В ледяной, непроглядной тьме озера Сюаньу на самом дне покоились больше сотни человеческих тел. Увлечённые течением, они медленно погружались в донный ил. Вечерний шквал пробежал по воде, пуская рябь. Кому пришло бы в голову, что под этой мирной гладью скрывается массовое захоронение?
Тан Мо отвёл взгляд от воды — глубина была непроницаема.
— Господин Фу оказался прав, — заговорил Сяо Цзитун. — На дне лежит примерно сто два человека. Четверо из них — наши, из группы Нанкина. Остальные девяносто восемь — иногородние нелегалы и обычные нанкинские игроки. Час назад наша группа прохождения встретилась с группой Нанкина у ворот парка.
Он сделал небольшую паузу и пояснил:
— Встречу организовал я. Мы разделились на два отряда: один отправился на запад проверять станции переработки мусора, второй — на восток. Планировали сойтись здесь и вместе двинуться к станции возле Синьцзекоу. Там явно намечалась бойня.
Засады стояли у каждой станции — вопрос заключался лишь в том, когда именно вспыхнет стравливание.
Тан Мо пересказал то, с чем они с Фу Вэньдо столкнулись возле Синьцзекоу:
— В высотках вокруг той станции залегло не меньше полусотни человек. Напали полсотни-шестьдесят, а сколько ещё выжидало в тени — черт его знает.
— Именно поэтому нам требовалось объединить силы, — кивнул Сяо Цзитун. — Но я не предполагал, что у последнего пункта в парке озера Сюаньу нас уже поджидают три группы нелегалов. Обычно, видя численное превосходство, они не рискуют атаковать первыми. Но эти оказались иными. Они припёрлись из одного города, давно знали друг друга и входили в крупную организацию. В общем, завязался бой.
Сяо Цзитун обвёл рукой пространство острова:
— Нас было двадцать два человека против их двадцати девяти. Ребята они умелые, но верх всё равно брали мы.
То, что Фу Вэньшэн сумел закрыть игру, стало абсолютной неожиданностью. Не будь того проклятого эффекта «Взгляд мусора», группа Нанкина и группа прохождения спокойно ушли бы отсюда, раздавив засаду. Но история не терпит сослагательного наклонения. Едва Чёрная башня огласила победу мальчика, как больше половины нелегалов во всем Нанкине бросились на его поиски.
Тех нелегалов, что оказались поблизости от района Сюаньу, долго выслеживать не пришлось — они мгновенно вышли на мальчишку.
И началось кровавое месиво.
Тан Мо стоял на вязкой от влаги земле и даже представить не мог, какая лютая резнюшка кипела здесь полчаса назад. Однако итог оказался беспощаден: четверо отборных бойцов группы Нанкина погибли, а девять десятков игроков навсегда остались на озёрном дне.
Тан Мо прикрыл глаза.
«Ты сказал, там были не только нелегалы, но и местные игроки? — подумал он. — Зачем нанкинцам нападать на своих? Какая им с этого выгода?»
Сяо Цзитун встретил взгляд Тан Мо и едва заметно усмехнулся. Увидев это выражение, Тан Мо осёкся. До него мгновенно дошло.
Спустя секунду он спросил:
— Сколько значков вам удалось собрать?
— В общей сложности сто пятьдесят шесть штук, — ответил Сяо Цзитун. — С учётом комплекта, который только что потратил Сяо Шэн, вышло всего восемь полных наборов.
Тан Мо замолчал.
Нелегалы напали на нанкинскую группу потому, что те были изранены после первой стычки. Им нужен был Фу Вэньшэн, чтобы выбить из него способ прохождения игры. А попутно, добив остальных, можно было разжиться их значками. На счету этих чужаков уже числились сотни трупов по всему городу; местных они считали слабаками и в расчёт не брали.
Это мотив нелегалов.
Но почему к бойне примкнули нанкинцы?
Тан Мо посмотрел за спину Сяо Цзитуна. Молодая женщина, которая всегда сопровождала Чай Жуня, с каменным лицом переходила от одного раненого к другому, перевязывая увечья. На узком островке вповалку лежали бойцы обеих групп — большинство было тяжело искалечено.
