Посреди бела дня над Кеньей засияли звёзды. Даже те из чародеев и астрологов, что посвятили жизнь служению Силе Звёзд, застыли в полном замешательстве: подобное явление не поддавалось ни одному из известных законов мироздания.
Жители Кеньи расхищали створки окон, высыпали на балконы и, затаив дыхание, глядели ввысь на это невероятное зрелище.
Случись такое в Городе наёмников, никто бы и бровью не повёл — там к подобным чудесам успели привыкнуть, наблюдая их не единожды.
Но даже в вечно угрюмом Переулке Серых Мантий сейчас стоял нетипичный гул: люди взволнованно переговаривались.
— Чем это пахнет?
Тех, кто находился поблизости от Переулка Серых Мантий, коснулся странный, трудноописуемый аромат. Он не вызывал отвращения, но отличался удивительной, ни на что не похожей въедливостью.
Шэнь Янь тоже уловил этот запах. Пахло настоящими отварами традиционной китайской медицины. Дух трав шёл не просто через ноздри — он отзывался в самой глубине души, пронзительно и отчетливо.
Молодым бойцам из отряда «Тигр и Леопард» этот аромат показался знакомым. Среди призванных Шэнь Янем духов предков числился старый лекарь Сунь Цы, почитатель древней медицины. Он регулярно вываривал в котлах странные снадобья. Молодёжь поначалу воротила нос — отвар отдавал жуткой горечью. Однако стоило допить пару мисок после изнурительных тренировок, как ноющие мышцы восстанавливались мгновенно, а застарелые боли улетучивались без следа.
Маги клана Голвин невольно принюхивались. Ритуал Шэнь Яня казался им невероятным: надо же, потусторонняя магия, способная воздействовать на обоняние! Но какая от этого польза?
Впрочем, едва этот запах проникал в лёгкие, как голова прояснялась, а тело наполнялось бодростью и свежими силами.
В тот же миг прямо из-под земли начали прорастать полупрозрачные, сотворённые из духа деревья. Вскоре они сплелись в целую рощу. Будучи бесплотными, эти призрачные стволы легко проходили сквозь каменные стены и дома, не нарушая их цельности.
Прохожие вряд ли поняли бы, что это за породы, но Шэнь Янь узнал их сразу: перед ним расцветала Абрикосовая роща. Нежные розовые бутоны ветвей придавали ей живописный, поэтичный вид.
Но членов клана Голвин повергло в шок другое: среди деревьев Абрикосовой рощи один за другим материализовались призрачные силуэты в длинных балахонах.
Явный признак призыва святых духов предков в наш мир!
Маги клана переводили изумлённые взгляды с Шэнь Яня на призрачный лес и обратно.
Молодёжь, пришедшая с Шэнь Янем, утверждала, будто это проявляется Кровная граница потомков Яня и Хуана.
Но... не слишком ли много духов? Обычный человек не способен нести на себе такое количество священных артефактов! Главное же — Шэнь Янь, похоже, вообще не касался никаких артефактов. Будучи искушёнными чародеями, люди Голвина прекрасно чувствовали, взывал ли заклинатель к реликвиям или нет.
Сам Шэнь Янь испытывал не меньшее изумление. Во-первых, вытканный из духа Храм предков сильно отличался от того, что воздвигался в Городе наёмников. Там он являл собой величественное, окутанное фимиамом святилище, внушавшее священный трепет.
Здесь же Храм предков явился в виде Абрикосовой рощи. Быть может, причиной тому стали таблички великих врачевателей Хуася, высеченные в его памяти? Символ искусных исцеляющих рук... Интересно, обладали ли эта роща и розлитый в воздухе травяной аромат особыми свойствами?
А во-вторых, на его зов откликнулось небывалое множество предков.
В древние времена поднебесная Хуася не раз страдала от опустошительных вспышек оспы. Эту моровую язву считали небесной карой, выкашивавшей целые области.
Для врачевателя же милосердие и долг превыше всего. Шэнь Янь предельно ясно изложил суть беды, грозившей гибелью целому городу. Как могли великие лекари Хуася, некогда безрассудно рисковавшие жизнью в очагах эпидемий, остаться в стороне?
Едва золотые нити связали его лбом с призрачным пространством, Шэнь Янь осознал, чьи именно духи ступили в Абрикосовую рощу. Сердце его сжалось от благоговения и трепета.
