и мы так и будем сидеть и ждать, пока эта тварь вернётся?!
Линь Цянь была самой слабой, но и сам Лю Ваньшэн особой мощью не отличался. Он чувствовал: следующую атаку они с Линь Цянь ещё, может, и переживут. Но вот третью... Третью не переживёт никто из них.
Что же делать?
Как вырваться из этого замкнутого круга?
Лю Ваньшэн впервые пожалел, что ляпнул тогда про «умоляйте меня о сотрудничестве». Предложи он кооперацию сразу, они давно бы уже выбрались отсюда.
— Я не первый раз в играх Чёрной башни. Система всегда оставляет шанс на кооперацию, ей не нужно поголовное истребление, — Лю Ваньшэн, как человек, прошший первый уровень, пытался рассуждать логически. — Тан... Тан Мо, только объединившись, мы сможем пройти этот раунд. Ты ведь вроде знаком с этим психом. Как думаешь... на каких условиях он согласится?
В ответ ему была лишь тишина.
Лю Ваньшэн повернул голову:
— Тан Мо?
Тан Мо стоял с закрытыми глазами. Шум драки в его голове внезапно стих. Он затаил дыхание, чутко вслушиваясь. Спустя полминуты бархатный, слегка ироничный мужской голос тихо произнёс ему прямо в ухо:
"Всё в порядке, Тан Мо."
Тан Мо выдохнул.
«Что у вас произошло?»
У подножия гигантской хрустальной горы Фу Вэньдо и какой-то незнакомый мужчина сидели, прижавшись спинами к прозрачной скале. Фу Вэньшэн накрыл ладонями плечо брата, и из его пальцев потекли прозрачные струи, омывающие ужасающие раны. Если бы Тан Мо мог видеть их сейчас, он бы ужаснулся: правая рука Фу Вэньдо была откушена по самое плечо. На шее темнели рваные следы зубов — артерия была перебита, а горло едва держалось.
Благодаря лечебной способности младшего брата и собственной ускоренной регенерации, смертельно бледное лицо Фу Вэньдо постепенно обретало здоровый цвет.
Едва рана на горле затянулась, он сумел вытолкнуть из себя длинную фразу:
"Сцепились с парой проклятых тварей Чёрной башни. Теперь всё чисто. А у тебя как?"
Тан Мо ответил:
«Бай Жояо втянулся за мной в это же реальное подземелье.»
Фу Вэньдо слегка нахмурился:
"Он тоже там?"
«Не страшно. Мы в разных командах, сильно навредить он не сможет. Но что у вас? Третий уровень не должен быть настолько хардкорным.»
С силой Фу Вэньдо прохождение третьего уровня должно было пройти гладко. Поэтому Тан Мо особо и не переживал, даже золотую монету ему не отдал. Что же там стряслось, если пришлось активировать архиватор?
На месте оторванной руки на глазах нарастали новые ткани. Ощущение было паршивым, Фу Вэньдо сжал зубы и уткнулся лбом в холодное стекло. Сверяясь с внутренними часами, он выждал паузу и проговорил:
"Похоже, наш мелкий случайно выбил нам сложный режим."
Тан Мо вздрогнул:
«Сложный режим третьего уровня?!»
"Условия прохождения были описаны очень туманно. С нами были ещё двое игроков. На старте мы потеряли одного человека, а мелкий, спасая свою шкуру, уложил одного из местных подземников, — Фу Вэньдо пошевелил свежевыросшими пальцами. — Минуту назад он использовал ту штуку, что вы вытащили из Галереи драгоценных камней."
Тан Мо сразу понял:
«Лживый лунный цветок?»
"Угу. Он хотел узнать верный путь. И цветок выдал, что для прохождения нужен был именно тот подземник — он должен был открыть нам проход в пещеру."
Даже попав в беспросветную ловушку, Фу Вэньдо сохранял ледяное спокойствие. Он неторопливо продолжить:
"Обычный путь теперь закрыт. Остаётся только второй вариант. Я пока не разобрался, в чём он заключается, но у любой игры Чёрной башни всегда есть больше одного решения."
