То, до чего додумался Лю Ваньшэн, Тан Мо просчитал с самого начала.
Если бы игроки продвигались исключительно в строгом порядке приоритета, исходом игры распоряжался бы он один. Сколь бы клеток с книгами ни заняли Бай Жояо и Линь Цянь, пусть даже захватили бы их все до единой, стоит Тан Мо в конце отказаться гасить заветную клетку Мазайки — и этап им не пройти.
Ни о какой честности в подобных условиях речи не шло.
По мнению Лю Ваньшэна, Чёрная башня намеренно установила столь очевидный дисбаланс, подталкивая обе команды к сотрудничеству. В его догадке кролик здравого смысла определенно присутствовал. Никто не знал, когда вернётся волк-оборотень, и обе группы стремились пройти подземелье как можно быстрее. Тан Мо являлся ключевой фигурой, но если Бай Жояо с Линь Цянь решат помешать, им ничего не стоило занять все клетки с книгами или устроить прочую пакость, лишь бы сорвать чужой финал.
Потому Лю Ваньшэн и заявился к соперникам с требованием умолять о союзе.
При текущих правилах у фракции Бай Жояо не оставалось ни единого шанса на самостоятельную победу — инициативой полностью владел Тан Мо. Откажись тот от сотрудничества, и противников попросту сожрёт волк. Если же у Тан Мо и Лю Ваньшэна появится возможность финишировать вдвоём, они, естественно, плюнут на чужие проблемы и сбегут из игры.
Вот только Тан Мо не верил, будто Чёрная башня способна создать настолько кривую схему.
Он поднял взгляд и столкнулся глазом с Бай Жояо. На лице юноши с детским личиком ещё не успела растаять холодная усмешка. Заметив обращенный на него взор, он весело подмигнул Тан Мо, одарил Лю Ваньшэна презрительным прищуром и со скептическим фырканьем вернулся на исходную позицию.
Линь Цянь, беспрекословно подчинявшаяся своему спутнику, последовала за ним.
Лю Ваньшэн позеленел от злости. Его сковал морозный трепет, волоски на руках встали дыбом: хоть на улице и палило яркое солнце, спиной он физически ощущал липкую угрозу. Спустя пару секунд он перевел дыхание и развернулся, наткнувшись на спокойный, испытывающий взгляд Тан Мо. Не желая терять лицо, Лю Ваньшэн бросил вслед ушедшим: «Ты ещё пожалеешь!», после чего тоже встал на свою клетку.
Едва оба вернулись на позиции, раздался пронзительный звон Чёрной башни. Между командами вновь взметнулась прозрачная голубоватая стена, отрезав звуки.
Едва шум пропал, Лю Ваньшэн торопливо зашептал:
— Нам не нужен их союз, мы и сами справимся. По правилам в каждом раунде появляется как минимум одна книга. В прошлом выпало две, в следующем запросто может появиться три или четыре. Выпадет хотя бы три — и победа у нас в кармане! Их всего двое, больше двух книг они физически не перекроют. Мы заберем третью, а ты отрегулируешь свет на финише. И дело в шляпе! — Зрачки Лю Ваньшэна судорожно метались, будто он на ходу подсчитывал варианты. Вдруг он вскинул голову: — Хотя нет, три книги — это всё ещё риск, всё зависит от их расположения... Впрочем, главное — у нас есть шанс, а у них его нет вовсе!
Выдав этот словесный поток, Лю Ваньшэн сообразил, что Тан Мо смотрит вовсе не на него, а куда-то за его плечо. Проследив за его взглядом, он снова скривился от досады. Было очевидно: Тан Мо и этот оскалившийся психопат — не напарники, но прекрасно знают друг друга.
Лю Ваньшэн стиснул зубы:
— Ты что, реально думаешь с ним договориться?
— Он только что сказал, что ты скоро сдохнешь.
Лицо Лю Ваньшэна мгновенно потемнело:
— Да этот псих просто...