Убей их — и получишь целую гору значков.
До конца игры оставалось от силы три часа. Раз собрать полный комплект честным путём всё равно не выходило, почему бы не пойти на отчаянный шаг? Когда толпа прёт напролом, ты просто присоединяешься к грабежу. Ничего личного.
Для рядовых игроков Нанкина это был единственный шанс выжить.
Поодиночке никто из них и близко не подступился бы к ветеранам группы Нанкина. Но стакнувшись с иногородними волками, они увидели в этом щель возможностей.
Сяо Цзитун не стал развивать тему, да и Тан Мо не расспрашивал.
Фу Вэньдо отошёл в сторону и сверху вниз посмотрел на младшего брата:
— Найди укрытие и сиди тихо. Следующие три часа на глаза никому не показывайся.
Фу Вэньшэн покорно кивнул. Он и сам собирался поступить именно так.
Минуту спустя в воздухе раздался звонкий, чистый голосок Чёрной башни. Появилась предпоследняя волна кроликоголовых.
Тан Мо повернулся к Сяо Цзитуну:
— У вас собрано восемь комплектов SURPRISE, а людей — восемнадцать. Не хватает десяти. У нас тоже всего один комплект, нужен ещё один. Через два часа встретимся у станции переработки возле Синьцзекоу.
Сяо Цзитун улыбнулся и кивнул:
— Договорились.
Тан Мо уже сделал шаг прочь, как сзади донеслось:
— Тан Мо, а «SURPRISE» — это правда те самые значки?
Он замер и обернулся. В непроглядной тени деревьев лица Сяо Цзитуна было не разглядеть. Тан Мо показалось, будто тот улыбается, но в такой обстановке подобная улыбка выглядела откровенно жутко.
Тан Мо помедлил и спросил в ответ:
— А ты сам как думаешь?
— Без понятия, — признался Сяо Цзитун.
— Вот и я не знаю.
Несколько секунд они молча вглядывались в темноту. Затем Тан Мо развернулся и пошёл прочь. Фу Вэньшэн поспешил следом за старшим братом.
Группе Нанкина сейчас было не до мальчишки. Фу Вэньдо увёл брата из парка Сюаньу в старый жилой квартал. Проверив окружение, он запер пацана в пустующей квартире.
— До конца игры на улицу ни ногой, — отрезал Фу Вэньдо. — Жди меня здесь.
Фу Вэньшэн судорожно закивал.
Тан Мо и Фу Вэньдо не хватало последней буквы «I», так что терять время было нельзя. Убедившись, что мальчик заперт, они покинули дом.
Фу Вэньшэн стоял у окна и провожал их взглядом. Как только фигуры взрослых растворились в темноте у ворот двора, парень прошёл по комнате, запер все замки и наглухо задернул шторы. Он опустился на диван, сжал кулаки так, что побелели костяшки, и уставился в пол. Его тело била крупная дрожь.
Спустя минуту тишину комнаты разрывают глухие всхлипы.
Только сейчас этот двенадцатилетний пацан разревелся во весь голос. Он проплакал несколько минут, отчаянно утирая слёзы рукавом. Стоило зажмуриться, как перед глазами снова всплывала картина часовой давности. Тьма, из которой на остров валит неисчислимая орда. Им нужен был не просто он сам и секрет прохождения. Им нужны были значки.
Чтобы развязать войну, толпе достаточно малейшего повода.
Он всё это понимал. В Нанкине долго было тихо, но внешний мир никогда не был добрым. Убийство стало нормой, гибель товарищей на твоих глазах — неизбежностью. Но всё же...
— Он же ещё остался должен нам предмет... — просипел мальчик в пустой квартире.
Спустя пять минут Фу Вэньшэн утёр слёзы и выложил на стол арсенал артефактов. С каменным лицом он прошёл на кухню, забрал пару самых острых ножей. Вернувшись в гостиную, парень принялся хладнокровно расставлять ловушки. Если кто-то пронюхает про его убежище и попрет на штурм, у него будет шанс выскочить через запасной путь.