Простой путь — обычный режим.
Сложный путь — сложный режим.
Фу Вэньдо был уверен, что они сорвались в усложнённую версию штурма.
Но стоило этим словам прозвучать, как на другом конце связи потоком повисла тишина.
Фу Вэньдо тут же уловил перемену в состоянии собеседника:
"Тан Мо?"
«... У любой игры всегда есть больше одного решения?»
Мужчина на том конце невидимой нити изогнул бровь.
Тан Мо тихо, с едва уловимой иронией усмехнулся:
«Мой подземельный квест не то чтобы сложный, но выматывает знатно. Вернёшься — расскажу. На самом деле всё оказалось элементарно.»
"Договорились."
Архиватор продолжал работать. Прошло лишь двадцать минут, оставалось ещё сорок. Ни один из них не торопился разрывать связь. Во-первых, для подстраховки Фу Вэньдо, а во-вторых... Тан Мо просто не хотел отключать яйцо. Он не знал, о чём думает его собеседник, но сам рвать этот тонкий канал не намеревался. А Фу Вэньдо и не настаивал.
"Раз так, думаю, самое время это сказать," — в низком голосе мужчины проскользнули бархатные нотки.
Тан Мо на секунду растерялся:
«Что?»
Фу Вэньдо раздельно проговорил:
"... Мотан, good job."
Сердце Тан Мо пропустило удар. Фраза, которую он сотни раз видел на экране монитора, впервые прозвучала из уст этого человека. Глаза Тан Мо чуть расширились, а грудь затопило странное, ни с чём не сравнимое тепло. Спустя мгновение он выдохнул и тихо ответил:
«Тогда и ты постарайся... Виктор.»
У подножия хрустальной горы высокий суровый мужчина не удержался и сдержанно улыбнулся.
Фу Вэньшэн в ужасе уставился на него:
— Брат... ты чего это улыбаешься?!
Фу Вэньдо мгновенно мгновенно вернул лицу бесстрастное выражение и строгим взглядом смерил мелкого:
— Тебе показалось.
Фу Вэньшэн: «...???»
«Да у тебя глаза от счастья светились, кому ты рапортуешь?! У тебя ноги ещё не отросли, а ты лыбишься, как сумасшедший, мне же страшно!»
— Есть возражения? — ровным голосом уточнил старший.
Младший тут же вытянулся в струнку:
— Никаких!
Выживший игрок-попутчик: «...»
«Это реально тот самый Фу Вэньдо?!»
* * *
Тан Мо понятия не имел, что происходит на том конце. Синее сияние растаяло, и двадцать предметов засияли в своих клетках.
Сыгранность между ними достигла того уровня, когда слова становятся излишними. Тан Мо лишь обронил пару фраз, а Фу Вэньдо уже понял: его напарник раскусил секрет своей игры.
Да, Тан Мо понял, как пройти это подземелье.
Всё действительно было проще некуда. Когда картинка сложилась, он поразился, насколько всё было очевидно с самого начала — просто их внимание отвлекли правила.
Впрочем, имея девяностопроцентную уверенность, Тан Мо всё равно не стал делать резких движений.
Начался шестой раунд. Тан Мо не стал ничего объяснять и прошёл по клеткам так же, как и раньше. В итоге он снова изменил статус клетки Мазайки, сделав победу обеих команд невозможной.
Так пролетели ещё два раунда.
В девятом раунде на поле снова проявились предметы. Бай Жояо уставился на две клетки с книгами, затем перевёл взгляд на Тан Мо, хлопая ресницами:
— Тантан, ты уже несколько раундов с меня глаз не сводишь. Хи-хи... Неужели я настолько красивый?
Тан Мо ровным тоном ответил:
— Да, ты очень красивый.
Бай Жояо: «...»
Подделка, которую он закинул ради шутки, вернулась к нему рикошетом, и улыбка застыла у него на губах. Он подозрительно уставился на Тан Мо, пытаясь подвох. Внезапно Тан Мо спросил:
— А я, по-твоему, красивый?