— Мне он тоже не нравится, — перебил его Тан Мо, не сводя с него пристального взгляда. — Но если он говорит, что тебе конец, значит, с вероятностью в девять из десяти так оно и будет. — Выражение лица Лю Ваньшэна становилось всё более тягостным. Тан Мо чуть прищурился: — И я вовсе не собираюсь умолять его о сотрудничестве. Эта игра гораздо сложнее, чем тебе кажется. Это не простая математическая задачка. А Бай Жояо далеко не так милосерден, как ты себе вообразил. Если он захочет тебя прикончить, поверь, ему это дастся куда проще, чем волку-оборотню.
— Ты...
— Волку, чтобы сожрать тебя, надо прожевать твои кости, на это уйдёт секунд десять. А Бай Жояо хватит и трёх.
Тан Мо умолк, и лёгкая улыбка сошла с его лица, уступив место ледяному спокойствию.
— Не стоит злить незнакомцев, пока не знаешь, с кем имеешь дело. И ещё: в следующем раунде светом управляю я. Ты идёшь брать книгу.
Лю Ваньшэн и сам собирался предложить смену ролей, но властный тон спутника задел его самолюбие:
— Я понял. Но не факт, что у него вообще получится меня уделать.
— Найдётся формулировка и попроще, — ровно отозвался Тан Мо.
Лю Ваньшэн опешил.
Под палящими лучами солнца этот собранный, привлекательный юноша чуть наклонил голову и слегка улыбнулся:
— Чтобы уделать тебя, мне хватит и одной секунды.
Сердце Лю Ваньшэна ухнуло в бездну. Внезапный мороз пробрал его до самых костей.
До начала второго раунда Тан Мо стоял неподвижно, погруженный в глубокие раздумья, а Лю Ваньшэн хмуро молчал, уставившись себе под ноги. Пять минут на обсуждение пролетели мгновенно. Мазайке надоело ждать, и едва время истекло, она принялась капризно требовать от Чёрной башни немедленного старта. Синяя световая завеса начала таять. Едва звуки противоположной стороны просочились сквозь истончавшуюся преграду, раздался робкий мужской голос:
— Я помню... Тебя ведь зовут Тан Мо?
Тан Мо отвлёкся от мыслей и повернул голову к Лю Ваньшэну. Ни да, ни нет.
—... Ты ведь тот самый Тан Мо?
Тан Мо выдержал паузу, абсолютно спокойно глядя на подобострастно сжавшегося спутника, а затем просто отвернулся.
Лю Ваньшэн сжал губы.
Точно, это он!
Если перед ним действительно тот самый Тан Мо, значит, его угроза — не пустой звук. Первый игрок во всём Китае, одолевший третий уровень Чёрной башни, действительно способен стереть его, едва перешагнувшего первый уровень, за какую-то секунду. А тот безумец напротив — и подавно.
Лю Ваньшэн мысленно выругался, сию секунду перечёркивая все прошлые соображения.
Против абсолютной силы никакие уловки не работают. Неудивительно, что девица даже пикнуть не смеет в ответ на выходки своего спутника — она наверняка сразу раскусила, кто перед ними. А уж если тот психопат способен на равных общаться с Тан Мо и даже доводить его до белого каления, значит, он такой же монстр.
И какого черта эти монстры забыли в рядовом реальном подземелье?!
В голове Лю Ваньшэна со свистом пронеслись сотни панических мыслей.
Световой барьер окончательно растворился, и Чёрная башня объявила о начале второго раунда. Внутри игровой зоны медленно проявились двадцать предметов.
Когда вспышка угасла, Тан Мо всмотрелся в расклад — на этот раз появилась всего одна книга!
И лежала она весьма удачно: в клетке А4, прямо перед Лю Ваньшэном.
«Динь-дон! Второй раунд. Количество доступных шагов для игроков: 7».
«Просьба игрокам совершать ходы поочередно, в соответствии с уровнем приоритета».
