Мазайка вприпрыжку скрылась из виду, оставив после себя ворох подсказок, одна другой причудливее.
Тан Мо глубоко вдохнул, подавляя в себе острое желание прибить несносную девчонку прямо на месте.
Наступил «день»: демон исчез, а ангелам дозволялось свободно перемещаться по залу. Проведя в этом жутком месте уже несколько часов, Тан Мо и Колдун немного освоились и перестали вздрагивать от каждого шороха. Сжимая в руках полицейские дубинки, они подошли к пепелищу. Тан Мо присел на корточки, внимательно разглядывая то, что осталось от стеллажа.
Всего на третьем этаже библиотеки насчитывалось двадцать три книжных ряда. На сей раз огонь уничтожил девятый по счету от стойки администратора.
Это был стеллаж секции «I». На его полках стояла в основном литература по географии: отечественные и зарубежные путеводители, научные труды, а также кое-какие религиозные трактаты. Теперь все они обратились в прах. Деревянные балки обуглились и черными головешками валялись на полу, а тысячи страниц превратились в кучу темного пепла. Тан Мо протянул руку и коснулся золы.
— Холодный, — констатировал он.
Колдун удивленно уставился на него:
— Не горячий?
Тан Мо кивнул:
— Да. Если верить детскому голосу, с момента пожара прошла целая ночь, так что пепел вполне мог остыть. Но по нашему-то восприятию времени минуло от силы полчаса. Я уж молчу о том, как за тридцать минут можно дотла испепелить массивный стеллаж и больше десяти тысяч томов... Но то, что зола совершенно холодная... Человеческой логикой такое уже не объяснить.
— Так ведь это дело рук демона, — с видом знатока отозвался Колдун. — Наука здесь бессильна.
Впрочем, все происходящее с ними и так не укладывалось ни в какие законы мироздания, а когда бед и без того полон рот, лишней чертовщиной никого не удивишь.
Куда больше поисков логики Колдуна заботило выживание. Он нервно сглотнул:
— Постой... Судя по словам девчонки, потерянную книгу должен знать ангел? Тан Мо, ты знаешь, о какой книге речь? — Он запнулся и торопливо добавил: — Да я ведь столько всего перечитал! Почти год каждый день торчу в вашей библиотеке, хоть краем глаза, но проглядел каждую полку.
Тан Мо, напротив, не проявлял ни малейшей спешки:
— Приемом и расстановкой книг на третьем этаже всегда заведовал я, так что знаю куда больше твоего.
Видя его невозмутимость, Колдун покрылся крупными каплями пота:
— И что же нам делать? Пошел уже второй день!
Тан Мо ничего не ответил, лишь неторопливо обошел вокруг пепелища. Колдун тем временем непрерывно бормотал себе под нос, лихорадочно перебирая в памяти все реплики девочки, но так и не смог нащупать ни единой зацепки.
— Тан Мо, ну сделай же что-нибудь! — в отчаянии взмолился он.
— Не суетись.
Тан Мо снова опустился перед кучей золы и посмотрел на спутника снизу вверх. Сквозь окна струился искусственный «солнечный свет», озаряя его лицо. С легкой полуулыбкой он спросил:
— Сейчас куда важнее другое... Зачем демону понадобилось сжигать именно этот стеллаж?
Колдун опешил.
Из двадцати трех стеллажей шанс демона сжечь нужную книгу за три ночи наугад составлял три к двадцати трем — при условии, что ангелы не отыщут ее раньше.
Поразмыслив, Колдун неуверенно предположил:
— Детский голос в правилах говорил, что демон сам забыл, куда спрятал книгу. Должно быть, выбирает наугад?
— Возможно, — без особого энтузиазма бросил Тан Мо.
Колдун запустил пальцы в сальные волосы:
— Нам нужно скорее искать! Если не найдем, нам крышка. Книги, которые я брал в последнее время, стояли вон на том стеллаже и... — Он осекся, и лицо его перекосило от дурного предчувствия. —...и на том, который только что сгорел. А ты, Тан Мо?
Тан Мо поднялся на ноги:
— Через мои руки проходит слишком много книг. Мне каждый день приходится расставлять по местам то, что вы, читатели, бросаете где попало.
Колдун помрачнел еще сильнее. Он метался взглядом между соседними рядами и серым пеплом, непрерывно бубня под нос фразы девочки, словно настоящий умалишенный. Впрочем, окажись на его месте любой здравомыслящий человек, после стольких сверхъестественных кошмаров он и сам бы легко свихнулся.
Тан Мо опустил руку в пепел и зачерпнул горсть остывшей серой пыли. Окинув взглядом мечущегося взад-вперед напарника, он вдруг вспомнил:
— Вообще-то, на днях я наводил порядок на нескольких стеллажах. Дня три назад заведующий поручил мне разобрать секцию «H».
