Германия, Берлин. Пять часов тридцать одна минута дня.
Свинцовые снеговые тучи плотным саваном затянули небосвод. Метель давным-давно утихла, но на улицах уже лежал десятисантиметровый слой сугробов. Снежное покрывало полностью поглотило Бранденбургские ворота — издалека они казались лишь гигантской белой рамой.
Внезапно из сумрака вылетела тёмная фигура и с оглушительным треском врезалась в каменную колонну.
Древняя арка, простоявшая более двух столетий, содрогнулась от удара; по камню змеёй расползлась длинная трещина. Упавшая на снег сереброволосая женщина не имела ни секунды на передышку: едва коснувшись земли, она оттолкнулась ладонью и стремительно отскочила назад на три шага.
Раздался грохот!
Гигантский леденец на палочке обрушился на то самое место, где мгновение назад лежала женщина, выбив в промороженной земле глубокую кратер-выбоину.
Санта-Клаус с добродушной улыбкой на лице размахивал этим колоссальным леденцом:
— Ха-ха-ха! Давай поиграем, милое моё дитя!
Сражение превратилось в избиение. Снег медленно укрывал тела тех, кто пал у подножия Бранденбургских ворот. Женщина с серебряными волосами осталась единственной выжившей, но её тело покрывали многочисленные раны, а реакции и движения фатально замедлились. Последовал новый удар — на этот раз уклониться не удалось. Огромная сладость сметнула её в сторону. Упав на снег, женщина выплюнула сгусток крови и больше не смогла подняться. Алая струя из рассечённого лба заливала глаза.
С трудом опираясь на локти, она увидела, как массивный, могучий Санта-Клаус вальяжно поднялся на свои сани. Перехватив поводья, он оскалился в улыбке:
— Ну что ж, пора подводить итоги! Запомни, дитя моё: Санта-Клаус никогда никого не убивает. Но если ты останешься лежать в снегу и случайно попадешь под копыта моих оленей или полозья саней... тут уж старика не вини. У пожилых людей зрение никудышное — об этом знает всё Королевство подземников!
Договорив, Санта громоподобно расхохотался и направил оленью упряжку прямо на беспомощную женщину.
Зрачки Елены сузились. Она изо всех сил пыталась подняться, но измождённое тело совершенно не слушалось.
Когда до несущейся упряжки оставалось едва ли пять метров, воздух рассек резкий свист. Выражение лица Санта-Клауса мгновенно изменилось — крутанув вожжи, он в последний момент увёл сани из-под удара объятой пламенем пули. Огненный снаряд врезался в Бранденбургские ворота. Мгновенно вспыхнувшее пламя растопило большую часть сугробов вокруг древней арки.
Санта-Клаус прищурился, поворачиваясь к незваным гостям.
Елена с трудом повернула голову.
Незаметно для всех тучи расступились. Клонящееся к закату солнце озарило горизонт. На границе земли и неба появились шесть тёмных силуэтов. Омываемые тёплыми лучами вечернего солнца, они размеренно шагали к Бранденбургским воротам. У одного из них — светловолосого юноши — левая рука была вскинута: на локте покоился мушкет, покрытый золотым орнаментом. Очевидно, выстрел сделал именно он.
Шестерка подошла ближе. Санта-Клаус оглядел прибывших и, узнав пару лиц, добродушно усмехнулся:
— О, милые мои ребятишки! Давно не виделись. Merry Christmas!
Один из прибывших — мужчина средних лет — поднял Елену со снега и спросил по-английски с заметным французским акцентом:
— Ты кто такая?
— Елена Ивановна, — холодно отчеканила она.
К ним приблизился светловолосый юноша:
— Та самая, что первой в России прошла пятый уровень Чёрной башни?
Елена одарила его равнодушным взглядом и промолчала.
Мужчина средних лет ухмыльнулся, после чего вся группа перевела взоры на Санта-Клауса.
— Гибель этих безумных психов — Лины и Тонде — вовсе не означает, что в Европейском секторе не осталось достойных игроков. Единственная Чёрная башня в Европе, привлекшая внимание всего мира — Берлинская Чёрная башня Первого сектора Европы, — не нуждается в помощи русских. Братья, похоже, сегодня удача на нашей стороне.