Бай Жояо: «...»
«Это точно не тот Тан Мо, которого я знаю!»
Тан Мо чуть заметно улыбнулся:
— А он? По-твоему, он красивый?
Бай Жояо на автомате перевёл взгляд на Лю Ваньшэна.
Тот замер с глуповатым видом.
Бай Жояо без колебаний выплюнул:
— Урод.
Лю Ваньшэн: «...»
Тан Мо заметил:
— Да ладно тебе. Если он снимет эти роговые очки, будет вполне ничего.
Бай Жояо искривил губы:
— Хи-хи, смотря с кем сравнивать. Тантан, по сравнению с тобой он чистый урод.
Тан Мо лишь приподнял бровь и ничего не ответил.
В этот момент раздалсязвонкий голос Чёрной башни:
[Динь-дон! Девятый раунд. Игрок 1: доступно 6 шагов. Игрок 2: доступно 6 шагов. Игрок 3: доступно 4 шага. Игрок 4: доступно 3 шага.]
В этом раунде книги находились на клетках B2 и C1. Бай Жояо, Лю Ваньшэн и Линь Цянь могли легко добраться до них, а вот Тан Мо опять пролетал. Как и прежде, Линь Цянь и Тан Мо имели меньше шагов, поэтому при первых ходах первой пары они стояли на месте. Лишь на третьем ходу Линь Цянь сделала шаг вперёд, заняв A2.
Бай Жояо и Лю Ваньшэн могли забрать по книге. Лю Ваньшэну требовалось урвать хотя бы один том, чтобы не отдать сопернику абсолютное преимущество.
На последнем шаге Бай Жояо встал на C1, а Лю Ваньшэн — на B2.
Клетка Бая Жояо светилась, у Лю Ваньшэна горел синий свет, а клетка Мазайки оставалась активной. Линь Цянь с холодным лицом следила за процессом. Она стояла на B3, и пока она не шагнёт на B4 и не активирует клетку Лю Ваньшэна, Тан Мо не сможет повлиять на его результат.
Девушка уже занесла ногу над A3, готовая сделать нейтральный шаг, как вдруг раздался спокойный голос:
— Бай Жояо не рассказывал тебе, что при следующем визите волчицы ты умрёшь первой?
Линь Цянь застыла, резко повернув голову к Тан Мо.
Внутри синего купола молодой человек стоял, заложив руки в карманы, и созидал очевидный факт:
— Волчица атакует игроков строго по списку приоритета. В прошлый раз она мучила тебя три минуты. Твоя рука до сих пор сломана и висит как плеть, верно?
Бай Жояо вставил:
— Хи-хи, Тантан?
Тан Мо проигнорировал его и продолжить смотреть на Линь Цянь:
— Интуиция меня редко подводит, твой напарник это знает. Я чувствую: она вернётся с минуты на минуту. И во второй раз она не ограничится тремя минутами. Это может быть шесть минут. Или десять... — Тан Мо сделал паузу. — Линь Цянь, ты продержишься хотя бы шесть минут?
Девушка взяла себя в руки:
— Приоритет? Я знаю. Напарник мне всё объяснил, мы это обсуждали.
Бай Жояо состроил гримасу:
— Тантан, неужели ты думаешь, что я способен бросить напарника и скрывать от неё такие вещи?
— А он рассказал тебе, что при её появлении не станет рисковать своей шкурой ради тебя? Потому что, если ты сдохнешь, ему придётся воевать против нас двоих, а это ему невыгодно.
Улыбка Бая Жояо на миг застыла. Глаза Линь Цянь расширились.
Тан Мо продолжил:
— А если я скажу тебе, что при следующем нападении упадёшь не только ты... но и мой напарник?
Лю Ваньшэн одеревенел.