Наследие тысячелетий оживало на его глазах. Прославленные в веках целители явились на зов — а значит, у Кеньи появился шанс на спасение!
Шэнь Янь с глубоким почтением склонил голову перед цветущими ветвями:
— Низкий поклон вам, великие предки. Уповаю на вашу помощь.
Окружающие застыли в немом шоке.
И впрямь духи предков... целый сонм!
Впрочем, судя по их ауре, к боевым сущностям они явно не относились.
За тридцать тысяч лет, прошедших после катастрофы на Земле, мир изменился до неузнаваемости. Чтобы выжить в агрессивной среде, наёмники искали и восстанавливали главным образом боевые священные артефакты. Все прочие реликвии отвергались за ненужностью, терялись и разрушались. Со временем назначения и возможности бытовых и вспомогательных артефактов окончательно стёрлись из памяти людей, превратившись в полузабытые легенды.
Чтобы исцелить недуг, требовалось сначала осмотреть больных. Шэнь Яню надлежало провести легендарных лекарей к очагам инфекции.
Перед уходом он бросил своим бойцам из отряда «Тигр и Леопард»:
— Собирайтесь. Настал час заработать кармическую заслугу.
Спасение целого города — редчайшая возможность снискать великую кармическую заслугу. Шэнь Янь никогда не стыдился прагматичного подхода. Разве доброе дело теряет свою цену от того, что совершающий его рассчитывает на выгоду? Судят по поступкам, а не по помыслам. В том же Городе наёмников среди головорезов едва ли найдёшь праведников, однако и они успешно снискивали кармическую заслугу за свои дела.
Глаза наёмников из «Тигра и Леопарда» вспыхнули азартом. Кармическая заслуга позволяла не только стяжать ценнейшую фиолетовую ци, но и укреплять Статуэтку Внешнего пути. Уникальность этого сокровища заключалась в его способности безгранично расти в силе.
Шэнь Янь мимоходом обратился и к чародеям клана Голвин:
— А вам пора обелить своё имя. Готовьтесь, работа найдётся всем.
Возглавив шествие великих целителей и святых врачевателей, Шэнь Янь направился на поиски заражённых. Разумеется, больше всего больных толпилось там, где служители Святого Престола раздавали святую воду.
Святой Престол сейчас был полностью поглощён фигурой его высочества Гайя. Архиепископ Генри не отходил от него ни на шаг, волоча за собой свиту. Он буквально сдувал с Гайя пылинки и источал глубочайшее почтение, на самом же деле до смерти боялся, как бы высокий гость не вынюхал лишнего.
Эх, знала бы эта святоша, что Гайя вместе с принцем Боцы только что разнесли в дребезги главный оплот церкви — Город Фанди! Лицо архиепископа наверняка пошло бы багровыми и зелёными пятнами от ужаса.
Впрочем, вести до Кеньи доходят небыстро. Шэнь Янь со спутниками двигался морским путём — по прямой, что позволило выгадать немало времени и избежать дорожных опасностей. Разница во времени сыграла им на руку.
Отвлечение внимания Святого Престола силами Гайя входило в замысел Шэнь Яня. С другой стороны, сам Гайя ни за что не остался бы равнодушным к страданиям жителей Кеньи. Даже без всяких планов он неизбежно оказался бы в центре всеобщего внимания.
Порой Шэнь Янь искренне восхищался этим человеком. Гайя просто родился не в то время — рождённый в иную эпоху, он непременно стал бы величайшим деятелем своего века.
Прикрывшись авторитетом Гайя, Шэнь Янь выставил себя его верным последователем. Под этим предлогом он открыто и дерзко водил призрачных целителей среди толп у пунктов раздачи святой воды, осматривая заражённых.
У Гайя хватало почитателей, и пока тот сам не опровергал слова Шэнь Яня, разоблачение ему не грозило.
Служители церкви недовольно хмурились, но не могли понять, чем занимаются эти странные старики. Традиционная методика диагностики — осмотр, слушание, опрос и ощупывание пульса — казалась им диковинной чёрной магией, за которой оставалось лишь озадаченно наблюдать со стороны.
Сам Шэнь Янь в медицине смыслил слабо, потому держался на расстоянии, целиком положившись на познания легендарных докторов.