* * *
В это же время в парке озера Сюаньу.
Хоть Чай Жун и получил тяжелейшие ранения, его феноменальная выносливость взяла своё: он пришел в себя раньше остальных троих покалеченных бойцов. Заручившись поддержкой двух соратников, подставивших плечи, он поднялся.
— Возле этой станции смертельно опасно, — произнёс Сяо Цзитун. — Вышла очередная волна кроликоголовых. Нам нужно добыть значки. Раненые — в укрытие, остальные — за мной.
Чай Жун уставился на него мутным взглядом:
— Ты предлагаешь мне прятаться?!
Сяо Цзитун скользнул по нему холодным взглядом и едва заметно усмехнулся:
— А есть возражения, командир Чай? В твоем нынешнем состоянии ты будешь только обузой.
Чай Жун хотел вспылить, но возразить было нечего. Помявшись, он прохрипел:
— Я быстро приду в норму.
— «Быстро» — это за два часа?
— Ах ты...
Сяо Цзитун положил тяжелую ладонь ему на плечо:
— Ладно. Через два часа ждем вас у Синьцзекоу. А сейчас убирайтесь отсюда. Сяо Цзяо, идешь с ними. Будем держать связь через предметы. Как только Чай Жун встанет на ноги — немедленно веди его к нам вместе с Сюй Жун.
Златовласый мальчик закивал.
Чай Жун попытался что-то возразить, но Сяо Цзитун просто жестом приказал утащить его. Тяжелораненых нанкинцев оставалось четверо. Оставив двоих для охраны, Сяо Цзитун разбил оставшихся двенадцать человек на две группы и повел их на охоту за значками.
Когда они уже покидали остров, один из нанкинцев не удержался:
— Командир Сяо... Мы же Лао Ли и остальных прямо в воду сбросили, когда спешили. Может, вытащим? Хотя бы костьми в землю положим, по-человечески...
Сяо Цзитун обернулся:
— У тебя есть на это время?
Мужчина осёкся.
На губах Сяо Цзитуна заиграла ледяная, лишённая тепла улыбка:
— Я с самого начала терпеть не мог идеологию Чай Жуня. Но тогда он был силен и мог давить всех авторитетом. Сейчас они мертвы. Какая разница — гнить на дне озера или под слоем грязи?
— Ты... да как ты... — опешил нанкинец.
— Есть разница?! — отрезал Сяо Цзитун с такой отповедью, что все мгновенно заткнулись.
Нинин с зажатым в руках арбалетом молча стояла подле него, равнодушно наблюдая за сценой. Сяо Цзитун медленно оглядел уцелевшую дюжину бойцов:
— Им не нужна ваша яма в земле. Они мертвы, и форма погребения их не волнует. Их смерть — это наглядный урок вашему командиру... — Он сделал паузу и тихо проговорил: — Он что, возомнил себя Чёрной башней? Думал, сможет вечно вершить судьбы Нанкина?
Пока Чай Жун был рядом, Сяо Цзитун держал язык за зубами. Но теперь бойцам группы Нанкина до боли хотелось вступиться за своего лидера. Вот только рты их открывались, а вымолвить ни слова они не могли.
Насколько глуп был Чай Жун? С первой минуты знакомства Сяо Цзитун твердил всем вокруг: «Командир Чай — отчаянный дуралей, умеющий только махать кулаками».
И самой дикой его ошибкой была наивная вера в то, что он способен в одиночку опекать целый мегаполис на протяжении трёх месяцев.
Тяжёлые тучи заволокли небо. Сяо Цзитун стоял под порывами сырого озёрного ветра, смотря на цвет нанкинских игроков. Три месяца назад сильнейший резервист с горячим сердцем взвалил на себя бремя защитника. А три месяца спустя те самые люди, кого он оберегал, смешались с бандой нелегалов и с ножами в руках пошли резать его бойцов ради значков.
Сяо Цзитун прикрыл глаза, уголки его губ исказились в горькой ухмылке. Но на этот раз он проклял не Чай Жуня. Он проклял себя:
—... Нет. Это не он глупец. Это я идиотом был.
