Ранее Чжао Сяофэй набросала губной помадой на полу карту коридоров и комнат второго этажа. Перед уходом она сняла куртку и перенесла схему на ткань. Разостлав её прямо на полу, хладнокровная девушка въедливо пересчитала каждый пройденный коридор и наконец подняла взгляд:
— Мы не побывали всего в нескольких коридорах, и пути туда для нас уже отрезаны. Шрёдингер прячется в каком-то из них?
Третье правило игры гласило: двери комнат расположены по обе стороны коридоров, и каждый игрок может пройти по конкретному коридору лишь единожды. Едва чей-то шаг оставляет на полу след, проход навсегда закрывается для посещения.
Конструкция казалась замысловатой, но суть сводилась к простому запрету: возвращаться назад нельзя.
Пройденный коридор становился табу. Любой неверный шаг грозил в будущем завести в тупик, где все пути уже испещрены следами. Идёт лишь первый раунд, планировки этой Стальной крепости никто толком не знал, так что на втором этаже игроки неизбежно плутали, навсегда отрезав себе доступ к части помещений.
— Наверняка в одной из тех комнат, — согласилась Ли Мяомяо. — Мы только что спустились на первый этаж и шли строго по прямой, без развилок. На первом мы ещё не делали выбор, а значит, и ошибиться не могли. Раз Часы истины утверждают, будто нам ни за что не отыскать Шрёдингера, значит, он засел в тех недоступных коридорах наверху.
Возникала, однако, ещё одна сложность.
Чжао Сяофэй мрачнела на глазах:
— Честно говоря… я не слишком отчётливо помню весь наш маршрут.
Слова повисли в воздухе. Остальные смешались. Тан Мо поджал губы и посмотрел на Фу Вэньдо. Встретившись взглядом с его тёмными, непроницаемыми глазами, Тан Мо мгновенно успокоился.
— Я помню, — прозвучал низкий голос Фу Вэньдо.
Все разом обернулись к нему.
Забрав из рук Чжао Сяофэй помаду, Фу Вэньдо уверенно провёл по схеме второго этажа извилистую линию.
Начав с вершины шестого ромба — кухни, — он хладнокровно соединил все коридоры, по которым успела пройти их пятёрка. Мало того, возле каждой из восьмидесяти с лишним обследованных комнат он поставил аккуратную красную точку. Чжао Сяофэй замерла с открытым ртом. Когда линия дошла до их текущего местоположения, Фу Вэньдо вернул ей помаду.
Помолчав, девушка недоверчиво спросила:
— Ты… уверен, что нигде не ошибся?
Фу Вэньдо лишь слегка изогнул бровь.
— Всё верно, — подтвердил Тан Мо.
Чжао Сяофэй перевела на них скептический взгляд.
Она и не подозревала, что Фу Вэньдо исправил ошибки в её наброске, превратив топорную схему в точнейшую карту.
В это самое время в тёмном помещении, где в углу сидел и уминал кошачий корм управляющий средних лет, Его Превосходительство Шрёдингер таращился на рисунок в руках Чжао Сяофэй. Разгневанный кот раздувал щёки и сдавленно хмыкал от злости. Эскиз повторял планировку Стальной крепости до мельчайших деталей — сам Шрёдингер вряд ли воспроизвёл бы её с такой точностью!
С момента загрузки Земли физические возможности игроков неуклонно росли. Но одно дело — удержать в памяти пройденный путь, и совсем другое — в замкнутом пространстве восстановить пространственные пропорции и расстояния.
Идя в хвосте группы, Тан Мо едва слышно шепнул:
— На втором этаже действительно остались нетронутыми всего четыре коридора?
Фу Вэньдо опустил взгляд. Тан Мо только что с полной уверенностью заявлял о правоте спутника, а теперь переспрашивал.
В глазах майора мелькнула едва заметная тень усмешки:
— Да. Только четыре.
— Я верю тебе, — пояснил Тан Мо. — Но если не пройдены только они, возникает неувязка.
— В чём же?
— Ты правда думаешь, будто Шрёдингер прячется там?
Фу Вэньдо замер. Троица впереди продолжала шагать. Посмотрев на Тан Мо долгим, пристальным взглядом, он негромко произнёс:
— Не думаю.
Тан Мо тонко улыбнулся:
— Я тоже.
Тан Мо ни секунды не сомневался в точности схемы: доверие к Фу Вэньдо было безоговорочным. И тот оправдывал его сполна. Подобная задачка для бывшего спецназовца не составляла ни малейшего труда — он справился бы с ней и до изменения мира. На одном из прежних заданий Фу Вэньдо довелось в одиночку проникнуть на охраняемую секретную базу. Сделав по объекту всего один круг, он набросал подробнейший план с точностью до метра, отыскав и лаборатории, и пункт управления.
Но если карта Фу Вэньдо верна, происходящее становилось ещё более странным.
Тан Мо на ходу погрузился в размышления.
