У народа Хуася есть поговорка: опавшие листья всегда возвращаются к корням, а человек — к своим предкам.
Раньше Шэнь Янь не до конца понимал, откуда в людях разных племен берётся эта страстная жажда истоков, это трепетное стремление обрести гордость за своё прошлое и чувство причастности. Но теперь, глядя на десяток юношей из крылатого народа, которые дрожали от еле сдерживаемого восторга, он словно увидел истину сквозь малую деталь.
История их мира прервалась, но души жаждали знать, откуда они пришли. Они хотели помнить своих предков, ведать свои корни. Словно перекати-поле без земли и опоры, они искали пристанище, где разум и сердце наконец обретут долгожданный покой.
За тридцать тысячелетий лик земли мог измениться до неузнаваемости, но история вечна.
История Города Небес началась с их священного артефакта — свитка «Небесный владыка облаков». Однако сами крылатые не ведали, что за события на нём запечатлены. В прошлые века старейшины не раз пытались отыскать разгадку, но все поиски оказывались тщетными.
Шэнь Янь не стал сразу раскрывать им преданий о Юньчжунцзюне, а лишь произнес:
— Город Небес и наша Академия Хуася связаны куда глубже, чем вы думаете. Небесный владыка облаков — один из великих персонажей древних мифов Хуася. Если хотите узнать о своих истоках, прочтите завтрашний выпуск газеты «Мир во всем мире».
Он не стал рассказывать всё на месте по трём причинам.
Во-первых, в город один за другим прибывали воины, вошедшие в список. Шэнь Яню требовалось без промедления вносить их имена в Канон одухотворения. Это являлось ключевым звеном в распространении системы самосовершенствования через кармические заслуги. От успеха этого замысла зависело, удастся ли Городу наёмников бескровно перестроить порядок и сумеет ли Академия Хуася быстро пустить корни. Промедление в таком деле было недопустимо.
Во-вторых, юноши упомянули, что узнали об академии из «Мира во всем мире». Но в Городе Небес у газеты ещё не было своего печатника — Шэнь Янь точно помнил список всех, кого привлекал в Море Дамона. Значит, свежий номер попался им в каком-то другом городе. Если описать историю Города Небес на страницах издания, это подтолкнет жителей к распространению газеты в их владениях. Население крылатых огромно, и рассказывать всё десятку юношей — лишь капля в море. Газета же донесёт правду до каждого.
Город Небес искал свою историю веками, и лишний день ожидания ничего не менял. Пусть для этих парней ночь и обещала стать бесконечно долгой, Шэнь Яню всё равно предстояло провести её без сна: нужно было собрать сведения для нового выпуска и подготовить печатные оттиски.
В-третьих, находясь в Кенье, Шэнь Янь узнал из манускриптов Древних Дней о происхождении каменных людей, обитающих на отвесных кручах. Они являлись потомками бессмертных. Обладая знаниями о них, а также об истории дикарей и подземных человеко-демонов, Шэнь Янь решил свести всё в один большой материал, чтобы не повторяться перед каждым народом.
Ранее он уже рассказывал человеко-демонам об их прошлом, но печатное слово обладало совсем иной силой. Размах «Мира во всем мире» помог бы жителям Бездны избавиться от въевшегося чувства ущербности, порождённого завистью и ненавистью. Их предки, как и они сами, никогда не предавали человечество. Напротив, они оставались героями — последней и самой нерушимой линией обороны людей.
Исходя из этих соображений, Шэнь Янь отправил юношей оформлять документы на поступление.
Крылатые застыли, густо покраснев от волнения.
Город Небес и Академия Хуася тесно связаны? И уже завтра из газеты можно будет узнать всю правду о предках?
Они открывали рты, не в силах вымолвить ни слова. И хотя день ожидания казался им пыткой, они боялись произнести лишнее, чтобы этот молодой человек не передумал.
А Шэнь Янь уже погрузился с головой в работу.
Лишь к рассвету он перенёсся в Море Дамона, призвал последователей, собрал вести из подконтрольных городов и занялся версткой нового номера.