Мужчина обнажил длинный клинок и, запечатлев на лице кровожадный оскал, взглянул на Санту:
— Убьём его и захватим Берлинскую Чёрную башню!
* * *
США, Нью-Йорк.
Воспользовавшись моментом, Питер Пэн взмыл в воздух и камнем устремился вниз, направляя длинное золотое копьё прямо в грудь Белля Фроске. Однако на лице Белля не отразилось ни тени страха — лишь торжествующая ухмылка человека, чья ловушка наконец захлопнулась. Заподозрив неладное, Питер Пэн попытался сманеврировать и уйти в сторону, но было слишком поздно.
Из воздуха за его спиной возник Джон Брюс. Прогремело три выстрела — пули в упор устремились в грудь Питера Пэна.
По всему земному шару игроки изо всех сил штурмовали Чёрные башни.
* * *
Китай, Пекин.
Глубокая ночь окутала столицу.
В ярком холодном свете луны пять фигур спускались со склона холма, сложенного из городских руин.
Фу Вэньшэн вытер увлажнившиеся глаза. Чэнь Шаньшань повернулась к нему, но мальчик лишь качнул головой:
— Просто ветер в глаза попал... больно.
Девочка ничего не ответила.
Первый номер в Рейтинге времени, этот возвращенец обладал гораздо большим запасом высокоранговых артефактов, чем даже Тан Мо. Алая плеть перешла к Чэнь Шаньшань, а остальные предметы спутники разделили между собой.
Заговорив, Чэнь Шаньшань почувствовала, что её голос осип. Выдержав короткую паузу, она продолжила уже обычным тоном:
— Мы воскресили Бай Жояо, но его нигде не видно. Раз Чёрная башня объявила о его оживлении, он обязан где-то быть. Нам нужно его найти.
— Он погиб во время игры Чёрной башни, — произнёс Фу Вэньдо. — Вероятнее всего, он материализовался прямо под ней.
Парировавшая над Запретным городом Чёрная башня испарилась вместе со всем Пекином, но если Бай Жояо и мог где-то возникнуть, то именно на том месте. Собрав вещи, пятёрка направилась к бывшему Запретному городу.
Пройдя лишь половину пути, Фу Вэньдо резко замер.
Все тут же уставились на него.
Андрей прикрыл глаза, прислушиваясь к ночной тишине, и произнёс:
— Шаги.
Пекин исчез всего пару часов назад. Местные игроки либо разбежались, либо сгинули вместе с мегаполисом. Кто мог бродить по руинам в такой час?
В голове Тан Мо мгновенно всплыло одно имя. Переглянувшись с Фу Вэньдо, они без слов поняли друг друга.
— Эй, это ещё кто?! — вырвалось у Фу Вэньшэна.
Спутники обернулись.
В чистом лунном свете со стороны горизонта неспешно приближалась худощавая фигура.
Молодой человек с детским личиком шёл, засунув руки в карманы. Его походка — вальяжная, неторопливая — вызывала глухое раздражение, впрочем, как и вся его паразитическая натура, так и напрашивавшаяся на хорошую взбучку.
Шаг за шагом приближаясь к группе и заметив Тан Мо с Фу Вэньдо, он наигранно всплеснул руками и изобразил крайнее изумление:
— Ух ты! Какая встреча! Снова вы, Тантан, майор Фу! Неужели это сама судьба?
Тан Мо одарил его прохладным взглядом:
— Ты намеренно шёл к нам?
Бай Жояо похлопал ресницами:
— О чём ты, Тантан? Я очнулся среди кучи груды обломков и камней — от страха чуть дух не испустил! — произнёс он с притворной тревогой, хотя на его улыбающейся физиономии не читалось ни тени испуга. — Немного оглядевшись, я признал в этих обломках остатки Запретного города. Ну и пошёл наугад, надеясь встретить хоть кого-то и узнать, что происходит. Хи-хи, Тантан, видать, само небо благословляет нашу связь, раз я с ходу наткнулся именно на вас!
Взгляд парня скользнул по присутствующим и застыл на Андрее, но тут же юркнул в сторону. Он не стал спрашивать, куда делся тот, с кем русский постоянно разгуливал и за кем охотился. Вместо этого он склонил голову набок:
— А где мои ножи-бабочки?