* * *
После того как Фу Вэньшэн закрыл подземелье, атмосфера в Нанкине накалилась до предела. В поисках значков Тан Мо и Фу Вэньдо столкнулись ещё с четырьмя отрядами охотников. Кроликоголовые монстры превратились в уличный декор — эти твари лишь подливали масла в огонь своей беготнёй.
— Резать игроков куда выгоднее, чем гоняться за зайцами, — укрывшись в разгромленном магазине электроники, быстро проговорил Тан Мо. — До всех наконец дошло. Так что любая встреча теперь — это бой на поражение. Нам не просто не уступят значок, с нас сорвут наши.
— Сяо Цзитун говорил, что с кроликов «I» тоже падает, просто шанс мизерный, — напомнил Фу Вэньдо.
Тан Мо глубоко задумался. Не успел он вымолвить и слова, как снаружи раздался оглушительный треск. Оба мгновенно обернулись. Огромный кроликоголовый, неудачно рассчитав прыжок, со всего размаху врезался в несущую стену и брякнулся на асфальт. Мотая шальной головой, тварь подняла глаза — и встретилась взглядом с Тан Мо и Фу Вэньдо.
Монстр поджал уши и пискнул:
— Джи-джи!
— Вали его!
Звуки жестоких схваток оглашали каждый уголок Нанкина. Точно так же в остальных девяти игровых секторах Китая земля пропитывалась кровью, а на мостовых стыли трупы. Победители забирали добычу и снова отправлялись на охоту.
Спустя два часа наступило время последней волны. Тан Мо добил напавшую из засады женщину-игрока, подошёл к телу и извлёк из её кармана шесть значков. Вглядевшись во второй, он замёр.
Повернувшись к Фу Вэньдо, Тан Мо покрутил металлическую пластинку в пальцах и ухмыльнулся:
—... «I».
Фу Вэньдо оглядел букву и дёрнул уголком рта:
— Осталось меньше часа.
— Да. Пора на встречу с Сяо Цзитуном.
* * *
Синьцзекоу, Нанкин
«Троянского коня» можно было активировать лишь раз в три дня, так что на этот раз отследить местоположение союзников волшебством не вышло. Пользуясь темнотой, две тени скользнули в здание торгового центра. Тан Мо нырнул за стойку косметического отдела и принялся ощупывать деревянные панели. Спустя минуту пальцы наткнулись на шероховатость.
— Они уже здесь. Пришли раньше нас. На втором этаже.
Тан Мо отнял руку — на стенке были вырезаны две маленькие пятиконечные звезды.
Снявшись с места, они поднялись по пожарной лестнице. Подходя к дверному проему второго этажа, Фу Вэньдо трижды чётко постучал по бетону. Изнутри ответили такими же тремя ударами. Тан Мо толкнул дверь.
Группа Сяо Цзитуна была в сборе.
Едва Тан Мо и Фу Вэньдо вошли, Сяо Цзитун спросил:
— Как Сяо Шэн?
— В безопасном месте, — ответил Фу Вэньдо. — Заберу его, когда всё закончится.
Уловив подтекст, Сяо Цзитун улыбнулся:
— Вы собрали комплект?
— А вы? — вопросом на вопрос ответил Тан Мо.
Просто уничтожая кроликов, выбить десять букв «I» было нереально. Тан Мо давно смирился со своей катастрофической неудачливостью — за одиннадцать часов непрерывных поисков они с Фу Вэньдо выудили всего две «I», да и то благодаря удаче майора.
У отряда Сяо Цзитуна дела тоже шли неважно — еще два часа назад у них стоял затык.
— Всё готово, — кивнул Сяо Цзитун. — И даже остался один лишний комплект «SURPRISE».
Тан Мо оторопел:
— Вы собрали всё?!
Сяо Цзитун подтвердил это спокойным кивком.
Тан Мо поджал губы. Догадка вспыхнула в его голове мгновенно. Он переглянулся с Фу Вэньдо, и по умалчивающему взгляду майора понял: тот думает о том же. За два часа раздобыть одиннадцать редчайших значков можно было только одним способом — сняв их с трупов других игроков.