В море духов его ждали и дурные вести: в нескольких городах распространение «Мира во всем мире» встретило жесткое сопротивление, и печать там приостановили.
На первый взгляд Святой Престол был ни при чём, однако именно в этих землях влияние церкви оказалось наиболее сильным.
«Похоже, Святой Престол извлёк урок из истории с торговцем Дофаном, — подумал Шэнь Янь. — Теперь они действуют чужими руками, дабы запретить газету, и не смеют открыто нападать на печатников».
После прошлых разоблачений любая беда с распространителями газеты тут же бросила бы тень на инквизицию. Это обстоятельство пока служило людям надёжным щитом.
Некоторые из тех, кому запретили печать, пылали праведным гневом.
— Главное, что все живы, — успокоил их Шэнь Янь.
Затем он расспросил о предлогах, под которыми запретили выпуск. При той буре, какую вызывала газета, без правдоподобных причин силовой запрет неизбежно породил бы ропот среди горожан.
Ответы оказались один страннее другого. Сравнительно законным выглядело заявление о том, что сведения в «Мире во всем мире» якобы не прошли проверку и являются слухами — хотя статьи в других листках никто и никогда не проверял. Самым же абсурдным стал предлог, под которым задержали одного из торговцев: его обвинили в «незаконном распространении религиозного учения».
С каких это пор общественная газета стала считаться религиозной ересью?
Так или иначе, приостановка печати в ряде городов огорчала. Впрочем, когда описанные в номерах события подтвердятся на деле, организаторы запретов сами окажутся в глупом положении. Не стоит недооценивать жажду людей знать правду. Если факты неопровержимы, затыкать уши и закрывать глаза долго не удастся — всякая попытка обмануть разум закончится позором.
Шэнь Янь завершил верстку, покинул Врата Дамона и сразу же рухнул на кровать. Изнурительное морское путешествие и бессонная ночь подкосили его силы — требовалось хотя бы ненадолго забыться сном.
* * *
На следующее утро Суньцзы и его товарищи проснулись с улыбками на лицах. Даже во сне они время от времени издавали радостные, почти дикие смешки.
Распахнув глаза, мальчик резко сел и диковато огляделся вокруг.
Вместо прежних дырявых стен, сквозь которые гулял сквозняк, его окружала светлая, просторная комната — настолько большая, что по ней можно было перекатиться несколько раз, прежде чем упрёшься в угол. Воздух был чистым, без привычного тяжёлого духа тесного людского жилища, а за окном доносился лишь тихий шорох ветвей да возились кошки с собаками.
Суньцзы расплылся в широкой улыбке:
— Не сон!
Он-то боялся, что открыв глаза, снова окажется в грязи.
Быстро соскочив с кровати, мальчик подбежал к резному деревянному окну, распахнул его и с наслаждением прижался щекой к гладкой раме. Положив подбородок на подоконник, он взглянул на противоположную сторону двора — из окна соседней комнаты как раз высунулся Шэнъин.
Мальчишки переглянулись и весело задорно расхохотались.
В самых несбыточных мечтах они не могли представить, что будут жить в таком месте. Один только внутренний двор с мощёными дорожками и пышными цветниками завораживал своей красотой. И теперь всё это принадлежало им.
Они решили, что чуть позже обязательно прогуляются вдоль крытых галерей, посидят в беседочках у пруда и вычистят сорняки на клумбах. Шэнь Янь говорил, что там можно сажать не только цветы, но и зелень с плодовыми деревьями. От одной этой мысли сердце замирало от радости.
Шэнь Янь рассказывал им, что обрести такой дом, возведённый по чертежам предков и пропитанный духом культуры Хуася, — величайшее счастье. В прежние времена он видел множество людей, которые работали не разгибая спины, но отдавали половину своего заработка лишь за право иметь крышу над головой. Когда правители или гильдии наживаются на земле и жилье, состригая купоны с простых тружеников, в этом нет ни капли величия. Напротив, сколачивать состояние на безысходности бедняков, забыв о развитии и заботе о людях, — искреннее бесстыдство.