Коридор первого этажа уступал второму в запутанности: минимум поворотов, прямые линии, образующие чёткий прямоугольник. Двери тянулись по обеим сторонам. Обойдя половину этажа, отряд осмотрел ещё одиннадцать комнат.
Возглавлявшая колонну Чжао Сяофэй резким движением замерла:
— Опять лестница?
Сверив схемы обоих уровней, Ли Мяомяо подытожила:
— Это тот самый пролёт, который попался нам первым.
На втором этаже им встретились две лестницы, ведущие вниз. Тогда по решению Тан Мо первый пролёт проигнорировали, спустившись по второму, — так они оказались на первом этаже и попали к Часам истины.
— Подниматься бессмысленно, — рассудила Чжао Сяофэй. — Там всё усыпано следами, стоит ступить — и раунд окончен. Осмотрим сначала остатки первого этажа.
Пройдя ещё немного, Тан Мо обернулся и в замешательстве окликнул спутника:
— Виктор?
В мрачном металлическом коридоре высокий мужчина застыл посреди прохода, выпрямившись во весь рост. Фу Вэньдо переводил озадаченный взгляд с левой стены на правую, хмурясь всё сильнее. Затем уверенно подошёл к Тан Мо. Тот не успел опомниться, как майор наклонился к самому его уху и едва слышно прошептал единственную фразу.
Тан Мо мгновенно окаменел.
Спустя десять минут, завершив круг по первому этажу, игроки вновь приблизились к обители Часов истины.
Дорисовывая помадой схему, Чжао Сяофэй подметила:
— Первый уровень куда проще второго — обычный прямоугольник. Всего двадцать девять комнат, мы обыскали каждую и ничего не нашли. Шрёдингер гарантированно наверху, в тех коридорах, куда мы не смогли попасть.
— Моя леди, сомневаюсь, что всё так прозрачно, — с лёгким смешком подал голос Грея.
Впрочем, девушка и сама понимала: выводы выглядят чересчур очевидными. Разве штурм башни бывает настолько простым?
Впрочем, не будь у них проницательности Фу Вэньдо и подсказки Часов истины ( «Вам ни за что не отыскать Шрёдингера»), они бы ни к чему не пришли. К тому же в ряде комнат таились смертоносные изобретения — дай игроки слабину, и их бы размазало на месте. Да и сама схема второго этажа настолько запутана, что рядовой игрок израсходовал бы попытку, так и не выбравшись на первый уровень.
— В любом случае мы уже осмотрели больше сотни комнат, осталась малая часть, — поразмыслив, предложила Чжао Сяофэй. — В запасе ещё две попытки. Во втором раунде просто проверим пропущенные коридоры. Да и третий останется, так что проигрыш нам пока не грозит.
Логика казалась железной, и Ли Мяомяо кивнула. Она уже собралась поддержать подругу, как вспомнила наказ Жуань Ваншу и украдкой взглянула на Тан Мо с Фу Вэньдо.
И замерла.
Тан Мо едва заметно качнул головой.
Ли Мяомяо окончательно растерялась.
Тан Мо вздохнул. Ли Мяомяо — не Фу Вэньдо: допереть до сути с полувзгляда в столь запутанном деле она не способна.
— Так что, возвращаемся на второй этаж? — уточнила Чжао Сяофэй.
— Я хочу ещё раз навестить Часы истины, — произнёс Тан Мо.
Девушка удивлённо вскинула брови:
— Зачем они тебе сдались?
— Дверь Часов расположена аккурат напротив лестницы, — сохраняя спокойствие, ответил Тан Мо. — Коль скоро первый раунд мы так и так сливаем, можно сделать эту комнату отправной точкой. Оттуда удобно подниматься.
— Что ж… разумно, — кивнула Чжао Сяофэй.
— Идём, — подвела итог Ли Мяомяо.
Первая попытка всё равно сгорела, так что стартовая позиция роли не играла.
Шагая во главе отряда с фонарём в руке, Тан Мо взялся за железную рукоять. Стоило нажать на неё, как помещение затопило лазурное сияние. Вспышка угасла, и все пятеро обнаружили, что их ступни намертво прилипли к полу.
Раздался ровный женский голос:
«Приветствую в мире Часов истины. Я вел… вел… великая…»
Часы истины замялись.
«Да вы что, издеваетесь, опять вы?!» — металось в механическом разуме артефакта.
Несчастный механизм никак не ожидал, что отбитые людишки, даже не приступив толком ко второму раунду, снова припрутся к нему. Коридоры блокировались, но в пройденные комнаты заходить никто не запрещал.
Часы истины молча созерцали визитёров, а игроки, задрав головы, воззрились на циферблат.
Игра в гляделки затянулась.
У Часов от такого расклада шестерёнки заходили ходуном.
Спустя пару мгновений механизм попытался придать голосу максимально бесстрастное звучание:
«Нарушители Чёрной башни, чего вам ещё надобно? Я выложила всё, что знала! Его Превосходительство Шрёдингер и без того пустит меня на запчасти и раздаст другим Владыкам! Неужели вам обязательно добивать меня?»