Колдун замер как вкопанный:
— Три дня назад? Совсем недавно! Вдруг книга там?!
Однако, подойдя к стеллажу «H», оба вновь застыли в растерянности.
— В секции «H» больше двенадцати тысяч томов, — прикинул Тан Мо.
Колдун, внезапно собравшись с мыслями, спросил:
— А что вообще считается «найти книгу»? Если мы снимем с полок все книги подряд, и среди них окажется нужная — игра засчитает нам победу?
В правилах об этом не было ни слова. Говорилось лишь, что днем ангел получает подсказку, а ночью демон сжигает стеллаж. Разумеется, если вручить правильный том прямо в руки Мазайке, испытание будет пройдено. Но засчитается ли простое извлечение книги из шкафа?
Тан Мо и сам не думал о такой лазейке.
— Больше десяти тысяч томов... Если поторопимся, за пару часов успеем вытащить их все по очереди.
Сказано — сделано.
Охваченный лихорадочной надеждой, Колдун принялся с бешеной скоростью выдергивать книги. Тан Мо методично следовал его примеру. Разделившись, они работали с противоположных сторон стеллажа. Минуты неумолимо таяли. Но стоило наступить «ночи», как Тан Мо, только что стянувший с полки труд по истории династии Цин, почувствовал, что его рука словно наткнулась на невидимую преграду. Дотянувшись до следующего корешка, он понял, что не может сдвинуть его даже на миллиметр — книга намертво приросла к полке.
Зал погрузился в непроглядную тьму.
— Я не могу достать книги! — в панике вскрикнул Колдун.
Тан Мо поджал губы:
— Я тоже.
Наощупь, держась за полки, они вернулись к стойке администратора и включили единственный работающий настольный светильник.
В тусклом желтоватом круге света Тан Мо и Колдун опустились на пол, привалившись спинами к столу, и замерли, неотрывно вглядываясь в темноту, где смутно угадывались очертания стеллажа «H». Сейчас они не видели ничего дальше собственного носа, но знали: в течение следующих двух часов заполыхает очередной книжный ряд. И тогда бушующее пламя озарит весь зал.
В гнетущем, натянутом до предела ожидании секунды ползли мучительно медленно.
У Колдуна налились кровью глаза. С пересохшими, потрескавшимися губами и свалявшимися волосами, усыпанными перхотью, он походил на бродягу, не спавшего несколько суток. Лишь руки его оставались безупречно чистыми, а ногти — аккуратно подстриженными, словно хранили последний оплот человеческого достоинства своего хозяина.
Вторая «ночь» по обычному времени длилась с 23:52 до 01:52 следующего дня. Раздался негромкий щелчок: минутная стрелка настенных часов встала ровно на двенадцать.
— Мы ведь знакомы уже около года? — негромко нарушил тишину Тан Мо.
Колдун дернулся, словно испуганный зверек, готовый шарахнуться от любого шороха.
Прошло немало времени, прежде чем он расслабился. Словно вспомнив о чем-то далеком, он опустил глаза на освещенный край пола и тихо отозвался:
— Еще дней тридцать, и был бы ровно год.
Тан Мо не отрывал взгляда от тьмы. Уголки его губ тронула слабая усмешка:
— Твой читательский билет как раз выписан на год. Жаль, судя по всему, он тебе больше не понадобится. Впрочем, книги по оккультизму и религии на третьем этаже ты ведь уже успел прочесть от корки до корки?
— Немного осталось. Если бы не все это, дочитал бы за пару дней.
— Действительно жаль.
Оба снова замолчали.
Спустя долгое время Колдун заговорил опять:
— Я знаю, за спиной вы все считали меня психом. Но в мире полно вещей, которые невозможно объяснить наукой! Раньше вы мне не верили, принимали за сумасшедшего только потому, что я твердил об этом каждый божий день. А то, с чем мы столкнулись сегодня... сможешь ты объяснить это наукой?
Тан Мо помолчал, прежде чем ответить:
— Нет. Не смогу.
— Вот именно! — оживился Колдун. — Боги реальны, и эпоха богов уже настала. Наш пророк, наш священный наставник никогда нас не покидал. Черные башни, явившиеся на Землю, — это истинные Проявители Бога. И они избрали нас с тобой. В прошлом Он являлся как Иисус, как Шакьямуни, а ныне воплотился в виде Черной башни. У нас есть шанс стать Его апостолами! Следуя за Ним, мы обретем подлинное спасение!
Тан Мо усмехнулся:
— И почему же ты тогда так дрожишь от страха?
Колдун:
* * *
Это был тот самый случай, когда разговор заходит в абсолютный тупик.