Бай Жояо хихикнул:
— Семь шагов, надо же.
С этими словами он размашисто шагнул на клетку перед собой.
Лю Ваньшэн просиял. Переглянувшись с Тан Мо и получив от него короткий кивок, он уверенно вступил в клетку А4. Линь Цянь пошла третьей, заняв клетку А2.
Это был идеальный расклад, о котором Лю Ваньшэн не смел и мечтать. Если он закрепится в районе А4 и станет маневрировать между этой клеткой и соседними, приоритет на А4 останется за ним.
Линь Цянь всё время отставала на ход. А Бай Жояо, чтобы добраться сюда, требовалось потратить все семь шагов. Только неустанно рвясь вперёд, тот мог перехватить приоритет. Но даже в этом случае их фракции победа не светила, тогда как у Лю Ваньшэна сохранялся шанс. Стоит Бай Жояо хоть на миг оступиться — и дело сделано.
Скрывая ликующий трепет, Лю Ваньшэн кружил неподалёку от А4.
Как он и опасался, Бай Жояо раскусил замысел и упорно продвигался к той же клетке.
Лю Ваньшэн мысленно вздохнул: «Урода не проведёшь, соображает мгновенно».
Бай Жояо неумолимо приближался, Линь Цянь крутилась поблизости. К концу пятого хода Бай Жояо занял B3, а Лю Ваньшэн, Линь Цянь и Тан Мо сгрудились около А4. Все четверо оказались буквально на расстоянии вытянутой руки. Шестым ходом Бай Жояо шагнул на А3. Лю Ваньшэн мысленно проклял всё на свете и ушёл на А5.
Итог шестого хода: Бай Жояо — А3, Лю Ваньшэн — А5, Линь Цянь — А3, Тан Мо — B4.
Седьмым ходом Бай Жояо, естественно, занял А4, перехватывая на неё приоритет. Лю Ваньшэн уже занёс ногу, собираясь шагнуть следом и заблокировать клетку, как вдруг Тан Мо отрывисто бросил:
— Иди на B5.
Лю Ваньшэн замер. Встретившись с холодным, проницательным взглядом Тан Мо, он моментально всё понял и, ужаснувшись собственной близорукости, метнулся на B5, подальше от лыбящегося юноши.
Второй раунд завершился ничьей.
Чёрная башня объявляла отбой, повелевая игрокам вернуться на исходные позиции. Лю Ваньшэн сделал шаг в сторону А5, Линь Цянь развернулась к А1. Но едва невидимые оковы спали, белая тень мгновенно сорвалась с места. Изгибаясь в стремительном броске, она рванулась к Лю Ваньшэну. В то же мгновение чёрный силуэт метнулся к Линь Цянь. Тан Мо и Бай Жояо одновременно сгребли чужих напарников, заставив тех замереть.
Лю Ваньшэн среагировал чудом, выставив перед собой странный красный фартук. Едва ткань коснулась воздуха, она затвердела, превратившись в импровизированный стальной щит. Однако нож-бабочка в руках Бай Жояо полоснул по ней вспышкой света — фартук распался на три куска и рухнул в пыль.
Нож-бабочка впился в горло Лю Ваньшэна ровно в тот миг, когда острие маленького зонтика от солнца Тан Мо уперлось в кадык Линь Цянь.
Оба игрока первого уровня застыли как вкопанные, не смея даже дышать. Услышав шорох за спиной, Бай Жояо плавно повернул голову. Заметив, как Тан Мо удерживает Линь Цянь на прицеле стального острия, он изобразил на лице крайнее изумление:
— Ой-ой, Тан-Тан, ты чего это? Неужто обижаешь беззащитную девушку?
Тан Мо, сжимая рукоять зонта, ровно отозвался:
— Занимаюсь ровно тем же, чем и ты.
— Да я просто решил поболтать с этим пареньком, правда ведь? — протянул Бай Жояо, однако лезвие ножа даже не подумал отвести: острая кромка чуть сдвинулась, окропив шею Лю Ваньшэна тонкой алой нитью.