Так или иначе, цель была достигнута — у каждого на руках имелся полный набор «SURPRISE». Имея перед глазами пример Фу Вэньшэна, никто не сомневался: стоит опустить значки в жёлтый свет возле станции — и игра засчитана.
Главная проблема заключалась в другом...
— Как мы будем пробиваться к станции? — спросил Тан Мо.
Сяо Цзитун развернул перед ними подробнейшую карту Нанкина. Тан Мо поразился филигранности рисовки: на ней были обозначены все улочки вокруг Синьцзекоу, высотность каждого здания и расстояния между ними. В центре перекрестка алела пятиконечная звезда — станция переработки мусора района Циньхуай.
— Я выбрал эту точку потому, что мы с Нинин знаем этот район как свои пять пальцев, — пояснил Сяо Цзитун. — Из одиннадцати нанкинских станций здесь гарантированно собралась самая плотная засада. До катастрофы это место было эпицентром городской жизни. Но зато эта территория — наше домашнее поле.
Вместо того чтобы искать путь с меньшим количеством врагов, Сяо Цзитун предпочёл опираться на знание местности. Собственная подготовка надежнее слабости противника.
— Смотрите: здесь, здесь и здесь... — он указал на семь точек. — Идеальные позиции для засады. Вот эта высотка стоит в ста пятидесяти метрах от станции. Если занять этажи выше двадцатого...
Сяо Цзитун быстро начертил три оптимальных маршрута прорыва.
— Последний час превратится в кровавое месиво, — произнес он. — Не успеешь войти на станцию — Башня засунет тебя в сложный режим штурма. Поэтому сюда сопрётся весь город. Волна кроликов никого не волнует — грабить игроков куда проще. В последние десять минут засадники озвереют окончательно. Ждать нельзя, иначе в общей кутерьме шанс пробиться стремительно упадет к нулю.
Тан Мо ткнул пальцем в западный маршрут:
— Мы с Фу Вэньдо пойдём отсюда.
Сяо Цзитун одобрительно кивнул:
— Отлично. Мы с Нинин ударим по центру, а Чай Жун с нанкинцами зайдёт с востока.
— Одновременный удар с трёх сторон растянет силы обороны, — сказал Тан Мо. Сам он в тактике крупномасштабных уличных боёв разбирался слабо, поэтому повернулся к Фу Вэньдо: — Что скажешь?
Все взгляды устремились на майора. В вопросах групповых операций компетентнее Фу Вэньдо здесь не было никого.
Фу Вэньдо вдумчиво окинул взглядом карту. Его взор задерживался на каждой отметке, оценивая высоты и углы прострела, пока не замер на самом высоком здании на севере.
— Эта башнища — доминирующая высота, — ровным тоном произнес он. — С её крыши станция видна как на ладони. Лучшее место для снайперов и засад. Главный костяк врага засел именно там.
Мозолистые пальцы майора скользнули по трём зданиям неподалеку:
— Эти три постройки примыкают к ней каскадом. Подняться на крышу северной высотки можно транзитом: с крыши первого дома на второй, затем на третий. Мы атакуем с юга, востока и запада, оставив север открытым — именно потому, что там сидит основная армада. Значит, перед штурмом... мы просто взорвём эту чертову башню.
Тан Мо на секунду замер. Мозг моментально просчитал комбинацию:
— Отвлечь внимание?
Фу Вэньдо ухмыльнулся:
— Если точнее — шуметь на севере, чтобы пройти с остальных трех сторон.
Тан Мо даже не заметил армейского юмора майора — он взвешивал шансы:
— Сработает. Используем эти три дома как трамплин, подберемся вплотную и заложим взрывчатку. Враги там не из слабых, от взрыва не сдохнут, но решат, что главный удар наносится с севера, и ринутся туда. А мы в этот момент рванем с флангов.
— Отличный план, — поддержал Сяо Цзитун. — Как раз у Сяо Цзяо есть подходящий артефакт массового поражения.
Златовласый мальчик тут же извлёк из закромов коробочку с готовыми спагетти и протянул командиру:
— Вот, капитан.