Когда диагноз — оспа — окончательно подтвердился, Шэнь Янь невольно сглотнул ком в горле.
К счастью, связи между городами в этом мире были скудными. Не будь этой изоляции, эпидемия не ограничилась бы Кеньей, а полыхнула бы по всем землям.
Тем временем призрачные целители устроили врачебный консилиум. Через золотую нить на лбу Шэнь Янь тоже присутствовал на их совете, пусть и не понимал из тонких медицинских терминов ни слова.
В итоге доктора разработали три ключевых направления.
Первое — прививать ещё не заразившихся людей методом оспопрививания.
Многие редкие травы в этом суровом мире достать не удавалось, зато обыкновенных коров отыскать было реально. У отряда «Тигр и Леопард» как раз имелось две особи, выменянные когда-то у соседей.
Вакцинация коровьей оспой давала высочайший процент выживаемости: смертность составляла от силы один-два процента, а сам исходный материал добывался без особого труда.
Суть метода была проста: человек от чёрной оспы погибает, а скотина переносит болезнь легко. В нынешних условиях вакцинация коровьей оспой являлась единственной надежной защитой.
Второе — лечение уже заболевших.
С этим дело обстояло куда сложнее. Требовались отвары трав, а нужные ингредиенты на местном рынке отсутствовали. Призрачные врачи составили несколько рецептов в надежде, что хотя бы для одного из них удастся собрать полный набор кореньев и снадобий. Впрочем, и шанс на полное исцеление оставался не слишком высоким.
Третье — общее укрепление иммунитета с помощью травяных сборов, дабы снизить риски заражения. Но и здесь всё упиралось в дефицит компонентов.
Открыто прогулявшись среди больных, Шэнь Янь со своей свитой ушёл обратно.
Теперь первостепенной задачей становился поиск скота и заражение его оспой.
Без помощи клана Голвин обойтись не представлялось возможным: пришельцы из Города наёмников даже не догадывались, в каких хозяйствах Кеньи держится скот.
Члены клана Голвин сейчас сами перебивались с хлеба на воду — вернуться к прежним владениям и забрать имущество они не смели. Собственных коров у них не водилось, однако они отлично знали, у кого из городских зажиточных горожан имеются крупные стада.
Время не ждало, а законно купить скот не было возможности.
Чрезвычайные обстоятельства требовали крайних мер: оставалось тайно занести инфекцию в стадо. Всё равно коровам оспа не вредила.
Источники болезни достать не составило труда — достаточно было выкрасть пропитанные потом обноски тяжёлых больных и подбросить их в загон.
Правила морали пришлось на время отложить.
Задумку воплотили без особых помех, соблюдая крайнюю осторожность, дабы сами исполнители не подхватили заразу.
Каждый день Шэнь Янь приводил духов к загородным фермам проверить состояние животных. Сам он держался поодаль, тогда как бесплотным сущностям никакая зараза не грозила — даже гибель материализованного духа лишь возвращала его в Бездну грёз для последующего перерождения.
Параллельно маги клана Голвин искали растительные ингредиенты. Как древний род чародеев, они были сведущи в зельеварении, и многие составляющие для магов оказались тождественными растениям китайской традиционной медицины. Это приятным образом ускорило поиски.
В итоге доктора утвердили один лечебный рецепт. Пусть его эффективность оставляла желать лучшего, это было куда лучше полной беспомощности.
Кроме того, удалось составить поддерживающий сбор для ослабленных горожан.
Подготовка шла своим чередом. Что касается предотвращения передачи инфекции, то служители Святого Престола — уж неизвестно из каких побуждений — перекрыли улицы и заставили жителей Кеньи сидеть по домам. Это создало идеальные условия для карантина.
На коже фермерских коров вскоре показались оспенные нарывы. Сами пастухи, постоянно контактировавшие со скотом, переносили коровью оспу в лёгкой форме — отболев пару дней, они обретали стойкий иммунитет и гарантированно избегали смертельного недуга. Можно сказать, им несказанно повезло.
Единственной задачей оставалось делать всё втайне, дабы не привлечь внимание Святого Престола.
Первыми процедуру вакцинации прошли бойцы «Тигра и Леопарда» и члены клана Голвин.