Лю Ваньшэн одеревянел от ужаса. Лишь остатки разума удерживали его от панического крика.
Тан Мо на это лишь холодно усмехнулся:
— Вот и я просто беседую с твоей спутницей. Не так ли, мисс Линь?
Обращаясь к девушке, Тан Мо даже не удостоил её взглядом — его взор был прикован к Бай Жояо.
На расчерченном сеткой поле Мазайка с упоением наблюдала за зрелищем человеческой междоусобицы, подпрыгивая и подбодряя их восторженными воплями: «Давайте, завалите друг друга!». Под этот азартный визг Тан Мо и Бай Жояо безмолвно мерились взглядами. Напряжение нарастало, но улыбка на детском личике Бай Жояо постепенно гасла, тогда как у Тан Мо она становилась всё более зловещей.
Наконец Бай Жояо произнёс:
— Тан-Тан, ты ведь её не убьёшь. Я же знаю, ты у нас не из тех, кто режет невинных.
— А ты проверь, — отозвался Тан Мо.
Бай Жояо повел бровью и вместо ответа сильнее надавил на рукоять.
Кровь хлынула струей. В обычной жизни рана оказалась бы смертельной, но здесь Лю Ваньшэн лишь смертельно побледнел, пока поврежденные ткани затягивались прямо на глазах. Едва порез затянулся, Бай Жояо дерзко улыбнулся Тан Мо.
В следующую секунду кисть Тан Мо дернулась: маленький зонтик от солнца скользнул вниз и насквозь пробил грудь Линь Цянь.
Алая кровь мгновенно пропитала одежду.
Улыбка Бай Жояо сползла.
Тан Мо выдернул маленький зонтик от солнца и снова приставил его к горлу зашатавшейся девушки. Когда рана на её груди затянулась, он спокойно произнес:
— Я предупреждал: можешь проверить.
Бай Жояо не спускал с Тан Мо тяжелого взгляда.
Спустя мгновение он снова попробовал:
— Ты не станешь...
Договорить он не успел. Тан Мо без тени сомнения мазнул острием по шее Линь Цянь, оставив кровавую полосу.
Оба умолкли, сцепившись взглядами.
Прошло три бесконечных минуты. Прогремел сигнал Чёрной башни, приказывающий игрокам занять свои клетки перед третьим раундом. Никто не шелохнулся. Лишь когда башня собралась повторить требование, Бай Жояо вдруг ослабил хватку. Красивый нож-бабочка крутанулся в его пальцах и исчез в рукаве. Сунув руки в карманы, он беспечно поплелся к своей позиции, на ходу надув губы:
— Тан-Тан, ну ты и зануда. Уж и пошутить нельзя.
Едва Бай Жояо встал на клетку E1, Тан Мо убрал маленький зонтик от солнца и вернулся на место. Выпрямившись, он посмотрел на оппонента и ровно произнес:
— Убьешь его — я тут же кончу её.
Улыбка на лице Бай Жояо на миг дернулась. Он лишь пожал плечами и не стал возражать.
Голубая завеса снова поднялась, отрезая звуки. Натянутые до предела нервы Лю Ваньшэна наконец отпустили. Он судорожно заглатывал воздух, точно утопленник, вынырнувший на поверхность. Кое-как переведя дух, он с глубокой признательностью посмотрел на спутника:
— Тан... Тан Мо, спасибо, что спас меня.
Тан Мо закрепил маленький зонтик от солнца на поясе:
— Я тебя не спасал.
Лю Ваньшэн застыл с открытым ртом.
— С твоей смертью я останусь один против двоих, — пояснил Тан Мо. — Расклад станет крайне невыгодным, вытащить игру будет почти невозможно.
Выражение лица Лю Ваньшэна сменилось гаммой самых непередаваемых эмоций, но он понимал: Тан Мо говорит чистую правду. С вероятностью в девяносто процентов тому было плевать на его жизнь, а заступничество оказалось лишь побочным эффектом борьбы за собственную победу.