Сяо Цзитун передал коробку и посмотрел на Тан Мо с Фу Вэньдо:
— Остался один вопрос... Кто пойдёт минировать?
— Я, — прозвучало одновременно четыре голоса.
Нинин и Чай Жун удивленно уставились на Тан Мо и Фу Вэньдо. Сяо Цзитун нахмурился:
— Вы вдвоём — сильнейшая боевая единица. На западном направлении нельзя оставлять одного человека. Пусть идёт Нинин. Она молниеносная, подорвёт и сбежит.
— Я быстрей Нинин и крепче, — возразил Чай Жун. — Если её обступят, она не вырвется.
— Я смогу уйти! — огрызнулась Нинин.
— В прошлом месяце на спарринге я тебя уделал без проблем, забыла? — ляпнул этот суровый сухарь.
На бледном лице Нинин вспыхнула ярость, но она лишь презрительно фыркнула, решив не связываться с этим безнадежным сухарем.
— Ладно, пусть идёт Чай Жун... — начал Сяо Цзитун.
— Не надо. Пойду я, — отрезал Тан Мо.
Сяо Цзитун недоуменно воззрился на него.
Тан Мо пояснил:
— Я не утверждаю, что бегаю быстрее Нинин или дерусь лучше командира Чая. Но у меня есть артефакт, позволяющий игнорировать гравитацию и передвигаться по любым вертикальным поверхностям.
Глаза Сяо Цзитуна округлились — логика была неоспоримой. Но тут же возникла новая неувязка:
— Но если пойдешь ты, господин Фу останется на западном фланге в одиночку.
— Чтобы заложить взрывчатку и подорвать здание, мне хватит минуты, — ответил Тан Мо. — Он продержится.
Стоявший за спиной Тан Мо Фу Вэньдо окинул юношу весьма выразительным взглядом. Он не успел и слова вымолвить, а этот парень уже всё за него решил, да ещё и с такой непоколебимой уверенностью заявив, что майор «продержится минуту».
... А ведь в этом что-то было.
Фу Вэньдо усмехнулся, но спорить не стал.
План утвердили.
Сяо Цзитун перераспределил снаряжение между бойцами, еще раз сверил тайминги и передал спагетти в руки Тан Мо:
— Выживи. Вся надежда на тебя.
Тан Мо пробежал глазами описание предмета и убрал его в карман.
[Предмет: Миска спагетти с добавлением «головки собаки»]
[Владелец: Джордж Эдвард]
[Качество: Отличное]
[Уровень: Первичный]
[Сила атаки: Свирепая]
[Функция: бросок этой миски вызывает взрыв, сопоставимый по мощности с выстрелом итальянской 75-мм полевой пушки образца 1897 года.]
[Ограничения: одноразовый предмет.]
[Примечание: однажды один чудак забыл добавить «головку собаки», сожрал эти спагетти и в итоге сам скопытился от собственной глупости.]
Спрятав артефакт, Тан Мо вместе с остальными выскочил в переулок за торговым центром. Торговый комплекс располагался к югу от станции. Тан Мо и Фу Вэньдо взяли курс на восток, откуда Тан Мо должен был сделать крюк к северной башне.
Тан Мо вгляделся в силуэт высотки. Фу Вэньдо уже укрылся в тени, готовый открыть огонь по сигналу.
Тан Мо еще раз приценил расстояние между домами-каскадами и приготовился к рывку. Но не успел он сделать и шага, как чья-то сильная ладонь твердо обхватила его левое запястье.
Тан Мо ошеломленно обернулся.
Фу Вэньдо с невозмутимым видом притянул его к себе, а второй рукой ловко нырнул в правый карман куртки Тан Мо и извлёк оттуда коробку со спагетти.
Тан Мо обомлел:
—... Фу Вэньдо?
Майор посмотрел на него сверху вниз, и в его темно-карих глазах блеснула задорная искра:
— Восходить по стенам умеешь не ты один. На диверсию иду я. А ты жди сигнала и атакуй.
Тан Мо насупился.
