По могуществу и влиянию Святому Престолу не было равных. Неудивительно, что поначалу большинство городов возлагало все надежды на защиту от полчищ нежити именно на Церковь. Но чем выше ожидания, тем круче разочарование.
Сейчас расклад сил в мире определяла тройка гигантов. Первая — армия усопших под предводительством Авраама. Легион отчаявшихся душ, готовых пойти за своим повелителем на смерть и далее; их сплотила утрата всего наилучшего, что есть в жизни, и эта сплочённость пугала.
Второй — Святой Престол. Века непрерывного правления, нерушимая фанатичная вера и колоссальные сокровища из руин Бессмертных, доставшиеся им ещё от первого папы. Их могущество не вызывало сомнений.
И, наконец, Альянс Шэнь Яня. Пусть в него и входило множество городов, но союз был молод, фракции раздроблены, а внутренние трения в любой момент грозили расколом. На фоне двух других гигантов Альянс выглядел наименее защищённым.
И именно этому уязвимому союзу подставили подножку: пришлось сражаться на два фронта — против полчищ Авраама и против экспансии Престола.
Шэнь Янь взглянул на горизонт. Великий Изумрудный лес охватило пламя. Древний лес, который раса духов взращивала со Вторых времён, гиб на глазах, корчась в огне. Чёрный едкий дым поднимался к самому небу и уносился ветром к Городу наёмников. Крепость, никогда не ведавшая страха, погрузилась в сизую хмарь, пропитанную гарью.
А за дымовой завесой двигалась армия Святого Престола. Тяжёлая поступь тысяч ног заставляла дрожать древние каменные стены.
Город наёмников всегда славился хаосом и своенравием, но едва показался внешний враг, как бойцы без приказа взялись за оружие и поднялись на стены. Шэнь Янь не мог не изумиться этому порыву. Город наёмников располагался не так уж далеко от цитадели Престола, но его жители никогда не склонялись перед церковными догматами. На то имелись веские причины.
На зубчатых стенах стояли люди с суровыми, будто из камня высеченными лицами. Вопреки дрожи земли и близости кровавой бойни, над отрядами зазвучала старая песня:
— Мы наёмники, вольный народ,
И кроме духов предков ничто нас не согнёт...
Лучше ползти во тьме, чем вольготно служить господам,
Лучше сгинуть в нищете, чем покориться врагам.
Ни железом, ни огнём не сломить наши дух и свободу!
Кровью и отвагой докажем вражьему роду...
Шэнь Янь не раз слышал, как наёмники напевают этот мотив за хмельной пирушкой, и тогда он звучал дерзко и весело. Но сейчас песня отзывалась совсем иным: мрачным величием и непреклонной решимостью идти до конца.
Шэнь Янь и Старик Дун поднялись на надвратную башню. Торговать сегодня отряду «Тигр и Леопард» явно не грозило — покупателей не предвиделось.
— Знаешь, почему Престол, обладая такой силищей, раньше сквозь пальцы смотрел на нашу дерзость и не пытался стереть Город наёмников с лица земли? — тихо спросил Старик Дун.
Шэнь Янь давно задавался этим вопросом. Престол привык ломать непокорных. С чего бы им терпеть этот рассадник бунтарей под боком, ограничиваясь лишь интригами госпожи Хейлис?
— Весь континент знает: под нашим городом находится проклятое место, — продолжал Старик Дун. — Руины, таящие неисчислимые бедствия. И сам наш город — лишь печать, сдерживающая это древнее зло. Напасть на нас — значит сорвать печать и выпустить тьму наружу. На такое пойдут разве что демоны.
Шэнь Янь всё понял. Престол долго выстраивал образ праведников и спасителей, а потому не мог открыто освободить подземное зло. Но теперь жажда власти и могущества перевесила любую мораль. Ради своей истинной цели они готовы сбросить маски.
Престол больше не скован прежними оглядками. Излишняя самоуверенность и разросшаяся гордыня превратили их в фанатиков, готовых идти по трупам. Всё их долгое терпение и скрытое развитие лишь вели их к этому дню.
Шэнь Янь помнил историю: старый чародей Усер застрял в тех подземных руинах на целое столетие и именно там нашёл способ переродиться в нечеловеческую форму жизни. То было место тайн, куда никто не смел ступать без нужды.
Под стенами выстроилось вражеское войско. От вида бесконечных шеренг перехватывало дыхание. Сияющие доспехи святых рыцарей создавали иллюзию войска света, но наёмники знали: милосердия от них ждать не приходится. Каждая рука сжимала оружие до побелевших костяшек.
Главная сила Престола заключалась в святых артефактах. На континенте они считались невероятной редкостью — даже в лучших отрядах наёмников едва ли десятая часть бойцов могла призвать духа-воителя. Но у Крестоносцев Святого Престола каждый солдат был снабжён подобным артефактом. Отрыв в силе казался катастрофическим.
Наёмники мрачнели. Неужели древняя крепость падёт сегодня, повторив судьбу сотен городов, сметённых историей?
Перед строем выехал священник. С помощью духовных импульсов он оглушительно зачитал список «богохульных грехов» Города наёмников. В ответ со стен посыпались проклятия. Но брань не могла остановить готовый начаться штурм.