По ту сторону барьера Бай Жояо одними губами артикулировал:
«Ну ты и злюка».
Тан Мо проигнорировал его.
Тогда Бай Жояо повернулся к Лю Ваньшэну и прочеканил:
«А ты — тупица».
Лю Ваньшэн сжал кулаки и отвернулся.
Бай Жояо довольный хохотнул.
С той самой минуты, как Бай Жояо уронил своё «Объявляю тебя мертвецом», Тан Мо пытался понять: разглядел ли тот на Лю Ваньшэне печать скорой гибели или просто вознамерился убрать его лично?
Лю Ваньшэн ошибался в одном: первая команда вполне могла победить без всяких уговоров и союзов. Им достаточно было перебить соперников, оставив на поле только себя.
Во время раунда игроки скованы правилами и не могут свободно перемещаться. Если соблюдать дистанцию и не заходить в одну клетку, нападения легко избежать. Единственная брешь в защите — те три минуты между раундами, когда все возвращаются на исходные позиции.
Многие упускают это из виду, считая паузу безопасным техническим перерывом. Но именно она давала единственный шанс на убийство.
Бай Жояо намеревался убрать Лю Ваньшэна именно в этот момент.
Потому Тан Мо, едва спали невидимые цепи, не раздумывая рванул к Линь Цянь.
Хочешь устранить моего напарника? Вперёд, но я тут же сверну шею твоей!
Тан Мо поставил Бай Жояо перед жестким выбором, и тот предпочёл отступить.
Фу Вэньдо никогда бы не подставил невиновного. Но Бай Жояо не знал наверняка, решится ли на это Тан Мо. Он склонялся к тому, что тот не пойдет на грех, но рискнуть даже одной десятой процента не дерзнул.
Лю Ваньшэн напряженно просчитывал дальнейшие ходы. Главное сейчас — ни в коем случае не оказаться с этим психопатом на одной клетке. Если тот подобрался вплотную, Тан Мо просто не успеет вмешаться, да и не станет рисковать.
На лбу Лю Ваньшэна выступила холодная испарина.
И тут барьер опустился, а Чёрная башня огласила условия:
«Динь-дон! Третий раунд. Игрок №1 продвигается на 4 клетки, Игрок №2 — на 3 клетки, Игрок №3 — на 3 клетки, Игрок №4 — на 2 клетки».
Лю Ваньшэн вскинул голову, ошарашенно уставившись на стоящую в центре поля девчонку. Боковым зрением он заметил, что Тан Мо тоже удивленно прищурился.
На той стороне Бай Жояо на миг замер, а затем расплылся в ядовитой ухмылке:
— Охо-хо, вон оно как! Так вот она какая, башенная честность!
Лю Ваньшэн взорвался от негодования:
— Ты не говорила, что у всех будет разное количество шагов!
Мазайка вспыхнула сильнее его:
— А ты меня спрашивал, а?! Стала бы я тебе отвечать! Тан Мо и этот симпатяжка со мной нормально поговорили, а ты кто вообще такой? Я тебя знать не знаю!
— Ты!..
«Динь-дон! Ввиду разного количества доступных шагов, все игроки, кроме имеющего максимальный ход, могут распределять свои перемещения по собственному усмотрению. К примеру, Игрок №2, имеющий 3 шага, после первого хода Игрока №1 может пропустить передвижение и использовать оставшиеся 3 шага в последующих фазах».
Едва звонкий голосок затих, над полем воцарилась звонкая тишина. Каждый судорожно осмысливал новые вводные.
Вот уж действительно: ситуация развернулась на триста шестьдесят градусов.
Глядя на напряжённые физиономии игроков, Мазайка подперла подбородок ручонкой и, скопировав манеру Бай Жояо, перепончато качнулась из стороны в сторону:
— Ой-ёй-ёй, вот она, настоящая честность игры-ы-ы~