Голос прозвучал до того обиженно, будто принадлежал брошенной женщине…
— Мы лишь решили сделать твою обитель финишем этого раунда и стартом следующего, — проворчала Ли Мяомяо. Никто не собирался пинать тебя лишний раз…
«Верно, — удручённо подтвердили Часы. — Переступив порог, вы официально проиграли первый раунд».
И тут же громыхнуло оповещение Чёрной башни:
[Динь-дон! Первый раунд игры «Прятки Шрёдингера» завершён!]
[Начинается второй раунд!]
Сладковатое мяуканье, перемежаемое злорадным хохотом, раскатилось по металлическому залу:
— Ха-ха-ха! Глупые, жалкие игрочишки! Вам никогда меня не найти! Все вы пополните мою коллекцию! Эй, бесполезная железяка, вышвырни этих наглецов вон! Не терпится запихать их в хранилище — переделывать в вонючие унитазы для Санта-Клауса!
Обе девушки мгновенно потемнели ликом.
Ли Мяомяо сжала кулаки, намереваясь сразу по выходе рвануть наверх, в пропущенные коридоры.
«Слушаюсь, великий господин Шрёдингер. Сию секунду выставлю этих смертных», — покорно отозвались Часы.
Но в следующую секунду над помещением пронеслось спокойное:
— А кто сказал, что мы уходим?
Часы истины оборвали речь на полуслове.
В своей тёмной каморке чёрный кот удивлённо похлопал глазами, втихую вылупившись на дерзкого человека.
В закрытом стальном пространстве Тан Мо и Фу Вэньдо возглавляли группу. Тан Мо чуть приподнял подбородок и, не мигая, взирал на гигантский циферблат.
— Оказавшись в твоём мире, мы ведь имеем право запустить новую игру? — отчеканил он. — Стать истиной или сокрушить её.
«Но вам ведь уже известен ответ, Нарушители!»
— Так мы можем сыграть ещё раз? — надавил Тан Мо.
Совершенно не понимая его замысла, Часы помешкали:
«…Можете».
Не только Часы, но и Ли Мяомяо с Чжао Сяофэй не могли взять в толк, к чему терять драгоценные минуты. Грея лишь задумчиво разглядывал спину Тан Мо. В своём укрытии чёрный кот обхватил голову лапами и сверлил затылок человека бешеным взглядом, пытаясь разгадать его мысли.
Внезапно Шрёдингер заметил, как уголок губ Фу Вэньдо изогнулся в еле заметной полуулыбке. Изумрудные зрачки кота дико расширились.
— Часы, живо вышвырни их! Запрещаю им задавать вопросы…
— Мой вопрос звучит так, — чистый, звенящий голос Тан Мо перебил истерику кота. Он ледяным взглядом мерил часовой механизм. — На текущий момент, едва начался второй раунд… Скажи, Часы истины… мы уже проиграли эту игру?
В помещении воцарилась гробовая тишина.
Чжао Сяофэй и Ли Мяомяо ошеломлённо уставились на Тан Мо. Грея слегка вскинул бровь и с тихим стуком опустил на пол свою чёрную трость. Никто не заметил, что его артефакт чудом игнорировал правила заблокированного пространства, свободно передвигаясь.
Однако Часы впервые за всё время хранили молчание.
Пауза затягивалась. Голубой корпус едва заметно вибрировал.
Вопль кота, полный животной ярости, разрезал тишину:
— Не смей отвечать ему! Бракованная железка, заткнись! Я запрещаю тебе разевать рот, запрещаю-о-о!!!
Будь у механизмов глаза, Часы прямо сейчас с тоской воззрились бы на потолок, словно созерцая сквозь толщу металла образ величайшего изобретателя мира Чёрной башни.
Спустя три секунды бесстрастный женский голос размеренно произнёс:
«Великий господин Шрёдингер. Я являюсь бракованным изделием. Но моя непригодность кроется не в неведении истин мира, а в наличии чувств, истине противоречащих. Если ко мне обращаются с вопросом, я обязана дать ответ. Солгать я не могу, а вопрос сформулирован в бинарной форме. Если я искажу истину, Нарушители сокрушат её и всё равно получат разгадку. Вы и сами понимаете: задав подобный вопрос, они доказали, что разгадали алгоритм прохождения».
— Бесполезный металлолом! — зашлась в истошном визге чёрная тварь.
На огромном циферблате с тихим скрежетом пришли в движение стрелки. Игнорируя вопли Шрёдингера, механизм ровно продолбил:
«Приветствую в мире Часов истины. Я — великие Часы истины, ведущие точный отсчёт времени для глубокоуважаемого господина Шрёдингера. Нарушители Чёрной башни, вам дано пять попыток вопрошания. Станьте истиной или сокрушите её. Что до твоего вопроса…»
Часы словно сфокусировали невидимый взор на Тан Мо.
«…мой ответ: ДА».
«Сию секунду, на данный момент времени… Нарушители Чёрной башни, вы уже потерпели поражение во втором раунде игры в прятки».