Потому в отряде «Тигр и Леопард» жильё распределялось по потребности каждого. Какая польза от бахвальства силой и богатством, если ты не способен обеспечить собственным воинам достойную крышу над головой?
Забота о крове — самая простая обязанность, но в руках рвачей она превратилась в средство наживы. Как после этого требовать от людей верности?
Суньцзы и остальные ребята переступили порог, вышли во двор и чинно пошагали по аккуратным дорожкам. Каждая деталь вокруг казалась им удивительным чудом.
Шэнь Янь поднялся, когда солнце уже стояло высоко в небе. Глаза резало от усталости. Ополоснув лицо холодной водой из таза, он немного пришел в себя.
Во дворе Чжао Куо вместе с Дуду грелись на солнышке. Ночные совместные труды с денежными сундуками, похоже, действительно сблизили их, и они ладили вполне мирно.
Шэнь Янь огляделся и спросил у Чжао Куо:
— А где Суньцзы и остальные ребята?
Зная их ретивый нрав, они должны были прибежать к нему при первых лучах солнца.
Чжао Куо, кормивший Дуду с ложечки, ответил не оборачиваясь:
— У них сегодня занятия в академии.
Шэнь Янь застыл, хлопнув себя по лбу. Совсем вылетело из головы! Хорош директор, ничего не скажешь.
Быстро проглотив пару баоцзы и запив их пиалой горячей жидкой каши, которую принес Чжао Куо, он отправился навестить своих учеников. Вытягивавшего шею Дуду он прихватил с собой. Малышу тоже пора было привыкать к занятиям, иначе, объевшись, он снова залезет в сундук с медяками и вырастет неучем.
* * *
Пока Шэнь Янь спал, в городе произошло немало событий.
С самого утра по улицам Города наёмников разносились звонкие крики мальчишек-газетчиков, продававших свежий выпуск «Мира во всем мире».
Едва Шэнь Янь переступил порог, к нему подбежал худенький мальчуган и бойко спросил:
— Господин, не желаете свежую газету? Самые последние вести! Узнайте обо всем, что происходит в мире, не выходя из дома!
Шэнь Янь улыбнулся и, хоть и знал содержание до единого слова, взял один экземпляр.
Город бурлил. Люди сбивались в стайки на перекрёстках, даже простые горожане, услышав невероятные вести, взахлёб обсуждали прочитанное.
— Первый человек, раскрывший тайну бессмертия! Великий мастер ритуалов кровного источника!
— Подумать только! Кто бы мог вообразить, что Кровавый тиран добился таких высот в изучении ритуалов? Он превзошел самых ученых мужей!
— Да уж! В газете пишут, что техника долголетия змеиного сбрасывания кожи, которую использует Его Высочество Гайя, — это первый в мире ритуал жизни, созданный Кровавым тираном после постижения тайн вечности!
— А сколько веков уже живёт Гайя? Я и со счёта сбился!
— Вот это сила...
Впервые в истории люди взглянули на Кровавого тирана под иным углом. За привычной маской жестокого деспота они разглядели величайший ум своей эпохи. В речах горожан звучало не только привычное проклятие, но и невольное почтение. Он ступил в пределы, доступные лишь бессмертным и богам, и добился своего. Живое существование Демонического змея Гайи служило тому лучшим доказательством.
В этот день «Мир во всем мире» напоминал не столько листок новостей, сколько ученый трактат, подобный «Великому чародею» из Делона. Его с одинаковым жадным интересом штудировали и любители историй, и умудренные ученые.
Шэнь Янь медленно шел по улице, прислушиваясь к разговорам.
— Вы только поглядите! В нескольких городах «Мир во всем мире» запретили! Вот, тут прямо в объявлении написано!
— «С глубоким сожалением сообщаем, что по независящим от нас причинам печать газеты в следующих городах временно приостановлена... Главная цель нашего издания — беспристрастно и честно доносить вести до каждого дома, не вмешиваясь во внутренние дела и политику властей...»