— Твоя смерть ставит Бая Жояо в неудобное положение, поэтому он сделает вид, что помогает. Но когда волчица вернётся, мой напарник тоже не спасётся. Никто не знает, чем обернётся попытка заступиться за другого — монстр может попросту взбеситься и задрать обоих. Даже я не стану закрывать собой Лю Ваньшэна. С какой стати ты решила... что Бай Жояо станет закрывать тебя?
Линь Цянь сжала губы, не находя слов.
Взгляд Бая Жояо налился холодом. Но возразить Тан Мо он не мог.
С самого начала было очевидно: Тан Мо вызывал куда больше доверия. Если Тан Мо тянул на сносные шестьдесят баллов надежности, то Бай Жояо был сплошным минусом.
Если даже Тан Мо не намеревался спасать Лю Ваньшэна, с чего бы Баю Жояо спасать Линь Цянь?
Девушка сипло выдавила:
— Но если я умру, он останется один против вас...
— Госпожа Линь, — перебил её Тан Мо. — Похоже, ты не уловила суть. Повторяю: к тому моменту, как ты испустишь дух, мой напарник Лю Ваньшэн тоже будет мёртв. На поле останемся только я и Бай Жояо. Расклад один против двоих его не устраивает, а вот один на один — вполне. К тому же я гарантированно усевшись на трон мертвецов раньше него. А когда я сдохну, победа достанется ему. Неужели ты до сих пор не поняла?..
Тан Мо чуть приподнял подбородок и тонко улыбнулся:
— Госпожа Линь, твоя жизнь для Бая Жояо — пустой звук.
Громкий голос пронёсся по двору и долгим эхом затих в ушах присутствующих.
Мазайка, подперев подбородок, переводила взгляд с Тан Мо на Линь Цянь.
В следующее мгновение Линь Цянь резко развернулась к Баю Жояо.
Тот лишь пожал плечами и беспечно усмехнулся:
— Не смотри на меня так, я ничего такого не говорил, это всё его фантазии.
Линь Цянь обдало ледяным холодом.
«И я верила этому ублюдку?!»
Тан Мо спокойно произнёс:
— Госпожа Линь, встань на B4. Зажги клетку моего напарника.
Улыбка сошла с лица Бая Жояо, и он странным взглядом уставился на Тан Мо. Линь Цянь задрожала, ее губы зашевелились, но она не смогла вымолвить ни звука.
— Ход остался только у тебя и у меня. Будут наши команды кооперироваться или нет — зависит не от Бая Жояо и не от Лю Ваньшэна. Только от нас с тобой. Сделай шаг на B4 и активируй клетку моего напарника, а я встану на E4 и не стану гасить клетку Мазайки. В итоге и у Бая Жояо, и у Лю Ваньшэна книги окажутся в активных зонах, и они одновременно передадут их Мазайке. Это и есть наш кооператив.
Бай Жояо вдруг подал голос:
— Если две команды одновременно отдадут книги, есть шанс, что волчица перебьёт всех четверых, хи-хи.
Линь Цянь мельком глянула на него застывшим взглядом.
Тан Мо хмыкнул:
— Если мы продолжим тянуть время, они оба загнутся, и мы останемся вдвоём. Мне-то всё равно, ещё неизвестно, кто из нас отлетит первым, а, Бай Жояо? — Он снова повернулся к Линь Цянь: — Решай сама, госпожа Линь. Мне, по правде сказать, без разницы. Просто имей в виду: следующую атаку волчицы ты не переживёшь. А мы с Баем Жояо останемся в живых.
Бай Жояо пропел:
— Совместная могилка, хи-хи~
Лю Ваньшэн сжал челюсти так, что хрустнули зубы, и процедил:
— Госпожа Линь, мы с тобой провели в этом подземелье не один день. И я мечтаю выбраться отсюда живым. Тан Мо — первый игрок Китая, закрывший третий уровень Башни. Его авторитет не подлежит сомнению. Предложенный им вариант — единственный шанс спастись для всех нас. Я выбираю довериться ему.
Бай Жояо подлил масла в огонь:
— Умрём вместе~
Лю Ваньшэн едва сдержался, чтобы не сунуть этому психу кулак в зубы.