Наёмники полностью доверяли Шэнь Яню, поэтому сомнений у них не возникло. Чародеи же, пусть и испытывали некоторую опаску, подчинились авторитету старого мага Усера. К тому же Шэнь Янь доходчиво растолковал суть метода, убедив их в его надежности. Кроме того, клану Голвин требовалось очистить своё имя, а для работы с заражёнными не помешал бы непробиваемый иммунитет.
Шэнь Яню также сделали крохотный надрез на предплечье, где через пару дней сформировалась едва заметная оспина.
Почти у всех привитых наблюдалось лёгкое недомогание и небольшой жар. Однако благодаря подробным предупреждениям Шэнь Яня никакой паники это не вызвало.
На этом этап подготовки завершился. Собственный иммунитет служил лучшим доказательством действенности метода — ведь теперь врачеватели могли смело приближаться к больным, не опасаясь подхватить мор.
Наступала пора решительных действий.
Что примечательно: усилия членов клана Голвин по добыче вакцины и поиску травок принесли им столько кармической заслуги, что их имена оказались достойны внесения в Канон одухотворения.
Вот какова была великая награда за спасение целого города!
Шэнь Янь ликовал: внесение в Канон не только даровало клану Голвин заступничество высших сил, но и помогало надёжнее скрыть их настоящие личности.
В тот же день на пустынных улицах Кеньи объявились странные фигуры в масках — как взрослые, так и дети. За каждым из них по пятам тащилась полуистлевшая туша, а на плечах сидели кошки.
Вскоре их перехватил патруль рыцарей Святого Престола.
— Чародеи? — настороженно спросил рыцарь.
Мальчишка из клана Голвин дерзко вздёрнул подбородок:
— Какая ещё магия? Не видишь, что ль? — Он ткнул пальцем в покорно бредущую следом Статуэтку Внешнего пути. — Мы некроманты!
— Чужаки, одно слово! — подхватил второй подмастерье. — Думают, раз с кошкой на плече, так сразу чародей!
— Ха! У нас в Кенье даже последние оборванцы кошек держат!
Маски на их лицах никого не удивили: в этом безумном мире наряды отличались таким пёстрым разнообразием, что даже заявись кто-нибудь обвешанным человеческими костями, это вызвало бы разве что лёгкое пожимание плечами.
Рыцари Святого Престола от такого дерзкого отпора насупились.
Впрочем, Святой Престол усердно поддерживал в Кенье облик благочестивых благодетелей, контролируя город под видом защиты от проклятия Древних Дней, ссылаясь на христианское милосердие.
Обнажить мечи против обывателей из-за пары дерзких слов означало разрушить кропотливо выстроенную репутацию.
Иногда высокое имя бывает на пользу, а иногда связывает по рукам и ногам.
Стражники ещё раз оглядели двигавшиеся за горожанами марионетки и промолчали.
Главное — не чародеи Голвина.
С прибытием Гайя, вознамерившегося расследовать дело беглых магов, рыцарям Святого Престола приходилось патрулировать улицы куда тщательнее, дабы Гайя не пересекся с членами мятежного клана.
Некроманты уж точно не имели отношения к Голвинам — у тех отродясь не водилось повелителей мёртвых.
Скользнув равнодушными взглядами по фигурам, рыцари поспешили дальше. Прежде они с елеем в голосе призывали прохожих спрятаться в домах, но теперь лишь плюнули: кто сам ищет смерти, того и Господь не спасёт.
Едва патруль скрылся за поворотом, маги Голвина перевели дух. В минуту опасности они невольно прижали к себе сидевших на плечах кошек, ожидая неизбежной стычки.
Обменявшись знаками, они устремились в глухие переулки. Подкравшись к домам, наёмники и маги стали осторожно стучать в двери местных жителей.
— Прививайтесь! Оспопрививание убережёт от проклятия Древних Дней! Сможете свободно ходить по улицам и вернуться к прежней жизни!
— Не верите? Но принцу Гайя вы ведь верите? Мы — его верные последователи!
Шэнь Янь рискнул привлечь клан Голвин по двум причинам. Во-первых, катастрофически не хватало людей. Во-вторых, его главной целью в Кенье оставалось исполнение обещания, данного старому магу Усеру — смыть позорное пятно с имени его древнего рода.