— Скажите налость, уж не Святой ли Престол опять палки в колёса вставляет? Вести-то в газете дивные, кому они помешали? Для нашего брата-наёмника это единственный способ узнать, что в мире творится. Такую информацию за деньги не купишь!
— Да тут написано «по независящим причинам», вроде Престол и ни при чём...
— А то мы их не знаем! После случая с торговцем Дофаном они боятся открыто лгать, вот и действуют исподтишка! Им не привыкать...
Шэнь Янь лишь ухмыльнулся: Город наёмников оправдывал свое имя — здесь народ не боялся чесать языками.
— Стой, глянь сюда! Дикий город... Дикари вышли из своей Дикой степи! Пресвятые боги...
Улица ахнула от ужаса. Но тут же кто-то выкрикнул:
— Да постойте вы! Читайте дальше! Дикари из Дикого города заключили союз с Кеньей!
Народ замер в изумлении.
Кенья — признанная обитель чародеев и мудрецов, вступила в союз с необразованными дикарями!
Умы людей захлестнула волна смутных подозрений. О дикарях издавна шла дурная слава: свирепые, кровожадные варвары, мало чем отличающиеся от диких зверей. В воображении горожан тут же возникли жуткие картины: орды полуголых дикарей в звериных шкурах, несущие смерть и разорение.
Однако чтец продолжил:
— А вот и официальное заявление самих дикарей!
«Дикий город заявляет: наш выход из степей и союз с Кеньей направлены исключительно на защиту достоинства и безопасности наших союзников от посягательств и клеветы тёмных сил...»
Люди переглядывались в полном замешательстве.
Официальное заявление от дикарей! В этом мире даже просвещённые правители перед войной не всегда утруждали себя подобными изысками.
— Тут ещё написано, что без официального приглашения армия дикарей не ступит ни на чью землю!
Невероятно, но факт: разумный народ, с которым можно вести переговоры, пугал куда меньше, чем бессмысленные орды убийц. И всё же сам факт выхода дикарей во внешний мир всколыхнул человечество.
— А ведь поговорка оказалась правдой! Поговаривают, бедствие в Кенье устроил сам Святой Престол! Посему чародеи и объявили церкви войну, а Святой Престол нарек их еретиками.
— Кенья сама по себе не выстоит против церкви, но заручившись поддержкой дикарей, они вполне смогут защитить свои земли.
Весть о союзе людей и дикарей мгновенно облетела не только Город наёмников, но и все окрестные земли. И если раньше многие сомневались в правдивости статей в «Мире во всем мире», то теперь правителям всех городов пришлось спешно отправлять гонцов, чтобы проверить эти сведения.
Участие племен дикарей способно перекроить карту мира. Такое нельзя списать на пустые слухи.
Шэнь Янь только рад был подобному исходу. Пусть проверяют — собственным глазам они поверят куда охотнее, чем чужим словам.
— Эй, гляньте-ка сюда! Тут ещё кое-что похлеще!
Кто-то наткнулся на новую статью. Заголовок гласил: «Единственный человек, вернувшийся живым из исследований Руин гигантов на высокой горе».
Читавшие ахали от изумления.
«Этот человек сумел безвредно покинуть обитель спящего Ктулху, недоступную разуму смертных, что привлекло пристальное внимание редакции...»
«В ходе расследования нам удалось установить его личность. Это благословенный вечной жизнью, демон Авраам — основатель Города грехов, разрушитель династии Вечности...»
Каждый из этих титулов заставлял кровь стынуть в жилах. Лишь немногие из глубоких стариков да ученых мужей помнили это имя по древним сказаниям. И вот теперь подробное жизнеописание восстававшего из мертвых Авраама красовалось на страницах газеты.
Чудовище, когда-то поставившее мир на край гибели, вернулось к жизни.
В конце статьи скромно упоминалось, что Город наёмников, подземные человеко-демоны и раса духов уже заключили союз для противостояния этой угрозе.