Без лишних слов Тан Мо достал из кармана два серебряных клинка и бросил ему.
Бай Жояо ловко поймал оружие. Его гибкие пальцы погладили узкие рукояти, и в воздухе мгновенно пронеслись два бликующих лезвия. С тихим щелчком ножи-бабочки с молниеносной скоростью скрылись в его рукавах — движения были настолько быстры, что даже Фу Вэньдо не успел уследить за ними.
Снова засунув руки в карманы, парень расплылся в ядовитой ухмылке:
— Так вы расскажете мне, что стряслось... пока я изволил почивать?
Тан Мо сжато и сухо изложил суть произошедшего с момента его гибели: от ликвидации Лины и Тонде до прохождения шестого уровня Чёрной башни. Затем упомянул о полученных подсказках и о том, как башня активировала штурм седьмого уровня, обязав всех игроков планеты вступить в битву.
— Мы пока не знаем подробностей подсказки Ли Ся из Чунцина, но я предполагаю, что она тоже указывает на местоположение башни, — подала голос Чэнь Шаньшань. Запнувшись на мгновение, девочка снизу вверх посмотрела на юношу: — Однако третьей подсказкой Чёрной башни стал ты. Ты ведь знаешь, где находится пятая Чёрная башня?
Бай Жояо не ответил, лишь со значением вскинул бровь:
— Чанпин в Пекине, Гуанчжоу, Берлин и Нью-Дели... Вы выходит, навострили лыжи в Гуанчжоу?
Чэнь Шаньшань кивнула:
— Директор цирка силён, но он далеко не самый могущественный среди монстров Чёрной башни. Волк-бабушка и Санта-Клаус превосходят его. Хотя Жуань Ваншу с людьми из «Избранных небесами» уже отправился в Гуанчжоу, чтобы поддержать штурм, Му... — Голос девочки прервался, пальцы сжались в кулачки, но она пересилила себя: — Насколько нам известно, в Гуанчжоу не осталось по-настоящему сильных игроков. Поэтому нам нужно как можно скорее оказаться там.
— Говори, что тебе известно! — раскатисто и глухо прогремел голос Андрея.
Тяжёлая, удушливая волна убойной выдержки и ярости обрушилась на окружение. Бай Жояо повернул голову к представительному русскому верзиле. Андрей ещё никогда не выглядел настолько свирепым: казалось, стоит парню уклониться от ответа — и гигант без колебаний скрутит ему шею.
Бай Жояо пару секунд пристально вглядывался в его лицо, после чего с наигранной обидой протянул:
— Ну за что опять? Тантан, глянь на него! Он меня обижает!
— Выкладывай всё, что знаешь, — отрезал Тан Мо.
Бай Жояо мгновенно сбросил паясническую маску.
Наступила долгая пауза. Наконец он произнёс:
— Вообще-то, в одном вы ошибаетесь. Если третьей подсказкой действительно выставили меня, это не означает, что я точно знаю местоположение башни. Я ни сном ни духом об этой игре, Чёрная башня мне ничего такого не сообщала. Подсказка прямолинейна до нелепости: она указывает на меня самого. А на всей Земле есть лишь одна башня, с которой я связан намертво...
Он сделал небольшую паузу и добавил:
— На самом деле я уже умирал однажды. В игре на прохождение второго уровня Чёрной башни.
Тан Мо прищурился:
— Что ты имеешь в виду?
— Да то и имею, Тантан! Стал бы я тебе врать? Разве я способен на обман? Ладно-ладно, русский, прибери кулаки, к чему эти угрюмые мины, всё я расскажу!
Словно из воздуха, в ладони юноши возник яркий алый фрукт — яблоко, от которого был откушен сочный кусок.
— Меня затащило на второй уровень принудительно, когда я проезжал мимо одного уездного городишка. Игра была стандартной: выполняешь главное задание и свободен. Но я переоценил свои силы... совершил фатальный промах. — Он в упор посмотрел на Тан Мо. — Первым в мире, кто прошёл первый уровень башни в сложном режиме, был игрок по имени Момо. Тантан, ведь это ты, верно? А на втором уровне первым пройти сложный режим должен был я. Но я сдох. Правда, перед самой смертью успел кое-что сбрендить — спёр одну штуковину и откусил от неё кусок. И... ожил. С той самой секунды моя жизнь намертво переплелась с боссом того подземелья.