Если Колдун искренне верил, что происходящее ниспослано Черной башней — тем самым Проявителем Бога, — чего же он трясся от ужаса? Ему следовало принимать эти испытания с благоговением и восторгом.
Больше они не проронили ни слова. К счастью, эта «ночь» тянулась не бесконечно. Когда до ее исхода оставалось всего десять минут, раздался оглушительный грохот, и один из стеллажей вспыхнул яростным пламенем, залив потолок багровым заревом.
Тан Мо прищурился.
Колдун вскочил на ноги как ужаленный, истошно вопя:
— Секция «H»! Это же стеллаж «H»!!!
На третий «день» девочка сменила наряд на черное платьице и вприпрыжку выбежала из глубины книжных рядов. На этот раз за спиной у нее не было ранца — вместо него она несла корзинку, доверху набитую всевозможными лакомствами. Миновав два превращенных в пепел стеллажа, она даже не удостоила их взглядом и прямиком подбежала к застывшим мужчинам.
Мазайка сердито фыркнула:
— Где моя книжка?
Тан Мо не стал отвечать на вопрос, спросив в ответ:
— А тебе сегодня в школу не надо?
Лицо девочки скрывалось за плотными пикселями, но ее звонкий, восторженный голос выдавал крайнее оживление:
— Сегодня мы идем на осенний пикник! Я больше всего на свете люблю пикники! В бескрайней степи пасутся овечки, бегают кролики и скачут кенгуру. Они во-о-от такие большие-пребольшие! — Она широко развела руки в стороны, пытаясь показать немыслимый размер, и жадно сглотнула: — Бараньи ножки самые вкусные! А глазки у кроликов прямо как конфеты-шарики. Кенгурятина, правда, невкусная, но маме нравится, так что я зажарю для нее кусочек и принесу домой!
И без того мертвенно-бледный Колдун при этих словах задрожал всем телом.
Тан Мо покосился на него:
— Господин Чэнь, выглядите неважно.
Колдун дрожащим голосом прошептал:
— Неужели тебе ни капли не страшно?! Демон знает, что мы делали днем, он нарочно сжег стеллаж «H»! Слава небесам, книги там не оказалось, иначе мы бы уже проиграли!
Девочка вдруг мгновенно переменилась в лице:
— Где моя книжка?!
Тан Мо спокойно посмотрел на нее:
— Ты вспомнила сегодня что-нибудь о своей книге?
На сей раз Мазайка не стала задействовать свое «Презрение из мозаики» — сквозь размытые пиксели она просто одарила Тан Мо взглядом, каким обычно смотрят на безнадежных дурачков:
— Почему ангел такой же тупой, как этот мерзкий демон?! А, я поняла! Ты ведь тоже хочешь забрать мою книжку, да? Этот подлый демон давно положил на нее глаз, он же знает, что она бесценна! Это мамин подарок мне на день рождения! Он украл ее нарочно, потому что знал: если книга пропадет, мама ужасно разозлится! Ты ведь просто не хочешь мне помогать, да?!
Девочка внезапно выхватила из корзинки гигантскую спичку.
— Ты вообще не собираешься ее искать?!
[Динь-дон! Ангел получает подсказку номер три: «Друг, ты все еще не ищешь книгу? Ты ведь скоро сдохнешь, друг!»]
Швырнув корзинку на пол, она с яростным оскалом сжала спичку размером с собственную голову и шаг за шагом двинулась на Тан Мо и Колдуна.
Тан Мо смерил приближающуюся девчонку невозмутимым взглядом и со странной интонацией произнес:
— Терпеть не могу детей. Особенно тех, кто любит дурацкие пакости.
Девочка резко замерла, будто ей наступили на больную мозоль, и затараторила с обиженной горячностью:
— Я никогда не пакостничаю! Я больше всего на свете ненавижу проказы! Кто посмел сказать, что я хулиганю?! Я хорошая, я никогда ничего такого не делаю! Все это неправда! Я послушная и воспитанная девочка!
Тан Мо промолчал.
Колдун в ужасе уставился на него:
— Тан Мо?!
«Как ты вообще посмел ее злить?!»
Пробубнив раз десять себе под нос: «Я никогда не хулиганю, я хорошая девочка», Мазайка вновь вскинула пиксельное лицо и занесла над головой гигантскую спичку:
— Ты даже пальцем не пошевелил, чтобы найти мою книгу!
Пока она причитала, Тан Мо уже успел подойти к одному из уцелевших рядов. Непринужденным движением он вытащил том со стеллажа секции «G» и повернулся к девочке:
— Конечно, ты не хулиганка. Ты всего лишь любишь поджигать все вокруг и убивать людей.
Мазайка испуганно спрятала гигантскую спичку за спину.
Тан Мо слегка качнул зажатой в руке книгой «Тайна исчезновения цивилизации майя»:
— Разве я ее не нашел?