Такое известие повергло горожан в шок. Без «Мира во всем мире» они продолжали бы жить в блаженном неведении, считая, что вокруг царит покой. А мир тем временем рушился, и лишь обитатели глухих углов оставались слепыми куклами в чужой игре, лишенными малейшего шанса на спасение.
С другой стороны, даже такие отчужденные народы, как дикари, человеко-демоны и духи, объединялись с людьми перед лицом общей беды.
Влияние свежего номера вышло далеко за рамки обычной передачи новостей. Оно заставило людей задумываться: каково это — оказаться оторванным от единой информационной сети в эпоху перемен?
Ощущение беспомощности и одиночества накрыло многие города. Шэнь Янь прекрасно понимал их чувства — это было похоже на шок человека XXI века, внезапно узнавшего, что на Земле ещё остались огромные страны, где люди ни разу в жизни не видели интернета.
В разных краях газета вызвала совершенно несопоставимые чувства. В землях подземных человеко-демонов, где распространением занимался юный А-Ли, свежий номер раскупали нарасхват.
Человеко-демоны с трепетом, гордостью и слезами на глазах перечитывали центральную полосу. В ней подробно описывался подвиг их предков — великая жертва ради сохранения чистой человеческой крови, отказ от призыва святых духов во имя спасения рода.
Эта статья возвращала им право гордо поднять голову.
Человеко-демоны обладали огромной силой, превосходившей мощь любого человеческого города. И всё же они веками не покидали мрачных глубин каньона. Дело было не только в слабых глазах, не переносивших солнечного света — эту беду они давно решили с помощью защитных очков.
Главная причина кролась в глубоко укоренившемся чувстве вины. Считая себя отверженными предателями, они сами запечатали себе путь наверх.
Но сегодня, держа в руках газету с истинной историей своего народа, они могли выйти к людям с чистой совестью. Они — хранители чистейшей крови человечества, никогда не предавшие своих истоков. Им следовало гордиться своим именем.
Сразу под статьей о человеко-демонах располагались материалы об истории каменных людей, Города Небес и дикарей.
В поселении каменных людей на кручах каньона праздник начался с самого утра. Воины «Тигра и Леопарда» спустились на веревках к жилищам каменных людей и во весь голос читали им газету вслух. Наёмники искренне радовались за верных товарищей, прикрывавших их своими каменными спинами-щитами.
Вся скала гудела от басовитого рокота — такого оживления эти древние камни не помнили за всю историю. Их предки оказались потомками бессмертных, обратившихся в горные хрящи и утесы!
Что же до дикарей, то их происхождение и вовсе повергло всех в изумление. Они оказались не дикими варварами, а прямыми потомками древних бессмертных этого мира — коренными жителями земли, чьи корни уходили вглубь веков куда дальше многих человеческих родов.
В этом и заключался смысл поиска истоков: вернуть людям достоинство, гордость и уверенность в будущем.
* * *
Шэнь Янь подошёл к воротам академии, у которых его уже ждал Синдоу.
Астролог привёл с собой две сотни юных духов — именно столько мест раса духов выменяла у академии за право порубки в их лесах ещё до поездки Шэнь Яня в Кенью.
Поздоровавшись, Шэнь Янь и Синдоу повели учеников на территорию.
Дети расы духов с изумлением задирали головы, разглядывая резную вывеску над воротами. На ней древними письменами красиво и размашисто было выведено: «Академия Хуася».
Обычно знаки Древних Дней несли в себе опасную скверну. Но здесь, как и надписи на табличках в храме предков, древние знаки излучали лишь покой и свет, утратив всякую злую силу. Шэнь Янь и сам до конца не понимал природы этого чуда.
Заведя детей во двор, он подумал, что раз уж школа и отряд обрели новые величественные здания, то и старый ветхий храм предков пора перенести на новое место.
Сегодня ученики как раз помогут перенести святые таблички предков Хуася в новый храм.
Заодно стоит провести и пышный ритуал поминовения — пусть новые ученики своими глазами увидят, как прекрасен ритуал дарования печати, подобный падению тысячи цветущих лепестков.