И тут на стены поднялась толпа горожан. Бойцы замерли в изумлении.
Простые жители вдруг стали привязывать к камням и бросать вниз тысячи бумажных листов. Белоснежный ворох закружился в пороховом дыму, улетая к рядам крестоносцев.
— Что это?..
— Газета «Мир во всем мире»!
Бойцы бегло вглядывались в строчки свежего выпуска.
«Шэнь Янь покинул Город наёмников. Вместе с Бессмертным он ушёл через древние подземные тайные ходы, обойдя осаду Святого Престола. Даже если Престол сравняет город с землёй, они останутся ни с чем».
Наёмники на стенах обомлели. Они переводили взгляды от газетных листов на Шэнь Яня, который спокойно стоял в окружении бойцов «Тигра и Леопарда» и о чём-то неторопливо шептался.
Разумеется, сейчас было не время разгадывать хитрости, но в строю врага неожиданно возникло замешательство.
В подземных ходах под городом легко было заблудиться — они путались, как паутина. Карты этих путей хранились лишь у старейших отрядов. Чжао Куо, бывший наследник «Железа и Крови», наверняка знал эти маршруты и вполне мог передать их Шэнь Яню через сетевой терминал. Престол со своей армией не смог бы перекрыть каждую щель.
Но главное крылось в следующих строках статьи:
«Шэнь Янь заявляет: если Святой Престол прекратит наступление на расу духов и Город наёмников, он передаст Великому Папе ключ от Руин гигантов на высокой горе. В противном случае Шэнь Янь и последний Бессмертный исчезнут навсегда, и Престол никогда не найдёт их следов».
Рядовые наёмники недоумевали: какой ещё ключ? Неужели какая-то бумажка или артефакт остановит эту армаду?
Но верхушка Престола прекрасно знала правду.
Они развязали эту войну именно ради ключа! Ради него они рисковали репутацией, фабрикуя ложные обвинения. Жажда заполучить ключ овладела ими настолько, что они не могли позволить Шэнь Яню уйти в небытие.
Шэнь Янь предложил сделать то, за чем они пришли. Без лишних поисков и потерь — нужно лишь отступить на шаг.
В Престоле не сомневались, что Бессмертный знает о ключе. Они ведь не раскрывали истинных целей, а Шэнь Янь сам выложил карты на стол.
Публикация в «Мире во всем мире» была гениальным ходом. Шэнь Янь лишил Престол возможности дать ложные обещания. Он заставил их выбирать прямо на глазах у всего мира.
К тому же ключ велит идти в Проклятые земли Боя — в само логово Авраама. Перенаправив устремления Престола туда, Шэнь Янь давал Альянсу драгоценную передышку.
Армия под стенами бурлила. Шэнь Янь с холодной ухмылкой наблюдал за замешательством врага.
Да, у Престола имелись тысячи способов распознать ложь, и Шэнь Янь не рисковал бы блефовать. Но перед епископами встал мучительный выбор:
Первое — им жизненно необходим ключ.
Второе — прислав согласие, они открыто признают, что их «священный поход» был лишь прикрытием для грабежа, а их речи о грехах — фарсом.
Что выберет фанатичная гордыня, когда на кону стоит высшая цель? Шэнь Янь знал ответ. Для фанатиков честь и лицо — ничто по сравнению с устремлением их веры. К тому же они уверены, что позже найдут способ вернуть утерянный престиж.
И войска Престола повиновались. Железная дисциплина взяла верх: армия построилась и организованно отступила на три ли от стен, показывая готовность к переговорам.
Наёмники на стенах застыли в немом шоке. А затем воздух взорвался оглушительным хохотом и яростными проклятиями.
Все эти громкие слова о богохульстве оказались собачьей чушью! Престол явился лишь за сокровищами Руин гигантов!
Шэнь Янь сощурился, в его взгляде застыл ледяной презрительный огонь. «Идите и померяйтесь силами с Авраамом», — подумал он.
На душе оставался тяжёлый осадок. Ему не хотелось отдавать ключ, но другого пути не было. Без этой уступки гибель ждала бы тысячи духов, мирных полулюдей Изумрудного леса и весь Город наёмников. Отступить сейчас — значило выжить и нанести удар позже.
На следующий день войска Престола покинули и Великий Изумрудный лес.
Море Дамона гудело от шока. Сетевые чаты разрывались от изумления:
«Престол реально отступил! Они согласились на условия Шэнь Яня!»
«Значит, их интересовали только Руины гигантов?!»
«Все эти сказки про демонов — лживая дрянь!»
«Наши парни гибли на передовой, а эти святоши искали шкурную выгоду?!»
Гневная волна захлестнула сеть и мгновенно растеклась по реальному миру.
* * *
А тем временем на Второй линии обороны, у Великого каньона Замокде, земля содрогалась от полчищ нежити.
Орды мертвецов катились бессчётным чёрным морем. Лишённые плоти, они орали на своём жутком костяном наречии:
— Братья! Соплеменники! Мы пришли освободить вас!
— Прочь от болезней, смерти и голода! Прочь от лжи и боли этого мира! Примите объятия нашего повелителя Авраама! Вступайте в ряды нежити!
— Счастливое и беспечное Царство мёртвых ждёт вас!