Он криво ухмыльнулся:
— Она погрузилась в вечный сон, а я остался жить. Чёрная башня заявила: пока я не одолею седьмой уровень, мне не избавиться от этого проклятого яблока и не стать по-настоящему свободным.
Бай Жояо подмигнул:
— Ну что, Тантан, догадался, о ком речь?
Тан Мо уставился на надкусанный алый плод в его руке. Ответ сам сорвался с языка:
—... Белоснежка.
* * *
Спустя полчаса шестёрка путников добралась до границы между Пекином и Баодином.
На этой условной черте они вынуждены были остановиться. Не потому, что на земле пролегла начерченная линия — в Китае мегаполисы редко имеют наглядные границы. Однако сейчас перед их глазами явственно проступал водораздел.
К северу простирались объятые сплошными руинами останки столицы. К югу тянулись уцелевшие малоэтажные домики.
Каждый понял: они покинули Пекин. Покинули Первый сектор Китая.
Фу Вэньдо бросил короткий взгляд на разрушенный город за спиной и оглянулся. Остальные тоже молча посмотрели на север, после чего двинулись дальше.
— В Пекине ничего не осталось, транспортом не разживёшься, — заговорил Тан Мо. — В Баодине машины точно найдутся. Пройдём в город и достанем авто — путь до Чунцина неблизкий.
— Разделимся — так будет быстрее, — предложил Фу Вэньдо.
— Согласен.
Пройдя некоторое расстояние, Фу Вэньшэн заметил, что этот ненормальный юноша отстает. Мальчик повернул голову.
В первых робких лучах рассвета фигура с детским личиком замерла у самой границы двух регионов, устремив взор на сокрушённый Пекин. С легким взмахом кисти в его ладони возник серебряный нож-бабочка. Фу Вэньшэн не успел сообразить, что тот затевает, как клинок свистящей дугой взмыл в воздух.
Описав изящный вираж, стальное лезвие срезало одинокий белый цветок, росший среди придорожных сорняков, и вернулось прямо в руку хозяина. Юноша рассчитал всё с безупречной точностью: нож и срезанный бутон опустились в его ладонь одновременно.
Приподняв цветок к носу, Бай Жояо поморщился с брезгливостью:
— Тьфу, вообще не пахнет...
Затем он присел на корточки и аккуратно вонзил стебелёк в израненную, покрытую пеплом пекинскую землю.
Скромный белый цветок замер в грязи, едва заметно покачиваясь от утреннего ветерка.
Бай Жояо с приторной улыбкой ткнул пальцем в лепесток, прошептал пару слов и, поднявшись, шагнул вслед за всеми.
Фу Вэньшэн подумал, что ослышался. Нагнав группу, Бай Жояо приторно протянул:
— Тантан, а когда я умер, ты плакал, а? Скажи, тебе ведь было ужасно плохо без меня?
— Заткнись, — отрезал Тан Мо.
— Хи-хи-хи-хи...
Шестеро путников продолжили путь на юг.
«Неужели и вправду показалось?» — Фу Вэньшэн почесал затылок и устремился за взрослыми.
А над руинами Пекина, рассеиваясь в прохладном воздухе, утихало едва слышное эхо:
"Дир... я вернулся".
* * *
Ночная тьма уступила место утренней заре.
Вскоре в одном из пригородов Баодина Фу Вэньдо отыскал брошенный внедорожник. Разместившись в салоне, шестёрка взяла курс на Чунцин.
Бай Жояо, развалившись на сиденье, пояснил:
— Чунцин огромный, там возвышаются аж восемь Чёрных башен. Нужная нам — совсем неприметная, стоит на востоке. Я случайно набрёл на неё, когда покидал город. Башня поступила со мной подло: я просто проезжал мимо, а она насильно уволокла меня на штурм!
— Где именно она находится? — спросил Фу Вэньдо.
— В уезде Фэнцзе.