Время уходило. Линь Цянь замерла на B3, не шевелясь.
Голос Чёрной башни прорезал тишину:
[Динь-дон! Просьба к Игроку 3 сделать ход.]
Бай Жояо:
— Подохнуть в один день с Тантаном — это даже романтично.
Лю Ваньшэн:
— Госпожа Линь, я верю Тан Мо.
Тан Мо усмехнулся:
— Хм... Ну а мне, получается, остается сказать, что я тоже верю себе?
Грудь Линь Цянь тяжело вздымалась. По лбу катился пот, пропитывая воротник. Издевательское хихиканье Бая Жояо, умоляющий тон Лю Ваньшэна и равнодушный, слегка ироничный голос Тан Мо слились в один сплошной гул, от которого у неё раскалывалась голова.
— Довольно!
Она резко выпрямилась и распахнула налитые кровью глаза. Сделав глубокий вдох, девушка шагнула вперёд и наступила прямо на клетку B4.
В ту же секунду синий купол над Лю Ваньшэном вспыхнул ровным светом. Тонкая книжица зависла в воздухе, объятая мягким сиянием.
На лице Бая Жояо не отразилось ни единой эмоции. Он всё так же улыбался той мерзкой, непроницаемой ухмылкой, за которой невозможно было угадать его истинные мысли.
Лю Ваньшэн чуть не лишился чувств от облегчения. Он жаждал выжить, и если бы Тан Мо не вмешался, вторая атака волчицы стала бы для него последней. Теперь оставалось лишь подождать, пока Тан Мо сделает шаг на любую нейтральную клетку.
Глядя на выбор Линь Цянь, Тан Мо едва заметно улыбнулся. Он уверенно вышагнул на E4, не задев активный статус Мазайки.
Едва его нога опустилась на синеватую плиту, над двором Пекинского университета грянула задорная музыка. Хором детских голосов зазвенела весёлая песенка, заставив Мазайку в ужасе заткнуть уши.
— Только не эта дрянь, а-а-а-а-а!!!
«Солнышко светит, астра цветет,
Птичка нам песню про утро поет.
Что же ты в садик с портфелем идешь?..»
Едва отзвучали последние аккорды «Песни о походе в школу», как Мазайка с причитаниями повалилась на стол:
— Не хочу учиться, не хочу учиться, вообще-вообще не хочу-у-у-у, ы-ы-ы-ы...
В сети клеток 5х5 все двадцать один защитный купол растаяли, а лишний мусор испарился. Над площадками Лю Ваньшэна и Бая Жояо в воздухе зависли книги. Лю Ваньшэн поспешно сгреб свой том, а Бай Жояо, бормоча под нос: «Какая скука», тоже подхватил свою книжицу.
Раунд был завершён, и оба игрока уже направились к клетке Мазайки, чтобы сдать предмет. Но не успели они сделать и пары шагов, как музыка оборвалась, и под сводами двора прогремел звонкий детский голос Чёрной башни:
[Динь-дон! Игрок Тан Мо выполнил главное задание «Всё остальное ничтожно, Мазайка превыше всего» и в одиночку прошёл реальное подземелье «Всё остальное ничтожно». Награда: «Чудесные спички Мазайки». Посколько игрок Тан Мо прошёл подземелье единолично, присуждается дополнительная награда — «Поцелуй Мазайки».]
Голос башни смолк.
Вступила мёртвая тишина. Бай Жояо, Лю Ваньшэн, Линь Цянь и даже сама Мазайка одновременно вскинули головы и в немом шоке уставились на Тан Мо.
Пальцы Бая Жояо, сжимавшие тонкую книжицу, побелели. Переплёт треснул. Это был второй раз в его жизни, когда он смотрел на Тан Мо таким взглядом. Взгляд его въелся в невозмутимое лицо юноши, а в следующее мгновение пальцы сжались, и книга в его руках рассыпалась в мелкую труху.
Бай Жояо оскалился в бешённом хохоте:
— Фамильный Тан, ты опять, сука, меня надул!!!