Тан Мо не стал озвучивать главный аргумент: он рвался на диверсию не только из-за волшебных ботинок, но и потому, что его арсенал способностей был богаче, а значит, с непредвиденной дрянью ему справиться проще. Кроме того, оставшемуся прикрытию предстояло целую минуту принимать удар на себя. Фу Вэньдо — монстр в единоборствах; да, подрыв высотки смертельно опасен, но в сольном бою майор превосходил Тан Мо на голову.
Тан Мо уже собрался возразить, как над ухом раздался бархатный мужской голос с лёгкой насмешинкой:
— Что, одну минуту продержаться слабо?
Тан Мо застыл, вскинув взгляд на Фу Вэньдо.
— Я быстро, — добавил майор. Он достал из кобуры серебряный пистолет и вложил его в ладонь Тан Мо: — Держи. Не переживай, засадников тут как грязи.
Тан Мо посмотрел на ствол в своей руке, потом на Фу Вэньдо...
Засадников тут как грязи... То есть херачь в любую сторону — всё равно в кого-то попадешь?!
Тан Мо нервно дернул веком. Он сжал пистолет:
— Ладно. Давай одна нога здесь, другая там.
Тан Мо решительно развернулся и ушёл в укрытие. Фу Вэньдо усмехнулся, глядя ему вслед, качнул головой, а затем легким толчком ноги растворился в ночной тьме, устремившись к северной башне.
Пять минут спустя. 6 марта, 4:50 утра.
Оглушительный взрыв сотряс землю так, что под ногами заплясал асфальт. Сноп пламени взвился к самому небу. В деловом районе Синьцзекоу десятки прячущихся в темноте игроков в ужасе подскочили на ноги, уставившись на пылающую вершину северного небоскреба. Из охваченной огнем башни со взбешенными криками высыпали люди — они прыгали прямо с верхних этажей, ругаясь на чем свет стоит.
И тут в хаосе воплей кто-то гаркнул:
— Мать вашу, это тот ублюдок!
Все задрали головы. Из ревущего пламени выскочила черная тень, махом перемахнула через бруствер и перепрыгнула на крышу соседнего здания. Грохот подрыва эхом прокатился по всему торговому кварталу. Игроки у эпицентра разглядели нарушителя и с диким ревом бросились в погоню за подрывником. Выжидавшие в отдалении бандиты тоже прилипли к мостовой и рванули на север, рассчитывая поживиться в суматохе.
Но ровно в эту секунду с юга, востока и запада на перекресток выскочили три отряда, мчась напролом к центральной станции переработки. Пока враги соображали, что происходит, отряд Сяо Цзитуна с южного фланга уже ворвался в периметр.
Нинин в два прыжка оказалась у жёлтого свечения и швырнула внутрь восемь значков.
Кто-то заорал:
— Сука! Нас обставили!
Побежавшие было на север игроки судорожно развернулись обратно.
Вот только Тан Мо повезло куда меньше, чем Нинин. Стоило ему преодолеть половину пути, как его засекли засадники с западного крыла. Засада там оказалась небольшой, зато позиция обеспечивала идеальный обзор северной башни. Они прекрасно видели, как Фу Вэньдо спрыгнул с крыши, и мгновенно поняли: диверсант был один.
Когда Тан Мо рванул по улице, лишь малая часть врагов отвлеклась на взрыв — остальные остались на местах.
Свист! Взрезая воздух, над самой головой пронеслась тонкая стрела. Тан Мо пригнулся — и тут же по ушам ударил треск автоматных очередей.
Лицо Тан Мо потемнело.
«Вам совсем не интересно, что там, блядь, произошло?!» — прорычал он про себя, на лету раскрывая кружевной зонтик Волка-бабушки.
Ткань с треском приняла на себя ливень свинца. В следующую секунду в ход пошла вся шваль артефактов. Тан Мо уже не просто бежал сквозь свинцовый град — он крутил зонт как безумный, отбивая атаки и отчаянно ища хоть какое-то укрытие.
Прошла минута.
Уворачиваясь от очередного смертоносного заклятия, Тан Мо поймал себя на крайне логичной, отточенной и вполне оправданной мысли...
«Фу Вэньдо, блядь, твою мать, лживый ты ублюдок!!!»